Судья в 1 инстанции Лобунская Т.А. Дело № 1-141/2024 

Судья докладчик Ермакова М.Г. Производство № 22-2785/2025

91RS0007-01-2024-001354-18 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Симферополь 13 ноября 2025 года

Верховный Суд Республики Крым Российской Федерации в составе: председательствующего судьи – Ермаковой М.Г.,

при секретаре – Зиннатовой Ф.С.,

с участием прокурора – Склярова Ю.А.,

защитника осужденного – адвоката Посулиди С.Д.,

осужденного – ФИО1,

представителя потерпевшего – адвоката Антипова А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1, на приговор Белогорского районного суда Республики Крым от 10 декабря 2024 года, в отношении: 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, имеющего среднее специальное образование, холостого, имеющего на иждивении одного малолетнего ребенка, официально трудоустроенного, работающего в должности оператора промывочного комплекса в ООО «Твой Бетон», зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимого,

осужденного по ч.3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде 2 лет лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев. 

На основании ст.73 УК РФ освобожден от отбывания основного наказания условно с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев, в период которого обязан не менять постоянного места жительства, без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, один раз в месяц являться в данный орган на регистрацию в даты, установленные уполномоченным на то специализированным государственным органом, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

Испытательный срок исчислен с момента вступления приговора в законную силу с зачетом времени, прошедшего со дня провозглашения приговора.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу оставлена без изменений.

Решен вопрос с вещественными доказательствами.

Заслушав доклад судьи Ермаковой М.Г. по материалам уголовного дела и доводам апелляционной жалобы, а также возражений на нее, выслушав мнение участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции,

У С Т А Н О В И Л:

приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 28 марта 2019 года в 22 часа 36 минут, по автодороге «Таврида» со стороны г. Белогорск в направлении г. Симферополь, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершении инкриминируемого преступления не признал. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит отменить в отношении него приговор Белогорского районного суда Республики Крым от 10 декабря 2024 г., направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Полагает, что вышеуказанный приговор является незаконным и необоснованным, чрезмерно суровым.

Указывает о том, что в ходе первоначальных следственных мероприятий по факту дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 28 марта 2019 было, было возбуждено уголовное дело в отношении водителя автомобиля марки «Kia-Rio» – ФИО2, которое в последующем было направлено в суд с обвинительным заключением. 22 февраля 2023 года в отношении ФИО2 вынесен обвинительный приговор, согласно которому ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, по факту совершенного им 28 марта 2019 года дорожно-транспортного происшествия, в результате которого малолетний ФИО5 получил телесные повреждения, которые привели к его смерти.

Отмечает, что в рамках предварительного следствия, а в последующем и приговором Белогорского районного суда Республики Крым от 22 февраля 2023 года установлено, что в действиях ФИО1 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ. Факт невиновности ФИО1 подтверждается рядом автотехнических и транспортно-технологических экспертиз. 

Считает, что доказательства, которые признаны относимыми, допустимыми и достоверными по уголовному делу в отношении ФИО2, не могут являться допустимыми в рамках уголовного дела в отношении ФИО1 Вместе с тем, Белогорским районным судом Республики Крым по факту одного и того дорожно-транспортного происшествия вынесены два приговора, в которых дана различная оценка одним и тем же доказательствам, которые противоречат друг другу. 

Кроме того отмечает, что из заключения комплексной автотехнической и транспортно-трасологической судебной экспертизы №669/4-5, 670/4-5 от 28 июня 2019 года (т.1 л.д.47) и заключения комиссионной судебной автотехнической экспертизы №236/4-1, №1/89 от 17 июня 2020 года (т.1 л.д.193) следует, что в действиях водителя ФИО2 усматриваются несоответствия требованиям п. п. 8.1 (4.1), 13.9 (ч.1) Правил дорожного движения Российской Федерации и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» Приложения №1 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые, с технической точки зрения, состоят в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием. Водитель ФИО2, с технической точки зрения, располагал технической возможностью предотвратить столкновение, в случае выполнения им требований п. п. 8.1 (4.1), 13.9 (4.1) Правил дорожного движения Российской Федерации и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» Приложения №1 Правил дорожного движения Российской Федерации, для чего помех технического характера не усматривается. Водитель ФИО1, с технической точки зрения, не располагал технической возможностью предотвратить столкновение транспортных средств.

Указывает, что при вынесении обвинительного приговора в отношении ФИО1 судом не были приняты во внимание заключения вышеуказанных экспертиз, при этом судом было учтены заключения экспертиз №3/80 от 15 мая 2024 года и №3/15 от 16 апреля 2024 года, согласно которым ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «Kia-Rio» под управлением ФИО2 

Ссылается на рецензию №943-АР от 01 июля 2024 года (т.3 л.д.128), согласно которой на основании проведенного анализа заключения экспертизы №3/15 от 16 апреля 2024 года, выполненной экспертами ЭКЦ МВД по Республике Крым ФИО6 и ФИО8, а также заключения экспертизы №3/80 от 15 мая 2024 года выполненной экспертом ЭКЦ МВД по Республике Крым ФИО9, можно сделать вывод о том, что данные заключения выполнены с нарушениями нормативно правовых актов и процессуальных норм, не надлежащим образом, в большей своей части противоречит действующим на момент проведения экспертизы методическим рекомендациям по проведению судебных автотехнических и транспортно-трасологических экспертиз, не объективны, не всесторонни и предвзяты. 

Обращает внимание на то, что для проведения судебных экспертиз №3/80 от 15 мая 2024 года и №3/15 от 16 апреля 2024 года, спустя 5 лет после произошедшего, нашлись новые фотографии с места происшествия, которые на первоначальном этапе следственных действий не были установлены, и указанные экспертизы проводились лишь на основании обнаруженных спустя пять лет фотографий. Кроме того, эксперты, давшие заключения №669/4-5; 670/4-5 от 28 июня 2019 года и №236/4-1, №1/89 от 17 июня 2020 года, руководствовались как фотографиями с места происшествия, так показаниями и пояснениями участвующих лиц, а также принимали участие в осмотре места происшествия, непосредственно после произошедшего. То есть обладали большей информацией полученной, как от первоначальных источников, так и при самостоятельном осмотре места происшествия.

Отмечает, что 20 декабря 2023 года постановлением следователя назначена фототехническая экспертиза и для ее проведения эксперту были предоставлены электронный носитель лазерный диск с фотографиями осмотра дорожно-транспортного происшествия, а также схемой к указанному протоколу и схема организации дорожного движения, предоставленной АО «ВАД». Проведение экспертизы №12/29 по указанному постановлению следователя начато 08 октября 2023 года, то есть более чем за два месяца до ее назначения, а окончена экспертиза 30 декабря 2023 года. Согласно исследовательской части заключения, предоставленные на экспертизу фотоснимки, были созданы в ноябре-декабре 2023 года, однако отдельное ходатайство о предоставлении дополнительной информации для проведения экспертизы, экспертом заявлено не было. Считает, что из материалов дела не усматривается на каком основании экспертом было начато проведение экспертизы №12/29, если решение следователем о ее назначении было принято лишь 20 декабря 2023 года.

