УИД 45RS0006-01-2020-000604-12

Дело № 2-381/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Каргапольский районный суд Курганской области в составе председательствующего судьи Гомзяковой И.Ю.,

при секретаре судебного заседания Родионовой А.Н.,

с участием прокурора прокуратуры Каргапольского района – Путькова И.Ю.,

истца ФИО1, его представителя ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрел в открытом судебном заседании в р.п. Каргаполье 16.09.2020 гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5, АО «Мостострой-11» о признании отношений трудовыми, внесении записи в трудовую книжку, возложении обязанности предоставить индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам, признании травмы несчастным случаем на производстве, возложении обязанности по направлению листка временной нетрудоспособности, возложении обязанности составить акт по факту несчастного случая на производстве, взыскании солидарно компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, о возложении обязанности предоставить индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам, производстве отчислений, признании травмы несчастным случаем на производстве, направлении листка нетрудоспособности, взыскании компенсации морального вреда. Впоследствии исковые требования изменил, предъявив их также к ФИО5, АО «Мостострой-11». В обоснование иска указал, что устроился на работу вахтовым методом к ИП ФИО3 с 05.03.2020 по 12.03.2020, работал в должности машиниста бульдозера. Работа велась на объекте ТФ Мостоотряд-36. Трудовой договор не оформлялся. Во время работы был заселен в недостроенное нежилое здание по ул. Пионерская, 85 в с. Ярково, Ярковского района Тюменской области, которое принадлежит ответчику ФИО5 12.03.2020, являясь работником ИП ФИО3, находясь на вахте в нежилом здании по ул. Пионерская, 85 в с. Ярково, упал в вентиляционное отверстие между третьим и вторым этажом. При падении получил закрытый оскольчатый внутрисуставный перелом дистального метаэпифиза большеберцовой кости правой голени со смещением отломков, закрытый перелом пяточной кости левой стопы. С данной травмой он поступил в приемное отделение ОБ № 24 с. Ярково, откуда в дальнейшем был переведен в ГБУЗ ТО «Областная клиническая больница № 2» г. Тюмени. В настоящее время истец проходит амбулаторное лечение в ФГБУ «НМИЦ ТО имени академика Г.А. Илизарова» в г. Кургане. По факту получения травмы проведена проверка, в возбуждении уголовного дела отказано. Указывает, что по факту получения травмы не была создана соответствующая комиссия о расследовании несчастного случая на производстве, что противоречит требованиям ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации, и не оформлен акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1. Считает, что несчастный случай, произошедший с ним указан в ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации. Указывает, что в результате полученных травм он испытывал сильные боли, перенес множество медицинских манипуляций, операции, уколы. До настоящего времени проходит лечение. Все это причиняет ему нравственные и физические страдания. Просит установить факт трудовых отношений ФИО1 с ИП ФИО3 в должности машиниста бульдозера вахтовым методом с 02.03.2020, обязать ИП ФИО3 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности машиниста бульдозера с 02.03.2020, обязать ИП ФИО3 предоставить в УПФ России индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам на ФИО1 за период с 02.03.2020 и произвести соответствующие отчисления, признать травму, полученную ФИО1 12.03.2020 по адресу: 

<

...>, несчастным случаем на производстве, обязать ИП ФИО3 в течение 10 дней с момента вступления решения суда в законную силу направить лист временной нетрудоспособности в Тюменское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, обязать ИП ФИО3, АО «Мостострой-11» в десятидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу составить акт формы Н-1 по факту несчастного случая, произошедшего на производстве 12.03.2020 с ФИО1, в тот же срок выдать один экземпляр акта ФИО1 и направить его в Тюменское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации, взыскать солидарно с ИП ФИО3, ФИО5, АО «Мостострой-11» компенсацию морального вреда за полученную травму, нарушение трудовых прав в размере 500000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, дал объяснения согласно доводам, изложенным в иске, его представитель ФИО2 исковые требования поддержал, дал объяснения согласно доводам, изложенным в иске. Дополнительно объяснили, что истец был приглашен на работу к ИП ФИО3 для работы вахтовым методом. Трудовой договор с ним не был заключен, соответствующие записи о приеме на работу в трудовую книжку внесены не были. Выразили несогласие с тем, что истец находился в командировке. Кроме того, командировочные расходы ему выданы не были, также не было выдано командировочное удостоверение. Представитель истца ФИО2 уточнил, что исковые требования предъявлены к АО «Мостострой-11».

Представитель ответчика – ИП ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании с иском не согласилась, дала объяснения согласно доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление. Дополнительно объяснила, что ответчик ИП ФИО3 не оспаривает факта трудовых отношений с истцом. Действительно трудовой договор не был заключен. Запись не внесена в трудовую книжку по причине того, что истец ее работодателю не предоставил до настоящего времени. Все отчисления произведены в пенсионный фонд, листки нетрудоспособности, которые были направлены истцом посредством мессенджеров, оплачены, также ему выплачена заработная плата за период с 02.03.2020 по 12.03.2020. Оригиналы листков нетрудоспособности истец ответчику не передал. 

