Дело № 2-2003/2017

В окончательной форме 

решение

 суда изготовлено 22.09.2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

19 сентября 2017 года г. Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Масловой С.А.,

при секретаре Лекомцевой А.О.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, представителя третьего лица ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к открытому акционерному обществу «АльфаСтрахование» о взыскании страхового возмещения, штрафа, возмещении убытков, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с указанным иском, указывая на факт причинения вреда принадлежащему ему на праве собственности автомобилю 

<

...>, рег. знак 

<

...>, в результате дорожно-транспортного происшествия 14.12.2016 с его участием и участием автомобиля 

<

...>, рег. знак 

<

...> принадлежащего ФИО6, под управлением ФИО3, по вине последнего.

Поскольку на момент причинения вреда гражданская ответственность владельцев обоих автомобилей была застрахована по договорам обязательного страхования автогражданской ответственности (ОСАГО), в том числе ответственность истца при управлении указанным транспортным средством ОАО «АльфаСтрахование», 16.12.2016 истец обратился к ответчику с заявлением о наступлении страхового случая. Ответчик отказал в принятии документов, поскольку в справке о ДТП было указано на то, что виновником данного происшествия является ФИО5.

Поскольку с указанным обстоятельством он был не согласен, по его просьбе ООО «Астра» проведено трасологическое исследование, которое показало, что действия водителя автомобиля 

<

...> не находятся в причинно-следственной связи с ДТП, в его действиях не усматривается не соответствий требованиям Правил дорожного движения РФ. Действия же водителя автомобиля 

<

...> не соответствуют ПДД РФ и находятся в причинно-следственной связи с данным ДТП. За составление заключения эксперта от 19.12.2016 № *** истец уплатил 15 000 руб., которые просил ему возместить за счет ответчика.

Поскольку ответчик не произвел осмотр повреждений указанного ТС и оценку ущерба, истец обратился в ООО «Грант-2001» с целью оценки причиненного ему повреждением автомобиля ущерба, оплатив услуги в сумме 7200 руб., которые просил ему возместить за счет ответчика. Согласно заключению от 15.02.2017 № ***, составленному на основании акта осмотра от 09.02.2017, о проведении которого ответчик и третье лицо были извещены телеграммами, затраты на восстановительный ремонт автомобиля 

<

...>, рег. знак 

<

...>, составят с учетом износа 435 458 руб. 27 коп..

14.03.2017 истец направил ответчику почтой заявление о наступлении страхового случая с указанными документами, доставленные 30.03.2017, а 28.03.2017 также решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга по делу № *** от 27.03.2017 по его жалобе на постановление по делу об административном правонарушении, которым производство по делу прекращено на основании п. 2 ст. 24.5. Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

05.04.2017 истец получил от ответчика телеграмму с просьбой предоставить автомобиль для осмотра, что им и было сделано, однако к указанному времени автомобиль был частично отремонтирован.

20.04.2017 истец вручил ответчику претензию с предъявлением доверенности представителя и его паспорта.

21.04.2017 истец получил от ответчика требование о предоставлении нотариально заверенных копий документов паспорта ФИО7, его представителя, свидетельства ТС, доверенности, а также заполненного извещения от ДТП, хотя ранее указанные документы неоднократно представлялись ответчику.

24.04.2017 указанные документы ответчику были представлены.

25.04.2017 ответчик уплатил страховое возмещение в сумме 73 400 руб., в связи с чем сумма недоплаты составила 348 800 руб., из расчета: (400 000 + 7 200 + 15 000) – 73 400, которые истец просил взыскать с ответчика в возмещение ущерба.

Поскольку ответчик отказался возместить ущерб в полном объеме, истцу пришлось понести расходы на восстановление своего права, тратить время на защиту своих прав, в связи с чем он переживал, нервничал, чем истец обосновал требования взыскания компенсации морального вреда с ответчика в размере 3 000 руб..

20.12.2016 истец заключил договор № *** с ФИО1 на оказание юридических услуг, оплатив по данному договору 15 000 руб., которые просил возместить за счет ответчика.

Поскольку ответчик не исполнил требования претензии, не доплатил 137 700 руб., из расчета: 422 200 х 50% - 73 400, истец просил взыскать с ответчика штраф в сумме 68 850 руб. из расчета 137 700 х 50% на основании п. 3 ст. 16.1. Закона об ОСАГО. 