Кроме того, подпадает под сомнение принадлежность предоставленных на экспертизу фотографий, поскольку они были созданы спустя 4 года после происшествия, ранее при расследовании и рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2 они обнаружены не были. Считает спорным отношение данных фотографий к происшествию, имевшему место 28 марта 2019 года, кроме того, данные фотографии не были объектом исследования в рамках уголовного дела по обвинению ФИО2 

Обращает внимание на то, что среди фотографий предоставленных эксперту, для проведения экспертизы №3/15 от 16 апреля 2024, имеются фотографии, на которых изображен тормозной след, который экспертами указан как тормозной след автомобиля марки «Volkswagen-Polo», однако в заключениях экспертиз №669/4-5; 670/4-5 от 28 июня 2019 года, №236/4-1, №1/89 от 17 июня 2020 года, указанный тормозной след был расценен экспертами как не относящийся к данному дорожно-транспортному происшествию. В связи с чем, он не учитывался при даче ими заключения. Кроме того, заключения экспертов №3/80 от 15 мая 2024 года и №3/15 от 16 апреля 2024 года основываются на показаниях ФИО2, однако полностью проигнорированы показания ФИО1

Считает, что если внимательно изучить схему происшествия (т.1 л.д.24), то видно, что первоначальное место дорожно-транспортного происшествия указано, непосредственно напротив перекрестка, из которого, согласно показаниям самого ФИО2 и его супруги они выезжали. Кроме того, последние указали, что перед выездом на главную дорогу, они пропустили грузовой автомобиль и лишь после этого начали движение, значит скорость при выезде на главную дорогу была минимальная. Однако ФИО2 увидев в правое боковое зеркало, что по главной дороге, на которую он начал выезжать, движется автомобиль на большей скорости, чем у него, не продолжил движение по полосе разгона, чтобы влиться в текущий поток транспортных средств, на его скорости потока, а решил не продолжать движение по полосе разгона и выехать сразу на главную дорогу. Полагает, что в ходе предварительного следствия, а также в ходе судебного разбирательства, не была установлена скорость движения автомобиля марки «Kia-Rio», а именно с какой именно скоростью данный автомобиль выехал на главную дорогу. По уголовному делу установлено, что разрешительная скорость на данном участке дороге составляет 60 км/ч, следовательно, водитель автомобиля, прежде чем съехать с полосы разгона, должен быть набрать соответствующую скорость. Но органом предварительного следствия, а также судом не были установлены технические возможности автомобиля марки «Kia-Rio», сколько ему потребуется времени для набора данной скорости и какое расстояние. 

Обращает внимание на то, что органом предварительного следствия были допущены нарушения при проведении следственного эксперимента для установления тормозного следа при срабатывании системы «ABS». Следователем было использовано иное транспортное средство, отличительное от автомобиля марки «Volkswagen-Polo» не только по массе, но и по техническим характеристикам. Сам следственный эксперимент проводился в иных погодных условиях, поскольку в ходе предварительного следствия не были установлены точные погодные условия, температурный режим и дорожное покрытие, что является недопустимым для установления объективных данных дорожно-транспортного происшествия и ведет к признанию недопустимым данных следственных действий, и как следствие недопустимости заключений экспертов, сделанных с использованием информации, полученной в результате вышеуказанного следственного эксперимента. Кроме того, при выяснении механизма срабатывания системы «ABS» установленной на автомобиле марки «Volkswagen-Polo» ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства, не был допрошен специалист в данной области, а также не были направлены соответствующие запросы в дилерский центр, для выяснения механизма срабатывания системы, а также какие следы могут быть оставлены шинами при срабатывании системы «ABS» в период резкого торможения. Данные обстоятельства были установлены следователем самостоятельно, однако он не обладает специальными знаниями в необходимой области. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель старший помощник прокурора Белогорского района Тихомаева В.С. просит, приговор Белогорского районного суда Республики Крым от 10 декабря 2024 г. оставить без изменений, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Содержание доказательств в необходимом объеме приведено в приговоре, которым судом дана надлежащая оценка.

Так, в основу приговора правильно положены доказательства:

- показания потерпевшей ФИО13 которые она дала в судебном заседании, из которых следует, что 28 марта 2019 года в вечернее время в Белогорском районе она совместно со своей семьей направлялась из г. Краснодар в г. Красноперекопск по автодороге «Таврида» на автомобиле марки «Kia - Rio», водителем которого был ее супруг ФИО2. В автомобиле также находился их сын ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который располагался на заднем правом пассажирском месте. Когда они заехали в Белогорский район, то двигались по автодороге «Таврида» в направлении г. Симферополя. При этом, ее супруг воспользовался навигатором, который указал, что им необходимо было совершить поворот налево в направлении с. Ароматное. Однако навигатор показал неверный путь следования, в связи с чем супруг развернулся и поехал обратно на автодорогу «Таврида», так как им необходимо было ехать в направлении г. Симферополя. Подъехав к перекрестку перед выездом на автодорогу «Таврида» ее супруг остановился, так как им необходимо было совершить маневр поворота налево. Далее супруг пропустил фуру, которая двигалась слева от них в направлении г. Феодосии, и начал выполнять маневр поворота налево. После того как ее супруг заехал на разгонную полосу, она увидела как по полосе крайнего правого ряда в направлении г. Симферополя двигается автомобиль, который осветил светом фар их машину. После того как данный автомобиль проехал по указанной полосе в прямом направлении, ее муж не останавливаясь продолжил выполнял маневр поворота и произошел удар в заднюю часть их автомобиля. Далее их автомобиль в неуправляемом состоянии понесло вправо где вынесло за пределы проезжей части. После столкновения ее муж находился без сознания. Далее она вышла из машины, стала звать на помощь. Когда доставала ребенка, к ней подошел мужчина по имени ФИО7, который взял у нее с рук ребенка и стал оказывать ему первую помощь. Далее на место происшествия прибыла скорая медицинская помощь, которая ее с ребенком госпитализировала в больницу. 

- показания свидетеля ФИО2, которые были даны в ходе предварительного расследования и оглашены в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 28 марта 2019 года в 22 часа 36 минут в Белогорском районе на 165 км + 950 м., автодороги «Таврида» он управлял автомобилем марки «Kia - Rio» регистрационный знак 

<

***>, в котором находился совместно со своей семьей так как они направлялась по месту своего проживания в г. Красноперекопск из г. Краснодар. Он располагался в автомобиле на водительском месте, его супруга ФИО10 №1 располагалась на переднем пассажирском сидении справа от него, также с ними в автомобиле находился их сын ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который располагался на заднем правом пассажирском месте и находился в бескаркасном сидении, к которому был пристегнут. В автомобиле в момент их движения все были пристегнуты ремнями безопасности. Около 15:00 или 15:30 часов они выехали из г. Краснодар. По пути их следования они неоднократно останавливались с целью отдохнуть и перекусить. Когда они заехали в Белогорский район двигались по автодороге «Таврида» в направлении г. Симферополя. В момент их движения он двигался по навигатору, который был установлен в его мобильном телефоне, на удерживающем устройстве на приборной панели. Далее, двигаясь по автодороге «Таврида», навигатор указал, что ему необходимо было совершить поворот налево в направлении с. Ароматное. После того как повернул налево и съехал в главной дороги он понял, что сбился с маршрута, так как навигатор ему указал неверный путь. После он остановился вышел из машины и продолжил дальнейшее движение, а именно стал возвращаться обратно на главную дорогу. Когда подъехал к выезду на автодорогу «Таврида», он остановился, так как ему необходимо было убедиться в безопасности совершения маневра левого поворота. Так как слева в направлении г. Феодосия двигался грузовой автомобиль он, пропустив его, включив сигнал левого поворота стал выполнять данный поворот. Дорога, на которую он поворачивал имела два направления движения, по одной полосе в каждую сторону, направления движения разделялись сплошной линией дорожной разметки, также на указанной дороге была дополнительная полоса которая предназначалась, для заезда и выезда в направлении с. Ароматное. После того как он пропустил грузовой автомобиль слева от себя, он начал выполнять левый поворот и заехал на разгонную полосу. В этот момент он увидел, как справа от него по полосе крайнего правого ряда, то есть по полосе в направлении г. Симферополя движется автомобиль, который по данной полосе проехал прямо, как ему стало известно позже это был автомобиль марки «БМВ». После того как данный автомобиль проехал мимо него, он включил сигнал правого поворота и стал выполнять маневр выезда вправо, то есть на полосу в направлении г. Симферополя, в момент отклонения его автомобиля вправо он услышал звук тормозов, после почувствовал удар в правую заднюю часть автомобиля, после чего потерял сознание. В момент выезда на полосу в направлении г. Симферополя после того как мимо него проехал автомобиль «БМВ» он в зеркало заднего вида не смотрел. По приезду скорой медицинской помощи его жену с ребенком госпитализировали в больницу. По приезду сотрудников полиции они приступили к оформлению места дорожно – транспортного происшествия. После составления следователем протокола осмотра места дорожно – транспортного происшествия, а также схемы к указанному протоколу он их собственноручно подписал (т.2 л.д.210-213).