Представитель ответчика – АО «Мостострой-11» в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие. В возражениях на исковое заявление выразил несогласие с заявленными исковыми требованиями. 

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил. 

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, их представителей, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности профессию. 

К основным принципам правого регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанным принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференции Международной организации труда 15.06.2006 принята Рекомендация № 198 «О трудовом правоотношении».

В п. 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы. 

В п. 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами. 

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-участники должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (п. 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении). 

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения — это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается. 

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (ч. 1 ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации). 

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом. 

Вместе с тем, согласно ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. 

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенного правового положения таких работников (п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-О-О).

В ч. 1 ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. 

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (п. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор, неоформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме. Не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом. 

Частью 1 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из вышеприведенных нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. 

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законом, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения. 

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанности по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагаются на работодателя. 

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора — заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания ст. ст. 11 и 15, ч. 3 ст. 16 и ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. 

Цель указанной нормы — устранение неопределенности правого положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации). Правом на заключение трудового договора с работником обладает не только работодатель, но и его уполномоченный на это представитель. 

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений ст. ст. 15, 16, 56 и ч. 2 т. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. ст. 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи. 

Обращаясь с иском, ФИО1 указал, что трудоустроился к ИП ФИО3 02.03.2020 и работал у ответчика в качестве машиниста бульдозера вахтовым методом. 

В судебном заседании представитель ответчика ИП ФИО3 не оспаривала факт наличия между истцом и ответчиком трудовых отношений, однако, возражала, что истец был принят на работу именно вахтовым методом. 

В соответствии со ст. 297 Трудового кодекса Российской Федерации вахтовый метод — особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых отдаленных района или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности.

Согласно ст. 300 Трудового кодекса Российской Федерации при вахтовом методе работы устанавливается суммированный учет рабочего времени за месяц, квартал или иной более длительный период, но не более чем за один год. 

В соответствии с ч. 3 ст. 104 Трудового кодекса Российской Федерации порядок ведения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка организации.

Совокупность исследованных доказательств, в частности: приказ о приеме на работу, приказ о командировке, трудовой договор, расчетные листки, а также объяснения самого истца, который указал, что при встрече с уполномоченным ИП ФИО3 лицом при передаче ему документов на бульдозер, в день приезда в с. Ярково ИП ФИО3 были выданы командировочные расходы в размере 3 000 рублей, место проживания во время ремонта дороги было определено АО «Мостострой-11» подтверждает, что истец не работал вахтовым методом. Доказательства, подтверждающие, что ФИО1 работал у ответчика вахтовым методом в деле отсутствуют.

Доводы истца, о том, что им осуществлялась работа на удаленном от его места жительства участке, фактически он трудоустраивался на работу вахтовым методом, является ошибочным, основан на неверном толковании положений ст.297 Трудового кодекса Российской Федерации.

Следовательно, суд считает исковые требования в части установления факта наличия трудовых отношений с ИП ФИО3 с 02.03.2020 вахтовым методом подлежащими частичному удовлетворению, с установлением факта трудовых отношений между истцом ФИО1 и ИП ФИО3 с 02.03.2020 в должности машиниста бульдозера на неопределенный срок.

Согласно ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. 

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми, у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать внесения записей о приеме на работу в трудовую книжку.

Правила ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2003 № 255 «О трудовых книжках» возлагают обязанность организации работы по ведению, хранению, учету и выдачетрудовыхкнижек на работодателя (п. п. 32, 45 Правил).

По смыслу приведенных норм права на работодателя возлагается обязанность по ведению и оформлению трудовой книжки в соответствии с предписаниями Правил.

Поскольку факт трудовых отношений между сторонами установлен, подлежат удовлетворению требования ФИО1 о возложении на ответчика обязанности внести в его трудовую книжку запись о трудоустройстве к ИП ФИО3 в должности машиниста бульдозера с 02.03.2020.

Разрешая требования истца о возложении обязанности на ответчика ИП ФИО3 произвести отчисления страховых взносов от выплаченной заработной платы в период работы в Пенсионный фонд Российской Федерации, суд учитывает следующее.

В силу ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе индивидуальные предприниматели.

Согласно ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» застрахованными лицами, в том числе, являются граждане Российской Федерации, работающие по трудовому договору или по договору гражданско-правового характера, предметом которого являются выполнение работ и оказание услуг, а также по авторскому и лицензионному договору.

