Дело № 1-492/2025 

УИД 74RS0007-01-2025-003620-63

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

25 ноября 2025 года г. Челябинск

Курчатовский районный суд г. Челябинска в составе: председательствующего судьи Красносельской О.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Щукиной А.В., секретарём судебного заседания Куницыной А.Р., 

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Курчатовского района г. Челябинска Яшенковой Д.С., ФИО1, ФИО3, 

подсудимой ФИО4, 

её защитника – адвоката Макаренко А.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

подсудимого ФИО6, 

его защитника – адвоката Волкова А.П., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда уголовное дело в отношении:

ФИО4, 

<

данные изъяты>, несудимой,

ФИО6, 

<

данные изъяты>, несудимого,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО4 и ФИО6, являясь родителями проживающей совместно с ними малолетней ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находящейся в силу своего возраста и болезни в беспомощном состоянии и зависимости от ФИО4 и ФИО6, совершили причинение смерти по неосторожности в отношении ФИО2 при следующих обстоятельствах.

В соответствии с ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации забота о детях, их воспитании – равное право и обязанность родителей.

Согласно ч. 1 ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

В силу ч. 1 ст. 65 Семейного кодекса Российской Федерации родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Приведенные выше обязанности возложены на ФИО4 и ФИО6, поскольку они являются родителями малолетней ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (свидетельство о рождении 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ). Таким образом, ФИО4 и ФИО6 были обязаны оказывать помощь малолетней ФИО2 и заботиться о ней. 

В период с 13 августа 2023 года по 28 августа 2023 года малолетней ФИО2 в ходе стационарного обследования сотрудниками Государственного автономного учреждения здравоохранения «Детская городская клиническая больница № 8 г. Челябинска» (далее по тексту приговора – ГАУЗ ДГКБ № 8 г. Челябинска) установлен клинический диагноз – сахарный диабет 1 типа. После установления вышеуказанного диагноза для поддержания необходимого уровня инсулина в организме ФИО2 назначена обязательная при данном заболевании пожизненная диета, заместительная терапия препаратами инсулина путем его подкожного введения, а также определен порядок применения терапии, включающий в себя контроль уровня сахара в крови ФИО2, дозировку и режим введения сахароснижающих препаратов в организм последней, которые доведены до сведения ФИО4 и ФИО6

В период времени с 09 часов 05 минут 19 февраля 2025 года по 14 часов 00 минут 03 марта 2025 года ФИО2 проходила стационарное обследование в ГАУЗ ДГКБ № 8 г. Челябинска, по окончании которого для поддержания необходимого уровня инсулина в организме ФИО2 медицинскими сотрудниками указанного учреждения назначено обязательное лечение: диета; инсулинотерапия препаратами инсулина путем его подкожного введения в соответствии с показателями гликемического контроля; контроль гликемии не менее 6 раз в сутки в целях контроля за состоянием ребенка и профилактики осложнений (кетоацидоза), методы которого доведены до сведения ФИО4 и ФИО6

В период времени с 14 часов 00 минут 03 марта 2025 года по 19 часов 45 минут 07 марта 2025 года ФИО4 и ФИО6, осведомленные о том, что их дочь – ФИО2 в силу своего малолетнего возраста, уровня физического и интеллектуального развития, а также вследствие своей болезни – сахарного диабета 1 типа, находится в опасном для жизни и здоровья состоянии, лишена возможности принять меры к самосохранению и нуждается в постоянном родительском контроле и применении родителями медицинских препаратов, поддерживающих уровень инсулина в организме, находясь в 

<

адрес>, длительное время употребляли спиртные напитки, оставив малолетнюю ФИО2 без помощи, родительского контроля, присмотра и заботы.

При этом ФИО4 и ФИО6, находясь в указанное время и в указанном месте, будучи обязанными заботиться о собственной малолетней дочери и имея возможность оказать помощь ФИО2, действуя с неосторожной формой вины в форме преступной небрежности, нарушили вышеуказанные обязательные методы лечения, назначенные сотрудниками ГАУЗ ДГКБ № 8 г. Челябинска, длительное время надлежащим образом не обеспечили соблюдение ФИО2 диеты, контроля гликемии (

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, тем самым поставив ФИО2 в опасное для жизни и здоровья состояние. 

В результате вышеуказанных действий и бездействия ФИО4 и ФИО6, выраженные в полном отказе от контроля гликемии и введения ФИО2 обязательных сахароснижающих препаратов, состояние последней ухудшилось.

Вместе с тем ФИО4 и ФИО6, являясь родителями малолетней ФИО2, находящейся в силу своего малолетнего возраста, уровня физического и интеллектуального развития, а также ввиду наличия вышеуказанного заболевания – сахарного диабета 1 типа в беспомощном состоянии и зависимости от ФИО4 и ФИО6, имея обязанность в силу ч. 1 ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации заботиться о её здоровье и физическом развитии, находясь в период времени с 14 часов 00 минут 03 марта 2025 года по 19 часов 45 минут 07 марта 2025 года в состоянии алкогольного опьянения в 

<

адрес>, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий и бездействия в виде смерти ФИО2, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли предвидеть указанные последствия, за квалифицированной медицинской помощью не обратились. 

В результате вышеуказанных действий и бездействия ФИО4 и ФИО6, выразившихся в нарушении обязательных методов лечения малолетней ФИО2, назначенных сотрудниками ГАУЗ ДГКБ № 8 г. Челябинска по диете, контролю гликемии (не менее 6 раз в сутки) в целях контроля за состоянием ребенка и профилактики осложнений (кетоацидоза), не проведении ФИО2 инсулинотерапии препаратами инсулина путем его подкожного введения в соответствии с показателями гликемического контроля, не обращении за медицинской помощью при ухудшении состояния ребенка, в период времени с 14 часов 00 минут 03 марта 2025 года по 19 часов 45 минут 07 марта 2025 года ФИО13 скончалась в вышеуказанной квартире.

В соответствии с заключением эксперта № от 11 апреля 2025 года смерть малолетней ФИО2 наступила от заболевания 

<

данные изъяты>, осложнившегося развитием кетоацидотической комы, дистрофических изменений паренхиматозных органов, острого общего венозного полнокровия внутренних органов с периваскулярными и внутриальвеолярными кровоизлияниями, отека легких, отека головного мозга.

Наступившие последствия своих неосторожных действий (бездействия) в виде смерти малолетней дочери ФИО4 и ФИО6 не предвидели, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли предвидеть.

Подсудимая ФИО4 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении признала в полном объеме, пояснив, что с квалификацией действий, предложенной органами предварительного расследования, согласна, совершение преступления в составе группы лиц также признает, от дальнейшей дачи показаний отказалась, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции Российской Федерации.

В связи с отказом подсудимой от дачи показаний, по ходатайству государственного обвинителя на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были оглашены показания ФИО4, данные ею в ходе предварительного расследования. 

Допрошенная в качестве подозреваемой и обвиняемой 13 марта 2025 года и 06 мая 2025 года в присутствии защитника с соблюдением п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, ФИО4 показала, что в 2013 году она познакомилась с ФИО6, с которым через некоторое время они стали совместно проживать. 

<

данные изъяты> В 2015 году она забеременела, практически перестала употреблять алкоголь, старалась сохранить ребенка, поскольку беременность была желаемой. Период беременности проходил безболезненно, все анализы были хорошие. На 38 неделе беременности ей провели плановое кесарево сечение по медицинским показаниям. У нее родилась дочь – ФИО5, 

<

данные изъяты>., каких-либо патологий у ребенка не обнаруживались. Когда ФИО5 было 6 месяцев, она стала непонятно себя вести, у нее начала качаться просто так голова, в связи с чем они обратились в больницу. В результате медицинских обследований ФИО5 поставили диагноз – аутизм, после чего её поставили на учет к детским врачам психиатрам, где её часто наблюдали и предложили оформить инвалидность, на что они согласились. Когда ФИО5 было 4 года, они переехали жить в однокомнатную квартиру к ФИО6, при этом официальный брак с ним не заключали. Они старались приобретать ФИО5 все необходимое для того, чтобы она не считала себя ущербным ребенком. ФИО5 с трудом одевалась, её приходилось кормить, при этом она не разговаривала, но все понимала, могла слушать музыку и кивать головой, сама могла передвигаться по квартире, ходить в туалет, но всегда нужно было за ней следить, чтобы она ничего не уронила и сама не упала. Бывало, что та теряла равновесие и падала. В 2023 году у ФИО5 ухудшилось самочувствие, она недомогала, но при этом температура у нее была нормальная. Обратившись в больницу, им сказали, что у нее простая простуда (ОРВИ), однако её состояние не менялось. Однажды, находясь дома, ФИО5 упала, приехали врачи скорой помощи, которые пояснили, что у ФИО5 сахарный диабет. После чего они начали её лечить, лежали с ФИО5 в больнице. Временами она (ФИО4) снова уходила в сильную алкогольную зависимость, за дочерью ухаживал её отец – ФИО6 Последние несколько лет ФИО6 сам ухаживал за дочерью, она же находилась в непонятном состоянии и самоустранилась от воспитания дочери. ФИО6 с ней посещал больницы, оформлял для нее программы для детей инвалидов, получал пособие по уходу за дочерью в сумме около 50 000 рублей. ФИО5 принимала препараты «Апидра-инсулин», который вставлялся в живот над пупком и при помощи инсулиновой ручки ставился инсулин. При этом ставить его нужно было через каждые два часа, затем спустя два часа необходимо было вколоть еще один препарат в плечо «Трессибо-инсулин». Указанные препараты они брали у врача-эндокринолога в детской поликлинике № 8, расположенной по адресу: 