- показания свидетеля ФИО11, которые были даны в ходе предварительного расследования и оглашены в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 28 марта 2019 года в 22 часа 36 минут он находился на службе по осуществлению дорожного надзора в ночную смену в Белогорском районе Республики Крым, с ним также находился инспектор ДПС ФИО12 В вечернее время ему поступило сообщение от оперативного дежурного о том, что в районе поворота на с. Ароматное, на автодороге «Таврида» произошло дорожно – транспортное происшествие. Они прибыли на место дорожно – транспортного происшествия спустя около 20 минут, где он увидел, что автомобиль марки «Киа - Рио» находится за пределами проезжей части перпендикулярно по отношению к проезжей части, около данного автомобиля находился автомобиль марки «Фольксваген поло», который располагался на проезжей части перед обрывом передней частью в направлении г. Симферополя. На месте дорожно – транспортного происшествия находились водители автомобилей. Прибыв на место дорожно – транспортного происшествия, получив информацию о том, что в дорожно – транспортном происшествии пострадал ребенок, который находится в тяжелом состоянии, они вызвали на место ДТП СОГ для его оформления. После чего организовали объезд места дорожно – транспортного происшествия с целью сохранения следов, для возможной их фиксации. По приезду СОГ на место дорожно – транспортного происшествия прибыл специализированный следователь Свидетель №4, который стал оформлять место дорожно – транспортного происшествия. В ходе оформления места дорожно – транспортного происшествия следователь самостоятельно составлял протокол осмотра места дорожно – транспортного происшествия и схему к нему. На месте дорожно – транспортного происшествия им были сделаны ночные фото места дорожно – транспортного происшествия, схемы которую составил следователь, для внесения в базу АИУС ГИБДД. Так же по указанию УГИБДД по Республике Крым в эту базу необходимо внести фотографии с места дорожно – транспортного происшествия, на которой схематично нарисовать обстоятельства происшествия, а именно направления движения участников, место столкновения транспортных средств. По этой причине они с напарником приехали на место дорожно – транспортного происшествия в светлое время суток до того, как им необходимо было сдать смену, а именно до 08:00 часов 29 марта 2019 года, и им были сделаны фотографии места дорожно – транспортного происшествия в светлое время суток. Он осуществлял фотофиксацию именно этого места дорожно – транспортного происшествия, после чего передал эти фотографии для внесения в базу АИУС ГИБДД. За время их дежурства на указанном участке проезжей части, кроме этого, дорожно-транспортных происшествий не было (т.2 л.д.245-248). 

- показания свидетеля ФИО12, данным в ходе предварительного расследования, оглашенным в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, 28 марта 2019 года в 22 часа 36 минут он находился на службе по осуществлению дорожного надзора в ночную смену в Белогорском районе Республики Крым, с ним также находился старший наряда инспектор ДПС ФИО11 В вечернее время ФИО11 поступило сообщение от оперативного дежурного о том, что в районе поворота на с. Ароматное на автодороге «Таврида» произошло дорожно – транспортное происшествие с участием двух автомобилей с пострадавшими. Они прибыли на место дорожно – транспортного происшествия, где он увидел, что автомобиль марки «Киа - Рио» находится за пределами проезжей части перпендикулярно по отношению к проезжей части, около данного автомобиля находился автомобиль марки «Фольксваген поло», который располагался на проезжей части перед обрывом передней частью в направлении г. Симферополя. На месте дорожно – транспортного происшествия находились водители обоих автомобилей. В момент их прибытия на место дорожно – транспортного происшествия пассажиров автомобиля «Киа-Рио» уже не было, так как госпитализировала скорая медицинская помощь. Находясь на месте дорожно – транспортного происшествия было установлено, что в дорожно – транспортном происшествии пострадал ребенок, пассажир автомобиля марки «Киа», который находился в тяжелом состоянии, в связи с чем они вызвали на место ДТП СОГ для его оформления. После чего организовали объезд места дорожно – транспортного происшествия с целью сохранения следов, а именно выставили конуса для объезда места дорожно – транспортного происшествия, для возможной фиксации следов дорожно-транспортного происшествия, следственно-оперативной группой. По приезду СОГ на место дорожно – транспортного происшествия прибыл специализированный следователь Свидетель №4, который оформлял место дорожно – транспортного происшествия. В ходе оформления места дорожно – транспортного происшествия следователь самостоятельно составлял протокол осмотра места дорожно – транспортного происшествия и схему к нему. Он помнит, что следы торможения имелись на полосе движения в направлении г. Симферополя, перед местом столкновения транспортных средств. Указанный тормозной след находился перед местом столкновения, в связи с чем он сделал вывод о том, что указанный след принадлежит автомобилю марки «Фольксваген – Поло», участвовавшем в дорожно – транспортном происшествии. Место столкновения транспортных средств было определено на месте по следам торможения, до места столкновения, а именно до указанного места шел прямой след, а в месте столкновения он резко изменил своей направление, так же в месте столкновения имелись сколы от повреждённых деталей транспортных средств. На месте дорожно – транспортного происшествия ФИО11 сделаны ночные фотографии места дорожно – транспортного происшествия для внесения в базу АИУС ГИБДД. По указанию УГИБДД по Республике Крым в эту базу необходимо было внести фотографии с места дорожно – транспортного происшествия, на которой схематично нарисовать обстоятельства происшествия, а именно направления движения участников, место столкновения транспортных средств, в связи с чем они приехали на место дорожно – транспортного происшествия в светлое время суток, до того как им необходимо было сдать смену, а именно до 08:00 часов 29 марта 2019 года, в какое именно время не помнит и его напарником были сделаны фотографии места дорожно – транспортного происшествия в светлое время суток. Его напарник фотографировал именно это место ДТП, после чего передал эти фотографии для внесения в базу АИУС ГИБДД. За время их дежурства на указанном участке проезжей части, кроме этого, более дорожно-транспортных происшествий не имелось (т.3 л.д.2-5). 

