Дело № 2-201/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

п. Увельский Челябинской области 24 мая 2019 года

Увельский районный суд Челябинской области в составе: 

председательствующего судьи: Гафаровой А.П., 

при секретаре: Матвеевой И.С., 

с участием прокурора Филиппенко Е.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к АО «Русская Телефонная Компания» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском, к АО «Русская Телефонная Компания», с учетом уточнения (л.д. 100, 109), о признании незаконным приказа об увольнении № от 26 февраля 2019 года по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, восстановлении на работе в должности начальника офиса, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 26 февраля 2019 года по 26 апреля 2019 года в размере 85565 рублей, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. 

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что с 14 декабря 2016 года работала у ответчика в должности помощника специалиста, 27 декабря 2016 года переведена на должность специалиста, 26 октября 2018 года переведена на должность начальника офиса. В должностные обязанности истца входило общее руководство офисом, в котором осуществлялись продажи цифровой техники. В ее подчинении находились двое сотрудников: специалисты офиса. Кроме того, каждый специалист и истец заключили индивидуальные договоры с кредитными организациями, предоставляющими право оформлять кредиты на покупку товаров. В соответствии с должностной инструкцией истец отвечает лишь за работу офиса по продажам техники, контроль и руководство за оформлением кредитных договоров на нее не возложены. Приказом № от 26 февраля 2019 года истец уволена на основании п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. Полагала, что увольнение является незаконным, поскольку она никаких преступлений не совершала, действий по включению в кредитный договор спутникового ТВ без ведома клиента не производила, за действия других сотрудников офиса по оформлению договоров с кредитными организациями, не входящими в ее должностные обязанности, ответственности нести не может. За всё время вынужденного прогула ей должен быть выплачен заработок. Кроме того, она испытывала моральные и нравственные страдания в связи с потерей работы, так как при отсутствии постоянного заработка и средств на содержание малолетнего ребенка была вынуждена занимать деньги. Она искренне переживает, что ее «выставили» перед коллективом как нечестного человека. Увольнение по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ ставит «крест» на ее будущем трудоустройстве в маленьком городе, где она проживает, и ее будущей карьере. Тем самым ее имени и деловой репутации нанесен невосполнимый вред. 

Истец ФИО3 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований, с учетом уточнения, настаивала в полном объеме по доводам и основаниям, указанным в иске. 

Представитель истца ФИО3 – адвокат Михайлова Т.Г., представившая удостоверение № 994 и ордер № 08 от 12 марта 2019 года, в судебном заседании позицию своего доверителя поддержала.

Представитель ответчика АО «Русская Телефонная Компания» - ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в возражении, с учетом дополнения, на исковое заявление (л.д. 41-42,135-137).

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Филиппенко Е.Г., полагавшего, что исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что с 14 декабря 2016 года ФИО3 состояла в трудовых отношениях с АО «Русская Телефонная Компания» на момент увольнения в должности начальника офиса региона в 

<

адрес> связи F110 (место работы – 

<

адрес>) (59, 60, 61).

16 декабря 2018 года с ФИО3 заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности №, по условиям которого истец, являясь руководителем коллектива (бригады), приняла на себя полную коллективную (бригадную) материальную ответственность за обеспечение сохранности имущества, вверенного для хранения, реализации, транспортировки (л.д. 53-57).

Приказом от 26 февраля 2019 года № ФИО3 уволена, на основании п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя) (л.д.69).

Основанием для прекращения с ФИО3 трудовых отношений послужила служебная записка от 18 февраля 2019 № РТК-25/0223-С3, которой до сведения руководителя АО «Русская Телефонная Компания» доведена информация о результатах проверки по факту нарушения требований Инструкции РИ-РТК-021-2 «Соблюдение правил безопасности и снижение рисков нанесения материального ущерба для сотрудников Офиса продаж» в ОП F110, расположенном по адресу: 

<

адрес> (л.д. 73-77).

Так, из служебной записки от 18 февраля 2019 № РТК-25/0223-С3 следует, что 24 января 2019 года в ходе проведения проверки по видеоархиву правил безопасности при осуществлении продаж и обслуживании клиентов на Офисе продаж F110, расположенного по адресу: 

<

адрес>, было установлено, в частности, что 29 декабря 2018 года в 14:24 часов начальником ОП F110 ФИО3 в торговом зале Офиса продаж неустановленному лицу бел передан Установочный комплект Спутникового ТВ МТС без выдачи чека клиента, денежные средства клиентом сотруднику ОП не передаются. В ходе проверки проведения продажи по БД «1С: Предприятие - РТК. Розница 8. Центральная база» было установлено, что данная продажа не была проведена через кассовый терминал (продажа отсутствует), чем нарушены локальные нормативные акты ответчика, а именно: п. 7.29 Рабочей инструкции «Соблюдение правил безопасности и снижения рисков нанесения материального ущерба для сотрудников офиса продаж» РИ-РТК-021-2, запрещающий сотрудникам офиса продаж использовать товар, денежные средства компании в личных целях; выносить денежные средства и неоплаченный товар из помещения офиса продаж за исключением нештатных и форс-мажорных ситуаций. В соответствии с п. 4.10 Должностной инструкции Начальника офиса продаж Региона, начальник офиса, недобросовестно использующий имущество и средства АО «РТК» в собственных интересах или в интересах, противоположным интересам АО «РТК», несет ответственность в пределах, определенных гражданским, уголовным, административным законодательством РФ».

Приложениями к служебной записке от 18 февраля 2019 № РТК-25/0223-С3 явились чеки ККМ, объяснения сотрудников, докладная записка НСО ФИО1 служебная записка сотрудников ОП F110, видеоархив нарушений, исследованный в судебном заседании путем просмотра видеозаписи.

Согласно объяснениям истца, истребованным по фактам совершения неправомерных действий, в декабре в офисе продаж F110 клиенту оформлялись кредиты и были включены спутники, но по факту их никто не отдавал. 29 декабря 2018 года истцом был отдан спутник (установочный комплект), так как был лишний, она его взяла себе. Комплект не был перепродан, а остался у нее. В декабре 2018 года был поставлен план на ОП по СТВ, который в середине декабря был увеличен по инициативе НСО, которая говорила, что в каждый кредит включаем спутник. Из-за этого давления они выполняли план (л.д.79,78). 

Сам факт совершения указанных действий истец не оспаривала, однако в судебном заседании пояснила, что у ответчика была такая практика и необходимо было выполнять план, кроме того она не могла знать о том, что сотрудник ФИО2 включает клиенту какие-либо товары без намерения их потом передать покупателю. Она не оформляла кредитный договор, а лишь помогала оформить карту. Переданная ею спутниковая тарелка не являлась тем установочным комплектом, который оформила ФИО2 а являлась некомплектным товаром, ранее оплаченным покупателем из Респ. Казахстан, и оставленным им в офисе добровольно.

Положениями должностной инструкции начальника офиса продаж от 01 июля 2017 года, с которой ФИО3 ознакомлена в установленном порядке, на истца возложены обязанности по организации и контролю деятельности подчиненных сотрудников, требованию от них соблюдения заданных норм и стандартов, требований локальных нормативных актов АО «Русская Телефонная Компания» (п. 2.2), организации контроля соблюдения подчиненными сотрудниками бизнес-процессов, требований локальных нормативных актов компании в подчиненном салоне связи, а так же по обеспечению своевременной фиксации нарушений установленных бизнес-процессов и локальных нормативных актов подчиненными сотрудниками (п. 2.11), производству и оформлению продаже товара в кредит, а также осуществление продажи и оформлении финансовых продуктов и услуг в строгом соответствии с требованиями локальных нормативных актов Компании, регулярному производству перерасчета товара и денежных средств в офисе (п. 2.28).

Таким образом, в обязанности истца входило выполнение работ, включенных в Перечень работ, выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, утвержденный постановлением Минтруда Российской Федерации от 31 декабря 2002 года № 85, а потому ФИО3, как работник, непосредственно обслуживающий товарные ценности, с которым заключен соответствующий договор, могла быть уволена по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ за совершение виновных действий, дающих основание для утраты к нему доверия со стороны работодателя, при доказанности работодателем факта совершения истцом таких действий.

В силу ст. 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, в том числе в виде увольнения по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», расторжение трудового договора с работником по п. 7 ч. 1 ст. 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним.

Бремя доказывания вышеназванных обстоятельств несет работодатель.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В отличие от возможности работодателя привлечь работников к материальной ответственности в порядке ст. ст. 245 - 247 Трудового кодекса РФ, когда к материально - ответственным лицам применяется принцип презумпции вины, привлечение к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по п. 7 ч. 1 ст. 81 названного Кодекса допускается в случаях когда работодатель установил конкретную вину работника и доказал ее в установленном порядке (принцип презумпции невиновности и виновной ответственности, то есть наличия вины как необходимого элемента состава правонарушения).

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью.

Положения п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, предусматривающие возможность увольнения в связи с утратой доверия к работнику, непосредственно обслуживающему денежные или товарные ценности, не содержат в себе конкретного перечня действий, которые позволяют работодателю принять решение о расторжении трудового договора по данному основанию, что делает невозможным установление исчерпывающего перечня таких действий в законе, которые в каждом случае являются предметом оценки суда, рассматривающего индивидуальный трудовой спор.

По мотиву утраты доверия могут быть уволены работники, совершившие действия, которые имели или могли иметь вредные последствия, то есть причинили или могли причинить работодателю имущественный вред.

Нарушение должностных обязанностей свидетельствует о сознательном, а значит, виновном нарушении должностных обязанностей лицом, непосредственно обслуживающим денежные и материальные ценности, вследствие которых возникла угроза причинения ущерба работодателю, что дает последнему основание для утраты доверия к работнику и, как следствие, применения к нему меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

ФИО3 в силу положений трудового договора, должностной инструкции обязана была следить за сохранностью имущества, соблюдать условия договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, чего в полной мере истцом сделано не было.

Доводы истца о том, что она забрала себе спутниковую тарелку, которую ранее продала постоянному покупателю из Респ. Казахстан, которому нужна была только «головка» от спутниковой тарелки, то есть тем самым не причинила работодателю какого-либо материального ущерба, так как данный товар был оплачен в полном объеме клиентом, судом не могут быть признаны обоснованными по следующим основаниям.

Как было указано выше, при даче объяснений при проведении служебной проверки истцом о данном факте работодателю не сообщалось, данные объяснения были изложены истцом впервые только в суде. 

Кроме того, как следует из представленных ответчиком документов о проведении инвентаризации в офисе продаж F110 в ноябре 2018 года, каких-либо излишков товара выявлено не было (л.д. 138-141). При этом, как следует из пояснений представителя ответчика, согласно локальным нормативным акта работодателя, с которыми истец была ознакомлена, некомплектный, бракованный и т.п. товар передается в сервисный центр (л.д. 47-50). В связи с чем, доводы истца о том, что она о намерении забрать себе некомплектный товар предупредила своего непосредственного начальника ФИО1 и получила от нее разрешение, судом не могут быть признаны состоятельными, поскольку истец обязана была соблюдать возложенные на нее локальными нормативными актами требования при исполнении должностных обязанностей. 

При этом, даже в случае отсутствия материального ущерба работодатель вправе применить к работнику меры дисциплинарного взыскания вплоть до увольнения за совершение действий, дающих основания для утраты доверия, поскольку ненадлежащее исполнение ФИО3 возложенных на нее трудовым договором и должностной инструкцией функциональных обязанностей образует состав дисциплинарного проступка, за который работодатель вправе применить к истцу дисциплинарное взыскание вследствие возникновения угрозы причинения последнему прямого действительного ущерба.

Прерогатива выбора взыскания принадлежит работодателю, который, прекращая с работником трудовые отношения по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, исходил из установленных выше обстоятельств, которые нашли свое подтверждение при разрешении судом настоящего индивидуального трудового спора.

Содержание оспариваемого приказа об увольнении, документов, послуживших основанием для его издания, позволяют установить субъективную сторону дисциплинарного проступка, конкретные обстоятельства его совершения.

Согласно ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

При привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности, работодатель истребовал от работника в установленном порядке объяснения и, установив, что в ее действиях имеется дисциплинарный проступок в предусмотренный ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса РФ срок применил к истцу дисциплинарное взыскание.

При этом, доводы истца о нарушении сроков привлечения к дисциплинарной ответственности суд находит необоснованными по следующим основаниям.

Так, из материалов дела следует, что 18 января 2018 года на электронную почту офиса продаж F 110 поступило письмо с требованием о явке сотрудников офиса в Бэк-офис (л.д. 168).

Из объяснений сторон следует, что данное письмо было направлено для дачи объяснений сотрудниками офиса по факту выявленных нарушений.

Таким образом, суд полагает, что днем обнаружения поступка следует считать 18 января 2018 года. 

Приказ о применении дисциплинарном взыскании в виде увольнения издан работодателем 26 февраля 2019 года, между тем, как следует из объяснений сторон, истец была временно нетрудоспособна в период 11 февраля 2019 года по 22 февраля 2019 года, то есть 12 дней. С учетом изложенного обстоятельства, срок привлечения истца к дисциплинарной ответственности не нарушен. 

Надлежащих доказательств, подтверждающих обстоятельства несоблюдения работодателем процедуры наложения дисциплинарного взыскания, материалы дела не содержат.

Проверяя соразмерность примененного дисциплинарного взыскания, суд полагает ее соответствующей последствиям нарушения трудовых обязанностей, поскольку работодателем приняты во внимание обстоятельства, при которых совершен проступок (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ), предшествующее поведение работника, его отношение к труду, что соответствует правовой позиции, изложенной в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Поскольку нарушение трудовых прав истца не установлено, то исходя из положений ст. ст. 22, 234, 237 Трудового кодекса РФ, ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», оснований для взыскания с АО «Русская Телефонная Компания» в пользу ФИО3 среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к АО «Русская Телефонная Компания» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать. 

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Увельский районный суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий п/п А.П. Гафарова

Копия верна. Судья А.П. Гафарова

Секретарь И.С. Матвеева

Мотивированное решение изготовлено 29 мая 2019 года.