Председательствующий – судья ФИО9 Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 22 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего Складан М.В.,

судей: Абрамовой Н.Ю., Луговкиной А.М.,

при помощнике судьи Лебедевой А.И.,

с участием защитника осужденного – адвоката Дроздова М.В.,

осужденного ФИО1,

прокурора Петровой Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнениями адвоката Дроздова М.В., апелляционной жалобе адвоката Куприенко М.А. в интересах осужденного ФИО1, апелляционному представлению прокурора 

<

адрес> Кононова Н.Н. на приговор 

<

адрес> от 

<

дата>, которым

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданин России, несудимый,

осужденный 

<

дата> 

<

адрес> по 6 преступлениям, предусмотренным ч.3 ст.260 УК РФ, ч.3 и ч.4 ст.69 УК РФ к 5 годам лишения свободы со штрафом в размере 500 000 рублей, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима,

осужден:

за совершение 4 преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 260 УК РФ, к лишению свободы сроком 2 года со штрафом в размере 300 000 рублей за каждое.

На основании ч.3 и 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено наказание в виде лишения свободы сроком 4 года со штрафом в размере 500 000 рублей.

На основании ч.4 и ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания по настоящему приговору с наказанием, назначенным приговором 

<

адрес> от 

<

дата>, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком 7 лет со штрафом 1 000 000 рублей.

Наказание в виде лишения свободы постановлено отбывать в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде изменена на содержание под стражей, постановлено ФИО1 взять под стражу в зале суда.

На основании п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания под стражей ФИО1 в период с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Российской Федерации в доход муниципального бюджета 

<

адрес> ущерб в размере 22 445 850 руб., причиненный государственному лесному фонду вследствие нарушения лесного законодательства.

Разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Красноярского краевого суда Луговкиной А.М., выступления участвующих лиц, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за совершение четырех незаконных рубок лесных насаждений, в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.

Преступления совершены в 

<

адрес> в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Куприенко М.А. в интересах осужденного ФИО1 просит приговор отменить. В обоснование жалобы, со ссылками на нормы уголовного и уголовно – процессуального закона, Лесного кодекса РФ, постановления Пленума Верховного суда РФ, обзор практики ВС РФ, указывает, что приговор является незаконным, по делу обстоятельства незаконной рубки лесных насаждений именно ФИО1 не установлены. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В ходе предварительного следствия установлено, что доверенности Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №14, ФИО78 и Свидетель №15 выдавали на имя ФИО79, а не на имя ФИО80, с которым, как указано в приговоре, ФИО1 вступил в сговор. Документы на указанных граждан ФИО1 передал ФИО81 который и заключил договор купли продажи лесных насаждений, лишь документы Свидетель №16 ФИО1 передал ФИО82.

Судом неверно квалифицированы действия ФИО1 как соисполнителя, поскольку лицо, не принимавшее непосредственного участия в незаконной рубке лесных насаждений, а лишь оказывавшее содействие соучастнику, является пособником в совершении преступления, а не исполнителем. В ходе предварительного расследования и в суде установлено, что исполнителем преступления являлся ФИО83, ФИО1 непосредственного участия в незаконной рубке лесных насаждений не принимал, а лишь оказывал содействие ФИО84 в приискании жителей 

<

адрес>, имеющих право на получение лесных насаждений для собственных нужд и подготовке пакета документов, необходимых для заключения договора купли – продажи, тем самым способствуя ФИО85 в совершении незаконной рубки лесных насаждений, что не опровергнуто доказательствами, исследованными в судебном заседании. Доказательств вступления ФИО1 в сговор с ФИО86 не имеется, осужденному излишне вменен квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, его действия подлежало квалифицировать как посредничество со ссылкой на ч.5 ст. 33 УК РФ. Следствием не учтено, что ФИО1 никаких действий, подпадающих под понятие незаконной рубки лесных насаждений, регламентируемых в постановлении Пленума ВС РФ от 18.10.2012г. №21, не совершалось. Рубка лесных насаждений осуществлялась на основании договоров купли – продажи лесных насаждений, которые заключены в установленном законом порядке между физическими лицами и государством в лице Министерства лесного хозяйства.

Умысел ФИО1 не был направлен на осуществление рубки, обусловлен получением вознаграждения от продажи пакетов с документами, которые не давали сами по себе права на рубку. Роль ФИО1 и его осведомленность заканчивались в момент передачи документов и получения вознаграждения от лесозаготовителей, он не имел никакого отношения к объективной стороне преступления, рубку древесины не контролировал, ее вывоз не осуществлял, реализацией древесины не занимался, выручку ни с кем не делил.

В обвинительном заключении и приговоре указаны только общие положения, не изложено, какие нормы закона, подпадающие под уголовную ответственность, нарушил ФИО1 В приговоре отсутствуют ссылки на нормативно – правовые акты, регулирующие соответствующие экологические правонарушения, и указание, в чем непосредственно выразилось нарушение со ссылкой на конкретные нормы закона, ссылки на нормативно – правовые акты, регулирующие порядок исчисления размера ущерба также отсутствуют. Нарушение каких именно требований в области охраны окружающей среды и природопользования, содержащихся в нормативно – правовых актах, вменяется ФИО1, а также в чем выразилась незаконность его действий, в приговоре не указано. Отсутствие в обвинении и приговоре положений Правил ухода за лесами, Правил заготовки древесины, Правил санитарной безопасности, и других отраслевых норм, в том числе технологии заготовки в эксплуатационных лесах, а также условий работ по технологической карте, которые нарушил осужденный, препятствует определению судом юридически значимых обстоятельств применительно к требованиям ст.252 УПК РФ, исключает вынесение судом законного приговора, иного решения, лишает ФИО1 возможности в полной мере знать, в чем он обвиняется, защищаться от обвинения. Обвинительное заключение не конкретизировано, не соответствует фактическим обстоятельствам, не позволяет установить подлежащие доказыванию обстоятельства, в нем не указаны инкриминируемые ФИО1 преступные действия, оно составлено с нарушением требований ст.220 УПК РФ, в связи с чем, уголовное дело подлежало возвращению прокурору.

Считает, что в данном случае не может идти речи о незаконной рубке лесных насаждений, поскольку все необходимые документы для легальной рубки деревьев были оформлены в установленном законом порядке, договоры купли – продажи лесных насаждений между лесничеством и гражданами недействительными, мнимыми не признавались. Согласно договорам условия сделки выполнены в полном объеме. Как следует из материалов уголовного дела, лесничествами лесные участки были выделены под сплошные рубки спелых, перестойных лесных насаждений в эксплуатационных лесах. Согласно лесохозяйственному регламенту вмененный объем древесины выделен для населения, за него лесничество получило оплату. Экологии не был причинен ущерб, что явно указывает на отсутствие состава преступления. В ст.30 ЛК РФ указывается уже о заготовленной древесине, поэтому нарушение условий договора заявителями не может свидетельствовать о совершении преступлений подсудимыми. Заявителями на выделение древесины являлись граждане, от них исков, претензий к подсудимым нет.

Кроме того, указывает о недопустимости протоколов осмотра места происшествия, поскольку понятые при производстве осмотра не участвовали, ход и результат следственного действия с применением технических средств не зафиксирован, в материалах дела нет снимков, электронные носители информации отсутствуют в протоколах от 

<

дата>., 

<

дата>., отсутствуют отметки о разъяснении прав и обязанностей Свидетель №37, Свидетель №38, Свидетель №34; подписи, перечетная ведомость отсутствуют, на фототаблице подписи 

<

дата> имеются только на одном из снимков. Представленные фототаблицы не позволяют определить наличие пней как таковых, их идентифицировать, определить диаметр, породный состав, жизнеспособность дерева, время рубки; на изображениях не зафиксировано, что диаметр пней определялся путем вычисления средней величины между минимальным и максимальным диаметром. Поскольку не представляется возможным проверить место нахождения, количество и объем спиленных деревьев, невозможно установить ущерб.

Доказательств наличия сговора ФИО1 с ФИО74 не имеется. ФИО74 и его супруга оговорили осужденного с целью избежать ответственности ФИО74 за приобретение документов у граждан. Свидетель №17 пояснила, что приобрела документы не у ФИО1, а у ФИО87, который не установлен. Также необоснованно вменяется ФИО1 в вину приобретение документов у Свидетель №20, Свидетель №18 и ФИО88, которые пояснили, что они напрямую обращались к ФИО89 с целью заготовки древесины, которая им была привезена, к ФИО1 они не обращались. Свидетель ФИО90 пояснила, что документы передала в 

<

адрес> ФИО91), однако в приговоре указано, что данный пакет документов у нее приобрел ФИО1 Также нарушены требования уголовно - процессуального закона при проведении предварительного следствия, а именно неоднократно продлялся срок следствия, по истечении данного срока, так, срок следствия был продлен по 

<

дата>., и далее продлен лишь 

<

дата>.; 

<

дата>. вновь был продлен по 

<

дата>. и только 

<

дата>. продлен вновь.

Судом также нарушены требования уголовного закона при назначении наказания. Определяя окончательный размер дополнительного наказания в виде штрафа по совокупности преступлений в порядке ч.4 ст.69 УК РФ, суд указал на применение им принципа частичного сложения наказаний, тогда как наказание в виде штрафа сложено в полном объеме. Судом рассмотрено дело с обвинительным уклоном, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Дроздов М.В. просит приговор отменить, как незаконный, ФИО1 оправдать. В обоснование жалобы указывает, что по тексту приговора приводится формулировка совершения преступления «с лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство», когда как по делу таких лиц два, однако судом они не идентифицированы как лицо № и лицо №, что не позволяет стороне защиты правильно определить степень участия каждого из них, правильно оценить действия ФИО1, определить момент возникновения умысла, его направленность, договоренность с каждым из указанных лиц, что создает неопределенность, чем нарушается право на защиту.

