Дело № 2-16/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 февраля 2018 года город Норильск

Норильский городской суд в районе Кайеркан г. Норильска Красноярского края

в составе председательствующего судьи Бурхановой Ю.О.,

при секретарях судебного заседания Шпилевой К.А., Радайкиной М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФКУ «СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю» о взыскании заработной платы за сверхурочную работу и работу в выходные дни, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО8 обратился в суд с иском к ФКУ «СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю» о взыскании заработной платы за сверхурочную работу и работу в выходные дни, компенсации морального вреда, в обоснование заявленных требований указав, что 1 июля 2017 года между ним и Федеральной службой исполнения наказаний в лице начальника СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО1 был заключен контракт о службе в уголовно-исполнительной системе на срок 5 лет, он был принят на должность 

<

данные изъяты> ФКУ СИЗО-4. На основании приказа № 32-лс от 1 апреля 2015 года переведен на должность 

<

данные изъяты>. 27 июля 2017 года на основании приказа № 93-лс от 6 июля 2017 года уволен по выслуге срока службы, дающего право на пенсию на основании п. «в» ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел в РФ. При поступлении на службу ему было установлено денежное довольствие, состоящее из месячного оклада в соответствии с замещаемой должностью в размере 

<

данные изъяты> рублей, месячного оклада в соответствии с присвоенным званием в размере 

<

данные изъяты> рублей, которые составляют оклад месячного денежного содержания, ежемесячных и иных дополнительных выплат, в том числе ежемесячной надбавки к окладу денежного содержания за стаж службы в размере 

<

данные изъяты> рублей. Также ему был установлен 12-тичасовой сменный график работы в первую и вторую смену: день, ночь, выходной. Первая смена начиналась в 8-00 часов до 20-00 часов, однако, фактически он должен был явиться на службу к 7-00 часам и сменялся по факту в 21-00 часов. Вторая смена начиналась в 20-00 часов до 8-00 часов, однако он заступал на смену в 19-00 часов и сдавал ее в 09-00 часов. Таким образом, его смена составляла 14 часов. В течение 2-х часов до заступления на пост и после проводились обязательные инструктажи и смена караула. Его явка до начала смены была обязательна, поскольку в это время сотрудник проходит вооружение, инструктаж, проводится постановка задач, по окончании смены сотрудник также исполняет служебные обязанности, т.к. в это время происходит смена караула, чистка оружия, подведение итогов службы. При увольнении ему стало известно, что ему не выплачена компенсация за выполнение служебных обязанностей сверх установленной законом продолжительности рабочего времени за все время службы, кроме того, на выплаченную за выполнение служебных обязанностей в ночное время доплату ему не начислялись коэффициент районный, за службу в высокогорных районах, пустынных и безводных местностях, а также процентные надбавки к денежному довольствию за службу в районах Крайнего Севера. Фактически при смене в 14 часов ему табелировалось только 10 часов, о чем он узнал при увольнении, т.к. самостоятельно табель рабочего времени не вел, доверял работодателю, предполагая его добросовестность. Кроме того, сверхурочные часы заведомо ответчиком в табель рабочего времени не включались. В среднем в месяц службы он отрабатывал по 14-15 смен, из них 7 смен ночных. В 2015 году в период с 15 сентября по 20 октября находился на сессии, с 1 ноября 2015 года по 10 января 2016 года в очередном отпуске, в 2016 году с 20 января по 22 апреля на сессии и защите диплома, с 1 декабря 2016 года по 09 февраля 2017 года в очередном отпуске, в 2017 году с 10 февраля по 21 апреля в очередном отпуске. В каждом месяце он отрабатывал не менее 210 часов, из которых 42 часа в ночь с 22 часов до 06 часов. За период с января 2015 года по ноябрь 2016 года ему не выплачена компенсация за сверхурочно отработанное время в размере 83142,89 рублей, с учетом районного коэффициента в размере 0,8 и надбавки за работу в районах Крайнего Севера в размере 80% - 216171,51 рублей.

Истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу вышеуказанную сумму компенсации за сверхурочно отработанное время; компенсацию за просрочку выплаты компенсации за сверхурочно отработанное время в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ по состоянию на 26 октября 2017 года в размере 65809,98 рублей; компенсацию морального вреда в размере 50000,00 рублей; в возмещение судебных расходов по оплате юридических услуг 6000,00 рублей.

В ходе судебного разбирательства дела истец ФИО8 исковые требования дополнил и просил суд взыскать с ответчика невыплаченную компенсацию за сверхурочно отработанное время в выходные дни 25 февраля, 5, 20, 28 мая, 14, 17 июня, 16 июля 2015 года, 30 июня, 21 июля, 15, 27 октября 2016 года в сумме 21907,41 рублей, компенсацию за просрочку выплаты указанных сумм в размере 6548,83 рублей, указав, что ответчиком не были оплачены указанные дни нахождения его на проведенных тревогах, тогда как в эти дни он выполнял свои прямые обязанности, находился в выходной день на рабочем месте.

Протокольно вынесенным определением суда от 15 января 2018 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Главное управление ФСИН России по Красноярскому краю.

Ответчиком ФКУ «СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю» на исковое заявление представлены письменный отзыв и дополнения к нему, в которых последний просит в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на следующие обстоятельства. 

<

данные изъяты> внутренней службы в отставке ФИО8 служил в уголовно-исполнительной системе с 10 декабря 2010 года по 27 июля 2017 года, в период с 1 июля 2014 года являлся сотрудником ФКУ «СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю», уволен приказом № 93-лс от 6 июля 2017 года по выслуге срока службы, дающего право на пенсию на основании п. «в» ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел РФ. Согласно локальным нормативным актам учреждения по учетной политике, в учреждении ведется суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 1 год. В период прохождения службы истцу был установлен график работы с 8-00 часов до 20-00 часов и с 20-00 часов до 8-00 часов, каждая смена составляла 12 часов. Согласно табелям учета рабочего времени и приказам на выход в неурочное время или время сверх установленного графиком несения службы у истца не имеется. При балансе рабочего времени за 2015 год 1365 часов истцом отработано 1298 часов, за 2016 год – отработано 1168 часов при балансе 1279 часов. Сверхурочной работы у истца не было, истец прибывал на службу до начала смены для инструктажа и постановки задач, а не для исполнения своих трудовых обязанностей. Приказом Министерства юстиции РФ № 204-дсп от 3 октября 2005 года утверждена Инструкция «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», согласно которой расстановка 

<

данные изъяты> инспекторов по постам, маршрутам и участкам работ, порядок несения службы, время и продолжительность обеденного перерыва, взаимозаменяемость каждой группы и отдельных сотрудников осуществляются начальниками дежурной смены (ДПНСИ). 

<

данные изъяты> инспекторы прибывают на службу заблаговременно, одетые по форме, имеющие опрятный внешний вид. Время до начала смены, в течение которого истец должен прибыть на службу, не регламентировано. Подготовка дежурной смены к разводу включает в себя построение личного состава и проверку внешнего вида; проверку по приказу (персональной расстановке) прибытие 

<

данные изъяты> инспекторов на службу и отметку отсутствующих; доклад о готовности смены к несению службы и о лицах, не прибывших на развод или опоздавших; принимаются меры к замещению отсутствующих; проверяется готовность несения службы и знание составом смены своих обязанностей; определяются конкретные места несения службы, доводится до сведения приказ об обеспечении надзора за текущие сутки, оперативная обстановка, список лиц, склонных в различным правонарушениям, поручения, полученные от вышестоящего руководства; проводится краткий разбор недостатков в несении службы во время предыдущего дежурства, а также на примерах чрезвычайных происшествий, допущенных в других учреждениях. Прием-сдача поста у камер младшими инспекторами начинается с приема подозреваемых, обвиняемых и осужденных по данным последней проверки с учетом произошедшего движения (прибытия и убытия). В присутствии 

