Судья Третьяк Д.А. № 22-76/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Верховный Суд Республики Карелия

06 февраля 2025 года г. Петрозаводск 

в составе председательствующего Зайкова С.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Катковой А.А.,

с участием прокурора Силкиной Н.А.,

представителя потерпевшей и гражданских истцов – адвоката Калиновского Г.Б., представителя гражданского ответчика ООО «(...)» З., представителя МВД по Республике Карелия ФИО1,

защитника осужденного ФИО2- адвоката Терентьева М.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе гражданского ответчика генерального директора ООО «(...)» Г. на приговор Сегежского городского суда Республики Карелия от 10 октября 2024 года, которым ФИО2, родившийся (...), не судимый, осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы назначено условно, с испытательным сроком 1 год с возложением обязанностей. Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами исчислен с момента вступления приговора в законную силу. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на апелляционный период оставлена без изменения.

Гражданские иски удовлетворены частично.

Взыскано с ООО «(...)» в пользу потерпевших компенсация морального вреда: Х. в сумме 1000000 рублей; Потерпевший №1 (...) в сумме 1000000 рублей; Х. (...) в сумме 1200000 рублей; Х. в сумме 1000000 рублей; Х. в сумме 1000000 рублей.

В удовлетворении исковых требований, заявленных к ФИО2 отказано. 

Производство по иску Х. в части взыскания в ее пользу затрат на погребение и поминальный обед в размере 103587 рублей прекращено. 

Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах.

Арест, наложенный постановлением Сегежского городского суда Республики Карелия от 20 июня 2024 года на автомобиль «(...)», зарегистрированный на ООО «(...)» снят. Обращено взыскание на автомобиль для своевременного обеспечения исполнения приговора в части гражданских исков.

Процессуальные издержки по уголовному делу, выплаченные из средств федерального бюджета Российской Федерации на предварительном следствии и в суде отнесены на счет осужденного ФИО2 частично. Взыскано с ФИО2 в доход государства в счет возмещения процессуальных издержек 60000 рублей. 

Заслушав доклад председательствующего Зайкова С.Н. о содержании приговора, существе апелляционной жалобы и возражений, выступления представителя гражданского ответчика ООО «(...)» З.., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя потерпевшей и гражданских истцов – адвоката Калиновского Г.Б., частично поддержавшего доводы жалобы, защитника осужденного ФИО2- адвоката Терентьева М.В. частично поддержавшего доводы жалобы, представителя МВД по Республике Карелия ФИО1, оставившей вопрос об удовлетворении жалобы на усмотрение суда, прокурора Силкиной Н.А., просившей об изменении приговора, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО2 признан виновным в том, что 10 февраля 2024 года, управляя технически исправным грузовым автомобилем, двигаясь по проезжей части в Сегежском районе Республики Карелия, между (...) км. автодороги «(...)», нарушил п.п. 1.5. абзац 1, 9.10, 10.1, 10.3, 11.1 ПДД РФ и допустил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем «(...)» под управлением водителя Х.., в результате чего Х. причинен тяжкий вред здоровью опасный для жизни человека, повлекший его смерть. 

В апелляционной жалобе гражданский ответчик генеральный директор ООО «(...)» Г. выражает несогласие с приговором суда в части разрешения по делу исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, а также в части обращения взыскания на автомобиль «(...)» для своевременного обеспечения исполнения приговора в части гражданских исков.

Пишет, что поскольку источник повышенной опасности принадлежит ответчику, ответственность за причинение вреда возлагается на ООО «(...)». Ссылается на п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» согласно которому при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение компенсации этого вреда. Указывает, что при рассмотрении дела судом не было принято во внимание, что факт родственных и семейных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни гражданина. Судом не были установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические или нравственные страдания в связи со смертью потерпевшего.

Обращает внимание, что в соответствии с п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» установлено, что если гражданская ответственность владельца источника повышенной опасности застрахована по договору добровольного страхования гражданской ответственности, предусматривающему при наступлении указанного в договоре события (страхового случая) выплату компенсации морального вреда третьим лицам (выгодоприобретателям), суд, определив размер компенсации морального вреда в пользу истца в соответствии со статьями 151 и 1101 ГК РФ, взыскивает ее со страховщика в пределах страховой суммы, установленной этим договором. Оставшаяся сумма компенсации морального вреда на основании статьи 1072 ГК РФ подлежит взысканию с владельца источника повышенной опасности.

Согласно материалам дела автомобиль ответчика был застрахован полисом ОСАГО и полисом КАСКО, по которому страховая сумма составляет 10000000 рублей. Таким образом, по мнению ответчика, суд первой инстанции должен был взыскать компенсацию морального вреда в пользу истца в соответствии со статьями 151 и 1101 ГК РФ, со страховщика в пределах страховой суммы. 

