УИД 86RS0014-01-2020-001566-42 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 сентября 2020 г. г. Урай 

Урайский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего судьи Бегининой О.А., 

при секретаре Гайнетдиновой А.К., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-524/2020 по иску ФИО1 к государственному учреждению – Управление пенсионного фонда РФ в г. Урае ХМАО – Югры (межрайонное) о признании незаконным решения, о возложении обязанности назначить пенсию по потере кормильца, установлении факта нахождения на иждивении, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском. Исковые требования, мотивированные тем, что ДД.ММ.ГГГГ скончался ее отец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ она обратилась с заявлением в ГУ – УПФ РФ в г. Урае ХМАО – Югры (межрайонное) с заявлением о назначении пенсии по потере кормильца. Решением от ДД.ММ.ГГГГ № ей было отказано в назначении пенсии, в связи с тем, что согласно представленных документов установить нахождение истца на иждивении ее отца не представляется возможным. С указанным решением она не согласна, поскольку с 2018 и по настоящее время она является студентом и обучается в «Урайском политехническом колледже» на 2 курсе очной формы обучения. Брак между матерью и отцом зарегистрирован не был. На основании нотариального соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ отец ежемесячно выплачивал на ее содержание денежные средства в размере 4300 руб. Денежные средства перечислялись через мать ФИО2 маме истца, которая в свою очередь переводила их ФИО1 Кроме того, денежные средства отец давал наличными, покупал продукты питания и одежду. С учетом положений ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просила признать незаконным решение Государственного учреждения – Управление пенсионного фонда РФ в г. Урае об отказе в установлении пенсии № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным, обязать ответчика назначить пенсию по потере кормильца с момента обращения – ДД.ММ.ГГГГ, установить факт нахождения на иждивении ее отца ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объёме. 

Представитель ответчика в судебное заседание не явилась, дело просила рассмотреть дело в ее отсутствие, в удовлетворении исковых требований просила отказать, по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление. 

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие ответчика. 

Суд, выслушав объяснения истца, показания свидетелей ФИО3, ФИО4, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

В судебном заседании установлено, что ФИО1 является дочерью ФИО2 

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 скончался, о чем 

<

адрес> ХМАО – Югры была составлена актовая запись о смерти. 

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 является студентом второго курса, с ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время обучается в БУ «Урайский политехнический колледж» по программе подготовки квалифицированных рабочих, служащих по профессии повар кондитер по очной форме обучения.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в ГУ – УПФ РФ в г. Урае ХМАО – Югры (межрайонное) с заявлением о назначении ей пенсии по потере кормильца.

Решением ГУ – УПФ РФ в г. Урае ХМАО – Югры (межрайонное) № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в установлении пенсии по случаю потери кормильца отказано, причиной отказа послужило то обстоятельство, что установить нахождение ФИО1 из представленных документов не представляется возможным. 

Согласно ч.1 ст. 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении (п.2 ч. 2 ст. 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (ст. 265 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 267 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должно быть указано, для какой цели заявителю необходимо установить данный факт, а также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов или невозможность восстановления утраченных документов.

Из содержания приведенных положений процессуального закона следует, что одним из обязательных условий для установления факта, имеющего юридическое значение, является указание заявителем цели, для которой необходимо установить данный факт в судебном порядке, а именно зависит ли от установления указанного факта возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав заявителя, заявителем также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения надлежащих документов, удостоверяющих этот факт, или невозможность их восстановления.

При обращении в суд с требованиями о признании незаконным решения пенсионного органа об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца истец просит установить факт нахождения ее на иждивении отца ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, указывая в качестве правовых последствий установления названного факта наличие у нее права на получение пенсии по случаю потери кормильца, выплачиваемой членам семьи умершего кормильца на основании Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В соответствии с частью первой ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в п.2 ч.2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В ч.2 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами (п.1 ч.2 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (ч.3 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ).

Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет (ч.4 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ).

Нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какую-либо пенсию, имеют право перейти на страховую пенсию по случаю потери кормильца (ч.6 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ).

По смыслу названных норм Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ "О страховых пенсиях" понятие "иждивение" предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода (получение пенсии). Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца членом его семьи может быть установлен, в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим кормильцем, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию члена семьи умершего кормильца.

Такое толкование понятия "иждивение" согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.09.2010 № 1260-О-О.

Суд отмечает, что устанавливая в пенсионном законодательстве требование доказывания лицами старше 18 лет факта нахождения на иждивении родителей законодатель основывается на презумпции трудоспособности лица, достигшего совершеннолетия: в соответствии с трудовым законодательством лица, достигшие возраста 16 лет, вправе вступать в трудовые отношения в качестве работников (ч. 3 ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

По достижении 18 лет у гражданина в полном объеме возникает гражданская дееспособность, он может своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (п. 1 ст. 21 Гражданского Кодекса Российской Федерации). В частности, совершеннолетние граждане вправе, учредив юридическое лицо или зарегистрировавшись в качестве индивидуального предпринимателя, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать прибыль от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

В свою очередь, законодательно предоставленная гражданину, достигшему возраста 18 лет, возможность работать и получать заработную плату, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать доход, иметь собственный источник средств к существованию и самостоятельно распоряжаться им, влечет необходимость проверки этих фактов при принятии решения о назначении социальной пенсии по случаю потери кормильца.

Таким образом, поскольку истец на момент обращения к ответчику достигла возраста 18 лет, ей необходимо было для назначения пенсии по случаю потери кормильца представить доказательства нахождения на иждивении умершего отца, с достоверностью подтверждающие, что его помощь была для нее основным, постоянным и единственным источником средств к существованию.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На день смерти ФИО2 истец достигла совершеннолетия, соответственно могла претендовать на пенсию по потере кормильца, доказав нахождение на иждивении у умершего родителя. 

Из материалов дела следует, что ФИО2 был зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>, ФИО1 зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>. 

В судебном заседании установлено, следует из представленных материалов, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 с согласия ФИО5 было заключено соглашение об уплате алиментов на содержание ребенка, по условиям которого ФИО2 обязался начиная с ДД.ММ.ГГГГ и не позднее 18 числа последующего месяца выплачивать ФИО5 алименты на их несовершеннолетнюю дочь ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в сумме 3400 руб. с индексацией пропорционально росту величины прожиточного минимума для детей, установленного в ХМАО – Югре. Срок соглашения определен до ДД.ММ.ГГГГ. 

Из доводов истца, показаний свидетелей, общественной характеристики, выданной Администрацией сельского поселения 

<

адрес> следует, что доход ФИО2 состоял из временных заработков: колол дрова, ловил рыбу, в летнее время собирал ягоды, помогл людям старшего поколения. 

Согласно справки № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной БУ «Урайский политехнический колледж» общая сумма дохода ФИО1 за период с апреля 2019 по апрель 2020 составила 72178,78 руб., ежемесячно истец получала социальную и академическую стипендию в общем размере 3707 руб., а также периодически получала материальную помощь. 

Истцом были представлены выписки о состоянии вклада ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из выписок следует что общий доход истца в ноябре составил – 31665,04 руб., декабрь 2019 – 21159 руб., январь 2020 – 11860 руб., февраль 2020 - 24528,61 руб., март 2020 - 51460,29 руб., апрель 2020 – 28745,60 руб. При этом, в выписке отражены поступления денежных средств в качестве заработной платы. 

В судебном заседании свидетель ФИО5 пояснила, что по указанному соглашению на содержание истца ей переводились денежные средства, которые она потом переводила на карту дочери. Денежные средства перечисляла мать ФИО2 При жизни отец по просьбе дочери покупал ей вещи. Сама она тоже помогала дочери материально. 

В судебном заседании свидетель ФИО4 суду показала, что является дальней родственницей истца и умершего ФИО2 При жизни ФИО2 помогал своей дочери, иногда она занимала ФИО2 денежные средства, чтоб он мог купить дочери вещи, подарки. ФИО2 при жизни официально трудоустроен не был, но имел сезонный заработок. 

Проанализировав показания свидетелей, суд не может принять их в качестве достаточных доказательств факта нахождения истца на иждивении своего отца ФИО2, поскольку ФИО5 является матерью истца, то есть заинтересованным лицом. Кроме того, она пояснила, что денежные средства переводились не лично ФИО2, а иным лицом, в связи с чем нельзя сделать однозначный вывод о том, что переводы носили постоянный характер и были направлены за счет доходов умершего ФИО2, более того, срок соглашения на которое ссылается истец истек. 

Показания свидетелей о том, что отец истца при жизни покупал своей дочери вещи, давал деньги на карманные расходы, не являются доказательством того, что оказываемая истцу со стороны помощь была постоянным и основным источником её средств к существованию, а сам по себе факт получения истцом от умершего отца денежных средств не свидетельствуют о том, что отец содержал достигшую совершеннолетия дочь.

При этом, суд также исходит из того, что умерший ФИО2 не проживал одной семьей с истцом, не вел общего хозяйства, членом семьи дочери не являлся, не имел постоянного источника дохода, оказываемая им дочери материальная помощь и ее размер не доказаны.

Иных сведений получения ФИО1 существенной помощи от умершего отца ФИО2 суду не представлено.

Таким образом, анализируя доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что убедительных и достоверных доказательств того, что при жизни ФИО2 взял на себя полную заботу о содержании дочери, постоянно оказывал ей такое содержание, которое являлось бы достаточным для того, чтобы служить основным источником средств к существованию, в деле не имеется.

Поскольку доказательства свидетельствующие о том, что ФИО1 состояла на иждивении умершего ФИО2 отсутствуют, ГУ Управление Пенсионного фонда в г. Урай ХМАО – Югры (межрайонное) обоснованно отказало ФИО1 в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, в связи с чем, правовых оснований для признания решения ГУ Управление Пенсионного фонда в г. Урай ХМАО – Югры (межрайонное) от ДД.ММ.ГГГГ № незаконным и возложении обязанности назначить пенсию с момента обращения не имеется. 

При таких обстоятельствах в удовлетворении исковых требований суд считает возможным отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении требований ФИО1 к государственному учреждению – Управление пенсионного фонда РФ в г. Урае ХМАО – Югры (межрайонное) о признании незаконным решения, о возложении обязанности назначить пенсию по потере кормильца, установлении факта нахождения на иждивении – отказать в полном объёме. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры через Урайский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья О.А. Бегинина