Согласно тексту приговора у ФИО1 умысел на совершение незаконных рубок сформировался дважды: первый раз - не позднее 

<

дата> года до обращения к нему лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, второй раз – после обращения указанного лица, тогда как уголовное право и диспозиция ст. 260 УК РФ не допускают возможности формирования умысла дважды по одному и тому же преступлению, что также не позволяет стороне защиты определить, какие из инкриминируемых действий являются преступными, охватываются либо не охватываются преступным умыслом, и не требуют правовой квалификации, чем нарушается право на защиту. Формулировки суда о том, что ФИО1 «обеспечил» получение гражданами нотариально заверенной доверенности, подписание и предоставление документов в лесничество, не позволяют определить конкретные действия, которые вменяются ФИО1, определить, выполнены ли инкриминируемые действия лично ФИО1 или иным лицом, а также то, каким образом гражданами получены доверенности, кем и при каких обстоятельствах в последующем представлены документы в КГБУ «

<

данные изъяты>». Лично ФИО1 никаких доверенностей не оформлял, доверенным лицом ни у кого не являлся. В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 осуществлялись подготовительные действия по оформлению за плату предварительных документов, являющихся основанием для последующего оформления договоров купли – продажи с гражданами, которые не являлись разрешительными документами для целей рубки лесных насаждений. На указанном этапе действия ФИО1 не образуют состав преступления, предусмотренного ст.260 УК РФ. Мотивация его действий ограничивалась получением денежного вознаграждения за передачу документов, не связана с дальнейшей заготовкой древесины, которая могла не состояться, что не позволяет квалифицировать его действия как совершенные с прямым умыслом, как лесозаготовитель будет использовать эти документы, осужденного не интересовало, и он прямо не желал наступления последствий в виде срубленных деревьев. В данном случае, его действия не могут быть квалифицированы даже в статусе пособника, поскольку его мотивом было получение материальной выгоды не от рубки лесных насаждений, а от передачи вторичных документов за вознаграждение.

Приговор не содержит сведений о том, кто именно предоставил документы, собранные ФИО1, в КГБУ «

<

данные изъяты>». В случае передачи документов иным лицом, а не осужденным, указанное ставит под сомнение вывод о наличии совместного умысла с лицом, организовавшим рубку. Вывод суда, изложенный в приговоре, о самостоятельном и единоличном распоряжении лицом заготовленной им древесиной свидетельствует о самостоятельном формировании умысла на незаконную рубку без участия иных лиц, в том числе ФИО1

В приговоре указано, что документы начали готовиться не позднее 

<

дата>, в то время как документы были представлены в 

<

данные изъяты>, где были заключены договоры 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата>, и то есть к 

<

дата> по четырем договорам уже истек годичный срок их использования, по договорам от 

<

дата>. срок заготовки древесины истек 

<

дата>. В приговоре не содержится указания о том, кто, когда, как и между кем распределял роли участников, и кто именно осуществил незаконную рубку. В приговоре указан период совершения рубки с 

<

дата> по 

<

дата>, однако договоры № №, №, № заключены только в 

<

дата>., что позволяет сделать вывод о том, что рубка в делянах, обозначенных в договорах, осуществлялась до их заключения, что исключает причастность ФИО1 к указанным рубкам. Перечисленные противоречия в фактических обстоятельствах свидетельствуют о том, что судом не установлено событие преступления, чем нарушены требования ст.73 УПК РФ.

К заключению договоров граждан с лесничеством ФИО1 не имел никакого отношения, и не знал, будут ли они заключаться, не выполнял никаких действий, входящих в объективную сторону преступления. Учитывая разъяснения в п.19 постановления Пленума ВС РФ № 21 от 18.10.2012г. при отсутствии признаков участия в составе организованной группы, действия лица надлежит квалифицировать как соучастие в содеянном со ссылкой на ч.ч.3,4 или 5 ст.33 УК РФ. Следовательно, действия ФИО1 неверно квалифицированы как соисполнительство.

Показания подозреваемого ФИО27, данные им в отсутствие защитника, приведенные в приговоре как доказательство виновности ФИО1, не могут быть признаны допустимыми доказательствами и подлежат исключению из числа доказательств, поскольку даны им без участия защитника и в дальнейшем он вину не признал, отказался от дачи показаний. Показания ФИО27 относительно роли ФИО1 противоречат и опровергаются материалами дела. Судом проигнорированы фактические обстоятельства о роли ФИО15, которые свидетельствуют об отсутствии взаимной договоренности между ФИО1 и ФИО27 о совершении незаконной рубки.

Из показаний ФИО27 следует, что на лесосеку № в квартале № выделе № он приехал не ранее конца 

<

дата> года, чтобы ее посмотреть. Вместе с тем, договоры купли-продажи лесных насаждений, находящихся в данной лесосеке, № № – №, № - № к этому моменту уже были заключены с гражданами в 

<

дата> году. При этом договоры были заключены не самими гражданами, а ФИО15, который являлся лесозаготовителем 

<

адрес>, на основании выданных этими гражданами нотариальных доверенностей, срок действия которых истекал в марте 2020 года. Все указанные граждане являются жителями 

<

адрес>. Ломбард, руководителем которого являлся ФИО1, также находился на территории этого же района, чем обусловлено то, что по всем указанным гражданам первоначальные заявления подавались в 

<

данные изъяты> лесничество. Первичные документы на указанных граждан, оформленные в 

<

данные изъяты> лесничестве, были «проданы» ФИО1 именно ФИО15, а не ФИО27 Последующие заявления о заключении договоров купли-продажи лесных насаждений, сами договоры и все остальные документы, в том числе и отчеты об использовании лесов, были подписаны ФИО15 Однако каким образом документы, выданные на имя ФИО15, оказались у ФИО27, не установлено и в приговоре не указано.

Обстоятельства взаимоотношений ФИО27 и ФИО1, изложенные в приговоре, в том числе по моменту возникновения умысла, противоречат показаниям ФИО27 и иным документам. У ФИО1 и ФИО27 отсутствовал совместный умысел на совершение незаконной рубки лесных насаждений. Причастность ФИО1 к рубке лесных насаждений не подтверждается материалами дела.

Судом не проверены показания ФИО33 о том, что он познакомился с ФИО1 в 

<

адрес>, где у последнего имеется в собственности ломбард. Несмотря на доводы ФИО1 об отсутствии в 

<

адрес> ломбарда, судом не принято мер к проверке позиции стороны защиты. Согласно сведениям, имеющимся в открытом доступе на интернет-сайте Банка России, информации о наличии у ФИО1 в 

<

адрес> края ломбарда в соответствующем реестре не имеется.

Из показаний ФИО74 следует, что ФИО1 переводил ему деньги за оформление доверенности от граждан у нотариуса, а в последующем ФИО1 покупал у ФИО74 предварительные документы граждан. Однако никаких доказательств этому в приговоре не приведено. Сведений о денежных переводах ФИО1 на карту ФИО74, передаче денежных средств в материалах дела не имеется. Осмотренные в судебном заседании денежные переводы с карты ФИО33, содержащиеся на CD-диске, не подтвердили факт финансовых взаимоотношений с ФИО1.

Приведенные в приговоре в качестве доказательств материалы оперативно-розыскной деятельности содержат сведения о причастности к преступлению ФИО27, ФИО33, Свидетель №28, но не ФИО1, протокол судебного заседания также не содержит указанных сведений. Справка-меморандум расшифровки телефонных переговоров ФИО27, ФИО33, Свидетель №28, о наличии которой указано в пункте 5 постановления о рассекречивании сведений (т. 8 л.д. 193), в материалы дела не предоставлялась, судом не исследовалась. При исследовании в судебном заседании 

<

дата> диска, содержащего телефонные переговоры указанных лиц, его содержимое фактически не исследовалось в связи с отсутствием технической возможности исследования. Таким образом, в нарушение ст.73,74 УПК РФ, пункта 8 постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», суд в описательно - мотивировочной части приговора ограничился лишь перечислением доказательств без раскрытия их содержания и доказательственного значения в отношении ФИО1

Суд первой инстанции сослался как на доказательства виновности ФИО1 на ходатайства о санкционировании судом оперативно-розыскных мероприятий и судебные постановления, вынесенные в порядке, предусмотренном ст.165 УПК РФ, которые сами по себе доказательствами не являются. Кроме того, после поступления результатов оперативно - розыскной деятельности следователем они не осматривались и иным образом не исследовались. Следователь ограничился лишь признанием их иными документами. Вывод суда о подтверждении виновности ФИО1 указанными результатами оперативно-розыскной деятельности является голословным и не подтверждается материалами дела, чем нарушены правила оценки доказательств.

Протоколы осмотра места происшествия, а также протоколы обследования участков местности являются недопустимыми доказательством, сведения, отраженные в них недостоверны, не позволяют идентифицировать осматриваемое место с конкретным лесным участком. Осмотр лесных участков должен проводиться с «привязкой» к специальным межевым знакам - квартальным столбам, которые и являются ориентиром, позволяющим точно определить местонахождение лесного участка. Однако в протоколах отсутствуют описание определения местонахождения лесного участка с «привязкой» к квартальному столбу. В качестве технического средства применялся только телефон, который не является средством измерения для установления точного местонахождения с помощью географических координат, в качестве таких могут применяться только специальные приборы - GPS-навигаторы, прошедшие поверку. В протоколе обследования не приведены конкретные географические координаты, установленные с помощью специальных навигационных приборов, где проводился осмотр. В протоколе осмотра места происшествия приведены координаты одной точки, где проводился осмотр, однако с помощью каких технических средств определено данное местонахождение, в протоколе не указано. При осмотре места происшествия необходимо было указать координаты конкретных делян, и привести их описание в протоколе. В ходе осмотра места происшествия сотрудников 

<

данные изъяты> лесничества не привлекали, привлекался только инспектор лесной охраны Свидетель №37, который деляны не отводил, вопросы о том, кто и каким образом установил границы делян, ему не задавались, тогда как согласно показаниям свидетеля ФИО16 при осмотре места происшествия необходимо приглашать сотрудника лесничества, который осуществлял отвод, поскольку он лучше ориентируется в лесу. Кроме того, следственные действия - осмотры места происшествия проведены неуполномоченным лицом - оперуполномоченным ОЭБиПК МО МВД России «

<

данные изъяты>», так как основанием для проведения осмотра места происшествия явилось сообщение оперативного дежурного, которое не регистрировалось, и в материалы дела не представлено. Вместе с тем, к моменту проведения следственного действия уголовные дела по факту незаконной рубки в данных местах уже были возбуждены, уголовное дело находилось в производстве заместителя начальника СО МО МВ России «

<

данные изъяты>» ФИО17, поручений от которого о проведении осмотров мест происшествия не выносилось. При таких обстоятельствах действия оперуполномоченного ОЭБиПК МО МВД России «

<

данные изъяты>» Свидетель №35 являются незаконными. Таким образом, все сведения, полученные в последующем на их основе (в том числе расчеты ущерба), являются недопустимыми доказательствами. Приобщенная к протоколам фототаблица также не позволяет идентифицировать местонахождение осматриваемых лесных участков, в ней не отражено физическое состояние пней деревьев. Кроме того, время, затраченное на проведение осмотров (по третьему эпизоду) составляет 2 часа 15 минут, согласно приговору общее количество обнаруженных по протоколу пней составляет 425, таким образом, время, затраченное на поиск, расчистку, замеры, фиксацию участниками осмотра каждого пня, составляет 27,5 сек., что физически невозможно на делянах, удаленных друг от друга, что свидетельствует о фиктивности проведенного осмотра и недостоверности полученных результатов.

В качестве доказательства вины ФИО1 в совершении рубки в деляне № по договору купли-продажи лесных насаждений № от 

<

дата> представлены только документы от имени ФИО32, который не установлен, не допрошен. Целевое использование древесины по данному договору не устанавливалось, следовательно, факт использования древесины на иные цели, является предположением. Вывод о незаконности заготовки древесины в указанной деляне является необоснованным и не подтверждается материалами дела.

В качестве доказательства обвинения ФИО1 в приговоре приводится протокол обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 

<

дата>, а также перечетная ведомость, при этом протокол составлен оперуполномоченным УФСБ по 

<

адрес> ФИО18 со ссылкой на п. 8 ч. 1 ст. 6 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», и является оперативно-розыскным мероприятием. Однако постановление о предоставлении результатов ОРД, рапорт об обнаружении признаков преступления или сообщения о результатах оперативно-розыскной деятельности в нарушение пункта 6 Инструкции «О порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» (утв.

<

дата>) в материалы дела не представлены. Каким образом материалы оперативно-розыскной деятельности оказались в материалах уголовного дела, не ясно. Согласно протоколу при проведении мероприятия применялась фотосъемка, однако никаких фотографий, подтверждающих проведение данного мероприятия, в материалы дела не представлено. Представители общественности к проводимому мероприятию не привлекались. Каким образом определены место проведения осмотра, географические координаты обследуемого участка, в протоколе не указано, изображения деляночного столба не приведено, схема расположения деляны в лесосеке с отражением нумерации делян не представлена.

Прилагаемые перечетные ведомости к указанным протоколам, а также протоколам обследования фактически представляют из себя лист бумаги, который не отвечает требованиям какого-либо документа: они не подписаны, не содержат наименование документа, подписей участвующих лиц, фамилии лиц ее составивших, по ним невозможно определить место подсчета пней, их породный состав. Таким образом, перечетные ведомости невозможно идентифицировать как документ, достоверно определить местонахождение делян не представляется возможным. Указанный протокол и перечетные ведомости не позволяют достоверно установить сведения, отраженные в них, являются недопустимыми доказательствами. Нельзя признать допустимыми доказательствами протоколы обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 

<

дата>, а также перечетные ведомости к ним.

Также в качестве доказательств вины ФИО1 суд в приговоре ссылается на сопроводительное письмо от 

<

дата>. о предоставлении информации, расчеты ущерба от незаконной рубки в делянах, которые получены в рамках оперативно-розыскной деятельности; протоколы опроса Свидетель №21, Свидетель №22, Свидетель №23, Свидетель №24 Однако в нарушение указанной Инструкции данные документы в следственный орган в качестве результатов оперативно-розыскной деятельности не предоставлялись, сведений об этом в материалах дела не имеется, поэтому указанные доказательства не могут быть признаны допустимыми доказательствами.

По второму эпизоду в качестве доказательств вины ФИО1 приводятся материалы оперативно-розыскной деятельности, которые содержат сведения о причастности к преступлению не ФИО1, а ФИО33, причастности последнего в изготовлении и приобретении документов на имя Свидетель №29, согласно показаниям которого он ничего не сообщил о роли ФИО1 Приведенные документы прямо опровергают позицию обвинения и не могут являться доказательствами обвинения.

Кроме того, судом не дано оценки тому факту, что часть древесины в виде березовых дров получена Свидетель №29 от ФИО33 В этой части договор купли - продажи лесных насаждений является достоверным, соответственно, объем вырубленной древесины породы береза подлежит исключению из приговора как законно срубленный. Вместе с тем, рубка деревьев породы береза вменяется ФИО1 как незаконная, что противоречит фактическим обстоятельствам.

В качестве доказательства вины ФИО1 приводятся показания свидетелей Свидетель №26, Свидетель №22, однако они ничего не сообщили о роли ФИО1

По второму эпизоду вменяется незаконная рубка только по семи делянам (№). Согласно нумерации делян и договоров купли-продажи лесных насаждений номера договоров купли-продажи лесных насаждений присваиваются по порядку, последовательно нумерации делян. Однако не установлено, кем были заключены остальные договоры купли-продажи лесных насаждений, кем, когда и в какой период вырубались данные деляны, имел ли к данным делянам какое-то отношение ФИО1

Из показаний свидетелей Свидетель №26 и Свидетель №21 следует, что предложение о заключении договоров им поступило от ФИО74, оформлением всех документов занимался он же, в том числе и организацией оформления нотариально заверенной доверенности на имя ФИО92 что свидетельствует о том, что ФИО74 изначально действовал в интересах ФИО93 без участия осужденного ФИО1 Показания свидетеля Свидетель №25 в целом являются аналогичными с учетом того, что помогала оформлять все документы некая ФИО94, которая не установлена. При таких обстоятельствах роль ФИО1 и его причастность к оформлению документов на имя Свидетель №26, Свидетель №21, Свидетель №25 по третьему эпизоду опровергается показаниями указанных лиц и свидетельствует о необоснованности вмененных действий ФИО1

Кроме того, по четвертому эпизоду в приговоре в качестве доказательств приведены расчеты ущерба по всем шести делянам. Однако в качестве оснований для проведения расчета представлены только два протокола обследования участков местности. По остальным четырем делянам обследований участков местности не проводилось.

Расчеты ущерба по четвертому эпизоду не имеют даты их выполнения, невозможно идентифицировать, какое именно процессуальное действие, выполненное в рамках УПК РФ, явилось основанием для расчета.

Обосновывая виновность ФИО1 в совершении преступления в квартале № выделе № лесосеке №, суд в приговоре ссылается на договоры купли-продажи лесных насаждений, которые не имеют отношения к данному эпизоду, а относятся к эпизодам №. Таким образом, приговор в указанной части является противоречивым, непоследовательным. Суд формально подошел к перечислению доказательств, не описывая их доказательственное значение и отношение к четвертому эпизоду.

Согласно показаниям свидетелей Свидетель №18, Свидетель №19 после оформления документов им привезли около 10 куб.м древесины в виде пиломатериала. Вместе с тем, ФИО1 вменяется незаконная рубка по договорам купли-продажи лесных насаждений №, № в полном вырубленном объеме. При этом судом не дано оценки тому обстоятельству, что объективно объем пиломатериала после распиловки круглого леса будет существенно отличаться от заготовленного объема древесины. В материалах дела отсутствуют данные о каких-либо расчетах объема пиломатериала из заготовленного объема древесины. Таким образом, судом необоснованно вменен весь вырубленный объем древесины как незаконный и произведен расчет исходя из объемов незаконной рубки, что заведомо повышает заготовленный объем древесины по указанным договорам.

В тексте приговора искажены показания Свидетель №19 с указанием на активную роль ФИО1 в оформлении документов, однако согласно протоколу судебного заседания Свидетель №19 обратился к ФИО1 для того, чтобы узнать, кто занимается лесозаготовками. Об оформлении документов и доставке пиломатериала Свидетель №19 договаривался непосредственно с ФИО2, который привез ему 10-15 куб.м. пиломатериала.

Вывод суда о заинтересованности свидетеля Свидетель №20 противоречит материалам дела и протоколу судебного заседания. Судом не дано оценки тому факту, что Свидетель №20 самостоятельно обращался в лесничество для получения древесины, чтобы произвести реконструкцию дома - сделать пристройку к дому, которую в итоге построил, о чем дал показания в судебном заседании.

Показания Свидетель №20 на стадии предварительного следствия даны по принуждению следователя, в период, когда он находился в больнице и был в болезненном состоянии. Выводы суда о том, что указанный свидетель и осужденный вместе учились в школе, поддерживали дружеские отношения, ничем не подтвержден.

По всем четырем эпизодам преступной деятельности, за которые осужден ФИО1, его роль и степень участия в групповых преступлениях установлена фактически только на основании показаний свидетеля Свидетель №28, которая показала, что ей неизвестен порядок оплаты. Таким образом, достоверно роль ФИО1 не установлена.

В судебном заседании 

<

дата> на стадии прений осужденным ФИО1 заявлено ходатайство о возобновлении судебного следствия для истребования сведений о наличии в 

<

адрес> ломбарда и о допросе свидетелей защиты ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 Сторона защиты заявила о приобщении письменного ходатайства о возобновлении судебного следствия, однако данное ходатайство судом не рассмотрено. Заявленное и принятое судом ходатайство о возобновлении судебного следствия в дальнейшем было возвращено ФИО1 письмом одновременно с приговором суда. Изложенным допущено нарушение уголовно-процессуального законодательства, повлиявшее на исход дела, существенно нарушено право на защиту.

В апелляционном представлении прокурор 

<

адрес> Кононов Н.Н. просит приговор изменить: дополнить резолютивную часть приговора реквизитами для уплаты штрафа, исключить из описательно – мотивировочной части приговора ссылку на признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства по ч.2 ст.61 УК РФ частичное возмещение ущерба; усилить назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы и штрафа как по каждому из преступлений, так и по их совокупности, окончательно назначив наказание в виде лишения свободы сроком 8 лет со штрафом в размере 1100 000 рублей; уточнить резолютивную часть приговора указанием на взыскание с ФИО1 в пользу РФ, в доход муниципального бюджета 

<

адрес> ущерба в размере 22 545 850 руб., причиненного государственному лесному фонду вследствие нарушения лесного законодательства; дополнить вводную часть приговора указанием на неотбытую часть наказания по приговору от 

<

дата>.; дополнить резолютивную часть приговора указанием на зачет наказания, отбытого по приговору от 

<

дата>.; исключить из резолютивной части приговора ссылку на зачет на основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей в период с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; дополнить резолютивную часть приговора на зачет на основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы времени содержания под стражей в период с 

<

дата>. по 

<

дата> с 

<

дата>. до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня; в период с 

<

дата>. по 

<

дата>. из расчета один день за один день. В обоснование представления указывает, что суд в нарушение закона не указал в резолютивной части информацию, необходимую в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление суммы штрафа, назначенного ФИО1 в качестве дополнительного наказания. Кроме того, судом не приведены мотивы, по которым он признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства частичное возмещение ущерба, и какими доказательствами это подтверждается, в приговоре не изложены обстоятельства о частичном погашении ущерба (когда, какая сумма, по каким реквизитам, каким лицом внесены денежные средства в пользу потерпевшего), отсутствует ссылка на первичный документ, подтверждающий произведенную оплату. Помимо этого, в приговоре отсутствует ссылка на размер отбытого наказания по приговору 

<

адрес> от 

<

дата>., вступившего в силу 

<

дата>. Также судом неверно определен период и коэффициент кратности зачета, поскольку при решении вопросов о зачете в срок отбывания наказания периодов содержания под стражей на стадии исполнения приговора коэффициенты кратности, предусмотренные п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, применению не подлежат.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах с дополнениями, апелляционном представлении, выслушав выступления участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу п.3 ч.1 ст.389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора суда в апелляционном порядке, являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; неправильное применение уголовного закона.

Согласно п. 1 ч.1 ст. 389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является, в том числе, нарушение требований Общей части УК РФ, применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению.

Как следует из ст.389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

В соответствии с п.п.4 п.3 ст.389.20 УПК РФ суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения уголовного дела принимает, в том числе, решение об изменении приговора.

Приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Обоснованными судебная коллегия находит доводы жалобы о неконкретизации в описательно – мотивировочной части приговора лиц, в отношении которых уголовные дела выделены в отдельное производство.

Вместе с тем, исходя их установленных по делу фактических обстоятельств, исследованных доказательств следует, что одно из лиц, в отношении которых уголовное дело выделено в отдельное производство, обратилось к ФИО1 с целью приобретения документов, предоставляющих право заключения с лесничествами договоров купли-продажи лесных насаждений, и которые ему передал ФИО1 для предоставления в «

<

данные изъяты>»; являющегося индивидуальным предпринимателем, организовавшего и осуществившего незаконную рубку лесных насаждений, в связи с чем данное лицо подлежит указанию как лицо №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Второе лицо по предложению ФИО1 приискало граждан, имеющих право на получение для собственных нужд лесных насаждений и заключение договоров их купли – продажи, получило от них за денежное вознаграждение согласие передать указанное право, обеспечило подписание от их имени необходимых для заготовки древесины документов и передало их ФИО1, в качестве данного лица судебная коллегия считает необходимым указать лицо №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Кроме того, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о квалификации действий ФИО1 как исполнителя преступлений, предусмотренных ч.3 ст.260 УК РФ, считая обоснованными в данной части доводы жалоб стороны защиты.

В соответствии с ч.2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных УК РФ.

Части 4 и 5 ст. 33 УК РФ предусматривают, что подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом, а пособником - лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 16 Постановления от 18.10.2012 № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», под рубкой лесных насаждений и (или) не отнесенных к лесным насаждениям деревьев, кустарников и лиан следует понимать их валку (в том числе спиливание, срубание, срезание, то есть отделение различными способами ствола дерева, стебля кустарника и лианы от корня), а также иные технологически связанные с ней процессы (включая трелевку, первичную обработку и (или) хранение древесины в лесу), в результате которых образуется древесина в виде лесоматериалов (например, хлыстов, сортиментов).

П.19 указанного Постановления разъясняет, что в случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками незаконной рубки насаждений в соответствии с распределением ролей каждый из них совершает отдельное действие, входящее в объективную сторону преступления (осуществляет спиливание (срубание или срезание), либо трелевку древесины, либо первичную обработку и (или) хранение в лесу), все они несут уголовную ответственность за незаконную рубку, совершенную группой лиц по предварительному сговору. Если лицо непосредственно не совершает каких-либо действий, входящих в объективную сторону преступления, но, например, указывает место незаконной рубки, объем подлежащих незаконной рубке деревьев, предоставляет в этих целях необходимую технику и горюче-смазочные материалы, заранее обещает приобрести или сбыть незаконно заготовленную древесину, то при отсутствии признаков участия в составе организованной группы его действия надлежит квалифицировать как соучастие в содеянном со ссылкой соответственно на части 3, 4 или 5 ст. 33 УК РФ.

Как следует из описаний преступных деяний, признанных судом доказанными, ФИО1 лично, а также с помощью лица №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, приискал жителей 

<

адрес>, убедив их в, якобы, наличии у них права на получение денежной компенсации за передачу права на получение древесины третьим лицам, получив от последних за денежное вознаграждение (компенсацию) согласие передать право на заключение договоров купли-продажи лесных насаждений для собственных нужд от их имени, обеспечил получение гражданами нотариально заверенной доверенности на право заключения от их имени и в их интересах договоров купли-продажи лесных насаждений, подписания от их имени всех необходимых для заготовки древесины документов, а также обеспечил предоставление документов указанных граждан КГБУ «

<

данные изъяты>» и КГБУ «

<

данные изъяты>», откуда были получены письменные уведомления об отказе в заключении договоров купли-продажи лесных насаждений в связи с отсутствием лесных насаждений, достаточных для заготовки заявленных объемов древесины с требуемыми качественными показателями. Полученные документы ФИО1 предоставил за денежное вознаграждение лицу №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, для их предоставления в КГБУ «

<

данные изъяты>» в целях заключения договоров купли-продажи лесных насаждений и осуществления на их основании незаконной рубки.

При этом лицо №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, непосредственно организовало и осуществило незаконную рубку лесных насаждений, путем их валки посредством спиливания, то есть отделение ствола дерева от корня, а также иные технологически связанные с ней процессы, включая трелевку, первичную обработку и хранение древесины в лесу, в результате которых образуется древесина в виде лесоматериалов.

Таким образом, как следует из материалов дела, и установлено судом, по каждому из четырех преступлений каких-либо действий, образующих объективную сторону незаконной рубки лесных насаждений, ФИО1 не выполнял. Вместе с тем ФИО1 содействовал их совершению путем предоставления средств для их совершения, выразившихся в приискании физических лиц, имеющих право на получение лесных насаждений, готовых заключить договоры купли – продажи без фактического получения по этим договорам древесины за денежное вознаграждение (компенсации), получение ими всех необходимых для заготовки древесины документов, предоставлении полученных документов лицу №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в целях заключения договоров купли-продажи лесных насаждений и осуществления на их основании незаконной рубки, то есть способствовал совершению лицом №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, незаконной рубки лесных насаждений.

При таких обстоятельствах приговор в связи с повлиявшими на исход дела несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовного закона при квалификации действий ФИО1 подлежит изменению путем переквалификации его действий по каждому из четырех преступлений с ч. 3 ст. 260 УК РФ на ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 260 УК РФ - пособничество в незаконной рубке лесных насаждений, в особо крупном размере.

Доводы стороны защиты о заключении ряда договоров купли – продажи лесных насаждений в 

<

дата> по преступлению в лесосеке № в квартале № выделе № лесов 

<

данные изъяты> участкового лесничества 

<

данные изъяты> лесничества 

<

адрес>, и указании в приговоре о рубке лесных насаждений в данной лесосеке по 

<

дата>, не свидетельствуют о невиновности осужденного в совершении преступления.

Исходя из текста описания преступного деяния, совершенного в лесосеке № в квартале № выделе №, лесов 

<

данные изъяты> участкового лесничества 

<

данные изъяты> лесничества 

<

адрес>, изложенного в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1, в обвинительном заключении и в приговоре, очевидно, что указание о том, что, при реализации преступного умысла не позднее 

<

дата> года, лицо, дело в отношении которого выделено в отдельное производство (лицо №), действуя согласно отведенной ему роли, в период с 

<

дата> по 

<

дата>, организовало и осуществило незаконную рубку лесных насаждений, т.е. указание о дате окончания преступления 

<

дата> вместо 

<

дата> является технической ошибкой (опиской), и подлежит уточнению.

Необходимость изменения обвинения в части даты совершения преступления в данном случае связана лишь с устранением технической ошибки, а не с установлением каких-либо новых фактических обстоятельств дела, и не приведет к ухудшению положения ФИО1 либо нарушению его права на защиту.

Вместе с тем, вопреки апелляционным доводам стороны защиты, виновность ФИО1 в совершении пособничеств в незаконной рубке лесных насаждений, в особо крупном размере подтверждается достаточной совокупностью согласующихся между собой допустимых доказательств, не оставляющих сомнений в его виновности.

Так, виновность ФИО1 подтверждена показаниями представителей потерпевших и свидетелей:

ФИО24, ФИО25 о размере причиненного лесному фонду РФ вреда, верном расчете ущерба;

инспекторов отдела государственного лесного контроля Министерства природных ресурсов и лесного комплекса 

<

адрес> ФИО26, КГБУ «

<

данные изъяты>» Свидетель №37, Свидетель №34 о порядке расчета ущерба по уголовному делу, производстве осмотра лесосек в 

<

адрес> с их участием и участием сотрудников полиции, подсчете пней с помощью специальных приборов, документальном фиксировании результатов осмотра;

мастера леса КГБУ «

<

данные изъяты>» Свидетель №36 о том, что при оформлении договоров купли-продажи по просьбе ФИО95 и ФИО96 на их денежные средства производила оплату по договорам купли – продажи лесных насаждений;

исполняющего обязанности директора КГБУ «

<

данные изъяты>» Свидетель №1, согласно которым в квартале №, выделе № лесосеке № рубку лесных насаждений осуществлял ФИО27, ФИО97 просил ФИО98 там рубить, у них была договоренность. Когда там ФИО99 начал рубить, ФИО100 еще был жив;

оперуполномоченных МО МВД России «

<

данные изъяты>» Свидетель №35, Свидетель №38, подтвердивших, что они производили осмотры мест происшествий по незаконной рубке лесных насаждений в квартале №, выдел №, лесосека №; квартале №, выдел №, лесосека 46/3; квартале 50, лесосека №, выдел № Агинского участкового лесничества, производили замеры каждого пня, осуществляли фотофиксацию;

лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, ФИО27, в соответствии с которыми в 

<

дата>. по предложению ФИО101 он согласился разрабатывать лесосеки. Он (ФИО102) приобретал у ФИО1 пакеты документов на заготовку древесины по договорам купли – продажи лесных насаждений от имени физических лиц. Он (ФИО103) оставил копию своего паспорта у ФИО1 для того, чтобы физические лица от своего имени оформляли на него доверенность на представление их интересов в лесничестве, при этом у нотариуса при оформлении доверенности он никогда не был. Документы забирал в ломбарде у ФИО1 в 

<

адрес>. Кто занимался сбором документов у граждан не знает, это было работой ФИО1 Данные договоры он ФИО104) отвозил в 

<

данные изъяты> лесничество. Физические лица получили деньги, при этом граждане не просили привезти им древесину, она им была не нужна. Лесосеки разрабатывались по 

<

дата>.;

лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, ФИО33, согласно которым по предложению ФИО1 за определенную между ними оплату он занимался приобретением у физических лиц и оформлением документов на заключение договоров купли – продажи лесных насаждений на территории 

<

адрес> и помогал оформлять доверенность от их имени на лесозаготовителя ФИО27 Все документы у граждан он приобретал в период с 

<

дата> год и передавал их ФИО1 Гражданам, у которых купил документы, ни строительный материал, ни дрова не привезли. ФИО27 он (ФИО74) никогда не видел, с ним не беседовал, документы передавал через ФИО1;

аналогичными показаниями свидетеля Свидетель №28, данными ею в ходе судебного заседания;

лиц, непосредственно осуществлявших лесозаготовительные работы -Свидетель №3, Свидетель №4., Свидетель №7, Свидетель №6, Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №32, показавших, что они работали на лесозаготовителя ФИО27 с 

<

дата>. в лесосеках в 9-12 км. от д.

