№

УИД: 05MS0№-35

РЕШЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

<

адрес> 11 июня 2024 года

Судья Буйнакского районного суда Республики Дагестан Шуаев Ш.Ш., с участием привлекаемого к административной ответственности лица ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу и дополнение к ней ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> Республики Дагестан ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО1,

установил:

постановлением мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> Республики Дагестан от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде штрафа размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

На указанное постановление ФИО1 подана жалоба и дополнения к ней, в которых он указывает о несогласии с привлечением к административной ответственности и просит отменить обжалуемый судебный акт, производство по делу об административном правонарушении прекратить в связи с отсутствием события административного правонарушения по основаниям, изложенным в жалобе. В обоснование доводов жалобы указывает, что от освидетельствования не отказывался. В присутствии инспектора ДПС производил выдохи в алкотестер, который показал, что выдох прерван. Неоднократно говорил сотруднику ДПС о том, что он дважды переболел COVID-19 и у него затруднено дыхание из-за этого, страдает хроническим бронхитом в связи с чем, не может сильнее вдыхать и выдыхать. Автор жалобы считает, что нарушена процедура привлечения к административной ответственности, протокол по делу об административном правонарушении оформлен ненадлежащим образом. В нарушение ч. 2 ст. 25.7, ч. 1 ст. 27.1, ст. 27.10 КоАП РФ, в нем отсутствуют сведения о понятых. На основании вышеизложенного просит постановление мирового судьи о привлечении его к ответственности отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием события административного правонарушения, предусмотренного п. 1 ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы жалобы и дополнения к ней. Указал, что не был в состоянии опьянения, сотрудники ГИБДД были предвзяты. Нигде факт отказа от освидетельствования не зафиксирован, напротив он сам проявлял заинтересованность в освидетельствовании, добровольно сдал мочу для исследования. По его мнению, должностными лицами нарушена процедура привлечения к административной ответственности.

Рассмотрев ходатайство о восстановлении срока для подачи жалобы прихожу к выводу, что жалоба подана в установленный ст. 30.3 КоАП РФ срок, в связи с чем ходатайство о восстановлении срока для обжалования не рассмотрено. 

Заслушав привлекаемое лицо, допросив свидетеля, проверив в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ дело в полном объеме, изучив доводы жалобы и дополнений к ней, прихожу к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ административная ответственность наступает за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

Объективная сторона указанного административного правонарушения выражается в невыполнении содержащегося в пункте 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации предписания, возлагающего на водителя транспортного средства обязанность по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Согласно ст. 26.11 КоАП РФ судья, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

Исходя из положений ч. 1 ст. 1.6 КоАП РФ, обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

Положениями статьи 26.2 названного Кодекса предусмотрено, что доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В силу ч. 2 ст. 26.2 КоАП РФ, доказательства устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

Согласно ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 данной статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Нормы раздела III Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (далее также - Правила), воспроизводят указанные в ч. 1.1 ст. 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельства, являющиеся основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, и устанавливают порядок направления на такое освидетельствование.

В соответствии с п. 3 указанных Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Согласно п. 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федераций от ДД.ММ.ГГГГ № (далее - ПДД РФ), водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Как усматривается из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 50 минут в 

<

адрес>, около 

<

адрес> ФИО1 был остановлен при управлении транспортным средством марки «Мерседес» с государственным регистрационным знаком №, что ФИО1 не оспаривается.

Таким образом, ФИО1 находился за рулем, соответственно сотрудники полиции имели законные основания полагать его водителем ТС.

В связи с наличием у водителя ФИО1 запаха алкоголя из полости рта, являющегося одним из признаков алкогольного опьянения, т.е. в связи с наличием достаточных оснований полагать, что ФИО1 находится в состоянии опьянения, в отношении него был составлен протокол от ДД.ММ.ГГГГ об отстранении от управления транспортным средством. 

Из исследованной судом видеозаписи следует, что ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения и продуть прибор, на что ФИО1 ответил согласием. После вскрытия одноразового мундштука водителю было предложено его продуть выдохом продолжительностью 10 секунд во время сигнала прибора для забора воздуха. 

ФИО1 не прислоняя губ к мундштуку неоднократно продувался, в каждом случае прерывая выдох, в связи с чем результат освидетельствования отсутствовал. 

В связи с неудачным освидетельствованием, ФИО1 был направлен на медицинское освидетельствование, что следует из протокола № 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, пройти которое он согласился сделал соответствующую отметку в нем (л.д. 10).

Пунктом 10 Правил установлено, что направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит: при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

В соответствии с п. 10 упомянутых Правил, ФИО1 направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Проведение медицинского освидетельствования водителя транспортного средства на состояние опьянения предполагает добровольное участие в этом данного лица. Отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица о прохождении такого освидетельствования может выражаться любым способом - как в форме действия, так и в форме бездействия, которые свидетельствуют о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование, в частности, он предпринимает усилия, препятствующие совершению данного процессуального действия или исключающие возможность его совершения, а потому мотивы отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения по законному требованию сотрудника полиции или медицинского работника при определении вины правового значения не имеют.

