№ 2-342/2020

УИД № 25RS0003-01-2019-003919-22

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

05 февраля 2020 года г. Владивосток

Первореченский районный суд г. Владивостока Приморского края в составе

судьи Струковой О.А.,

при участии истца Г.К.В. 

представителя истца Г.В.В. 

представителя ответчика М.Е.С. 

при участии помощника прокурора Первореченского района Тищенко А.А., 

при секретаре Черноколпаковой И.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Г.К.В. к индивидуального ФИО165 А.В. об установлении факта трудовых отношений, факта несчастного случая на производстве, взыскании пособий, 

установил:

Г.К.В.. обратилась в суд с вышеуказанным иском, в обоснование указав, что 28.10.2018 г. он устроился на работу к ИП П.А.В. на должность водителя грузовика-эвакуатора. За ним закрепили автомашину «Исудзу Форвард» грузоподъемностью до 3 тонн с установленным на нем краном-манипулятором. Рабочий день был ненормированным с плавающим графиком, но при этом, было установлено пять рабочих дней и два выходных в неделю, рабочий день в обычном режиме с 9-00 до 19-00, в его обязанности входила эвакуация автотранспорта из одной точки в другую. При наличии заявки в иное время он дополнительно привлекался к работе. За переработку ему предназначалась доплата 500 рублей за каждый час переработки. В рабочий день он должен был находиться на территории базирования автотранспорта ответчика по адресу г. 

<

адрес> и выезжать по указанию непосредственного руководителя П.П.В. по заявкам клиентов. Оплата происходила путем выдачи денежных средств наличным путем. Через две недели после приема на работу по его заявлению ему был выдан аванс в размере 15 000 рублей. 28.11.2019 г. он получил полный расчет за проработанный месяц в размере 23 000 рублей, итого 38 000 рублей, плюс доплата за переработку в размере 1500 рублей. При поступлении на работу работодатель пообещал ему фиксированную оплату и официальное трудоустройство с первого дня, при этом пообещал делать все необходимые отчисления, предусмотренные для работодателя действующим законодательством. 03.12.2018 г. он приехал на работу по месту нахождения рабочих машин ИП П.А.В. До 10 час. утра съездил по первой заявке и эвакуировал машину. Примерно в 11 часов от П.А.В.. поступило указание выехать по второй заявке. Забрав машину с места эвакуации, он перевез её по месту выгрузки в г. Владивосток. В момент совершения действий по выгрузке автомашины заказчика, на него опрокинулся рабочий грузовик с краном-манипулятором, придавив его своей массой. В ходе опрокидывания грузовика он получил следующие тяжкие телесные повреждения: множественная скелетная травма; синдром раздавливания мягких тканей правого бедра; открытый оскольчатый перелом в/3-с/3 правой бедренной кости со смещением; закрытый оскольчатый перелом с/3-н/3 обоих костей правой голени со смещением: обширная рваная рана с/3-н/3 передней поверхности правого бедра с дефектом кожных покровов; обширная рваная рана н/3 правого бедра по медиальной поверхности, с переходом в подколенную область; закрытый перелом дистальных фаланг II-IV пальцев; ссадины правой кисти; повреждение связочного аппарата правого коленного сустава, тотальная нестабильность; травмический шок II-III. Примерно полмесяца он находился в реанимации в состоянии комы, в дальнейшем до апреля 2019 года находился в травматологическом отделении, затем до 15 мая 2019 года лечение продолжал амбулаторно в домашних условиях. С 16 мая по 15 июня 2019 г. его снова направили на лечение в травматологическое отделение КГАУЗ ВКБ № 2. С 16.06.2019 г. по 04.08.2019 г. он проходил амбулаторное лечение. Решением комиссии ФКУ «ГБ МСЭ по Приморскому краю» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 20 от 02.08.2019 г. ему была присвоена 2 группа инвалидности. До настоящего времени его нога находится в гипсе и он может передвигаться только на короткие расстояния с помощью двух костылей. Какой либо материальной помощи или оплаты больничного от работодателя не получал. 20.08.2019 г. он направил в адрес ИП П.А.В.. заказными письмами заявление с требованием выплатить ему пособие по нетрудоспособности, а также просьбу перевести на другую работу с учетом его физического состояния, либо при отсутствии такой возможности уволить по ст. 77 п. 8 ТК РФ с выплатой выходного пособия. Ответчик на заявление не отреагировал. Полагает, что, поскольку по устной договоренности с ИП П.А.В. он должен был быть устроен на работу официально с заключением трудового договора, однако будучи фактически допущенным к работе, работодатель с ним трудовой договор не заключил, установление факта несчастного случая на производстве, произошедшего 03.12.2018 г. необходимо ему для осуществления своего права на государственные выплаты, связанные с полученными телесными повреждениями. Размер пособия по временной нетрудоспособности за период нахождения его на лечении с 03.12.2018 г. по 04.08.2019 г. составил 310 331, 70 рублей. Учитывая, что после получения 03.09.2019 г. его заявления о переводе на другую работу в связи с медицинскими показаниями, ответчик другой вид работы ему не предложил, полагает, что другого вида работы, чем та, которую он выполнял ранее, в организации ответчика не имеется, что подразумевает его увольнение работодателем по ст. 77 п. 8 ТК РФ и днем увольнения можно считать дату написания заявления, то есть 30.08.2019 г. Поскольку размер среднемесячной заработной платы до получения увечья составлял 38 000 рублей, размер выходного пособия составил 19 000 рублей, компенсация за неиспользованный отпуск составляет 38 889 рублей. Поскольку ответчиком выплата не была произведена, у него возникло право требования компенсации за задержку выплат, которая, согласно представленного расчета, составляет 5326, 92 рублей. Кроме того, считает, что с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда, который он оценивает в размере 300 000 рублей. Ссылается на ч. 1 ст. 16, ч. 1 ст. 73, п. 8 ст. 77, ст. 178, ст. 127, ст. 115, ст. 140, 142, 236, ст.ст. 228-230, ст. 183, ст. 184 ТК РФ, ст. 151 ГК РФ, ФЗ от 24.07.2008 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». По изложенному просит установить факт наличия трудовых отношений между ИП П.А.В.. и Г.К.В. в период с 28.10.2018 г. по 20.08.2019 г. Обязать ИП П.А.В.. внести в трудовую книжку запись о его трудоустройстве с 28.10.2018 г. и запись об увольнении по ст. 77 п. 8 ТК РФ от 30.08.2019 г. Установить факт несчастного случая на производстве, произошедшего 03.12.2018 г. при выполнении им трудовых обязанностей у ИП П.А.В.. Взыскать с ИП П.А.В. пособие по временной нетрудоспособности в размере 310 331, 70 рублей, выходное пособие при увольнении в размере 19 000 рублей, компенсацию за задержку причитающихся выплат в размере 5326, 92 рублей, компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей. 