В отзыве на иск ОАО «АльфаСтрахование» указал, что по договору ОСАГО (полис ***) ответственность владельца автомобиля 

<

...>, рег. знак 

<

...>, им была действительно застрахована. *** ФИО5 до обращения к страховщику с заявлением о наступлении страхового случая самостоятельно организовал осмотр поврежденного транспортного средства, в связи с чем правовые основания для выезда специалиста страховщика на такой осмотр отсутствовали и в данном осмотре ответчик не участвовал. По тем же основаниям полагал, что в силу п. 3.11. Правил ОСАГО, п. 11, п. 13 ст. 12 Закона «Об ОСАГО» заключение о стоимости ремонта, составленное на результатах такого осмотра, не может быть принято в подтверждение размера ущерба, как ненадлежащее доказательство, полученное в нарушение установленного законом порядка.

Факт отказа в принятии от истца заявления о выплате страхового возмещения ответчик не признал, при этом полагал, что истец данное обстоятельство не доказал. 

Впервые с заявлением о наступлении события, имеющего признаки страхового случая, истец обратился к страховщику ***, после получения которого *** страховщик известил истца посредством телеграммы о необходимости представления автомобиля на осмотр страховщику. *** осмотр произведен. Автомобиль на осмотр представлен в частично отремонтированном виде. 

*** страховщик признал случай страховым и выплатил потерпевшему ***% от суммы страхового возмещения, установленного в размере 146 800 руб., то есть 73 400 руб., исполнив свои обязательства в полном объеме. 

Полагал, что оснований для уплаты страхового возмещения в полном объеме не имеется, поскольку из представленных доказательств следует, что столкновение транспортных средств произошло вследствие нарушения ФИО5 требований п. 10.1. ПДД РФ.

Полагал, что основания для удовлетворения иска отсутствуют, поэтому просил отказать в его удовлетворении, а в случае удовлетворения требований снизить размер штрафных санкций, расходов на представителя по основанию их чрезмерности.

Третьи лица без самостоятельных требований СПАО «РЕСО-Гарантия», ФИО3, ФИО6 о разбирательстве дела извещены, однако в суд не явились, мнение по иску не представили, ходатайств не заявили. 

ФИО3 поручил ведение дела представителю, который в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, не соглашаясь с доводами истца, приводимыми в обоснование иска, в частности, с доводом о наличии вины ФИО3 в причинении вреда истцу, указывая, что столкновение транспортных средств произошло не по его вине, а по вине водителя ФИО5, который нарушил п. 9.10. ПДД РФ, ФИО3 же нарушений ПДД РФ не допускал, поскольку до столкновения двигался по средней полосе дороги, без перестроений, перед автомобилем под управлением ФИО5, который избрал дистанцию, не обеспечивающую безопасность движения, допустил столкновение с управляемым им транспортным средством сзади.

Оценив представленные доказательства и приводимые сторонами доводы, суд приходит к выводу о том, что иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

На основании свидетельства о регистрации *** судом установлен факт принадлежности истцу ФИО5 на праве собственности автомобиля 

<

...>, гос. рег. знак 

<

...>, 

<

...>. выпуска.

На основании административного материала № ***, собранного ГИБДД УМВД России по г. Екатеринбургу, объяснений участников процесса, видеозаписи с места события судом установлено, 14.12.2016 в 19:35 по адресу: 

<

...> произошло столкновение двух транспортных средств, автомобиля 

<

...>, рег. знак 

<

...>, под управлением ФИО5 и автомобиля 

<

...>, рег. знак 

<

...>, принадлежащего ФИО6, под управлением ФИО3.

Об указанном происшествии орган ГИБДД УМВД России по г. Екатеринбургу был уведомлен. Как следует из выданном им справки, гражданская ответственность обоих водителей указанных транспортных средств на момент причинения вреда по договору ОСАГО была застрахована, в том числе ответственность владельца 

<

...> рег. знак 

<

...>, - СПАО «Ресо-Гарантия» (полис ***), ответственность владельца 

<

...>, рег. знак 

<

...>, - ОАО «АльфаСтахование» (полис ***).

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1); под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу абзаца 2 части 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть в соответствие с положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу пункта 1 которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Согласно пункту 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно части 1 статьи 6 Федерального закона РФ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Подпунктом «б» статьи 7 Федерального закона № 40-ФЗ от 05.04.2002 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в редакции, действующей на момент причинения вреда, установлено, что страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в пункте 1 статьи 12 установлено, что потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Факт реализации данного права истцом подтвержден описью вложения в ценное письмо и квитанцией, из которых следует, что 14.03.2017 истец обратился к ответчику с направлением почтой заявления о наступлении страхового случая и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, которые, как подтверждает ответчик, были ему доставлены 30.03.2017. 

Факт обращения истца к ответчику по вопросу выплаты страхового возмещения ранее указанной даты (30.03.2017) в отсутствие доказательств и оспаривания ответчиком данного обстоятельства не может считаться установленным. Поэтому доводы истца о том, что он обращался к ответчику 16.12.2016, а также представлял документы, предусмотренные правилами обязательного страхования, судом не принимаются.

