Дело № 2-225/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 сентября 2019 года г. Иваново

Октябрьский районный суд города Иваново в составе:

председательствующего судьи Смирнова Д.Ю.,

при секретаре Гарибян П.А.,

при участии прокурора Соколовой Е.Н.,

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2,

представителя ответчика ОБУЗ ИКБ им. Куваевых Быковой А.В.,

ответчика Башлачева А.А., его представителя ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Ивановская клиническая больница имени Куваевых», Башлачеву Андрею Александровичу о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Ивановская клиническая больница имени Куваевых» (далее – ОБУЗ ИКБ им. Куваевых) о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни. Исковые требования мотивированы тем, что с 10.12.2018 года супруг истца Б.С.Н. находился на лечении у ответчика по поводу 

<

данные изъяты>, сначала в поликлинике, а с 13.12.2018 года в стационаре. Б.С.Н. до ДД.ММ.ГГГГ оказывалось только медикаментозное лечение, операция была проведена только 19.12.2018 года, 21.12.2018 года Б.С.Н. был прооперирован повторно, а 22.12.2018 года умер. Причиной смерти был указан 

<

данные изъяты>. Указывая, что при достаточной диагностике и своевременном оперативном вмешательстве Б.С.Н. был бы жив, истец полагала, что ответчик ненадлежащим образом оказывал медицинскую помощь, в связи с чем просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3000000 руб. и материальный ущерб по оплате похорон в размере 33554 руб.

В ходе рассмотрения дела истец заявила о солидарной ответственности ОБУЗ ИКБ им. Куваевых и лечащего врача стационара, в связи с чем к участию деле в качестве соответчика был привлечен Башлачев А.А.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, необходимость удовлетворения иска связывали с наличием вины ответчиков в смерти Б.С.Н. и нравственными переживаниями ФИО1 по поводу смерти супруга. 

Представить ответчика ОБУЗ ИКБ им. Куваевых Быкова А.А. в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований по мотивам письменных отзывов.

Ответчик Башлачев А.А. и его представитель ФИО3 возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям письменных возражений.

Третье лицо ФИО4, извещавшаяся о времени и месте судебного заседания в порядке гл. 10 ГПК РФ, в письменном ходатайстве возражала против удовлетворения иска, просила дело рассмотреть без своего участия.

Суд, заслушав стороны по делу, представителей сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, медицинские карты амбулаторного и стационарного больного, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащиму частичному удовлетворению, приходит к следующим выводам.

В силу ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Согласно ст.17 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации регулирует и определяет Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Федеральный закон об основах охраны здоровья граждан).

На основании ст.4 Федерального закона об основах охраны здоровья граждан основными принципами охраны здоровья являются соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, а также доступность и качество медицинской помощи.

Качественная медицинская помощь – ключевая категория, выполняющая роль одного из индикаторов соблюдения прав человека в сфере здравоохранения.

Качество медицинской помощи определено Федеральным законом об основах охраны здоровья граждан как совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п.21 ст.2).

В силу п.3 ст.98 Федерального закона об основах охраны здоровья граждан медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно п.2 ст.1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу п.1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как усматривается из материалов дела, медицинской документации Б.С.Н. ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения находились в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.11). 

Б.С.Н. на учете по поводу хронических заболеваний не состоял, в 2015 году проходил лечение в ОБУЗ ИКБ им. Куваевых с 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ Б.С.Н. обратился в поликлинику № ОБУЗ ИКБ им. Куваевых на прием к участковому врачу терапевту ФИО4 с жалобами 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

По факту смерти Б.С.Н. проводилась проверка, врачебная комиссия ОБУЗ ИКБ им. Куваевых пришла к выводу, что нарушений исполнения стандартов медицинской помощи, рекомендаций не выявлено (Т.1 л.д.71-79). В то же время комиссия констатировала наличие следующих нарушений: не проведение бактериологического исследования 

<

данные изъяты>; в период госпитализации у пациента развились 

<

данные изъяты>, а также потребовалось повторное оперативное вмешательство.

В ходе рассмотрении дела стороной истца заявлялось о подложности доказательства – медицинской карты № стационарного больного в части описания результатов наблюдения Б.С.Н. лечащим врачом, результатов анализов, диагнозов и порядка проведения лечения, при этом истец и свидетель С.Е.Н. (сестра – Б.С.Н.) утверждали, что видели иной вариант медицинской карты.

Суд в соответствии со ст. 186 ГПК РФ в связи с указанным заявлением стороны истца предлагал стороне ответчика представить иные доказательства.

Ответчиком в подтверждение достоверности медицинской карты представлены соответствующие копии из журналов регистрации пациентов, результатов проведения анализов, рентгена (Т.1 л.д.134-149), данные в которых совпадают с данными, указанными в медицинской карте. 

Анализируя медицинскую карту в совокупности с представленными копиями журналов, суд не усматривает каких-либо явных расхождений указанных в них данных друг с другом, а также явных расхождений с показаниями свидетелей Д.В.И. (коллега Б.С.Н.), Р.Д.В. (сосед Б.С.Н.), С.Е.Н., К.Г.Н. (сосед по палате), В.П.В. (дежурный врач-хирург), К.Э.И. (врач-хирург, осуществлявший прием Б.С.Н. в стационар) относительно состоянии здоровья Б.С.Н. в исследуемый период. Не свидетельствует о наличии таких расхождений и записи телефонных переговоров Б.С.Н. и С.Е.Н.

При этом необходимо отметить, что пояснения ФИО1 и С.Е.Н. в части описания информации и порядка ее расположения, которая по их мнению ранее была в медицинской карте, носит нечеткий, противоречивый характер.

Таким образом, суд не усматривает оснований для признания медицинской карты № стационарного больного подложным доказательством.

Как следует из медицинской документации, в ходе нахождения Б.С.Н. на лечении клиническая картина была неоднозначная, характерная для нескольких заболеваний, в связи с чем лечащий врач до проведения 

<

данные изъяты> не мог установить однозначный диагноз, правильный диагноз был установлен только после проведения операции ДД.ММ.ГГГГ, т.е. спустя 6 дней после поступления Б.С.Н. в стационар и спустя 9 дней после первичного обращения в поликлинику.

На основании определения суда по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ГУЗ 

<

адрес> «Ярославской областное бюро судебно-медицинской экспертизы». Согласно представленному заключению (Т.2 л.д. 2-41), комиссия экспертов пришла к следующим выводам: 1

<

данные изъяты>

Исследовав экспертное заключение, с учетом пояснений сторон и представленных сторонами доказательств по делу, суд находит его обоснованным, поскольку оно дано на основе полного и всестороннего исследования и тщательного анализа всех собранных по делу доказательств, медицинской документации, оформлено в полном соответствии с требованиями Федерального закона РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», соответствует требованиям, предъявляемым к данного рода документам. Заключение судебной экспертизы содержит ответы на все поставленные вопросы, выводы экспертов обоснованы. Экспертиза выполнена экспертами, имеющими соответствующее образование для проведения подобного рода исследований и квалификацию с достаточным стажем работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Вопреки доводам стороны ответчиков, каких-либо оснований сомневаться в объективности анализа и оценки результатов исследования, достоверности и правильности выводов экспертов не имеется. 

Доводы представителя ОБУЗ ИКБ им. Куваевых о наличии в одном из выводов экспертов описки в наименовании ответчика, о проведении экспертных исследований с известным конечным результатом, а также доводы ответчиков об оценке случая Б.С.Н. лечащим врачом как понятного и не требующего дополнительных методов диагностики, не влияют на правильность и обоснованность выводов экспертов в целом.

Федеральный закон об основах охраны здоровья граждан содержит легальные понятия диагностики и лечения. Так диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий; лечение - комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни.

Большинство клинических рекомендаций, разработанных для лечения заболеваний органов человека, расположенных в области 

<

данные изъяты>, предписывают в ходе диагностики именно исключать наличие того либо иного заболевания, для чего лечащих врач должен проводить дифференциальную диагностику, а не останавливаться на одном заболевании под клиническую картину которого подходит симптоматика, имеющуюся у больного, что фактически было сделано Башлачевым А.А. Так клинические рекомендации по диагностике и лечению взрослых пациентов 

<

данные изъяты> прямо предусматривает необходимость в ходе дифференциальной диагностики исключать такие заболевания как 

<

данные изъяты> 

При этом, большинство клинических рекомендаций по диагностике и лечению заболеваний органов человека, расположенных в области живота указывают на необходимость принятия достаточно срочных и неотложных мер, направленных на диагностику и лечение заболеваний в данной области. Так рекомендованная продолжительность лечения 

<

данные изъяты> составляет 3 дня.

Так необходимо отметить, что из медицинской документации не следует, что Башлачев А.А. был окончательно уверен в наличие у Б.С.Н. именно 

<

данные изъяты>, учитывая, что ДД.ММ.ГГГГ Б.С.Н. передавался дежурному хирургу в состоянии неясной клинической картины, что подтверждалось и свидетелем В.П.В. 

Таким образом, суд соглашается с позицией стороны истца и судебных экспертов, что сотрудники ОБУЗ ИКБ им. Куваевых не предприняли достаточных и своевременных мер для скорейшей диагностики имеющегося у Б.С.Н. заболевания, в том числе путем проведения таких диагностических методов как диагностической лапароскопии и КТ. При этом, несмотря на отсутствие оборудования КТ непосредственно в самом лечебном учреждении у сотрудников ОБУЗ ИКБ им. Куваевых имелась возможность направления Б.С.Н. на КТ в ООО «Клиника Современной Медицины», с которой у ОБУЗ ИКБ им. Куваевых заключен договор на предоставление медицинской услуги в 2018 году от ДД.ММ.ГГГГ. При этом несвоевременная диагностика заболевания 

<

данные изъяты> привела и к несвоевременному лечению данного заболевания, поскольку способом его лечения является именно 

<

данные изъяты>, медикаментозное лечение не является эффективным. При этом согласно ст. 70 Федерального закона об основах охраны здоровья граждан в обязанности лечащего врача входит установление диагноза на основании всестороннего обследования пациента.

Суд приходит к выводу, что своевременное не установление правильного диагноза заболевания, при наличии такой возможности, безусловно является недостатком оказания медицинской помощи, поскольку это привело к неправильной тактике лечения. Между дефектами оказания медпомощи и наступлением смерти Б.С.Н. имеется причинно-следственная связь, но она непрямая, поскольку дефекты оказания медицинской помощи явились условием, способствующим наступлению смерти, а не ее причиной. Учитывая, что летальность случаев 

<

данные изъяты> достаточно мала, суд соглашается с позицией истца и экспертов о том, что своевременная диагностика и лечения позволила бы избежать смерти Б.С.Н. 

Учитывая, что стороной ответчиков, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено объективных доказательств отсутствия возможности своевременной постановки верного диагноза, кроме указания на убежденность лечащего врача, что у Б.С.Н. имеется заболевание 

<

данные изъяты>, суд, оценивая доказательства в их совокупности, приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1 

При этом, суд находит несостоятельными, вытекающими из неверного понимания положений действующего Гражданского кодекса РФ, доводы ответчиков о том, что при отсутствии прямой причинно-следственной связи между смертью Б.С.Н. и действиями ответчиков, нельзя вести речь о наличии вины ответчиков в смерти Б.С.Н. Как прямая причинно-следственная связь, так и косвенная, свидетельствуют о вине ответчиков при оказании медицинской помощи, различия заключаются лишь в степени вины, что учитывается при определении размера компенсации вреда.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» разъясняется, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.

Утрата близкого человека является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Смерть мужа, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни истца, неоспоримо причинившим нравственные страдания, и должно рассматриваться в качестве переживания, влекущего состояние стресса и эмоционального расстройства.

Факт причинения истице морального вреда не вызывает сомнений, является очевидным и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Поскольку в результате дефектов оказания медпомощи врачами ОБУЗ ИКБ им. Куваевых наступила смерть супруга истца, что объективно причинило ей глубокие нравственные страдания, учитывая степень вины, тот факт, что не установлена прямая причинно-следственная связь между действиями врачей и наступлением смерти Б.С.Н., суд полагает возможным взыскать компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

При этом, исходя из положений ст. 1068 ГК РФ, компенсация морального вреда подлежит взысканию с ОБУЗ ИКБ им. Куваевых, как работодателя лечащих врачей, осуществлявших постановку диагнозов и лечение Б.С.Н. Вопреки доводам стороны истца, правовых оснований для солидарной ответственности ОБУЗ ИКБ им. Куваевых и Башлачева А.А. не имеется.

Истцом также были понесены расходы на погребение Б.С.Н. в размере сумме 33554 руб. (Т.1 л.д.15-17).

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В этой связи, в пользу ФИО1 с ОБУЗ ИКБ им. Куваевых подлежат взысканию расходы на погребение в размере 33554 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с Областного бюджетного учреждения здравоохранения «Ивановская клиническая больница имени Куваевых» компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, расходы на погребение в сумме 33554 рубля.

В остальной части иска отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Башлачеву Андрею Александровичу отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Судья Смирнов Д.Ю. 

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ года