Дело №2-443/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

5 октября 2020 года г. Карасук 

Карасукский районный суд Новосибирской области в составе

председательствующего судьи Недобор С.Н.

с участием истца (ответчика) ФИО1

представителя истца ФИО2,

ответчиков ФИО3, ФИО4, 

при секретаре Кузменко Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда и встречному иску ФИО3 к ФИО1 о демонтаже средств видеофиксации и компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, в обоснование требований указав, что он с ответчиками проживет по соседству. С 2017 года их соседские отношения испортились, и ответчики стали выражать в отношении него и его жены неприязненные отношения. Ответчики бросают на его земельный участок мусор, яйца, сделанные ими кресты, проклятия, громко включают музыку в позднее время суток, лазерным лучом испортили его камеру видеонаблюдения, постоянно высказывают в их адрес унижающие честь и достоинство выражения, забрасывают грязью окна и т.д. 04.04.2020 года ответчики на своих пристройках вывесили плакат, на котором было написано крупным шрифтом «рогожа - козел». Через несколько дней на заборе истца ответчица вывесила плакат, на котором было написано слово, указывающее на человека нетрадиционной ориентации. Истец неоднократно обращался в МО МВД « Карасукский» с заявлениями на противоправные действия ответчиков. Работники полиции приезжали по его вызовам, его заявления направляли в Администрацию Карасукского района, где должны быть приняты решения по его многочисленным заявлениям. Ему были выданы копии двух постановлений о прекращении производства по делу об административном правонарушении, в отношении ответчиков, в связи с истечением срока давности для привлечения их к ответственности. Больше никаких ответов он не получал. Безнаказанность ответчиков позволяет им вновь и вновь, совершать в отношении его семьи противоправные действия. Проживать в такой напряденной психологической обстановке у него больше нет ни сил, ни здоровья. Ответчики своими оскорблениями, указанными на плакатах, унизили его есть и достоинство, нарушили его неимущественные права. Данные плакаты видели сотрудники полиции, которые приезжали по его вызову, соседи. Причиненные моральные нравственные страдания он оценивает в 10 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст.151,152.1100,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации истец просит признать высказывания ответчиков в его адрес, указанные на плакатах - порочащими, унижающими его честь и достоинство, взыскать с ФИО3, ФИО4 в его пользу за причиненные моральные и нравственные страдания 10 000 руб., судебные расходы, связанные с рассмотрением дела в суде - на оплату услуг адвоката, госпошлину. 

8.07.2020г. ФИО1 уточнил исковые требования, указав, что плакат, на котором было написано слово, указывающие на него как на лицо нетрадиционной ориентации, был вывешен ответчиками на заборе в сентябре 2019 года.

ФИО3 обратилась к ФИО1 с встречным иском о демонтаже средств видеофиксации и компенсации морального вреда, в обосновании иска указав, что с 2011 года она со своей семьей проживает в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>. Начиная с 2016 г. ФИО1 стал предъявлять к их семье необоснованные претензии по поводу якобы неправомерных их действий в отношении территории их домовладения. В сентябре 2019 года она с мужем обратили внимание на появившиеся в двух местах на территории двора ФИО1 предметах внешне похожих на камеры видеофиксации (видеонаблюдения), одна из которых располагалась на крыше веранды дома ФИО1 и была направлена на двор их домовладения, вторая на бане и во дворе ФИО1 и была направлена на их огород. Данные предметы меняли угол обзора, ночью на предметах светился глазок красного цвета. Весной 2020 года появилась третья видеокамера, судя по ее расположению, угол ее обзора охватывал всю территорию их домовладения. Убрать или снизить высоту расположения камер ФИО1 никак не отреагировал. В результате незаконных действий ФИО1 ей причинен моральный вред, нравственные страдания, которые выразились в том, что угрозе подвергается ее личная информация и ее персональные данные и возможность находиться без наблюдения, контроля и тотального надзора. И как следствие, появление угрозы посягательства на неприкосновенность ее личной жизни и семейной тайны. Что породило в ней постоянную тревожность по поводу того, какой объем информации о ее личной и семейной жизни становится известен третьим лицам. Понимая, что она постоянно находится под наблюдением, она вынуждена контролировать любые свои действия, чего при обычных условиях не происходило бы. В результате у нее нарушился сон и она вынуждена принимать успокоительные лекарства.

На основании ст.ст.12,150,151,152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 23 Конституции Российской Федерации ФИО3 просит признать факт нарушения ее личного неимущественного права на тайну ее личной информации, ее персональных данных, на возможность находиться без постороннего наблюдения, контроля и тотального надзора, на неприкосновенность ее личной жизни и семейной тайны. Обязать ФИО1 произвести демонтаж средств видеофиксации (видеонаблюдения) установленных на территории домовладения кВ.