<

адрес>, а также по направлению к д.

<

адрес> в местности, называемой 

<

данные изъяты> в лесосеках 

<

данные изъяты> участкового лесничества в 

<

адрес>, в периоды, пока не таял снег;

лиц, представляемых по договорам купли – продажи лесных насаждений: Свидетель №15, Свидетель №14, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №16, ФИО28, Свидетель №24, Свидетель №21, Свидетель №26, Свидетель №22, Свидетель №29, ФИО29, Свидетель №17, Свидетель №21, Свидетель №25, Свидетель №18, Свидетель №19, Свидетель №20, ФИО30, Свидетель №27, Свидетель №33, показавших, что они на возмездной основе передали документы на право получения лесных насаждений ФИО1 либо ФИО33, данные лица собирали документы, доверенность по договорам купли – продажи оформлялась на лесозаготовителей ФИО15, ФИО27, лесные насаждения согласно договорам их купли – продажи не получили;

протоколами осмотров мест происшествия – участков местности на территории 

<

адрес>, где были произведены незаконные рубки лесных насаждений; расчетами размера вреда, причиненного лесному фонду, составленного КГБУ «

<

данные изъяты>»; протоколами осмотра доверенностей от физических лиц на имя ФИО15, ФИО27 по вопросу подачи и регистрации заявления, заключения договора купли-продажи лесных насаждений для собственных нужд, заключения и подписания договора (договоров) купли-продажи лесных насаждений для целей строительства; материалами оперативно – розыскной деятельности;

иными доказательствами, исследованными судом и приведенными в приговоре.

Все представленные доказательства суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст. ст.87, 88 УПК РФ, сопоставил между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора.

Вопреки доводам защиты, суд обоснованно привел в приговоре как доказательство виновности осужденного показания ФИО27, данные им на предварительном следствии, оглашенные в ходе судебного заседания.

Из материалов по делу следует, что ФИО27 умер 

<

дата> (т.12 л.д. 194).

В ходе предварительного следствия ФИО27 был допрошен в качестве подозреваемого при отказе от услуг защитника, дал показания по существу подозрения, также показал, что вину в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.260 УК РФ, не признает, не считает, что в его действиях имеется состав преступлений, действовал законно по договорам купли – продажи лесных насаждений (т.8 л.д. 223, 226-233).

В дальнейшем, при допросе в качестве обвиняемого с участием защитника, свою позицию не изменил, при этом от показаний, данных им ранее в качестве подозреваемого, не отказывался (т.8 л.д.242-244, т.9 л.д. 6-11, 21-23,51-53).

Оформление доверенностей и иных документов на имя лесозаготовителя ФИО15 и заключение с ним договоров купли – продажи лесных насаждений, не свидетельствует о невиновности осужденного в совершении преступления в период с января 

<

дата>., поскольку как усматривается из доказательств по делу, показаний свидетелей, с которыми были заключены договоры купли – продажи лесных насаждений - Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №15, документы для осуществления рубки лесных насаждений у них собирал ФИО1, в дальнейшем данные документы были переданы лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (лицо №), которое и осуществило рубку лесных насаждений, что отражено в приговоре.

При этом в соответствии с копией договора от 

<

дата>., заключенного между ФИО27 и ФИО15, последний передал ФИО31 права пользования и владения по доверенностям указанных граждан (т.1 л.д. 159). Данный договор, хотя и не имеет подписи ФИО15, умершего 

<

дата>., но подписан ФИО27, о наличии такой договоренности указывал и свидетель Свидетель №1, исполняющий обязанности директора КГБУ «

<

данные изъяты>», показавший, что в квартале №, выделе № лесосеке № рубку осуществлял ФИО27, ФИО15 просил ФИО27 там рубить, у них была об этом договоренность.

В связи с вышеизложенным, неуказание в приговоре, каким образом документы, выданные на имя ФИО15, оказались у ФИО27, на обоснованность осуждения ФИО1 не влияет.

Формальное соблюдение порядка заключения договоров купли-продажи лесных насаждений между Министерством лесного хозяйства 

<

адрес> и лесозаготовителями, действующими от имени граждан для удовлетворения их собственных нужд, на основании выданной ими доверенности, данные о том, что договоры купли-продажи никем не оспорены, вопреки доводам стороны защиты, не свидетельствуют о законности рубки лесных насаждений, поскольку лесозаготовитель, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (лицо №), которому пособничал ФИО1, действовал не в интересах указанных граждан и не во исполнение указанных договоров, которые были подписаны лишь в целях придания вида законности деятельности по заготовке древесины, в действительности направленной на заготовку древесины в коммерческих целях, а не для удовлетворения потребностей граждан в древесине для собственных нужд, что является нарушением требований ч. 4.1 ст. 30 Лесного кодекса РФ, запрещающей отчуждение или переход от одного лица к другому лесных насаждений, выделяемых гражданам для удовлетворения их собственных нужд.

При этом ФИО1 был осведомлен об этом, то есть действовал умышленно, что подтверждается, в том числе его собственными показаниями, как данными на предварительном следствии, оглашенными в суде апелляционной инстанции, так и в судебном заседании, согласно которым ему было известно о том, что каждый гражданин имеет право обратиться в лесничество по месту жительства с заявлением о выделе древесины на строительство и на отопление жилого дома, он (ФИО1) реализовывал указанное право в лесничестве 

<

адрес>, платил гражданам деньги за собранные документы вместо заготовленной древесины, эти документы также за плату передавал лесозаготовителю. Знал, что ФИО27 занимался лесозаготовками, слышал, что он намерен участвовать в конкурсе на лесосеку.

Осведомленность ФИО1 о том, что гражданам древесина согласно заключенным договорам купли – продажи не будет предоставлена, подлежит рубке лесозаготовителем для своих целей, подтверждается также показаниями ФИО33, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, согласно которым ФИО1 предложил поработать ему в сфере лесозаготовок. Предлагать привезти гражданам лес или дрова не нужно было. ФИО1 пояснил, что у него есть знакомый лесозаготовитель ФИО27, который будет заготавливать лес на основании документов, собранных у граждан, и прислал ему фото паспорта ФИО27, на которого нужно было оформлять доверенность. При этом оплата за каждый пакет документов зависела от количества куб.мертов делового леса, положенных по данным документам. Гражданам, у которых приобретались документы, ни строительный материал, ни дрова не привезли.

Согласно доверенностям, переданным ФИО1 лесозаготовителю, в них оговорено право лиц, на которых они выдавались, на заключение договоров – купли продажи лесных насаждений, заготовку древесины, совершение иных действий, связанных с выполнением данного поручения.

Указанные доказательства, а также иные, исследованные судом, опровергают доводы жалоб об отсутствии умысла у ФИО1 на совершение преступлений.

Доводы защиты о том, что действия ФИО1 не могут быть квалифицированы даже в статусе пособника, поскольку его мотивом было получение материальной выгоды не от рубки лесных насаждений, а от передачи вторичных документов за вознаграждение, не могут быть приняты во внимание, так как ФИО1 содействовал совершению преступлений путем предоставления средств для их совершения, выразившихся в приискании физических лиц, имеющих право на получение лесных насаждений готовых заключить договоры купли – продажи без фактического получения согласно этим договорам древесины за денежное вознаграждение (компенсации), получение ими всех необходимых для заготовки древесины документов, предоставлении полученных документов лицу, непосредственно организовавшим и осуществившим рубку лесных насаждений, в целях заключения договоров купли-продажи лесных насаждений и осуществления на их основании незаконной рубки, то есть способствовал совершению незаконной рубки лесных насаждений.

При этом неоформление ФИО1 лично доверенностей на право заключения от имени граждан договоров купли – продажи лесных насаждений и заключение указанных договоров не на его имя, не свидетельствует об отсутствии состава преступлений в его действиях.

Доводы защиты, согласно которым экологии совершенными преступлениями не был причинен ущерб, несостоятельны, поскольку рубка лесных насаждений фактически была осуществлена и в том объеме, который установлен судом, при этом эти лесные насаждения не подлежали безусловной рубке, о чем указывается в жалобе, в данном случае древесина предоставлялась лишь на основании заявлений граждан и только для их собственных нужд. Кроме того, в силу ст. 76 ЛК РФ размер платы по договорам купли-продажи лесных насаждений для собственных нужд значительно ниже, чем по договорам, заключаемым с субъектами малого и среднего предпринимательства, и не включает коэффициента, устанавливаемого органами государственной власти субъектов РФ для определения расходов на обеспечение проведения мероприятий по охране, защите, воспроизводству лесов.

Несогласие стороны защиты с предъявленным обвинением не влечет возвращение уголовного дела прокурору. Обвинительное заключение, представленное в суд, соответствует требованиям, предусмотренным ст. 220 УПК РФ, позволившим принять судебное решение по существу дела.

Вопреки доводам жалобы, в обвинительном заключении и приговоре указано, какими нормативными правовыми актами регулируются соответствующие экологические правоотношения, и в чем непосредственно выразилось их нарушение, а также ссылки на нормативно – правовые акты, регулирующие порядок исчисления размера ущерба.