Позже истец уточнил исковые требования и просит установить факт трудовых отношений между ИП П.А.В. и Г.К.В.. в период с 30.10.2018 г. по 30.08.2019 г.. Обязать ИП П.А.В. внести в трудовую книжку Г.К.В.. запись о трудоустройстве 30.10.2018 г. и запись об увольнении по ст. 77 п. 8 ТК РФ от 30.08.2019 г.(дата направления истцом в адрес ответчика заявления об увольнении). Установить факт несчастного случая на производстве, произошедшего 03.12.2018 г. при выполнении трудовых обязанностей Г.К.В.. у ИП П.А.В.. Установить факт выплаты заработной платы ИП П.А.В. Г.К.В. за ноябрь 2018 г. в размере 39 500 рублей. Взыскать с ИП П.А.В.. в пользу Г.К.В. пособие по временной нетрудоспособности в размере 116 659, 86 рублей, выходное пособие при увольнении в размере 19 750 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 40 444, 68 рублей, компенсацию за задержку причитающихся выплат в размере 6 850 рублей, компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Истец, представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме по доводам и основаниям, указанным в иске и уточнениям к иску (л.д. 54-55, 146-149), пояснили, что гражданско-правовой договор не предусматривает наличие испытательного срока, в том числе стажировку при осуществлении какой либо деятельности по оказанию услуг. При этом ТК РФ предусматривает при заключении трудового договора возможного условия об испытании работника в целях проверки его соответствия поручаемой работе. Доказательством того, что между сторонами сложились трудовые отношения, является нахождение Г.К.В.. в течение рабочего дня на территории автобазы по 

<

адрес>, кроме того, после выполнения заявки он должен был отчитываться перед непосредственным руководителем по исполнению заявки. Считают, что денежные средства, выплаченные ответчиком за ноябрь 2018 г. являются заработной платой, поскольку выплата произведена двумя частями, в том числе аванс, что предусматривается трудовым законодательством. Доказательством наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком являются документы, содержащиеся в материалах доследственной проверки КУСП № 608 пр-18 от 24.12.2018 по факту получения травм Г.К.В. на работе, приобщенные к материалам настоящего гражданского дела. Так же, согласно выписки из истории болезни характеристика травмы указана как производственная травма, все больничные листы выписаны с кодом причины нетрудоспособности 04, что означает производственная травма. Полагают, что доказательством того, что заработная плата Г.К.В.. за проработанный период, а именно за ноябрь 2018, составила 39 5000 руб., является переписка между Г.К.В.. и ИП П.П.В. в сети «Ватсап», при этом данный размер выплаты представителем ответчика не оспаривается. Полагают, что ответчиком в ходе рассмотрения дела не представлено доказательств отсутствия между сторонами трудовых отношений. Ссылаются на ст. 70, 212 ТК РФ, п. 1, 21 Постановления Пленума ВС РФ № 15 от 29.05.2013 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей-физических лиц и у работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям». Считают, что срок исковой давности истцом не пропущен, о нарушении своих прав Г.К.В. стало известно после того, как 30.08.2019 он направил в адрес ответчика заявление с требованием об оплате больничного листа, переводе его на другой вид работы с учетом возможности его здоровья, либо при отсутствии такой возможности увольнения по ст. 83 ТК РФ с выплатой выходного пособия, до этого он полагал, что он, как работник у ИП П.А.В. находится на больничном листе. Данное заявление получено ответчиком 09.09.2019, что подтверждается почтовым идентификатором, ответа на данное заявление не последовало. С настоящим исковым заявлением Г.К.В. обратился в суд 02.10.2019, в связи с чем срок исковой давности для обращения в суд за защитой своих прав истцом не пропущен. 

