УИД: 13RS0025-01-2019-002411-91

Дело № 2-1746/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Саранск, Республика Мордовия 09 декабря 2019 года

Октябрьский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Аитовой Ю.Р., 

при секретаре судебного заседания Яшиной Д.С., 

с участием в деле:

истца - ФИО1,

представителя истца - ФИО1 – адвоката Курочкиной Оксаны Михайловны, действующей на основании ордера №3072 от 13 сентября 2019 года,

представителя ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности серии 13 АА 0907934 от 22 августа 2019 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести в трудовую книжку запись о приеме на работу и увольнении, взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2).

В обоснование требований истец указала, что на основании достигнутого между сторонами соглашения она работала у ИП ФИО2 в должности парикмахера с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года. В ее трудовые обязанности входило оказание парикмахерских услуг. Трудовой договор с ней не заключался, к исполнению своих трудовых обязанностей она приступила на основании устного сообщения ответчика о ее приеме на работу. Трудовую деятельность она исполняла в период с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года в соответствии с установленным работодателем графиком с 09 часов 00 минут по 19 часов 00 минут без перерыва на обед с чередованием смен: два дня работы, два дня отдыха, в среднем по 150 часов в месяц. Согласно устной договоренности с ответчиком, истице была установлена заработная плата в размере 40% от полученной выручки, но фактически заработная плата выплачивалась в размере меньше минимального размере оплаты труда в месяц: 6000 – 7000 рублей в месяц. В течение всего периода работы отпуск ей не предоставлялся, соответственно отпускные ей не начислялись и не выплачивались. В нарушении требований действующего трудового законодательства ответчик не внес в ее трудовую книжку запись о приеме на работу, а также не выплатил компенсацию за неиспользованный отпуск. 09 июля 2019 года ответчик сообщила ФИО1 в устной форме, что она уволена. На просьбу истицы выплатить ей денежную компенсацию, причитающуюся при увольнении, ответчик ответила отказом. В настоящее время она находится на 30 неделе беременности, в результате нервных переживаний ее состояние здоровья ухудшилось, в связи с чем, она была госпитализирована в медицинское учреждение. Истица неоднократно обращалась к ФИО2 о заключении с ней трудового договора и внесении соответствующей записи в трудовую книжку, вместе с тем, работодатель уклоняется от исполнения своих обязанностей. Указывает, что действиями и бездействиями ответчика ей причинен моральный вред, который подлежит взысканию с ответчика в ее пользу, также полагает, что в ее пользу подлежат взысканию: компенсация за неиспользованный отпуск и недоплаченная до минимального размера оплаты труда (далее - МРОТ) заработная плата. 

Просила суд, с учетом заявления об увеличении исковых требований от 07 октября 2019 года в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) установить факт трудовых отношений между ней ИП ФИО2 за период с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года в должности парикмахера-универсала; возложить на ИП ФИО2 обязанность внести в трудовую книжку запись о приеме на работу с 23 июля 2017 года и увольнении с работы с 09 июля 2019 года; взыскать с ответчика в ее пользу денежную компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 30 230 руб. 86 коп., невыплаченную ей заработную плату за период с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года в размере 39 314 руб. 38 коп., компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей (л.д.125-126). 

В письменных возражениях на исковое заявление от 13 сентября 2019 года представитель ответчика ИП ФИО2 – ФИО3 исковые требования не признал, суду пояснил, что ФИО1 к ФИО2 с намерением заключить трудовой договор не обращалась. На основании достигнутой между ними устной договоренности, ФИО2, по мере обращения истца, предоставляла ей оборудованное рабочее место на возмездной основе без фиксированной ставки, на условиях вознаграждения в размере 40% от общей выручки, фактически между ними отсутствовали трудовые отношения (л.д.47-48). 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – ФИО4 в письменных возражениях на исковое заявление от 20 ноября 2019 года против удовлетворения исковых требований ФИО1 возражала, указала, что она с 2017 года арендует у ФИО2 два рабочих места. По условиям, заключенных между ними договоров, ФИО2 имеет право предоставлять арендованные ею рабочие места во временное пользование третьим лицам с правом получения от последних денежных средств для последующей передачи ей на условиях заключенного между ними договора. В связи с тем, что рабочие места ответчиком были переданы ей в субаренду, ФИО2 не имела право предоставлять их своим работникам для осуществления трудовой деятельности на постоянной основе. Ей известно о том, что ФИО2, в периоды, когда она не использовала вышеуказанные рабочие места, предоставляла их третьим лица не на постоянной основе, а по мере обращения во временное пользование (199-200). 

