Дело № 1-10-2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Печора 28 января 2019 года

Печорский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Барабкина А.М. при секретаре Снегиревой Л.В., с участием государственного обвинителя – помощника Печорского межрайонного прокурора Полякова А.Н., потерпевшего Ч. его представителя ФИО1, подсудимого ФИО2, его защитника – адвоката Корякиной И.О., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: ФИО2, **** ранее судимого Печорским городским судом:

- 21 апреля 2014 года по ст. ст. 163 ч. 2 п. «а, в», 163 ч. 1, 163 ч. 2 п. «в», 69 ч. 3 УК РФ к двум годам лишения свободы в воспитательной колонии (освобожден 05 февраля 2016 года);

- 19 июля 2016 года по ст. ст. 158 ч. 2 п. «в», 73 УК РФ к двум годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года;

- 03 мая 2018 года по ст. ст. 158 ч. 2 п. «в», 161, 69 ч. 2, 74 ч. 4, 70 УК РФ к шести годам лишения свободы с ограничением свободы на один год;

- 14 июня 2018 года мировым судьей Речного судебного участка г. Печора по ст. ст. 319, 69 ч. 5 УК РФ к шести годам семи месяцам лишения свободы с ограничением свободы на один год,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 162 ч. 2 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО2 совершил разбой, т.е. нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, угрозой применения такого насилия, а именно: **.**.** ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения в помещении кафе ********** расположенного по адресу: ********** действуя с корыстной целью завладения имуществом и деньгами Ч. используя надуманный предлог и незначительный повод, спровоцировал конфликт с последним, в ходе которого в целях подавления воли потерпевшего к сопротивлению подверг его избиению и, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, нанес ему множественные (не менее десяти) ударов кулаками и ногами в обуви по голове и телу, в результате которых Ч. упал и потерял сознание, а ФИО2 из кармана брюк потерпевшего открыто похитил телефон «Алкатель» стоимостью 2000 рублей с флешкартой стоимостью 500 рублей, 200 рублей и банковскую карту **** на имя Ч. при этом при попытке последнего противодействовать действиям ФИО2 вновь нанес Ч. не менее одного удара ногой по голове, в связи с чем потерпевший повторно потерял сознание. После этого, продолжая реализацию преступного умысла на завладение денежными средствами Ч. сопровождая свои требования реально воспринимаемыми потерпевшим угрозами применения дальнейшего насилия, физической расправы и демонстрацией ножа, ФИО2 незаконно потребовал назвать пин-код к банковской карте, вынудив так Ч. дважды сообщить неверный код к карте. В дальнейшем, используя похищенный телефон потерпевшего с абонентским номером МТС, информационную сеть «Интернет», услугу «Мобильный банк», ФИО2 перевел 8000 рублей с банковского счета на имя Ч. на банковский счет на имя Б. предпринял безуспешные попытки осуществления иных банковских операций, а также, используя банковскую карту на имя Ч. произвел оплату услуг **** на сумму 1000 рублей, распорядившись таким образом похищенным имуществом и денежными средствами Ч. в своих интересах и причинив ему ущерб на общую сумму 11700 рублей.

В результате избиения ФИО2 Ч. . последнему были причинены физические страдания и боль, а также не причинившие вреда здоровью **** по признаку длительности расстройства здоровья продолжительностью свыше 21 дня вред здоровью средней тяжести **** 

.Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину свою в совершении преступления признал частично, не согласился с квалификацией его действий следствием, полагал, что избил потерпевшего в ходе возникшей по личным мотивам ссоры, а после этого похитил его имущество, от дачи показаний отказался и просил исследовать представленное им после повторного ознакомления с материалами дела «чистосердечное признание» (т. 3, л.д. 126-128), согласно которого в ночь на **.**.** года он с Б.С.. был в кафе **** и перед уходом (перед закрытием кафе) у барной стойки услышал, что ранее незнакомый ему Ч. остался должен **** рублей, о чем стал разговаривать с ним, призывая оплатить заказ. Ч. был сильно пьян, стал грубить и размахивать руками, в ходе спора угрожал обращением за помощью к друзьям, в связи с чем, разозлившись, ФИО3 нанес Ч. 2-3 удара по лицу, в результате чего тот упал, а ФИО3 стал отходить, но получил удар железным тазиком по голове и шее, из-за чего испытал боль, развернулся и вновь 3-4 ударами в лицо сбил ФИО4 с ног, но тот поднялся и стал подходить к нему, из-за чего их стала разнимать и выгонять Б.Э. Согласившись с вмешательством женщины, после её ухода они вновь сцепились, и ФИО3 нанес Ч. удар в лицо, от которого тот согнулся, вслед за чем ФИО3 нанес Ч. удар коленом в лицо, после чего Ч. вновь упал на пол. ФИО3 ушел в туалет вымыть от крови руки, а по возвращении обнаружил Ч. сидящим на полу. При попытке его поднять, чтоб отвести умыться, Ч. стал просить вернуть телефон и карту. Решив, что вещи могли выпасть при падении ФИО5 оглядел пол, но ничего не заметил, прошел в сторону подоконника, где сидел Б.С. за одеждой и услышал разговоры 3-4 молодых людей о намерении узнать пин-код и снять деньги. Поняв, что эти лица забрали у Ч. карту и телефон, он предложил им вещи вернуть, забрал телефон и карту себе, положив в свой карман, после чего сводил Ч. в туалет умыться, посадил его в зале за крайний стол, чтоб он пришел в себя от сильного опьянения и избиения. Спустя пять минут, ничего не требуя, ФИО3 спросил пин-код карты, а, когда он его назвал, прошел к кассе, желая оплатить пиво картой. Код оказался неверен, он поинтересовался кодом повторно и, решив, что названный Ч. код верен, не возвращаясь к бару, вывел Ч. на улицу, проследил, чтоб тот не упал, затем вернулся в кафе, забрал Б.С. на такси отвез его на ********** а возвращаясь в город, обнаружил в кармане телефон и карту, о которых к тому моменту забыл. Через сервис «900» при помощи телефона он узнал баланс карты в размере **** попытался перевести **** на карту Б. что не получилось, после чего он перечислил ****, которые получил при участии Б. Бил он Ч. один из-за случившегося конфликта, решение о краже денег он принял сам во время поездки в такси. Позже телефон и карту он выкинул.

