Дело № 2-630/2023

22RS0008-01-2023-000717-93

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июля 2023 года г. Заринск

Заринский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего С.В. Шкляр

при секретаре А.В. Малеевой

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Алтай-Кокс» о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Алтай-Кокс» о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

В обоснование исковых требований указано, что он в течение 11 лет работал в должности мастера участка по регулировке и обогреву коксовых печей АО «Алтай-кокс». Работа была связана с длительным воздействием вредных производственных факторов – пыль углепородная и пыль коксовая. Согласно акта о случае профессионального заболевания от 19 ноября 2018, утвержденного Главным государственным санитарным врачом Алтайского края, истцу установлено профессиональное заболевание с заключительным диагнозом: 

<

данные изъяты>. Настоящее заболевание является профессиональным и возникло при условии несовершенства технологии производственного процесса. Вина работника отсутствует. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил, признана администрация АО «Алтай-кокс». В связи с профессиональным заболеванием истцу установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно. Вследствие заболевания 

<

данные изъяты> Физические нагрузки сопровождаются одышкой, иногда повышается температура тела, появляются симптомы общего недомогания.

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., судебные расходы на нотариальное удостоверение доверенности на представителей в сумме 2700 руб. 

В судебном заседании истец на удовлетворении иска настаивал, пояснив, что выплаченная работодателем сумма компенсации морального вреда является недостаточной. Кроме того, просил рассмотреть дело в настоящем судебном заседании в отсутствие его представителя.

Представитель ответчика АО «Алтай-Кокс» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил письменные возражения на исковое заявление, в которых просил в удовлетворении иска отказать.

Выслушав истца, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ)).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 ТК РФ определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз. 2 п. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 работал в АО «Алтай-Кокс» с 2006 по 2018 г. в должности мастера участка по регулировке и обогреву коксовых печей АО «Алтай-кокс». 

15.05.2018 Главным государственным санитарным врачом по Алтайскому краю была утверждена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № 37, в соответствии с которой работа ФИО1 (в профессии мастера участка по регулировке и обогреву коксовых печей) связана с воздействием вредных факторов, таких как загазованность, запыленность, превышающие ПДК. 

Из акта о случае профессионального заболевания от 19.11.2018, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по Алтайскому краю следует, что заболевание ФИО1 

<

данные изъяты> является профессиональным, и возникло в результате несовершенства технологии производственного процесса. Непосредственной причиной заболевания послужила работа в контакте с запыленностью, превышающей ПДУ. Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ОАО «Алтай-кокс».

С 18.12.2018 года ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Алтайскому краю» установило ФИО1 утрату профессиональной трудоспособности в размере 10%, бессрочно.

Данные факты подтверждаются материалами дела, а также материалами дел об освидетельствовании в Бюро МСЭ. 

В соответствии с Коллективным трудовым договором АО «Алтай-Кокс» на 2017-2019 годы, работодатель обязуется возмещать работникам, получившим трудовое увечье или профзаболевание (установленное первично) в период действия настоящего коллективного договора, моральный вред за перенесенные физические и нравственные страдания (п. 10.13 коллективного договора).

Согласно заявления ФИО1 от 20.12.2018, приказа от 27.12.2018 №563, ФИО1 была выплачена компенсация морального вреда в связи с установленным первично профессиональным заболеванием в размере 46830,44 руб. 

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». 

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Изложенная ответчиком позиция об отсутствии оснований удовлетворения исковых требований в связи с тем, что в данном случае не имеется спора, так как ФИО1 произведена выплата компенсации морального вреда в связи с профзаболеванием, противоречит приведенным нормам материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 3 «О судебном решении» разъяснено, то согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами. Заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 ГПК РФ.

Таким образом, рассмотрение дела в пределах заявленных требований означает присуждение истцу не более того, о чем он просит, и по тем основаниям (фактическим обстоятельствам), которые приведены истцом в обоснование иска, и обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 56 ГПК РФ.

Как следует из материалов дела, истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 вследствие получения им профессионального заболевания при работе в ОАО «Алтай-Кокс», свидетельствует о наличии между сторонами спора о размере такой компенсации. 

Проанализировав представленные суду доказательства и доводы сторон, суд приходит к выводу, что заболевание истца 

<

данные изъяты> является профессиональным и получено в период его работы в АО «Алтай-Кокс» и организациях, правопреемниками которых является последнее. При этом суд учитывает, что из акта о случае профессионального заболевания ФИО1 следует, что оно возникло в условиях связанных с контактом с запыленностью, превышающей ПДК. 

Факт работы истца в АО «Алтай-Кокс», а также получение в период работы профессионального заболевания ответчиком не оспаривалось. 

Из представленных суду доказательств следует, что заболевание возникло у истца, по вине работодателя, ввиду несоблюдения безопасных условий труда. Вины работника в возникновении профессионального заболевания не установлено.

Доказательств обратного суду не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что имелись основания для освобождения ответчика от обязанности по возмещению морального вреда. 

Разрешая вопрос о размере подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

Из содержания вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред. Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК РФ и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п.п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 №967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии с разъяснениями в п. 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Принимая во внимание характер причиненного истцу вреда, характер профессионального заболевания, степень утраты профессиональной трудоспособности (10%), физические и нравственные страдания истца, которые носят длительный и постоянный характер, требования разумности и справедливости, суммы выплат, произведенных ответчиком в счет компенсации морального вреда, суд приходит в выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 150 000 руб.

В тоже время не усматривается оснований для взыскания расходов по оплате нотариальных услуг по выдаче доверенности, поскольку из текста доверенности не усматривается, что она выдана для участия в конкретном деле, оригинал доверенности к делу не приложен, срок доверенности не истек.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) денежную компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований, а также требований о взыскании судебных расходов на нотариальное удостоверение доверенности отказать.

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» в бюджет муниципального образования города Заринск Алтайского края государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Заринский городской суд.

Дата изготовления мотивированного решения 28.07.2023. 

Судья Заринского городского суда 

Алтайского края С.В. Шкляр