В судебном заседании истец – ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям изложенным в иске и в заявлении об увеличении исковых требований, просила их удовлетворить. 

Представитель истца – адвокат Курочкина О.М. в судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в исковом заявлении и в заявлении об увеличении исковых требований основаниям, суду пояснила, что фактически с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года ФИО1 работала у ИП ФИО2 в должности парикмахера-универсала с устного разрешения последней. При этом, трудовой договор в письменной форме заключен не был, но заработная плата выплачивалась регулярно. ФИО1 выполняла работу в интересах и под контролем работодателя, подчиняясь правилам внутреннего трудового распорядка. Истица неоднократно обращалась к ИП с просьбой оформить с ней трудовой договор, однако она по различным причинам уклонялась от заключения трудового договора, впоследствии сообщила ей, что она уволена, узнав о том, что истица беременна. 

Ответчица – ФИО2 в судебное заседание не явилась, по неизвестной суду причине, о времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом, в заявлениях просила рассмотреть дело в ее отсутствие, с участием ее представителя. 

Представитель ответчика ИП ФИО2 – ФИО3 исковые требования не признал, суду пояснил, что истицу ФИО2 на работу не принимала, трудовой договор с ней не заключала, приказов о приеме на работу не издавала, фактически к работе не допускала и такого согласия не выражала, заработную плату не выплачивала. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – ФИО4 в судебное заседание не явилась, в заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие, указав, что возражает против удовлетворения исковых требований ФИО1 и просит в иске отказать.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд считал возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц. 

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд находит заявленные исковые требования подлежащими оставлению без удовлетворения, основывая свой вывод следующим. 

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; выполнение работы лично работником и исключительно или главным образом в интересах работодателя; выполняется с графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается с работодателем; выполнение работы имеет определенную продолжительность; требует присутствия работника; предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

На основании статьи 15 ТК РФ, трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу части первой статьи 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 ТК РФ).

Статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В статье 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. 

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 61 ТК РФ).

В соответствии с частью второй статьи 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 ТК РФ).

Частью первой статьи 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно статье 66 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» судам необходимо иметь в виду, что если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами ТК РФ возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 ТК РФ срок может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить такой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Из материалов дела следует, что индивидуальный предприниматель ФИО2 включена в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей с 08 июня 2017 года. Основными видами деятельности являются: предоставление услуг парикмахерскими и салонами красоты и деятельность в области медицины прочая (л.д.9-11). 

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 17-21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. 

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. 

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения. 

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года). 

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Судом определены юридически значимые обстоятельства, которые разъяснены сторонам в судебном заседании и зафиксированы в соответствующем протоколе судебного заседания: было ли достигнуто соглашение между ФИО1 и ИП ФИО2 о личном выполнении ФИО1 работы по должности парикмахера-универсала, была ли допущена ФИО1 к выполнению этой работы ИП ФИО2 либо ее уполномоченным лицом, выполняла ли ФИО5 работу в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период, подчинялась ли ФИО1 действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, выплачивалась ли ей заработная плата. Доказательства отсутствия трудовых отношений предоставляет ответчик ИП ФИО2 

Анализируя все представленные доказательства, суд приходит к выводу, что признаков трудовых отношений и трудового договора между истцом и ответчиком, указанных в статьях 15 и 56 ТК РФ, не имелось, истец ФИО5 не была фактически допущена к выполнению трудовой функции. Указанные выводы суд обосновывает следующим. 

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО5 обратилась в суд с иском к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений в период с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года, ссылаясь на то, что она работала в этот период у ИП ФИО6 в салоне парикмахерская «Долорес» в должности парикмахера-универсала без оформления трудового договора. 

Так, в судебных заседаниях ФИО5 пояснила, что работала у ИП ФИО2 в должности парикмахера-универсала с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года. Трудовой договор с ней не заключался, трудовая книжка не оформлялась, к исполнению своих трудовых обязанностей она приступила на основании устного сообщения ответчицы о ее приеме на работу. Трудовую деятельность она выполняла в соответствии с установленным устно работодателем графиком работы без перерыва на обед с чередованием смен: два дня работы, два дня отдыха. Кадровые документы в отношении нее не оформлялись, с письменным заявлением к работодателю о принятии ее на работу она не обращалась, приказ о приеме ее на работу не издавался, инструктаж с ней не проводился, с должностными обязанностями, а также с правилами внутреннего трудового распорядка ее не знакомили. Ее обязанности были установлены устно ФИО2, в которые входило осуществление парикмахерских услуг. Запись клиентов осуществлял администратор ИП ФИО2 по телефону, расчет клиентов также производил администратор, она же выплачивала ей в конце рабочего дня заработную плату в размере 40% от заработанной ею суммы, в получении денежных средств она расписывалась в соответствующем журнале, который заводился отдельно на каждого работника. Свою работу она выполняла под контролем администратора ФИО2 Она неоднократно в устной форме обращалась к ответчику с просьбой заключить с ней трудовой договор, однако в этом ей было отказано. В правоохранительные органы и в трудовую инспекцию она не обращалась. Также администратор, в соответствующем журнале, фиксировала количество отработанных ею дней. ИП ФИО2 предоставляла ей необходимые в работе инструменты, спецодеждой она ее не обеспечивала. Трудовая книжка и санитарная книжка у нее отсутствуют.

В подтверждении своих доводов о наличии трудовых отношений с ответчиком истица представила распечатки с сайта вышеуказанного салона красоты (л.д.67-102), диплом серии 

<

...> о присвоении квалификации - парикмахер, организатор (руководитель) малых предприятий по специальности: парикмахер 3 разряда (л.д. 205-206), сертификат о прослушивании ею семинара по теме: "Эксклюзивный блонд от ESTEL Professional" (л.д. 207), удостоверение о прохождении курсов "Парикмахер" (л.д. 209), а также ссылалась на показания свидетелей З., С., Ф2., К1., К2.

Допрошенные в судебном заседании 23 октября 2019 года свидетели З., С., Ф1., ФИО13 по-существу дали аналогичные показания, пояснив, что на протяжении нескольких лет являлись клиентами ФИО1, которая в салоне красоты «Долорес» предоставляла парикмахерские услуги. Запись к ФИО5 в салоне осуществлялась через администратора, денежные средства после стрижки они также передавали администратору. Чеков, подтверждающих оплату парикмахерских услуг не представили.

Свидетель К3. показала, что в 2018 году работала в салоне красоты «Долорес» в должности администратора. На работу ее принимал предыдущий собственник салона. Официально она трудоустроена не была, приказ о приеме ее на работу не издавался, в трудовой книжке соответствующая запись отсутствует. Она осуществляла запись клиентов по телефону, рассчитывала клиентов и работников в конце рабочего дня, о чем вносила соответствующие записи в журналах записи клиентов и выдачи заработной платы (журнал велся один на всех работников), которые на обозрение суду представить не может, поскольку указанных журналов у нее нет. Подбором кадров, их трудоустройством, распределением обязанностей занималась ФИО2, вырученные денежные средства она также передавала ей. В период ее работы в салоне красоты парикмахером работала ФИО1, с которой также не был заключен трудовой договор. Обращалась ли истица к ответчику с заявлением о ее трудоустройстве она не знает.

Вмести с тем, вышеуказанные показания свидетелей З., С., Ф2., К1. безусловно не подтверждают наличие между сторонами именно трудовых отношений. Тот факт, что они являлись клиентами ФИО1, плату за парикмахерские услуги принимал администратор салона, фамилию которой они в судебном заседании назвать не смогли, не свидетельствует об этом. Кроме того, представитель ответчика не оспаривал тот факт, что ФИО1 периодически осуществляла парикмахерские услуги в салоне красоты, поскольку на основании устной договоренности с ответчицей арендовывала свободное рабочее место, за что осуществляла соответствующую плату ИП ФИО6 (плату за аренду рабочего места и инструментов). Из показаний допрошенных свидетелей невозможно установить период в течение которого истица состояла в трудовых отношений с ответчицей, каким образом, кем и в каком размере осуществлялась выплата заработной платы ФИО1 Кроме того, показания свидетелей не подтверждаются иными доказательствами по делу и не согласуются с ними, каких-либо письменных доказательств, в подтверждении наличия между сторонами трудовых отношений суду не представлено, также не представлено чеков, подтверждающих оплату свидетелями парикмахерских услуг.

Показания свидетеля К3. о наличии между сторонами трудовых отношений также отклоняются судом, поскольку не могут являться допустимыми доказательствами в подтверждение оснований иска. Кроме того, К3. пояснила, что ИП ФИО2 на работу ее не принимала, официально она трудоустроена не была, приказ о приеме ее на работу ответчиком не издавался, в трудовой книжке соответствующая запись отсутствует. Также она не представила на обозрение суда журналы записи клиентов и выдаче заработной платы на которые ссылалась в своих показаниях. 

Кроме того, в судебном заседании установлено, что истица в правоохранительные органы и в Государственную Инспекцию труда Республики Мордовия за защитой нарушенных прав не обращалась, письменных доказательств, подтверждающих период ее работы у ответчика, размер получаемой ею заработной платы не представила.

О безусловном наличии трудовых отношений также не могут свидетельствовать представленные истицей распечатки с сайта салона красоты «Долорес», расположенного по адресу: 

<

...>, а также диплом серии 

<

...> о присвоении квалификации - парикмахер, организатор (руководитель) малых предприятий по специальности: парикмахер 3 разряда и сертификат о прослушивании ею семинара по теме: "Эксклюзивный блонд от ESTEL Professional".

Доводы представителя ответчика об отсутствии между сторонами трудовых отношений подтверждаются следующими письменными материалами дела.

Из представленных суду договоров аренды нежилого помещения, заключенных между ИП П. (арендодатель) и ИП ФИО2 (арендатор) 12 мая 2018 года и 11 апреля 2019 года следует, что арендодатель предоставила в аренду арендатору нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...> для использования в коммерческих целях (л.д.117-120).

Согласно договорам субаренды, заключенных с согласия собственника, ИП ФИО2 (арендатор) предоставила ИП ФИО4 (субарендатор) часть нежилого помещения для предоставления парикмахерских услуг, состоящее из двух меблированных рабочих мест, расположенное по адресу: 

<

...>. При неиспользовании переданных в субаренду рабочих мест субарендатором арендатор на правах оперативного управления может передать во временное пользование, за плату укомплектованное рабочее песто (2 места) третьим лицам (л.д.121-124).

Из материалов дела следует, что указанные договоры в установленном законом порядке не оспорены, не отменены, не расторгнуты, не признаны недействительными.

Доводы представителя истца - Курочкиной О.М. об отсутствии в письменных возражениях представителя ответчика - ФИО3 сведений о заключении ФИО2 вышеуказанных договоров субаренды с ФИО4 не являются основанием для признания их недействительными. 

Согласно штатным расписаниям ИП ФИО6 за 2017, 2018 гг., у ИП имелись три штатных должности: администратор, массажист и мастер ногтевого сервиса (по 1 единице каждая) (л.д.210-211). 

Как следует из платежных ведомостей за 2017 и 2018 гг. о выплате заработной платы за 2017-2018 годы, в которых имеется фамилия и подпись работника, получавшего заработную плату у ИП ФИО2, фамилия и подпись ФИО1 отсутствуют (л.д.212-240). 

Из сообщения заместителя начальника Государственного учреждения – Центр по выплате пенсии и обработке информации пенсионного фонда Российской Федерации в Республике Мордовия ФИО7 от 10 сентября 2019 года №1737К следует, что в региональной базе данных на застрахованное лицо - ФИО1 по страхователю ИП ФИО2 не значится (л.д.41).