<

данные изъяты> инспекторов сдающей и заступающей смен производится количественная проверка подозреваемых, обвиняемых и осужденных, разрешаются вопросы, возникающие в ходе приема-сдачи смены. Таким образом, при заблаговременном прибытии на службу производится необходимая подготовка к несению службы, что связано с обеспечением правопорядка в учреждении, необходимостью знать оперативную обстановку в нем. Поскольку непосредственного исполнения служебных обязанностей в указанное время не осуществляется, данное время не может включаться в рабочее время сотрудника. В период прохождения службы оплата ночных часов, оплата за работу в праздничные дни производилась в месяце, следующем за месяцем, в котором имела место работа в ночное время, в праздничные дни. Выплата денежного довольствия сотрудникам за текущий месяц производилась один раз в период с 20 по 25 число, в этот же период истцу как и другим сотрудникам ежемесячно вручались расчетные листки по начислению заработной платы, где указывались все сведения о начислениях. Истец имел возможность ежемесячно проверять правильность начисления заработной платы и мог и должен был знать о возможном нарушении прав при определении размера его денежного содержания за конкретный месяц. Расчет денежного довольствия производился на основании Указания директора ФСИН России от 10 января 2013 года № 08-68, согласно которому сотрудникам уголовно-исполнительной системы за выполнение служебных обязанностей в ночное время производится доплата из расчета 20 процентов часовой ставки. Перечень процентных надбавок в составе денежного довольствия для применения районного коэффициента устанавливается Федеральным законом «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» № 283-ФЗ от 30 декабря 2012 года и является исчерпывающим. Доплаты за работу в ночное время указанным перечнем не предусмотрены. Полагает, что положения ст. 236 Трудового кодекса РФ, регулирующие вопросы выплаты компенсации за задержку выплаты заработной платы, не подлежат применению в случае возникновения между работником и работодателем спора о праве на получение выплаты, например, при оплате сверхурочных работ. Также ссылается на пропуск истцом предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса РФ срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, поскольку, получая ежемесячно денежное довольствие за период работы с января 2015 года по ноябрь 2016 года, истец не мог не знать, что выплаты ему производятся без учета денежного вознаграждения за работу в указанные им часы и дни, однако, с иском в суд обратился лишь 26 октября 2017 года. Возражая против удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда, ответчик ссылается на отсутствие доказательств причинения истцу морального вреда, степень физических и нравственных страданий, причинно-следственной связи между причинением вреда и наступившими последствиями.

Аналогичные доводы приведены в письменном отзыве на исковое заявление 3-им лицом ГУФСИН России по Красноярскому краю.

В судебном заседании истец ФИО8 исковые требования поддержал по вышеизложенным основаниям, дополнительно суду пояснив, что при заключении служебного контракта он был ознакомлен ответчиком с должностной инструкций, локальными нормативными актами, определяющими порядок и условия прохождения службы и выплаты денежного довольствия. Регулярно начальником учреждения утверждались графики сменности, с которыми он также знакомился. В соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка ему был установлен сменный график работы, продолжительность смены составляла 12 часов с 08-00 часов до 20-00 часов и с 20-00 часов до 08-00 часов. Фактически он приходил на службу по требованию ответчика заблаговременно к 07-00 часам и к 19-00 часам, до начала смены проходил обязательный медицинский осмотр, проводился инструктаж, расстановка по постам, проверка спецконтингента, оборудования поста, прием-сдача смены, что занимало продолжительный период времени. По окончании смены по устному распоряжению дежурного он оставался на рабочем месте для проведения обысков, иных режимных мероприятий (например, для прогулки спецконтингента, в связи с объявлением сигнала тревоги, по иным основаниям). Учет времени прихода и ухода со смены осуществлялся на КПП, где по прибытии на смену он оставлял свое служебное удостоверение, кроме того, у каждого сотрудника был электронный ключ. В течение смены предусмотренное Правилами внутреннего трудового распорядка время для приема пищи продолжительностью 1 час и время отдыха продолжительностью 1 час ему не предоставлялось. Время для приема пищи в течение смены составляло не более получаса, на некоторых постах (№№ 9, 10) время для приема пищи не предоставлялось, в течение рабочей смены с поста они не сменялись. Фактическое время освобождения от работы для приема пищи фиксировалось в постовых ведомостях, там же отражалось время приема-сдачи поста. Время для отдыха не предоставлялось вообще, помещение для отдыха в СИЗО не оборудовано. Кабинет психолога, определенный как место для отдыха, в ночное время был закрыт. Покидать свой пост во время смены ему было запрещено. Помимо работы по графику сменности он привлекался ответчиком к выполнению должностных обязанностей в его выходные дни, это были тревоги, общие обысковые мероприятия, которые проводились ежемесячно, точные даты проведения таковых назвать затрудняется. Неявка на данные мероприятия влекла за собой применение дисциплинарного взыскания, к нему таковые не применялись. В течение полутора часов после объявления тревоги он должен был прибыть к месту прохождения службы, экипироваться, получить спецсредства. В обязательном порядке проводилось построение личного состава, иные мероприятия, после чего подводились их итоги, по итогам мероприятий составлялись необходимые документы. В случае, если в день объявления тревоги он находился на смене, он оставался в учреждении за пределами смены, также принимал участие во всех проводимых мероприятиях. Оплата его труда производилась ежемесячно, ежемесячно ответчиком ему выдавались расчетные листки, в которых отражался размер оклада по званию, по должности, по выслуге лет, примененные северный и районный коэффициенты, каких-либо формул расчета денежного довольствия не приводилось. В период службы он обращался в устной форме к администрации учреждения за разъяснениями порядка начисления и выплаты денежного довольствия, с вопросами оплаты сверхурочной работы, спрашивал, почему в табелях рабочего времени указывается продолжительность смены 10 часов вместо предусмотренных 12, ему разъяснялось, что все оплачивается в соответствии с требованиями действующего законодательства, время обеда сокращается в связи с нехваткой сотрудников, если его что-то не утраивает, он может уволиться. Он доверял работодателю, в отсутствие финансового образования не имел возможности осуществлять контроль за начислением ему денежного довольствия. О том, что сверхурочная работа и работа в выходные дни ему не оплачивалась, узнал только при увольнении, обратившись за соответствующей консультацией к юристу. Просит суд исковые требования удовлетворить и взыскать суммы недоплаты за сверхурочную работу и работу в выходные дни, размер недоплаты за сверхурочную работу им определен исходя из приблизительной продолжительности каждой рабочей смены 14 часов, размер недоплаты за работу в выходные дни – исходя из приблизительной занятости на тревогах по 6 часов – в дни, совпадавшие с дежурствами по графику, по 7 часов – в выходные дни. Обосновывая требования о взыскании компенсации морального вреда, суду пояснил, что в период прохождения службы в связи с регулярным привлечением к работе сверхурочно и в выходные дни не имел возможности проводить свободное время с семьей, испытывал большие нагрузки, что причиняло ему нравственные страдания.

Представитель истца адвокат Фадеева Е.Н., действующая на основании ордера, исковые требования поддержала, суду пояснив, что между сторонами спора был заключен служебный контракт о прохождении ФИО8 службы в уголовно-исполнительной системе, которым был определен его должностной оклад, время прохождения и иные условия службы. Для исполнения служебных обязанностей истец прибывал на работу заблаговременно в 7-00 часов и в 19-00 часов для прохождения медицинского осмотра, проведения инструктажа, приема-сдачи смены, покидал службу по истечении 14 часов смены, т.к. по окончании смены сдавал ее и выполнял иные обязанности. В соответствии с условиями контракта во время несения службы ему должны были предоставлять обеденный перерыв продолжительностью 2 часа, который фактически не предоставлялся, время на обед предоставлялось не более получаса за смену, что фиксировалось в постовых ведомостях. Время работы сверхурочно истцу не оплачивалось. О неполной оплате истцу стало известно после увольнения со службы и получения консультации юриста, т.к. ранее он полагался на добросовестность ответчика и юридически не грамотен. Также в ходе судебного разбирательства дела было установлено, что в выходные дни истец привлекался к работе, при этом неявка по тревоге и по иным основаниям грозила ему привлечением к дисциплинарной ответственности. Во время тревог он исполнял свои служебные обязанности, фактически осуществлял трудовую деятельность. Таким образом, указанные дни привлечений к службе также подлежат оплате работодателем. Произведенные истцом расчеты невыплаченного денежного содержания с учетом переработок и работы в выходные дни полагает верными, просит исковые требования удовлетворить. По смыслу норм права, при нарушении трудовых прав факт причинения работнику морального вреда презюмируется и не подлежит доказыванию, в связи с чем просит также удовлетворить требования ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда. Полагает необоснованными доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку нарушение прав ФИО8 носит длящийся характер, о том, что он имел право обжаловать действия работодателя, ФИО8 не знал и заблуждался относительно добросовестности действий последнего. О том, что он имеет право самостоятельно осуществлять учет рабочего времени, ему не сообщалось. Такого учета он не производил и, следовательно, не имел возможности проконтролировать правильность начисления ему денежного содержания.

Представитель ответчика и третьего лица ФИО9, действующая на основании доверенностей, исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных отзывах на исковое заявление, дополнительно суду пояснив, что в период прохождения ФИО8 службы в соответствии с требованиями действующего законодательства работодатель вел учет сверхурочно отработанного истцом времени, о чем свидетельствуют отметки в табелях учета рабочего времени «8» в дни, являвшиеся выходными согласно графикам сменности. О привлечении ФИО8 к работе в указанные дни ответчиком издавались соответствующие приказы, производилась оплата фактически отработанного времени, предоставлялись дополнительные дни отдыха. Согласно расчетам бухгалтерии при суммированном учете рабочего времени у истца отсутствовала работа сверх нормальной продолжительности рабочего времени за учетный период в учреждении – 1 год. Правилами внутреннего трудового распорядка учреждения определена продолжительность рабочей смены истца – 12 часов, с предоставлением времени для приема пищи 1 час и времени отдыха 1 час. Фактическое использование на обед и отдых меньшего времени является волеизъявлением истца и не обусловлено действиями работодателя. Обязанность истца прибыть к месту прохождения службы заблаговременно определена нормативными актами, регулирующими несение службы по обеспечению надзора за спецконтингентом в учреждениях уголовно-исполнительной системы, до начала смены истец проходил медицинский осмотр, инструктаж и иные мероприятия, необходимые в целях подготовки к несению службы, однако, не исполнял свои непосредственные должностные обязанности, в связи с чем указанное время не подлежит оплате как сверхурочная работа. Время, в течение которого до начала смены сотрудник проходит указанные мероприятия, определяется им самостоятельно и законодательно не регламентировано. В период прохождения службы истцу ежемесячно выдавались расчетные листы, в которых отражались все начисления, в том числе оплата работы в ночное время, выходные и праздничные дни, доплаты за сложность и напряженность, за сверхурочную работу. Доплата за сложность и напряженность (за особые условия службы) включает в себя компенсацию выходов истца на работу по тревогам, объявляемым ГУФСИН края с целью подготовки учреждений к действиям в условиях чрезвычайных ситуаций. Неприбытие на тревогу не влечет за собой применение дисциплинарного взыскания, по факту не прибытия по тревоге к истцу взыскания не применялись.

Представитель ответчика ФИО10, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, в дополнение к изложенному в отзыве на исковое заявление и пояснениям представителя ответчика ФИО9 суду пояснив, что в период прохождения службы истец заблаговременно ознакамливался с графиками несения службы, в которых отражалась продолжительность ежедневной смены 12 часов и время обеда и отдыха продолжительностью по 1 часу. Прибывая заблаговременно до начала смены, ФИО8 принимал участие в мероприятиях, проводимых с целью подготовки к несению службы, что занимало 10-15 минут. Использование на обед и отдых времени меньшей продолжительности, чем предусмотрено Правилами, являлось инициативой истца. Для отдыха в учреждении предусмотрена комната психологической разгрузки, сотрудники могут выйти на улицу во время перерыва на отдых. По окончании смены ФИО8 мог беспрепятственно покинуть службу, участия в проверке спецконтингента сотрудники, сдающие смену, не принимают, каких-либо мероприятий, связанных с подведением итогов, в учреждении не проводилось, проведение таковых предусмотрено лишь в случае возникновения в течение смены чрезвычайной ситуации, таких в период прохождения ФИО8 службы не было. Прибытие по тревоге производится под личную ответственность сотрудника, каких-либо мер взыскания за неприбытие по тревоге к истцу не применялось. При объявлении сигнала тревоги сотрудники учреждения, не включенные в состав группы специального назначения, должны прибыть в учреждение с вещевым мешком и участвовать в построении. К исполнению своих служебных обязанностей в это время сотрудники не привлекаются. В состав группы специального назначения ФИО8 в период прохождения службы не входил. Все обысковые мероприятия в учреждении проводятся сотрудниками дежурной смены, иные лица к их проведению не привлекаются.

По делу также допрошены свидетели ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7

Свидетель ФИО2 суду показал, что с 2016 года проходил службу в СИЗО-4 в должности начальника отдела режима и осуществлял оперативный контроль за прохождением службы дежурными сменами, с 22 декабря 2017 года уволен в связи с выходом на пенсию. По правилам несения службы сотрудник дежурной смены должен был прибыть к месту прохождения службы к 07-00 часам для прохождения медицинского осмотра и проведения инструктажа, который является обязательным и включает в себя доведение до заступающих на смену оперативной обстановки в учреждении, на посту и иную информацию и начинается в 07-30 часов. В 08-00 часов сотрудник заступал на смену, после этого проводились прием-сдача поста, проверка спецконтингента, иные мероприятия, что занимало не менее часа. Сдающая смена при этом присутствовала и, соответственно, покидала службу не ранее 09-00 часов. В течение смены сотруднику запрещено было покидать пост и территорию учреждения. По правилам внутреннего трудового распорядка предусмотрено время для приема пищи и отдыха общей продолжительностью 2 часа. Фактически это время не предоставлялось, обед составлял не более получаса, что устно доводилось до сведения сотрудников при разводе дежурной смены. Помещения для отдыха в учреждении не было, для приема пищи сотрудниками организована столовая. Уход и приход на пост фиксировались в постовой ведомости. Учет рабочего времени осуществлялся сотрудниками дежурной службы. В период службы ФИО8 обращался к нему с вопросами выплаты денежного содержания за сверхурочно отработанное время, он разъяснял истцу положения действующего законодательства. Также в период прохождения службы сотрудники привлекались к работе в выходные дни, поднимались по тревоге. О прибытии сотрудников по тревоге составлялись рапорты. Прибытие по тревоге являлось обязательным, неприбытие влекло за собой привлечение к дисциплинарной ответственности. 

Свидетель ФИО3 суду показала, что так же, как и ФИО8, проходила службу в СИЗО-4 в должности 

<

данные изъяты> по 3 мая 2017 года, уволена по собственному желанию. В период прохождения службы ей был установлен сменный график работы: день-ночь-отсыпной-выходной, с продолжительностью смены 12 часов. В утреннюю смену она должна была прибыть на работу к 07-30 часам, в это время проводилось построение, развод, инструктаж, до этого сотрудник должен переодеться, пройти медицинский осмотр. Фактически продолжительность смены превышала 12 часов, т.к. по окончании смены сотрудник оставался на посту, дожидался сменяющего, сдавал ему пост, в это время по описи проверялось оборудование поста, наличие спецконтингента, доводились до сведения принимающего чрезвычайные происшествия, обстановка на посту, все это занимало 30-60 минут. Не сдав смену, сотрудник не имел права покинуть пост. На прием пищи в течение смены отводилось не более получаса, это время четко отслеживалось, за задержки и опозданиях их ругали. Время для отдыха вообще не предоставлялось. Время несения службы, время отдыха фиксировалось в постовых ведомостях. В выходные дни они могли быть подняты по тревоге, для проведения обысковых мероприятий, учебы. Прибытие на данные мероприятия являлось обязательным. За неприбытие по тревоге она была привлечена к дисциплинарной ответственности. В период прохождения службы ежемесячно им выдавались расчетные листки, в которых отражались отработанные часы, начисление денежного содержания, иные выплаты и удержания.

Свидетель ФИО4 суду показал, что проходит службу в СИЗО-4 в должности младшего инспектора дежурной службы по настоящее время, по роду службы сменял на посту ФИО8, работая с ним в смежных сменах. В день смены сотрудник должен прибыть на работу заблаговременно приблизительно с 07-30 часов для прохождения медосвидетельствования и инструктажа, развода на посты, что занимает около 25 минут. Прием-сдача смены занимают около 5-7 минут. Во время приема-сдачи смены принимающий совместно с ответственным офицером проверяет спецконтингент, оборудование поста, сдающий смену сотрудник в этом не задействован и по окончании смены может покинуть учреждение, сдав смену. В течение смены сотруднику предоставляется время на прием пищи и отдых продолжительностью не более 2-х часов. Для отдыха оборудовано специальное помещение - комната начальника корпусного отделения и комната психологической разгрузки. Время приема-сдачи поста, подмены на отдых и обед должно фиксироваться в постовой ведомости. В период службы были ситуации, когда постовая ведомость при приеме поста уже была заполнена сдающим, когда время подмен или приема-сдачи поста в ней не фиксировалось. В выходные дни сотрудники могут подниматься по тревоге, прибытие по тревоге является обязательным. Однако, в это время 

<

данные изъяты> инспекторы свои непосредственные должностные обязанности не исполняют. 

Свидетель ФИО5 суду показал, что проходит службу в должности 

<

данные изъяты> СИЗО-4, ему установлен сменный график работы с продолжительностью смены 12 часов и перерывом на обед и отдых 2 часа. В день смены 

<

данные изъяты> инспектор должен прибыть на службу заблаговременно (минут за 30), пройти медосвидетельствование, инструктаж, проверку внешнего вида, расстановку по постам. При заступлении на смену принимающим смену сотрудником совместно с ДПНСИ или дежурным офицером проводится сверка спецконтингента, проверка оборудования поста по описи и путем непосредственного осмотра. Фактическое время приема-сдачи смены, время подмены на отдых должно фиксироваться в постовой ведомости, что делалось не всегда. Время на обед и отдых используется сотрудниками по своему усмотрению, они могут вернуться на пост и до окончания времени отдыха, о намерении воспользоваться временем на обед или отдых сотрудник сообщает дежурному, который решает вопрос подмены. Для отдыха оборудовано специальное помещение – комната психологической разгрузки. По окончании смены сотрудник должен сдать ее, до сдачи смены он не имеет право покидать пост. 

Свидетель ФИО6 суду показал, что проходит службу в СИЗО-4 в должности дежурного помощника начальника СИЗО, в период работы ФИО8 руководил дежурной сменой № 4 и являлся непосредственным руководителем истца. При заступлении на смену 

<

данные изъяты> инспектор, принимающий пост, принимает в присутствии дежурного офицера постовое имущество, после сдачи поста сменяющийся 

<

данные изъяты> инспектор заканчивает службу и может следовать домой. Он может остаться в учреждении по его желанию, никто из администрации учреждения сотрудника к этому не принуждает. По времени прием-сдача смены занимают 10-20 минут, в приеме-сдаче спецконтингента 

<

данные изъяты> инспекторы не участвуют. До заступления на смену сотрудник должен прибыть в учреждение заблаговременно для прохождения медосмотра, инструктажа, что также занимает 15-20 минут. В период несения службы для приема пищи и отдыха, по личным вопросам 

<

данные изъяты> инспектор может отлучиться с поста, на это время его подменяет другой сотрудник по распоряжению дежурного. Покидать пост без снятия или подмены запрещено. Для приема пищи и отдыха в течение смены предусмотрено время общей продолжительностью 2 часа. Данное время используется сотрудниками по своему усмотрению, кто-то использует все предоставленное время, кому-то нужно меньше, администрацией учреждения право сотрудников использовать все предусмотренное время для приема пищи и отдыха не ограничивается. По правилам данное время должно фиксироваться в постовой ведомости, что делается не всегда. Дежурный смены ведет табель учета рабочего времени, в котором отражается фактически отработанное сотрудником время. Ведя табель учета рабочего времени истца, он (свидетель) руководствовался постовыми ведомостями, суточными приказами и иными документами и непосредственно видел, сколько времени сотрудник находился на посту. Отработанное в смену время составляло 10 часов, поскольку неиспользование времени для отдыха и приема пищи является волеизъявлением сотрудника. В выходные дни сотрудник может быть поднят по тревоге, объявляемой по распоряжению ГУФСИН края. Прибытие по тревоге является обязательным, за указанное время сотруднику предоставляются дополнительные дни отдыха. По иным основаниям в выходные дни ФИО8 к прохождению службы не привлекался.

Свидетель ФИО7 суду показал, что также проходит службу в должности дежурного помощника начальника СИЗО, в 2016 году являлся непосредственным руководителем ФИО8, проходившего службу в дежурной смене № 2. Продолжительность рабочей смены 

<

данные изъяты> составляет 12 часов с 08-00 часов до 20-00 часов, с 20-00 часов до 08-00 часов. Время несения сотрудником службы на посту фиксируется в постовой ведомости. До начала смены сотрудник должен прибыть к месту несения службы заблаговременно, пройти инструктаж, медосмотр, что является обязательным и занимает 10-15 минут. В течение смены сотрудник может покинуть пост для обеда, отдыха, отправления естественных потребностей, факт подмены сотрудника на посту должен фиксироваться в постовой ведомости. Для приема пищи и отдыха предусмотрено время общей продолжительностью 2 часа, данное время используется сотрудником по своему усмотрению, каких-либо ограничений во времени приема пищи и отдыха со стороны администрации учреждения нет. Отмечалось ли время отдыха ФИО8 в постовых ведомостях в период несения им службы, пояснить не может, не отслеживал это. Каких-либо распоряжений на сверхурочную работу в период прохождения ФИО8 службы он не давал, к участию в обысковых мероприятиях за пределами рабочей смены ФИО8 не привлекал. В период прохождения ФИО8 службы осуществлял учет его рабочего времени, в табеле отражал фактически отработанное время за смену – 10 часов с учетом установленной продолжительности смены и предусмотренного обеденного времени и времени отдыха.

Заслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы гражданского дела, заслушав показания свидетелей, разрешая гражданское дело в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами гражданского дела, ФКУ «СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю» зарегистрировано в качестве юридического лица и по своей организационно-правовой форме является федеральным казенным учреждением, финансирование которого осуществляется за счет средств федерального бюджета и иных поступлений, разрешенных законодательством РФ.

1 июля 2014 года между ФИО8 и Федеральной службой исполнения наказаний в лице начальника следственного изолятора № 4 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО1 был заключен контракт о службе в уголовно-исполнительной системе, по условиям которого ФИО8 был принят на службу на должность 

<

данные изъяты> ФКУ «Следственный изолятор № 4 ГУФСИН России по Красноярскому краю» на срок 5 лет. 

На основании приказа № 79-лс от 3 июля 2014 года ФИО8 назначен на должность 

<

данные изъяты> СИЗО-4 с 1 июля 2014 года с должностным окладом 

<

данные изъяты> рублей и установлением 15% ежемесячной надбавки за особые условия службы.

Согласно приказу № 32-лс от 1 апреля 2015 года с 1 апреля 2015 года ФИО8 перемещен на должность 

<

данные изъяты> СИЗО-4, что нашло отражение в служебном контракте.

В соответствии с п. 4.5 Контракта режим службы сотрудника устанавливается согласно правилам внутреннего распорядка в учреждении уголовно-исполнительной системы. Согласно п. 4.4 Контракта ответчик принял на себя обязательство своевременно предоставлять истцу установленные по занимаемой должности денежное и вещевое довольствие и иные предусмотренные законодательством меры обеспечения и социальные гарантии.

На основании приказа № 93-лс от 6 июля 2017 года с 27 июля 2017 года ФИО8 уволен из уголовно-исполнительной системы в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел РФ по выслуге срока службы, дающего право на пенсию.

Служба в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы относится к видам федеральной государственной службы. Порядок и условия прохождения службы в уголовно-исполнительной системе в силу п. 4 Указа Президента Российской Федерации от 8 октября 1997 года № 1100 «О реформировании уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации» регламентируются Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-1, Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», соответствующими федеральными законами и правилами внутреннего распорядка учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания. Указанное Положение применяется в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы в соответствии с Инструкцией о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 6 июня 2005 года № 76.

Нормы Трудового кодекса РФ применяется к правоотношениям, возникающим при прохождении службы в органах и учреждениях уголовно-исполнительной системы, в случаях, когда это предусмотрено специальными правовыми актами, или тогда, когда возникшие правоотношения не урегулированы специальными нормативными актами и требуют применения трудового законодательства по аналогии.

В соответствии со ст. 44 Положения о службе в органах внутренних дел на сотрудников органов внутренних дел распространяется установленная законодательством Российской Федерации о труде продолжительность рабочего времени. В случае необходимости сотрудники могут привлекаться к выполнению служебных обязанностей сверх установленного времени, а также в ночное время, в выходные и праздничные дни. В этих случаях им предоставляется компенсация в порядке, установленном законодательством о труде. 

В силу ст. 91 Трудового кодекса РФ рабочим временем является время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Согласно ст. 99 Трудового кодекса РФ под сверхурочной работой понимается работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Исходя из п. 14.1 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы в каждом учреждении уголовно-исполнительной системы устанавливается строго регламентированный внутренний трудовой распорядок, определяемый особенностями оперативно-служебной деятельности и оперативной обстановки, временем года, местными условиями и другими конкретными обстоятельствами. Согласно п. 14.2 Инструкции Правила внутреннего трудового распорядка учреждения включают в себя в том числе рабочее время и его использование (время начала и окончания работы, начало и продолжительность обеденного перерыва, часы приема граждан (наиболее удобные для населения), сменность в несении службы отдельных категорий сотрудников).

В силу п. 14.3 приведенной выше Инструкции сотрудники могут при необходимости привлекаться к службе сверх установленного времени, службе в выходные и праздничные дни по письменному приказу за подписью начальника учреждения или органа уголовно-исполнительной системы, в штате которого состоит сотрудник, с предоставлением соответствующих компенсаций. В приказе указываются причины, вызвавшие необходимость сверхурочной работы, сотрудники, привлекаемые к такой работе, и ее продолжительность. В неотложных случаях приказ может быть отдан устно с последующим оформлением письменно не позднее трех суток. Работа в сверхурочное время оплачивается за первые два часа не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере часовой ставки. При этом часовая ставка исчисляется путем деления оклада месячного денежного содержания (оклад по должности и оклад по специальному званию) на среднемесячное количество рабочих часов в данном календарном году. Учет времени, отработанного сверхурочно, ведется самим сотрудником и руководителем органа уголовно-исполнительной системы, подписавшим приказ о сверхурочной работе, или, по его поручению, руководителем бригады, старшим группы и т.п. Данные учета отражаются в рапорте лица, осуществляющего учет, с указанием количества часов, отработанных конкретным сотрудником сверхурочно в каждый рабочий день. Рапорт с соответствующим решением начальника учреждения или органа уголовно-исполнительной системы о привлечении к сверхурочной работе является основанием для оплаты этой работы. Оплата за работу в выходные и праздничные дни производится из расчета одинарной часовой или дневной ставки, если работа в выходной (праздничный) день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и двойной часовой или дневной ставки, если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени. Приказ о службе в выходные и праздничные дни и табель, подтверждающий службу в указанные дни, являются основанием для предоставления сотрудникам соответствующей компенсации (дополнительная оплата или предоставление других дней отдыха). Расходы по указанным компенсациям производятся в пределах установленного фонда заработной платы (денежного содержания).

Отношения, связанные с денежным довольствием сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, регулируются также Федеральным законом от 30 декабря 2012 года № 283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». В силу п. 18 ст. 2 указанного Федерального закона порядок обеспечения сотрудников денежным довольствием определяется руководителем федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники.

Во исполнение указанного Федерального закона Приказом ФСИН России № 269 от 27 мая 2013 года утвержден Порядок обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, Порядок выплаты премий за добросовестное выполнение служебных обязанностей сотрудникам уголовно-исполнительной системы и Порядок оказания материальной помощи сотрудникам уголовно-исполнительной системы.

Пунктом 16 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы предусмотрено, что за выполнение служебных обязанностей в ночное время (с 22 до 6 часов) сотрудникам производится доплата из расчета 20 процентов должностного оклада, рассчитанного за час работы (далее - часовая ставка) в ночное время, которая определяется путем деления должностного оклада сотрудника на среднемесячное количество рабочих часов, устанавливаемое по производственному календарю на данный календарный год, с учетом продолжительности рабочего времени соответствующей категории сотрудников.

Согласно п. 17 указанного Порядка за выполнение служебных обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни, сверх установленной законом продолжительности рабочего времени, выплачиваются денежные компенсации в следующих размерах: 1) оплата за работу в выходные и нерабочие праздничные дни производится в размере одинарной часовой ставки сверх должностного оклада, если работа в выходной, нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере двойной часовой ставки сверх должностного оклада, если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени; 2) сверхурочная работа оплачивается за первые два часа в полуторном размере, а за последующие часы - в двойном размере часовой ставки, исчисленной в соответствии с пунктом 16 настоящего Порядка.

В силу п. 18 указанного Порядка сотрудникам, выполняющим служебные обязанности на основании графика сменности, устанавливается суммированный учет рабочего времени (год, полугодие, квартал). Продолжительность рабочего времени за учетный период не должна превышать нормального числа рабочих часов. Порядок введения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего распорядка. При суммированном учете рабочего времени денежная компенсация за работу сверх нормального количества рабочих часов за учетный период выплачивается в следующем порядке: в полуторном размере оплачиваются сверхурочные часы, не превышающие в среднем двух часов за каждый рабочий день в учетном периоде по календарю рабочей недели, установленному в подразделении, а остальные часы оплачиваются в двойном размере часовой ставки. Исчисление часовой ставки осуществляется в соответствии с пунктом 16 настоящего Порядка.

Денежная компенсация выплачивается на основании соответствующего приказа, в котором указывается количество часов, за которые выплачивается денежная компенсация для каждого сотрудника (п. 19 Порядка). Служба в выходные, нерабочие праздничные дни и в сверхурочное время может быть компенсирована предоставлением дополнительных дней (часов) отдыха. В количество часов, за которые выплачивается денежная компенсация, не включается время, за которое сотруднику предоставлена компенсация в виде дополнительных дней (часов) отдыха соответствующей продолжительности (п. 20 Порядка).

Исходя из толкования приведенных выше норм следует, что при расчете компенсации за работу сверх нормального количества рабочих часов применяется должностной оклад без учета каких-либо дополнительных выплат, к которым, в силу пп. 8 п. 6 ст. 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 года № 283-ФЗ и п. 3 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, относятся районный коэффициент и процентная надбавка к денежному довольствию за службу в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях.

Принимая во внимание отсутствие в Федеральном законе от 30 декабря 2012 года № 283-ФЗ и Порядке обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, утвержденном Приказом ФСИН России от 27 мая 2013 года № 269, прямого указания на необходимость учитывать в составе денежного довольствия для применения указанного коэффициента и процентных надбавок на компенсацию за работу сверх нормального количества рабочих часов, в выходные и праздничные дни, в ночное время, суд приходит к выводу о необоснованности доводов истца о необходимости начисления на оплату за сверхурочную работу и работу в выходные, праздничные дни и в ночное время районного коэффициента и процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера. 

Приказом ФСИН России № 533 от 26 сентября 2013 года утверждено Положение об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, регулирующее особенности режима рабочего времени и времени отдыха сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы при сменной работе.

В соответствии с указанным Положением продолжительность рабочего времени сотрудников рассчитывается исходя из 40 часов в неделю (п. 2); для сотрудников устанавливается суммированный учет рабочего времени за учетный период (квартал, полгода или год) (п. 3); продолжительность смены устанавливается по участкам службы, как правило, 8, 10, 12 или 24 часа. С учетом специфики работы, при условии соблюдения нормы рабочего времени за учетный период, может быть установлена иная продолжительность смены (п. 5); в течение смены сотруднику предоставляется перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается (п. 8); при работе в ночное время, при продолжительности смены 12 и более часов, сотрудникам может быть предоставлен дополнительный перерыв продолжительностью от одного до четырех часов в специально оборудованном помещении или месте. Указанный перерыв в рабочее время не включается (п. 9); на участках службы (работы), где по ее условиям предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, сотрудникам обеспечивается возможность отдыха и приема пищи в рабочее время (п. 10).

Судом установлено, что Приказом № 766-а от 29 декабря 2014 года утверждены Правила внутреннего трудового распорядка СИЗО-4. В соответствии с разделом 5 указанных Правил для сотрудников и работников устанавливается 5-ти дневная рабочая неделя с продолжительностью рабочего времени не более 40 часов в неделю. Для сотрудников дежурной службы устанавливается работа по графику сменности и суммированный учет рабочего времени с учетным периодом – полугодие. Правилами определен график работы дежурной службы – несение службы на внутренних и временных постах с 08-00 часов до 20-00 часов и с 20-00 часов до 08-00 часов и время приема пищи – не более 1 часа за смену. Оставлять место дежурства до прихода сменяющего сотрудника запрещено. При необходимости сотрудники могут привлекаться к службе сверх установленного времени, в выходные и праздничные дни с их письменного согласия, а в случаях, установленных законодательством (ст. 44 Положения о службе в органах внутренних дел) и без такового на основании приказа с предоставлением соответствующих компенсаций согласно ст.ст. 152, 153 Трудового кодекса РФ и Приказа ФСИН России № 269. В приказе указываются причины, вызвавшие необходимость сверхурочной работы, сотрудники, привлекаемые к такой работе, и ее продолжительность. В неотложных случаях приказ может быть отдан устно с последующим оформлением письменно не позднее трех суток. Данные учета отражаются в рапорте лица, осуществляющего учет, с указанием количества часов, отработанных конкретных сотрудником сверхурочно в каждый рабочий день. Рапорт с соответствующим решением начальника учреждения о привлечении к сверхурочной работе является основанием для предоставления компенсации за привлечение к сверхурочной работе. Приказ о службе в выходные и праздничные дни, табель, подтверждающий службу в указанные дни, являются основанием для предоставления сотрудникам соответствующей компенсации (дополнительной оплаты или предоставления других дней отдыха). На сотрудников распространяются ограничения продолжительности сверхурочных работ, а также ограничения возможности привлечения к их сверхурочным работам, к работе в выходные и праздничные дни и в ночное время, предусмотренные трудовым законодательством для соответствующих категорий рабочих и служащих. Сверхурочные работы не должны превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год. Учет служебного времени, в том числе отработанного сверхурочно, ведется лицами, ответственными за ведение табелей учета использования рабочего времени по отделам и службам, с отражением в табеле учета рабочего времени поименно, включая службу в выходные и праздничные дни, а также сверхурочно.

Приказом № 782-а от 31 декабря 2014 года в Правила внутреннего трудового распорядка СИЗО-4 на 2015 год внесены дополнения, согласно которым сотрудникам, работающим по графику сменности, также предоставляется перерыв для отдыха продолжительностью 1 час.

С Приказом № 766-а от 29 декабря 2014 года ФИО8 ознакомлен, что подтверждается соответствующим листом ознакомления.

Приказом № 817-а от 31 декабря 2015 года утверждены Правила внутреннего трудового распорядка СИЗО-4 на 2016 год, в которых режим труда и отдыха сотрудников СИЗО, в том числе сотрудников дежурной смены, порядок и условия привлечения к сверхурочным работам по сравнению с ранее установленными изменений не претерпели, увеличена продолжительность учетного периода для сотрудников, которым установлен суммированный учет рабочего времени, до одного года.