Истец в судебном заседании пояснил, что при трудоустройстве на работу 28.10.2018 в ИП Г.К.В. он с ответчиком оговаривали 2 варианта трудоустройства- официальное трудоустройство с выплатой зарплаты в размере 38 000 руб, и второй вариант – с оплатой 40% от стоимости выполненной работы по заявке. Его устроил первый вариант, на вопрос если не будет заявок, как будет производится оплата, П. ответил, что если он согласится на первый вариант трудоустройства, то ему будет выплачиваться зарплата в размере 38 000 руб. даже при отсутствии работы. График работы был оговорен 5 рабочих дней, 2 дня выходных, трудовую книжку для оформления трудоустройства он ответчику не предоставлял, предоставил лишь копию паспорта. что При осуществлении работ по эвакуации автотранспортного средства заказчика 03.12.2018 им не были соблюдены правила техники безопасности при работе крана-эвакуатора, в нарушение требований он не разблокировал опорную лапу манипулятора, что необходимо для устойчивости эвакуатора, полагая, что произведет погрузку автомашины без ее участия, кран стал крениться на бок и произошло опрокидование. Он был уверен, что при работе на данном виде грузовика не требуется специальных познаний и навыков, ранее, лет 8 назад, у него имелся опыт работы на грузовике-эвакуаторе, в ИП Г.К.В. работа выполнялась на грузовиках – манипуляторах. 

В судебном заседании представитель ответчика возражала против заявленных требований по доводам и основаниям, изложенным в письменных возражениях по иску и дополнениям к возражениям (л.д. 69-71, 117-118), пояснила, что за время своей деятельности в качестве индивидуального предпринимателя П.А.В. был заключен лишь один трудовой договор с водителем, который в настоящее время расторгнут. Заключение трудовых договоров с водителями с сохранением оплаты их услуг в заявленном размере является экономически невыгодным для ИП П.А.В. оказание услуг по перевозке грузов носит не постоянный характер. Г.К.В. обратился в ИП П.А.В.. по вопросу трудоустройства на должность водителя эвакуатора, ему был разъяснен принцип работы ИП и что он может быть привлечен для оказания услуг в случае поступления заказов от третьих лиц. Ему было предложено пройти стажировку для изучения принципа работы крана-манипулятора, а, поскольку ранее Г.К.В. работал на подобной технике в строительной компании, и, с его слов, имел удостоверение крановщика, каких либо проблем с его стажировкой не возникло. Как следует из объявления о приглашении к сотрудничеству водителей-эвакуаторщиков, размещенному ИП П.А.В. в информационной службе «Форпост» в сети Интернет, на которое откликнулся Г.К.В.., указано, что размер вознаграждения нестабилен и составляет 40%, водители приглашались на свободный график/подработку и что возможно официальное трудоустройство. Обязанность водителей проходить стажировку предусмотрена договором об оказании услуг, вместе с тем гражданско-правовой договор с Г.К.В. подписан не был, поскольку несчастный случай с ним произошел в первый же день после окончания стажировки. Ссылаясь на ст. 392 ТК РФ, считает, что истцом пропущен срок исковой давности в 3 месяца, который начинает с 28.10.2018, то есть с даты, когда Г.К.В.. обратился к ИП П.А.В. с просьбой о трудоустройстве. 

В судебном заседании допрошенная в качестве свидетеля Г.М.К. предупрежденная об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, показала, что истец ее отец, в октябре 2018 он устроился на работу к ответчику, объявление о работе он нашел в сети Интернет, на «Форпосте», режим работы был с утра до вечера, зарплату, со слов отца обещали в размере около 50 000 руб, так же обещали оплату за переработку. Она была на месте работы у отца по 