<

...>. Помимо указанных препаратов, ФИО5 необходимо было правильно питаться: утром в 08 часов она должна была поесть хлебец и хлеб с маслом, в 12 часов дня она должна была поесть суп и хлеб, перекус необходим был с 14 до 16 часов, при этом необходимо было дать яблоко, после чего смотреть уровень сахара в крови, если гликемия занижена, то ей необходимо было дать сладкое и не ставить инсулин, а если уровень гликемии завышен, то сладкое давать запрещено, в 18 часов был ужин, в 21 час – перекус. С 19 февраля 2025 года до 03 марта 2025 года они с ФИО5 лежали в больнице, проходили обследование, чтобы определить правильный уровень сахара в крови и выписывать определенные препараты. Вернувшись домой, она отдала ребенка ФИО6 и уехала к своим друзьям распивать спиртные напитки. Когда она вернулась домой, она находилась в сильном алкогольном опьянении и продолжила употреблять спиртное. 06 марта 2025 года они совместно с ФИО6 и дочерью находились дома и распивали спиртные напитки. Около 2 часов они с ФИО6 лежали и смотрели телевизор в гостиной комнате, ФИО5 лежала на диване, через некоторое время, она увидела, как ФИО6 моет ФИО5, поскольку у нее была кровь на лице. Из-за своего состояния она не смогла узнать, что с дочерью, она видела, как ФИО6 уложил дочь, и ФИО5 лежала спокойно на диване. При этом в скорую помощь они не звонили, так как она и ФИО6 подумали, что с ФИО5 все в порядке, а кровь была от того, что та упала с кровати. После чего, они все уснули, проснулись утром 07 марта 2025 года и снова начали пить. За состоянием дочери она не смотрела и её не кормила, она просто забыла о её существовании. Она не помнит событий, происходящих в этот день. Она начала приходить в себя в тот момент, когда стояла рядом с дочерью, которая лежала на диване без признаков жизни. Выходили ли они на улицу или нет, она не помнит. Поняла то, что произошло, когда находилась в ОП «Курчатовский». Пояснила, что она осознает, что в период с 09 час. 00 мин. 06 марта 2025 года до 19 час. 34 мин. 07 марта 2025 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения, она оставила свою дочь – ФИО2, являющуюся инвалидом с диагнозом сахарный диабет с осложнением кетоацидозом, сопутствующим заболеванием – аутизм, которая нуждалась в постоянном родительском контроле и постоянной инсулинотерапии, без контроля, находящейся в опасном для жизни состоянии и лишенной принять меры к самосохранению, вследствие своей беспомощности, без помощи в инсулинотерапии, что повлекло её смерть. Вину признает полностью, в содеянном раскаивается. Ознакомившись с судебно-медицинской экспертизой, пояснила, что у ФИО5 имелась ссадина в области переносицы, поскольку она упала с дивана на пол, могла повредить себе переносицу. Свою дочь они с ФИО6 никогда не били, точечные раны были от инъекций инсулина, так как, когда они ставили той уколы, она могла совершать резкие движения, в результате чего также могли быть синяки на этом месте или просто следы. 

<

данные изъяты>

Содержание оглашенных государственным обвинителем показаний подсудимая ФИО4 в ходе судебного следствия подтвердила, пояснив, что какого-либо давления на неё со стороны сотрудников правоохранительных органов не оказывалось, показания давала добровольно.

Подсудимый ФИО6 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении признал в полном объеме, пояснив, что с квалификацией действий, предложенной органами предварительного расследования, согласен, совершение преступления в составе группы лиц также признает, от дальнейшей дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции Российской Федерации.

В связи с отказом подсудимого от дачи показаний, по ходатайству государственного обвинителя на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были оглашены показания ФИО6, данные им в ходе предварительного расследования. 

Допрошенный в качестве подозреваемого и обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в присутствии защитника с соблюдением п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, ФИО6 показал, что в 2013 году он познакомился с ФИО4, на тот момент та злоупотребляла спиртными напитками, но в запои не уходила. Ему было известно, что она состояла на учете у врача нарколога с диагнозом «алкоголизм». Этот факт его не смутил, так как на момент их общения она себя вела адекватно, ему она понравилась, и он начал с ней встречаться. Через некоторое время они начали вместе проживать. В 2015 году ФИО4 забеременела и перестала пить алкоголь, начала следить за своим здоровьем, правильно питаться. Во время беременности она в больнице не лежала, насколько ему известно, её беременность протекала нормально, каких-либо патологий не было. ФИО4 родила на 38 неделе при помощи кесарево сечения. У них родилась дочь – ФИО5, со слов ФИО4 – здоровая, весом 3 120 гр., и ростом 50 см., каких-либо патологий не обнаруживались. Когда ФИО5 было 6 месяцев, она начала себя непонятно вести, у нее начала просто так качаться голова, будто нервный тик, и тогда они обратились в больницу, где пройдя все необходимые обследования ФИО5 поставили диагноз – аутизм. Затем ФИО5 поставили на учет к детским врачам психиатрам, где ту часто наблюдали, также оформили дочери инвалидность. Когда ФИО5 исполнилось 4 года они переехали в его квартиру, так как у ФИО4 после смерти ее матери начались проблемы с жильем. Жили они, как полноценная семья, но брак с ФИО4 они не заключали. ФИО5 они старались приобретать все необходимое для того, чтобы она не считала себя ущербным ребенком. ФИО5 с трудом одевалась, ей было проблематично есть, ее приходилось кормить. Она много спала и мало двигалась. При этом она не разговаривала, но все понимала. Она сама могла передвигаться по квартире, сходить в туалет, но при этом за ней нужно было следить, чтобы она ничего не уронила и сама не упала. Бывало, что она теряла равновесие и падала. Она не любила одежду и всегда бегала раздетой. На ночь он надевал ей памперсы, так как сама она в туалет не просилась. В школе она не обучалась, они возили ее сами в детские учреждения, где с ней платно занимались, но это было не всегда. Они были закреплены в 

<

данные изъяты> № для инвалидов, появлялись там 1 раз в год, но на постоянную основу ее туда не взяли, так как она не могла сама себя обслуживать. При этом к ним домой никто не приходил, какой-либо патронаж не проводили. О том, как они живут, никто не следил. В 2023 году у дочери ухудшилось самочувствие, она вела себя, как будто недомогает, температура при этом была нормальная. Обратившись в больницу, им сказали, что у нее простая простуда (ОРВИ), однако через некоторое время выяснилось, что у ФИО5 сахарный диабет. После чего справляться с ФИО5 стало еще тяжелее, они начали её лечить, лежали с ней в больнице. ФИО4 от всего этого начинала впадать в депрессию и начала сильно злоупотреблять спиртными напитками, в связи с чем у них происходили скандалы, он часто выгонял её из дома, так как сам мог справиться с дочерью. С того момента, как дочь заболела сахарным диабетом, он все лечение взял на себя. Он получал пособие по уходу за ребенком около 50 000 рублей, занимался здоровьем ФИО5. Не исключает, что иногда он пил алкоголь, но в запой он не уходил. Когда он пил, он все равно следил за состоянием дочери, так как ФИО5 принимала препараты «Апидра-инсулин», который вставлялся в живот над пупком и при помощи инсулиновой ручки ставился инсулин. При этом ставить его нужно было через каждые два часа, затем спустя два часа необходимо было вколоть еще один препарат в плечо «Трессибо-инсулин». При этом ручка – инсулин имела очень маленькую иголку, что не приносило боли ФИО5. Эти препараты они брали у врача эндокринолога в детской поликлинике №. Помимо препаратов инсулина ФИО5 необходимо было правильно питаться по строго определенному режиму. С ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 с ФИО5 лежали в больнице, проходили обследование, чтобы определить правильный уровень сахара в крови и выписывать определенные препараты. По дороге домой они с ФИО4 поругались, ФИО4 не было дома весь день, та приехала на такси уже вечером и находилась в сильном алкогольном опьянении. ДД.ММ.ГГГГ они совместно с ФИО4 и ФИО5 находились дома, распивали спиртные напитки, он с самого утра ходил за алкоголем в магазин. В течение дня до самого вечера они с ФИО4 злоупотребляли алкоголем. При этом он помнит, что они с ФИО4 в вечернее время лежали и смотрели телевизор в гостиной комнате, ФИО5 всегда лежала на диване, через некоторое время, он услышал удар, на что он повернулся, ФИО5 лежала на полу, при этом у ФИО5 изо рта шла кровь. Он ее поднял и положил на кровать рядом с диваном, взял таз с водой и умыл ее. Дочь при этом не плакала, была спокойна. Он не стал вызывать скорую помощь, так как подумал, что кровь из-за того, что та упала. В тот момент он был сильно пьян и не мог нормально соображать. При этом уровень инсулина у дочери он не проверил, а также не задумался о том, что ребенок голодный, и что с её здоровьем что-то не так. Он помнит, что в какой-то момент ФИО5 лежала уже с ними на диване и смотрела телевизор, то есть самостоятельно передвигалась с кровати на диван. После чего они все уснули, проснулись утром ДД.ММ.ГГГГ и снова начали пить. При этом он за состоянием дочери не смотрел, ФИО5 не кормил, просто забыл о её существовании. Он не помнит событий, происходящих в тот день. Они находились дома на кухне, в комнату он практически не заходил. После чего они вышли вдвоем с ФИО4 на улицу в магазин за алкоголем. Перед уходом в магазин он видел, что ФИО5 лежит на кровати и спит, трогать её он не стал. Вернувшись домой он решил пойти к ФИО5, так как понял, что давно не видел ее бодрствующей. Подойдя к ней, он взял ее за руку, но рука была холодной, тогда он посмотрел на лицо, которое было уже бледное, а губы были синими. Он начал ее трясти, делать искусственное дыхание, но было уже поздно. Он понял, что ФИО5 умерла. От испуга он начал звонить своему брату ФИО7, на что тот сказал, чтобы он звонил в скорую помощь и полицию. Когда приехал врач скорой помощи, он сказал, что уже ничего нельзя сделать, ФИО5 умерла. После чего, приехали сотрудники полиции и забрали их с ФИО4 в отделение полиции, так как она начала вести себя неадекватно, она была в состоянии сильного алкогольного опьянения. Пояснил, что воспитанием дочери и её здоровьем следил последние годы он. ФИО4 практически все время пила и абстрагировалась от дочери. Он осознает, что в период с 09 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ до 19 час. 34 мин. ДД.ММ.ГГГГ, находясь в состоянии алкогольного опьянения, он оставил свою дочь ФИО2, являющуюся инвалидом с диагнозом сахарный диабет с осложнением кетоацидозом, сопутствующим заболеванием – аутизм, которая нуждалась в постоянном родительском контроле и постоянной инсулинотерапии, без контроля, находящейся в опасном для жизни состоянии и лишенной принять меры к самосохранению, вследствие своей беспомощности, без помощи в инсулинотерапии, что повлекло её смерть. Вину признает полностью, в содеянном раскаивается. По поводу того, что у ФИО5 во время вскрытия эксперты обнаружили дротаверин, пояснил, что, когда ФИО5 оставалась без их присмотра, то могла употребить в пищу лекарства или различную еду. У него в сумке были обезболивающие таблетки, и она могла их выпить, так как сумка была не закрыта. 