Утверждения ФИО1 о том, что он не отказывался от прохождения освидетельствования и медицинского освидетельствования, опровергаются доказательствами, приложенными к протоколу и исследованными в суде. 

Представленная на диске видеозапись о согласии пройти освидетельствование, по мнению суда, не исключает виновность в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Как следует из рапорта лейтенанта полиции ФИО4 (л.д. 12), формально не отказываясь от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования на состояние опьянения, ФИО1 фактически прерывал выдох воздуха в прибор, что было расценено им и врачом-наркологом как воспрепятствование проведению исследования (фальсификация выдоха). 

Данные обстоятельства зафиксированы на исследованных судом фрагментах видеозаписей, представленных в материалы дела. При этом в ходе медицинского освидетельствования ФИО1 неоднократно разъяснялось, каким образом необходимо производить выдох для его фиксации прибором, используемым для исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, а также неоднократно предлагалось произвести выдох в соответствии с разъясненной инструкцией. 

Между тем, ФИО1 выдох неоднократно прерывал, а одноразовый мундштук не охватывал губами, не создавая необходимого запаса воздуха. 

Согласно подпункту 3 пункта 19 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 933 н, фальсификация выдоха является основанием для дачи заключения от медицинского освидетельствования отказался. 

С учетом указанного, врач обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по прерыванию выдоха как его фальсификацию и прекратил проведение медицинского освидетельствования.

При этом следует отметить, что наличие, либо отсутствие опьянения у лица, привлекаемого к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, значения для квалификации правонарушения не имеет, поскольку состав административного правонарушения, предусмотренного названной нормой, является формальным.

Событие административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и виновность заявителя в его совершении, подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами: протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, в котором изложено существо правонарушения, протоколом об отстранении от управления транспортным средством от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование от ДД.ММ.ГГГГ, актом медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ, CD-диском и другими представленными доказательствами, оцененными мировым судьей по правилам статьи 26.11 КоАП РФ на предмет их допустимости, достоверности и достаточности.

При таких обстоятельствах действия заявителя правильно квалифицированы мировым судьей по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Достоверность, допустимость и относимость перечисленных выше доказательств сомнений не вызывает, а их совокупность является достаточной для разрешения дела по существу.

Вопреки доводам жалобы, признать, что должностным лицом ГИБДД при составлении в отношении ФИО1 процессуальных документов, допущены влекущие их недопустимость нарушения требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оснований не имеется.

Указанные процессуальные документы содержат сведения, предусмотренные Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, необходимые для установления обстоятельств, указанных в ст. 26.1 названного Кодекса.

При составлении процессуальных документов ФИО1 не был лишен возможности выразить свое отношение к производимым в отношении него процессуальным действиям, однако при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении и составлении протокола об административном правонарушении он каких-либо замечаний по поводу допущенных должностными лицами ГИБДД нарушениях, если таковые имели место, не заявлял.

В соответствии с ч.ч. 2 и 6 ст. 25.7 КоАП РФ об административных правонарушениях в случаях, предусмотренных главой 27 и ст. 28.1.1 названного Кодекса, обязательно присутствие понятых или применение видеозаписи.

В случае применения видеозаписи для фиксации совершения процессуальных действий, за исключением личного досмотра, эти процессуальные действия совершаются в отсутствие понятых, о чем делается запись в соответствующем протоколе либо акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Материалы, полученные при совершении процессуальных действий с применением видеозаписи, прилагаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Утверждение заявителя о несоблюдении порядка привлечения к ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, выразившееся в отсутствии понятых, которые должны зафиксировать процессуальные действия, основаны на неверном толковании закона.

В силу ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи (часть 2 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – начало действия редакции ДД.ММ.ГГГГ).

Вопреки доводам жалобы, при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 участие понятых было не обязательным, так как применялась видеозапись (л.д. 5), о чем в протоколах должностным лицом ГИБДД сделана соответствующая отметка.

Исследование видеозаписей в настоящем судебном заседании показало, что совершение процессуальных действий в отношении водителя ФИО1, произведено в соответствии с установленными требованиями закона, а именно ввиду наличия у должностного лица ГИБДД достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, а затем в связи с прерыванием выдоха, он направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которого ФИО1 не отказался. Все необходимые для установления обстоятельств совершенного ФИО1 административного правонарушения сведения на видеозаписи зафиксированы. Сомнений в производстве видеосъемки во время и месте, указанных в процессуальных документах, не имеется, как и не имеется оснований признать содержащиеся в приобщенной к материалам дела видеозаписи сведения недостоверными.

Содержание составленных в отношении ФИО1 по данному делу процессуальных документов изложено в достаточной степени ясности, поводов, которые давали бы основания полагать, что он не осознавал содержание и суть вносимых в них записей, не имеется. С момента возбуждения дела об административном правонарушении ФИО1 разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституцией Российской Федерации и ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Из материалов дела не усматривается, что имелись препятствия в реализации ФИО1 предусмотренных названными нормами прав. 

Таким образом, совокупностью доказательств подтверждается факт управления ФИО1 транспортным средством и поскольку он отказался выполнить законное требование должностного лица ГИБДД о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте и медицинского освидетельствования на состояние опьянения, вывод мирового судьи о его виновности в совершении вменяемого административного правонарушения, является правильным.

В материалы дела заявителем представлен акт медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из показаний допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля врача психиатра – нарколога ФИО5, проводившей процедуру медицинского освидетельствования, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 она составила медицинский акт освидетельствования. При проведении данной процедуры ФИО1 заявлял о наличии лёгочных заболеваний, в связи с чем она неоднократно предлагала ему пройти продувку на алкотектере. Биологические пробы крови на анализ она не брала. Заболевания ФИО1, по ее мнению, не позволяли ему выдыхать необходимый объем воздуха по установленному времени 8-10 секунд. В случае если алкотектор плотно не прилегает к губам, объем воздуха заканчивается быстрее и не хватает создать необходимое давление в течение 8-10 секунд. Наличие двух актов с разными датами мотивировала ошибкой медбрата при его составлении.

Как следует из ранее данных показаний врача психиатра – нарколога ФИО5 при рассмотрении дела мировым судьей, приведенным в постановлении судьи (л.д.92 оборот), при участии медбрата ФИО6 в отношении ФИО1 была проведена процедура освидетельствования на аппарате анализатор алкоголя АКПЭ-01-01-01-01 (поверка ДД.ММ.ГГГГ). При проведении данной процедуры была использована одноразовая стерильная трубка для продува на аппарате. ФИО1 фальсифицировал выдох, ссылаясь на состояние болезни «ковид-19».

Оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности, акт медицинского освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 37) суд признает его недопустимым доказательством, подлежащим исключению из перечня доказательств ФИО1, поскольку в указанную дату и время последний для медицинского освидетельствования согласно материалам дела и показаниям врача нарколога не доставлялся.

В соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные ст. 26.1 данного Кодекса.

Что касается несогласия привлекаемого лица с мнением должностного лица о наличии признаков опьянения, то установление данного обстоятельства относится к прерогативе должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении.

По мнению суда, показания в этой части врача - нарколога ФИО5 о том, что резкого запаха алкоголя от ФИО1 не исходило, опровергаются совокупностью представленных выше доказательств и является прерогативой должностного лица.

Суд также критически оценивает показания ФИО5 о том, что ФИО1 не занимался фальсификацией выдоха, а не мог его осуществить по медицинским показателям, поскольку в ранее данных показаниях она заявляла противоположное, что и подтвердилось совокупностью представленных доказательств.

По мнению суда, последние показания ФИО5 даны в угоду привлекаемому лицу с целью помочь избежать наступление административной ответственности.

Доводы ФИО1 по существу сводятся к переоценке доказательств, которые явились предметом исследования при рассмотрении дела мировым судьей, не опровергают установленных по делу обстоятельств и не влияют на законность принятого судебного акта на основании имеющихся в материалах дела доказательств, подтверждающих невыполнение водителем ФИО1 законного требования должностного лица ГИБДД о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте и медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В постановлении мирового судьи по делу об административном правонарушении содержатся все сведения, предусмотренные ч. 1 ст. 29.10 КоАП РФ, отражено событие правонарушения, квалификация деяния, приведены обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, доказательства, исследованные в судебном заседании.

Наличие события административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ установлено на основании фактических обстоятельств, с достоверностью подтверждающихся совокупностью доказательств, представленных в материалы дела, согласующихся между собой и дополняющих друг друга в деталях.

Нарушений норм материального и процессуального закона при рассмотрении дела об административном правонарушении не допущено.

Противоречий по делу, которые в силу ст. 1.5 КоАП РФ об административных правонарушениях должны быть истолкованы в пользу ФИО1, не имеется. Принцип презумпции невиновности не нарушен.

В результате исследования и оценки в порядке пересмотра дополнительных доказательств, у суда также не имеется правовых оснований для принятия решения об иной правой оценки действий ФИО1, помимо той, которая изложена в постановлении.

Суд также считает, что несмотря на подтвержденный факт наличия заболевания, в действиях ФИО1 имеются признаки административного правонарушения в виде отказа от прохождения медицинского освидетельствования, выразившегося в фальсификации выдоха. 

Постановление по делу об административном правонарушении вынесено мировым судьей в пределах, установленных ст. 4.5 КоАП РФ сроков давности привлечения к административной ответственности. Наказание назначено в соответствии со ст. 4.1 КоАП РФ, с учетом характера совершенного административного правонарушения, данных о личности виновного, в минимальном размере санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, состоявшееся судебное постановление сомнений в своей законности не вызывает, является правильным и оснований для его отмены или изменения не усматривается.

Руководствуясь статьями 29.9, 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суд

постановил:

постановление мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> Республики Дагестан от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, а его жалобу и дополнения к ней - без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу со дня принятия.

На данное решение может быть подана жалоба в кассационный суд общей юрисдикции в порядке ст. ст. 30.12 - 30.14 КоАП РФ.

Судья Ш.Ш. Шуаев