Согласно сообщению заместителя руководителя Управления Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия ФИО8 от 12 сентября 2019 года №03-11/09721 сведений о получении доходов (по форме 2-НДФЛ) ФИО1 от ФИО9 в информационных ресурсах налоговых органов Республики Мордовия за период 2017-2018 гг. отсутствуют. В расчетах по страховым взносам за 1 квартал 2019 г. и за 1 полугодие 2019 г., за июль-сентябрь 2019 года, представленных в налоговые органы ИП ФИО9, сведений о выплатах в отношении ФИО1 не имеется (л.д.59-60).

В представленных по запросу суда Советником государственной гражданской службы Российской Федерации ФИО10 04 октября 2019 года справках о доходах физических лиц на работников ИП ФИО2 за 2017 г., 2018 г. ФИО1 не значится (л.д.112-116).

Все вышеуказанные доказательства опровергают факт наличия между сторонами трудовых отношений. 

Достаточных доказательств в подтверждении доводов истца о заключении с ответчиком трудового договора путем фактического допуска к работе стороной истца также не представлено. 

В судебном заседании установлено, что ФИО1 не передавала ИП ФИО2 трудовую книжку, также не обращалась с письменным заявлением о приеме на работу, о предоставлении отпуска и не предоставляла иные документы, предусмотренные статьей 65 ТК РФ, для заключения с ней трудового договора, приказ о приеме на работу ответчиком не издавался, письменный трудовой договор сторонами не заключался, записи в трудовую книжку истца не вносились, санитарная книжка отсутствует. Судом также не установлен факт получения истцом заработной платы, а также из представленных документов невозможно усмотреть размер заработной платы истицы и количество отработанных ею дней.

Какие-либо письменные доказательства, подтверждающие выполнение истицей указанных ею трудовых функций, подчинение ее правилам внутреннего распорядка, получение заработной платы суду не представлено. 

Доводы истицы о том, что она расписывалась в журнале о получении заработной платы не нашли подтверждение в судебном заседании и опровергаются пояснениями представителя ответчика и представленным в ответ на запрос суда сообщением ИП ФИО6 об отсутствии каких-либо журналов и документов, содержащих сведения о сотруднике ИП ФИО6 – ФИО1 (л.д.49-50). 

Таким образом, по представленным доказательствам судом не установлено достижение сторонами соглашения о личном выполнении ФИО1 определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя ИП ФИО2, подчинение ФИО1 действующим у ИП правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд). Кроме прочего, ФИО1 пояснила, что с должностными инструкциями, правилами внутреннего трудового распорядка, а также другими локальными нормативными актами она не знакомилась. 

При этом ответчиком представлены относимые, допустимые, достоверные и достаточные доказательства отсутствия трудовых отношений с ФИО1 

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учетом изложенного, суд принимает решение по представленным сторонами доказательствам, оценивая их по правилам статьи 67 ГПК РФ, совокупность которых является достаточной для принятия законного и обоснованного решения. 

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 об установлении факта трудовых отношений за период с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года в должности парикмахера-универсала, являются необоснованными и не подлежат удовлетворению. Соответственно также не подлежат удовлетворению производные исковые требования о возложении обязанности на ИП ФИО2 внести в трудовую книжку запись о приеме на работу с 23 июля 2017 года истицы и ее увольнении с работы с 09 июля 2019 года, взыскании с ответчика в ее пользу денежной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 30 230 руб. 86 коп., невыплаченной ей заработной платы за период с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года в размере 39 314 руб. 38 коп. и компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. Судебные расходы также не подлежат взысканию с ответчика.

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных требований и по указанным основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 за период с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года в должности парикмахера-универсала, возложении на индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанности внести в трудовую книжку запись о приеме на работу с 23 июля 2017 года и увольнении с работы с 09 июля 2019 года, взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 денежной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 30 230 руб. 86 коп., невыплаченной заработной платы за период с 23 июля 2017 года по 09 июля 2019 года в размере 39 314 руб. 38 коп. и компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей оставить без удовлетворения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия через Октябрьский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в течение месяца дней со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Октябрьского районного суда

г.Саранска Республики Мордовия Ю.Р. Аитова 

Мотивированное решение составлено в окончательной форме 13 декабря 2019 г. 

Судья Ю.Р. Аитова