(том № л.д. 114-120, 127-130, 137-140) 

Содержание оглашенных государственным обвинителем показаний подсудимый ФИО6 в ходе судебного следствия подтвердил, пояснив, что какого-либо давления на неё со стороны сотрудников правоохранительных органов не оказывалось, показания давал добровольно.

Помимо признательных показаний ФИО4 и ФИО6 их вина в совершении описанного в приговоре преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

Допрошенный в судебном заседании потерпевший ФИО8 показал, что ФИО4 является ему близким родственником – дочерью. Помимо ФИО4 у него имеется еще одна дочь. Пояснил, что ФИО4 воспитывалась в полной семье, её мать умерла, когда ФИО4 было 25 лет. ФИО4 нигде не училась и не работала, употребляет спиртные напитки примерно с 20 лет, осуществляла кодирование от алкогольной зависимости, однако после этого все равно продолжила употреблять алкоголь. Состоит ли ФИО4 у каких-либо врачей на учете, ему неизвестно. ФИО4 проживает совместно с ФИО6 с 2015 года, брак между ними не зарегистрирован. В этом же году у них родилась совместная дочь – ФИО5. Употребляла ли ФИО4 алкоголь, находясь в состоянии беременности, ему неизвестно. Однако после рождения дочери ФИО9 употребляла спиртные напитки в большом количестве. ФИО6 также употреблял алкоголь совместно с ФИО4 Через два года после рождения ФИО5 последней поставили диагноз «аутизм», у нее также была аллергия на разные вещи и сахарный диабет. Он старался помогать внучке, заниматься с ней, однако со временем стал понимать, что у него ничего не получается, поскольку не было какого-либо контакта, он мог лишь её обнять. Они проживали все вместе в его в квартире, а после 2018 года ФИО10, ФИО6 и ФИО5 жили отдельно в квартире ФИО6 Он периодически звонил дочери или ФИО6, узнавал, как себя чувствует ФИО5, на что те отвечали, что она болеет. ФИО4 и ФИО6 вели нездоровый образ жизни, поскольку часто находились в нетрезвом виде. О смерти внучки – ФИО5 он узнал от родственников ФИО6, которые пришли к нему домой. ФИО5 на момент смерти было 10 лет, та умерла в связи с имеющимся заболеванием «сахарный диабет», поскольку ей вовремя не поставили укол с инсулином, в котором она нуждалась. В связи с указанным заболеванием ФИО5 проходила лечение, она должна была постоянно принимать медицинские препараты, ей необходимо было делать инъекции после приема пищи. Каким образом и как часто необходимо было делать инъекции ФИО5, ему неизвестно. Изменилось ли поведение ФИО4 и ФИО6 после смерти их дочери, ему неизвестно, поскольку близко они не общаются. Исковых требований к ФИО4 и ФИО6 у него не имеется, просил их строго не наказывать. 

В связи с существенными противоречиями на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания потерпевшего ФИО8, данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что с самого юношеского возраста у него были проблемы с дочерью – ФИО4, та часто злоупотребляла спиртными напитками. Считает, что это ей передалось от её матери, поскольку та также злоупотребляла алкоголем. Александра не кодировалась, вела аморальный образ жизни, никого из родственников не слушала. По школьной программе Александра не успевала, уровень её знаний был слабым. После школы она не получала никакого образования, пыталась обучаться, но обучение так и не закончила. ФИО4 очень обидчивая, вспыльчивая, капризная, никого, кроме себя она не слышит. В детстве они с женой её баловали, та жила в достатке. На учете у врача-психиатра она не состояла, в 2019 году она состояла на учете у врача нарколога с диагнозом «алкоголизм». После смерти жены ему тяжело стало с ней справляться, она начала себя показывать себя не с лучшей стороны до встречи с ФИО6 После знакомства с ФИО6 у них родилась дочь ФИО5, но в официальном браке они не состояли. Когда она была беременной, все было нормально, она перестала пить, он подумал, что она взялась за ум, но после рождения ФИО5 она снова начала злоупотреблять спиртным. При этом у нее родилась нездоровая дочь, которая требовала к себе особого внимания. В силу своего слабого здоровья он не мог осуществлять присмотр за внучкой, поэтому он дал возможность Александре сделать в этой жизни выбор самой. К тому же он доверился ФИО6, поскольку тот не злоупотреблял спиртными напитками и был серьезнее, чем его дочь. У ФИО5 был аутизм и сахарный диабет, ФИО6 часто звонил ему и жаловался на то, что ФИО4 не смотрит за внучкой. Он говорил ФИО4, что дочь требует к себе особого внимания, но она его не слышала. В марте ему позвонил ФИО6 и сообщил, что во время их очередной «пьянки» умерла его внучка ФИО5. ФИО6 пояснил, что они не доглядели за ней и не вкололи ей инсулин, также забывали ее кормить. 

(том № л.д. 205-210)

Содержание оглашенных показаний потерпевший ФИО8 подтвердил частично, указав, что про аморальный образ жизни ФИО4 он не говорил. Также показания о том, что ФИО4 начала употреблять алкоголь после встречи с ФИО6, не соответствуют действительности. В остальной части показания, данные им в период предварительного расследования, потерпевший ФИО8 подтвердил, сообщив, что ФИО6 действительно звонил ему в день смерти ФИО5, сообщил, что та скончалась в связи с тем, что ей вовремя не поставили инъекцию – инсулин. В день, когда не стало его внучки, ФИО4 и ФИО6 употребляли алкоголь. После предоставления на обозрение протокола его допроса также подтвердил наличие своих подписей в протоколе. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО16, данным им в ходе предварительного расследования и оглашенных по ходатайству государственного обвинителя на основании с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, он работает командиром взвода ППСП УМВД России по г. Челябинску. ДД.ММ.ГГГГ он находился на суточном дежурстве совместно со старшиной полиции ФИО17, в 19 час. 34 мин. ему на сотовый телефон позвонили сотрудники дежурной части ОП «Курчатовский» УМВД России по г. Челябинску и сообщили, что по адресу: г. Челябинск, 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, умер ребенок-инвалид в возрасте 5 лет. Они поехали указанный адрес, дверь в квартиру им открыли двое взрослых людей, которые представились как ФИО4 и ФИО6 Данные лица находились в состоянии алкогольного опьянения. Они сразу же им пояснили, что умерла их дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Пройдя в комнату, расположенную напротив входной двери, они обнаружили на диване труп девочки. При этом девочка была без одежды, на лице в области рта у нее была кровь, также пятна бурого цвета, похожие на кровь, присутствовали на полу в данной комнате и на кухне. В квартире было очень грязно, по всему периметру квартиры валялись вещи, пустые бутылки из-под алкоголя. ФИО4 и ФИО6 пояснили, что они являются родителями этой девочки. ФИО4 была агрессивно настроена, ругалась, пыталась объяснить, что у них произошло, но из-за её состояния, ничего не получалось понять. Единственное, что было понятно, что девочка страдала сахарным диабетом и имела инвалидность, за ней нужен был присмотр. Мать не понимала, что её дочь умерла, считала, что ее дочь спит. Отец девочки не мог стоять на ногах, он падал на пол и только в лежачем положении осуществлял разговор. Когда приехала бригада скорой медицинской помощи, был констатирован факт смерти девочки. ФИО4 и ФИО6 вели себя неадекватно и мешали проведению доследственной проверки, в результате чего было принято решение доставить их в ОП «Курчатовский» для дальнейшего разбирательства. 

(том № л.д. 1-4)

Допрошенный в ходе предварительного расследования свидетель ФИО18, являющийся сотрудником полка ППСП УМВД России по г. Челябинску, чьи показания были оглашены по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, дал показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО16

(том № л.д. 24-27)

Согласно показаниям свидетеля ФИО19, данным ею в ходе предварительного расследования и оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, она состоит в должности инспектора УУП и ПДН ОП «Курчатовский» УМВД Росси по г. Челябинску, ДД.ММ.ГГГГ она заступила на суточный наряд дежурства. В 19 часов 34 минуты по громкой связи сотрудник дежурной части объявил о том, что ей необходимо спуститься в дежурную часть, в связи с чем она незамедлительно направилась вниз и получила сообщение о том, что по адресу: г. Челябинск, 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, находится труп несовершеннолетней девочки-инвалида в возрасте 5 лет. Когда она приехала в квартиру по указанному адресу, там уже находились сотрудники ППСП ОП «Курчатовский». Пройдя в квартиру, она увидела там двоих взрослых людей, которые представились как ФИО4 и ФИО6 Данные лица находились в состоянии алкогольного опьянения. Они сразу же пояснили, что умерла их дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Пройдя в комнату, расположенную напротив входной двери, обнаружили на диване труп девочки. При этом девочка была без одежды, а на лице в области рта у той была кровь. В квартире было очень грязно, валялись вещи, пустые бутылки из-под алкоголя. При этом ФИО4 и ФИО6 ругались между собой. Ранее в 2023 году она совместно с сотрудниками социально-реабилитационного центра находились с проверкой в этой квартире, так как отдел профилактики ставил на учет данную семью. Она вспомнила, что девочка страдала сахарным диабетом и имела инвалидность, за ней нужен был присмотр. Сама мать не понимала, что ее дочь умерла, считала, что ее дочь спит и к ней не подходила. Отец девочки не мог стоять на ногах, он падал на саму девочку и говорил, что он и ФИО4 виноваты в том, что их дочь ФИО5 умерла. Бригада скорой медицинской помощи констатировала факт смерти девочки. Далее приехали сотрудники следственного комитета, и было принято решение отправить ФИО4 и ФИО6 в ОП «Курчатовский» для дальнейшего разбирательства. 

