Судья Гавриленко О.В. Дело № 22-1680/2019 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Ставрополь 13 июня 2019 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Капориной Е.Е.,

при секретаре Матвиенко В.В.,

с участием: прокурора Кривцовой А.Н., 

представителя потерпевших – адвоката Хлопотнева Е.В.,

осужденного ФИО5, его защитника - адвоката Кудаева Б.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу потерпевшей ФИО6, апелляционную жалобу потерпевшей ФИО7, апелляционную жалобу осужденного ФИО1, апелляционную жалобу адвоката ФИО10 в интересах осужденного ФИО5, апелляционное представление прокурора Кировского района Ставропольского края Кононова С. Г. на приговор Кировского районного суда Ставропольского края от 30 октября 2018 года, которым 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в к/с 

<

адрес>, гражданин 

<

данные изъяты> ранее не судимый, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года; постановлено к месту отбытия наказания следовать самостоятельно за счет средств государства, в порядке, предусмотренном ст. 75.1 УИК РФ;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора суда в законную силу оставлена без изменения; 

гражданские иски потерпевших ФИО6 и ФИО7 удовлетворены частично;

взыскано в ФИО1 в пользу ФИО6 в возмещение имущественного вреда 

<

данные изъяты> рублей. В счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей; взыскано с ФИО1 в пользу ФИО7 в счет возмещения имущественного вреда 

<

данные изъяты> рублей. В счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей; разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи ФИО20 об обстоятельствах дела и доводах апелляционных жалоб и представления; выслушав стороны: представителя потерпевших – адвоката Хлопотнева Е.В., поддержавшего доводы апелляционных жалоб потерпевших и возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб защиты и представления, прокурора ФИО8, об изменении приговора по доводам апелляционного представления, осужденного ФИО1 и его адвоката Кудаева Б.М., поддержавших доводы своих апелляционных жалоб и возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб потерпевших, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором Кировского районного суда Ставропольского края от 30 октября 2018 года, ФИО1 признан виновным в том, что, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов 30 минут до 09 часов 30 минут, в 

<

адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО2 считает приговор суда незаконным, необоснованным и несправедливым, подлежащим отмене в связи с нарушением норм материального права. Считает, что при вынесении приговора судом не в полной мере учтено поведение ФИО21 непосредственно после совершения преступления, в ходе предварительного следствия и суда. Считает, что ФИО21 скрылся с места преступления, и вернулся лишь после того, как узнал, что его разыскивают сотрудники полиции, т.е. его личность установлена и ему не удастся скрыться как неустановленное лицо и, соответственно, уйти от уголовной ответственности. ФИО21 вину в совершении преступления не признал. Каких-либо мер, направленных на заглаживание материального и морального вреда родственникам погибших не предпринял, извинений не принес. Считает, что ФИО21 не осознал всей тяжести совершенного преступления. Считает наказание, назначенное ФИО21, несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости. Выражает несогласие с размером компенсации морального вреда. Просит приговор суда изменить, назначив ФИО21 максимальное наказание, предусмотренное ч. 5 ст. 264 УК РФ. Увеличить размер взыскиваемой компенсации морального вреда до 

<

данные изъяты> рублей.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО7 приводит аналогичные доводы, изложенные в апелляционной жалобе потерпевшей ФИО6 Просит приговор суда изменить, назначить ФИО1 максимальное наказание, предусмотренное ч. 5 ст. 264 УК РФ.

В апелляционном представлении прокурор Кировского района Ставропольского края Кононов С. Г. считает приговор подлежащим изменению в части назначенного наказания, поскольку судом, вопреки требованиям уголовного законодательства в качестве отягчающего наказание обстоятельства учтено мнение потерпевших о назначении строгого наказания, что подлежит исключению. 

В апелляционной жалобе, а также в своем выступлении, осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда. Указал, что не признает свою вину, поскольку считает себя невиновным. Считает, что свидетель ФИО22 является непосредственным виновником ДТП. Указывает на противоречия в показаниях свидетелей. Судом необоснованно отказано в назначении по делу дополнительной автотехнической экспертизы. Указывает на недостоверность данных предварительного расследования. Просит приговор суда отменить.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней, атакже в своем выступлении адвокат Кудаев Б.М. в интересах осужденного ФИО1 считает приговор суда незаконным, необоснованным и несправедливым. Указывает, что согласно обвинительному заключению ФИО1 вменяется нарушение требований п.п. 1.5 абз1, 8.1, 8.3 ПДД. Пункт 1.5 абз.1 относится к общим Положениям ЛДД и в случае указания на этот пункт, обвинение обязано установить, что именно данный пункт или его нарушение привело к тем последствиям о которых указано в обвинительном заключении. Водитель Исузу также должен был следовать данному пункту ПДД. п.1.5. - Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Доказательств нарушения пункта 8.1. ПДД ФИО1, с достоверностью не предоставлено. Со слов подсудимого он выполнил все требования вышеуказанных пунктов и доказательств обратного просто нет. Считает показания водителя Исузу о том, что он увидел Опель только за 22 метра, надуманными и не проверенными следствием. Считает, что проведенными по делу экспертизами не дана оценка действиям водителя Исузу на предмет их соответствия Правилам дорожного движения. Полагает, что по делу не установлены объективные данные и общая картина ДТП. Указывает, что при проведении экспертизы не были учтены все обстоятельства, имевшие место быть при ДТП. Считает, что к показаниями свидетелей ФИО11, водителя Исузу, и ФИО12 следует отнестись критически, поскольку указанные лица являются заинтересованными. Считает, что осмотр места происшествия произведен поверхностно и не соответствует требованиям УПК. Согласно схеме первоначального ДТП от ДД.ММ.ГГГГ нарушений ФИО1 ПДД нет. Считает показания свидетеля ФИО11 недопустимыми доказательствами. Считает, что вина ФИО13 в ДТП не доказана, ни предварительным следствием, ни судом не дана оценка действиям всех водителей. Считает нарушенным право на защиту в связи с необоснованным отказом суда о назначении дополнительных экспертиз, поскольку имеются противоречия между заключениями экспертов, которые не могут быть устранены путем допроса экспертов в судебном заседании. Обвинительный приговор основан на предположениях. Ходатайствует о назначении по делу дополнительной экспертизы. Указывает на недопустимость как доказательства протокола осмотра предметов – автомобиля «ИСУЗУ» с участием ФИО14 по исследованию данных с тахогрофа, установленном на автомобиле «ИСУЗУ», поскольку оно проведено с грубейшими нарушениями требований законодательства. Просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников уголовного процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам осужденного и стороны защиты, вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

Вина ФИО1 подтверждается :

- показаниями потерпевшей ФИО6 о том, что её покойный муж ФИО15 занимался частным извозом. Передвигался на автомашине «ВАЗ- 21114» номер №, которая находилась в исправном состоянии. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 07 часов 45 минут её муж ФИО15 довез ее до работы и направился по своим делам. Примерно в 09 часов от жителей станицы она узнала, что произошло ДТП, в 

<

адрес> с участием автомашины её супруга. 

- показаниями потерпевшей ФИО7 о том, что её отец ФИО16 работал директором ООО «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>. От фельдшера скорой помощи 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ она узнала, что на автодороге «

<

адрес>» произошло ДТП, в котором пострадал её отец ФИО16 Отца госпитализировали в Кировскую ЦРБ, куда она поехала. Через три часа отец умер.

- показаниями свидетеля ФИО11 о том, что ДД.ММ.ГГГГ утром он ехал из 

<

адрес> в 

<

адрес> на автомашине «Исузу» р/з №, перевозил автоаксессуары. В машине также находился пассажир ФИО12 Двигался он со скоростью 40 км. в час., так как была «гололедица» и туман. Когда они двигались по 

<

адрес>, в 

<

адрес>, то ФИО12 сказал ему какой красивый дом с правой стороны с бирюзовой крышей. В этот момент он увидел, как с прилегающей к магазину территории, на перекрестке, с левой стороны по ходу его движения, то есть с левой обочины, выехал автомобиль марки «Опель» стального цвета, который выехал перед его автомобилем, на расстоянии примерно 22 метра, в связи с чем он стал моргать светом фар и сигналить. Автомобиль «Опель» двигался медленно и стал буксовать, так как была гололедица, он начал притормаживать, но машину заметно заносило. Во встречном направлении двигался автомобиль марки «ВАЗ-21114», он продолжал притормаживать, при этом сигналил и моргал фарами водителю автомобиля «Опель». Его автомобиль выносило на встречную полосу, он пытался маневрировать, крутя руль, но автомобиль не слушался, и его занесло на обочину, где произошло столкновение с автомобилем «ВАЗ- 21114». Выйдя из своей автомашины вместе с ФИО12 они подбежали к автомобилю «ВАЗ-21114», где водитель был зажат и признаков жизни не подавал, затем подошли к пассажиру и помогли тому выйти. Также пояснил, что водитель автомашины «Опель» выехал на проезжую часть, по которой двигался он, с прилегающей к магазину территории, который расположен на перекрестке. 

- показаниями свидетеля ФИО12 о том, что ФИО23 попросил его съездить с ним в 

<

адрес> края, на что он согласился. ДД.ММ.ГГГГ утром ФИО24 на автомобиле марки «Исузу» заехал за ним и они направились в 

<

адрес>. Автомобиль был загружен и двигались они со скоростью 40 км, была «гололедица». Двигаясь по 

<

адрес> в 

<

адрес> он обратил внимание, что с правой стороны находится дом с бирюзовой забором и крышей. Проехав данное домовладение он увидел, как с прилегающей к магазину территории, с левой стороны по ходу их движения на проезжую часть перед их автомобилем на расстоянии примерно 20-22 метра выехал автомобиль марки «Опель» стального цвета. ФИО25 стал моргать светом фар и сигналить. Автомобиль «Опель» продолжал двигаться медленно, буксовал. ФИО26 начал притормаживать и машину занесло. Во встречном направлении двигался автомобиль «ВАЗ-21114», их автомобиль занесло на встречную полосу движения, затем на обочину и произошло столкновение с автомобилем «ВАЗ-21114». Они открыли пассажирскую дверь автомобиля «ВАЗ-21114», помогли выйти пассажиру. Затем приехала скорая медицинская помощь, которая зафиксировали смерть водителя, а пострадавшего пассажира госпитализировали в Кировскую ЦРБ.

- показаниями свидетеля ФИО17 о том, что он участвовал понятым при составлении схемы ДТП. Он видел стоящий грузовик, сломанный столб, труп водителя в автомобиле, а другой мужчина сидел на корточках. Сотрудники полиции в их присутствии делали замеры, осматривали место происшествия, затем для обозрения представили схему ДТП. Все участвующие поставили свои подписи. Замечаний ни у кого не возникло. Он подписал данную схему только на следующий день.

- показаниями свидетеля ФИО18 о том, что зимой ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 приобретал у нее батарейки. В этот день была гололедица. Перед входом в магазин есть площадка для транспорта, выезд с которой осуществляется на 

<

адрес> в 

<

адрес>. В этот день возле магазина она увидела, что на площадке стоит автомобиль ФИО1 задней частью к перекрестку. Примерно через 30 минут она вышла из магазина и увидела, что в нескольких метрах по направлению в сторону 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие, столкновение автомобиля ВАЗ серебристого цвета, и грузового автомобиля. К месту ДТП она не подходила, как произошло ДТП ей не известно.

- показаниями эксперта ФИО19 о том, что им была проведена экспертиза и дано заключение. За основу было принято расстояние 79 м., т.е. с прилегающей территории магазина находящегося слева, 22 метра от опеля, 79 м до столкновения с автомобилем ВАЗ. Водитель автомобиля Опель создал помеху, когда выехал на проезжую часть дороги, пересек линию сплошной разметки, разделяющую потоки встречных направлений. В исследованном событии проезжая часть была покрыта гололедицей, следовательно, при возникновении опасности для движения водитель автомобиля «Исузу» мог применить как рабочее торможение, так и экстренное торможение. В момент, когда автомобиль «Опель» находился на прилегающей к магазину территории и расстояние до автомобиля «Исузу» составляло 128 метров, то водитель автомобиля «Опель» в этот момент не создавал своими действиями опасности для движения водителю автомобиля «Исузу». Опасность возникла в момент его выезда. Согласно исходных данных указанных в постановлении о назначении автотехнической экспертизы опасность для движения водителя автомобиля «Исузу» возникла в момент выезда автомобиля «Опель Астра» на полосу движения автомобиля «Исузу», что и принималось при исследовании.

- заключением судебного медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого у ФИО15P. обнаружены телесные повреждения, квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью от которых ФИО15P. умер ДД.ММ.ГГГГ;

- заключением судебного медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого у ФИО16 обнаружены телесные повреждения, квалифицирующиеся, как причинившие тяжкий вред здоровью от которых ФИО16 умер ДД.ММ.ГГГГ;

- заключением автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой действия водителя автомобиля «Опель» ФИО1 не соответствовали требованиям п. 1.5 абз.1, п.8.1, п.8.3 Правил дорожного движения РФ;

- заключением комиссионной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой действия водителя автомобиля «Опель» ФИО1 не соответствовали требованиям п. 1.5 абз.1, п.8.1, п.8.3 Правил дорожного движения РФ;

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен 34 км + 200 м участка дороги 

<

адрес>, в ходе которого зафиксировано место совершения преступления, изъяты автомобиль «Исузу№» государственный регистрационный знак №, «ВАЗ-21114» государственный регистрационный знак № с имеющимися техническими повреждениями;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок дороги пересечения улиц 

<

адрес> на котором зафиксировано со слов водителя автомобиля «Исузу№» ФИО11, что водитель автомобиля «Опель Астра» выехал с перекрестка, со слов водителя автомобиля «Опель Астра» ФИО1, что он на автомобиле «Опель Астра» выехал с прилегающей к магазину территории;

- иными доказательствами, следованными в судебном заседании.

Приведенные показания свидетелей, а также письменные доказательства подтверждают виновность осужденного в инкриминируемом ему преступлении, поэтому с доводами стороны защиты о том, что не представлено доказательств нарушения ФИО1 п.8.1. ПДД, не учтены объективные данные и общая картина ДТП, о неверном установлении скорости автомобиля Исузу, отсутствии оценки действий водителя Исузу на предмет их соответствия ПДД, суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Суд оценил и проанализировал все исследованные в судебном заседании доказательства, представленные стороной защиты и стороной обвинения, в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства, суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Поэтому доводы апелляционных жалоб о том, что в основу приговора положены противоречивые доказательства, которые надлежащим образом не оценены, являются необоснованными.

Оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО11 и ФИО12 у суда не имелось, поскольку они взаимно подтверждают и дополняют друг друга, а также согласуются с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела и изложенными в приговоре.

Какой-либо заинтересованности со стороны свидетелей при даче показаний в отношении осужденного, как и оснований для его оговора, судом не установлено. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами защитника о том, что суд не дал должной оценки показаниям свидетелей, в том числе ФИО11 и ФИО12, поскольку показания указанных свидетелей были оценены судом в совокупности с другими исследованными доказательствами.

Как видно из приговора, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими, в том числе проверил показания ФИО1 и оценил их в совокупности с другими доказательствами по делу. Допустимость доказательств, положенных судом в основу своих выводов о виновности осужденного, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им. Указанные и иные доказательства полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка, подробно изложены в приговоре. Поэтому доводы жалоб о том, что приговор суда является незаконным и необоснованным, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, суд апелляционной инстанции также находит несостоятельными. Вопреки доводам жалоб осужденного и его защитника, суд первой инстанции надлежащим образом в совокупности с другими доказательствами оценил в приговоре показания свидетелей, заключения судебно-медицинских, автотехнической экспертиз, и обоснованно пришел к выводу о допустимости указанных доказательств.

Представленные заключения экспертов являются объективными, научно обоснованными, мотивированными и полными, не содержат неясностей и противоречий. Экспертиза назначена в соответствии со ст. 195 УПК РФ на основании постановления следователя, экспертам разъяснены права, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, эксперты предупреждены об ответственности в соответствии со ст. 307 УК РФ. Заключение экспертов оформлено в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ. Выводы экспертов основаны на исследовательской части заключения, которая, в свою очередь, содержит анализ и сведения о примененных видах исследований и методиках. Итоговая часть заключения содержит выводы по поставленным перед экспертом вопросам и их обоснования. Заключение автотехнической судебной экспертизы соответствует данным, исследованным в ходе судебного следствия, в связи с чем, ставить ее выводы под сомнений у суда апелляционной оснований не имеется.

Все доказательства, которые были исследованы судом, получены с соблюдением требований УПК РФ, и не содержат сведений о нарушении требований УПК РФ при их получении, в том числе протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. Оснований для признания указанного протокола недопустимым доказательством у суда не имелось. Также не имеется оснований считать, что протокол составлен следователем необъективно, без надлежащего осмотра места происшествия. Зафиксированные в нем сведения подтверждаются показаниями лиц, участвующими при осмотре.

Все доводы стороны защиты подробно проверялись судом первой инстанции, обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре мотивов принятого решения, не согласиться с которыми оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, изложены в приговоре на основании протокола судебного заседания, ходатайства сторон, вопреки доводам стороны защиты, разрешены с соблюдением норм УПК РФ, суд в полной мере оценил доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, поэтому доводы адвоката Кудаева Б.М. и осужденного об отсутствии в приговоре мотивов, по которым отвергнута версия стороны защиты, а также о ненадлежащей оценке исследованных в суде доказательств, в частности, автотехнической экспертизы, необходимости проведения дополнительной комплексной автотехнической, психологической экспертизы для установления фактической картины ДТП и определения виновного, фальсификации уголовного дела в отношении ФИО1, суд апелляционной инстанции принять не может.

Предусмотренных законом оснований для возвращения уголовного дела прокурору, в порядке ст. 237 УПК РФ, о чем поставлен вопрос адвокатом ФИО10 в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления и правильно квалифицировал его действия по ч. 5 ст. 264 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями уголовного закона, исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, с учетом данных о его личности, наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих, влияния назначенного наказания на исправление и условия жизни его семьи, в пределах санкции соответствующей статьи Уголовного кодекса РФ, обстоятельств дела, которое суд апелляционной инстанции находит справедливым.

Назначение осужденному дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортным средством, соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, установленным судом данным о личности осужденного.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу с учетом обстоятельств совершенного ФИО1 преступления и данных о его личности, об отсутствии оснований для применения к нему положения ст. ст. 64, 73, ч.6 ст. 15 УК РФ, с данным выводом суд апелляционной инстанции соглашается и также не усматривает оснований для их применения.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по основаниям, предусмотренным ст. 389.18 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Однако, при назначении наказания, судом допущено неправильное применение уголовного закона, выразившееся в том, что судом необоснованно учтено мнение потерпевших о том, что ФИО1 заслуживает строгого наказания.

Как следует из положений ч. 1 ст. 6 и ч. 3 ст. 60 УК РФ в их взаимосвязи, уголовный закон не содержит предписаний, обязывающих суд учитывать мнение сторон о мере наказания. Вместе с тем, мнение участников судебного разбирательства со стороны обвинения о мягком наказании осужденного может быть учтено судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание виновного лица, поскольку перечень таких обстоятельств, предусмотренный ст. 61 УК РФ, не является исчерпывающим.

Мнение же участников судебного разбирательства со стороны обвинения о строгом наказании виновного лица само по себе не может учитываться судом, поскольку в контексте обстоятельств, перечисленных в ч. 1 ст. 6 и ч. 3 ст. 60 УК РФ, оно может рассматриваться только как обстоятельство, отягчающее наказание. Однако данное обстоятельство не включено законодателем в перечень обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренный ст. 63 УК РФ, и расширительному толкованию не подлежит.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости изменения приговора и исключения из него указания об учете мнения потерпевших при назначении наказания, со снижением размера назначенного наказания.

Удовлетворяя требования потерпевших ФИО6 и ФИО7 о компенсации морального вреда, суд исходил из положений ст. 151, 1101 ГК РФ, а также требований разумности и справедливости, учитывал характер и степень нравственных страданий, связанных с утратой близких, все установленные в суде обстоятельства. При определении размера возмещения имущественного вреда суд руководствовался положениями ст. 1064 ГК РФ, исходя из размера расходов, подтвержденных документально, что соответствует требованиям закона.

Вопреки доводам жалоб потерпевших определенный судом размер компенсации морального вреда является обоснованным, соответствующим установленному и индивидуализированному судом характеру и степени причиненных физических и нравственных страданий, основан на принципе справедливости и разумности, поэтому оснований для его изменения не имеется.

Руководствуясь по ст. ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор Кировского районного суда Ставропольского края от 30 октября 2018 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на учет при назначении наказания ФИО1 мнение потерпевших;

снизить назначенное ФИО1 наказание до 3 лет 4 месяцев лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год 10 месяцев;

в остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевшей ФИО6 и ФИО7, осужденного ФИО1 и адвоката Кудаева Б.М. – без удовлетворения; апелляционное представление удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ.

Судья Е.Е. Капорина