В частности, указано, что согласно ч. ч. 1, 8 ст. 29 Лесного кодекса РФ заготовка древесины представляет собой предпринимательскую деятельность, связанную с рубкой лесных насаждений, а также с вывозом из леса древесины. Граждане, юридические лица осуществляют заготовку древесины на основании договоров аренды лесных участков, если иное не установлено Лесным кодексом РФ. В соответствии с ч. ч. 1, 3-5 ст. 30 Лесного кодекса РФ граждане вправе заготавливать древесину для целей отопления, возведения строений и иных собственных нужд. К заготовке гражданами древесины для собственных нужд не применяется, в том числе ч. 1 ст. 29 Лесного кодекса РФ. Граждане осуществляют заготовку древесины для собственных нужд на основании договоров купли-продажи лесных насаждений. Древесина, заготовленная гражданами для собственных нужд, не может отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами.

В данном случае установлено нарушение указанных норм, запрещающих использование лесных насаждений для собственных нужд граждан в иных целях, ее отчуждение, переход к другому лицу. Рубка осуществлена без каких – либо правовых оснований для этого, по договорам купли – продажи, фактически являющимися мнимыми сделками.

Осуществление заготовки древесины с нарушением Правил ухода за лесами, Правил заготовки древесины, Правил санитарной безопасности, и других отраслевых норм, в том числе технологии заготовки в эксплуатационных лесах, а также условий работ по технологической карте, ФИО1 и иным обвиняемым по делу не вменялось, и он за это не осужден, поэтому ссылки на данные отраслевые нормы ни в обвинительном заключении, ни в приговоре, вопреки доводам защитника, не требовалось.

Доводам защиты о недопустимости протоколов осмотра мест происшествия лесосек, на которых проводилась незаконная рубка, проверялись судом и обоснованно отклонены, со ссылкой на то, что в судебном заседании достоверно установлено, что осмотры мест происшествий незаконных рубок проведены с выездом на место происшествия процессуальным лицом, с участием специалиста - инспектора КГБУ «

<

данные изъяты>» Свидетель №37, оперуполномоченного Свидетель №38, главного государственного инспектора КГБУ «

<

данные изъяты>» Свидетель №34 Допрошенные должностные лица, участвующие в осмотрах места происшествия свое участие в данных осмотрах подтвердили, в том числе инспектор Свидетель №34, подпись которого в одном из протоколов отсутствует. Инспекторы пояснили, что права и обязанности им разъяснялись, осмотры проводились с использованием измерительных приборов, производились замеры каждого пня, специалистами определен породный состав пней, все данные занесены в протокол осмотра места происшествия, произведена фотофиксация мест осмотра, каждого пня.

Проведение должностным лицом осмотров мест происшествия без участия понятых, с применением технических средств, наименование которых отражено в протоколах, соответствует требованиям уголовно - процессуального закона (ст.170 УПК РФ).

Вопреки доводам стороны защиты, необходимость приобщения фотографии каждого пня спиленного дерева в качестве обязательного требования законом не предусмотрена, а по настоящему делу количество и характеристики пней спиленных деревьев подтверждаются как текстовой частью протоколов осмотров мест происшествий, так и перечетными ведомостями деревьев, протоколами обследований территорий, полученных в результате оперативно – розыскных мероприятий, осмотренных в ходе следствия, и приобщенных делу в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона, более того, достоверность произведенных осмотров подтверждается показаниями лиц, принимавших в них участие.

Наличие в материалах уголовного дела протоколов осмотра мест происшествия, составленных старшим оперуполномоченным ЭБ и ПК МО МВД России «

<

данные изъяты>» Свидетель №35 на основании ст.ст. 164, 176, 177 УПК РФ, подтверждает, что он действовал не по своей инициативе, а по поручению следователя, об этом же он (ФИО105) показал и в ходе судебного заседания суда первой инстанции. Отсутствие в деле письменного поручения следователя, как и ссылка в протоколах осмотра мест происшествия на сообщение оперативного дежурного ОП МВД России «

<

данные изъяты>», не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим признание протоколов осмотра мест происшествия недопустимыми доказательствами.

Протоколы осмотра мест происшествия приобщены следователем к материалам уголовного дела, приведены следователем в качестве доказательств по делу в обвинительном заключении, о проведении осмотров мест происшествия в рамках производства по делу указано следователем и при продлении сроков следствия (т.1 л.д.79 - 85).

Доводы защиты о том, что сведения, указанные в протоколах осмотра места происшествия, протоколах обследования участков местности не позволяют идентифицировать осматриваемое место с конкретным лесным участком, в протоколах отсутствует описание определения местонахождения лесного участка с привязкой к квартальному столбу, несостоятельны.

Так, из протоколов осмотра места происшествия от 

<

дата>., 

<

дата>., 

<

дата>., 

<

дата>., 

<

дата>., 

<

дата>. следует, что при их проведении установлено конкретное расположение лесных участков, с указанием их координат, при производстве осмотров участвовали инспекторы КГБУ «

<

данные изъяты>». В соответствии с показаниями оперуполномоченного Свидетель №35 осмотры мест происшествия проводились с участием сотрудников Лесной охраны, у которых имелись материалы отвода лесосеки, они делали привязку на местности, определили границы лесосеки с использованием специальных приборов. Согласно показаниям государственных инспекторов КГБУ «

<

данные изъяты>» Свидетель №34, Свидетель №37 по приезду на местность они делают привязку от квартального столба или от постоянных ориентиров (ЛЭП, мосты и т.д.), также в каждом договоре есть абрис участка, где есть привязка, направление, которые для них понятны, местоположение делянок определили на местности, с использованием приборов бусоли, ленты, GPS от квартального столба, все приборы поверены.

Каких – либо требований о необходимости указания в протоколах осмотра мест происшествия данных о расположении участков относительно квартальных столбов, уголовно – процессуальным законом не предусмотрено, в протоколах указано, какие технические средства были применены и какие получены результаты, они соответствуют требованиям ст.ст. 166, 176, 177, 180 УПК РФ.

Также не предусмотрены такие требования для проведения оперативно – розыскных мероприятий «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» согласно Федеральному закону от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Неприложение фототаблицы к протоколам обследования, проведенным в рамках Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», нарушением указанного закона не является, данные осмотров отражены в протоколах и подтверждены иными доказательствами по уголовному делу.

Отсутствие подписи на перечетных ведомостях, приложенных к протоколам обследования лесных участков, не влечет признание их недопустимыми доказательствами, данные ведомости наряду с протоколами обследования приобщены к делу в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона, их составление и содержание подтверждены показаниями свидетелей по делу, в том числе Свидетель №34, Свидетель №37, согласно которым в протоколах осмотра и перечетных ведомостях количество пней и диаметр совпадают, данные ведомости составлялись при осмотре лесосек.

Доводы защиты о составлении указанных протоколов, по сути, со ссылкой на Правила заготовки древесины, несостоятельны, поскольку правила проведения осмотра места происшествия и составления протоколов по уголовному делу, протоколов обследования установлены уголовно – процессуальным законом, Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», которым они соответствуют.

Оснований сомневаться в допустимости и достоверности данных доказательств не имеется.

Доводы о невозможности проведения осмотров лесных участков за тот период времени, который указан в протоколах, основаны на субъективном мнении защитника, являющимся предположением, не могут быть приняты во внимание в качестве обоснованных.

С доводами о непричастности ФИО1 к совершению преступлений со ссылкой на показания свидетеля Свидетель №17 о приобретении документов неким ФИО73, судебная коллегия не соглашается. В ходе судебного заседания в связи с наличием существенных противоречий были оглашены показания Свидетель №17, данные на предварительном следствии, которые она подтвердила, согласно которым ФИО73 предложил оформить и продать документы для получения лесных насаждений на строительство дома. После ФИО106 отвез ее в ломбард 

<

адрес>, где незнакомый ей мужчина - работник ломбарда забрал подготовленные документы, ей заплатили 5000 рублей. Также показала, что ФИО73 ее односельчанин, умер несколько лет назад. При этом из иных доказательств по делу, в том числе показаний ФИО33, следует, что приобретением документов у физических лиц в ломбарде 

<

адрес> для заключения договоров купли – продажи лесных насаждений занимался ФИО1

Доводы жалоб о том, что Свидетель №20, Свидетель №18 и ФИО107 самостоятельно обращались к ФИО27, виновность осужденного в совершении преступлений не опровергают.

Так, в соответствии с показаниями Свидетель №20, данными им на предварительном следствии, обоснованно положенными в основу приговора, за отвод лесосеки на его имя неизвестный мужчина передал ему 40 000 рублей, а также по его указанию он собирал необходимые документы, сказал, что необходимо оформить доверенность на одного лесозаготовителя, фамилию которого он (Свидетель №20) не помнит (т.7 л.д.143-146).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №19 изначально он обращался к ФИО1 в ломбард, чтобы выписать лесоматериал, ФИО1 сказал, что все сделает, есть у него такой знакомый, затем помог оформить документы (т.13 л.д. 233 - 236).

Свидетель №18 показала, что не знает, кто такой ФИО27, ей сказали, что нужно оформить документы на его имя (т.13 л.д. 217-220).

В соответствии с показаниями ФИО27 он с физическими лицами по сбору документов для заключения договоров купли – продажи лесных насаждений не работал, этим занимался только ФИО1

Изменение показаний свидетелем Свидетель №20 в судебном заседании получило обоснованную критическую оценку суда, как желание помочь ФИО1 избежать ответственности за содеянное, с учетом показаний Свидетель №20 о том, что ФИО1 является его другом по школе (т.14 л.д. 2-4).

Данных о том, что Свидетель №20 при даче показаний следователю, находясь в болезненном состоянии, не мог осознавать их смысл, не имеется.

Более того, свидетель Свидетель №20 показал, что он находился в больнице осенью, тогда как его допрос следователем произведен 

<

дата>.

Протокол допроса указанного свидетеля на следствии полностью соответствует требованиям ст.ст. 190, 189, 160 УПК РФ, перед допросом Свидетель №20 были разъяснены его права, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, он предупрежден об уголовной ответственности по ст.ст. 307-308 УК РФ за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, замечаний от свидетеля не поступило, протокол прочитан им лично, что подтверждается его подписью (том № л.д. 143-145).