(том № л.д. 5-8)

Согласно показаниям свидетеля ФИО20, данным им в ходе предварительного расследования и оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, он работает в должности врача анестезиолога, реаниматолога в ООО «ПолиКлиника», расположенном по адресу: г. Челябинск, 

<

адрес>. Он заступил на суточное дежурство ДД.ММ.ГГГГ, в 19 часов 33 минуты в диспетчерскую службу поступило сообщение о том, что по адресу: г. Челябинск, 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, находится несовершеннолетний ребенок без сознания. После чего, он в составе водителя и фельдшера выехали на указанный адрес. Когда они приехали, было проблематично попасть в квартиру, около 2-х минут двери никто не открывал. Далее двери открыл неизвестный мужчина, который был в состоянии алкогольного опьянения. Мужчина с трудом стоял на ногах и указал на комнату, расположенную напротив входной двери, и пояснил, что там лежит его дочь. Пройдя в комнату, они обнаружили на диване труп несовершеннолетней девочки в возрасте 9 лет. При этом в квартире была женщина, которая представилась матерью девочки, она также была с признаками алкогольного опьянения. Оба родителя вели себя неадекватно, ругались между собой, выпивали. Они не понимали, что происходит, отец девочки сказал, что у их дочери был сахарный диабет. При осмотре девочки были выявлены признаки биологической смерти: отсутствие дыхания, сознания, при этом каких-либо внешних телесных повреждений выявлено не было, на лице в области рта у девочки была кровь. Также пятна бурого цвета, похожие на кровь, присутствовали на полу в данной комнате и на кухне. Имелись трупные пятна, в мышцах лица имелись трупные окоченения. Девочка была без одежды, в квартире было очень грязно, валялись вещи, пустые бутылки из-под алкоголя. Он составил протокол установления смерти человека и, дождавшись полиции, передал им этот протокол. 

(том № л.д. 16-19)

Согласно показаниям свидетеля ФИО21, данным им в ходе предварительного расследования и оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, у него имеется брат – ФИО6. После того как ФИО6 развелся, он познакомился с женщиной – ФИО11, которая была младше его по возрасту. У них родилась дочь – ФИО5, которая была очень приятной и спокойной девочкой, но при этом страдала сахарным диабетом и имела сопутствующее заболевание в виде аутизма. При этом ФИО5 все понимала, и когда находилась у них, то не хотела от них уезжать. Ему было известно, что ФИО4 злоупотребляла алкоголем, но при этом он не видел ту пьяной. В гостях у брата он не был несколько лет, как они жили, ему неизвестно. ДД.ММ.ГГГГ он весь день находился у себя дома, в 19 часов ему позвонил брат Виктор, ответив на звонок, Виктор крикнул, что ФИО5 отошла, спросил, что ему делать. От этой новости он был шокирован, собравшись с мыслями, он стал говорить Виктору, чтобы он звонил в полицию и скорую помощь. Однако по голосу брата он понял, что тот пьяный. Тогда он самостоятельно стал обзванивать данные учреждения. Его сын Алексей, который находился в тот момент в г. Челябинске, поехал к Виктору в квартиру и сообщил, что ФИО5 действительно умерла от того, что ей должным образом не оказали помощь. Позже он разговаривал с Виктором, который пояснил, что за несколько дней до смерти ФИО5, он с Александрой распивал спиртные напитки, они пили несколько дней, при этом не смотрели за дочерью. 

(том № л.д. 20-23)

Согласно показаниям свидетеля ФИО23, данным ею в ходе предварительного расследования и оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, она является врачом эндокринологом, с 2014 года работает в детской поликлинике № г. Челябинска, расположенной по адресу: г. Челябинск, 

<

адрес> У нее наблюдаются дети, которые страдают заболеванием «сахарный диабет», которое характеризуется повышенным уровнем сахара. Дети с таким видом заболевания должны быть под постоянным контролем, так как получают заместительную терапию – инсулин. При указанном заболевании высок риск развития инсульта, почечной недостаточности, гангрены конечностей, слепоты. Резкие колебания сахара в крови вызывают угрожающие для жизни состояния: гипо- и гипергликемическую комы. У нее на учете состояла ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, у которой в 2023 году был выявлен диагноз «

<

данные изъяты>». В медицинской документации имеется информация о том, что по заявлению матери ФИО2 они были выписаны. На следующий день ФИО2 вновь поступила на стационарное лечение, но уже с отцом ФИО6 Следовательно, дома девочке не должным образом оказали уход в домашних условиях, в результате чего у ФИО2 развилась декомпенсация диабета кетоацидозом, то есть нарушение обмена веществ (осложнение сахарным диабетом). Через некоторое время Т-вы были выписаны из стационара в связи с улучшением состояния здоровья. Пояснила, что родители таких детей, находясь на лечении совместно со своими детьми, проходят школу диабета, то есть тех обучают правилам питания при диабете, как считать дозу инсулина, как правильно сделать инъекцию. Контроль сахара в крови осуществляется сенсором непрерывного мониторинга «

<

данные изъяты>» и глюкометром. Продолжительность работы сенсора 14 дней, устанавливается он на кожу плеча. Инсулин вводится в различные места: подкожно-жировую клетчатку живота, в предплечье, ягодицы и бедра. Инсулин является жизненно необходимым препаратом, без его введения возможен летальный исход. У ФИО2 было еще сопутствующее заболевание – аутизм, девочка не разговаривала, на приеме они были практически всегда с отцом. Сама по себе ФИО2 была всегда опрятным ребенком, от нее никогда плохо не пахло, волосы были уложены, внешне чистая и опрятная одежда. ФИО2 была спокойным ребенком, несмотря на свое заболевание, она все понимала. В зависимости от компенсации диабета дети с таким заболеванием госпитализируются в эндокринное отделение 1 раз в год. При этом государство обеспечивает таких детей необходимым инсулином, тест полосками, датчиками непрерывного мониторинга. После того, как Т-вы выписались из больницы, то получали все препараты своевременно. В основном лечением ФИО2 и ее наблюдением в домашних условиях занимался отец, он всегда отвечал на телефонные звонки и пояснял, когда они смогут подойти на прием. У него в телефоне было скачано приложение, в котором им отслеживался уровень сахара в крови ребенка. У ФИО5 был высокий уровень сахара в организме, то есть гипергликемия. Лечение ФИО5 осуществлялось путем подколок продлённого инсулина «

<

данные изъяты>», который ставился один раз, его действия хватало на 1 сутки, а также ставится короткий инсулин «Гулизин», перед каждым приемом пищи. ФИО2 периодически наблюдалась у нее на приемах, той назначалось лечение, родителям давались рекомендации по лечению ФИО5, предоставлялись бесплатные медицинские препараты и медицинские устройства для контроля и лечения ребенка. У нее, как у лечащего врача, есть приложение к сенсору непрерывного мониторинга «

<

данные изъяты>», которое позволяет осуществлять контроль за состоянием уровня гликемии своих пациентов. Информация поступает постоянно с сенсора ребенка ежедневно, то есть родители устанавливают приложение себе в телефон и там указывают все показатели по своим детям. У ФИО2 практически всегда были показатели, не превышающие 14,3 ммоль/л. После каждого приема ФИО2 назначалась определенная диета, инсулинотерапия, то есть как, когда и каким образом вкалывать, об этом было родителям известно. Также на последнем приеме ФИО2 было дано направление на стационарное лечение в эндокринное отделение г. Челябинска на ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ уровень сахара в крови у ФИО2 составлял от 11,0 ммоль/л. до 15,8 ммоль/л., где 14,1 ммоль /л. считается уже недопустимой нормой. После чего они находились на стационарном лечении и показания с ДД.ММ.ГГГГ в приложении не отслеживались. С ДД.ММ.ГГГГ после выписки ФИО5 со стационарного лечения в приложении появились показания, где уровень сахара в крови составил 16,3 ммоль/л., ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 00 мин. уровень сахара составлял 14,8 ммоль/л., ДД.ММ.ГГГГ показания по ФИО2 отсутствовали, ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 00 мин. показания были на уровне 27,8 ммоль/л., что является совсем недопустимой нормой. Допускает, что это произошло из-за несвоевременного принятия инсулина. Более показаний в приложении от Т-вых не приходило. Вскоре ей стало известно о том, что ФИО2 умерла в связи с инсулиновой недостаточностью. Считает, что произошедшее является полностью упущением родителей ФИО2. Если бы те своевременно выполняли все требования и должным образом оказали инсулинотерапию, то у девочки не прогрессировало бы заболевание. Самостоятельно осуществлять себе помощь девочка не могла в силу своего возраста, а также сопутствующего заболевания – аутизм. Родители ФИО2 неоднократно являлись к ней прием, до них доводились методы лечения ФИО2 от заболевания, в том числе для поддержания необходимого уровня инсулина в организме ФИО2 были даны рекомендации, предоставлялись необходимые лекарственные препараты и медицинские устройства, что указывает на реальную возможность ФИО4 и ФИО6 оказывать медицинское лечение своей дочери.

(том № л.д. 33-40)

Согласно показаниям свидетеля ФИО24, данным ею в ходе предварительного расследования и оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с 2019 года по настоящее время она является заведующей отделения эндокринологии в ГАУЗ ДГКБ №, расположенного по адресу: г. Челябинск, 

<

адрес>. В её должностные обязанности входит, в том числе, лечение пациентов, имеющих заболевание в виде эндокринной патологии. Она оказывает квалифицирующую медицинскую помощь по своей специальности, определяет тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами, разрабатывает план обследования больного, уточняет объем и рациональные методы обследования пациента с целью получения в минимально короткие сроки полной и достоверной диагностической информации, контролирует правильность проведения диагностических и лечебных процедур, эксплуатации инструментария, аппаратуры и оборудования, в соответствии с установленными правилами и стандартами назначает и контролирует необходимое лечение. На лечении в стационаре они наблюдают пациентов с заболеванием «сахарный диабет», то есть повышенным уровнем сахара в крови. Сахарный диабет 1 типа – это хроническое аутоимунное заболевание обмена веществ, которое обусловлено абсолютной гибелью бета-клеток поджелудочной железы и, соответственно, абсолютной инсулиновой недостаточностью. Заболевание является хроническим и неизлечимым, в связи с чем пациентам требуется пожизненная заместительная терапия инсулином. На сегодняшний день в мире не описано случаев излечения от сахарного диабета 1 типа. Альтернативных методов лечения сахарного диабета, кроме введения инсулина, не существует. Последствия сахарного диабета 1 типа при отсутствии или прекращении введения инсулина могут привести к летальному исходу. ДД.ММ.ГГГГ к ним в детское отделение попала несовершеннолетняя ФИО2, которой по ДД.ММ.ГГГГ в ходе стационарного обследования установлен клинический диагноз – сахарный диабет 1 типа. При этом у девочки было сопутствующее заболевание F84.0 расстройство аутического спектра, гиперметропия обоих глаз, низкорослость сочетанного генеза. ФИО2 поступила совместно со своей матерью ФИО4 с жалобами на вялость, умеренную жажду и признаками сахарного диабета, так как уровень гликемии составил 30 ммоль/л. После установления вышеуказанного диагноза для поддержания необходимого уровня инсулина в организме ФИО2 назначена обязательная при данном заболевании пожизненная диета, заместительная терапия препаратами инсулина путем его подкожного введения, а также определен порядок применения терапии, включающий в себя контроль уровня сахара в крови ФИО2, дозировку и режим введения сахароснижающих препаратов в организм последней, которые доведены до сведения её родителям – ФИО4 и ФИО6 С родителями ФИО2 проведено занятие «

<

данные изъяты>» каждый день по 30-40 минут квалифицированными специалистами – врачами эндокринологами. Эти занятия обязательны для всех. На уроках проводился комплекс тематических занятий, целью которых было обучение больных диабетом самостоятельно управлять своим заболеванием, улучшать качество жизни и снижения риска развития и прогрессирования осложнений. Примерное содержание цикла занятий в школе диабета включает в себя: вводное занятие, где освещают общие вопросы, формируя представление о сахарном диабете, принципами самоконтроля гликемии (как и с какой частотой измеряется сахар в крови, каким должен быть уровень глюкозы крови), вопросы инсулинотерапии, то есть как самостоятельно рассчитывать дозу инсулина, техника инъекции инсулина, гипогликемия, то есть ее симптомы, профилактика и принципы купирования, вопросы физической активности и спорта при диабете, острые и хронические осложнения диабета. При вышеуказанной госпитализации ФИО4 ходила на занятия и в полом объеме получила необходимую информацию для дальнейшей жизнедеятельности ее дочери – ФИО2 Без данных знаний пациенты из больницы не выписываются. 

ДД.ММ.ГГГГ от ФИО4 поступил отказ от дальнейшего пребывания её и ФИО2 в больнице. При этом ребенок по своему состоянию на тот момент был уже в нормальном стабильном состоянии, то есть ФИО2 получила необходимую терапию. На момент выписки общее состояние девочки было удовлетворительным, самочувствие не нарушено, температура тела, кожные покровы, дыхание, органы брюшной полости были в норме, сам показатель уровня глюкозы также был в норме. При выписке с матерью ребенка обговаривались все необходимые меры предосторожности нахождения пациента в домашних условиях, на что ФИО4 поясняла, что она хорошо усвоила все показания и поняла их применение. 

ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками скорой медицинской помощи ФИО2 снова была доставлена в больницу. Было установлено что, находясь дома, девочке не должным образом оказали уход, в результате чего у ФИО2 развилась декомпенсация диабета кетоацидозом, то есть нарушение обмена веществ (осложнение сахарным диабетом). ФИО2 повторно начали проводить лечение в соответствии с её показателями. При этом «

<

данные изъяты> посещал также отец ФИО2 – ФИО6, который получил всю необходимую информацию для дальнейшей здоровой жизнедеятельности его дочери. Пояснила, что отец с большей ответственностью погружался в заболевание дочери, мог дополнительно обратиться за разъяснением каких-либо вопросов, касающихся лечения дочери. ФИО4 вела себя пассивно, врачам приходилось вытаскивать ее с палаты, чтобы та приходила на занятия, она была не разговорчива, замкнута в себе. 

Родителям ФИО2 был выдан на руки выписной (переводной) эпикриз, где были указаны рекомендации для пациентки ФИО2: диспансерное наблюдение эндокринолога, педиатра, невролога, фтизиатра и офтальмолога, диета, введение дневника самоконтроля с указанием даты и времени показателей ГК, дозах инсулина, принятых углеводах. Инсулинотерапия, назначали препарат «

<

данные изъяты>» - 1,2 ед., 21:00 - препарат «

<

данные изъяты>.» Фактор чувствительности к инсулину - 4,5 ммоль/л. Целевые показатели гликемического контроля натощак/перед едой 5,0-7,0 ммоль/л. через 2 часа после еды 5,5-10,0 ммоль/л. на ночь/ночью 5,9-9,0 ммоль/л. При этом контроль гликемии должен быть не менее 6 раз в сутки, запрещено было вводить инсулин без измерения уровня глюкозы крови. В ходе госпитализации план обследования был выполнен в полном объеме, проведена коррекция инсулинотерапии, позволяющая достичь улучшения состояния пациента. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выписана в удовлетворительном состоянии для дальнейшего наблюдения и лечения амбулаторно. 

ДД.ММ.ГГГГ к ним по плановой госпитализации поступила ФИО2 со своей матерью ФИО4 При этом при поступлении по данным НМГ за последние 14 дней до госпитализации показатели в целевом диапазоне составляли 3,9-10 ммоль/л, то есть выше целевого диапазона на 91% и ниже целевого диапазона - 0%, то есть показатели были не в обычной норме. ФИО2 прошла физикальное обследование, получила обследование у врача офтальмолога, прошла УЗИ брюшной полости, УЗИ почек и надпочечников, УЗИ щитовидной железы, рентгенографию кистей, были истребованы биохимические анализы крови, а также назначены те же самые препараты, что и в 2023 году. При этом ФИО2 для установления контроля сахара в крови был установлен сенсор непрерывного мониторинга «Фристайл либра» и глюкометром. В домашних условиях продолжительность работы сенсора 14 дней. При этом девочке кололи инсулин, поскольку без его введения возможен летальный исход. Мать девочки ФИО4 снова прошла обучение «Школы диабетиков». При этом та поясняла, что ей уже это все известно. При выписке состояние ФИО2 было удовлетворительное. В выписном эпикризе они указывали на рекомендации, аналогичные прежним, также поговорили с ФИО4, довели до сведения последней все рекомендации. При этом они направляли ФИО4 совместно с ФИО2 на наблюдение в местные поликлиники к врачам эндокринологам, где обеспечивали таких детей необходимым инсулином, тест-полосками, датчиками непрерывного мониторинга. Также им выдавали вышеуказанные препараты с запасом. Родители получали рецепт и направлялись в прикрепленную аптеку, где получали данные препараты бесплатно. 

Пояснила, что при повышении уровня сахара выше 17 ммоль/л рекомендуется проверить ацетон в организме, а также при любом нарушении самочувствия у ребенка. При повышенном содержании ацетона необходимо обратиться за срочной медицинской помощью. У всех инсулинов существует срок действия (период выведения из организма). Инсулин продленного действия определяется в организме до 24 часов, а короткого действия – до 6 часов. Определение вводимого инсулина в трупной крови технически невозможно ввиду его быстрого разрушения. 

От врачей эндокринологов ГАУЗ ДГКБ № ей стало известно, что причиной смерти ФИО2 стала кетоацидоническая кома, то есть инсулиновая недостаточность. После ознакомления с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что при прекращении введения инсулина развитие диабетического кетоацидоза происходит от 6 часов до суток. Препараты инсулина бывают продленного действия, которые вводятся 1-2 раза в сутки и действуют в течение суток, а также короткого действия, которые вводятся для усвоения углеводов, потребляемых с пищей, и выводятся из организма в течение 6 часов. При отказе от препаратов короткого действия угрожающее жизни состояние может развиться в период от 6 до 12 часов.

При появлении первых симптомов кетоацидоза родители ФИО2 должны были срочно вызвать скорую медицинскую помощь для её госпитализации в стационар для оказания интенсивной терапии. От момента прекращения введения инсулина в течение 6-12 часов начинаются первые симптомы кетоацидоза, такие как тошнота, рвота, боли в животе, одышка. Далее данные симптомы усугубляются, появляется нарушение сознания, риск летального исхода становится очень высоким. Данная ситуация безусловно требовала госпитализации ФИО2, так как подкожное введение инсулина в данном случае уже не помогло. Кроме того, самостоятельное введение больших доз инсулина в состоянии диабетического кетоацидоза приводит к резкому снижению уровня глюкозы, которая наиболее критична для клеток головного мозга. После развития кетоацидоза, без проведения интенсивной терапии в условиях РАО, период наступления смерти зависит от компенсаторных возможностей организма.

Считает, что произошедшее с ФИО2 является полностью упущением родителей последней. Если бы они своевременно выполняли все рекомендации, указанные в выписных эпикризах, которые неоднократно доводились до обоих родителей, и должным образом оказали инсулинотерапию, то у девочки не прогрессировало бы такое заболевание. Полагает, что ФИО4 и ФИО6 длительное время надлежащим образом не обеспечили соблюдение ФИО2 диеты, контроля гликемии (не менее 6 раз в сутки), не проводили потерпевшей инсулинотерапию препаратами инсулина путем его подкожного введения в соответствии с показателями гликемического контроля, тем самым поставив ФИО2 в опасное для жизни и здоровья состояние. Когда состояние ФИО2 ухудшилось, за квалифицированной медицинской помощью не обратились. Если бы они соблюли все рекомендации, то заболевание можно было контролировать, и не произошло бы осложнений в виде развития кетоацидотической комы, дистрофических изменений паренхиматозных органов, острого общего венозного полнокровия внутренних органов с периваскулярными и внутриальвеолярными кровоизлияниями, отека легких, отека головного мозга.

(том № л.д. 46-53)

Согласно показаниям свидетеля ФИО25, данным ею в ходе предварительного расследования и оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, ФИО6 и ФИО4 являются ее соседями, у них была дочь ФИО5, возрастом около 8-9 лет, у который был сахарный диабет и аутизм. У них хорошая слышимость между квартирами, поэтому она слышала, как ФИО4 и ФИО6 часто ругались, особенно по ночам, при этом чаще всего инициатором конфликтов была ФИО4 Она очень часто видела ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения. ФИО6 чаще гулял с дочерью, уделял ей больше времени, чем мать. При ней ФИО4 и ФИО6 ФИО5 не избивали, ничего подобного в квартире она также не слышала. В период с 03 по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 в квартире она не слышала, слышала лишь, как ФИО4 кричала на ФИО6 

(том № л.д. 60-65)

Вина ФИО4 и ФИО6 в совершении описанного в приговоре преступления подтверждается также исследованными в ходе судебного следствия письменными материалами уголовного дела:

- рапортом следователя следственного отдела по Курчатовскому району города Челябинск СУ СК РФ по Челябинской области майора юстиции ФИО26 об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в следственный отдел по Курчатовскому району города Челябинск СУ СК РФ по Челябинской области из ОП «Курчатовский» УМВД России по г. Челябинску поступило сообщение об обнаружении ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> «А» по проспекту Победы в Курчатовском районе г. Челябинска трупа малолетней ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; 

(том № л.д. 3)

- сообщением, зарегистрированным в КУСП ОП «Курчатовский» УМВД России по г. Челябинску, № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ОП «Курчатовский» УМВД России по г. Челябинску поступило сообщение ФИО21 о том, что по адресу: г. Челябинск, 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, скончался ребенок-инвалид; 

(том № л.д. 6)

- свидетельством о рождении IV-ИВ № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому родителями ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются ФИО6 (отец) и ФИО4 (мать); 

(том № л.д. 13)

- протоколом установления смерти человека от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому сотрудниками ООО «ПолиКлиника» в 19 часов 45 минут ДД.ММ.ГГГГ констатирована смерть ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

(том № л.д. 14)

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблицы, согласно которому осмотрена 

<

адрес> «А» по проспекту Победы в Курчатовском районе г. Челябинска. В помещении квартиры обнаружено большое количество пустых бутылок из-под спиртного (пиво, водка). На диване в помещении квартиры обнаружен труп ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В ходе осмотра места происшествия изъяты: медицинская карта ФИО2, свидетельство о рождении на имя ФИО2, 2 прибора глюкометра, 4 шприца-ручки для инъекций, коробки и тест полоски, две сумочки-чехлы, 2 смыва с вещества бурого цвета, 2 среза с поверхности матрасов в спальне; 

(том № л.д. 45-60)

- протоколом осмотра трупа от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблицы, согласно которому в помещении 

<

адрес> «А» по проспекту Победы в Курчатовском районе г. Челябинска с участием судебно-медицинского эксперта ФИО27 осмотрен труп ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. На момент начала осмотра труп находился лежа на спине, правая нога выпрямлена, левая нога чуть согнута в коленном суставе, правая рука отведена от туловища, согнута в локтевом суставе, левая рука согнута в локтевом суставе под углом 90 градусов. На трупе одежда отсутствует. Трупные пятна на задней поверхности тела при надавливании на них пальцем бледнеют и восстанавливают свой окрас более чем через 5 минут. Трупное окоченение хорошо выражено во всех крупных мышцах. В отверстии носа проявляется жидкость. Кости скелета на ощупь целые. На задней поверхности правого плеча имеется округлой формы участок с четкими границами коричневого цвета с «крестообразным отслоением надкожицы» в центре, по бокам полосовидные ссадины с розовым дном по одной справа и слева; 

(том № л.д. 62-68)

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблицы, согласно которому осмотрены медицинская карта ФИО2, свидетельство о рождении на имя ФИО2, 2 прибора глюкометра, 4 шприца-ручки для инъекций, коробки и тест полоски, две сумочки-чехлы, 2 смыва с вещества бурого цвета, 2 среза с поверхности матрасов в спальне, изъятые в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> «А» по проспекту Победы в Курчатовском районе г. Челябинска; 

(том № л.д. 69-78)

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблицы, согласно которому у сотрудника ГБУЗ «ЧОБСМЭ» ФИО28 изъят фрагмент органов ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

(том № л.д. 81-86)

- протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблицы, согласно которому осмотрен фрагмент органов ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, изъятый ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки у сотрудника ГБУЗ «ЧОБСМЭ» ФИО28;

(том № л.д. 87-89)

- протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблицы, согласно которому осмотрены копии амбулаторной карты несовершеннолетней ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (предоставленной ГАУЗ «Детская городская клиническая поликлиника № Им. А. Невского г. Челябинска»), в которой содержатся сведения об установленном диагнозе – E10.9 сахарный диабет 1 типа, обращения в поликлинику: в 08 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ, в 08 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ, в 08 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ, в 08 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ, в 08 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ; результатов проведенных осмотров врачом-эндокринологом, назначенного лечения ФИО2, рекомендаций о посещении врачей, диеты, ведения дневника самоконтроля с указанием даты и времени показателей глюкозы крови, дозах инсулина, принятых углеводах, контроля гликемии не менее 6 раз в сутки, и не введении инсулин без измерения уровня глюкозы крови; выданных устройствах и препаратах.

Аналогичные осмотры врачом-эндокринологом ФИО23 происходили ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которых принимал участие ФИО6, которому давались вышеуказанные рекомендации по лечению ФИО2, а также предоставлялись бесплатные медицинские препараты и медицинские устройства, для контроля и лечения ФИО2

Кроме того, в 08 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ был произведен осмотр врачом-эндокринологом ФИО23 На приеме ФИО2 находилась с папой (ФИО6). Установлен диагноз: E10.9 сахарный диабет 1 типа. ФИО2 назначено аналогичное лечение. Также рекомендована госпитализация в эндокринологическое отделение ГАУЗ ДГКБ № в плановом порядке на ДД.ММ.ГГГГ;

(том № л.д. 131-135)

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблицы, согласно которому осмотрен отчет применения глюкометра марки FreeStyle Libre 2+ на пациента ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в период с 08 час. 00 мин. до 24 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 производились 16 замеров (значения прибора: от 11.6 ммоль/л до 22.2 ммоль/л); в период с 00 час. 00 мин. до 17 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 производились 17 замеров (значения прибора показывали от 4,6 ммоль/л до 27.8 ммоль/л); ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 замеры не производились; в период с 12 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 производились 6 замеров (значения прибора показывали 27.8 ммоль/л);

(том № л.д. 137-139)

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблицы, согласно которому осмотрены копии выписных эпикризов ГАУЗ «Детская городская клиническая больница № г. Челябинска» на имя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, согласно которых ФИО2 в период с 13 по ДД.ММ.ГГГГ, с 29 августа по ДД.ММ.ГГГГ, с 19 февраля по ДД.ММ.ГГГГ проходила стационарное лечение в ГАУЗ «Детская городская клиническая больница № г. Челябинска», установлен диагноз: сахарный диабет 1 типа. На госпитализации она находилась с матерью – ФИО4 По окончанию каждого лечения было рекомендовано диспансерное наблюдение эндокринолога, педиатра, невролога, офтальмолога, фтизиатра; диета – стол №; ведение дневника самоконтроля с указанием даты и времени показателей глюкозы крови, дозах инсулина, принятых углеводах; инсулинотерапия с учетом показателей гликемического контроля; контроль гликемии не менее 6 раз в сутки; не вводить инсулин без измерения уровня глюкозы крови. ФИО4 проведена школа диабета;

(том № л.д. 141-146)

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому смерть ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от заболевания эндокринной системы – сахарного диабета 1-го типа (инсулинозависимого), осложнившегося развитием кетоацидотической комы, дистрофических изменений паренхиматозных органов, острого общего венозного полнокровия внутренних органов с периваскулярными и внутриальвеолярными кровоизлияниями, отека легких, отека головного мозга. Каких-либо механических повреждений, могущих обусловить смерть или способствовать ее наступлению, в ходе судебно-медицинской экспертизы трупа обнаружено не было. 

Незадолго до наступления смерти ФИО2 не принимала алкоголь. При судебно-химической экспертизе в крови, внутренних органах (печень, тонкий кишечник) от трупа ФИО2 этиловый спирт не обнаружен. Кроме того, в печени от трупа ФИО2 обнаружены следовые количества дротаверина (спазмолитик), димедрола (противоаллергический препарат), в тонком кишечнике обнаружены следовые количества дротаверина, в крови обнаружено следовое количество дротаверина.

Также в ходе судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2 были обнаружены следующие повреждения:

1. Ссадина переносицы (1); образовалась незадолго до наступления смерти в результате травматического воздействия тупого твердого предмета, частные (индивидуальные) признаки следообразующей части которого в повреждении не отобразились. Подобные повреждения у живых лиц при неосложненном течении, как правило, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, в связи с чем, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью (п. 9 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №). В причинной связи с наступлением смерти не состоят; 

2. Точечные раны (следы инъекций) на передней брюшной стенке; образовались в результате взаимодействия острого предмета (предметов) удлиненной формы с областями локализации ран, учитывая локализацию, наиболее вероятно, при введении инсулина. Индивидуальные особенности следообразующей части действовавшего предмета (предметов) в повреждениях не отобразились. По степени тяжести причиненного вреда здоровью не расцениваются. В причинной связи с наступлением смерти не состоят;

(том № л.д. 153-162)

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на представленных на исследование предметах: в смыве с пола комнаты, на срезе ткани с матраса дивана, на срезе ткани с матраса кровати найдена кровь человека; в смыве с пола кухни кровь не найдена. Генотипические признаки в препаратах ДНК, полученных из следов крови в смыве с пола комнаты, на срезе ткани с матраса дивана, на срезе ткани с матраса кровати совпадают с генотипом, установленным в образце биологического материала потерпевшей ФИО2 Расчетная [условная] вероятность того, что следы крови в смыве с пола комнаты, на срезе ткани с матраса дивана, на срезе ткани с матраса кровати действительно произошли от потерпевшей ФИО2, составляет не менее 99, №%.

(том № л.д. 172-179)

Достоверность, допустимость и относимость приведенных выше доказательств у суда сомнений не вызывает, так как они добыты в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела. 

Приведенные выше и другие исследованные по делу доказательства являются достаточными для разрешения уголовного дела и признании ФИО4 и ФИО6 виновными в совершении инкриминируемого им преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

У суда нет оснований не доверять показаниям подсудимых ФИО4 и ФИО6, равно как не имеется причин полагать, что они оговаривают себя, поскольку их показания подтверждаются показаниями потерпевшего, свидетелей, а также письменными материалами уголовного дела. 

Нарушений требований уголовно-процессуального законодательства при производстве следственных действий – допроса потерпевшего, свидетелей, содержание которых было оглашено с соблюдением требований уголовного процессуального закона (часть 1 и часть 3 статьи 281 УПК РФ), суд не усматривает, поскольку следственные действия производились лицом, в производстве которого находилось уголовное дело, показания указанные лица давали добровольно, им были разъяснены их процессуальные права, в том числе положения статей 42, 56 УПК РФ, статьи 51 Конституции Российской Федерации, они были предупреждены об уголовной ответственности по статьям 306, 307 УК РФ. С содержанием протокола следственного действия допрашиваемые лица были ознакомлены лично, путем прочтения, что следует из содержания протоколов следственного действия, никаких замечаний и дополнений по существу зафиксированных в протоколе показаний от них не поступило.

Суд также не находит нарушений требований уголовно-процессуального законодательства при производстве следственных действий. Осмотр предметов и документов соответствует положениям статей 176, 177 УПК РФ. Составленные по итогам осмотров процессуальные документы соответствуют требованиям статьи 166 УПК РФ. 

Заключения экспертов по результатам проведенных в ходе предварительного следствия экспертиз получены с соблюдением требований главы 27 УПК РФ. У суда не имеется оснований не доверять выводам, содержащимся в данных заключениях, и ставить под сомнение их достоверность, поскольку экспертизы проведены в рамках закона уполномоченными на то экспертами, имеющими специальные познания и опыт работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Заключения экспертов являются обоснованными, их выводы надлежащим образом мотивированные, они согласуются с другими собранными по делу доказательствами. 

Давая правовую оценку содеянного, суд исходит из фактических обстоятельств дела, установленных при рассмотрении дела судом, а также из совокупности исследованных доказательств, учитывая следующее.

Согласно ч. 1 ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 Семейного кодекса Российской Федерации родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей. При осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию. Способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей. 

Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам детей, несут ответственность в установленном законом порядке. 

В судебном заседании установлено, что подсудимые ФИО4 и ФИО6 являлись родителями малолетней ФИО2, родительских прав лишены не были. 

Учитывая приведенные выше законоположения, у ФИО4 и ФИО6 имелась обязанность соблюдать интересы малолетней ФИО2, не причинять вред её физическому и психическому здоровью, а с учетом её возраста, уровня физического и интеллектуального развития, а также ввиду наличия заболевания – сахарного диабета 1 типа, последняя находилась в беспомощном и зависимом состоянии от ФИО4 и ФИО6 

Из содержания медицинских документов малолетней ФИО2, в том числе её медицинской и амбулаторной карт, выписных эпикризов, следует, что в период с 13 августа по ДД.ММ.ГГГГ, с 29 августа по ДД.ММ.ГГГГ, с 19 февраля по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проходила стационарное лечение в ГАУЗ «Детская городская клиническая больница № г. Челябинска», где последней установлен диагноз «сахарный диабет 1 типа». По окончании каждого лечения ФИО2 было рекомендовано диспансерное наблюдение эндокринолога, педиатра, невролога, офтальмолога, фтизиатра; диета – стол №; ведение дневника самоконтроля с указанием даты и времени показателей глюкозы крови, дозах инсулина, принятых углеводах; инсулинотерапия с учетом показателей гликемического контроля; контроль гликемии не менее 6 раз в сутки; не вводить инсулин без измерения уровня глюкозы крови. 

Также из материалов уголовного дела следует, что до сведения родителей ФИО2 – ФИО4 и ФИО6 доведены рекомендации по лечению ФИО2, порядок применения терапии, включающий в себя контроль уровня сахара в крови ФИО2, дозировку и режим введения сахароснижающих препаратов в организм последней. С ФИО4 и ФИО6 проведено занятие «Школа диабета» квалифицированными специалистами – врачами эндокринологами, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО24, ФИО23 – сотрудниками медицинских учреждений, в которых проходила лечение ФИО2, а также письменными материалами уголовного дела. Данные обстоятельства не отрицают и сами подсудимые. 

За основу своих выводов о виновности ФИО4 и ФИО6 суд принимает их признательные показания, согласно которым в период с 09 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ до 19 час. 34 мин. ДД.ММ.ГГГГ они, находясь в состоянии алкогольного опьянения, оставили свою малолетнюю дочь – ФИО2, являющуюся инвалидом с диагнозом «сахарный диабет 1 типа» с сопутствующим заболеванием – аутизм, которая нуждалась в постоянном родительском контроле и постоянной инсулинотерапии, без присмотра и контроля. Тем самым ФИО2 находилась в опасном для жизни состоянии и была лишена принять меры к самосохранению.

Указанные обстоятельства также подтверждаются исследованным в судебном заседании отчетом применения глюкометра, согласно которому с ДД.ММ.ГГГГ в приложении имелись показания, где уровень сахара в крови ФИО2 составил 16,3 ммоль/л., ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 00 мин. уровень сахара составлял 14,8 ммоль/л., ДД.ММ.ГГГГ показания по ФИО2 отсутствовали, ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 00 мин. показания были на уровне 27,8 ммоль/л., что является недопустимой нормой.

Таким образом, исследованные в судебном заседании медицинские документы, в том числе сведения о показателях сахара в крови малолетней ФИО2, свидетельствует о невыполнении подсудимыми предписанных рекомендаций в отношении их дочери. 

За основу своих выводов суд также считает необходимым принять показания потерпевшего ФИО8 – отца ФИО4, сообщившего о том, что ему позвонил ФИО6 и пояснил, что во время совместного распития спиртных напитков с ФИО4 умерла их дочь – ФИО5, поскольку они не доглядели за ней и вовремя не вкололи той инсулин; показания свидетелей ФИО16, ФИО19 и ФИО18 – сотрудников правоохранительных органов, приехавших по вызову ДД.ММ.ГГГГ по адресу проживания подсудимых, которые находились в состоянии алкогольного опьянения, поясняя, что их малолетняя дочь – ФИО2 скончалась по их вине; показаниями свидетеля ФИО20 – врача-анестезиолога, реаниматолога, приехавшего по вызову ДД.ММ.ГГГГ по адресу проживания подсудимых, где он составил протокол установления смерти ФИО2; показания свидетелей ФИО24 и ФИО23 – сотрудников медицинских учреждений, в которых проходила лечение ФИО2, подтвердивших установленный ей диагноз «сахарный диабет 1 типа» и сообщивших о курсе и методах её лечения; показаниями свидетеля ФИО21 – брата ФИО6, сообщившего о том, что со слов брата за несколько дней до смерти ФИО5 они с ФИО4 распивали спиртные напитки, при этом не смотрели за дочерью. 

Оценивая показания свидетеля ФИО25, данные ею в ходе предварительного следствия и оглашенные на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, суд принимает их в той мере, в которой они не противоречат доказательствам, положенным судом в основу приговора. 

Анализируя показания потерпевшего и свидетелей, суд установил, что они последовательны, взаимодополняют друг друга, согласуются между собой, а также с показаниями подсудимых, являются непротиворечивыми, формируют единую картину произошедшего, объективно подтверждаются письменными материалами дела, достоверность которых не вызывает у суда сомнений. При таких обстоятельствах оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей у суда не имеется, в связи с чем их показания должны быть положены в основу судебного решения. Оснований для оговора подсудимых у потерпевшего и свидетелей судом не установлено, не указано на наличие таковых и самими подсудимыми.

Кроме того, суд принимает во внимание выводы эксперта, согласно которым смерть ФИО2 наступила от заболевания эндокринной системы – сахарного диабета 1-го типа (инсулинозависимого), осложнившегося развитием кетоацидотической комы, дистрофических изменений паренхиматозных органов, острого общего венозного полнокровия внутренних органов с периваскулярными и внутриальвеолярными кровоизлияниями, отека легких, отека головного мозга. Каких-либо механических повреждений, могущих обусловить смерть или способствовать ее наступлению, в ходе судебно-медицинской экспертизы трупа обнаружено не было. 

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что ФИО4 и ФИО6 длительное время надлежащим образом не обеспечили соблюдение ФИО2 диеты, контроля гликемии (не менее 6 раз в сутки), не проводили потерпевшей инсулинотерапию препаратами инсулина путем его подкожного введения в соответствии с показателями гликемического контроля, тем самым поставив ФИО2 в опасное для жизни и здоровья состояние. При ухудшении состояния ФИО2 они не обратились за квалифицированной медицинской помощью. Указанные обстоятельства привели к смерти малолетней ФИО2 Таким образом, между ненадлежащим исполнением родительских обязанностей и наступившими последствиями имеется причинно-следственная связь.

Преступление ФИО4 и ФИО2 было совершено по неосторожности в форме небрежности, так как они не предвидели от своих действий (бездействия) наступления смерти малолетней ФИО2 и не желали её наступления, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли её предвидеть. 

Выступая в прениях сторон, государственный обвинитель просил исключить из объема предъявленного ФИО4 и ФИО2 обвинения указание на совершение ими преступления в составе группы лиц, поскольку по смыслу закона соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. Вместе с тем ФИО4 и ФИО2 предъявлено обвинение в совершении неосторожного преступления. 

В соответствии со ст. 246 УПК РФ если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения полностью или частично и излагает суду мотивы отказа; кроме того, государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату может изменить обвинение в сторону смягчения путем переквалификации деяния в соответствии с нормами Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающими более мягкое наказание, в том числе частично либо полностью отказаться от обвинения.

В настоящем случае позиция государственного обвинителя влечет изменение обвинения подсудимых в сторону смягчения, поэтому принимается судом. При принятии данного решения суд учитывает, что формулирование обвинения и юридическая квалификация в сторону улучшения являются компетенцией государственного обвинителя и обязательны для суда. 

Признательные показания подсудимых подтверждаются совокупностью других полученных по делу доказательств объективного и субъективного характера, в связи с чем суд, на основании ч. 2 ст. 77 УПК РФ закладывает признательные показания ФИО4 и ФИО2 в основу обвинительного приговора. 

Приведенные выше и другие исследованные по делу доказательства являются достаточными для разрешения уголовного дела и признания ФИО4 и ФИО6 виновными в совершенном преступлении при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО4 и ФИО6 по ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности. 

Согласно сведениям, представленным из ГБУЗ «Областная клиническая специализированная психоневрологическая больница №» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 на диспансерном учете не состоит, в 2021 году проходила стационарное лечение с диагнозом «психические и поведенческие расстройства», вызванные употреблением алкоголя (том № л.д. 102). 

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обнаруживала в момент инкриминируемого ей деяния и обнаруживает в настоящее время признаки психических и поведенческих расстройств вследствие употребления алкоголя, синдром зависимости /алкоголизм/ (F10.2 по МКБ-10). В момент инкриминируемого ей деяния ФИО4 признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности (бред, галлюцинации, помрачение сознания и пр.) не обнаруживала, а находилась в состоянии простого алкогольного опьянения. Она могла в момент инкриминируемого ей деяния и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по психическому состоянию ФИО4 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. По психическому состоянию может самостоятельно осуществлять свое право на защиту (том № л.д. 193-196).