- показания свидетеля ФИО15, которые были даны в судебном заседании, из которых следует, что 28 марта 2019 года в вечернее время он управлял автомобилем марки «БМВ 525» и направлялся из с. Грушевка в пгт. Зуя. По пути его следования в районе с. Русаковка Белогорского района его обогнал автомобиль марки «Фольксваген – Поло», который он в дальнейшем также обогнал. В тот момент он двигался по автодороге «Таврида» со стороны г. Феодосия в направлении г. Симферополя. Когда он подъезжал к перекрестку с. Ароматное, проезжал переходный переход, на котором сбросил скорость своего движения до 70 км/ч, при этом двигаясь примерно 90 км/ч. После того как он сбросил скорость своего движения он за дорожной обстановкой позади себя уже не следил, а двигался прямо. В момент заезда на перекресток с с. Ароматное он увидел, что на проезжую часть от с. Ароматное выезжает автомобиль как ему стало известно позже марки «Киа», который выполнял маневр поворота налево в направлении г. Симферополя. В момент обнаружения данного автомобиля он решил прижаться правее, после чего проехав данное место направился далее. 

- показания свидетеля Свидетель №4, которые были даны в ходе предварительного расследования и оглашены в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, из которых следует, что 28 марта 2019 года в 22 часа 36 минут он находился на дежурстве по ДТП по обслуживанию г. Белогорск и Белогорского района. В вечернее время после 22:40 часов ему поступило сообщение от оперативного дежурного о том, что в районе поворота на с. Ароматное на автодороге «Таврида» произошло дорожно – транспортное происшествие с участием двух автомобилей с пострадавшими с признаками тяжкого вреда здоровью. После чего он в составе следственно-оперативной группы выдвинулся на указанное место. По прибытию на место дорожно – транспортного происшествия он увидел, что на месте дорожно – транспортного происшествия находится большое количество дорожных рабочих, поскольку в тот момент осуществлялись дорожные работы. Также на месте дорожно – транспортного происшествия находился экипаж ГИБДД с составе ФИО11 и ФИО12, два поврежденных автомобиля марки «Киа-Рио» и «Фольксваген – Поло. Находясь на месте дорожно – транспортного происшествия нарядом ГИБДД ему была предоставлена информация о том, что в автомобиле «Киа» имеется пострадавший малолетний ребенок, которого совместно с его матерью скорая медицинская помощь госпитализировала в больницу г. Белогорска. Далее он приступил к оформлению места дорожно – транспортного происшествия. В ходе осмотра места дорожно – транспортного происшествия им был осмотрен участок проезжей части на 165 км + 950 м., автодороги «Таврида», который имел два направления движения, по одной полосе в каждую сторону, направления движения разделялись сплошной линией дорожной разметки, также имелась дополнительная полоса для заезда в с. Ароматное и выезда из него на автодорогу «Таврида», то есть имелась полоса разгона. В момент оформления места дорожно – транспортного происшествия погодные условия были благоприятные, без осадков и тумана, проезжая часть сухая, видимость элементов проезжей части была хорошая и ничем не ограничивалась, было темное время суток, городское электроосвещение отсутствовало. В ходе оформления места дорожно – транспортного происшествия им были установлены на проезжей части следы торможения, а именно тормозной с наибольшей длиной который начинался от колес с левой стороны автомобиля марки «Volkswagen - Polo» регистрационный знак 

<

***>, при движении по указанному следу, им было установлено, что указанный след начинается на полосе в направлении г. Симферополя, то есть в правой полосе по ходу движения «Volkswagen - Polo». Также было установлено, что данный тормозной след имеет резкое изменение направления своего отображения на проезжей части, в котором имеется след сдвига колеса. Таким образом, им на месте дорожно – транспортного происшествия было установлено место столкновения транспортных средств. Место столкновения автомобиля «Киа» и «Фольксваген» находилось в следах торможения автомобиля «Фольксваген» в месте его резкого изменения направленности, что им и было обрисовано краской белого цвета на месте дорожно – транспортного происшествия. После совместно с участвующими лицами, а именно водителями и понятыми им были произведены замеры тормозного следа, места столкновения, а также иные замера, которые он отобразил в схеме к протоколу осмотра места дорожно – транспортного происшествия, а также внес эти замеры в протоком осмотра места дорожно – транспортного происшествия. После окончания оформления места дорожно – транспортного происшествия, им были составлены протокол осмотра места дорожно – транспортного происшествия, а также схема к указанному протоколу. По окончанию осмотра места дорожно – транспортного происшествия, указанный протокол был оглашен вслух, после чего все участвующие лица его подписали. От участвующих лиц при ознакомлении с протоколом осмотра, а также схемой к нему замечаний не поступило. В протоколе осмотра места дорожно – транспортного происшествия зафиксированный им тормозной след имеет следующее значение, наиболее длинный след, зафиксированный им в схему был общей длиной 73,7 метров, из них до места столкновения 38,4 метров, остальные до конечного положения автомобиля «Фольксваген – Поло». Изучив предъявленные следователем на обозрение фотографии места дорожно – транспортного происшествия в дневное время суток, которые были внесены в базу АИУС ГИБДД, пояснил, что на данных фотографиях указанно именно это место дорожно – транспортного происшествия, которое он оформлял, а также зафиксирован тормозной след автомобиля «Volkswagen - Polo» регистрационный знак 

<

***>, который он замерял и вносил в схему. Во время оформления места дорожно – транспортного происшествия в ночное время суток тормозной след, который шел слева ни он, ни участвующие лица не увидели, из-за темного времени суток, поэтому в схему он его не внес. Кроме этого добавил, что после просмотра указанных фотографий он может утверждать, что им место столкновения автомобилей было определено правильно. Также на указанное место столкновения указывали участники данного ДТП, а именно водители ФИО2 и ФИО14 (т.3 л.д.12-15).

- показания свидетеля ФИО16 (ранее состоял в должности следователя отдела по расследованию преступлений, обслуживаемой ОП № 2 «Киевский» СУ УМВД России по г. Симферополю, прикомандированным в СО ОМВД России по Белогорскому району), которые были даны в судебном заседании, из них следует, что в его производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ. Указал, что в ходе предварительного следствия были получены фотографии из базы АИУС ГИБДД, содержащиеся на электронном носителе, на которых запечатлена дорожная обстановка на месте указанного дорожно-транспортного происшествия. Данные фотографии были представлены для производства экспертизы, при этом, каких-либо фактов фальсификации указанных фотографий не установлено.

- заключение эксперта ЭКЦ МВД по Республике Крым № 3/80 от 15 мая 2024 года, из которого следует, что в данной дорожной обстановке водитель автомобиля марки «Volkswagen - Polo» регистрационный знак 

<

***>, ФИО1, с целью обеспечения безопасности дорожного движения должен был действовать в соответствии с требованиям дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (60 км/ч) и п. 10.1 ПДД РФ, согласно которым: - Дорожный знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (60 км/ч). Запрещается движение со скоростью (км/ч), превышающей указанную на знаке; - п.10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Водитель автомобиля марки «Volkswagen - Polo» регистрационный знак 

<

***>, ФИО1, располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем марки «Kia - Rio» регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО2, при условии соблюдения им установленного на данном участке дороги скоростного режима в пределах 60.0 км/час. Поскольку водитель автомобиля марки «Volkswagen - Polo» регистрационный знак 

<

***>, ФИО1, располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем марки «Kia - Rio» регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО2, при условии соблюдения им установленного на данном участке дороги скоростного режима в пределах 60.0 км/час, с технической точки зрения в причинной связи с возникновением данного дорожно- транспортного происшествия находятся действия водителя ФИО1, связанные с невыполнением им требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (60 км/ч) и п.10.1 (абз.1) ПДД РФ, обязывающих водителя выбирать скорость движения в пределах установленных ограничений (т.2 л.д.220-225).

- показания эксперта ФИО9, которые были даны в судебном заседании, из которых следует, что последний подтвердил выводы, изложенные в заключении эксперта ЭКЦ МВД по Республике Крым № 3/80 от 15 мая 2024 года. Пояснил, что водитель автомобиля марки «Volkswagen - Polo» ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем марки «Kia - Rio» под управлением ФИО2 при условии соблюдения им установленного на данном участке дороги скоростного режима в пределах 60.0 км/час. Подтвердил, что действия водителя ФИО1, связанные с невыполнением им требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (60 км/ч) и п.10.1 (абз.1) ПДД РФ, обязывающих водителя выбирать скорость движения в пределах установленных ограничений, с технической точки зрения находятся в причинной связи с возникновением данного дорожно- транспортного происшествия. Более того, обратил внимание на то, что величина пути торможения автомобиля «Volkswagen - Polo» в условиях места происшествия при максимально допустимой для движения на данном участке дороги скорости 60.0 км/ч была бы 20.4 м, в связи с чем при указанных обстоятельствах водитель ФИО1 смог бы предотвратить столкновение, поскольку его автомобиль остановился бы до места нахождения автомобиля марки «Kia - Rio».

- заключение эксперта ЭКЦ МВД по Республике Крым № 3/15 от 16 апреля 2024 года, из которого следует, что первичный контакт при столкновении произошел между задней правой угловой частью автомобиля «Киа-Рио» регистрационный знак 

<

***> и левой передней частью автомобиля «Фольксваген - Поло» регистрационный знак 

<

***>, с последующим их взаимным внедрением и перемещением с разворотом по ходу часовой стрелки, а также дальнейшим отбросом к конечному месту расположения, при этом непосредственно к моменту первичного контакта при столкновении продольные оси данных транспортных средств располагались под углом, равным около 25±10 градусов, отсчитываемых против хода часовой стрелки от продольной оси автомобиля «Киа-Рио» регистрационный знак 

<

***>. Тормозной след, зафиксированный в ходе осмотра места ДТП и приобщенной схемой к нему от 29 марта 2019, принадлежит автомобилю «Фольксваген - Поло» регистрационный знак 

<

***>. Место первичного контакта (столкновения) автомобилей «Фольксваген - Поло» регистрационный знак 

<

***> и «Киа-Рио» регистрационный знак 

<

***>, расположено на полосе движения в направлении г. Симферополь в области преломления параллельных следов торможения и образованного между ними следа сдвига. Фактическая скорость движения автомобиля, которому соответствует тормозной след, зафиксированный в ходе осмотра места ДТП и приобщенной схемой к нему от 29 марта 2019 года, была более 106 км/ч (т.2 л.д.177-187).

- показания эксперта ФИО6, которые были даны в судебном заседании, из которых следует, что последний подтвердил выводы, изложенные в заключении эксперта ЭКЦ МВД по Республике Крым № 3/15 от 16 апреля 2024 года. Пояснил, что тормозной след, содержащийся на фотографиях, представленных на экспертизу, соответствует тормозному следу, зафиксированному в ходе осмотра места дорожно – транспортного происшествия и приобщенной схемой к нему от 29 марта 2019 года, который принадлежит автомобилю «Фольксваген - Поло» регистрационный знак 

<

***>. Подтвердил, что фактическая скорость движения автомобиля, которому соответствует тормозной след, зафиксированный в ходе осмотра места дорожно – транспортного происшествия и приобщенной схемой к нему от 29 марта 2019 года, была более 106 км/ч.

- показания эксперта ФИО17, которые были даны в судебном заседании, из которых следует, что при производстве экспертизы ЭКЦ МВД по Республике Крым № 3/15 от 16 апреля 2024 года являлся экспертом-стажером. 

- заключение эксперта ЭКЦ МВД по Республике Крым № 12/29 от 30 декабря 2023 года, из которого следует, что реальное расстояние от левого края начала тормозного следа правого колеса заднего до линии дорожной разметки 1.2 ПДД РФ (сплошная линия), обозначающей правый край проезжей части составляет - 2243,1 мм. Величина погрешности измерения составляет ± 15 мм и объясняется качеством изображения и точностью измерений, а также расположением запечатленного следа относительно камеры. Реальное расстояние от левого края окончания прямого участка тормозного следа правого колеса заднего до линии дорожной разметки 1.2 ПДД РФ (сплошная линия), обозначающей правый край проезжей части составляет — 2045,13,1 мм. Величина погрешности измерения составляет ± 20 мм и объясняется качеством изображения и точностью измерений, а также расположением запечатленного следа относительно камеры. Реальное расстояние от левого до правого края тормозного следа правого колеса составляет - 1305,15 мм. Величина погрешности измерения составляет ± 10 мм и объясняется качеством изображения и точностью измерений, а также расположением запечатленного следа относительно камеры. Реальное расстояние от правого края следа левого колеса до левого края следа правого колеса тормозного следа составляет - 1305,15 мм. Величина погрешности измерения составляет ± 10 мм и объясняется качеством изображения точностью измерений, а также расположением запечатленного следа относительно камеры (т. 2 л.д. 130-141).

- показания эксперта ФИО18, которые были даны в судебном заседании, из которых следует, что последний подтвердил выводы, изложенные в заключении эксперта ЭКЦ МВД по Республике Крым № 12/29 от 30 декабря 2023 года. Кроме того, пояснил, что фактов фальсификации фотографий, представленных на экспертизу, не установлено.

- заключение ГБУЗ РК «КРБ СМЭ» комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 61 от 5 июля 2021 года, согласно которому, пассажиру автомобиля «KIA RIO», регистрационный знак 

<

***>, несовершеннолетнему ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, причинены телесные повреждения: открытая черепно-мозговая травма в форме ушиба головного мозга тяжелой степени, диффузного аксонального повреждения головного мозга, эпидуральной гематомы левой лобной области, массивного субарахноидального кровоизлияния обоих полушарий и основания головного мозга, перелома левой теменной кости с переходом на лобную кость справа, верхнюю и медиальную стенки правой орбиты и клетки решетчатого лабиринта с переходом на основание черепа в передней черепной ямке, ушибы мягких тканей головы с развитием назогемоликвореи, пневмоцефалии, гемосинуса левой верхне-челюстной, основной, правой лобной пазух, комы тяжелой степени, дыхательной недостаточности тяжелой степени, осложнившаяся деструктивным отеком и смертью головного мозга. Причиной смерти ФИО4 явилась открытая черепно-мозговая травма, приведшая к смерти головного мозга с последующим развитием синдрома полиорганной недостаточности, о чем свидетельствуют клинические, секционно-морфологические и гистологические данные. В данном случае открытая черепно-мозговая травма могла образоваться в салоне легкового автомобиля у пассажира при ударе о выступающие части в момент дорожно-транспортного происшествия (столкновение двух транспортных средств), имевшего место 28 марта 2019 года и по критерию опасности для жизни, согласно п. 6.1.2, п. 6.1.3, п. 11 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом №194н от 24 апреля 2008 года Министерства здравоохранения и социального развития РФ и п.4а «Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденные Постановлением № 522 от 17 августа 2007 года Правительства Российской Федерации», расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО4 (т.1 л.д.239-250, т.2 л.д.1-24).

- протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 28 марта 2019 год, в ходе которого осмотрено место дорожно-транспортного происшествия, расположенное на 165 км + 950 м., автодороги «Таврида», Белогорского района, Республики Крым (т.1 л.д.6-23);

- схема к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 28 марта 2019 года, в ходе которого осмотрено место дорожно-транспортного происшествия, расположенное на 165 км + 950 м., автодороги «Таврида», Белогорского района, Республики Крым (т. 1 л.д. 24);

- протокол осмотра предметов от 1 декабря 2023 года, в ходе которого осмотрен автомобиль марки «Volkswagen - Polo» регистрационный знак 

<

***>, на котором установлены механические повреждения, характерные для дорожно-транспортного происшествия. Указанный автомобиль приобщен в качестве вещественного доказательства к материалам уголовного дела и передан на ответственное хранение – на специализированную автомобильную стоянку ОБ ППСП УМВД России по г. Симферополю (т. 2 л.дд. 59-86); 

- протокол осмотра предметов от 8 декабря 2023 года, в ходе которого осмотрен автомобиль марки «Volkswagen - Polo» регистрационный знак 

<

***> с участием специалиста «VAG сервиса», в ходе осмотра которого установлено, что в памяти автомобиля сохранена ошибка подушки безопасности (6R0959655J0020 VW10) – 9447424B102800 – данные о фронтальном ударе время 22 часа 36 минут; пробег: 270760 км (т. 2 л.д. 88-94);

- протокол осмотра предметов от 19 декабря 2023 года, в ходе которого осмотрен автомобиль марки «Kia - Rio» регистрационный знак 

<

***>, на котором установлены механические повреждения, характерные для дорожно-транспортного происшествия. Указанный автомобиль приобщен в качестве вещественного доказательства к материалам уголовного дела и передан на ответственное хранение – на специализированную автомобильную стоянку ОБ ППСП УМВД России по г. Симферополю (т. 2 л.д. 95-116);

- протокол дополнительного осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 28 марта 2024 года, в ходе которого установлено, что легковой автомобиль оборудованный антиблокировочной тормозной системой «ABS», в процессе движения при применении мер экстренного торможения, отображает на проезжей части сплошной непрерывный след торможения. Антиблокировочная тормозная система «ABS» при применении экстренного торможения, не дает автомобилю полностью заблокировать колеса, а позволяет им немного вращаться в направлении движения транспортного средства. Электронный носитель лазерный диск фирмы «Smart Track» CD-R 700 mb 80 min x 52 с фотографиями и видеозаписями, хода и результатов проведения дополнительного осмотра места ДТП от 28 марта 2024 года приобщен в качестве вещественного доказательства к материалам уголовного дела (т. 2 л.д. 164-171);

- ответ начальника Госавтоинспекции ОМВД России по Белогорскому району майором полиции ФИО19, согласно которому представлены фотографии из базы данных АИУС ГИБДД по факту дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 28 марта 2019 на 165 км + 950 м автодороги «Таврида», а также указано, что в период с 27 марта 2019 года по 30 марта 2019 года на указанном участке проезжей части, кроме указанного факта, более дорожно-транспортных происшествий не зарегистрировано (т. 2 л.д. 52);

- рапорт старшего оперативного дежурного МВД по Республике Крым майора полиции ФИО20, согласно которому по телефону дежурной части МВД по Республике Крым 734-044 поступило сообщение от оператора № 7892 государственной системы экстренного реагирования при авариях «ЭРА - ГЛОНАСС» с информацией о том, что 28 марта 2019 года в Белогорском районе, трасса «Таврида» поворот на с. Цветочное произошло дорожно-транспортное происшествие (т. 2 л.д. 54);

- ответо АО «ГЛОНАСС», согласно которому транспортное средство KIA RIO, VIN 

<

***>, оснащено устройством вызова экстренных оперативных служб. УВЭОС обеспечивают инициацию экстренного вызова в ручном или автоматическом режиме в целях вызова служб экстренного реагирования при дорожно-транспортных или иных происшествиях на автомобильных дорогах Российской Федерации. Экстренный вызов в ГАИС «ЭРА-ГЛОНАСС» поступил 28 марта 2019 года в 22:36:09 (по московскому времени). Экстренный вызов инициирован в автоматическом режиме, что подтверждает факт дорожно-транспортного происшествия. УВЭОС инициирует автоматический экстренный вызов в случае превышения порогового значения удара транспортного средства, фиксируемого встроенным в УВЭОС акселерометром или получением данных о срабатывании подушек безопасности в пострадавшем ТС. Местоположение транспортного средства в момент инициации экстренного вызова 45°03"43.712" сш 34°23"43.600" вд (GPS 45.062142, 34.395444). Согласно информации, полученной от УВЭОС, направление движения транспортного средства непосредственно в момент дорожно-транспортного происшествия было на 318 градусов от направления на северный магнитный полюс по часовой стрелке (т. 2 л.д. 57-58);

- схема АО «ВАД», исследованной в судебном заседании, согласно которой организованно дорожное движение и ограждения места производства работ «Участок км 161,4 – км 173,0», на которой имеются дорожные знаки, разметка, ограждающие и направляющие устройства (т.2 л.д.142); 

- электронный носитель лазерным диском фирмы «VS» CD-R 700 mb 80 min x 52 с фотографиями из базы АИУС ГИБДД, исследованными в судебном заседании, на которых запечатлена дорожная обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия, а именно вся следовая информация на проезжей части которая отобразилась в результате столкновения автомобиля «Volkswagen - Polo» регистрационный знак 

<

***> с автомобилем «Kia - Rio» регистрационный знак 

<

***> (т.2 л.д.144);

- электронный носитель лазерный диск фирмы «Smart Track» CD-R 700 mb 80 min x 52 с фотографиями и видеозаписями, исследованными в судебном заседании, хода и результатов проведения дополнительного осмотра места дорожно – транспортного происшествия от 28 марта 2024 года.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, указанных в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, что подтверждается показаниями потерпевшей ФИО13, свидетелей ФИО2, ФИО11, ФИО12, ФИО15, Свидетель №4, ФИО16, экспертов ФИО9, ФИО21, ФИО18, протоколами осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключениями экспертов, а также иными доказательствами, исследованным в судебном заседании и положенными в основу приговора. Кроме того, выводы суда о виновности осужденного в совершении инкриминируемого преступления подтверждаются имеющимися по делу письменными и вещественными доказательствами, в том числе протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 28 марта 2019 года, со схемой к нему, составленными в присутствии понятых с участием осужденного ФИО1, который согласился с содержанием протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия, а также со схемой дорожно-транспортного происшествия, какие-либо замечания от него не поступили, а также фотографиями из базы данных АЮС ГИБДД по факту дорожно-транспортного происшествия. Таким образом, достоверность сведений, отраженных в протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия и приложенной к нему схеме, сомнений не вызывает, следственное действие проведено с соблюдением требований ст. ст. 167, 176, 177, 180 УПК РФ. 

Какие-либо сведения о заинтересованности указанных лиц при даче показаний в отношении осужденного, основания для оговора ими осужденного, равно как и существенные противоречия в их показаниях, по обстоятельствам дела, ставящие их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности осужденного, на правильность применения уголовного закона и назначенное ему наказание, отсутствуют.

Фактические обстоятельства уголовного дела судом установлены правильно, содеянное осужденным получило надлежащую юридическую оценку.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, представленные стороной обвинения доказательства, в том числе имеющиеся заключения судебной автотехнической экспертизы № 3/80 от 15 мая 2024 года, судебной автотехнической экспертизы № 3/15 от 16 апреля 2024 года, судебной фототехнической экспертизы № 12/29 от 30 декабря 2023 года в полной мере подтверждают виновность ФИО22 в совершении инкриминируемого преступления. Данные экспертизы проведены в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ, они научно обоснованы и мотивированы, эксперты, проводившие исследования, имеют длительный стаж работы и квалификацию в данной сфере, и были надлежащим образом предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Кроме того, выводы, изложенные в заключениях вышеуказанных экспертиз, были полностью подтверждены экспертами ФИО9, ФИО6 и ФИО18 в ходе судебного разбирательства. Из показаний указанных экспертов следует, что по результатам проведенных экспертиз достоверно установлено, что осужденный ФИО1 двигался на автомобиле с превышением дозволенной скорости движения транспортного средства, и при условии соблюдения установленных скоростных ограничений, осужденный имел возможность избежать произошедшего дорожно-транспортного происшествия, техническое состояние его транспортного средства позволяло это сделать.

Согласно разъяснениям, которые содержатся в п. 6 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Уголовная ответственность по статье 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

Согласно выводов судебной автотехнической экспертизы № 3/80 от 15 мая 2024 года, в данной дорожной обстановке водитель автомобиля марки «Volkswagen-Polo», государственный регистрационный знак 

<

***>, ФИО1, с целью обеспечения безопасности дорожного движения должен был действовать в соответствии с требованиям дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (60 км/ч) и п. 10.1 ПДД РФ, согласно которым дорожный знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (60 км/ч).

Судом первой инстанции дана правильная оценка заключению вышеуказанной автотехнической экспертизы, а также иным заключениям судебных экспертиз, которые приведены в обжалуемом приговоре, выводы, содержащиеся в них, являются ясными и полными, они должным образом аргументированы, противоречий в них не имеется.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что водитель автомобиля марки «Volkswagen-Polo», государственный регистрационный знак 

<

***>, ФИО1, располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем марки «Kia-Rio», государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО2, при условии соблюдения им установленного на данном участке дороги скоростного режима в пределах 60 км/час, с технической точки зрения в причинной связи с возникновением данного дорожно-транспортного происшествия находятся действия водителя ФИО1, связанные с невыполнением им требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (60 км/ч) и п.10.1 (абз.1) ПДД РФ, обязывающих водителя выбирать скорость движения в пределах установленных ограничений. 

Таким образом, суд первой инстанции с учетом совокупности собранных доказательств по делу, в том числе указанных экспертиз, пришел к обоснованному выводу о том, что действия ФИО1, связанные с несоблюдением скоростного режима транспортного средства, то есть нарушение ПДД РФ, привели к дорожно-транспортному происшествию, вследствие которого несовершеннолетнему ФИО4 были причинены телесные повреждения, которые повлекли его смерть.

Доводы осужденного о том, что его не причастность к совершению данного преступления подтверждается заключением комплексной судебной автотехнической и транспортно-трасологической экспертизы №669/4-5; 670/4-5 от 28 июня 2019 года не нашли своего подтверждения, поскольку при проведении данной экспертизы эксперты исходили из того, что автомобиль ФИО1, с его слов, двигался с приблизительной скоростью движения 70 км/ч, кроме того, скорость движения данного автомобиля не устанавливалась, поскольку экспертами не принимался во внимание след торможения, который был установлен в последующем при проведении судебной автотехнической экспертизы по исследованию следов на транспортных средствах и месте дорожно-транспортного происшествия и исследованию обстоятельств дорожно-транспортного происшествия №3/15 от 16 апреля 2024 года. 

Суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции обоснованно положил в основу обвинительного приговора в качестве доказательств, подтверждающих виновность осужденного ФИО1 выводы, содержащиеся в заключениях судебных экспертиз № 3/15 от 16 апреля 2024 года и № 3/80 от 15 мая 2024 года которые являются более точными и подробными, чем выводы экспертиз №669/4-5; 670/4-5 от 28 июня 2019 года, №236/4-1, №1/89 от 17 июня 2020 года. Так, согласно выводам судебной автотехнической экспертизы по исследованию следов на транспортных средствах и месте дорожно-транспортного происшествия и исследованию обстоятельств дорожно-транспортного происшествия №3/15 от 16 апреля 2024 года тормозной след, зафиксированный в ходе осмотра места ДТП и приобщенной схемой к нему от 29 марта 2019 года, принадлежит автомобилю «Volkswagen-Polo», государственный регистрационный знак 

<

***>, при этом фактическая скорость движения данного автомобиля составляла более 106 км/ч, что также подтвердил в ходе судебного разбирательства эксперт ФИО21 Для проведения данной экспертизы эксперту были предоставлены фотоснимки из базы АЮС ГИБДД, которые ранее не учитывались при проведении соответствующих экспертиз №669/4-5; 670/4-5 от 28 июня 2019 года, №236/4-1, №1/89 от 17 июня 2020 года.

Суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными доводы апелляционной жалобы о том, что без внимания суда осталась рецензия №943-АР от 01 июля 2024 года, поскольку данная рецензия была исследована судом в ходе судебного разбирательства. Из данной рецензии следует, что она направлена на оценку экспертиз, проведенных в рамках уголовного дела, что не предусмотрено положениями УПК РФ, поскольку в соответствии со ст. 88 УПК РФ вопрос оценки доказательств, в том числе заключений экспертиз, относится к компетенции суда. Также в данной рецензии содержится исключительно ревизия проведенных по делу судебных автотехнических экспертиз, поэтому она не может быть принята в качестве доказательства, поскольку не может подменять заключение эксперта.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в ходе предварительного следствия, а также в ходе судебного разбирательства, не была установлена скорость движения автомобиля марки «Kia-Rio», на которой данный автомобиль выехал на главную дорогу, суд апелляционной инстанции во внимание не принимает, поскольку данное обстоятельство не влияет на доказанность вины осужденного в совершении инкриминируемого ему преступления. 

Суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений, допущенных следователем при проведении следственного эксперимента. Использование автомобиля иной марки, а также несоблюдение точных погодных условий, температурного режима, состояния дорожного покрытия не могли повлиять на сам принцип работы системы «ABS», механизм срабатывания которой в случае экстренного торможения, аналогичный на автомобилях всех марок, поэтому основания для привлечения соответствующих специалистов, либо истребования дополнительных сведений в дилерском центре отсутствовали. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что представленные для производства судебной фототехнической экспертизы №12/29 от 30 декабря 2023 года фотографии с места произошедшего дорожно-транспортного происшествия, были сделаны на следующий день после событий данного дорожно-транспортного происшествия, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО11 и ФИО12 Данные фотографии были сделаны для базы АЮС ГИБДД, поэтому суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что основания полагать, что фотоснимки с места произошедшего дорожно-транспортного происшествия являются не достоверными, отсутствуют. Доводы апелляционной жалобы о том, что ходе судебного разбирательства по уголовному делу в отношении ФИО2 данные фотоснимки не были исследованы, суд апелляционной инстанции во внимание не принимает, поскольку данное обстоятельство не свидетельствует о непричастности осужденного к совершению инкриминируемого ему преступления и не является нарушением норм УПК РФ. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что проведение судебной фототехнической экспертизы №12/29 от 30 декабря 2023 года было начато 08 октября 2023 года, то есть до вынесения постановления следователя о ее назначении суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку из заключения данной экспертизы усматривается, что она была проведена на основании постановления следователя от 20 декабря 2023 года, при этом, допущенная неточность в дате начала проведения данной экспертизы, не может повлиять на выводы, сделанные экспертом по результатам ее проведения. 