<

адрес>, там находится автостоянка, стояли эвакуаторы, грузовики, имелось помещение, где находились сотрудники, не занятые на заявках. Отец каждое утро уходил на работу, показывал фотографии с места работы, звонил с работы. Со слов отца ей известно, что ответчик обещал ему официальное трудоустройство. Выплата была два раза – аванс и зарплата, всего отец получил 38 000 руб. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля П.П.В. предупрежденный об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, показал, что он является директором компании «Престиж-ДВ», ИП П.А.В. его родной брат, когда он отсутствует, он помогает ему в работе с ИП. ИП П.А.В.. занимается эвакуацией неисправных автомобилей по заявкам, работы выполняются водителями -эвакуаторщиками по договору возмездного оказания услуг, вознаграждение высчитывается в конце каждого месяца в зависимости от количества выполненных заявок. Если водитель, которому направлена заявка на эвакуацию, не может ее принять, то передаем заявку другому водителю. Обязанности постоянного нахождения водителя на автостоянке не имеется. При трудоустройстве водителей –эвакуаторщиков нами предлагается 2 типа договоров – трудовой и договор возмездного оказания услуг, водители, как правило, выбирают второй вариант, поскольку по нему они зарабатывают больше, то есть сколько заявок водители исполнят, столько вознаграждения они получат, водители заинтересованы в работе. Штатного расписания в ИП не имеется, часть документации ИП хранится по месту стоянки автомобилей по 

<

адрес> часть документов - по месту регистрации ИП П.А.В. ИП П.А.В.. ведет деятельность с 2008, проводились камеральные проверки, проверки трудовой инспекцией не проводились, поскольку каких либо инцидентов в ИП не за все время работы не было, случай с Г.К.В. первый случай. Г.К.В.. обратился к ним по объявлению на «Фарпосте», им был выбран договор возмездного оказания услуг, был назначен месяц срока стажировки, 11.2018 он приступил к работе, две недели он проводил стажировку вместе с Г.К.В.., с ним вместе обсуждали нюансы работы, далее Г.К.В.. ездил самостоятельно. 30-31.11.2018 у Г.К.В. были выходные дни, 03.12.2018 он вышел на работу для самостоятельного выполнения заказа без его участия, заявка была выполнена им успешно, он отправил Г.К.А.. на выполнение следующей заявки, при выполнении которой случился несчастный случай. Псоле случившегося он прибыл на место аварии через 20 минут, К. уже увезла Скорая помощь, на месте происшествия были сотрудники МЧС, по заключению которых было установлено нарушение Г.К.В.. техники безопасности по выполнении работ по эвакуации транспортного средства заказчика, а именно К. не разблокировал опорную лапу манипулятора, в следствии чего произошло опрокидывание грузовика с автомашиной заказчика. При осмотре грузовика было установлено, что опорная лапа находилась на замке, то есть на специальном замковом зажиме, который используется для того, чтобы при движении грузовика лапа не могла самостоятельно выдвинуться в сторону, на момент осмотра замок был закрыт, то есть Г.К.В. при выполнении работы по эвакуации автомашины его не разблокировал. Данный факт подтвердил Г.К.В.., когда он навещал его в больнице, он ему пояснил, что понадеялся, что работу выполнит без разблокировки опорной лапы. В ноябре 2018 Г.К.В. было выплачено 40% от 80 000 руб., система оплаты труда была согласована с Г.К.В., зарплата выплачивается в конце каждого месяца. Договор не успели заключить, несчастный случай произошел до одного дня до окончания стажировки. Стажировка необходима была поскольку работа на грузовике-манипуляторе ответственная, необходимо было выяснить, какими навыками работы обладал Г.К.В.. С правилами техники безопасности Г.К.В. знакомился, об ознакомлении нигде не расписывался, ознакомлен был устно. Каких либо денежных средств на лечение Г.К.В.. ИП П.А.В. не предлагал, о состоянии его здоровья узнавал их бесед с врачами. 

Свидетель В.А.А. допрошенный в судебном заседании и предупрежденный об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, показал, что с июня 2016 он работает водителем у ИП П.А.В., график работы свободный, он извещает ИП когда он может исполнить заявку по эвакуации транспортного средства, определенного грузовика за ним не закреплено. Ему известно про две системы оплаты труда - трудовой договор и договор возмездного оказания услуг, его интересовал второй вариант, поскольку предусматривал свободный график работы, если он не может выйти на работу для выполнения заявки, он предупреждает П. заранее. Его зарплата составляет 30 000 -35 000 руб в месяц, расчет производил брат П.А.В. П.В. из расчета 40% от стоимости заявки, зарплата выдавалась наличными денежными средствами. В табеле о выплате зарплаты он не расписывался, акты выполненных работ за месяц так же не подписывал. При приеме на работу к ИП П.А.В.. он прошел стажировку в течении одного месяца, он был ознакомлен с принципом работы эвакуатора, прошел совместное обучение с П.В. во время выполнения заявок и он принял решение о приеме его на работу, в это время зарплата ему выплачивалась. У ИП П.А.В. ведется журнал по технике безопасности, проводятся учебы, после расписывается в журнале. Г.К.В. знает с конца 2018, на основании какого договора он был принят на работу ему неизвестно, проходил ли он стажировку точно не знает, видел Г.К.В. с П.П.В. несколько раз, сколько раз совпадали их смены пояснить не может.

Выслушав мнения сторон, показания свидетелей, заключение помощника прокурора Первореченского района г. Владивостока, полагавшего, что истцом не доказан факт трудовых отношений между истцом и ответчиком, вследствие чего иск не подлежит удовлетворению, изучив материалы дела, все представленные доказательства в совокупности, суд полагает, что заявленные требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям. 

В судебном заседании представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями., полагая, что истец в иске указывает, что устроился на работу к ИП П.А.В.. 28.10.2018, следовательно, с указанной даты начинает течь срок исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенных трудовых прав. 

В соответствии со ст.265 ГПК РФ суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов. 

Согласно ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы). 

В соответствии со статьей 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого им в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, а также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

При этом, в силу положений части 2 статьи 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (ч. 1 ст. 56 ТК РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе.

При этом, юридически значимыми обстоятельствами, подтверждающими трудовые отношения между сторонами, являются обстоятельства, свидетельствующие о достижении и сторонами соглашения о личном выполнении работником за определенную сторонами плату конкретной трудовой функции, его подчинении правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, независимо от оформления такого соглашения в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ при фактическом допущении к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. 

Таким образом, для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах организации или индивидуального предпринимателя. 

Из материалов дела следует, что П.А.В.. зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 27.10.2003 г., за ОГРНИП №, в качестве основного вида деятельности указано: торговля автотранспортными средствами.

Как следует из пояснений сторон в ходе судебного разбирательства, Г.К.В. в ноябре 2018 г. обратился к ИП П.А.В. с просьбой о трудоустройстве в должности водителя эвакуатора. С 30.11.2018 года по 03.12.2018 г. Г.К.В.. осуществлял у ИП П.А.В. стажировку по управлению краном-манипулятором, что сторонами не оспаривается, за месяц стажировки Г.К.В.. были выплачены денежные средства в размере 39 500 рублей, что также сторонами не оспаривается.

После стажировки, 03.12.2018 г. при осуществлении Г.К.В. работ по выгрузке транспортного средства, без присутствия руководителя, произошел несчастный случай, а именно опрокидывание на Г.К.В.. рабочего грузовика с краном-манипулятором, в результате чего Г.К.В. получил тяжкий вред здоровью. 

Как пояснил истец в судебном заседании, опрокидывание грузовика –манипулятора произошло в результате нарушения им требования техники безопасности, а именно при работе эвакуатора, в нарушение требований он не разблокировал опорную лапу манипулятора, что необходимо для устойчивости эвакуатора, полагая, что произведет погрузку автомашины без ее участия. 

Данный факт подтвердил допрошенный в судебном заседании свидетель П.А.В. показавший, что обстоятельства случившегося Г.К.В.. ему рассказал при посещении его в стационаре. 

В ходе опрокидывания грузовика Г.К.В.. получил следующие тяжкие телесные повреждения: множественная скелетная травма; синдром раздавливания мягких тканей правого бедра; открытый оскольчатый перелом в/3-с/3 правой бедренной кости со смещением; закрытый оскольчатый перелом с/3-н/3 обоих костей правой голени со смещением: обширная рваная рана с/3-н/3 передней поверхности правого бедра с дефектом кожных покровов; обширная рваная рана н/3 правого бедра по медиальной поверхности, с переходом в подколенную область; закрытый перелом дистальных фаланг II-IV пальцев; ссадины правой кисти; повреждение связочного аппарата правого коленного сустава, тотальная нестабильность; травмический шок II-III.

Согласно листкам нетрудоспособности, Г.К.В. находился на больничном листе с 03.12.2018 г. по 04.04.2019 г. в КГАУЗ ВКБ № 2, с 05.04.2019 г. по 15.05.2019 г. в КГБУЗ Владивостокская поликлиника № 4, с 16.05.2019 г. по 29.05.2019 г. в КГБУЗ Владивостокская поликлиника № 4, с 30.05.2019 г. по 24.06.2019 г. в КГАУЗ ВКБ № 2, с 25.06.2019 г. по 03.07.2019 г. в КГБУЗ Владивостокская поликлиника № 4.

Решением комиссии ФКУ «ГБ МСЭ по Приморскому краю» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 20 от 02.08.2019 г. Г.К.В. была присвоена 2 группа инвалидности.

Обращаясь в суд с настоящими требованиями истец указывает, что между ИП П.А.В.. и им была достигнута устная договоренность об официальном оформлении трудовых отношений, фактически к исполнению своих обязанностей Г.К.В. приступил 30 октября 2018 г., как пояснил представитель ответчика, с месячным испытательным сроком. 03.12.2019 г. при первом самостоятельном выезде на заявку Г.К.В. получил травму, которую он оценивает как производственную, то есть полученную при выполнении им своих трудовых обязанностей, предусмотренных трудовым договором, который не был работодателем оформлен надлежащим образом в письменной форме. О том, что между Г.К.В. и ИП П.А.В. сложились именно трудовые отношения, по мнению истца, свидетельствует: условие об испытательном сроке, которое не предусматривается для гражданско-правовых договоров, фактическое допущение к работе, определенный режим работы с пятидневной рабочей неделей и двумя выходными, нахождение в течение рабочего дня по месту работы (автобаза по 

<

адрес>), перечисление оплаты за ноябрь 2018 г. в общем размере 39 500 рублей, в том числе с авансовым платежом в размере 15 000 рублей, что подтверждает предусмотренную ТК РФ оплату заработной платы не реже двух раз в месяц, а также указание в выписке из истории болезни кода причины нетрудоспособности 04, что означает производственная травма. 