В соответствии с Приказом № 57-а от 1 февраля 2016 года ранее утвержденные Правила внутреннего трудового распорядка СИЗО-4 на 2016 год признаны утратившими силу, утверждены новые Правила внутреннего трудового распорядка на 2016 год, в которых положения, регулирующие режим рабочего времени и отдыха, порядок и условия привлечения сотрудников к сверхурочным работам также не изменены, Правилами предусмотрено, что с 1 января 2016 года сотрудникам дежурной службы предоставляется дополнительный перерыв для отдыха продолжительностью 1 час в специально оборудованном помещении или месте, который в рабочее время не включается.

С указанными Правилами внутреннего трудового распорядка ФИО8 также был ознакомлен, что подтверждается соответствующими листами ознакомления.

Из представленных материалов также следует, что ежегодно начальником СИЗО-4 утверждаются графики работы дежурных смен, с которыми сотрудники, в том числе ФИО8, знакомятся под роспись. В указанных графиках зафиксирована продолжительность рабочей смены сотрудников дежурной смены – с 8-00 часов до 20-00 часов дневное дежурство, с 20-00 часов до 8-00 часов – ночное дежурство, а также периодичность дежурств в каждом месяце календарного года. Согласно табелям учета рабочего времени за спорный период 2015-2016 годы продолжительность смены ФИО8 как сотрудника дежурной службы, учитываемая для исчисления размера денежного довольствия, составляла 10 часов. В табелях учета рабочего времени отражено также привлечение ФИО8 к прохождению службы в дни, являющиеся для него согласно графикам сменности, выходными днями. Ответчиком представлены суду приказы, подтверждающие, что в период прохождения службы ФИО8 предоставлялись дополнительные дни отдыха за сверхурочную работу (ранее отработанное время) - приказ № 75-к от 7 ноября 2016 года (29, 30 октября 2016 года), приказ № 83-к от 28 ноября 2016 года (14, 15, 30 ноября 2016 года). Из представленных ответчиком материалов также усматривается, что при необходимости привлечения сотрудников к службе в выходные дни в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю издавались приказы о выходе на службу 

<

данные изъяты> (приказ № 306-а от 29 июня 2016 года, № 401-а от 31 августа 2016 года и иные), в соответствии с которыми сотрудники дежурной службы, в том числе истец ФИО8, выводились на службу в дополнительные смены (являющиеся для них выходными днями согласно графикам сменности). При этом в табелях учета рабочего времени данные смены отражались как фактически отработанное ФИО8 время.

Оснований ставить под сомнение достоверность представленных ответчиком документов суд не усматривает, поскольку отраженные в них сведения соответствуют исследованным в ходе судебного разбирательства табелям учета рабочего времени ФИО8 Правильность исчисления размера денежного содержания за указанные в табелях учета рабочего времени часы работы, а также факт выплаты денежного содержания за отраженное в табелях учета рабочего времени отработанное время за спорный период 2015-2016 годы ФИО8 в судебном заседании не оспаривались. 

При таких обстоятельствах доводы истца о ненадлежащем осуществлении ответчиком учета рабочего времени, в том числе сверхурочных работ, работы в выходные дни, суд признает необоснованными.

Обращаясь в суд с рассматриваемым иском, истец ФИО8 указал на выполнение им сверхурочной работы до начала и по окончании рабочей смены продолжительностью по 1 часу, на ограничение ответчиком предусмотренного Правилами внутреннего трудового распорядка времени отдыха и приема пищи, не включаемого в рабочее время, а также на неоднократные привлечения его к выполнению служебных обязанностей в выходные дни, что не было включено в табель учета рабочего времени и не оплачено ответчиком. К таким периодам работы истцом отнесены подъем и прибытие сотрудников следственного изолятора по тревоге (для проведения тактико-строевых и командно-штабных занятий, для участия в обысковых и иных мероприятиях).

Порядок организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах, определяется Инструкцией № 204-дпс от 3 ноября 2005 года, утвержденной Приказом Минюста РФ, по смыслу которой обязанностью 

<

данные изъяты> инспекторов дежурной службы является надзор, т.е. система организационно-практических мер, направленных на постоянный контроль за поведением подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдением ими режима с целью обеспечения: правопорядка и законности; выполнения Правил внутреннего распорядка; изоляции лиц, содержащихся под стражей, их безопасности, а также персонала и иных лиц, находящихся на территории СИЗО.

Права и обязанности 

<

данные изъяты> инспектора дежурной службы ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю определяются соответствующей должностной инструкцией, утвержденной начальником СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО1 1 апреля 2015 года, с которой ФИО8 ознакомлен 1 апреля 2015 года. Согласно указанной Должностной инструкции 

<

данные изъяты> инспектор в своей служебной деятельности должен знать и правильно применять на практике режимные требования, порядок осуществления надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, Правила внутреннего распорядка СИЗО и исправительных учреждений, порядок работы с осужденными и лицами, содержащимися под стражей, состоящими на профилактическом учете, содержащимися в штрафном изоляторе или карцерном отделении (п. 6); в порядке, предусмотренном действующим законодательством, применять физическую силу. спецсредства и оружие (п. 12); владеть необходимыми знаниями, умениями, навыками, поддерживать их на должном профессиональном уровне и стремиться к повышению профессионального мастерства, нести ответственности за неудовлетворительные результаты по служебной, физической, боевой и специальной подготовке (п. 24); знать и выполнять свои должностные обязанности (п. 15).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц.

Граждане, добровольно избирая такого рода деятельность, в свою очередь соглашаются с ограничениями, которые обуславливаются приобретаемым ими правовым статусом, а потому установление особых правил прохождения государственной службы, включая правоохранительную службу, и требований к избравшим ее лицам само по себе не может расцениваться как нарушение закрепленных в ст.ст. 32 (ч. 4) и 37(ч. 1) Конституции РФ права на равный доступ к государственной службе и права свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Данные правовые позиции носят общий характер и в равной степени применимы к гражданам, проходящим службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы.

Регулируя вопросы организации надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, вышеуказанная Инструкция № 204-дсп предусматривает, что расстановка младших инспекторов по постам, маршрутам и участкам работ, порядок несения службы, время и продолжительность обеденного перерыва, взаимозаменяемость каждой группы и отдельных сотрудников определяется начальником дежурной смены (ДПНСИ). Никто кроме ДПНСИ, начальника корпусного отделения, заместителя ДПНСИ не имеет права ставить младших инспекторов на посты, сменять или снимать с постов (п. 16.1). До начала смены в период за 30 мин. + 1 час ДПНСИ и его заместитель готовят смену к разводу (п. 24.1), что предусматривает построение личного состава дежурной смены и проверку его внешнего вида; проверку по приказу (персональной расстановке) прибытие младших инспекторов на службу, отметку отсутствующих (п. 24.3). Инструктаж перед заступлением на посты включает в себя разбор недостатков в несении службы во время предыдущего дежурства, а также на примерах чрезвычайных происшествий, допущенных в других учреждениях. Прием-сдача поста у камер младшими инспекторами начинается с приема подозреваемых, обвиняемых и осужденных по данным последней проверки с учетом предшествующего движения, в присутствии младших инспекторов сдающей и заступающей смен производится количественная проверка спецконтингента и решаются вопросы, возникающие в ходе приема-сдачи (п. 24.5). При заступлении на пост младший инспектор совместно с начальником корпусного отделения должен принять подозреваемых, обвиняемых и осужденных, о чем сделать запись в соответствующей постовой ведомости; тщательно проверить и убедиться в исправности оборудования поста: дверей камер, кабинетов и подсобных помещений, расположенных на посту, замков, освещения, средств сигнализации и связи, противопожарного инвентаря, а также принять по описи имущество поста, убедившись в его комплектности и исправности (п. 16.2). В соответствии с п. 24.2 Инструкции младшие инспекторы прибывают на службу заблаговременно (при этом конкретное время прибытия Инструкцией не регламентировано).

В соответствии с Должностной инструкцией 

<

данные изъяты> инспектора 

<

данные изъяты> СИЗО-4 он не вправе оставлять пост, пока не будет сменен или снят (п. 15); при заступлении на пост совместно с начальником корпусного отделения обязан принимать подозреваемых, обвиняемых и осужденных, о чем делать запись в постовой ведомости; тщательно проверять и убеждаться в исправности оборудования поста, а также принимать по описи имущество поста, убедившись в его исправности и комплектности (п. 29). Должностной инструкцией также регламентированы должностные обязанности 

<

данные изъяты> инспектора непосредственно в период несения службы в зависимости от расстановки по конкретным постам в учреждении, включающие в себя мероприятия по надзору за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, вывод спецконтингента из камер, проведение обысковых и иных мероприятий; контроль за выполнением спецконтингентом установленного порядка содержания под стражей и соблюдением требований внутреннего распорядка.

Из пояснений в судебном заседании истца, показаний свидетелей, представленных суду выкопировок их Журналов медицинских осмотров следует, что до заступления на службу 

<

данные изъяты> инспектор 

<

данные изъяты> в обязательном порядке проходит медицинский осмотр, инструктаж, ознакомление с оперативной обстановкой в учреждении, расстановку по постам согласно суточным приказам (выписки из которых представлены суду и содержат сведения о продолжительности рабочей смены с 08-00 часов до 20-00 часов или с 20-00 часов до 08-00 часов и расстановку сотрудников по конкретным постам) и иные мероприятия. Указанные мероприятия фактически проводятся до определенного Правилами внутреннего трудового распорядка времени начала рабочей смены, что не оспаривалось в судебном заседании стороной ответчика, и по существу являются мероприятиями, связанными с подготовкой сотрудников к несению службы. Кроме того, младшие инспекторы заступающей и сдающей смен принимают участие в приеме-сдаче поста, проверке спецконтингента и иных мероприятиях, связанных как с заступлением на службу, так и завершением рабочей смены и передачей дежурства. 

Судом также установлено, что Правилами внутреннего трудового распорядка исправительного учреждения в течение рабочей смены предусмотрено предоставление сотрудникам дежурной службы времени для приема пищи и времени отдыха общей продолжительностью 2 часа. По смыслу ст. 108 Трудового кодекса РФ, Положение об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего трудового распорядка СИЗО-4, время перерыва для отдыха и питания в рабочее время не включается. 

Из пояснений в судебном заседании представителей ответчиков следует, что особенности несения службы сотрудника дежурной смены позволяют предоставлять ему в течение рабочей смены время для приема пищи и отдыха в пределах предусмотренной Правилами внутреннего трудового распорядка учреждения путем подмены его на посту иными сотрудниками. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО4, ФИО5 и др., содержание которых подробно изложено выше. Из пояснений в судебном заседании представителей ответчиков и показаний свидетелей также следует, что для приема пищи в учреждении организована столовая, сотрудники могут воспользоваться временем для приема пищи непосредственно на посту, для отдыха сотрудников оборудована комната психологической разгрузки. Оснований ставить под сомнение достоверность указанных сведений суд не усматривает. 

Доводы ФИО8 о том, что время приема пищи в течение рабочей смены ограничивалось работодателем, время для отдыха не предоставлялось вообще, объективными доказательствами не подтверждены, данных, свидетельствующих о том, что он обращался к администрации учреждения с требованием представления ему времени отдыха установленной Правилами продолжительности, в чем ему было отказано, суду не представлено и в судебном заседании не добыто. Показания свидетелей ФИО2, ФИО3 о том, что время приема пищи ограничивалось устными распоряжениями представителей администрации учреждения, исследованные в судебном заседании постовые ведомости за спорный период прохождения ФИО8 службы не могут быть приняты судом во внимание в качестве доказательств, достоверно подтверждающих указанные доводы истца, поскольку показания свидетелей носят общий характер, совместно с ФИО8 в составе дежурной смены свидетели службу не проходили и очевидцами фактического использования им времени отдыха и приема пищи не являлись; анализ постовых ведомостей позволяет сделать вывод о том, что контроль за ведением постовых ведомостей осуществляется в учреждении не надлежаще, время приема-сдачи поста в них фиксируется не всегда, также как и время подмены для приема пищи и по иным основаниям (в том числе для отдыха), в ряде постовых ведомостей отсутствуют подписи принимающих и сдающих смену лиц, что не позволяет прийти к бесспорному выводу, что указанное в постовых ведомостях время приема-сдачи поста, время подмены отражает фактическую продолжительность рабочей смены истца в конкретный день.

Судом также установлено, что с целью подготовки к выполнению задач при возникновении чрезвычайных обстоятельств в учреждениях уголовно-исполнительной системы (каковыми являются массовые беспорядки, групповые неповиновения осужденных и лиц, содержащихся под стражей, побеги из-под охраны и иные обстоятельства) Приказом Министерства юстиции России № 233дпс от 5 декабря 2014 года утверждена Инструкция по подготовке уголовно-исполнительной системы к действиям в чрезвычайных ситуациях, согласно которой поддержание учреждений и органов уголовно-исполнительной системы в постоянной готовности к действиям при чрезвычайных обстоятельствах достигается в том числе своевременным проведением мероприятий по подготовке к выполнению задач при возникновении чрезвычайных обстоятельств, обученностью сотрудников уголовно-исполнительной системы и слаженностью действий подразделений, своевременным и организованным привлечением сил и средств (резервов) в соответствующие степени готовности.

Из пояснений в судебном заседании представителей ответчика, представленных суду выписок из приказов ГУФСИН России по Красноярскому краю об организации охраны объектов ГУФСИН, выписок из приказов ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю об организации охраны ФКУ СИЗО-4 следует, что во исполнение вышеуказанной Инструкции с установленной приказами периодичностью в учреждении проводятся тренировки по отработке вопросов оповещения и сбора сотрудников по тревоге со сбором личного состава и без такового в виде командно-штабных тренировок и тактико-строевых занятий.

Такие мероприятия проводились в указанные истцом дни 25 февраля, 5, 20, 28 мая, 14, 17 июня, 16 июля 2015 года, 30 июня, 21 июля, 15, 27 октября 2016 года, что подтверждается справками о проводимых тревогах за 2015-2016 год, справками о сборах личного состава за указанный период, справками по результатам проведения тактико-специальных тренировок с личным составом ФКУ СИЗО-4, представленным ответчиком. 

Анализ представленных материалов в совокупности с данными учета рабочего времени истца позволяет суду прийти к выводу, что, вопреки доводам ФИО8, тренировочные занятия проводились в период, по продолжительности не превышающий 3-х часов; в ряд из дней проведения тренировочных занятий ФИО8 в соответствии с графиком сменности и табелями учета рабочего времени находился на дежурной смене (например, 25 февраля 2015 года истец находился на смене до 08-00 часов при проведении мероприятия в период с 04-50 часов до 07-00 часов, 21 июля 2016 года истец находился на смене до 08-00 часов при проведении мероприятии в период с 06-00 часов до 07-25 часов); ряд мероприятий (например 17 июня 2015 года) проводился без сбора личного состава; на мероприятие, проведенное 27 октября 2016 года в период с 05-45 часов до 08-05 часов, истец опоздал. Из вышеуказанных справок и пояснений в судебном заседании представителей ответчиков также следует, что проводимые тренировочные занятия включают в себя построение личного состава, проведение проверки экипировки, наличие вооружения, строевые занятия и иные мероприятия, в ряде случаев занятия проводятся лишь с сотрудниками, включенными в нештатные группы специального назначения (в списочный состав которых ФИО8 согласно представленным суду копиям приказов о создании НГСН не входил), и сотрудниками отдела охраны (каковым ФИО8 также не является). В ходе проводимых мероприятий сотрудники дежурной службы к выполнению непосредственных должностных обязанностей, связанных с осуществлением надзора за спецконтингентом, не привлекаются.

Доказательств обратного, опровергающих сведения, содержащиеся в исследованных судом материалах по фактам проведения тренировочных занятий, истцом суду не представлено. Таким образом, доводы истца о его фактической занятости в проводимых тревогах, а также о продолжительности привлечения к службе в выходные дни, подтверждения в судебном заседании не нашли.

Оценка исследованных в судебном заседании доказательств и установленных фактических обстоятельств дела позволяет суду прийти к выводу, что необходимость проведения организационных мероприятий, связанных с заступлением сотрудников дежурной смены на службу и ее окончанием, необходимость проведения мероприятий, направленных на подготовку к действиям сотрудников учреждения в условиях чрезвычайных ситуаций, участие в данных мероприятиях сотрудников дежурной службы следственного изолятора обусловлены особым характером службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы и выполняемыми ими задачами, связанными с обеспечением правопорядка в исправительном учреждении (следственном изоляторе), в связи с чем служащим в системе исполнения наказаний предоставляется ряд гарантий и компенсаций, в том числе в виде доплаты за особые условия службы. 

Системный анализ приведенных выше нормативно-правовых актов свидетельствует о том, что трудовое законодательство, нормы, регулирующие вопросы прохождения службы в уголовно-исполнительной системе, порядок выплаты денежного содержания сотрудникам уголовно-исполнительной системы время подготовки к несению службы и заключительные мероприятия по ее окончании, время участия в занятиях по специальной подготовке, наработке навыков по учебным тревогам и иные подготовительные мероприятия, время перерывов для отдыха и приема пищи в рабочее время не включают. 

Учет рабочего времени, в течение которого, как утверждает истец, он был занят до заступления на смену и по ее окончании, а также во время перерывов для приема пищи и отдыха, в учреждении не велся, с соответствующими рапортами об учете этого времени как фактически отработанного, истец к ответчику не обращался, приказов о привлечении истца к работе (службе) сверх установленной продолжительности рабочего времени в указанные им периоды ответчиком не издавалось. Доказательств ограничения его права на отдых и привлечения к исполнению должностных обязанностей именно по инициативе ответчика истцом суду не представлено.

Изложенное убеждает суд в необоснованности доводов ФИО8 о выполнении им сверхурочной работы и, как следствие, в отсутствии оснований для возложения на ФКУ «СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю» обязанности произвести ее оплату. 

Фактически отработанное истцом время, учтенное работодателем за учетные периоды 2015-2016 годов, нормы рабочего времени в указанный период не превышает, что подтверждается справками ответчика по данным учета рабочего времени, сведения в которых проверены судом и признаны арифметически верными.

Разрешая исковые требования ФИО8, суд также учитывает, что в ходе судебного разбирательства ответчиком заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового (служебного) спора.

Поскольку нормами законодательства, регулирующими вопросы прохождения службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, сроки обращения в суд за разрешением спора не регламентированы, разрешая вопрос о соблюдении сроков обращения в суд, суд руководствуется положениями ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ, согласно которой работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Федеральным законом № 272-ФЗ от 3 июля 2016 года, вступившим в силу 3 октября 2016 года и распространяющим свое действие на правоотношения, возникшие после его вступления в силу, ст. 392 ТК РФ дополнена частью 2, согласно которой за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Согласно правовой позиции, приведенной в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» № 2 от 17 марта 2004 года, при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Вместе с тем, указанное, вопреки доводам стороны истца, не применимо в рассматриваемом споре, поскольку ФИО8 заявлены требования о взыскании недополученных (по его мнению) сумм, которые фактически работодателем не начислялись, таким образом, правоотношения сторон спора не носят характер длящихся. В отношении правильности начисления денежного содержания и оплаты сверхурочных работ, привлечения к работе в выходные дни за конкретный период срок обращения в суд за разрешением трудового спора подлежит исчислению по правилам ст. 392 ТК РФ не позднее, чем с даты, когда должна быть произведена соответствующая выплата, свидетельствующая о завершении между сторонами расчетов за соответствующий отработанный период.

В ФКУ «СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю» для сотрудников дежурной службы, как указано выше, установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом в 2015 году – полгода, в 2016 году – год. При этом при определении продолжительности учетного периода за 2015 год суд руководствуется Правилами внутреннего трудового распорядка учреждения как локальным нормативным актом, регулирующим вопросы труда и отдыха сотрудников учреждения, режим их рабочего времени и порядок его учета и не принимает во внимание утвержденное Приказом № 14 от 29 декабря 2014 года Положение об учетной политике на 2015 год, согласно которым учетный период при суммированном учете рабочего времени составляет 1 год, регулирующее исключительно правила организации и ведения бухгалтерского учета, но не определяющего режим труда и отдыха сотрудников.

Выплата денежного довольствия за текущий месяц сотрудникам учреждений уголовно-исполнительной системы, в том числе, проходящим службу в ФКУ «СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю», как указано выше производится один раз в период с 20 по 25 число. В этот же срок выплачивается денежное довольствие по перерасчетам в связи с присвоением специального звания, назначением на иную штатную должность, изменением размера ежемесячной надбавки к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет) и по другим основаниям, влекущим изменение размеров денежного довольствия, в том числе компенсации за выполнение служебных обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни, сверх установленной законом продолжительности рабочего времени.

По смыслу законодательства расчеты по оплате сверхурочной работы при суммированном учете рабочего времени производятся по окончании учетного периода, соответственно, расчет оплаты сверхурочных работ за первое полугодие 2015 года с истцом должен был быть произведен в срок выплаты денежного довольствия в июле 2015 года, за второе полугодие – в январе 2016 года, расчет оплаты сверхурочных работ за 2016 год – в январе 2017 года. Начисление и выплата компенсаций за работу в выходные и праздничные дни, в ночное время, как следует из представленных ответчиком сведений о начислении и выплате ФИО8 денежного довольствия, осуществляется не позднее месяца, следующего за учетным. 

В судебном заседании истец не оспаривал, что ежемесячно получал от ответчика расчетные листки, содержащие сведения о начислении ему денежного содержания и его составляющих. Из представленных суду расчетных листков усматривается, что сведения об оплате сверхурочной работы подлежат отражению в них в соответствующей графе.

Таким образом, ежемесячно получая денежное содержание и сведения о его размерах, о нарушении своего права на оплату сверхурочной работы за первое полугодие 2015 года ФИО8 должен был узнать в июле 2015 года, о нарушении своего права на оплату сверхурочной работы за второе полугодие 2015 года - в январе 2016 года, когда в соответствии с требованиями трудового законодательства и ведомственных нормативных актов, регулирующих выплату сотрудникам уголовно-исполнительной системы денежного довольствия, с ним должны были быть произведены расчеты за оплату сверхурочной работы за учетный период при наличии таковой. О нарушении своего права на оплату привлечения к работе в выходные дни ФИО8 должен был узнать при выплате денежного довольствия за соответствующий период, т.е. с учетом указанных им дней привлечения к работе в выходные дни в период с февраля 2015 года по июль 2016 года - в марте 2015 года, июне, июле, августе 2015 года, июле, августе 2016 года.

Вместе с тем, с рассматриваемым иском, включающим в себя требования о взыскании компенсации за сверхурочную работу за 2015 год, требования о взыскании оплаты за работу в выходные дни за период с февраля 2015 года по июль 2016 года, ФИО8 обратился в суд лишь 26 октября 2017 года (что подтверждается почтовым штемпелем на конверте к почтовому отправлению), т.е. со значительным пропуском предусмотренного ч. 1 ст. 392 ТК РФ в редакции, действовавшей до 3 октября 2016 года, трехмесячного срока. 

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд с иском за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, необходимость осуществления ухода за тяжелобольным членом семьи, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие обстоятельств непреодолимой силы, объективно не зависящих от воли заинтересованного лица). 

Доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин пропуска указанного срока, истцом суду не представлено, ходатайства о восстановлении пропущенного срока истцом не заявлено. Доводы ФИО8 о том, что о нарушении своего права он узнал лишь после увольнения и получения соответствующей консультации юриста, в период прохождения службы полагаясь на добросовестность ответчика, не могут быть приняты судом во внимание как обстоятельства, свидетельствующие об уважительности причин пропуска срока для обращения в суд за разрешением спора, поскольку о неначислении и неоплате денежного содержания за сверхурочную работу истец, как указано выше, должен был узнать, получая ежемесячное денежное содержание в спорный период. Более того, в судебном заседании истец пояснял, что в период прохождения службы обращался к администрации учреждения с вопросами неначисления оплаты сверхурочной работы, связанной по его мнению с необходимостью прибытия и убытия со службы за пределами смены, с непредоставлением предусмотренного правилами внутреннего трудового распорядка времени для приема пищи и отдыха, что также свидетельствует о его осведомленности о предполагаемом нарушении права.

Таким образом, срок для обращения в суд с требованиями о взыскании компенсации за сверхурочную работу за 2015 год, о взыскании оплаты за работу в выходные дни за период с февраля 2015 года по июль 2016 года истцом ФИО8 пропущен без уважительных причин. При этом по смыслу законодательства пропуск срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении данной части заявленных требований.

О нарушении своего права на оплату сверхурочных работ за 2016 год ФИО8 должен был узнать в январе 2017 года, равно как в ноябре 2016 года он должен был узнать о предполагаемом нарушении права на оплату работы в выходные дни октября 2016 года. В указанный период установленный ст. 392 ТК РФ срок для обращения в суд за разрешением спора об оплате труда составляет 1 год и при обращении ФИО8 с рассматриваемым иском 26 октября 2017 года по данной части исковых требований не пропущен. Вместе с тем, в удовлетворении данной части исковых требований суд полагает необходимым отказать, исходя из установленных фактических обстоятельств дела.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленных ФИО8 требований о взыскании компенсации за сверхурочную работу и работу в выходные дни, суд приходит к выводу об отсутствии оснований к удовлетворению производных от данных требований требований истца о взыскании компенсации за задержку выплаты сумм в соответствии со ст. 236 ТК РФ.

Учитывая, что положениями ст. 237 ТК РФ предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя, а в рассматриваемом споре факты нарушения трудовых прав истца со стороны ответчика подтверждения не нашли, не подлежащими удовлетворению суд признает и требования о взыскании в пользу ФИО8 компенсации морального вреда.

Поскольку в силу ст.ст. 98, 100 ГПК РФ судебные расходы, включающие в себя расходы на оплате услуг представителя, возмещаются стороне, в чью пользу состоялось судебное решение, понесенные ФИО8 расходы по оплате юридических услуг возмещению ответчиком не подлежат. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО8 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 4 ГУФСИН России по Красноярскому краю» о взыскании компенсации за сверхурочную работу, взыскании компенсации за работу в выходные дни, взыскании компенсации за задержку выплаты указанных сумм, компенсации морального вреда, судебных расходов – оставить без удовлетворения в полном объеме заявленных требований.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Норильский городской суд в районе Кайеркан г. Норильска Красноярского края.

Судья Ю.О. Бурханова

Решение суда в окончательной форме принято 27 февраля 2018 года.