Считает незаконным обращение взыскания на транспортное средство автомобиль «(...)» для своевременного обеспечения исполнения приговора в части гражданских исков. Указывает что, в соответствии п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 13 октября 2020 года «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» следует, что если по уголовному делу на имущество обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за его действия, для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска был наложен арест, то в случае удовлетворения гражданского иска суд в приговоре указывает имущество, соразмерное удовлетворенным требованиям, арест на которое сохраняет свое действие до исполнения приговора в части гражданского иска. Таким образом, при обращении взыскания на автомобиль судом не указан порядок обращения взыскания на имущество гражданского ответчика, не указана сумма, в пределах которой производится взыскание на транспортное средство. Судом не исследована финансовая возможность гражданского ответчика исполнить приговор суда без обращения взыскания на автомобиль. Судом не привлечены к участию в настоящем деле страховщики – САО «(...)» и ООО «(...)». На основании изложенного, просит отменить приговор с направлением дела в части гражданских исков на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в порядке гражданского судопроизводства. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Петрова Д.С. просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, изучив и обсудив доводы, приведенные в апелляционной жалобе и в возражениях, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного рассмотрения дела. 

Вывод суда о виновности ФИО2 в инкриминируемом преступлении основан на достаточной совокупности исследованных и приведенных в приговоре доказательств, проверенных и оцененных в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, как это предусмотрено ст.88 УПК РФ и не оспаривается стороной защиты.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении преступления признал полностью, подтвердил оглашенные в соответствии с п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ данные им в ходе предварительного расследования показания при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, в которых показал, что работает в ООО «(...)» (...). 10.02.2024 находился на работе, управлял автомобилем «(...)». Во время движения по трассе «(...)» он увидел, что по его полосе движения двигался трактор. Он стал снижать скорость автомобиля, но понял, что не сможет остановиться, применил экстренное торможение, автомобиль потерял управление. После столкновения с трактором он выехал на полосу встречного движения, где столкнулся с автомобилем «(...)» под управлением потерпевшего Х., который погиб. С заявленными гражданскими исками согласен. Затраты на погребение Х. им возмещены. 

Вина ФИО2 в предъявленном обвинении подтверждается исследованными доказательствами: 

- показаниями потерпевшей Х. согласно которым, ей стало известно, что ее супруг Х. погиб в ДТП около 10 часов 10.02.2024; 

- показаниями свидетеля Р. согласно которым, следует, что он был вторым водителем в автомобиле «(...)» 10.02.2024. Во время движения по трассе «(...)», автомобиль под управлением ФИО2 занесло после применения торможения на скользкой дороге и вынесло на полосу встречного движения. В их автомобиль врезался легковой автомобиль водитель, которого погиб;

- показаниями свидетеля Т. согласно которым, следует, что он 10.02.2024 управлял автомобилем «(...)». Его сопровождал автомобиль «(...)» под управлением Х. Примерно в 09 часов 55 минут он увидел, что ему навстречу двигался грузовой автомобиль «(...)», который занесло. В зеркало заднего вида он видел, что автомобиль «(...)» ударился в трактор, выехал на полосу встречного движения, где столкнулся с легковыми автомобилями; 

- показаниями свидетеля К. согласно которым следует, что 10.02.2024 он на тракторе выполнял работы по отчистке снега с трассы «(...)». Во время движения видел, что водитель самосвала, двигавшийся за ним, пытался остановиться, но его занесло, он выехал на полосу встречного движения, где столкнулся с легковыми автомобилями; 

- показаниями свидетелей С., С., С. согласно которым следует, что они врезались в самосвал, который занесло после столкновения с трактором; 

- заключением эксперта № 136/1-1-24, 137/1-1-24 от 13.03.2024 согласно которому следует, что действия водителя автомобиля «(...)» ФИО2 не соответствуют требованиям п. 1.5 абз. 1, п. 9.10., п. 10.1, п. 11.1 ПДД РФ и с технической точки зрения находятся в причинно-следственной связи с данным дорожно-транспортным происшествием; 

- заключениями экспертов № 17 от 08.05.2024 и 317/д от 07.06.2024 согласно которым следует, что смерть Х. наступила 10 февраля 2024 года в результате сочетания травм: грудной клетки с множественными переломами ребер, ушибом легких, разрывом сердца; органов брюшной полости с разрывом печени, селезенки; позвоночника с разрывом межпозвоночного диска между первым и вторым поясничными позвонками, разрывом спинного мозга. Комплекс повреждений мог образоваться в условиях дорожно-транспортного происшествия 10 февраля 2024 года;

- протоколом осмотра места происшествия, осмотра автомобилей, заключениями судебно-медицинских экспертиз и другими исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Суд правильно признал положенные в основу приговора доказательства относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку они согласуются между собой, не содержат существенных противоречий, в своей совокупности являлись достаточными для установления фактических обстоятельств дела, предусмотренных ст.73 УПК РФ. Какие-либо неустранимые противоречия между доказательствами, вызывающие сомнения в виновности осужденного и требующие толкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Приведенные доказательства, конкретная обстановка совершенного преступления свидетельствуют о правильности вывода суда о том, что осужденный ФИО2, управляя автомобилем, нарушил требования правил дорожного движения, указанных в приговоре.

Не вызывает сомнений и то, что нарушение осужденным ФИО2 указанных правил дорожного движения повлекло по неосторожности смерть Х. то есть между его действиями и наступившими последствиями имеется причинная связь. 

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены правильно.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд дал действиям ФИО2 верную правовую оценку по ч.3 ст.264 УК РФ.

При назначении наказания ФИО2 суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности ФИО2, обстоятельства, влияющие на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учел наличие малолетнего ребенка у подсудимого, добровольное возмещение подсудимым причиненного потерпевшей преступлением материального ущерба, полное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей. 

Отягчающих обстоятельств не установлено.

Оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и ст.64 УК РФ суд первой инстанции не нашел, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Назначение наказания в виде лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, при наличии альтернативных видов наказания, судом мотивировано. Учитывая конкретные обстоятельства дела, данные о личности ФИО2, смягчающие наказание обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности исправления ФИО2 без изоляции от общества, и счел возможным применить при назначении наказания положения ст.73 УК РФ об условном осуждении. Оснований не соглашаться с указанными выводами не имеется.

Назначенное ФИО2 наказание суд апелляционной инстанции находит справедливым и не усматривает оснований для его смягчения. 

Согласно части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно части 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полого возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

На основании статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании постановлений следователя от 29.05.2024 Х., Х., Х., Х.,Х. признаны гражданскими истцами. 

На основании постановления следователя от 29 мая 2024 года Р. допущен в качестве представителя гражданского ответчика ООО «(...)». 

Собственником (владельцем) транспортного средства "(...)» является ООО "(...)".

ФИО2 управлял автомобилем «(...)» на основании трудового договора от 28.11.2023.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания в пользу Х., Х., Х., Х., Х. с ООО «(...)» как работодателя лица, виновного в причинении вреда источником повышенной опасности, компенсации морального вреда. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает обоснованным взысканный размер компенсации морального вреда, определенный судом в связи со смертью Х. поскольку суд правомерно исходил из того, что в результате смерти близкого родственника для истцов наступили необратимые последствия в виде утраты родственных и семейных связей, учел близость родственных связей между супругой, (...), родителями и умершим; необратимость по своим последствиям данного события, влекущего глубокие страдания, затрагивающего психику, здоровье, самочувствие и настроение, степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости. 

Доводы апелляционной жалобы, о том, что судом первой инстанции не были установлены обстоятельства, свидетельствующие, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические или нравственные страдания в связи со смертью потерпевшего, а Х. в большей степени не обоснованы. 

Согласно искового заявления Х. следует, что в результате смерти Х. ей и (...) были причинены сильные нравственные страдания, вызванные потерей любимого мужа и (...), выразившиеся в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, перенесенных в связи с потерей близкого человека. 

Из искового заявления Х., Х. следует, что в результате смерти Х. им были причинены сильные нравственные страдания, вызванные потерей любимого, единственного сына, выразившиеся в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, перенесенных в связи с потерей близкого человека. 

В ходе судебного заседания гражданский истец Х. показала, что в связи со смертью сына Х. и Х. плачут, ходят на кладбище, при жизни сын помогал им, у него была тесная связь с родителями, они постоянно созванивались. Она, как и (...) переживают гибель мужа, (...). Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, о взыскании компенсации морального вреда в пользу Х.. в большем размере. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для уменьшения взысканных с ответчика в пользу истца сумм компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции не усматривает, полагая их соразмерными степени причиненных истцам нравственных страданий, поскольку преждевременная смерть родного и близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истцов, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. 

Указанные суммы компенсации морального вреда, по мнению суда апелляционной инстанции, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости. 

Доводы представителя гражданского ответчика ООО «(...)» З. о том, что при удовлетворении гражданских исков суд первой инстанции не учел, что работодатель не сможет в дальнейшем взыскать с осужденного ФИО2 выплаченные гражданские иски в виду их значительности, тем самым не сможет восстановить нарушенное право не являются основанием для снижения размера гражданских исков.

Согласно материалов уголовного дела гражданская ответственность ООО «(...)» на транспортное средство "(...)» была застраховано согласно страхового полиса ОСАГО № (...).

Кроме того, ООО «(...)» был заключен договор комбинированного страхования транспортных средств в форме страхового полиса на условиях, изложенных в правилах комбинированного страхования транспортных средств ООО «(...)», далее Правила (от 09.09.2016 в редакции от 26.12.2017, 08.02.2021). Согласно п. 8.2 договора, исключения из страхования (события, которые не являются страховыми рисками и страховыми случаями) и убытки которые не возмещаются Страховщиком, изложены в п. 4 Правил. В соответствии с п. 4.5.1 Правил страховщиком не возмещаются следующие виды убытков (вреда), а также любые косвенные убытки, которые явились следствием страховых случаев, в том числе моральный вред. 

В соответствии с п. 1 ст. 6 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Из положений подпункта "б" пункта 2 статьи 6 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" следует, что к страховому риску по обязательному страхованию относится наступление гражданской ответственности по обязательствам, указанным в пункте 1 настоящей статьи, за исключением ряда случаев, к числу которых отнесено возникновение ответственности вследствие причинения морального вреда или возникновение обязанности по возмещению упущенной выгоды. При наступлении гражданской ответственности владельцев транспортных средств в указанных в настоящем пункте случаях причиненный вред подлежит возмещению ими в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, выводы апелляционной жалобы о том, что суду первой инстанции необходимо было взыскать компенсацию морального вреда в пользу истцов в соответствии со статьями 151 и 1101 ГК РФ, со страховщика в пределах страховой суммы суд апелляционной инстанции отклоняет. С учетом трудоспособного возраста ФИО2, отсутствия у него инвалидности вопреки доводам защитника Терентьева М.В. суд первой инстанции не нашел оснований для полного освобождения от возмещения процессуальных издержек. Не находит оснований и суд апелляционной инстанции. 

С учетом прекращения производства по делу в особом порядке по инициативе государственного обвинителя, отложения части судебных заседаний не по инициативе ФИО2, наличия у него на иждивении малолетнего ребенка, его материального положения, суд первой инстанции частично взыскал процессуальные издержки с ФИО2 в размере 60000 рублей. При указанных обстоятельствах, вопреки доводам защитника Терентьева М.В., судом первой инстанции принято верное решение о частичном взыскании процессуальных издержек с осужденного ФИО2 

Разрешая вопрос о судьбе имущества, на которое был наложен арест для обеспечения гражданского иска, суд снял арест на автомобиль «(...)» и обратил на него взыскание.

Суд апелляционной инстанции полагает, что нельзя признать обоснованным указание суда в приговоре о снятии ареста и об обращении взыскания на принадлежащий гражданскому ответчику ООО «(...)» автомобиль, на который был наложен арест в целях обеспечения гражданского иска.

Исходя из положений Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» и Федерального закона от 21 июля 1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

При этом, полномочия по правильному и своевременному исполнению судебных актов предоставлены судебному приставу-исполнителю в соответствии с ФЗ РФ «Об исполнительном производстве», который самостоятельно определяет какие исполнительные действия и меры принудительного исполнения, в каком объеме необходимо применить в каждом конкретном случае, исходя из характера требований исполнительного документа и обстоятельств дела.

В связи с изложенным, указание суда о снятии ареста и обращении взыскания на автомобиль "(...)» в счет возмещения ущерба принято в противоречии с главой 8 ФЗ «Об исполнительном производстве», и подлежит исключению из резолютивной части приговора.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора или его изменение по иным основаниям, при рассмотрении дела судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь п.3 ст.389.15, п.1 ч.1 ст.389.18, п.9 ч.1 ст.389.20, ст.389.28 и ст.389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Апелляционную жалобу гражданского ответчика ООО «(...)» удовлетворить частично.

Приговор Сегежского городского суда Республики Карелия от 10 октября 2024 года в отношении ФИО2 - изменить.

Указание в резолютивной части приговора на снятие ареста с автомобиля марки «(...)» государственный регистрационный знак (...), и обращении взыскания на указанный автомобиль, заменить указанием о сохранении ареста на автомобиль марки «(...)» государственный регистрационный знак (...), до исполнения приговора суда в части гражданских исков. 

В остальном приговор Сегежского городского суда Республики Карелия от 10 октября 2024 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу гражданского ответчика - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст.401.7, 401.8 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора суда.

По истечении указанного срока апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст.401.10-401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.Н. Зайков