Учитывая изложенное, каких-либо сомнений относительно вменяемости ФИО4 не имеется, суд признает её вменяемой, и, следовательно, на основании статьи 19 УК РФ подлежащей уголовной ответственности и наказанию.

При назначении ФИО4 наказания суд в силу ст. 6, ст. 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимой преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности ФИО4, смягчающие и отягчающее обстоятельство, а также влияние назначенного наказания на её исправление, перевоспитание и на условия жизни её семьи.

В соответствии с п. «и» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ к смягчающим обстоятельствам при назначении ФИО4 наказания суд относит: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче последовательных и признательных показаний об обстоятельствах совершенного преступления, полное признание вины, раскаяние в содеянном, неудовлетворительное состояние здоровья ФИО4, наличие у нее хронического заболевания. 

На основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ к числу обстоятельств, отягчающих наказание ФИО4, суд относит совершение ею преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Принимая решение о необходимости учета данного обстоятельства в качестве отягчающего, суд исходит из криминологической характеристики и фактических обстоятельств совершенного преступления. Кроме того, нахождение в состоянии алкогольного опьянения не оспаривала и сама подсудимая, которая в судебном заседании не отрицала, что в инкрементируемый ей период времени она употребила большое количество алкоголя, в связи с чем находилась в состоянии алкогольного опьянения, указав, что находясь в трезвом состоянии, таких бы последствий не наступило. Учитывая изложенные обстоятельства, состояние алкогольного опьянения, по мнению суда, явилось катализатором противоправного поведения и находится в прямой причинно-следственной зависимости с совершением ФИО4 преступления. 

При назначении ФИО4 наказания суд также учитывает отсутствие сведений о специализированном учете у врача-психиатра, наличие постоянного места жительства, неудовлетворительное состояние близкого родственника – отца, имеющего заболевания, условия её жизни и воспитания. 

Других обстоятельств, смягчающих ФИО12 наказание, прямо предусмотренных уголовным законом, судом не установлено, подсудимой и защитником не представлено, в материалах дела не содержится.

С учетом принципов социальной справедливости и гуманизма, что наказание не является способом причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства, но является неотвратимым, и применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимой и предупреждения ею новых преступлений, с учетом фактических обстоятельств уголовного дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности ФИО4, условий её жизни, наличие смягчающих обстоятельств и отягчающего обстоятельства, учитывая требования закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, суд соглашается с мнением государственного обвинителя и считает необходимым назначить ФИО4 наказание в виде исправительных работ, что будет способствовать как достижению задач уголовного судопроизводства, предусмотренных ст. 2 УК РФ, целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, так и соответствовать принципу справедливости, установленному ст. 6 УК РФ, а именно: способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений. 

Положения ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО4 не подлежат применению, поскольку положения указанной нормы применяются к наиболее строгому виду наказания.

Оснований для применения положений ст. 64, ст. 73 УК РФ суд не усматривает, поскольку, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, их совокупность не явилась исключительной и существенным образом не снизила общественную опасность содеянного.

Совершенное ФИО4 преступление в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ относится к категории небольшой тяжести, в связи с чем оснований для изменения категории тяжести совершенного ею преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. 

Судом не установлено обстоятельств, указанных в ч. 5 ст. 50 УК РФ, препятствующих отбыванию ФИО4 наказания в виде исправительных работ.

В порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ ФИО4 не задерживалась.

Меру пресечения ФИО4 следует оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую по вступлении приговора в законную силу – отменить.

Каких-либо сомнений относительно вменяемости ФИО6 у суда не имеется, суд признает его вменяемым, и, следовательно, на основании статьи 19 УК РФ подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

При назначении ФИО6 наказания суд в силу ст. 6, ст. 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности ФИО6, смягчающие обстоятельства и отягчающее обстоятельство, а также влияние назначенного наказания на его исправление, перевоспитание и на условия жизни его семьи.

В соответствии с п. «и» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ к смягчающим обстоятельствам при назначении ФИО6 наказания суд относит: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче последовательных и признательных показаний об обстоятельствах совершенного преступления, полное признание вины, раскаяние в содеянном, неудовлетворительное состояние здоровья ФИО6, имеющего заболевания. 

На основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ к числу обстоятельств, отягчающих наказание ФИО6 суд относит совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Принимая решение о необходимости учета данного обстоятельства в качестве отягчающего, суд исходит из криминологической характеристики и фактических обстоятельств совершенного преступления. Кроме того, нахождение в состоянии алкогольного опьянения не оспаривал и сам подсудимый, который в судебном заседании не отрицал, что в инкрементируемый ему период времени он употребил алкогольные напитки, указав, что не оказал дочери необходимую медицинскую помощь, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения, находясь в трезвом состоянии, таких бы последствий не наступило. Учитывая изложенные обстоятельства, состояние алкогольного опьянения, по мнению суда, явилось катализатором противоправного поведения и находится в прямой причинно-следственной зависимости с совершением ФИО6 преступления.

При назначении ФИО6 наказания суд учитывает отсутствие сведений о специализированных учетах, наличие постоянного места жительства, где он характеризуется удовлетворительно, неудовлетворительное состояние здоровья близкого родственника – матери, являющейся пенсионером и имеющей онкологическое заболевание, оказание ей посильной и материальной помощи. 

С учетом принципов социальной справедливости и гуманизма, что наказание не является способом причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства, но является неотвратимым, и применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения им новых преступлений, с учетом фактических обстоятельств уголовного дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности ФИО6, условий его жизни, наличие смягчающих обстоятельств и отягчающего обстоятельства, учитывая требования закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, суд соглашается с мнением государственного обвинителя и считает необходимым назначить ФИО6 наказание в виде исправительных работ, что будет способствовать как достижению задач уголовного судопроизводства, предусмотренных ст. 2 УК РФ, целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, так и соответствовать принципу справедливости, установленному ст. 6 УК РФ, а именно: способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений. 

Положения ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО6 не подлежат применению, поскольку положения указанной нормы применяются к наиболее строгому виду наказания.

Оснований для применения положений ст. 64, ст. 73 УК РФ суд не усматривает, поскольку, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, их совокупность не явилась исключительной и существенным образом не снизила общественную опасность содеянного.

Совершенное ФИО30 преступление в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ относится к категории небольшой тяжести, в связи с чем оснований для изменения категории тяжести совершенного ею преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. 

Судом не установлено обстоятельств, указанных в ч. 5 ст. 50 УК РФ, препятствующих отбыванию ФИО30 наказания в виде исправительных работ.

В порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ ФИО6 не задерживался.

Меру пресечения ФИО6 следует оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую по вступлении приговора в законную силу отменить.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии с положениями статьи 81 УПК РФ.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвокатов, подлежат разрешению путем вынесения отдельных судебных постановлений.

Руководствуясь ст. ст. 296, 299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

ФИО4 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, и назначить наказание в виде исправительных работ на срок 01 (один) год с удержанием из заработной платы 10 (десяти) % в доход государства.

Разъяснить осужденной ФИО4, что в случае злостного уклонения осужденной от отбывания исправительных работ суд может заменить неотбытое наказание принудительными работами или лишением свободы из расчета один день принудительных работ или один день лишения свободы за три дня исправительных работ.

Меру пресечения ФИО4 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую по вступлении приговора в законную силу отменить.

ФИО6 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, и назначить наказание в виде исправительных работ на срок 01 (один) год с удержанием из заработной платы 10 (десяти) % в доход государства.

Разъяснить осужденной ФИО6, что в случае злостного уклонения осужденной от отбывания исправительных работ суд может заменить неотбытое наказание принудительными работами или лишением свободы из расчета один день принудительных работ или один день лишения свободы за три дня исправительных работ.

Меру пресечения ФИО6 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую по вступлении приговора в законную силу отменить.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

1) медицинскую карту ФИО2, свидетельство о рождении на имя ФИО2, 2 прибора глюкометра, 4 шприца-ручки для инъекций, коробки и тест-полоски, две сумочки-чехлы, изъятые в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> «А» по проспекту Победы в Курчатовском районе г. Челябинска, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по Курчатовскому району г. Челябинск, по вступлении приговора в законную силу – возвратить по принадлежности ФИО29 и (или) ФИО6, а в случае отказа в получении – уничтожить;

2) 2 смыва с веществом бурого цвета, 2 среза с поверхности матрасов в спальне, изъятые в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> «А» по проспекту Победы в Курчатовском районе г. Челябинска, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по Курчатовскому району г. Челябинск, по вступлении приговора в законную силу – уничтожить; 

3) фрагмент органов ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, изъятый ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки у сотрудника ГБУЗ «ЧОБСМЭ» ФИО28, находящийся на ответственном хранении в ГБУЗ «ЧОБСМЭ», по вступлении приговора в законную силу – уничтожить;

4) копию амбулаторной карты несовершеннолетней ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, предоставленные ГАУЗ «Детская городская клиническая поликлиника № им. А. Невского г. Челябинска», хранящиеся в материалах уголовного дела, по вступлении приговора в законную силу – хранить в материалах уголовного дела;

5) отчет применения глюкометра марки FreeStyle Libre 2+ на пациента ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, предоставленный ФИО23 в качестве приложения к допросу последней от ДД.ММ.ГГГГ, хранящийся в материалах уголовного дела, по вступлении приговора в законную силу – хранить в материалах уголовного дела;

6) копии выписных эпикризов ГАУЗ «Детская городская клиническая больница № г. Челябинска» на имя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, датированные ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, и предоставленные ФИО24 в ходе допроса в качестве свидетеля, хранящиеся в материалах уголовного дела, по вступлении приговора в законную силу – хранить в материалах уголовного дела;

На приговор могут быть поданы апелляционные жалобы и/или представление в Судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда через Курчатовский районный суд г. Челябинска в течение 15 суток со дня провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в апелляционной жалобе.

В случае подачи апелляционного представления или апелляционных жалоб другими участниками судопроизводства, затрагивающих интересы осужденных, ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции подаются осужденными в течение 15 суток с момента вручения копии апелляционного представления либо апелляционных жалоб.

Председательствующий О.В. Красносельская