На письменное заявление Г.К.В. направленного в адрес ИП П.А.В.. 30.08.2019 г. с просьбой произвести выплату пособия по временной нетрудоспособности за период с 03.12.2018 г. по 04.08.2019 г., о переводе его на другой вид работ, позволяющий осуществлять деятельность с учетом возможности здоровья, либо при отсутствии такой возможности увольнения на основании ст. 83 ТК РФ с выплатой выходного пособия в соответствии со ст. 178 ТК РФ, ИП Г.К.В.. не отреагировал. 

Опровергая доводы истца, представитель ответчика пояснила, что ИП П.А.В.. осуществляет деятельность по оказанию услуг по перевозке (эвакуации) грузов третьих лиц, для этого он арендует несколько грузовиков с кранами-манипуляторами, размещает рекламные объявления в СМИ, а также привлекает исполнителей по гражданско-правовым договорам возмездного оказания услуг. При обращении Г.К.В.. об его трудоустройстве, ему был объяснен принцип работы в ИП и что он может быть привлечен для оказания услуг в случае поступления заказов от третьих лиц. Также ему было предложено пройти стажировку для изучения данного вида кранов-манипуляторов. В связи с тем, что несчастный случай с Г.К.В.. произошел буквально в первый день по окончании стажировки, договор возмездного оказания услуг не успели подписать. Сам по себе факт проведения первоначального инструктажа на рабочем месте, а также стажировки не свидетельствует о том, что лицо было допущено к выполнению трудовой функции. 

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ч. 2 ст. 15 ТК РФ).

Различия между гражданско-правовыми договорами и трудовым договором касаются как субъектного состава, так и содержания указанных договоров.

По трудовому договору работник предоставляет работодателю не просто конкретный набор услуг, предоставляется труд как единое целое, как совокупность способности к труду, возможности выполнения определенной функции и способность работника изменять способы, объемы, качество и набор действий для достижения определенных работодателем целей. Это неделимое целое не вписывается в рамки предельно конкретизированных по предмету гражданско-правовых договоров. В отличие от трудового договора, предметом гражданско-правового договора является не сама работа, а ее результат.

В соответствии со ст. 779 ГПК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Как пояснил представитель ответчика в судебном заседании, третьи лица (водители) привлекались индивидуальным предпринимателем для оказания услуг по перевозке груза на основании гражданско-правовых договоров, поскольку оказание услуг перевозки грузов носит непостоянный характер. Трудовой договор был заключен лишь с одним работником по его просьбе в феврале 2019 г. и был расторгнут в марте 2019 г. по его же письменному заявлению. 

Так, согласно представленному трудовому договору от 01.02.2019 г., заключенному между ИП П.А.В. и К.Д.С. (работник), работник принят на должность водителя эвакуатора с окладом 12 000 рублей, с испытательным сроком один месяц. Работнику установлен индивидуальный график работ с предоставлением ежегодного неоплачиваемого отпуска общей продолжительность 28 календарных дней.

Оплата услуг работника К.Д.С.. производилась индивидуальным предпринимателем П.А.В..по платежным ведомостям и составила 15 660 рублей в месяц.

Из представленных в материалы дела договоров возмездного оказания услуг, заключенных между ИП П.А.В.. и другими сотрудниками (исполнителями), исполнитель обязуется оказывать услуги по перевозке грузов на автомобиле заказчика лично, а заказчик обязуется принять и оплатить указанные услуги, при этом исполнитель, в том числе, обязан пройти инструктаж и стажировку на эвакуаторе оборудованном сдвижной платформой и манипулятором Размер вознаграждения исполнителя составляет 40% от стоимости заявки в дневное время и 50% от стоимости - в ночное. Оплата услуг происходит путем выплаты заказчиком ИП П.А.В.. указанной суммы в конце каждого календарного месяца. Вознаграждение включает в себя налоги и сборы, которые исполнитель обязан уплачивать самостоятельно. 

Оплата услуг исполнителей по договорам возмездного оказания услуг производилась индивидуальным предпринимателем ФИО1 на основании акта приема-передачи оказанных услуг в процентном соотношении от общей стоимости выполненных заказов. 

Трудовые отношения не возникают в случае, когда между организацией и гражданином заключается гражданско-правовой договор, а не трудовой, поскольку в таком случае лица, заключившие гражданско-правовые договора, не являются штатными работниками организаций. 