Показания свидетелей Свидетель №18, Свидетель №19 о том, что неизвестные лица привезли для их семьи пиломатериал в объеме примерно 10 куб.м., не свидетельствуют о законности рубки лесных насаждений на основании предоставленных ими документов и необходимости уменьшения размера ущерба, учитывая, что предметом договоров № №, № купли – продажи лесных насаждений, заключенных на основании доверенностей от Свидетель №18, Свидетель №19, между ФИО27 и Министерством лесного хозяйства, такой пиломатериал не являлся, и фактически произведена рубка лесных насаждений в объеме, значительно превышающем указанный.

Не подтверждают законность рубки лесных насаждений и показания Свидетель №29, согласно которым его родителям привезли березовые дрова на сумму 5000 руб. Так, из материалов дела следует, что доверенность на передачу полномочий ФИО27 подписана Свидетель №29 

<

дата> (л.д. 90 т.4), договор купли – продажи лесных насаждений № между Министерством лесного хозяйства 

<

адрес> и ФИО27 как представителем Свидетель №29 заключен и рубка произведена в 

<

дата>. В соответствии с показаниями последнего березовые дрова на сумму 5000 руб. привезли через неделю после подписания доверенности, вместо обещанной денежной суммы в указанном размере, то есть до рубки лесных насаждений и не на основании договора, а в качестве эквивалента денежной компенсации за передачу права на заключение договора купли – продажи лесных насаждений.

Кроме того, ущерб причинен не указанным гражданам, а экологии, в связи с чем какая - либо компенсация гражданам за передачу права на заключение – договоров купли – продажи уменьшение размера вреда, причиненного экологии, взысканных сумм по гражданскому иску Министерства природных ресурсов и лесного комплекса 

<

адрес>, не влечет.

Доводы жалобы о недоказанности незаконной рубки лесных насаждений в деляне по договору купли-продажи лесных насаждений, заключенному на основании документов ФИО32, в связи с тем, что последний не установлен и не допрошен, не установлено целевое использование древесины по данному договору, необоснованны.

Так, в ходе судебного заседания суда апелляционной инстанции исследованы документы, согласно которым ФИО32 умер 

<

дата>

В материалы дела представлены письменные документы, исследованные судом первой инстанции, подтверждающие передачу ФИО32 документов для заключения договора купли - продажи лесных насаждений.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №12 в ее присутствии ФИО1 отвез ее и ФИО108 в лесничество, где их вызывали в кабинет и они расписывались в документах, затем ФИО1 повез их к нотариусу, где расписывались в доверенности. После нотариуса ФИО1 в машине рассчитался с ними, дав по 8000 рублей. Свидетель Свидетель №13 также показала, что ей и ФИО109 вместо леса ФИО1 передал денежные средства в указанной сумме.

Изложенными доказательствами подтверждается передача ФИО1 ФИО32 денежного вознаграждения вместо получения последним лесных насаждений по договору – купли продажи.

Кроме того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурором исследованы письменные объяснения ФИО32 от 

<

дата>. (т.2 л.д.1), хотя и не являющиеся протоколом допроса, но отобранные уполномоченным лицом - оперуполномоченным ОП МО МВД России «

<

данные изъяты>» при проверке сообщения о преступлении, с предупреждением опрашиваемого об уголовной ответственности за дачу ложных показаний на основании ст.ст.307-308 УПК РФ, и разъяснением прав, предусмотренных ст.56 УПК РФ, согласно которым ФИО32 пояснил, что взамен древесины получил от ФИО1 8000 рублей, что также опровергает доводы стороны защиты о неустановлении органом обвинения указанного лица.

Вопреки доводам жалобы, в приговоре отсутствует ссылка на приобретение ФИО1 документов у свидетеля Свидетель №30, а указано на то, что ФИО1 приискал жителей 

<

адрес>, обеспечил предоставление документов гражданами в лесничество, в том числе Свидетель №30

Доводы о продлении следствия по 

<

дата>., далее лишь 

<

дата>.; 

<

дата>. по 

<

дата>. и далее 

<

дата>. о незаконном производстве предварительного следствия по делу не свидетельствуют, данных о том, что вне рамок следствия проводились какие - либо следственные действия по делу, направленные на сбор доказательств, из материалов дела не усматривается.

Указание в приговоре на возникновение у ФИО1 умысла на совершение преступления не позднее 

<

дата>, и в дальнейшем после обращения к нему лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отельное производство (лицо №), совместно с ним, основанием для признания приговора незаконным не является.

Действия ФИО1 судом апелляционной инстанции подлежат переквалификации на совершение пособничества в незаконной рубке без квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

Кроме того, указание точной даты возникновения преступного умысла при описании в приговоре объективной стороны преступления после возникновения такого умысла, не требуется в силу п.1 ст. 307 УПК РФ.

Вопреки доводам защитника, постановленный приговор соответствует требованиям ст.307 УПК РФ, содержит описание преступных деяний, а также все необходимые сведения о месте, времени и способе их совершения, форме вины, мотивах и целях, иных данных, позволяющих судить о событии преступлений, причастности к ним осужденного и его виновности в содеянном.

В приговоре указаны действия осужденного ФИО1, составляющие объективную сторону преступления, в том числе данные о том, что он и лицо, действовавшее по предложению осужденного, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (лицо №), приискивали жителей 

<

адрес>, имеющих право на заключение договоров купли – продажи лесных насаждений для собственных нужд, обеспечил получение указанными гражданами необходимых документов для этого и передавал их лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (лицо №), осуществившему рубку лесных насаждений.

Каких – либо неясностей приговор при описании преступных деяний не содержит, вопреки доводам защитника, в приговоре имеется указание о предоставлении собранных у граждан документов в КГБУ «

<

данные изъяты>» лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (лицо №).

Ссылка в приговоре о получении гражданами документов не позднее 

<

дата>, не противоречит данным об их предоставлении в лесничество и заключении договоров купли – продажи лесных насаждений 

<

дата>, 

<

дата> и 

<

дата> гг..

В приговоре приведены доказательства совершения ФИО1 всех вменяемых ему преступлений, в связи с чем, вопреки доводам жалобы защитника, приведение в приговоре в качестве доказательств договоров купли – продажи лесных насаждений по каждому из четырех преступлений, нарушением уголовно – процессуального закона не является.

Доводы жалоб об отсутствии в 

<

адрес> ломбарда, непричастности ФИО1 в деятельности по сбору документов у граждан в данном городе, недостоверности показаний ФИО33 в данной части, опровергаются показаниями самого ФИО1 в качестве обвиняемого, оглашенными в судебном заседании суда апелляционной инстанции, согласно которым с 

<

дата> по 

<

дата>. он занимал должность директора ломбарда ООО «

<

данные изъяты>», который располагался в 

<

адрес>, кроме того, в 

<

адрес> располагался его филиал, расположенный по адресу: 

<

адрес>, в здании магазина «

<

данные изъяты>». В филиал 

<

адрес> он периодически, примерно раз –два в неделю ездил, контролировал работу филиала, проверял документацию. В данном ломбарде работала ФИО110 в должности товароведа ломбарда, других сотрудников в штате не было (т.9 л.д. 103-107).

Также несостоятельны доводы жалоб о том, что суд не проверил информацию о наличии у ФИО1 ломбарда, учитывая, что согласно показаниям самого осужденного, в том числе в суде апелляционной инстанции, в его собственности ломбард никогда не находился, он был руководителем ломбарда по договору найма.

Доводы относительно отсутствия сведений о денежных переводах ФИО1 на карту ФИО33 обоснованными признать нельзя, поскольку согласно показаниям ФИО33, свидетеля Свидетель №28 ФИО1 передавал ему денежные средства лично либо переводил на карту матери.

Оснований полагать, что ФИО33 и Свидетель №28 оговорили ФИО1 не имеется, их показания согласуются как между собой, так и с иными доказательствами по делу.

Вопреки доводам жалобы защитника, суд в приговоре не ссылался на содержание телефонных переговоров ФИО27, ФИО33 и Свидетель №28, как доказательство вины осужденного, как и на справку - меморандум расшифровки их переговоров. Непредоставление же данной справки стороной обвинения в качестве доказательства не противоречит принципу состязательности сторон.

Ссылка суда в приговоре на ходатайства о санкционировании судом оперативно-розыскных мероприятий и судебные постановления, вынесенные в порядке, предусмотренном ст.165 УПК РФ, не влечет признание его незаконным и не ставит под сомнение доказанность виновности осужденного в совершении преступлений.

Признание следователем и приобщение результатов оперативно - розыскной деятельности в качестве иных документов, соответствует требованиям ст.74 УПК РФ, согласно которой доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, и в качестве таковых допускаются иные документы.

Вопреки доводам жалобы защитника, материалы оперативно – розыскной деятельности осмотрены следователем, в производстве которого находилось уголовное дело, о чем составлены соответствующие протоколы осмотра предметов (т.5 л.д. 180-196, т.6 л.д. 75-84, т.7 л.д. 41-54, 118-127).

Результаты оперативно – розыскной деятельности также исследованы в ходе судебного заседания и получили оценку суда в приговоре.

С доводами защиты о том, что протоколы обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 

<

дата>, также перечетные ведомости, расчеты ущерба, протоколы опроса Свидетель №21, Свидетель №22, Свидетель №23, Свидетель №24 представлены в дело с нарушением Инструкции «О порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» (утв.

<

дата>), имеется неясность относительно их появления в материалах уголовного дела, согласиться нельзя.

Так, в соответствии с рапортами об обнаружении признаков преступления от 

<

дата>., 

<

дата>, постановлением о предоставлении результатов оперативно – розыскной деятельности следователю от 

<

дата>. заместителя начальника УФСБ России по 

<

адрес>, сопроводительными документами, указанные протоколы с приложенными к ним перечетными ведомостями, расчеты ущерба, протоколы опросов были направлены руководителю ГСК СК России по 

<

адрес> и 

<

адрес>, а затем руководителю 

<

адрес> межрайонного отдела ГСУ СК России по 

<

адрес> и 

<

адрес> (т.5 л.д. 204-220).

В силу требований ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, в связи с чем судебной коллегией не принимаются во внимание доводы защиты о том, что по второму эпизоду вменяется незаконная рубка только по семи делянам, однако не установлено, кем были заключены остальные договоры купли-продажи лесных насаждений, кем, когда и в какой период вырубались данные деляны, имел ли к данным делянам какое-то отношение ФИО1

Вопреки доводам стороны защиты, в ходе судебного заседания установлено, что лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (лицо №) действовало по предложению ФИО1 и последний в дальнейшем передавал собранные от граждан документы лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (лицо №). При таких данных показания свидетелей Свидетель №26, Свидетель №22, Свидетель №29, Свидетель №25, Свидетель №21 о передаче документов ФИО33 либо в ломбард обоснованно положены в основу приговора в качестве доказательств виновности осужденного, как и материалы оперативно-розыскной деятельности в отношении ФИО33

Расчет ущерба по делу произведен в соответствии с постановлением Правительства РФ от 22.05.2007 № 310 «О ставках платы за единицу объема лесных ресурсов и ставках платы за единицу объема лесного участка, находящегося в федеральной собственности», постановления Правительства РФ от 29.12.2018 № 1730 «Об утверждении особенностей возмещения вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства», постановления Правительства РФ от 11.11.2017 № 1363 «О коэффициентах к ставкам платы за единицу объема лесных ресурсов и ставкам платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности», что также нашло свое отражение, как в обвинительном заключении, так и в приговоре.

Вопреки доводам защитника, расчет ущерба произведен не только на основании протоколов обследования участков местности, проведенных в качестве оперативно – розыскных мероприятий, но и в соответствии с данными протоколов осмотра мест происшествия, в которых отражено количество и состав вырубленной древесины, которым расчеты ущерба полностью соответствуют, в связи с чем проведение указанных оперативных мероприятий относительно не всех делян, где проводилась незаконная рубка лесных насаждений, не ставит под сомнение правильность указанных расчетов.

Производство расчетов ущерба по уголовному делу подтвердил главный государственный инспектор КГБУ «

<

данные изъяты>» Свидетель №34, а также разъяснил порядок производства им расчета ущерба.

При таких данных, вопреки доводам стороны защиты, не имеется оснований сомневаться в правильности произведенных расчетов, такие расчеты выполнены компетентным лицом на основании действующего законодательства и подтверждены представленными суду доказательствами.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями ст.ст.273-291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права, дело рассмотрено судом объективно и всесторонне, в условиях, обеспечивающих исполнение сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, предусмотренных положениями ст.15 УПК РФ.

Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, материалы дела не содержат.

Нарушений прав участников процесса, в том числе и связанных с реализацией права на защиту, ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия, судебной коллегией не установлено.

Вопреки доводам жалобы, оснований для возобновления судебного следствия в ходе прений сторон при рассмотрении дела судом первой инстанции по ходатайству осужденного, не имелось. Согласно протоколу судебного заседания каких – либо новых доказательств при проведении прений стороны не представили и о новых обстоятельствах не сообщили. Желание стороны защиты истребовать сведения в будущем и вызвать в судебное заседание лиц в качестве свидетелей, основанием для возобновления судебного следствия в силу ст. 294 УПК РФ не является.

Как и не свидетельствует о нарушении судом требований закона возврат осужденному указанного ходатайства, изложенного в письменном виде, содержание которого зафиксировано в протоколе судебного заседания.

Исследовав данные о личности осужденного, суд обоснованно признал его вменяемым относительно инкриминируемых деяний и подлежащим уголовной ответственности.

При назначении ФИО1 наказания за указанные преступления судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельства их совершения, данные, характеризующие личность осужденного, которые суд исследовал с достаточной полнотой, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, наличие установленных в приговоре смягчающих обстоятельств, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Все заслуживающие внимания обстоятельства, данные о личности осужденного, смягчающие наказание обстоятельства, учтены судом при решении вопроса о виде и размере наказания.

Оснований для повторного, дополнительного учета или переоценки сведений, характеризующих личность осужденного, смягчающих обстоятельств, судебная коллегия не находит.

При этом судебная коллегия соглашается с выводами суда о необходимости назначения ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы, реально, без применения положений ст.73 УК РФ об условном осуждении, поскольку исходя из совокупности установленных обстоятельств по делу, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, для достижений целей наказания невозможно исправление осужденного без реального отбывания назначенного наказания в виде лишения свободы.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, существенно уменьшающих степень их общественной опасности, судом не установлено.

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ, ч.6 ст.15 УК РФ, ст. 53.1 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, не находит таких и судебная коллегия.

Исходя из обстоятельств дела и данных о личности осужденного, учитывая его имущественное и семейное положение, трудоспособного, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о назначении дополнительного наказания за каждое из преступлений в виде штрафа, размер которого является справедливым, также считает целесообразным назначить ФИО1 по каждому преступлению дополнительное наказание в виде штрафа, с учетом санкции статьи, предусматривающей его размер от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей.

Суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания, с применением правил ч.5 ст.69 УК РФ, поскольку преступления совершены до вынесения приговора 

<

адрес> от 

<

дата>.

Вместе с тем заслуживают внимания доводы жалобы о фактически полном, а не частичном сложении судом первой инстанции дополнительного наказания в виде штрафа по правилам ч.5 ст. 69 УК РФ (в сумме 1 000 000 руб.) по совокупности с наказанием по приговору Саянского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата>.

В связи с изменением приговора судебной коллегией наказание ФИО1 назначается по правилам ч.5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения, как основного, так и дополнительного вида наказаний.

Гражданский иск удовлетворен судом в соответствии с требованиями ст.1064 ГК РФ.

Согласно копии чека по операции от 

<

дата>. и ответу на запрос суда Министерства природных ресурсов и лесного комплекса 

<

адрес> от 

<

дата> исследованных судом апелляционной инстанции, ФИО1 в счет возмещения ущерба по уголовному делу уплачено 100 000 рублей, в связи с чем, вопреки доводам апелляционного представления, оснований для исключения частичного возмещения ущерба в качестве смягчающего наказание обстоятельства, и увеличения суммы, подлежащей взысканию по гражданскому иску, не имеется.

Оснований для безусловного указания во вводной части приговора неотбытого срока наказания по приговору от 

<

дата>. в отношении ФИО1 судебная коллегия также не находит, учитывая, что наказание по обжалуемому приговору назначено на основании ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, без учета отбытой части наказания по предыдущему приговору.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания осужденному - исправительная колония общего режима определен судом первой инстанции в полном соответствии с требованиями п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ, изменению не подлежит.

Из материалов уголовного дела следует, что приговор от 

<

дата> в отношении ФИО1 вступил в законную силу 

<

дата>, по данному приговору ФИО1 содержался под стражей с 

<

дата> по 

<

дата>, и отбывал по нему наказание в период с 

<

дата> по 

<

дата>.

По обжалуемому приговору ФИО1 содержался под стражей в период с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу.

Вместе с тем, как правильно указано в апелляционном представлении, в нарушение правил ч.5 ст.69 УК РФ суд в окончательное наказание не засчитал наказание, отбытое по приговору от 

<

дата> из расчета один день за один день, и неверно произвел зачет срока содержания под стражей, исходя из правил, предусмотренных п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ в период с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

При таких обстоятельствах из резолютивной части приговора подлежит исключению указание о зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей ФИО1 в период с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу.

ФИО1 следует зачесть в соответствии с п. "б" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ период его содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу и период содержания под стражей по приговору от 

<

дата> 

<

адрес> с 

<

дата> по 

<

дата> из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также срок отбытого наказания приговору от 

<

дата> 

<

адрес> с 

<

дата> по 

<

дата> из расчета один день за один день отбывания наказания по настоящему приговору.

Кроме того, как обоснованно указано в апелляционном представлении, в резолютивной части приговора в нарушение ч.4 ст. 308 УПК РФ судом не указана информация, необходимая в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление суммы штрафа, в связи с чем резолютивная часть приговора подлежит дополнению указанием реквизитов для уплаты штрафа.

Каких - либо нарушений закона, влекущих отмену либо изменение приговора по иным основаниям, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор 

<

адрес> от 

<

дата> в отношении ФИО1 изменить:

при описании преступных деяний в качестве лица, которое обратилось к ФИО1 с целью приобретения документов, предоставляющих право заключения с лесничествами договоров купли-продажи лесных насаждений, и которые ему передал ФИО1 для предоставления в «

<

данные изъяты>»; являющегося индивидуальным предпринимателем, организовавшего и осуществившего незаконную рубку лесных насаждений, указать лицо №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство;

при описании преступных деяний в качестве лица, которое по предложению ФИО1 приискало граждан, имеющих право на получение для собственных нужд лесных насаждений и заключение договоров их купли – продажи, получило от них за денежное вознаграждение согласие передать указанное право, обеспечило подписание от их имени необходимых для заготовки древесины документов и передало их ФИО1, указать лицо №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство;

уточнить описательно-мотивировочную часть приговора в части описания преступного деяния в лесосеке № в квартале № выделе № лесов 

<

данные изъяты> участкового лесничества 

<

данные изъяты> лесничества 

<

адрес> указанием о совершении преступления в период с 

<

дата> по 

<

дата> вместо указанного о совершении преступления в период с 

<

дата> по «

<

дата>»;

переквалифицировать действия ФИО1 по четырем преступлениям с ч.3 ст.260 УК РФ на ч.5 ст. 33 ч.3 ст. 260 УК РФ - пособничество в незаконной рубке лесных насаждений, в особо крупном размере.

Назначить ФИО1 по каждому из четырех преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33 ч.3 ст. 260 УК РФ, наказание в виде лишения свободы сроком 1 (один) год 6 (шесть) месяцев со штрафом в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

На основании ч.3 и ч.4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком 3 (три) года 6 (шесть) месяцев со штрафом в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

На основании ч.4 и ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Саянского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата>, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком 6 (шесть) лет со штрафом в размере 700 000 (семьсот тысяч) рублей.

Исключить из резолютивной части приговора указание о зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей ФИО1 в период с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 в соответствии с п. "б" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ период его содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 

<

дата> до дня вступления приговора в законную силу и период содержания под стражей по приговору от 

<

дата> 

<

адрес> с 

<

дата> по 

<

дата> из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также срок отбытого наказания приговору от 

<

дата> 

<

адрес> с 

<

дата> по 

<

дата> из расчета один день за один день отбывания наказания по настоящему приговору.

Дополнить резолютивную часть приговора реквизитами для перечисления назначенного ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа в соответствии с ч. 4 ст. 308 УПК РФ:

получатель: УФК по 

<

адрес> (ГУ МВД России по 

<

адрес>), 

<

данные изъяты>

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы и представление - без удовлетворения.

Апелляционное определение, приговор суда могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения, приговора, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: