Дело № 1-373/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

01 ноября 2017 года

г.Архангельск

Ломоносовский районный суд г. Архангельска в составе

председательствующего Аршинова А.А.

при секретаре Сафроновой Е.А.

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г. Архангельска Украинчука М.А.,

потерпевшего Е.,

подсудимой ФИО1,

защитника – адвоката Кошелевой Н.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, родившейся 

<

Дата> в ..., гражданки Российской Федерации, с высшим образованием, в браке не состоящей, имеющей малолетнего ребенка, работающей менеджером в 

<

***>, зарегистрированной по адресу: ..., проживающей по адресу: ..., ранее не судимой, находящейся под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 причинила тяжкий вред здоровью человека при превышении пределов необходимой обороны при следующих обстоятельствах.

В период с 

<

Дата> до 

<

Дата> Е., находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., пребывая в агрессивном состоянии, вывел находившуюся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 в коридор указанный квартиры, где толкнул её руками в спину, отчего она упала на пол и испытала физическую боль, после чего завел её на кухню, где стал высказывать ей претензии по поводу того, что она в разговоре упомянула своего бывшего мужа, при этом нанес ей два удара рукой по лицу, а затем прижал её рукой к стене и начал сдавливать ей шею, в связи с чем ФИО1, обороняясь от Е., осознавая, что её жизни и здоровью ничего не угрожает, поскольку сильного удушения она не испытала, явно превышая пределы допустимой необходимой обороны, умышленно нанесла Е. один удар ножом, используемым ею в качестве оружия, в область груди слева, причинив ему телесное повреждение в виде проникающего в левую плевральную полость ранения переднего левого отдела груди (кожная рана располагалась в проекции 2-го межреберья по левой окологрудинной линии) со сквозным ранением по ходу раневого канала 3-го сегмента левого легкого около переднего средостения, с кровоизлиянием в клетчатку средостения, с ранением левого отдела перикарда, ранением основания легочного ствола по его передней и правой стенке, сопровождавшееся кровоизлиянием в полость перикарда объемом 50 мл (гемоперикард), кровоизлиянием объемом 200 мл (гемоторакс) и скоплением воздуха (пневмоторакс) в левой плевральной полости, которое по квалифицирующему признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью.

В судебном заседании подсудимая ФИО1, не отрицая факт нанесения удара ножом в грудь Е. при указанных в обвинении обстоятельствах, не согласилась с квалификацией её действий по п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ и пояснила, что удар ножом Е. она нанесла обороняясь от него. При этом пояснила, что в ходе распития спиртных напитков с Е. и С., она упомянула в разговоре своего бывшего мужа, из-за чего Е., с которым она сожительствует в настоящее время и намерена вступить в брак, очень разозлился. Тогда Е. попросил ее пройти с ним на кухню, чтобы поговорить, однако уже в коридоре сильно толкнул её в спину, отчего она упала на пол и испытала физическую боль. Подняв её с пола, Е. завел её на кухню, закрыл за собой дверь, где стал предъявлять ей претензии по поводу того, что она говорит о своем бывшем муже, при этом нанес ей два удара рукой по лицу, после чего прижал её к стене на кухне между мойкой и холодильником и начал сдавливать её шею, продолжая предъявлять ей претензии, однако она понимала, что убивать её Е. не хотел и причинять ей телесные повреждения не собирался. Обороняясь от Е., она нащупала в мойке нож и целенаправленно нанесла им Е. удар в грудь, хотя понимала, что в сложившейся ситуации в применении ножа не было никакой необходимости. Сразу после этого она попросила С. вызвать врачей скорой медицинской помощи и сотрудников полиции.

Аналогичным образом обстоятельства произошедших событий подсудимая описывала и на стадии предварительного расследования при её допросах в качестве подозреваемой и обвиняемой, указывая характер и последовательность своих действий непосредственно на месте случившегося, о чем также добровольно сообщила в правоохранительные органы в своей явке с повинной (т.1 л.д. 241, 242-249, т.2 л.д. 1-11, 18-20)

Помимо собственных признательных показаний вина подсудимой в совершении указанного преступления полностью подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

Допрошенный в судебном заседании потерпевший Е. описал развитие произошедших событий точно таким же образом, как их описала ФИО1, подтвердив, что действительно в ходе распития спиртных напитков он сильно разозлился на ФИО1, с которой сожительствует длительное время и намерен создать семью, за то, что она в разговоре упомянула своего бывшего мужа, в связи с чем предложил ей выйти на кухню поговорить, однако уже в коридоре не смог сдержать своих эмоций и сильно толкнул ФИО1 в спину, отчего она упала на пол. Заведя ФИО1 на кухню, он стал предъявлять ей претензии по поводу её разговоров, нанес ей две сильные пощечины, а затем прижал её рукой за шею к стене, надавив локтем на грудь, однако тут же почувствовал сильную боль в груди и упал на пол. Сразу после этого ФИО1 стала оказывать ему первую медицинскую помощь, а С. по её просьбе вызвал сотрудников полиции и скорую медицинскую помощь. Убивать ФИО1 он не хотел и причинять ей телесные повреждения не собирался, а лишь хотел показать таким образом свое недовольство её поведением.

Вместе с тем на стадии предварительного следствия потерпевший излагал произошедшие события иным образом, в связи с чем по ходатайству государственного обвинителя на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ были исследованы его показания, данные им на стадии расследования, в том числе в ходе проверки его показаний на месте, из которых следует, что в ту ночь он сам причинил себе ножевое ранение, чтобы напугать ФИО1 (т.1 л.д. 58-61, 70-76, 77-79, 80-82). Однако в дальнейшем Е. признал, что действительно удар ножом ему нанесла ФИО1 при вышеуказанных обстоятельствах (т.1 л.д. 83-88).

В судебном заседании потерпевший Е. свои показания, данные им на стадии предварительного следствия, не подтвердил, пояснив, что они не соответствуют действительности и были даны им в целях освобождения ФИО1 от уголовной ответственности за содеянное, поскольку в тот же день с ФИО1 они примирились и привлекать её к уголовной ответственности он не желает.

Двоюродная сестра ФИО1 – Б., показания которой были исследованы в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, охарактеризовала Е. как ревнивого и вспыльчивого человека (т.1 л.д. 111-113).

Допрошенный в судебном заседании и на стадии предварительного следствия находившийся в ту ночь в квартире Е. С., показания которого были исследованы в судебном заседании на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, подтвердил, что действительно в ходе распития спиртных напитков Е. и ФИО1 вместе выходили из комнаты на кухню, а когда он зашел на кухню, то увидел Е., лежавшего на полу в крови. Он понял, что ФИО1 нанесла удар ножом Е., о чем он сообщил прибывшим по его вызову врачам скорой медицинской помощи и сотрудникам полиции (т.1 л.д. 89-92, 99-101).

Прибывшие по его вызову врачи скорой медицинской помощи Б. и Ф., показания которых были исследованы в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, подтвердили факт обнаружения у Е. колото-резанного ранения в области груди, которое, с его слов, ему причинила его сожительница (т.1 л.д. 125-129, 130-133).

Такие же обстоятельства получения ножевого ранения Е. известны и его лечащим врачам С. и Л., показания которых были исследованы в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 134-138, 139-143)

Показания подсудимой, потерпевшего и вышеуказанных свидетелей объективно подтверждаются и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании в соответствии со ст. 285 УПК РФ.

Так, при осмотре ... был изъят нож хозяйственно-бытового назначения, при осмотре которого были обнаружены следы крови, а из 

<

***> были изъяты шорты Е. со следами вещества бурого цвета. Все вышеуказанные предметы были осмотрены на стадии предварительного следствия, подвергнуты экспертным исследованиям и признаны по делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д. 31-32, 48-51, 153-155, 156, 157, 171-173, 175-177, 178, 179, 207-208).

Согласно заключениям экспертов 

<

№> от 

<

Дата> и 

<

№> от 

<

Дата> у Е. при его госпитализации в стационар и дальнейшем лечении обнаружено телесное повреждение в виде проникающего в левую плевральную полость ранения переднего левого отдела груди (кожная рана располагалась в проекции 2-го межреберья по левой окологрудинной линии) со сквозным ранением по ходу раневого канала 3-го сегмента левого легкого около переднего средостения, с кровоизлиянием в клетчатку средостения, с ранением левого отдела перикарда, ранением основания легочного ствола по его передней и правой стенке, сопровождавшееся кровоизлиянием в полость перикарда объемом 50 мл (гемоперикард), кровоизлиянием объемом 200 мл (гемоторакс) и скоплением воздуха (пневмоторакс) в левой плевральной полости, которое согласно п. 6.1.9. приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194н от 24.04.2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» по квалифицирующему признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью.

Указанное телесное повреждение образовалось незадолго до госпитализации Е. в стационар, является колото-резанным, а по своим морфологическим признакам могло быть причинено при указанных в обвинении обстоятельствах (т.1 л.д. 165-167, 185-191).

Как следует из заключения эксперта 

<

№> от 

<

Дата> действительно ФИО1 обращалась 

<

Дата> за медицинской помощью в лечебное учреждение с жалобами на боль в шее и левой половине грудной клетки, однако каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии у неё каких-либо телесных повреждений, в медицинской документации не имеется (т.1 л.д. 198-201).

Анализируя вышеизложенные доказательства, суд находит вину подсудимой в причинении тяжкого вреда здоровью Е. полностью доказанной.

Сам факт нанесения ФИО1 удара ножом в грудь Е. при вышеописанных обстоятельствах подсудимой не оспаривается и подтверждается её собственными признательными показаниями, показаниями непосредственного очевидца произошедшего Е. и других свидетелей, а также протоколами проведенных следственных действий и заключениями экспертных исследований и сомнений у суда не вызывает.

Указанные доказательства являются полными, подробными, противоречий не имеют, взаимно дополняют друг друга и согласуются между собой, а поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и относятся к существу предъявленного ФИО1 обвинения, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения дела.

Суд отвергает показания потерпевшего Е., данные им на стадии предварительного следствия, о том, что ножевое ранение он причинил себе сам, поскольку они опровергаются его же показаниями, данными в судебном заседании, а также показаниями самой подсудимой, не отрицавшей, что именно она нанесла удар ножом в грудь Е.

Об умысле подсудимой, направленном на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, свидетельствуют характер и последовательность её действий по нанесению удара ножом потерпевшему в область расположения жизненно-важных органов.

Об этом же свидетельствует и выбор ею в качестве орудия преступления именно ножа, обладающего повышенными травмирующими характеристиками, которым она со значительной силой нанесла удар потерпевшему.

Согласно заключению эксперта полученное Е. в результате нанесенного ФИО1 удара ножом телесное повреждение по квалифицирующему признаку опасности вреда здоровью оценивается как тяжкий вред здоровью человека.

Результаты проведенной по делу экспертизы по установлению тяжести вреда здоровью потерпевшего ни подсудимой, ни её защитником не оспариваются. Заключение экспертизы соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, имеет четкие, мотивированные, научно обоснованные ответы на поставленные вопросы и объективно подтверждается обстоятельствами дела.

Органом предварительного расследования действия ФИО1 квалифицированы по п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Данная квалификация действий подсудимой поддержана в судебном заседании и государственным обвинителем.

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании, конфликт с подсудимой был спровоцирован самим потерпевшим, который, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вывел потерпевшую из комнаты в коридор, где толкнул её в спину, начав проявлять по отношении к ней агрессию, а затем завел подсудимую на кухню, где продолжил применять к ней физическое насилие, нанося ей удары по лицу, прижав её к стене, не давая ей вырваться и позвать на помощь, после чего начал сдавливать её шею. Однако, не смотря на указанные обстоятельства, ФИО1 понимала, что её жизни и здоровью ничего не угрожает, поскольку удушения от действий Е. она не испытала, находится с ним в близких отношениях, оба намерены вступить в брак и создать семью, при этом ранее Е. насилия к ней никогда не применял, однако ФИО1, обороняясь от потерпевшего, нащупала в мойке кухонный нож и умышленно нанесла им потерпевшему удар в грудь, что со всей очевидностью указывает на причинение потерпевшему телесных повреждений при превышении ФИО1 пределов необходимой обороны, а не в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношении, как указано в предъявленном ФИО1 обвинении.

В соответствии с ч. 2 ст. 37 УК РФ защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Из установленных судом фактических обстоятельств следует, что Е. применял к ФИО1 физическое насилие, не опасное для её жизни и здоровья, что было очевидно для подсудимой, поскольку удушения от его действий она не испытала, а потому в применении ножа для защиты от посягательства потерпевшего не было никакой необходимости, что не оспаривается и самой подсудимой, пояснившей, что угрозу для её жизни и здоровья от действий Е. она не воспринимала.

Указанные обстоятельства подтверждаются не только показаниями подсудимой об обстоятельствах причинения ею телесных повреждений Е., но и показаниями самого потерпевшего, который не отрицал факт провокации им конфликта с ФИО1 и применения к ней физического насилия.

При таких обстоятельствах суд квалифицирует действия подсудимой по ч.1 ст. 114 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Потерпевшим Е. в судебном заседании заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением сторон, так как та полностью возместила ему вред, причиненный преступлением, принесла ему свои извинения и примирилась с ним, в связи с чем каких-либо претензий к ней он не имеет.

В соответствии со ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Согласно ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный им вред.

В соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ преступление, за которое осуждается ФИО1, относится к категории преступлений небольшой тяжести, ранее она к уголовной ответственности не привлекалась, примирилась с потерпевшим и загладила причиненный ему преступлением вред в полном объеме.

С учетом всех вышеуказанных обстоятельств, принимая во внимание, что сама ФИО1 против прекращения её уголовного преследования по данному основанию не возражает, суд не усматривает оснований, препятствующих применению положений ст. 76 УК РФ, и считает возможным прекратить в отношении неё уголовное дело по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства мужские шорты и нож, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОП 

<

№> УМВД России по г.Архангельску, суд с учетом мнения потерпевшего считает возможным уничтожить, а детализацию телефонных соединений необходимо хранить при материалах уголовного дела в течение всего срока хранения (т. 1 л.д. 156, 157, 178, 179, 217, 218).

Процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание подсудимой юридической помощи по назначению, в размере 

<

***> подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета.

Избранная в ходе предварительного расследования ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении после вступления постановления в законную силу подлежит отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 25, п.3 ст.254 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное дело в отношении ФИО1 по ч.1 ст. 114 УК РФ прекратить на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

Избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить после вступления постановления суда в законную силу.

Вещественные доказательства:

– мужские шорты и нож, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОП 

<

№> УМВД России по г.Архангельску, уничтожить;

– детализацию телефонных соединений хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения.

Процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание ФИО1 юридической помощи по назначению, в размере 

<

***> возместить за счет средств федерального бюджета.

Постановление может быть обжаловано в Архангельском областном суде через Ломоносовский районный суд г.Архангельска в течение 10 суток со дня его вынесения.

Председательствующий

А.А. Аршинов