В ходе следствия на очной ставке с потерпевшим ФИО2 настаивал на избиении из-за ссоры, возникшей в силу личной неприязни после того, как он предложил оплатить долг перед баром, о котором ФИО3 сообщила Б.Э. Одновременно с этим ФИО2 отрицал причастность к хищению имущества Ч. (т. 1, л.д. 98-106). В ходе следствия при привлечении в качестве обвиняемого и до первого ознакомления с материалами дела ФИО2 отказывался от дачи показаний, активно реализуя право на защиту путем обращения с ходатайствами к следствию (т. 1, л.д. 111-113; т. 2, л.д. 87-89).

Позже он заявил о готовности дать показания, настаивал на избиении Ч. по личным мотивам, оспаривал показания потерпевшего в ходе очной ставки, по-прежнему отрицая причастность к хищению его телефона и карты (т. 2, л.д. 82-84, 151-157).

При привлечении к ответственности в качестве обвиняемого 14 июня 2018 года ФИО2 настаивал, что бил потерпевшего только по лицу, не наносил удары по телу, не согласился с заключениями экспертов, опознал на представленном снимке с банкомата Б. однако отрицал перевод ему денег **.**.**, просил об очной ставке со свидетелем, указывая на наличие между ними неприязненных отношений (т. 3, л.д. 95-97).

Судом с участием сторон исследованы следующие доказательства:

Потерпевший Ч. в судебном заседании показал, что в день происшествия выпивал, однако помнит практически всё, за исключением времени, пока был без сознания. До происшествия он познакомился со С. которая пожелала потанцевать, в связи с чем они приехали в ********** ФИО6 необоснованно предъявила ему претензии за долг в **** рублей. Понимая, что ситуация конфликтная, он решил оплатить **** рублей, для чего положил **** рублей на стойку, однако купюру забрал М. позже признавший этот факт (за что осужден), при этом тот вернул ему **** на такси. После ухода М. Б.Э. позвала ФИО3, слышавшего все за его спиной, и попросила того разобраться с Ч. из-за долга. ФИО3 стал требовать, чтобы он вернул деньги, пригрозил, что иначе он не уйдет. Ч. отказывался давать деньги, понял, что все только предлог для конфликта, психанул и пошел в гардероб за курткой, на что ФИО3 крикнул, чтоб куртку не давали. В этот момент М. находился в фойе. Все происходило до 08 часов, заведение спешно стали закрывать, всех выгоняли или торопили уйти, у двери стоял человек, который не дал уйти, ему также не давали и верхнюю одежду, из-за чего он вернулся в зал, сел за столик и пытался найти номер телефона людей - общих знакомых, которые помогли бы в разрешении ситуации. В итоге в кафе около входа осталось три мужских силуэта, а также были три женщины персонала. Сестра бармена, сказав, что с ним хотят что-то сделать, попыталась вывести его через кухню, однако его там нагнал ФИО3 и принудительно вернул его в зал. Не смотря на его комплекцию, Ч. понимал, что в кафе три, готовых на что угодно, мужчины, с которыми ему не справиться, и надеялся избежать конфликта. Однако ФИО3, демонстративно обращаясь к товарищам, заявил, что он прячется, и нанес ему 3-4 удара в лицо, чего Ч. не стерпел и ударил находящегося вблизи ФИО3 стоявшей рядом тарелкой в плечо или голову, отчего тарелка выскочила из руки и упала. На происходящее ФИО3 демонстративно обратил внимание других лиц, они схватились, стали бороться и наносить друг другу удары. Подбежала девушка, пытавшаяся вывести его, и встала между ними, что сделала, по его мнению, для того, чтоб он не мог наносить удары ФИО3. В результате этого он стал получать удары с двух сторон, из-за чего решил, что ФИО3 не один. В ходе избиения он дважды терял сознание, после первого очнулся на полу, пытался встать, почувствовал что-то кто-то тянет его за карман, вновь потерял сознание, придя в себя от того, что также тянули за карман, сел на пол, заметил, что оторван карман брюк, после чего он обнаружил пропажу банковской карты, телефона и **** рублей, возвращенных М. Все вещи находились в левом (не накладном) кармане. Кто брал вещи он не видел, один глаз был заплывшим, второй глаз не видел наполовину, однако к нему подошел человек, которого он принимал ранее за М. (в чем в данный момент не уверен). Считает, что это был не ФИО3, т.к. у того были заметны татуировки, а у подошедшего человека руки были закрыты рукавами. В дальнейшем ФИО3 после участия в избиении выпытывал у него пин-код, угрожал («ему нечего терять»), в т.ч. принес нож и стал им пугать, обещая зарезать. После того, как Ч. специально сообщил ему неверный код, ФИО3 с кем-то общался, проверял пин-код на кассовой аппарате кафе, в этот момент списав со счета **** рублей. Он считает, что его били не более двух человек, т.к. удары наносились с двух сторон: ФИО3 находился справа от него (Ч. его видел), а, когда он прикрывал лицо и челюсть, то его не видел. Угрозы ФИО3 он воспринимал реально, уже был избит и понимал, что может вовсе не уйти, услышал разговоры о необходимости стирать видеозаписи и что-то делать с ним (кто-то заговорил о Белом-Ю, т.е. о кладбище). В ходе следствия он также полагал (но не видел), что его ударяли барным стулом, который был на месте происшествия, т.к. в ходе избиения почувствовал сильный и обширный удар в область спины. В какой-то момент он оказался на улице, спешно покидал место, заметил, что следом двигается ФИО3, споткнулся сам или был сбит ФИО3, после чего быстро пополз к тротуару, где заметил двух женщин, которые в итоги прошли мимо. Также он заметил, что ФИО3 на телефон снимал, как он полз. В результате преступных действий у него были похищены банковская карта, телефон «Алкатель» стоимостью **** рублей, **** рублей наличными, **** рублей через кассовый аппарат кафе, **** рублей через мобильный банк. По сведениям из банка предпринимались попытки снятия других средств. В результате избиения он попал в больницу, где проходил лечение, принимал уколами обезболивающее, снотворное и антибиотики, что повлияло на изменение некоторых его показаний в ходе следствия, которые, он считает, менялись незначительно, а основное в них оставалось неизменным. В итоге он лечился вплоть до сентября 2018 года, нуждается в дополнительных обследованиях. В результате утраты трудоспособности, причиненных травм он Ч. на значительный срок не смог работать, утратил по месту работы возможность получить работу мастера, был ограничен в возможности самостоятельного ухода за собой, а также стеснен в средствах, из-за чего залезал в долги, помимо траты значимого личного времени на прохождение лечения и обследований, тратил личное время на участие в следственных действиях, во время и после избиения он был унижен и оскорблен, испытывал существенную физическую боль из-за недобрых слухов выехал из города, опасается по-прежнему преследования, - что в совокупности причинило и причиняет ему существенные нравственные и моральные страдания. С учетом изложенного Ч. претендует на удовлетворение заявленных им исковых требований о возмещении ущерба, причиненного преступлением в части возмещения стоимости похищенного имущества, а равно стоимости приобретенных им для лечения лекарств, а также затрат на проезд к месту лечения, а равно возмещение морального ущерба в размере 50000 рублей.

Согласно первоначальных показаний Ч. . в ходе следствия он, среди прочего сообщил о посещении до визита в кафе ********** трех других заведений, при этом давал, по сути, аналогичные показания, указав в т.ч., что парень требовал вернуть долг сестре, называя так бармена, после возникновения драки напавший агрессивно бил его по голове и лицу, после чего, защищая лицо и голову, он упал на пол, где его продолжили избивать кулаками, лицу и голове. Из-за множественных ударов ему казалось, что его бьёт не один человек, но кто именно он не видел, предположил, что его также били каким-то предметом, вероятно стулом. Также Ч. оценил похищенный телефон в 2500 рублей и признал, что в объяснении из-за плохого самочувствия не все указал верно (т. 1, л.д. 23-28, 163-164, 195-196). При последующем допросе Ч. сообщил, что 41 день находился на больничном из-за причиненных травм, которые получил в кафе **********» в день происшествия, показал, что соучастника ФИО3 не видел, но слышал, как иной мужчина призывал убирать кровь и стирать запись, а также среди предъявленных ножей выбрал два, с одним из которых ФИО3 вышел из кухонного помещения, но был остановлен девушкой - работницей кафе. Одновременно Ч. полагал, что именно эта девушка пыталась вывести его через кухню, а затем разнимала их драку, уточнил, что удар мог быть нанесен в прыжке ногой, согнутой в колене. Уточняя размер ущерба Ч. оценивал стоимость телефона в 2000 рублей и флешкарты в 500 рублей (т. 1, л.д. 243, т. 2, л.д. 47, 94). На своей позиции, в т.ч. о роли Б.Э. потерпевший настаивал и в ходе очной ставки с нею и очной ставки с подсудимым (т. 1, л.д. 193-194, т. 2, л.д. 151-157). Об обстоятельствах происшествия потерпевший также показал при проверке его показаний на месте (т. 2, л.д. 6-11).

Допрошенная в ходе следствия по делу свидетель Л. показала, что в день происшествия была в кафе ********** с подругой, где познакомилась с Ч. который пошел следом за ними в кафе ********** но там они не остались, её подруга ушла, а она и Ч. решили проехать в ********** куда прибыли на такси, за которое наличными рассчитался Ч. Он был без повреждений и на здоровье не жаловался. В баре они расположилась за стойкой, как она помнит, Ч. рассчитывался за один заказ и песню, но каким способом платил, не помнит, хотя помнит в его руке купюру в **** рублей. При этом ей известно, что бармен Б.Э. не дает товар без предварительной оплаты, каких-либо претензий с её стороны к Ч. не было. В какой-то момент к бару в состоянии опьянения подошел ФИО3, предъявив ей агрессивно претензию за дачу показаний в отношении М. чего на самом деле не была, в силу чего она поняла, что его претензия - только предлог. ФИО3 стал выяснять с нею отношения, Б.С. «крутился» рядом, но не подходил. Затем ФИО3 перекинулся на Ч. стал предлагать ему угостить его алкоголем. Ч. отказал ФИО3, но не грубо, за что последний толкнул Ч. Она и Ч. во избежание конфликта вышли в холл курить, оттуда она прошла в туалет, а Ч. прошел в зал, где на стойке должен был оставаться их заказ. После туалета она без прощания с Ч. уехала со знакомым таксистом, позднее узнала об избиении Ч. в кафе (т. 2, л.д. 12).

Как следует из показаний свидетеля С.Л. около 04-05 часов **.**.** года из бара ********** она приехала в кафе ********** где у нее произошел конфликт с опознанным ею позже Б.С. и его другом Г. который в зале дал ей пощечину и бросал в неё бутылки, что, по её мнению, видели сотрудники заведения. Из-за конфликта она не могла выйти из клуба, укрылась в туалете и вызвала полицию. В период разбирательства она обратилась к сотрудникам кафе с просьбой предоставить видеозапись происшествия, но те сообщили, что камеры отсутствуют и запись не ведется. Она не смогла подтвердить присутствие в кафе в этот вечер визуально ей знакомого ФИО3, но однажды в кафе ********** она заметила за ним привычку снимать драки на камеру (т. 1, л.д. 226-227).

Свидетель В. сообщил в ходе расследования преступления, что после **.**.** часов **.**.** года направлялся по ********** в сторону ********** когда на проезжей части заметил мужчину с шаткой походкой. При этом по его оценке мужчина не был сильно пьян, был адекватен, но не мог стоять на ногах и сел в сугроб. Лицо мужчины было разбито, он сплевывал кровь, попросил вызвать полицию на его вопросы пояснив, что сам не может сообщить, т.к. у него похитили карту, телефон и требовали пин-код. В ходе их разговора подошел второй мужчина, затем подъехали сотрудники полиции (т. 1, л.д. 242).

Свидетель А. в ходе следствия подтвердил своё участие в оказании помощи потерпевшему утром **.**.** года, сообщив, что до этого мужчину заметил в попытках остановить машину (т. 2, л.д. 76-77).

Из оглашенный в судебном заседании показаний свидетеля Б. видно, что он знаком ФИО3 с детства, однако общается с ним редко, как и с Б.С. середине **.**.** около **.**.** часов ФИО3 (который был в состоянии опьянения) разбудил его, когда пришел к нему домой один без предварительного звонка. Он сообщил, что на его номер Билайн он перевел **** Б. проехал со ФИО3 до открытого отделения сбербанка ********** где с помощью собственной карты снял ****, которые передал ФИО3, ожидавшему его у машины. По получении денег ФИО3 уехал на такси, а Б. вернулся домой пешком. Ранее по просьбе ФИО3 он также обналичивал перечисленные им деньги, в связи с чем подозрений по поводу его просьбы у него не возникло. Сообщение банка о поступлении денег на его счет он во сне не заметил, обнаружил после появления ФИО3. Б. подтвердил своё изображение на скриншоте с банкомата (т. 1, л.д. 213, т. 3, л.д. 99).

Свидетель Б.Э. показала суду, что как администратор кафе ********** в ночь на **.**.** года до утра находилась на работе, когда ближе к 8 часам (к закрытию) с участием потерпевшего в кафе произошел конфликт. Конфликты случаются часто, в этот раз она сначала слышала разговор на повышенных тонах в курилке, затем в зале, где персонал проводил уборку, Ч. и ФИО3 толкались, Ч. кинул в ФИО3 тарелкой, кто-то бил другого по носу, из-за чего их стали выгонять на улицу. Драка длилась 5-7 минут, но они женщины Б.Э. М. и П. в драку не лезли. М. покинул кафе ранее, Б.С. по обыкновению спал на подоконнике («его обычное состояние»), его с трудом разбудили. Выгнав потерпевшего с подсудимым, а также иных 5-6 остававшихся посетителей, они закрыли двери. Ножа в руках ФИО3 она не видела, изъятые в ходе следствия ножи все из кафе, но за баром не используются. Также она не видела, чтобы ФИО3 лазил по карманам потерпевшего. Ей не известно, кто выдавал ресивер, и причина отсутствия видеозаписи. Ч. во время посещения расплачивался за заказы и музыку наличными и картой, ничего бару должен не был.

В ходе следствия Б.Э. также показала, что потерпевший появился в кафе с К. они сидели у бара, где мужчина делал несколько заказов; брал две бутылки вина, заказывал песню, фруктовую нарезку. Когда она исполняла заказы, он платил картой. Наличные могла принять М. Они к потерпевшему претензий по оплате не имели, к кому-либо за помощью в оплате счета она не обращалась Конфликт в курилке между потерпевшим и ФИО3 она заметила по монитору около 07 часов 45 минут, мужчины толкались. По возвращении в зал они были возбуждены, ФИО3 кричал, ругался нецензурно в адрес потерпевшего, мужчины стали драться в центре зала. Потерпевший бросил в Жданова алюминиевую тарелку с водой для мытья столов. Драка была обоюдной, мужчины наносили удары друг другу в голову, оба падали на пол. М. вышла в зал на звук брошенной тарелки. Пока мужчины дрались, они разбудили Б.С. после чего троих мужчин выгнали из зала, после чего в кафе остались 3-4 человека, ожидавшие такси. Она считает, что ФИО3 в моечную пройти не мог, т.к. это запрещено, за барную стойку никто не заходил (т. 1, л.д. 191-192). На своей позиции Б.Э. настаивала и в ходе очной ставки с потерпевшим (т. 1, л.д. 193-194).

Как следует из показаний на следствии М. она работает в кафе ********** вместе с сестрой – Б.Э., как постоянных клиентов знает ФИО3, Б.С. и М. с чьим участием в кафе иногда случались стычки с другими посетителями. В ночь на **.**.** года после полуночи в кафе пришла постоянная посетительница С. с незнакомым персоналу мужчиной . Также в это время в кафе пришли ФИО3 и М. С. с мужчиной расположились у бара, мужчина за музыку, алкоголь и закуску рассчитывался через терминал, наличными не платил. Мужчину вместе с М. она не видела, конфликта не наблюдала. Б.Э. ей о том, что кем-то не оплачен товар, не сообщала; она за помощью в разрешении такой проблемы к ФИО3 и М. не обращалась. Б.С. в течение вечера спал на подоконнике. Перед завершением трансляции музыки она услышала, как ФИО3 ругается с потерпевшим. В этот период она начала заниматься уборкой, проходила в моечную. Потерпевшего со ФИО3 в зале она не помнит, голоса раздавались из холла. Находясь в моечной, она услышала звук посуды и вернулась в зал, где заметила миску с водой на полу, разлитую воду и ФИО3, вытиравшего себя (как она поняла, от воды). Рядом с ним стоял потерпевший в верхней куртке, между мужчинами шла перепалка. Крови она не заметила. Они как сотрудники стали выгонять мужчин из кафе, для этого разбудили и Б.С. а равно вывели лиц, ожидавших такси в курилке. Она не видела, чтобы ФИО3 брал нож из моечной, не видела в его руках ножа (т. 1, л.д. 189-190).

Согласно показаний свидетеля П. в ходе следствия, она работает в закусочной ********** в качестве гардеробщицы, занята приемом и выдачей одежды в гардеробе, уборкой холла и туалетов. **.**.** года она заступила на смену около 22 часов, до полуночи среди других посетителей в заведение пришли ФИО2 с Б.С. после полуночи в кафе пришла К. с незнакомым мужчиной (которого она видела впервые), они прошли на танцпол. Около 05 часов по вызову женщины, укрывшейся в туалете из-за конфликта с мужчиной, приезжали сотрудники полиции, один из которых объяснение брал в кабинете директора. Драк на танцполе (куда она не выходит) и возле заведения она не заметила, одними из последних ушли ФИО3 и Б.С., Б.Э. говорила ей, что между спутником К. и ФИО3 был конфликт, в ходе которого мужчина кинул в ФИО3 тарелкой, после чего их выгнали (т. 1, л.д. 66-68, 211-212). 

Свидетель Г. как администратор ********** в ходе следствия показала о распределении обязанностей между работниками заведения, режиме работы кафе, организации в кафе видеонаблюдении, а свидетель М.М. как владелец заведения сообщил, что видеозапись в кафе ведется круглосуточно и как могла быть удалена ему неизвестно, в кафе он пришел после происшествия (т. 1, л.д. 223-225; т. 2, л.д. 5).

Из показаний в ходе следствия свидетеля Б.С. видно, что в ночь на **.**.** года он находился с М. в кафе ********** где он заметил потерпевшего, знакомого ему как посетитель этого кафе. М. ушел, а Б.С. созвонился со ФИО3, с которым на такси сначала проехал в бар «********** а около полуночи в кафе ********** где находились Г. М. и другие. Сам он пил водку, был пьян, не помнит, когда и с кем появился потерпевший. Когда он курил на улице, из-за конфликта приехали сотрудники полиции. Затем он узнал, что конфликт случился из-за Г. которого выгнали, и вместе с ним ушел М. Позже Б.С. стало плохо, а затем он уснул на подоконнике. Проснулся он, когда кафе закончило работу, и горел свет. В этот момент он заметил, что потерпевший кинул в ФИО3 тарелку, после чего они сцепили и дрались (валялись на полу). Б.С. и Б.Э. стали их растаскивать, у них получилось это, мужчины поднялись, но вновь продолжили драку у барной стойки, при этом потерпевший падал на спину на пол. Кто-то из присутствовавших в кафе, но не участвовавших в драке, лиц помог потерпевшему подняться. Бабушкин не видел, чтобы ФИО3 либо кто-то другой требовал пин-код, проверял карманы потерпевшего либо брал нож. Их выгнали. Он и ФИО3 вышли и курили на крыльце, следом вышли потерпевший и другие парни. ФИО3 на такси отвез его домой, сам уехал дальше (т. 2, л.д. 45).