Истец обоснованно обратился к ответчику с требованием уплаты страхового возмещения в связи с указанным событием, имеющим признаки страхового случая, что ответчиком не оспаривается, в силу п. 1 статьи 14.1. Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», поскольку в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте "б" настоящего пункта; б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом, 

В силу п. 2, п. 4 статьи 14.1. Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, проводит оценку обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, изложенных в извещении о дорожно-транспортном происшествии, и на основании представленных документов осуществляет потерпевшему по его требованию возмещение вреда в соответствии с правилами обязательного страхования.

Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 настоящего Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков в размере, определенном в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона.

В отношении страховщика, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае предъявления к нему требования о прямом возмещении убытков применяются положения настоящего Федерального закона, которые установлены в отношении страховщика, которому предъявлено заявление о страховом возмещении.

Согласно п. 9 ст. 12 названного Закона потерпевший или выгодоприобретатель обязан предоставить страховщику все документы и доказательства, а также сообщить все известные ему сведения, подтверждающие объем и характер вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего.

Согласно абз. 1 п. 10 ст. 12 названного Закона при причинении вреда имуществу в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению страховщиком убытков потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховую выплату или прямое возмещение убытков, в течение пяти рабочих дней с даты подачи заявления о страховой выплате и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов обязан представить поврежденное транспортное средство или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, проводимой в порядке, установленном статьей 12.1 настоящего Федерального закона, иное имущество для осмотра и (или) независимой экспертизы (оценки), проводимой в порядке, установленном законодательством Российской Федерации с учетом особенностей, установленных настоящим Федеральным законом.

Согласно абз. 1 п. 11 ст. 12 названного Закона страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство, иное имущество или его остатки и (или) организовать их независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными правилами обязательного страхования, и ознакомить потерпевшего с результатами осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим. Независимая техническая экспертиза или независимая экспертиза (оценка) организуется страховщиком в случае обнаружения противоречий между потерпевшим и страховщиком, касающихся характера и перечня видимых повреждений имущества и (или) обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества в результате дорожно-транспортного происшествия.

В силу пункта 13 статьи 12 названного Закона если после проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества или его остатков страховщик и потерпевший не достигли согласия о размере страховой выплаты, страховщик обязан организовать независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку), а потерпевший - представить поврежденное имущество или его остатки для проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки).

Если страховщик не осмотрел поврежденное имущество или его остатки и (или) не организовал независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) поврежденного имущества или его остатков в установленный пунктом 11 настоящей статьи срок, потерпевший вправе обратиться самостоятельно за технической экспертизой или экспертизой (оценкой). В таком случае результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) принимаются страховщиком для определения размера страховой выплаты.

Пунктом 21 статьи 12 названного Закона установлено, что в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

Материалами дела подтверждено, что ответчик исполнил указанные требования закона в установленный срок, поскольку после получения от истца 30.03.2017 заявления о наступлении страхового случая, с которым закон связывает наступление у страховщика обязанности по организации, оценке ущерба, выплате страхового возмещения страховщик организовал проведение осмотра поврежденного имущества, о чем истец был уведомлен 05.04.2017. Такой осмотр состоялся 07.04.2017, о чем составлен акт, подписанный ФИО5. На основании данного акта определена стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 148 903 руб. 30 коп., а с учетом износа – 146 800 руб. на основании экспертного заключения от 12.04.2017 № ***, составленного по заказу страховщика экспертом-техником А (ООО «***»), а 25.04.2017 платежным поручением № *** истцу уплачены 73 400 руб., что составляет ***% от определенной суммы страхового возмещения, составляющей сумму восстановительного ремонта выявленных повреждений (146 800 руб.).

10.04.2017 ответчик направил истцу письмо № *** с указанием на то, что истцом не представлены документы, которые в обязательном порядке согласно п. 3.10. Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» прилагаются к заявлению о страховой выплате, а именно, нотариально заверенные копии паспорта собственника, доверенного лица ФИО1, свидетельства о регистрации ТС, доверенности ***, а также заполненное извещение о ДТП.

Поскольку указанные документы предусмотрены указанной нормой и истцом не представлено доказательств их представления ответчику ранее, указанные требования страховщика признаются обоснованными. Соответственно, срок исполнения страховщиком обязанности по выплате страхового возмещения обоснованно продлен на период представления таких документов.

Экспертное заключение от 12.04.2017 № *** составленное экспертом-техником А (ООО «Авто-Техническое Бюро-Саттелит») в соответствие с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 19.09.2014 № 432-П, признается относимым и допустимым доказательством, полученным в установленном Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» порядке, который устанавливает, что результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков не принимаются для определения размера страховой выплаты в случае, если потерпевший не представил поврежденное имущество или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) в согласованные со страховщиком даты в соответствии с абзацами первым и вторым настоящего пункта не допускает (абзац пятого пункта 11 статьи 12).

Поскольку экспертное заключение от 15.02.2017 № ***, составленное экспертом-техником ООО «Грант-2001» Б основано на акте осмотра от 09.02.2017, который со страховщиком не согласовывался, организован по инициативе истца, при этом до уведомления ответчика о наступлении события, имеющего признаки страхового случая (как подтверждено материалами дела, соответствующее заявление страховщику от истца поступило лишь 30.03.2017), в указанном осмотре представитель страховщика участия не принимал и не обязан был являться для участия в нем в отсутствие факта поступления к нему заявления потерпевшего о выплате страхового возмещения с предусмотренными правилами страхования документами, следовательно, несмотря на факт уведомления ответчика телеграммой 06.02.2017 о предстоящем осмотре, учитывая, что факт уклонения страховщика от принятия от истца до указанной даты документов о страховом случае не доказан, после исполнения потерпевшим своих обязанностей, возложенных на него указанным Законом, по уведомлению страховщика о наступлении события, имеющего признаки страхового случая, и представления подтверждающих данное обстоятельства документов страховщик осмотрел поврежденное имущество, организовал независимую техническую экспертизу в установленный пунктом 11 статьи 12 названного Закона срок, у потерпевшего не наступило право обратиться самостоятельно за технической экспертизой или экспертизой (оценкой). Поэтому результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой экспертизы (оценки), изложенные в экспертном заключении от 15.02.2017 № ***, обоснованно и правомерно не приняты страховщиком для определения размера страховой выплаты (п. 13 ст. 12 Закона об ОСАГО). 

По тем же основаниям, как полученное с нарушением установленного законом порядка, данное доказательство не принимается судом в подтверждение причинения истцу ущерба в ином размере. Соответственно, данное доказательство не опровергает выводы экспертного заключения от 12.04.2017 № ***, которое подтверждает обоснованность определенной страховщиком суммы страхового возмещения.

Оценивая обстоятельства причинения вреда и устанавливая установленную законом совокупность обстоятельств, при которых лицо может быть признано ответственным за причиненный вред, суд приходит к следующему.

Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (ред. от 12.07.2017) утверждены Правила дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД или ПДД РФ), которые устанавливают единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации. 

Согласно данным Правилам, "Дорожно-транспортное происшествие" - событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

"Перестроение" - выезд из занимаемой полосы или занимаемого ряда с сохранением первоначального направления движения.

«Полоса движения" - любая из продольных полос проезжей части, обозначенная или не обозначенная разметкой и имеющая ширину, достаточную для движения автомобилей в один ряд.

В силу п. 9.1. ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. 

В силу п. 1.5. ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п. 1.6. ПДД РФ лица, нарушившие Правила, несут ответственность в соответствии с действующим законодательством.

Согласно п. 10.1. ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно п. 8.1. ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п. 8.4. ПДД РФ при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Согласно п. 9.10. водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Специалист, эксперт-техник ФИО8 при проведении по заключенному с истцом договору трасологического исследования, результаты которого изложены в экспертном заключении от 19.12.2016 № ***, на которое ссылается истец в обоснование иска, однако которое оспорено ответчиком, третьим лицом ФИО3, пришел к выводу о том, что, исходя из анализа повреждений указанных автомобилей, угла между продольными осями ТС, из видеозаписи, 

<

...> совершал маневр перестроения вправо и столкновение произошло на полосе движения 

<

...>, при этом 

<

...> находился между двух полос. Зона перекрытия около 340 мм. С технической точки зрения водителю 

<

...> следовало руководствоваться требованиями п. 1.5., 8.1., 8.4., 9.1. ПДД, однако его действия таким требованиям не соответствовали. Водителю 

<

...> следовало руководствоваться п. 9.1., 9.10., 10.1. ПДД. С технической точки зрения несоответствий данным требованиям в его действиях не усматривается. Его действия не находятся в причинно-следственной связи с ДТП. 

Названный специалист при исследовании исходил из обстоятельства тому, что из представленных видеоматериалов видно, что автомобиль 

<

...> движется между рядами, т.е. посередине между крайним левым и средним рядами со смещением перед столкновением в правую сторону. Следом за ним движется автомобиль 

<

...> в среднем ряду. Непосредственно перед столкновением автомобиль 

<

...> смещается правее, в сторону припаркованного в крайнем правом ряду автобусу. Автомобиль 

<

...> совершал манёвр перестроения в средний ряд, при этом не включен поворотник, траектория движения непосредственно после ДТП прямолинейная. Анализ повреждений указанных автомобилей показывает, что столкновение продольное, попутное, косое. В момент первичного контакта взаимодействия продольные оси автомобилей располагались относительно друг друга под углом близким к 10-15 градусов, блокирующим, боковым левым для 

<

...> и аналогичным, но боковым правым для 

<

...>. Первичное контактное взаимодействие имело место между левой угловой частью переднего бампера 

<

...> и правой частью заднего бампера 

<

...>. Наиболее точно установить угол расположения ТС не представляется возможным в связи с тем, что ТС на осмотр не представлены.

Из заключения эксперта ФБУ Уральского РЦСЭ Минюста России В от 15.08.2018 № ***, составленного по результатам назначенной судом судебной трасологической экспертизы, следует вывод о том, что с технической точки зрения водителю 

<

...> следовало руководствоваться требованиями п. 1.5., 8.1., 8.4. ПДД, однако его действия таким требованиям не соответствовали, поскольку при перестроении с левой полосы в среднюю он не уступил дорогу 

<

...>, двигавшемуся по средней полосе в заторможенном состоянии. Водителю 

<

...> следовало руководствоваться ч. 2 п. 10.1. ПДД. С технической точки зрения несоответствий данным требованиям в его действиях не усматривается, поскольку он двигался в заторможенном состоянии.

В силу ч. 2 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Оценивая данные доказательства, суд учитывает положения ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Таким образом, заключение специалиста, к коим относится экспертное заключение от 19.12.2016 № ***, составленное Г., несмотря на его название, не относится к числу доказательств, допустимых к принятию судом при разрешении гражданских дел, а является лишь консультацией специалиста в письменной форме, данной исходя из профессиональных знаний, без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда, которая может приниматься или не приниматься судом к сведению исходя из положений ст. 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Данное заключение не может быть признано экспертным заключением, рассматриваемым как доказательство по гражданскому делу, поскольку до его составления не были соблюдены требования ст. 79, 80 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам, о чем судом выносится определение. В определении суда также указывается, что за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупреждается судом или руководителем судебно-экспертного учреждения, если экспертиза проводится специалистом этого учреждения, об ответственности, предусмотренной Уголовным кодексом Российской Федерации, однако Г о такой ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался. Указанное порочит данное заключение как доказательство.

Согласно частям 1-3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Таким образом, при оценке заключения эксперта ФБУ Уральского РЦСЭ Минюста России В от 15.08.2018 № *** суд учитывает его содержание, логику, мотивированность, обоснованность, а также оценивает с иными собранными по делу доказательствами.

Из административного материала, исследованного судом, следует, что сотрудником ИДПС 6 роты полка ДПС К произведен осмотр места происшествия, составлена схема места совершения административного правонарушения, подписанная ФИО5, ФИО3 без замечаний, из которой следует, что в месте происшествия ширина проезжей части составляет 8 м, столкновение транспортных средств произошло на расстоянии 4 м от правого края проезжей части и 1 м от передней части стоявшего на дороге справа автобуса.

Как следует из исследованной судом видеозаписи с видеорегистратора неустановленного автомобиля, предоставленной истцом, который двигался за автомобилем 

<

...>, рег. знак 

<

...>, (продолжительность 2,73 сек. от начала до момента столкновения транспортных средств) указанный автобус стоял на крайней правой полосе дороги с включенной аварийной сигнализацией. В начале записи видно, что по второму ряду с опережением автобуса двигался неустановленный легковой автомобиль с включенной аварийной сигнализацией, а по третьему (крайнему левому) ряду медленно двигался неустановленный легковой автомобиль 

<

...>, и также с включенной аварийной сигнализацией. 

Таким образом, все три полосы дороги были заняты транспортными средствами, стоящим и/или медленно движущимися с включенной аварийной сигнализацией, что истцу следовало учитывать при выборе скорости движения своего автомобиля на данном участке дороги, поскольку указанное свидетельствовало о возникновении опасности на дороги, препятствий для движения, которые истец должен был обнаружить, поскольку из видеозаписи это очевидно. 

Как следует из объяснений ФИО5 в ГИБДД, он же в указанной ситуации двигался со скоростью 80 км/час. 

Двигавшийся впереди него автомобиль 

<

...>, рег. знак 

<

...>, под управлением ФИО3, по его объяснениям, также двигался со скоростью 80 км/час. 

Тот факт, что 

<

...> автомобиль двигался впереди автомобилем 

<

...>, следует из объяснений сторон и видеозаписи. 

Таким образом, на истце лежала обязанность правильно оценить дорожную ситуацию, правильно выбрать скорость движения своего автомобиля и дистанцию до впереди идущего транспортного средства. Однако из видеозаписи не следует, что скорость движения автомобиля под управлением ФИО5 соответствовала указанной дорожной ситуации. Видны включенные сзади автомобиля осветительные приборы, работа которых, судя по качеству видеозаписи, может свидетельствовать как о движении автомобиля в состоянии торможения, как посчитал эксперт, однако эффективное либо экстренное торможение его автомобиля на записи не наблюдается, так и о работе аварийной сигнализации, учитывая характер и частоту мигания вплоть до остановки транспортного средства.

Как следует из видеозаписи, 

<

...> к моменту столкновения указанных транспортных средств «поровнялся» со стоящим автобусом, в связи с чем для проезда оставалась только средняя полоса движения, по которой, как следует из объяснений ФИО3, данных им сотруднику ГИББД, и двигался автомобиль 

<

...>, рег. знак 

<

...>, под его управлением. Также из его объяснений следует, что двигавшийся впереди него легковой автомобиль стал перестраиваться на его полосу движения, поэтому, чтобы не совершить с ним столкновение, он применил меры к снижению скорости путем торможения, после чего почувствовал сильный удар сзади от столкновения с автомобилем 

<

...>, рег. знак 

<

...>. 

Наличие такого автомобиля впереди автомобиля 

<

...>, при этом не на крайней левой, а на средней полосе (с включенной аварийной сигнализацией) до момента столкновения видно на видеозаписи (в самом начале видеозаписи) и сделанных экспертом её скриншотах (данный автомобиль не 

<

...>, который оставался все время записи на третьей полосе), что указывает на достоверность объяснений ФИО3 в той части, что в силу данного обстоятельства у него была необходимость в принятии им мер по снижению скорости транспортного средства, чем могло быть обусловлено столкновение со следующим за ним автомобилем под управлением истца при несоблюдении последним скоростного режима, соответствующего дорожной ситуации и/или безопасной дистанции до впереди идущего транспортного средства.

Водитель автомобиля 

<

...>, рег. знак 

<

...>, ФИО5 в объяснениях, данных в ГИБДД, указал, что он двигался по средней полосе, а по левой полосе двигался автомобиля 

<

...>, рег. знак 

<

...>, который начал резко перестраиваться в среднюю полосу из-за впереди идущего автомобиля 

<

...>, в связи с чем он применил экстренное торможение, но столкновения автомобиля под его управлением с автомобилем 

<

...>, рег. знак 

<

...>, избежать не удалось.

Вместе с тем, исследованная судом видеозапись не подтверждает ни факт нахождения автомобиля 

<

...>, рег. знак 

<

...> на третьей полосе, ни факт его перестроения из этой полосы на вторую полосу автомобиля. Иных же доказательств также не имеется. Поскольку от момента начала видеозаписи до момента столкновения данный автомобиль вообще не виден из-за двигающегося позади него автомобиля 

<

...> рег. знак 

<

...>, который, по объяснениям его водителя, двигался по второй полосе. В тот же момент, когда автомобиль автомобиля 

<

...> становится видимым на видеозаписи, он находится настолько правее автомобиля 

<

...>, что наличие данного автомобиля не препятствует прямолинейному движению автомобиля 

<

...>, и это дает основания считать его находящимся на средней полосе, поскольку разметки на дороге нет, дорога заснежена и в силу п. 9.1. ПДД водители самостоятельно определяют с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними количество полос и их местонахождение. 

Ширина дороги, как следует на схеме 8 м, следовательно, на каждую полосу приходится около 2,6 м. Следует отметить, что при вхождении в зону видимости автомобиль 

<

...> наблюдается расположенным параллельно оси дороги, двигающимся прямолинейно, без совершения или завершения каких-либо маневров, при том, что от начала видеозаписи прошло 1,46 сек, и крайне сомнительно, что за это время автомобиль мог успеть не только сменить ряд движения, но и выровнять автомобиль для прямолинейного движения, как он виден на видеозаписи.

Факт перестроения автомобиля 

<

...>, на который указывает эксперт, в действительности на исследованной судом видеозаписи не виден. Столкновение транспортных средств происходит на средней полосе дороги, при этом отчетливо видно, как автомобиль 

<

...>, буквально «догоняет» (вследствие неправильно выбранной скорости и/или неверно выбранной дистанции до впереди движущейся автомашины) движущийся перед ним, и также по средней полосе автомобиль 

<

...>, при этом последний находится левее, а автомобиль под управлением истца правее относительно середины данной полосы, что соответствует полученным транспортными средствами повреждениям и механизму их образования (у 

<

...> согласно справке о ДТП видимые повреждения: задний бампер, задний фонарь, заднее крыло, у 

<

...>: передний бампер, переднее крыло, передняя левая фара, передняя левая противотуманная фара, левое переднее колесо, передняя левая арка, передняя панель бампера, передняя левая и задняя дверь).

Следовательно, вывод эксперта о том, что ранее данный автомобиль находился на третьей полосе дороги и совершил перестроение из этой полосы на вторую полосу, основанный на данной видеозаписи, является предположением, при этом данное обстоятельство ФИО3 отрицается, а его объяснения относительно обстоятельств, предшествующих столкновению, напротив, данной видеозаписью подтверждаются.

Эксперт обосновывает факт перестроения автомобиля 

<

...> из крайнего левого ряда в средний следующим: «он не мог там двигаться изначально, т. к. по нему двигался автомобиль со световой сигнализацией, процесс перестроения очевиден, т.к. при приближении к нему автомобиля 

<

...> автомобиль 

<

...> при перестроении обеспечивает видимость сначала левого фонаря автомобиля, двигающегося перед ним (скриншот № 3 указан синей стрелкой), а потом и видимость обоих фонарей автомобиля, двигающегося перед ним (скриншот № 4 указан синими стрелками). 

Однако при исследовании указанных скриншотов в сопоставлении с видеозаписью судом установлено, что такое расположение автомобилей обусловлено изменением ракурса видеосъемки, а не перестроением автомобиля 

<

...>, который на тех же скриншотах виден движущимся прямолинейно. В противном случае, при перестроении, отмеченный стрелкой стоп сигнал вообще не был бы виден. 

Кроме того, как на скриншотах, так и на видеозаписи видно, что у автомобиля 

<

...> перед столкновением транспортных средств горят стоп-сигналы, что также подтверждает правдивость объяснений ФИО3 о применении им торможения автомобиля в связи с обнаружением препятствия на дороге в виде другого автомобиля на полосе его движения, что предшествовало столкновению, а не факт перестроения его автомобиля, завершение которого незамеченным, если бы таковое производилось в действительности, не могло оставаться незамеченным на видеозаписи (с учетом необходимого времени для совершения такого маневра и длительности видеозаписи). 

Видеозапись же указанного события большей продолжительностью до момента столкновения могла бы способствовать проверке объяснений названных водителей, которые дали противоречивые объяснения относительно обстоятельств столкновения транспортных средств и предшествующего ему поведения участников происшествия. Суд истребовал у истца такое доказательство, однако оно суду не представлено.

Как следует из объяснений водителей указанных транспортных средств, имелись очевидцы указанного происшествия, в том числе водитель автомобиля, предоставивший видеозапись истцу, который не мог не видеть как развивались события, однако сведения о данных лицах участники процесса суду не предоставили, об их вызове в суд не ходатайствовали, явку свидетелей в суд не обеспечили, хотя такое право судом было разъяснено, на показания свидетелей в подтверждение обоснованности занятых позиций не ссылались.

Таким образом, экспертное заключение основано на предположениях, не логичных умозаключениях, противоречит иным исследованным по делу доказательствам, не доверять которым у суда оснований не имеется, поэтому не может быть положено в основу решения суда для вывода о том, в результате противоправных, виновных действий водителя какого транспортного средства произошло столкновение транспортных средств и их повреждение.

Также из материалов дела следует, что по результатам проведенной сотрудниками ГИБДД проверки, которая ограничилась истребованием объяснением у водителей транспортных средств 

<

...>, рег. знак 

<

...>, 

<

...>, рег. знак 

<

...>, осмотром места совершения административного правонарушения и составления его схемы, была составлена и выдана справка о дорожно-транспортном происшествии с указанием на то, что в действиях ФИО3 нарушений ПДД нет, ФИО5 нарушил п. 9.10. ПДД. 

В отношении ФИО5 был составлен протокол об административном правонарушении на основании ст. 12.15. Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, на основании которого постановлением инспектора ДПС дежурной части полка ДПС ГИБДД УМВД России по г. Екатеринбурга Е от 20.01.2017 № *** за нарушение п. 9.10 ПДД РФ (не соблюдал боковую дистанцию, которая не позволила избежать столкновение) при указанных обстоятельствах привлечен к административной ответственности в виде штрафа.

Указанное постановление ФИО5 обжаловано в судебном порядке и решением судьи Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 27.03.2017, вступившим в законную силу 17.04.2017, по делу № 12-65/2017 (в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оно не имеет преюдициального значения для ОАО «Альфа-Страхование, ФИО6, ФИО3, которые не участвовали при его разрешении), поскольку отменено с прекращением производств по делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15. Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, с указанием на то, что столкновение автомобилей было не боковыми частями, а задней и передней частями, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что в действиях ФИО5 отсутствует нарушение п. 9.10. ПДД, а именно, несоблюдение боковой дистанции. 

Таким образом, сведения о нарушении ФИО5 требований п. 9.10. ПДД, указанные в справке о дорожно-транспортном происшествии, не соответствуют действительности. Иных же документов, которые бы подтверждали факт причинения вреда вследствие виновных противоправных действий того или иного участника дорожно-транспортного происшествия, как установлено судом, истцом ответчику представлено не было, и в настоящее время не имеется. 

Следовательно, в данной ситуации ответчик при рассмотрении заявления истца правомерно руководствовался положениями п. 22 ст. 12 Федерального закона № 40-ФЗ от 05.04.2002 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», согласно которому если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

Страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного потерпевшему несколькими лицами, соразмерно установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована. При этом потерпевший вправе предъявить требование о страховом возмещении причиненного ему вреда любому из страховщиков, застраховавших гражданскую ответственность лиц, причинивших вред.

Страховщик, возместивший вред, совместно причиненный несколькими лицами, имеет право регресса, предусмотренное гражданским законодательством.

В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Поэтому решение страховщика о выплате истцу страхового возмещения в размере 50% от установленного размера ущерба признается судом законным и обоснованным, учитывая разъяснения, содержащиеся в п. 21 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» из которых следует, что если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застрахованного лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение.

В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера понесенного каждым ущерба (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательства по выплате страхового возмещения в равных долях от размера понесенного каждым из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия ущерба им исполнены.

В случае несогласия с такой выплатой лицо, получившее страховое возмещение, вправе обратиться в суд с иском о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать со страховой организации страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Суд не усматривает оснований для возложения на ответчика решением суда обязанности по выплате истцу страхового возмещения в размере 100% по представленным доказательствам, поскольку в ходе судебного разбирательства с достаточной степенью достоверности и доказанности не нашел подтверждение тот факт, что рассматриваемое событие (столкновения и повреждения вышеуказанных транспортных средств) произошло вследствие допущенного ФИО3 перестроения управляемого им транспортного средства из одного ряда в другой без соблюдения правил о безопасности маневра и приоритете движения у того, кто движется без изменения направления движения (п. 8.1., 8.4. ПДД), состоящих в причинно-следственной связи со столкновением транспортных средств. 

И, напротив, в действиях ФИО5 суд усматривается факт нарушений им п. 9.10., п. 10.1 ПДД, состоящих в причинно-следственной связи со столкновением транспортных средств и их повреждением, поскольку избранная им при управлении транспортного средства скорость движения, а также дистанция до движущегося впереди транспортного средства не соответствовали дорожной ситуации, состоянию проезжей части, погодным условиям, что стало причиной столкновения с транспортным средством, находившимся под управлением ФИО3.

В соответствие с пунктом 5 статьи 16.1. указанного закона страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки (пени), суммы финансовой санкции и (или) штрафа, если обязательства страховщика были исполнены в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом, а также если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потерпевшего.

Поскольку судом установлено, что обязательства по выплате страхового возмещения в установленном законом размере ответчиком перед истцом исполнено в соответствие с требованиями Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», оснований для взыскания штрафа согласно пункту 3 статьи 16.1., а также компенсации морального вреда согласно статье 15 Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-1 "О защите прав потребителей", - не имеется. 

Поэтому суд отказывает в удовлетворении всех заявленных исковых требований, относя понесенные истцом по делу судебные расходы на его счет без возмещения за счет ответчика в силу статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу статей 91, 95, 96, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку определением суда 18.07.2017 расходы по производству назначенной судебной экспертизы возложены на ФИО5, ОАО «АльфаСтрахование» в равных долях, установлен срок для оплаты в течение пяти дней со дня вступления определения в законную силу, однако подтверждающих оплату документов не представлено суду, при этом экспертным учреждением заявлено ходатайство о возмещении таких расходов в сумме 23 300 руб., с истца и ответчика подлежат взысканию в судебном порядке в пользу Уральского регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации по 11 650 руб. с каждого.

Руководствуясь статьями 194 – 199, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО5 к открытому акционерному обществу «АльфаСтрахование» о взыскании страхового возмещения, штрафа, возмещении убытков, компенсации морального вреда – отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «АльфаСтрахование» в пользу Федерального бюджетного учреждения «Уральский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» в счет оплаты судебной экспертизы (заключение от 15.08.2017 № ***) 11 650 руб..

Взыскать с ФИО5 в пользу Федерального бюджетного учреждения «Уральский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» в счет оплаты судебной экспертизы (заключение от 15.08.2017 № ***) 11 650 руб..

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в течение одного месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья подпись С.А. Маслова

<

...>

<

...>

<

...>