УИД 31RS0016-01-2024-007536-52 Дело № 2-5197/2024

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 октября 2024 г. г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи: Погореловой С.С.,

при секретаре: Исаеве В.С., 

с участием заместителя прокурора Белгородской области Котова А.В., представителя истца - ФИО1 (по доверенностям), соистцов ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ее представителя - адвоката Шишацкого В.В. (по ордеру), представителя ответчика и третьего лица - ФИО6 (по доверенностям),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по искам заместителя прокурора Белгородской области в интересах ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к управлению образования администрации г. Белгорода о признании трудового договора заключенным на три года, признании недействительным приказа о прекращении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула,

У С Т А Н О В И Л:

заместитель прокурора Белгородской области Котов А.В. обратился в суд с исковыми заявлениями в интересах ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, в которых, с учетом уточнения заявленных требований, просит: 

признать трудовые договоры от ДД.ММ.ГГГГ г., заключенные между управлением образования администрации г. Белгорода и ФИО2 (№ №), ФИО3 (№ 574), заключенными на 3 года, то есть на срок с 2 октября 2023 г. по 1 октября 2026 г.;

признать недействительными приказы управления образования администрации г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ г. № №О прекращении трудового договора с ФИО2», от ДД.ММ.ГГГГ г. № № «О прекращении трудового договора с ФИО3», от ДД.ММ.ГГГГ г. № № «О прекращении трудового договора с ФИО4», от ДД.ММ.ГГГГ г. № № «О прекращении трудового договора с ФИО5» по пункту 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ТК РФ);

восстановить: ФИО2 в должности директора МБОУ «Гимназия № 12» г. Белгорода с 19 июля 2024 г., ФИО3 в должности директора МБОУ СОШ № 37 г. Белгорода с 19 июля 2024 г., ФИО4 в должности директора МБОУ СОШ № 39 г. Белгорода с 19 июля 2024 г., ФИО5 в должности директора МБОУ ЦО № 15 «Луч» г. Белгорода с 24 июля 2024 г.;

обязать ответчика выплатить заработную плату за период вынужденного прогула: ФИО2 в размере 148059,6 руб. за период с 19 июля 2024 г. по 16 сентября 2024 г., а также за период с 17 сентября 2024 г. по дату вступления решения суда в законную силу; ФИО3 в размере 86505,3 руб. за период с 19 июля 2024 г. по 14 августа 2024 г. (с 15 августа 2024 г. она принята на должность заместителя директора МОУ «Средняя общеобразовательная школа № 50» г. Белгорода); ФИО4 в размере 224991,12 руб. за период с 19 июля 2024 г. по 16 сентября 2024 г., а также за период с 17 сентября 2024 г. по дату вступления решения суда в законную силу; ФИО5 в размере 179364,7 руб. за период с 24 июля 2024 г. по 16 сентября 2024 г., а также за период с 17 сентября 2024 г. по дату вступления решения суда в законную силу.

В исковых заявлениях сторона истца ссылается на то, что прокуратурой Белгородской области по публикации в сети Интернет о массовом увольнении 10-ти директоров образовательных организаций г. Белгорода, имеющей особый общественный резонанс, проведена проверка. Установлено, что причиной принятого решения стал пенсионный возраст работников. 

Приказы об увольнении ДД.ММ.ГГГГ г. были опротестованы прокуратурой области, однако по результатам рассмотрения протесты отклонены.

В связи с этим в прокуратуру области поступили обращения ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 от 28 августа 2024 г., в которых заявительницы, являющиеся пенсионерами, просили принять меры по защите их трудовых прав в судебном порядке.

Главе администрации г. Белгорода 6 августа 2024 г. внесено представление, которое рассмотрено 11 сентября 2024 г., удовлетворено в части.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что, вопреки требованиям постановления администрации г. Белгорода от 10 мая 2017 г. № 113 «Об утверждении Порядка назначения на должность и освобождения от нее руководителей муниципальных унитарных (казенных) предприятий и муниципальных учреждений города Белгорода», приказы об увольнении ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 на момент их издания не были согласованы с главой администрации г. Белгорода.

Кроме того, истец указывает, что при увольнении указанных работников была допущена дискриминация в сфере труда по возрастному признаку, что прямо запрещено статьями 17, 19 Конституции Российской Федерации и статьями 2, 3 ТК РФ. Данный вывод сделан исходя из объяснений начальника управления образования администрации г. Белгорода ФИО7, данных в прокуратуре области, а также в ходе рассмотрения вышеуказанных актов прокурорского реагирования, о том, что увольнение директоров было связано с достижением ими пенсионного возраста и необходимостью омоложения кадрового состава, а не в связи с нарушениями трудовой дисциплины и ненадлежащим исполнением служебных обязанностей. Таким образом, причиной принятия решений об увольнении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 явился их пенсионный возраст, на что прямо указано в объяснении руководителя управления образования администрации г. Белгорода ФИО7 от 31 июля 2024 г., а также в объяснениях указанных работников. 