Свидетель Г. на следствии подтвердил, что в ночь происшествия приехал в кафе ********** где также были Б.С. и ФИО3, позже появился М., однако тот вместе с ним ушел из-за случившегося конфликта с девушкой и появления полиции (т. 2, л.д. 46).

Свидетель М. сообщил в ходе следствия, что был в кафе, где также находились ФИО3, Б.С. и Г. когда около 04 часов подошел к бару в отсутствие Ч. заказал бармену три коктейля, а та, решив, что Ч. с ними, по его возвращению на свое место потребовала с него расчет за заказанные М. коктейли. Ч. возмутился, но не стал связываться и положил **** рублей одной купюрой, которую не сразу забрала бармен Б.Э. чем воспользовался М. и забрал деньги себе, а просьбу Ч. их вернуть проигнорировал, но дал ему 200 рублей. После этого, спустя два часа, с участием Г. произошел конфликт, после чего М. с ним ушел. Свидетелем конфликта Ч. со ФИО3 он не был. Он, братья К. и Г. направились к нему домой, где после 16 часов также появились Б.С. а ближе к вечеру – ФИО3, который вскоре уехал к девушке, о конфликте не сообщал (т. 2, л.д. 54-55, т. 3, л.д. 28)

Свидетель Б.С. существенных показаний по существу дела в ходе следствия не дал, однако подтвердил, что был в кафе в ночь на **.**.**, когда там задержали ФИО3 (т. 2, л.д. 134-135, 137).

Свидетели К. и А. в ходе расследования дела по существу рассматриваемого обвинения ничего не показали, подтвердив посещение квартиры М. куда ФИО3 пришел позже других (т. 2, л.д. 136-138).

Свидетель Р. в ходе следствия как сотрудник полиции, сообщил, что в ходе дежурства в связи с обращением в дежурную часть отдела С.Л. около 06 часов **.**.** года он выезжал в ночной клуб ********** где среди прочих лиц он заметил условно осужденного ФИО2 Л. указала на мужчину по имени С., сообщив, что у неё с ним произошел конфликт, в связи с чем она его боится. В этот момент к нему подошел ФИО3 и попросил с С. разобраться на месте, в связи с чем они прошли в кабинет администратора, где Р. получил от мужчины объяснение, после чего тот прошел со ФИО3 в сторону танцпола, а Р. с женщиной проехали в отдел полиции (т. 1, л.д. 64-65).

Судебно-медицинский эксперт Н. суду пояснила, что различия в выводах судебно-медицинских экспертов в отношении пострадавшего Ч. вызваны только тем лишь для производстве последней из экспертиз было представлено более полное описание КТ-снимка, подтвердившее причинение Ч. перелома, подлежащего квалификации как вред здоровью средней тяжести.

Также судом исследованы:

- сообщения от **.**.** года (в 8:56 и 10:20) об оказании помощи Ч. и его заявление о хищении имущества и избиении (т. 1, л.д. 3, 5. 6);

- протокол осмотра помещений кафе «********** вечером **.**.** года с попыткой обнаружения видеозаписи (т. 1, л.д. 7-11); протокол осмотра зала закусочной **.**.** года, в ходе которого в зале, в т.ч. на барном стуле (изъят) обнаружены бурые пятна (т. 1, л.д. 169-173);

- протокол обыска в кафе ********** ходе которого изъяты ножи и предметы, не имеющие значения для дела, протокол их осмотра (т. 1, л.д. 177-178, 182-187)

- справка о состоянии вклада Ч. подтверждающее списание с его счета как **** рублей, так и средств потраченных при посещении кафе (т. 1, л.д. 166); отчет по счету карты и иные банковские документы, свидетельствующие о произведении картой Ч. **.**.** года оплаты четырех сумм в адрес ********** в размере **** рублей, а равно о перечислении с его счета **** рублей на счет карты на имя Б. а равно поступление **** рублей на счет Б. со счета Ч. **.**.** года в 09:07 (т. 1, л.д. 246, т. 2, л.д. 58-66);

- протоколы выемки и осмотра изъятых у Ч. брюк со следами разрыва на кармане (т. 1, л.д. 198-201);

- протоколы выемки в ИВС ОМВД выданного с вещей ФИО2 телефона «ЭлДжи», протокол его осмотра, в ходе которого извлечь информацию не удалось из-за блокировки телефона (т. 1, л.д. 203-206);

- протоколы освидетельствования Б.С. и ФИО2, на руках которых зафиксированы татуировки, у ФИО2 - преимущественно на кистях (т. 2, л.д. 41-44, т. 3, л.д. 84-86);

- протокол осмотра предоставленной Сбербанком видеозаписи из отделения банка по адресу: ********** а также фототаблицы карты учета на Б. в совокупности подтверждающие произведение снятия денежных средств с карты Б. (т. 2, л.д. 67-70, 72-73);

- предоставленные потерпевшим сведения МТС, подтверждающие использование его телефона днём **.**.** года, в т.ч. направление сообщений через сервис Сбербанка «900» в период перечисления денег на счет Б. . (т. 2, л.д. 95-97; т. 3, л.д. 41-74);

- заключения судебно-медицинских экспертов, с выводами об обнаруженных телесных повреждениях и их тяжести, в т.ч. о выявлении у пострадавшего Ч. . консолидирующего перелома грудинного конца левой ключицы, который мог образоваться в результате не менее одного ударного воздействия твердого тупого предмета (возможно части тела постороннего человека) в т.ч. и **.**.** года. Данное повреждение квалифицировано как вред здоровью средней тяжести (т. 2, л.д. 173-174, 182-184, 193-195);

- копия карты вызова скорой помощи **.**.** года Ч. ., который сообщил об его избиении в кафе ********** неизвестными, в результате чего он терял сознание (т. 2, 163-165);

- документы, характеризующие личность подсудимого, в том числе время его фактического задержания **.**.** года в 22 часа 15 минут – рапорт (т. 1, л.д. 12);

- исковые заявления потерпевшего и его представителя с документами, подтверждающими его расходы, в т.ч. стоимостью похищенного телефона, а также исковое заявление прокурора в интересах ФОМС с приложенными документами и возражениями подсудимого.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого в инкриминируемых ему действиях, а предложенную стороной обвинения квалификацию его деяния в целом правильной, но подлежащей изменению в силу следующего.

Так, при оценке исследованных судом показаний участников уголовного судопроизводства, суд отмечает, что большая часть из присутствовавших на месте происшествия лиц знакома либо находится в приятельских (а равно товарищеских) отношениях с подсудимым, что на фоне сведений о вероятно умышленном уничтожении видеозаписи происшедших в кафе ********** событий, данных о регулярном посещении ФИО2 именно указанного заведения, его очевидном знакомстве с персоналом кафе и характере (в т.ч. установленным приговором суда от **.**.** года – преступном) поведении в данном учреждении дает основания сомневаться в искренности показаний данной группы свидетелей, что не исключает принятия их во внимание при постановлении приговора в случае их подтверждения иными доказательствами.

При анализе позиции подсудимого в ходе следствия и в суде, суд обращает внимание на явную его заинтересованность в разрешении дела в свою пользу и готовность ради этого признать свою вину в меньшей степени под давлением собранных следствием доказательств. В ходе следствия ФИО2 выдвинул свою версию происшедших событий, настаивая на участии в драке исключительно в силу возникшей неприязни и исключая свою причастность к хищению имущества потерпевшего, в связи с чем он среди прочего опровергал и показания Б. Однако после повторного ознакомления с материалами следственного дела подсудимый изменил свою позицию, подтвердил большинство из установленных следствием фактов, а в части и показания потерпевшего о значимых деталях происшествия (в частности, истребовании им данных пин-кода), признал свою причастность к хищению и распоряжению имуществом пострадавшего, одновременно адаптировав предлагаемую им версию к минимально возможной квалификации судом его действий. Данная существенная трансформация позиции подсудимого, по мнению суда, обусловлена его очевидными попытками минимизировать степень своей ответственности на фоне очевидного противодействия правосудию. В пользу этого мнения суда свидетельствует и выдвинутая ФИО2 при обращении с «чистосердечным признанием» откровенно надуманная версия о вероятной причастности к непосредственному изъятию телефона и денег у Ч. неизвестных присутствовавших в кафе лиц, а затем оставлении им при себе телефона и карты пострадавшего по забывчивости. В силу этого суд относиться к показаниям ФИО2 и его доводам о недостоверности показаний потерпевшего критически, принимая их во внимание лишь в той мере, в которой они согласуются с иными доказательствами.

Оценивая показания потерпевшего, как в ходе следствия, так и в судебном заседании, суд отмечает, что в ходе расследования преступления они также претерпели определенные изменения и в ходе следствия уточнялись Ч. в деталях: на фоне совершенного М.. открытого хищения его денег изначально он указывал на участие этого лица и в избиении, и хищении другого имущества, однако затем изменил свою позицию; кроме того, он предположил, что ему ударили по спине барным стулом, но затем допустил, что удар был нанесен ногой. Неуверенность и сомнения при описании иных обстоятельств происшествия проявлял потерпевший и в других деталях.

Одновременно с этим, показания Ч. на фоне его настойчивости в своих выводах о виновном поведении не только ФИО2, но и иных, в т.ч. неустановленного, лиц отличаются заметной эмоциональностью и попытками по своему оценить те или иные факты, а равно поведение участников событий, что, по мнению суда, заметно снизило объективность оценки им фактических обстоятельств дела, значимых для принятия судом решения в отношении подсудимого. Так, из показаний Ч. следует, что одна из сотрудниц заведения предпринимала попытку вывести его из кафе, а затем остановила ФИО2, направляющегося к нему с ножом, одновременно с этим, согласно вывода потерпевшего, данная женщина вмешалась в их со ФИО2 драку с целью помешать именно ему обороняться от нападения подсудимого. Свой вывод об участии в его избиении не менее двух лиц Ч. мотивировал доводом о нанесении ему ударов с двух сторон, а после его падения на пол - множественных ударов ногами по телу, когда сам же и признал, что непосредственно видел участие в его избиении лишь ФИО2, в результате действий которого был вынужден защищаться, закрывал голову и лицо, что, безусловно, ограничило его способность видеть дальнейшие события. Более того, по признанию Ч. после его избиения из-за травм глаз он не мог наблюдать все события детально, оценивая происходящее по ощущениям и на слух. Кроме того, как следует из показаний потерпевшего и установлено материалами дела он дважды терял в процессе нападения сознание, утратил контроль за обстановкой (не помнит, как оказался на улице), был ограничен в возможности передвижения (полз) и вынужден был обратиться за помощью посторонних лиц (что подтверждено показаниями В.. и А.

По мнению суда, предварительное употребление алкоголя, эмоциональные оценка и переживания потерпевшим происходящих событий и конфликта, а равно перенесенное существенное насилие повлияли на способность Ч. абсолютно объективно оценить фактические обстоятельства происшествия.

При этом, на фоне последовательности, стабильности и настойчивости показаний потерпевшего в иной (большей) части суд не находит оснований не доверять иным доводам Ч. однако, учитывая заметную субъективность его оценок, принимает их во внимание при постановлении приговора за основу лишь в тех степени и части, в которых они подтверждены и согласуются с иными доказательствами, а равно достаточны для оценки фактических и юридически значимых обстоятельств для объективной квалификации поведения подсудимого (без юридической оценки действий иных лиц).

С учетом изложенного выше суд приходит к выводу о том, что исследованными судом доказательствами достоверно доказано следующее.

В ходе завязанной по мотивам оплаты несуществующего долга ссоры ФИО2 спровоцировал конфликт с потерпевшим, развязал драку с ним, в ходе которой, преследуя очевидно корыстную цель, подверг Ч. существенному физическому насилию, благодаря чему лишил пострадавшего способности эффективно обороняться и похитил у него из кармана брюк **** рублей, телефон и банковскую карту. В дальнейшем, используя беззащитное состояние Ч. он дважды обратился к нему с требованиями назвать пин-код карты, которые подкреплял угрозами дальнейшего избиения и применением продемонстрированного ножа, что вынудило потерпевшего сознательно сообщить неверные коды. Проверяя первый из них, ФИО2 в своих интересах распорядился деньгами на счете Ч. перечислив **** рублей на счет ********** а в дальнейшем после неудачных попыток распоряжения иными средствами потерпевшего через услугу «мобильный банк», используя телефон пострадавшего, перечислил **** рублей на счет Б. при помощи которого данные средства обналичил в банкомате, обратив их в свою пользу, а телефоном и картой распорядился по своему усмотрению. Действиями ФИО2 наряду с имущественным ущербом Ч. были причинены телесные повреждения, в т.ч. повлекшие причинение средней тяжести вреда здоровью.

Свой вывод суд основывает, в первую очередь, на показаниях потерпевшего, сообщившего об указанных выше деталях преступления и поведении ФИО2.

Факт избиения Ч. объективно подтвержден данными о его лечении и заключениями экспертов об обнаруженных травмах и причинении здоровью пострадавшего вреда средней тяжести.

Свидетель Ч. сообщила на следствии о нормальном состоянии здоровья потерпевшего в момент их приезда в кафе, а также о провокационном характере поведения ФИО2, пытавшегося завязать конфликт с ней, а затем с потерпевшим.

При этом свидетели М. и Б.Э. опровергли наличие у них претензий к Ч. как посетителю, а равно обращение за помощью к кому-либо.

Согласно показаний потерпевшего его имущество было похищено из кармана одежды, что в ходе следствия было подтверждено в результате осмотра его брюк, имевших откровенно разорванный карман.

О своем избиении и хищении имущества в кафе сразу после происшествия потерпевший сообщил свидетелям В. А. и прибывшим для оказания медицинской помощи лицам, что нашло отражение в карте вызова «скорой помощи».

О драке между Ч. и ФИО2 показали в ходе следствия и суде свидетели М.., Б.Э. и Б.С.

Свое участие в избиении пострадавшего в ходе следствия подтвердил и сам подсудимый, по завершении следствия, по сути, признавший и факт хищения имущества и денег Ч. При этом ФИО2 также подтвердил показания потерпевшего о своих попытках узнать пин-код карты, а также сообщил об обращении для проверки пин-кода к кассовому аппарату кафе. Помимо этого признал ФИО2 и нанесение пострадавшему ударов коленом.

Б. в ходе следствия подтвердил поступление на его счет **** рублей, которые после снятия он передал ФИО2, действуя по просьбам последнего в день происшествия.

Обстоятельства перечисления **** рублей со счета Ч. поступление **** рублей на счет Б. подтверждены банковскими выписками.

Детали использования при этом телефона пострадавшего установлены предоставленной сотовым оператором детализацией соединений.

Насильственные действия подсудимого, их цель были ясны и понятны потерпевшему и безусловно для него носили открытый и корыстный характер.

Нападение ФИО2 изначально было мотивировано требованием оплатить счет, затем сопровождалось изъятием имущества и попытками узнать пин-код к похищенной банковской карте, что также явно указывает на корыстный мотив его преступного поведения.

На фоне этого его доводы об избиении пострадавшего лишь по мотивам возникшей неприязни и ссоры, а равно причастности к завладению вещами Ч. иных лиц суд находит алогичными и откровенно надуманными.

Учитывая при этом, что в результате избиения ФИО2 Ч. дважды терял сознание, что было использовано виновным для завладения имуществом, а в итоге его здоровью был причинен средней тяжести вред, действия подсудимого подлежат квалификации как разбой.

В данных условиях, на фоне предварительного избиения, очевидно, что дальнейшие требования имущественного характера (в частности, назвать пин-код к карте) со стороны ФИО2 были сопряжены с высказыванием угроз применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего. Данные угрозы воспринимались Ч. как реальные.

При этом, учитывая, что ФИО2 лишь продемонстрировал нож, не предпринимал попыток его применения, а затем был, согласно показаний об этом в ходе следствия потерпевшего, остановлен и сотрудницей заведения, суд находит обоснованной позицию гособвинителя, исключившего из обвинения указание на использования при разбое предмета в качестве оружия.

Одновременно с этим суд находит подлежащим исключению из объема обвинения и указания на совершение ФИО2 преступления по предварительному сговору группой лиц.

По убеждению суда, как в ходе следствия, так и при рассмотрении дела данный квалифицирующий признак не нашел своего объективного подтверждения. Вывод следствия об этом был основан лишь на субъективных суждениях пострадавшего, особенности которых оценены и проанализированы судом выше.

В ходе следствия, в т.ч. показаниями Б.Э. М. Б.С. не подтверждено участие в избиении пострадавшего иного кроме ФИО2 лица.

Доводы Ч. о причастности к избиению и завладению имуществом второго лица, причастности к преступным действиям в отношении него сотрудниц заведения необъективны и путаны, основаны, по убеждению суда, на его эмоциональных переживаниях событий и обиде по отношению к иным присутствующим лицам.

Этого вывода суда, не исключают и сообщенные Ч. сведения о «хозяйском», «свойском» и безнаказанном поведении ФИО2 в кафе, его ссылках на требования бармена вернуть долг, попытках публично проверить достоверность пин-кода, а равно пьяной браваде подсудимого перед иными присутствующими в кафе лицами, которые сами по себе не доказывают того, что свои действия ФИО2 совершал по сговору, тем более предварительному, с другими лицами.

Предположение потерпевшего о последующем обсуждении иными лицами его судьбы, необходимости скрывать следы преступления также не свидетельствуют о том, что насилие в отношении пострадавшего и хищение его вещей носили групповой и согласованный характер.

В ходе следствия не нашло подтверждение участие в данных инкриминируемых ФИО2 действиях подозреваемых в этом Б.С. и М. который осужден за самостоятельные действия в отношении имущества потерпевшего.

Принимая во внимание указанное выше, суд считает, что достаточных доказательств совершения ФИО2 инкриминируемых ему действий в соучастии и по предварительному сговору с иным лицом суду не представлено.

Одновременно с этим, суд не находит причин согласиться с доводами стороны защиты о квалификации действий подсудимого как кражи и причинение вреда здоровью, а напротив с учетом изложенного выше квалифицирует действия ФИО2 по ст. 162 ч. 1 УК РФ как разбой, т.е. нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, угрозой применения такого насилия.

При назначении наказания суд учитывает обстоятельства, степень общественной опасности совершенного преступления, размера ущерба и иные наступившие последствия, устойчивый и длительный характер преступного поведения подсудимого ФИО2, который ранее дважды судим, отбывал наказание в местах лишения свободы, где характеризовался отрицательно, ранее состоял в органах системы профилактики на учете, по месту жительства охарактеризован нейтрально, женился в период привлечения к уголовной ответственности, новые преступления совершил в период испытательного срока, а также в период привлечения к уголовной ответственности и в состоянии алкогольного опьянения. 

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, суд признает частичное признание им вины в судебном заседании. Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, суд в соответствии со ст. 63 ч. 1.1 УК РФ признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку, по твердому убеждению суда, именно его пребывание в состоянии алкогольного опьянения привело ФИО2 к пренебрежению правами потерпевшего, настойчивому стремлению получить материальную выгоду и применению неоправданного насилия к пострадавшему.

С учетом обстоятельств совершения преступления, его тяжести, отрицательных характеристик, длительности противоправного поведения ФИО2 суд приходит к выводу, что на его исправление, предупреждение совершения им новых преступлений, а равно восстановление социальной справедливости возможно рассчитывать исключительно при назначении ему наказания в виде реального лишения свободы, поскольку иные меры наказания не способны обеспечить достижения указанных целей наказания.

В связи с наличием в действиях ФИО2 отягчающего наказание обстоятельства оснований для снижения категорий совершенного преступления в соответствии со ст. 15 ч. 6 УК РФ, а равно применения положений ст. ст. 73, 64, 53.1 УК РФ, освобождения ФИО2 от ответственности и наказания по иным основания суд не усматривает.

Окончательное наказание ФИО2 по совокупности преступлений подлежит определению по правилам ст. 69 ч. 5 УК РФ путем частичного сложения с наказанием, назначенным приговором мирового судьи Речного судебного участка г. Печора от 14 июня 2018 года. 

Принимая во внимание, что ранее ФИО2 отбывал наказание в виде лишения свободы в исправительном учреждении, вновь назначенное наказание подлежит отбытию им в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск прокурора в интересах ГБУ ТК «ТФОМС РК», подтвержденный надлежащими бухгалтерскими документами, несмотря на возражения подсудимого, подлежит удовлетворению в полном объеме в соответствии со ст. 1064 ГК РФ. Вред здоровью потерпевшего был причинен преступными действиями ФИО2, ФОМС в результате оказания медицинской помощи пострадавшему понес затраты, в силу чего данный ущерб подлежит компенсации за счет виновного.

Гражданский иск потерпевшего Ч. признанный подсудимым частично и исследованный сторонами в судебном заседании, суд находит подлежащим удовлетворению в части.

В ходе рассмотрения уголовного дела установлено, что корыстными действиями ФИО2 в результате хищения им имущества потерпевшего Ч. причинен ущерб в размере стоимости похищенного имущества в сумме 11700 рублей (со счета потерпевшего были списаны 9000 рублей, похищены 200 рублей, а равно телефон с принадлежностями общей стоимостью 2500 рублей). В данной части исковые требования Ч. подлежат удовлетворению полностью.

Исковые требования потерпевшего о возмещении морального вреда также подлежат удовлетворению в полном объеме, поскольку судом установлено, что в результате примененного насилия, причинения телесных повреждений и травмы, квалифицированной как средней тяжести вред здоровью, Ч. безусловно испытал существенные как физические, так и моральные страдания, после чего был ограничен в возможности трудиться и вести нормальный образ жизни, был вынужден длительно лечиться, был обеспокоен условиями дальнейшей жизни, утратой заработка и непредвиденными расходами. С учетом обстоятельств дела, данных об обстоятельствах причинения вреда здоровью пострадавшего, руководствуясь принципом справедливости и разумности, учитывая возраст и трудоспособность подсудимого, суд считает необходимым удовлетворить иск Ч. в части возмещения морального вреда, причиненного преступлением, в размере пятидесяти тысяч рублей, поскольку не находит данные требования гражданского истца завышенными.

Разрешая требования гражданского истца и его представителя о возмещении имущественного ущерба, вызванного приобретением Ч. лекарственных средств и оплатой им стоимости проезда к месту лечения, суд находит необходимым проведение дополнительных расчетов, что потребует отложение судебного разбирательства, а потому считает необходимым гражданский иск потерпевшего в данной части передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом физического здоровья, трудоспособного возраста осужденного в соответствии со ст. 132 ч. 2 УПК РФ с него подлежат взысканию процессуальные издержки, понесенные судом и органами следствия для обеспечения участия в деле защитника.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 162 ч. 1 УК РФ, и назначить ему наказание в виде пяти лет лишения свободы.

В соответствии со ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, определенным приговором мирового судьи Речного судебного участка г. Печора от 14 июня 2018 года, окончательно назначить ФИО2 к отбытию наказание в виде одиннадцати лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на срок один год.

На период отбытия наказания в виде ограничения свободы установить ФИО2 следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания в ночное время (с 22 до 06 часов), не выезжать за пределы МО МР ********** (за пределы территории ********** иного муниципального образования по избранному месту жительства) не изменять места жительства и работы (в случае трудоустройства) без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не посещать питейных заведений (кафе, баров, клубов, ресторанов) на территории района, а также возложив на осужденного обязанность раз в месяц в дни, установленные органом, осуществляющим надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, являться в указанный орган для регистрации.

Исполнение приговора и надзор за поведением осужденного в период отбывания наказания в виде ограничения свободы возложить на специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Меру пресечения в отношении осужденного в виде подписки о невыезде отменить. До вступления настоящего приговора в законную силу (в т.ч. в целях обеспечения участия осужденного в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в качестве осужденного) ФИО2 на основании ст. 77.1 УИК РФ содержать в ФКУ СИЗО-3 г. Воркуты.

Срок наказания ФИО2 исчислять с 28 января 2019 года.

Зачесть ФИО2 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время содержания его под стражей со 02 марта по 02 мая 2017 года, с 27 мая по 02 июля 2017 года, с 17 февраля по 24 июля 2018 (дату вступления в законную силу приговора Печорского городского суда от 03 мая 2018 года) в срок лишения свободы, исходя из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

Зачесть ФИО2 в срок отбывания наказания время отбывания им наказания по приговору Печорского городского суда от 03 мая 2018 года в период с 25 июля 2018 года по 27 января 2019 года, исходя из расчета один день отбывания наказания за день лишения свободы.

Гражданский иск потерпевшего Ч. удовлетворить частично. Взыскать с осужденного ФИО2 в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, в пользу Ч. пятьдесят тысяч рублей, а в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением, 11700 рублей.

Гражданский иск потерпевшего Ч. о возмещении имущественного ущерба, вызванного приобретением им лекарственных средств и оплатой стоимости проезда к месту лечения, передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Взыскать со ФИО2 в пользу ГБУ РК «ТФОМС РК» в счет возмещения причиненного преступлением ущерба 28626,80 рублей.

Взыскать с осужденного ФИО2 в счет возмещения процессуальных издержек, понесенных органами следствия и судом для обеспечения участия в деле защитника, 16747 рублей (адвокат Корякина И.О.).

Вещественные доказательства: диск хранить при деле, нож – уничтожить, два стула возвратить ********** телефон «ЭлДжи» возвратить ФИО2

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Печорский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденным ФИО2 – с момента получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Осужденный вправе заявить в письменном виде о своем желании иметь защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному защитнику либо ходатайствовать о назначении защитника. 

Председательствующий: судья А.М. Барабкин