<

адрес>, взыскать с ФИО1 в ее пользу в счет компенсации морального вреда 100 000 рублей.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, встречный иск не признал, суду пояснил, что видеозаписью на телефон подтверждается, что ответчики бросают мусор на его территорию. Материалы направляются в администрацию, там ответчики письма, направленные им, не получают, проходит два месяца и документы списывают в архив. Он поставил видеокамеру, камеры не снимают территорию Г-вых, но после установки камер накидали мусор, вывесили плакат, что он лицо нетрадиционной ориентации. Также был плакат «рогожа-козел». Плакаты были около его забора и гаража Г-вых, видел долго, пока ветер не сорвал. «Рогожа-козел» висел на гараже, а другой в огороде. Плакаты видели сотрудники и соседи, которых он сам приглашал. С улицы плакаты не видно. Всего установлено четыре камеры: на гараже, в огороде на его участке, между домом и баней и в проулке. Камеры поворачиваются вверх-вниз, влево-вправо не поворачиваются. Моральный вред выразился в переживаниях, так как он не лицо нетрадиционной ориентации, он расстроился, плакаты он воспринял как оскорбление и унижение его чести. Первый плакат он на телефон записывал. Кроме него и супруги с ними никто не проживает.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО2 исковые требования поддержала, суду пояснила, что факт вывешивания плакатов подтвержден, в том числе и ответчиками, которые подтвердили, что писали плакаты и вывешивали, действия ответчиков были согласованы. Записи на плакате адресовались истцу, так как были видны только истцу, надпись «Рогожа-козел» созвучна с фамилией истца, платка с нетрадиционной ориентацией прикреплен близко к забору и на сторону истца. Истец переживал по данному поводу, следует учесть возраст, расстроился ввиду унижения чести и достоинства, переживал моральные и нравственные страдания. По встречному истку Г-выми не доказан факт нарушения их личного неимущественного права. Когда устанавливали камеры, истец консультировался со специалистами, чтобы не был виден соседний участок, была табличка, оповещающая о ведении видеонаблюдения. Вызывались ответчиками сотрудники полиции, которые не нашли нарушений по установке камер. По фотографиям с монитора видно, что участок соседей не захватывается. На третьей камере немного виден гараж Г-вых. За личной жизнью Г-вых Рогожин не следит.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, встречный иск просила удовлетворить, суду пояснила, что наполовину ФИО1 врет, ФИО1 вызывает полицию постоянно. Плакаты находились на их территории, никто их не видел, тем более соседи. ФИО1 постоянно оскорбляет её и супруга, установил камеры, они под контролем. Третья и четвертая камеры смотрят на улицу, в их сторону две камеры, ФИО1 утром поворачивает камеры на них. Два плаката они вывешивали на своей территории на гараже, и возле гаража в своем огороде, в том числе в начале апреля 2020 года. Один плакат видел в метре от гаража на палке одной стороной и на гараже другой. Плакаты были ниже уровня забора, значит ФИО1 просматривал камеры, писали плакаты ребятишки плакат про лицо нетрадиционной ориентации и они писали тоже. Они пообщались с мужем и решили написать плакаты, чтобы проверить, просматривает ли ФИО1 камеры. Она повесила плакаты на скотч ниже уровня забора. ФИО1 часто залазит на стремянку и смотрит, что у них во дворе. Чтобы соседи увидели плакаты, должны были залезть на стремянку или крышу, или ФИО1 им по камерам показал. Моральный вред из-за камер выразился в том, что ФИО1 просматривает её жизнь. Пусть ФИО1 снимает камеры или поворачивает на свою сторону. 

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, суду пояснил, что по видеокамерам они обращались в полицию, написали заявление, направили в прокуратуру, пришел ответ, что надо обращаться в суд. ФИО1 говорил, что просматривает через камеры весь их огород. Плакат был на расстоянии 1,8 метров, то есть Рогожин не мог его видеть. С Рогожиным неприязненные отношения с 2016 года, так как ФИО1 сказал, что выживет их оттуда. Он согласен, что вешали плакаты. «Рогожа-козел» писали по его инициативе, нужно было проверить, смотрит ли ФИО1 в камеры или нет. На втором плакате на него не указывалось, а ФИО1 все воспринимает на свою сторону. Если бы написали что-то другое, то реакции бы не было, и они бы не узнали, смотрит он камеры или нет, а так узнали, что смотрит. В сентябре 2019 года он плакат не видел, так как мотается по командировкам.

Суд, выслушав истца, представителя истца, ответчиков, свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав, в числе которых компенсация морального вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст.150, 151ГК РФ).

Судом установлено, что ФИО1 проживает по адресу: 

<

адрес>. ФИО3 и ФИО4 проживают по адресу: 

<

адрес> и являются соседями истца.

В обоснование своих требований истцом в материалы дела представлены 

уведомления МО МВД России «Карасукский», из которых следует, что заявления истца были направлены в административную комиссию Карасукского района Новосибирской области, для принятия обоснованного решения, копии постановлений № 57 от 04.12.2018г. о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО5 по ст.8.22.Закона Новосибирской области от 14.02.2003г.№99-ОЗ «Об административных правонарушениях в Новосибирской области», №30 от 25.06.2019г. о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО4 по ч.1ст.4.2.Закона Новосибирской области от 14.02.2003г.№99-ОЗ «Об административных правонарушениях в Новосибирской области».

По запросу суда, Администрацией Карасукского района Новосибирской области представлен материал №57 об административном правонарушении в отношении ФИО5 по ст.8.22.Закона Новосибирской области от 14.02.2003г.№99-ОЗ «Об административных правонарушениях в Новосибирской области», материал №30 об административном правонарушении в отношении ФИО4 по ч.1ст.4.2.Закона Новосибирской области от 14.02.2003г.№99-ОЗ «Об административных правонарушениях в Новосибирской области», материал №35 об административном правонарушении в отношении ФИО5 по ч.1ст.4.2.Закона Новосибирской области от 14.02.2003г.№99-ОЗ «Об административных правонарушениях в Новосибирской области», материал №18/1 об административном правонарушении в отношении ФИО5 по ч.1ст.4.2.Закона Новосибирской области от 14.02.2003г.№99-ОЗ «Об административных правонарушениях в Новосибирской области», материал №19 об административном правонарушении в отношении ФИО5 по ст.8.22.Закона Новосибирской области от 14.02.2003г.№99-ОЗ «Об административных правонарушениях в Новосибирской области», материал №20 об административном правонарушении в отношении ФИО5 по ч.1ст.4.2.Закона Новосибирской области от 14.02.2003г.№99-ОЗ «Об административных правонарушениях в Новосибирской области», административный материал № 76/4482 от 08.05.2020, материалы проверки КУСП № 1289 от 05.04.2020 по факту обращения ФИО1 

В представленных административных материалах отсутствуют сведения о том, что ответчики совершали действия, порочащие честь и достоинство ФИО1, при этом очевидно, что между сторонами имеются длительные неприязненные отношения, чего не отрицают и стороны.

Из материалов дела № 02-40-2019 по заявлению ФИО1 по факту оскорбления от 30.09.2019 года, предоставленного прокуратурой Карасукского района Новосибирской области следует, что 30 сентября 2019 года ФИО1 обратился с заявлением в МО МВД России Карасукский» по факту написания Горбачевой натальей оскорбительных слов в его адрес. В материалах дела имеется фотография, где плакат с надписью, обозначающей лицо нетрадиционной ориентации расположен значительно выше забора на палке. Из этого же материала следует, что опросить Г-вых не представилось возможным в связи с тем, что двери никто не открывал. Ввиду отказа и отсутствия объяснений ФИО6 было вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 28.11.2019 года.

В судебном заседании были допрошены свидетели 23., 24 25., 26 27 28

Из показаний свидетеля 29 следует, что между ФИО1 и Г-выми часто происходят ссоры в течение трех лет. Со стороны Г-вы часто играет громкая музыка, жгут мусор, чтобы дуло в сторону Р-ных., мусор кидают и кресты через забор, забрасывают яйцами и грязью окна. О плакатах ей известно со слов супруги ФИО1, сама она плакаты не видела.

Из показаний свидетеля 30 следует, что он сам неоднократно подвергался ругани со стороны ФИО6. У них играет очень громкая музыка, бросают кресты, мусор. Из-за этого ФИО1 сделал звукоизоляцию, установил камеры. Самих плакатов он не видел, видел только фотографию, которую показывал ФИО1. Забор между Р-ными и Г-выми под 3 метра высотой с перепадами пониже, через забор ничего нельзя увидеть.

Из показаний свидетеля 31 следует, что после вселения Г-вых начались ругань и скандалы. Г-вы льют воду под баню Р-ных, им под гараж, потом кидали шарики с водой, музыка гремит постоянно, сейчас реже. Кидают все по ночам. ФИО1 ей в нервном состоянии, его трясло, рассказал, что соседи повесили плакат, обозвали ФИО1, при этом также ФИО1 был недоволен. Когда Г-вы стали кидать мусор, ФИО1 установил камеры, она видела по монитору, как летят шарики, бутылки. Территорию Г-вых видно не было, там забор стоит.

Свидетель 32 суду пояснил, что часто приезжает к ФИО6, видно, что ругаются соседи, ФИО1 может и матом ругаться. Они купаются в бассейне, дети купаются, а камеры Рогожина направлены прямо на огород. Камеры на углу дома. Плакаты он не видел, но то, что плакаты были знает.

Свидетель 33 суду пояснила, что ФИО1 снимает двор на камеры. Когда была детская комната у Г-вых, ФИО1 залезал на забор и смотрел, это неприятно. Сейчас ФИО1 тоже включает музыку, как подал в суд, перестал включать. Когда выпивает, Рогожин начинает скандалить. Со слов родителей (Г-вы) ей известно про плакаты, которые она лично не видела. Забор между ФИО1 и Г-выми высокий.

Свидетель 34 суду пояснила, что в течение трех лет Г-вы громко включают музыку, кидают грязь, яйца, сливают воду под баню, кидают мусор на их огород, мелкие шарики с водой. Забор между участками высокий, но плакаты видно было со стороны гаража если подойти. Плакаты были на гараже Г-вых, но потом перевесили плакат про нетрадиционную ориентацию. Она супругу говорила, чтобы не смотрел в ту сторону, так как он сильно расстраивался и переживал. Второй плакат был позже, ФИО1 также переживал. Камеры им посоветовали поставить полицейские и пожарные, но так ставить, чтобы соседей не было видно и табличку повесить. Усадьбу соседей в камеры не видно, только забор. Увидев плакат «Рогожа-козел» ФИО1 также переживал, так как больше ни к кому это относиться не может, фамилия созвучна.

В судебном заседании судом также были просмотрены видеофайлы и файлы, на которых со стороны усадьбы ФИО1 виден плакат с надписью «Рогожа-козел» и плакат с надписью, означающей лицо нетрадиционной ориентации.

Таким образом, судом установлено, что в районе расположения забора между участками ФИО1 и Г-вых со стороны усадьбы Г-вых ими были размещены в сентябре 2019 года и апреле 2020 года плакаты, на которых крупными буквами были написаны слова «Рогожа-козел» и слово, обозначающее лицо нетрадиционной ориентации. Г-вы в судебном заседании не отрицали, что разместили данные плакаты, размещением занималась ФИО3 по согласованию с ФИО4, о чем и пояснила ФИО3 Данные плакаты были обращены в сторону усадьбы ФИО1 и адресовались именно ему, поскольку кроме ФИО1 в квартире проживает только ФИО1, которая является женщиной, а слова имели явное обращение к мужчине. Кроме того, Г-вы в судебном заседании указали, что целью размещения была проверка просмотра ФИО1 камер видеонаблюдения и на другие слова он вряд ли бы отреагировал, а так они узнали, что он просматривает камеры. При этом судом установлено, что плакаты были видны без камер наблюдения, что подтверждается записью, сделанной Рогожиным на телефон, показаниями свидетеля ФИО1, фотографией в отказном материале, где очевидно, что плаката размещен выше уровня забора.

Указанные на плакатах слова носят явно оскорбительный характер, в связи с чем порочат и унижают честь и достоинство ФИО1

Доводы Г-вых о том, что плакаты были размещены ниже забора и не были видны, опровергаются материалами дела, в том числе, показаниями свидетеля 35, фотографией, файлами. Кроме того, из цели, озвученной Г-выми в судебном заседании, а именно, вызвать реакцию у ФИО1, проверив просматривает ли он камеры, следует цель сделать данные плакаты видимыми. Довод ФИО6 о том, что плакат со словом, означающим лицо нетрадиционной ориентации, написали дети, правового значения по делу не имеет, так как размещен данный плакат был ФИО6. Данный довод может являться основанием для проверки органами опеки и попечительства вопроса о ненадлежащем воспитании детей со стороны Г-вых. Довод ФИО6 о том, что второго плаката он не видел, также не имеет правового значения, так как ФИО3 указано на действия по согласованию с супругом, а самим ФИО6 указано на цель вывешивания плакатов, связанную с проверкой наблюдения в камеры.

Суд приходит к выводу о том, что вывешивание плакатов с унижающими надписями, адресованными ФИО1у, то есть причинение ему морального вреда в связи с оскорблением, унижением его чести и достоинства совершено совместно ФИО3 и ФИО4

Первоначальный иск ФИО1 подлежит удовлетворению. Заявленную сумму компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, суд считает отвечающей принципу разумности и справедливости, исходя из характера и умышленности действий Г-вых, обстоятельств дела, степени нравственных страданий истца, связанных с надписями, его переживания. На степень переживаний истца ФИО1 влияет также его возраст.

Данная сумма по мнению суда является достаточной, не завышенной, несмотря на то, что довод ФИО1 о том, что плакат видели сотрудники полиции, правомерен, однако сотрудники полиции видели плакат в связи с вызовом ФИО1 и в связи с должностными обязанностями, довод же о том, что плакат выдели соседи не нашел подтверждения в судебном заседании.

Судом также не оценивался какой-либо вред, причиненный иными действиями Г-вых, так как истцом не было указано конкретных обстоятельств в исковом заявлении об иных действиях (место, время и т.д.).

Рассматривая встречные исковые требования, суд исходит из следующего.

Согласно ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В обоснование встречного иска ФИО4 представлены фотоснимки видеокамер находящихся на территории ФИО1 Истец мотивируют свой иск тем, что установленные ответчиком видеокамеры позволяют ему вести видеонаблюдение за истцом и собирать персональные данные о частной жизни ее и ее семьи.

В свою очередь, ФИО1 представлена фототаблица из которой следует, что камера №1 установлена на доме ФИО1 и снимает его придомовую территорию, камера №2 установлена на крыше его гаража и снимает крышу его бани и летней кухни. Камера №3 установлена на крыше летней кухни и снимает огород, принадлежащий ему, камера №4 установлена на углу его дома и снимает принадлежащую ему пристройку.

С учетом представленных доказательств, суд приходит к выводу, что действия ФИО1 по установлению видеокамер на принадлежащей ему территории не нарушают личного неимущественного права на тайну личной информации, персональных данных ФИО4 в том числе, на возможность находиться без постороннего наблюдения, контроля и тотального надзора, на неприкосновенность ее личной жизни и семейной тайны.

Суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, не подлежат удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии с ч.1 ст.3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав.

Согласно ст.23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

В силу п.1 ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам, подлежащим защите, относится личная и семейная тайна.

В соответствии со ст.152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Неправомерным распространением полученной с нарушением закона информации о частной жизни гражданина считается, в частности, ее использование при создании произведений науки, литературы и искусства, если такое использование нарушает интересы гражданина.

Показания свидетелей 36 37 не подтверждают факта того, что камеры настроены именно на усадьбу Г-вых, являются субъективным восприятием из-за видимого глазу расположения камер и опровергаются скриншотом монитора с обзором, которые захватывают камеры.

В силу ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования либо возражения.

С учетом вышеуказанных норм закона, истцом по встречному иску ФИО3 в соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что со стороны ответчика ФИО1 имело место намеренное использование видеокамеры с целью слежения, вмешательства в ее частную жизнь путем сбора, хранения и распространения информации об их частной жизни, обстоятельств причинения истцу морального вреда действиями ответчиком, нарушающими их личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие истцу другие нематериальные блага, не установлено этого и в судебном заседании.

На основании ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца по первоначальному иску подлежат взысканию судебные расходы, которые подтверждаются квитанцией к приходно –кассовому ордеру №33 от 08.07.2020 на сумму 10 000 руб., чек ордером от 18.05.2020 г. на сумму 300 рублей.

На основании ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на представителя суд находит разумными с учетом составления иска, сложности дела, участия представителя в трех судебных заседаниях, в том числе по представлению интересов ФИО1 по встречному иску. При этом судом не учитывается размер взысканного морального вреда, поскольку моральный вред является защитой нематериального блага, был заявлен истцом в разумных пределах, представителем выполнена работа по представлению интересов истца и ответчика по встречному иску. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать высказывания ФИО3, ФИО4 в адрес ФИО1, указанные в сентябре 2019 года и апреле 2020 года на плакатах, порочащими, унижающими честь и достоинство ФИО1

Взыскать с ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда по 5 150 рублей с каждого.

Взыскать с ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО1 судебные расходы в размере по 5 150 рублей с каждого.

В удовлетворении встречного иска ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский облсуд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Карасукский районный суд.

Решение в окончательной форме принято 13 октября 2020 года.

СУДЬЯ: подпись

Решение не вступило в законную силу.

Подлинное решение вшито в материалы гражданского дела №2-443/2020, которое находится в производстве Карасукского районного суда Новосибирской области.