В ходе проведенного прокуратурой области анализа установлено, что ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей до их увольнения к дисциплинарной ответственности не привлекались, претензий к качеству их работы у работодателя не имелось.

Также истец ссылается на то, что, вопреки требованиям Уставов МБОУ «Гимназия № 12» г. Белгорода и МБОУ СОШ № 37 г. Белгорода, трудовые договоры с ФИО2 и ФИО3 были заключены не на 3 года, а на 1 год.

На основании определений от 23 сентября 2024 г. ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 привлечены судом к участию в деле в качестве соистцов по четырем отдельным гражданским делам.

Определением суда от 2 октября 2024 г. все четыре гражданских дела объединены в одно производство.

В судебном заседании заместитель прокурора Белгородской области Котов А.В., представитель истца - ФИО1 (по доверенностям), соистцы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ее представитель - адвокат Шишацкий В.В. (по ордеру) заявленные требования с учетом уточнений поддержали.

Представитель ответчика управления образования администрации г. Белгорода и третьего лица администрации г. Белгорода - ФИО6 (по доверенностям) исковые требования не признал, возражал против их удовлетворения по доводам, изложенным в письменных возражениях, в том числе, ссылаясь на пропуск срока обращения в суд.

Стороной истца заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ г. на основании приказов управления образования администрации г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ г. прекращены трудовые договоры с директорами муниципальных бюджетных общеобразовательных учреждений г. Белгорода ФИО2, ФИО3, ФИО4 по пункту 2 части 1 статьи 278 ТК РФ, а с ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г. на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ

Особенности регулирования труда руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации установлены главой 43 ТК РФ.

Руководитель организации - физическое лицо, которое в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа (часть 1 статьи 273 ТК РФ).

В статье 278 главы 43 ТК РФ приведены дополнительные основания для прекращения трудового договора с руководителем организации.

Пунктом 2 части 1 статьи 278 ТК РФ предусмотрено, что помимо оснований, предусмотренных данным кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор с руководителем организации прекращается в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора.

Статья 279 ТК РФ содержит гарантии руководителю организации в случае прекращения трудового договора, а именно: в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 278 этого кодекса при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных данным кодексом.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации», судам необходимо иметь в виду, что пунктом 2 статьи 278 ТК РФ допускается возможность прекращения трудового договора с руководителем организации по решению собственника имущества организации, уполномоченного лица (органа) без указания мотивов принятия решения. По названному основанию с руководителем организации может быть прекращен трудовой договор, заключенный как на неопределенный срок, так и на определенный срок, в том числе когда срочный трудовой договор на основании части 4 статьи 58 ТК РФ считается заключенным на неопределенный срок. Прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному пунктом 2 статьи 278 ТК РФ не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной статьей 279 ТК РФ. Если судом будет установлено, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по пункту 2 статьи 278 ТК РФ принято работодателем с нарушением принципов недопустимости злоупотребления правом и (или) запрещения дискриминации в сфере труда (статьи 1, 2 и 3 ТК РФ), такое решение может быть признано незаконным.

Подпунктом «б» пункта 5 статьи 1 Федерального закона от 3 июля 2016 г. № 347-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации» (вступил в силу 4 июля 2016 г.) статья 278 ТК РФ дополнена частью 2, в связи с чем пункт 2 статьи 278 ТК РФ стал пунктом 2 части 1 статьи 278 ТК РФ.

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 278 ТК РФ (в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора), не является мерой юридической ответственности, производится без указания конкретных мотивов, подтверждающих необходимость прекращения трудового договора. При этом решение о прекращении трудового договора может быть принято, как уполномоченным органом юридического лица, так и собственником имущества организации или уполномоченным собственником лицом.

Решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по данному основанию может быть признано незаконным при установлении нарушения работодателем принципов недопустимости злоупотребления правом и запрещения дискриминации в сфере труда (статьи 2 и 3 ТК РФ).

Таким образом, обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения спора по иску руководителя организации о признании незаконным его увольнения по пункту 2 части 1 статьи 278 ТК РФ (в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора), является установление того, уполномоченным ли лицом или органом принято соответствующее решение, а также того, не имело ли места нарушение работодателем принципов недопустимости злоупотребления правом и запрещения дискриминации в сфере труда. Увольнение руководителя организации в связи с принятием уполномоченным органом решения о прекращении трудового договора может быть признано незаконным, если такое решение принято работодателем с нарушением названных принципов.

Судом установлено, что решением Совета депутатов г. Белгорода от 14 февраля 2006 г. № 235 утверждена структура администрации г. Белгорода, управление образования администрации г. Белгорода (далее по тексту - Управление) является отраслевым (функциональным) органом администрации города (пункт 2.8 структуры администрации г. Белгорода).

В соответствии с пунктом 1.1 Положения об управлении образования администрации г. Белгорода, утвержденного решением Совета депутатов г. Белгорода от 18 июля 2006 г. № 324, Управление является отраслевым (функциональным) органом администрации г. Белгорода, осуществляющим управление в сфере образования на территории городского округа «Город Белгород». 

Подпунктом 18 пункта 3.1 указанного Положения установлено, что Управление осуществляет функции и полномочия учредителя в отношении подведомственных учреждений, в том числе назначение на должность и освобождение от должности руководителей учреждений.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что решения об увольнении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 приняты уполномоченным органом - управлением образования администрации г. Белгорода.

Постановлением администрации г. Белгорода от 10 мая 2017 г. № 113 «Об утверждении Порядка назначения на должность и освобождения от нее руководителей муниципальных унитарных (казенных) предприятий и муниципальных учреждений города Белгорода» урегулирован порядок приема на работу по трудовому договору и увольнения руководителей муниципальных учреждений, подведомственных управлению образования.

В соответствии с пунктом 3.10 вышеуказанного Порядка освобождение от должности руководителя муниципального учреждения и расторжение трудового договора осуществляется по основаниям, предусмотренным действующим законодательством.

Согласно пункту 3.11 Порядка, решение об освобождении от должности руководителя учреждения и расторжение трудового договора осуществляется руководителем отраслевого (функционального) органа, осуществляющего функции и полномочия учредителя учреждения, по согласованию с главой администрации г. Белгорода.

При этом Порядок не содержит указания на то, что согласование решения о прекращении трудового договора должно носить предварительный характер. 

Из материалов дела следует, что руководителем Управления главе администрации города была направлены докладные записки о расторжении трудовых договоров с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, согласованные заместителем главы администрации города по социальной политике и образованию.

Согласование расторжения трудового договора главой администрации города подтверждается визой «Согласовано» и собственноручной подписью на докладной записке.

Вывод стороны истца о том, что увольнение ФИО2, ФИО3, ФИО4 было согласовано 18 июля 2024 г., основывается на дате и регистрационном номере (№…), проставленных на докладных записках, является ошибочным и не соответствует действительности.

В судебном заседании установлено, что руководителем аппарата администрации города в целях организации делопроизводства в администрации города ежегодно утверждается номенклатура дел. 

В соответствии с номенклатурой дел на 2024 год, утвержденной руководителем аппарата администрации города 14 декабря 2023 г., индекс 41-12-02 относится к номенклатурному делу заместителя главы администрации города по социальной политике и образованию и не свидетельствует о согласовании решения о прекращении трудового договора 18 июля 2024 г.

Кроме того, прокуратурой Белгородской области 12 августа 2024 г. в администрацию г. Белгорода было внесено представление об устранении нарушений трудового законодательства от 6 августа 2024 г. № 7-13-2024/79, одним из доводов которого было несоблюдение порядка согласования решения об увольнении соистцов.

11 сентября 2024 г. с участием прокурора отдела прокуратуры Белгородской области представление было рассмотрено. 

Согласно ответу администрации города, решения о прекращении трудовых договоров с ФИО2, ФИО3, ФИО4 были согласованы главой администрации города 17 июля 2024 г., о чем управление образования было проинформировано в тот же день заместителем главы администрации города по социальной политике и образованию. 

Ответ администрации города на представление подписан лично главой администрации города, что также подтверждает факт согласования указанным должностным лицом увольнения 17 августа 2024 г.

В связи с чем несостоятельны доводы стороны истца о том, что решения о прекращении трудовых договоров с соистцами не были согласованы с главой администрации г. Белгорода на момент издания соответствующих приказов.

В судебном заседании установлено, что с ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г. были заключены трудовые договоры на определенный срок с 2 октября 2023 г. по 1 октября 2024 г.

При разрешении спора в данной части суд исходит из того, что, согласно статье 59 ТК РФ, по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности.

В силу статьи 274 ТК РФ права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с частью 1 статьи 275 ТК РФ в случае, когда в соответствии с частью 2 статьи 59 ТК РФ с руководителем организации заключается срочный трудовой договор, срок действия этого трудового договора определяется учредительными документами организации или соглашением сторон.

Таким образом, возможность заключения срочного трудового договора с директором муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения г. Белгорода предусмотрена Трудовым кодексом Российской Федерации. При этом запрета на неоднократное заключение срочного трудового договора с руководителем организации трудовое законодательство не содержит.

В силу пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при решении вопроса об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора следует учитывать, что в соответствии с частью 2 статьи 58 ТК РФ в случаях, предусмотренных частью 2 статьи 59 ТК РФ, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть 2 статьи 59 ТК РФ), то есть если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

Сам по себе факт наличия подписей сторон в трудовом договоре уже предполагает (пока не доказано обратное), что в данном случае работник, руководитель организации, с одной стороны, и работодатель, с другой стороны, пришли к соглашению о заключении срочного договора.

Истцами, вопреки требованиям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что срочные трудовые договоры с ФИО2 и ФИО3 заключались не в добровольном порядке, без их на то согласия.

При изложенных обстоятельствах несостоятельны ссылки стороны истца на положения Уставов МБОУ «Гимназия № 12» г. Белгорода и МБОУ СОШ № 37 г. Белгорода, предусматривающие срок полномочий директоров указанных Учреждений - 3 года.

Также не нашли своего подтверждения доводы стороны истца, что причиной увольнения ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 явился их пенсионный возраст.

В судебном заседании установлено, что срок действия трудовых договоров, заключенных с ФИО2 и ФИО3, истекал 1 октября 2024 г., срок действия

трудового договора, заключенного с ФИО4, истекал 30 ноября 2024 г., а срок действия трудового договора, заключенного с ФИО5, - 17 декабря 2024 г.

Таким образом, трудовые договоры со всеми соистцами истекали в первом полугодии учебного года. В связи с плановой ротацией управленческих кадров в отрасли «Образование» заключение срочных трудовых договоров с ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 не планировалось.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что решение о досрочном расторжении трудовых договоров с соистцами в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 278 ТК РФ было принято с целью обеспечения непрерывности управления школами на всем протяжении учебного года, а также оказания материальной поддержки руководителям учреждений, так как в соответствии с коллективным договором в случае увольнения работника по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 278 ТК РФ, предусмотрена выплата компенсации в размере трехкратного среднего заработка, в то время как при расторжении трудового договора в связи с окончанием срока его действия такая выплата не предусмотрена. 

При разрешении данного спора суд исходит из того, что пункт 2 части 1 статьи 278 ТК РФ является специальной нормой и закрепляет право субъектов, перечисленных в ней, в соответствии с принятыми ими решениями досрочно прекратить трудовой договор с руководителем организации.

При этом увольнение по пункту 2 части 1 статьи 278 ТК РФ не свидетельствует о ненадлежащем исполнении соистцами своих трудовых обязанностей, о совершении ими каких-либо дисциплинарных проступков, не является «негативным основанием» для увольнения. 

Мотивы принятия уполномоченным лицом решения о расторжении трудового договора с руководителем не имеют правового значения, действующим трудовым законодательством обязанность работодателя сообщать работнику мотивы принятия такого решения не предусмотрена.

Принятие собственником имущества решения о необходимости прекращения трудового договора с руководителем учреждения само по себе не свидетельствует о произвольных действиях данного лица.

Ссылки соистцов на добросовестную работу, высокий профессионализм, наличие поощрений, деловые и профессиональные качества не принимаются судом во внимание, поскольку указанные обстоятельства при увольнении по данному основанию не являются юридически значимыми.

Доводы стороны истца о том, что причиной увольнения ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 послужило достижение ими пенсионного возраста, опровергаются представленным ответчиком списком руководителей муниципальных образовательных учреждений, в котором указано более 20 руководителей пенсионного возраста, которые в настоящее время продолжают исполнять свои должностные обязанности. 

На основании изложенного суд приходит к выводу, что при увольнении истцов со стороны ответчика, как работодателя, не имело место нарушение принципов недопустимости злоупотребления правом и запрещения дискриминации в сфере труда, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Кроме того, суд соглашается с доводами стороны ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд.

Частью 1 статьи 392 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его

увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 ТК РФ) у работодателя по последнему месту работы. 

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пунктах 4 и 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Как следует из материалов дела, о нарушении своих прав в части незаконности увольнения ФИО2, ФИО3 и ФИО4 стало известно 17 июля 2024 г., а ФИО5 - 23 июля 2024 г., при этом соответствующие обращения, как того требует статья 45 ГПК РФ, в прокуратуру Белгородской области поступили только 28 августа 2024 г., то есть уже за пределами установленного законом срока обращения в суд.

Что касается требований ФИО2 и ФИО3 о признании трудовых договоров заключенными на три года, то по ним срок обращения в суд составляет три месяца и должен исчисляться с 29 сентября 2023 г. и истек в декабре 2023 г.

Требование о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула является производным от основного требования о восстановлении на работе, в связи с чем в его удовлетворении также следует отказать.

Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований заместителя прокурора Белгородской области (ИНН 

<

***>) в интересах ФИО2 (паспорт серии №), ФИО3 (паспорт серии №), ФИО4 (паспорт серии №), ФИО5 (паспорт серии №) к управлению образования администрации г. Белгорода (ИНН 

<

***>) о признании трудового договора заключенным на три года, признании недействительным приказа о прекращении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Мотивированное решение суда изготовлено 30 октября 2024 г.

Судья