В соответствии с ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» исчисление, порядок и сроки уплаты страховых взносов, порядок обеспечения исполнения обязанности по уплате страховых взносов регулируются законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст.8 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» в соответствии с законодательством, страхователь - работодатель, заключающий с застрахованными лицами трудовые договоры или договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы, обязан в установленные сроки представлять в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведения обо всех указанных лицах, за которых он уплачивает страховые взносы в системе обязательного пенсионного страхования.

Согласно п. 1 ст. 11 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 2.2 настоящей статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 2.3 настоящей статьи, - в налоговые органы по месту их учета.

В соответствии со ст. 419 Налогового кодекса Российской Федерации, плательщиками страховых взносов признаются лица, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования: лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам: организации, индивидуальные предприниматели, физические лица, не являющиеся индивидуальными предпринимателями.

В соответствии со ст. 420 Налогового кодекса Российской Федерации, объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абз. 2 и 3 подп. 1 п. 1 ст. 419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подп. 2 п. 1 ст. 419 настоящего Кодекса, в том числе, в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг).

В соответствии со ст. 432 Налогового кодекса Российской Федерации, исчисление суммы страховых взносов, подлежащих уплате за расчетный период плательщиками, указанными в подп. 2 п. 1 ст. 419 настоящего Кодекса, производится работодателями самостоятельно в соответствии со ст. 430 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей. 

Суммы страховых взносов исчисляются плательщиками отдельно вотношениистраховых взносов на обязательное пенсионное страхование и страховых взносов на обязательное медицинское страхование.

Как следует из сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО1 от 19.08.2020 за спорный период в Пенсионный фонд России ИП ФИО3 произведена уплата взносов на страховую пенсию ФИО1, в связи с чем, оснований для возложения на ИП ФИО3 обязанности предоставить в УПФР индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам и производстве отчислений не имеется. 

Требования истца ФИО1 о возложении на работодателя обязанности направить лист временной нетрудоспособности в Тюменское региональное отделение Фонда социального страхования также не подлежат удовлетворению. Как следует из объяснений представителя ответчика ИП ФИО3 оригиналы листков нетрудоспособности ФИО6 не были переданы работодателю, оплата листков нетрудоспособности произведена работодателем по их копиям. Данное обстоятельство не оспаривалось истцом в ходе судебного разбирательства. В связи с чем, у работодателя отсутствовала возможность направления листков нетрудоспособности в Фонд социального страхования, по причине не передачи их самим истцом. 

В силу ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастный случай на производстве — событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работы, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации, расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что в силу положений ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ и ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или наличном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Таким образом, руководствуясь при расследовании несчастного случая ст. ст. 229, 229.1, 229.2, 229.3, 230, 230.1 Трудового кодекса Российской Федерации, комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая и определяет, связан несчастный случай с производством, трудовыми отношениями или работами по заданию работодателя, осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах или не связан с вышеуказанными обстоятельствами. 

Наличие трудовых отношений между работником и работодателем само по себе не может иметь определяющего значения при квалификации несчастного случая и определять его связь с производством.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что произошедший с ФИО1 12.03.2020 несчастный случай не связан с производством. 

Служебной командировкой признается поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы (ч. 1 ст. 166 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 4 Положения об особенностях направления работников в служебные командировки, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 13.10.2008 № 749 срок командировки определяется работодателем с учетом объема, сложности и других особенностей служебного поручения.

Срок служебной командировки — это период со дня выезда работника в командировку по день его приезда из нее (абз 2 п. 4 Положения).

Согласно ст. 106 Трудового кодекса Российской Федерации время отдыха — время, в течение которого работник свободен от исполнения своих трудовых обязанностей, и которое он может использовать по своему усмотрению.

Согласно ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее место — место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. 

Федеральный законодатель, действуя в пределах предоставленных ему полномочий, установил в ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации, что расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие, в частности, с работниками при исполнении ими трудовых обязанности или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах (ч.1), и определил перечень условий отнесения названных в данной статье событий к подлежащим расследованию несчастным случаям (ч.ч. 3 и 4) (данная правовая позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.11.2007 № 727-О-О).

Несчастными случаями признаются события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), повлекшие временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, если они произошли, в частности:

- в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения сотрудником работы;

-при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком.

Чтобы определить, является ли травма, полученная в командировке, производственной, нужно установить, в чьих интересах действовал работник в момент ее получения.

Решение о том, как квалифицировать травму, принимает комиссия по результатам расследования несчастного случая (ч. 5 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из вышеуказанных положений трудового законодательства Российской Федерации следует, что признание несчастного случая как производственного, страхового, производится в случае, если работник во время получения травмы находился при исполнении трудовых обязанностей, выполнял работы по поручению работодателя либо действовал в интересах работодателя. 

Судом установлено, что истец ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ИП ФИО3 в должности машиниста бульдозера. 05.03.2020 был направлен в командировку с 05.03.2020 по 31.03.2020 с целью исполнения заявки № АМС0000740 от 03.03.2020 АО «Мостострой-11» ТФ «Мостоотряд-36». Как следует из путевого листа рабочий день был определен с 08:00 до 20:00.

