Судья: Прейбис И.И. № 22К-1241/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 8 августа 2025 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Станкевич Т.Э.,

при секретаре судебного заседания Алексенко А.А., 

с участием прокурора Черновой И.В., 

адвокатов Кадаевой О.В., Аксёнова А.С., Разумовского Ю.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материал с апелляционными жалобами адвокатов Аксёнова А.С., Разумовского Ю.Ю., Кадаевой О.В. на постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 16 июля 2025 года, по которому 

К., родившемуся ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 30 суток, а всего до 4 месяцев 29 суток, то есть до 17 августа 2025 года. В удовлетворении ходатайства стороны защиты об изменении меры пресечения на домашний арест отказано.

Доложив материалы дела и существо апелляционных жалоб, заслушав защитников – адвокатов Кадаевой О.В., Аксёнова А.С., Разумовского Ю.Ю., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Черновой И.В., возражавшей против отмены и изменения постановления,

У С Т А Н О В И Л :

В апелляционной жалобе защитники Аксёнов А.С. и Разумовский Ю.Ю. в интересах обвиняемого К. просят постановление суда отменить и вынести новое судебное решение, которым изменить ему меру пресечения с заключения под стражу на домашний арест.

Указывают на то, что оспариваемое постановление суда является незаконным, несправедливым, необоснованным и немотивированным, поскольку вынесено в существенным нарушением норм уголовно-процессуального права, а выводы суда, изложенные в постановлении не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

Указывают, что судом не дана оценка состоянию здоровья обвиняемого, который страдает дисциркуляторной диабетичекой энцелофалопатией II степени с вестибуло – атаксическим синдромом, диабетической полиневропатией конечностей сенсорной формы, сахарным диабетом 2 типа, субкомпенсированной гипертонической болезнью 2 степени, остреохондрозом, спондилезом шейного и поясничного отдела позвоночника, алиментарно – конституциональным ожирением 3 ст. С момента заключения под стражу состояние его здоровья значительно ухудшилось, он не может самостоятельно передвигаться, родственники и защитники не могут посетить его в СИЗО уже несколько месяцев. 

Обращает внимание, что 23.06.2025 года в Постановление Правительства РФ от 14.01.2011 № 3 "О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений" были внесены существенные изменения и добавлены заболевания: спондилез, а также наличие при сахарном диабете 2 типа распространенной тяжелой полиневропатии, которые имеются у К., однако суд первой инстанции принял решение о продлении срока его содержания под стражей, без надлежащей оценки данных обстоятельств.

В постановлении суда не указаны мотивы, по которым суд пришел к выводу о необходимости дальнейшего содержания К. под стражей, автоматически продлив ему меру пресечения, что противоречит требованиям ст.ст. 97 и 110 УПК РФ. Полагают, что суд исходил из презумпции нахождения под стражей обвиняемого в то время, как должен исходить и из презумпции свободы и исследовать в первую очередь основания, по которым лицо подлежит освобождению. Данных оснований судом не было приведено.

Адвокат Кадаева О.В. в апелляционной жалобе указывает, что постановление суда является незаконным, необоснованным, не отвечает требованиям положений ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Указывает, что основные фигуранты по делу допрошены в качестве свидетелей год назад, К. влияния на ход следствия не имеет и не предпринял ни одной попытки оказания давления на иных участников уголовного судопроизводства. Полагает, что суд в каждом конкретном случае, должен обсуждать возможность применения в отношении лица иной, более мягкой меры пресечения, вне зависимости от ходатайства сторон и стадии уголовного судопроизводства, чего в отношении К. сделано не было. Суду не были представлены доказательства наличия оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ для продления обвиняемому меры пресечения. 

Полагает, что оснований для привлечения К. к уголовной ответственности не имеется, поскольку денежные средства, которые, якобы, предназначались ему, передавались только ФИО1, лично К. денежные средства от свидетелей не получал, что исключает возможность оказывать на них воздействие. До настоящего времени, органом следствия не установлено должностное лицо, которому предназначались денежные средства.

Мнение следователя о невозможности избрания К. более мягкой меры пресечения основано на предположениях. При этом, мера пресечения в виде домашнего ареста, также предусматривает существенные ограничения прав обвиняемого на передвижение, общение с посторонними людьми. Считает, что суд при рассмотрении ходатайства следствия использовал шаблонные формулировки, без глубокого анализа конкретной ситуации, положил в основу постановления только тяжесть предъявленного обвинения и формальные обстоятельства, не подтвержденные соответствующими доказательствами. 

Обращает внимание суда на то, что до заключения под стражу К. постоянно проживал вместе с женой в г. Калининграде в принадлежащей ей квартире. Сведения о том, что К. постоянно меняет место жительства, как указано в ходатайстве, никакими доказательствами не подтверждены. Находящийся в материалах дела рапорт сотрудника УФСБ не соответствует действительности и не является доказательством. Указывает, что с 27 июня 2025 г. состояние здоровья обвиняемого резко ухудшилось, он нуждается в стационарном лечении в связи с имеющимися диагнозами. Терапия, которую он получает с 29.06.2025 в условиях следственного изолятора, не имеет эффективности. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении К. меру пресечения в виде домашнего ареста. 

Изучив представленные материалы, проверив доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ при невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен на срок до 6 месяцев. 

Эти требования закона не нарушены судом при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого К.под стражей.

Ходатайство подано следователем в рамках расследуемого им уголовного дела, с согласия уполномоченного руководителя следственного органа. 

Срок содержания К.под стражей продлен в соответствии с требованиями ст. 109 УПК РФ, в пределах срока предварительного следствия, который был установлен уполномоченным руководителем следственного органа до 18 августа 2025 года. 

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую, или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Вопреки доводам жалоб, данных о том, что отпала необходимость в избранной К. мере пресечения в виде заключения под стражу, либо изменились основания для избрания данной меры пресечения, в судебном заседании, не установлено.

Как следует из представленных материалов, К. обоснованно задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ 19 марта 2025 года по основаниям, предусмотренным п.2,3 ч.1, ч.2 ст. 91 УПК РФ. Порядок его задержания не нарушен, протокол задержания подписан подозреваемым К. и его защитниками после личного прочтения, без замечаний относительно порядка и процедуры его задержания.

Судом надлежаще проверена законность задержания К. и наличие разумных оснований для осуществления его уголовного преследования. При этом суд пришел к обоснованному выводу о том, что представленные органом предварительного расследования материалы содержат достаточные данные об имевшем место событии расследуемого преступления и фактические данные, свидетельствующие о наличии у органа предварительного расследования разумных оснований для осуществления уголовного преследования по нему обвиняемого К.

Данных о том, что на данном этапе производства по делу эти обстоятельства изменились, в представленных материалах не имеется и в апелляционных жалобах не приведено. 

Согласно представленным суду материалам, К. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ, отнесенного к категории тяжких, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет. 

Вопреки доводам жалоб, оценивая не только тяжесть предъявленного К. обвинения, но и характер инкриминированного ему преступления, направленного против государственной власти и интересов государственной службы, в совокупности с данными о личности К., который осведомлен о личностях свидетелей по уголовному делу, суд пришел к обоснованному выводу о том, что, в случае избрания более мягкой меры пресечения, К. может скрыться от органа предварительного следствия и суда, а также иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу. По указанным мотивам, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для избрания К. более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения, о чем ходатайствовали обвиняемый и его защитники, придя к мотивированному выводу о том, что гарантией обеспечения задач уголовного судопроизводства и соблюдения баланса прав его участников будет лишь продление содержания К. под стражей. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд в постановлении учел доводы стороны защиты, в том числе, об отсутствии у К. намерений скрываться, наличии у него места жительства, ряда тяжелых заболеваний, положительной характеристики, которые также приведены в апелляционных жалобах, дал им надлежащую оценку, несогласие с которой не свидетельствует о незаконности постановления суда и о нарушении судом принципа состязательности, равноправия сторон, поскольку мотивы для избрания К. меры пресечения виде заключения под стражу и невозможности избрания иной, не связанной с лишением свободы меры пресечения, в постановлении изложены.

Суд апелляционной инстанции также не находит оснований для того, чтобы давать иную оценку тем фактическим обстоятельствам, которыми судья руководствовался при принятии решения о продлении К. меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку оснований, свидетельствующих, исходя из объективных данных по делу, о возможности изменения или отмены меры пресечения К., как на момент рассмотрения вопроса судом первой инстанции, так и в настоящее время не усматривается и стороной защиты не представлено.

Наличие согласия родственников на проживание К. под домашним арестом, его деловая репутация, при наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, не уменьшают вероятности воспрепятствования К. производству по делу. Доводы жалобы о невозможности оказания давления на свидетелей, ввиду того, что их допрос следователем осуществлен, не исключают возможности оказания обвиняемым давления на иных свидетелей. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом учтены все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения ходатайства органа предварительного расследования; выводы суда не являются формальными, а основаны на исследованных в судебном заседании материалах дела, данных о личности обвиняемого, без приведения общих и абстрактных формулировок. В постановлении приведены конкретные фактические обстоятельства, на основании которых суд принял обжалуемое решение, и отверг доводы, приведенные стороной защиты, указаны конкретные документы, содержащие сведения, обосновывающие выводы суда. Иных сведений о личности обвиняемого или обстоятельств, которые не были учтены судом при рассмотрении ходатайства следователя, стороной защиты не приведено также и в суде апелляционной инстанции. При этом, ссылок на рапорт УФСБ, допустимость которого оспаривает сторона защиты, в постановлении не имеется. В связи с чем суд апелляционной инстанции не находит обоснованными доводы стороны защиты о несоответствии обжалуемого постановления требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Доводы жалобы о необоснованности привлечения К. к уголовной ответственности, со ссылкой на анализ доказательств, не могут быть предметом судебного контроля на данной стадии производства по уголовному делу, поскольку их оценка относится к исключительной компетенции суда, при рассмотрении уголовного дела по существу. 

Доводы апелляционных жалоб о наличии у К. заболеваний, препятствующих его содержанию под стражей и входящих в перечень тяжелых заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ № 3 от 14 января 2011 года, являются несостоятельными. Ссылка стороны защиты на выписной эпикриз Калининградского военно-морского госпиталя БФ в отношении К. от 01 марта 2024 года, содержащая сведения о наличии у него диагноза в виде спондилеза шейного и грудного отдела позвоночника, диабетической полиневропатии конечностей, сахарного диабета 2 типа субкомпенсированного, основанием к отмене судебного решения не является. Поскольку, приведенные диагнозы были поставлены обвиняемому год назад. В то время, как представленный стороной защиты выписной эпикриз из того же лечебного учреждения от 07 февраля 2025 года, приведенных диагнозов уже не содержит. Стороной защиты не представлено медицинского освидетельствования на предмет наличия у обвиняемого тяжелого заболевания, включенного в перечень тяжелых заболеваний, препятствующих его содержанию под стражей, равно как и данных, свидетельствующих о невозможности получения им надлежащей медицинской помощи в условиях следственного изолятора. 

В связи с изложенным, судом, в строгом соответствии с требованиями ст.ст. 97,99 УПК РФ, обоснованно сделан вывод о том, что обстоятельства, послужившие основанием к избранию К.меры пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время не изменились, не отпали, не утратили своей значимости и, вопреки доводам жалоб, свидетельствуют о невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства в отношении К., посредством применения к нему иной, более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения. 

По приведенным мотивам, суд первой инстанции оснований, предусмотренных ч. 1 ст. 110 УПК РФ, для отмены либо изменения К.меры пресечения на более мягкую, о чем ходатайствовала сторона защиты, обоснованно не усмотрел, приведя в постановлении мотивы такого решения, с которыми суд апелляционной инстанции согласен. 

При таком положении, независимо от отсутствия судимости, положительных характеристик обвиняемого, наличия у него регистрации и постоянного места жительства, семьи, суд обоснованно не усмотрел оснований для избрания К. более мягкой меры пресечения, в том числе домашнего ареста, о чем ходатайствовала сторона защиты. 

Судом первой инстанции проверена невозможность окончания предварительного следствия в ранее установленный срок по объективным причинам. Следователем мотивирована необходимость производства по делу запланированных следственных и процессуальных действий, направленных на продолжение предварительного расследования. Сведений о том, что расследование уголовного дела организовано явно неэффективно, вопреки доводам, приведенным защитником в суде апелляционной инстанции, из материалов, представленных в обоснование ходатайства, не усматривается. То обстоятельство, что процессуальные и следственные действия непосредственно с К. не проводятся, не свидетельствует о неэффективной организации предварительного расследования, поскольку в силу процессуальной самостоятельности, следователь направляет ход предварительного расследования и определяет объем запланированных процессуальных и следственных действий, что может не вызывать необходимость участия в них обвиняемого. Доводы стороны защиты об обратном получили оценку в постановлении суда, с ними суд апелляционной инстанции согласен. 

Принятое судом первой инстанции решение соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену постановления, судом не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 16 июля 2025 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого К. оставить без изменения, апелляционную жалобу защитников – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции. 

Судья: подпись. Копия верна.

Судья Т.Э.Станкевич