При заключении договора гражданско-правового характера между организацией и физическим лицом организация не выступает по отношению к физическому лицу в качестве работодателя, а, следовательно, и налогового агента. В связи с этим, например, поскольку организация не является работодателем по отношению к физическому лицу, заключившему с ней гражданско-правовой договор на выполнение работ (оказание услуг), то данная организация не вправе предоставить данному физическому лицу имущественный налоговый вычет по НДФЛ (Письмо Минфина России от 14 октября 2011 г. N 03-04-06/7-271).

Существенными условиями работы по трудовому договору, определяющими ее отличие от выполнения работ (оказания услуг) по гражданско-правовым договорам, являются:

а) присвоение работнику должности, специальности, профессии с указанием квалификации в соответствии со штатным расписанием организации или закрепление за ним конкретной трудовой функции;

б) оплата процесса труда (а не его конечного результата) в соответствии с тарифными ставками, должностными окладами работника, с учетом доплат, надбавок, поощрительных выплат, компенсаций и льгот;

в) обеспечение работнику соответствующих условий труда;

г) обеспечение работнику видов и условий социального страхования;

д) соблюдение работником правил внутреннего трудового распорядка организации.

Статья 19.1 Трудового кодекса РФ предусматривает порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями, возникающими на основании трудового договора.

Свидетельством того, что в отношениях между организацией и физическими лицами присутствуют признаки трудовых отношений, является присутствие в гражданско-правовых договорах таких признаков, как:

а) наличие работы регулярного характера;

б) заключение однотипных договоров с одним и тем же лицом;

в) выплаты вознаграждения за аналогичную работу (независимо от ее объема);

г) выплаты исполнителю дополнительного вознаграждения; отсутствие в предмете договора конечного результата;

д) применение норм по оплате и возмещению затрат, связанных со служебными командировками; участие в производственной деятельности организации;

е) длительность и системность отношений;

ж) подчинение внутреннему распорядку и выполнение распоряжений работодателя;

з) выполнение работы определенного рода;

и) использование оборудования и инвентаря работодателя.

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями, толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ст. 19.1 Трудового кодекса РФ) (Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2014 г. по делу № А78-858/2014).

Отличительными признаками трудового договора являются, в том числе, обязанности работодателя обеспечить работнику соответствующие условия труда, с установленной периодичностью выплачивать работнику заработную плату за выполнение им трудовых функций; соблюдение работником правил внутреннего трудового распорядка

В рамках гражданско-правовых отношений лицо, являющееся исполнителем (подрядчиком, поверенным, агентом, автором и др.), самостоятельно организует деятельность по выполнению предусмотренных договором обязательств (определяет необходимые условия труда, планирует время, необходимое для выполнения работы, характер и объемы работ за определенный период и т.п.).

Лицо, выполняющее работы по гражданско-правовому договору, не обязано подчиняться действующим у заказчика (доверителя, принципала и др.) правилам внутреннего трудового распорядка.

В силу принципа состязательности сторон (ст. 12 ГПК РФ) и требований ч. 2 ст. 35, ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 68 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В данном случае обязанность доказывать возникновение трудовых отношений с ответчиком возложена на истца. 

Со стороны ответчика в материалы дела представлены сканы графика оказания услуг водителями ИП П.А.В.. в октябре, ноябре и декабре 2018 года, из которых следует, что работодателем фиксировались заявки, выполненные каждым из водителей, и их стоимость, по итогу, в конце каждого месяца, производился подсчет общей стоимости заказов, выполненных каждым из водителей, и высчитывался размер вознаграждения услуг водителей, исходя из процентных ставок, указанных договорах возмездного указания услуг.

Так, согласно графика оказания услуг, за ноябрь 2018 г. Г.К.В. выполнено заявок на общую сумму 95 000 рублей, что в процентном соотношении (40% от общей цены заказа) составило 38 000 рублей плюс доплата за сверхурочное время – 1500 рублей, а всего 39 500 рублей, что согласуется с суммой, обозначенной в переписке в сети «Ватсап» между сторонами.

Из указанных графиков следует, что оплата труда у индивидуального предпринимателя П.А.В.. не являлась фиксированной и рассчитывалась исходя из количества и стоимости выполненных водителями заказов. Кроме того, из графика оказания услуг за ноябрь 2018 г. следует, что Г.К.В.. выполнял заявки не по определенному графику, как указано в иске (пять рабочих дней и два выходных в неделю), выполнение заявок носило нерегулярный характер, что указывает на непостоянный характер предоставляемых индивидуальным предпринимателем П.А.В.. услуг.

По изложенному, суд полагает, что в период с 30.10.2018 г. по 03.12.2018 г. Г.К.В. фактически осуществлял у ИП П.А.В. деятельность в должности водителя грузовика с краном-манипулятором фактически на условиях договора возмездного оказания услуг, то обстоятельство, что договор возмездного оказания услуг не был оформлен сторонами в письменном виде, в данном случае правового значения для дела не имеет, поскольку выполнение Г.К.В.. работ за указанный период и оплата услуг Г.К.В. сторонами не оспаривается, так как и не оспаривается Г.К.В. размер выплаченного ИП П.А.В. вознаграждения за его услуги за ноябрь 2018 год. Стажировка водителя без заключения договора о возмездном оказании услуг в течение месяца хоть и не предусмотрена прямо нормами законодательства, но, учитывая характер деятельности ИП П.А.В.., проверка наличия специальных навыков и профессиональных знаний у нанимаемых для выполнения услуг по эвакуации автомобилей водителей предполагается.

Указание в выписке из истории болезни на характер травмы как производственной, а также в больничных листах кода причин нетрудоспособности - 04, то есть как производственной, также правового значения по делу не имеет, поскольку данная информация указана врачом со слов истца, кроме того, в выписке из истории болезни также со слов Г.К.В. указано, что в листках нетрудоспособности Г.К.В.. не нуждается, не работает.

По факту несчастного случая с Г.К.В., произошедшего 03.12.2018 г., сотрудниками ОП № 6 УМВД России по г. Владивостоку была проведена соответствующая проверка, в возбуждении уголовного дела было отказано.

Из объяснительной, данной П.П.В. (непосредственный руководитель на основании доверенности № 25АА1936106 от 29.09.2016 г., не приобщена в материалы дела, но указана в объяснительной, л.д. 14), данной в рамках доследственной проверки КУСП № 11662 от 03.12.2018, П.П.В. предполагает, что причиной опрокидывания грузовика явилось то, что водитель Г.К.В.. не выдвинул опорную лапу манипулятора, что было необходимо для устойчивости эвакуатора. Данное обстоятельство не оспаривал Г.К.В. в ходе судебного разбирательства. 

Отказывая истцу в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из того, что истцом не представлено доказательств того, что он в спорный период работал у ответчика полный рабочий день, имел определенное рабочее место, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка и нес дисциплинарную ответственность за нарушение режима рабочего времени. Также суду не представлено заявление Г.К.В. о принятии его работу в ИП П.А.В. на должность водителя грузовика с установленным краном-манипулятором, что свидетельствовало бы о намерении истца вступить в трудовые отношения с ответчиком. Данные обстоятельства не позволяют установить факт наличия трудовых отношений между ИП П.А.В.. и Г.К.В. соответственно, факта несчастного случая на производстве и обязании ответчика произвести соответствующие выплаты и пособия. 

Отношения по возмездному оказанию услуг не предполагают выплат заказчика на обязательное страхование от несчастных случаев и профессиональных заболеваний в Фонд социального страхования Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором и как следствие заказчик не несет ответственность за несчастный случай, произошедший с исполнителем при выполнении им свои обязательств в рамках договоров. 

В силу статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. 

В соответствии с ч. 1 ст. 14 ТК РФ течение сроков, с которыми ТК РФ связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми, у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Таким образом, срок, предусмотренный ст. 392 ТК РФ должен исчисляться с момента установления такого факта.

Отсутствие же трудовых отношений в спорный период (с 30.10.2018 по 30.08.2019) подлежало доказыванию.

Так как ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока на обращение в суд по данному трудовому спору, то указанное заявление подлежало рассмотрению в рамках сложившихся правоотношений между истцом и ответчиком исходя из установления того обстоятельства, являлись ли они трудовыми, в связи с чем подлежат ли применению к ним положения ст. 392 ТК РФ.

Указанные обстоятельства имеют существенное значение для разрешения спора. 

Поскольку в судебном заседании не установлен факт трудовых отношений между Г.К.В. и ИП П.А.В. в период с 30.10.2018 по 30.08.2019, суд приходит к выводу, что срок обжалования, предусмотренный ст. 392 ТК РФ по заявленным требованиям не пропущен. 

В связи с тем, что суд не усмотрел наличия между Г.К.В.. и ИП П.А.В. трудовых отношений, требования об обязании внести запись в трудовую книжку о трудоустройстве, запись об увольнении, установлении факта несчастного случая на производстве, установлении факта выплаты заработной платы, взыскании пособия по временной нетрудоспособности, выходного пособия при увольнении, компенсаций за неиспользованный отпуск, за задержку причитающихся выплат, компенсацию морального вреда, являющиеся производными требованиями от требований первоначальных, также не подлежат удовлетворению 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 264,194-198,199 ГПК РФ, суд

решил :

Исковые требования Г.К.В. Г.К.В. к индивидуальному предпринимателю П.А.В. об установлении факта трудовых отношений, факта несчастного случая на производстве, взыскании пособий оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца, через Первореченский районный суд г. Владивостока путем подачи апелляционной жалобы. 

Мотивированное решение изготовлено 11 февраля 2020 года 

Судья О.А.Струкова