В судебном заседании было установлено, что ФИО1 проживал в гостинице по ул. Пионерская, 85 в с. Ярково Ярковского района Тюменской области. 

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела следует, что 12.03.2020 около 20:00 ФИО1 после работы находился в гостинице на 4 этаже в комнате № 6, расположенной по адресу: ул. Пионерская, 85 в с. Ярково Ярковского района Тюменской области. В гостинице на 3 этаже расположена комната со стиральной машиной, куда ФИО1 поставил стирать свои вещи. В 21:00 пошел проверить свои вещи в стиральной машине, развешал их рядом со стиральной машиной и ушел в свою комнату. Около 22:00 вновь пошел проверить свои вещи, но так как они не высохли, пошел в свою комнату, где провалился в вентиляционное отверстие между 3 и 2 этажами. 

Как следует из заключения эксперта № 061 от 26.03.2020 у ФИО1 при обращении его за медицинской помощью имелись повреждения: закрытый оскольчатый вколоченный внутрисуставной перелом нижней трети диафиза большеберцовой кости, распространяющийся на эпифиз и суставную поверхность кости со смещением отломков, закрытый перелом левой пяточной кости. Данные повреждения образовались, вероятно, незадолго до обращения за медицинской помощью, возможно 12.03.2020, в результате ударного взаимодействия с тупым твердым предметом, возможно, при вертикальном падении со значительной высоты на тупую твердую поверхность на выпрямленные ноги. В связи с этим, данные повреждения следует квалифицировать в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку стойкой утраты общей трудоспособности более чем на одну треть.

Разрешая спор с учетом установленных по делу обстоятельств на основании собранных по делу доказательств в виде объяснений сторон, письменных материалов дела, руководствуясь положениями ст. ст. 227 - 230 Трудового кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Положения «Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утвержденного Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о признании травмы производственной, возложении обязанности составить акты формы Н-1 по факту несчастного случая на производстве, его выдаче и направлении в Фонд социального страхования, поскольку оснований для признания несчастного случая от 12.03.2020 с ФИО1, связанным с производством, не имеется, ввиду того, что повреждение здоровья истца, полученное в нерабочее время, не было обусловлено несоблюдением работодателем прав работника на безопасные условия труда, а единственной причиной падения истца стала его неосторожность.

Поскольку произошедшее с истцом событие 12.03.2020 имело место не в результате несчастного случая на производстве, суд приходит к выводу об отсутствии вины ответчиков в причинении вреда здоровью истца, именно нарушением его трудовых прав и отказывает во взыскании компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав, повлекших вред здоровью.

Вместе с тем, суд находит обоснованными требования истца ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ИП ФИО3 за нарушение трудовых прав, в связи с несвоевременным оформлением трудового договора. 

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возмещение морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, без указания конкретных видов правонарушений. Это означает, что право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями. При этом, отсутствие факта нравственных страданий работника обязан доказать работодатель.

В судебном заседании установлено, что неоформление в установленный законом срок трудового договора привело к причинению истцу нравственных страданий. Ответчик не представил достоверных и допустимых доказательств отсутствия факта нравственных страданий истца.

На основании изложенного, учитывая объем, характер, тяжесть причиненных работнику страданий, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает необходимым требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично, в сумме 10 000 рублей.

Доводы о причинении вреда здоровью к предмету спора не относятся, истец вправе обратиться за защитой своих прав в этой связи.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3, ФИО5, Акционерному обществу «Мостострой-11» об установлении факта трудовых отношений, внесении записи о приеме на работу в трудовую книжку, возложении обязанности предоставить индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам, производстве отчислений, признании травмы несчастным случаем на производстве, возложении обязанности по направлению листка временной нетрудоспособности в Тюменское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, возложении обязанности составить акт по факту несчастного случая на производстве, его выдаче и направлении в Тюменское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, взыскании солидарно компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений ФИО1 с Индивидуальным предпринимателем ФИО3 в должности машиниста бульдозера с 02.03.2020.

Возложить на Индивидуального предпринимателя ФИО3 обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в должности машиниста бульдозера с 02.03.2020. 

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 10000 (десять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3, ФИО5, Акционерному обществу «Мостострой-11» о признании травмы несчастным случаем на производстве, возложении обязанности предоставить индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам производстве отчислений, направлении листков нетрудоспособности в Тюменское региональное отделение Фонда социального страхования, возложении обязанности составить акт по факту несчастного случая на производстве, его выдаче и направлении в Тюменское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, взыскании солидарно компенсации морального вреда, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Каргапольский районный суд Курганской области.

Судья Каргапольского

районного суда И.Ю.Гомзякова

Мотивированное решение изготовлено 21.09.2020 в 16:50.