Изложенные и другие приведенные в приговоре доказательства, суд в соответствии с требованиями ст. 87 и 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности — достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора. При этом суд привел в приговоре мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие, в том числе показания осужденного ФИО1 об отсутствии у него технической возможности предотвращения ДТП.

Существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные в ходе предварительного следствия, а также недозволенные методы производства расследования судом первой инстанции не установлены.

Суд первой инстанции не допустил обвинительный уклон в рассмотрении дела и не нарушил принципы судопроизводства (презумпцию невиновности, обеспечение права на защиту, состязательность и равенство прав сторон), предусмотренные ст. 14 - 16, 241, 244 УПК РФ.

Какие-либо нарушения требований закона при сборе и фиксации представленных суду доказательств, которые могли бы повлечь за собой признание указанных доказательств как каждого в отдельности, так и в их совокупности недопустимыми, органами предварительного следствия не допущены.

Дав надлежащую оценку всем исследованным доказательствам, с приведением мотивов, суд правильно установил фактические обстоятельства совершенного осужденным ФИО1 преступления. Виновность ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления доказана собранными в ходе расследования и исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Юридическая квалификация действий ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ, нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека - является правильной, при этом все квалифицирующие признаки нашли свое подтверждение.

Судом первой инстанции в полном объеме были соблюдены права сторон по состязательности процесса, все доказательства, представленные суду, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, судом исследованы и приняты во внимание при постановлении приговора.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. Все заявленные ходатайства в ходе судебного следствия были рассмотрены, по ним судом приняты решения в соответствии с законом. 

Каких-либо процессуальных нарушений, влекущих отмену приговора суда, при разрешении вопроса о допустимости и относимости представленных доказательств, равно как и ограничивших права участников судопроизводства (в том числе, и на защиту) и способных повлиять на правильность принятого в отношении ФИО1 решения, судом первой инстанции не допущено. 

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу ФИО1, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного, по делу отсутствуют.

Все доказательства, приведенные в приговоре в качестве обоснования вины осужденного, непосредственно исследованы судом первой инстанции.

Суд привел мотивы, по которым принял за основу перечисленные в приговоре в обоснование виновности осужденного доказательства в качестве достоверных и допустимых, отверг другие доказательства.

Судебное следствие по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права.

Выводы суда относительно квалификации действий осужденного носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

При назначении наказания осужденному судом первой инстанции правильно оценены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое в силу ст.15 УК РФ, относится к категории преступлений средней тяжести.

Согласно частей 1,3 статьи 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ. При назначении наказания учитывается характер и степень общественной опасности преступления, и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд, исходя из положений ст. 60 УК РФ, учел данные о личности ФИО1, а именно, что последний является гражданином РФ, имеет на иждивении малолетнего ребенка, официально трудоустроен, ранее не судим, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит.

Обстоятельствами, смягчающим наказание, в соответствии с п.п. «г,к» ч.1 ст.61 УК РФ, судом признано - наличие на иждивении малолетнего ребенка, оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления путем вызова скорой помощи.

Обстоятельствами, смягчающим наказание, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, судом признано - наличие обоюдной вины, раскаяние в произошедшем, принесение извинений потерпевшей, состояние здоровья ФИО1 и его семьи, материальное положение, положительная характеристика, совершение преступления впервые. 

Суд апелляционной инстанции полагает, то все обстоятельства смягчающие наказание, известные суду на момент постановления приговора, учтены судом и прямо указаны в приговоре. Оснований полагать, что назначенное наказание является чрезмерно суровым, не имеется. При этом, данные, характеризующие личность осужденного ФИО1 судом в полном объеме были учтены, что прямо следует из содержания вынесенного приговора.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом обоснованно не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. 

По мнению суда апелляционной инстанции, назначенное ФИО1 наказание является соразмерным содеянному, личности осужденного, и оснований считать его чрезмерным суровым, не имеется, поскольку оно соответствует требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, направлено на исправление осужденного, предупреждение совершения новых преступлений, восстановление социальной справедливости. 

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений и позволяющих применить к ФИО1 положения ст.64, ч.6 ст.15 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Также суд апелляционной инстанции, соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном ст.53.1 УК РФ, не имеется.

С учетом данных о личности осужденного, характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств дела, суд обоснованно пришел к выводу и должным образом мотивировал в приговоре свое решение о том, что цели наказания могут быть достигнуты при назначении осужденному наказания в виде лишения свободы условно с применением положений ст.73 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции, соглашается с выводами суда первой инстанции о применении ч.1 ст.62 УК РФ, при определении наказания ФИО1

Также суд апелляционной инстанции полагает, что не имеется оснований сомневаться в правильности вывода суда первой инстанции о невозможности сохранения за осужденным права заниматься деятельностью, связанной с управлением всеми видами транспортных средств, что обусловило в соответствии с положениями ч.3 ст.47 УК РФ назначение ФИО1 дополнительного вида наказания. Указанный вывод в приговоре мотивирован, и суд апелляционной инстанции находит его соответствующим фактическим обстоятельствам дела. Назначение осужденному дополнительного наказания в полной мере будет способствовать достижению в ее отношении целей уголовного наказания, предусмотренных ст.43 УК РФ. По своему размеру назначенное дополнительное наказание является справедливым.

Таким образом, по своему виду и размеру наказание соразмерно содеянному, личности осужденного, отвечает целям, закрепленным в ч.2 ст.43 УК РФ, оснований для снижения назначенного осужденному, как основного, так и дополнительного наказаний, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Гражданские иски по делу не заявлены.

Вещественными доказательствами суд распорядился в соответствии с требованиями закона. 

Вместе с тем, приговор суда первой инстанции подлежит изменению по следующим основаниям.

Как обоснованно было установлено судом первой инстанции, ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, имевшего место 28 марта 2019 года.

Данное преступление в соответствии с ч.3 ст.15 УК РФ отнесено к категории преступлений средней тяжести.

В соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления средней тяжести истекло 6 лет. При этом сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу.

Таким образом, на момент рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции вышеуказанный приговор в законную силу не вступил, а срок давности уголовного преследования ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ по преступлению от 28 марта 2019 года истек.

Оснований для приостановления течения сроков давности уголовного преследования, предусмотренных ч. 3 ст. 78 УК РФ, по делу не усматривается.

В связи с установленными обстоятельствами, суд апелляционной инстанции полагает правильным освободить ФИО1 от наказания по ч.3 ст.264 УК РФ на основании п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Внесение указанных изменений в приговор суда не влияет на законность и обоснованность изложенных в нем выводов.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов при рассмотрении уголовного дела, влекущих за собой отмену приговора, в апелляционном порядке не установлено, в связи с чем, апелляционная жалоба осужденного ФИО1, подлежит оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Белогорского районного суда Республики Крым от 10 декабря 2024 года, в отношении ФИО1 – изменить.

Освободить ФИО1 от назначенного наказания по ч.3 ст.264 УК РФ на основании п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальной части приговор оставить без изменений. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации в течение шести месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным в тот же срок, со дня получения копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. Разъяснить осужденному право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: