Дело № 2-122/2020 

УИД 44RS0024-01-2020-000242-72 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Кологрив 02 октября 2020 года 

Кологривский районный суд Костромской области в составе:

председательствующего-судьи Власова О.В.,

при секретаре Скворцовой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 в лице представителя по доверенности З. к ФИО2 о взыскании: суммы долга по договорам займов в размере 10200000 рублей, суммы пени за просрочку возврата долга в размере 1326000 рублей, расходов по оплате государственной пошлины в сумме 60000 рублей,

установил:

ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2, указав в исковом заявлении, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключён договор беспроцентного займа между физическими лицами №1 от 25.10.2018г. (далее - Договор займа №1). В соответствии с условиями договора займа №1 ответчику были переданы денежные средства в виде беспроцентного займа в размере 5 200 000 рублей с обязательством произвести их возврат в срок до 30.06.2019г. Факт передачи денежных средств подтверждается также документальной распиской от 25.10.2018г. 25 октября 2018 года между гр. С. и ФИО2 был также заключён договор беспроцентного займа между физическими лицами №2 от 25.10.2018г. (далее - Договор займа №2). В соответствии с условиями договора займа №2 Ответчику были переданы денежные средства в виде беспроцентного займа в размере 5 000 000 рублей с обязательством произвести их возврат в срок до 30.06.2019г. Факт передачи ответчику вышеуказанных денежных средств также подтверждается документальной распиской от 25.10.2018г. На основании договора цессии (уступки прав требования) № от 11.12.2018г., С. уступил истцу права требования суммы займа по договору займа №2 в полном размере. В настоящее время сумма займов ответчиком не возвращена. Согласно п. 7 Договоров займа, в случае нарушения заемщиком срока возврата денег, указанного в п.4 договоров займа, заёмщик обязан уплачивать займодавцу пеню из расчета 1 % от вовремя не возвращённых сумм за каждый месяц просрочки. Расчёт пени за просрочку возврата сумм займов за период с июля 2019г. по июль 2020г. составила 1 326 000 рублей, согласно расчёта (10200000 рублей x 1% x 13 мес.) Таким образом, в соответствии с Договорами займов и приведёнными нормами ГК РФ полагал, что ответчик должен вернуть истцу сумму долга в размере 10200000 рублей 00 копеек, пени за просрочку возврата сумм займа по Договорам займов в размере 1326000 рублей. С целью досудебного урегулирования задолженности истец 28.10.2019г. направил ответчику претензионное требование о возврате суммы займа с приложением договоров займов с расписками и договора цессии № от 11.12.2018г. почтой России заказным письмом, которое согласно информации с сайта Почты России «отслеживание» было возвращено отправителю по иным обстоятельствам от ДД.ММ.ГГГГг. На основании вышеизложенного, основываясь на положениях ст. ст. 307, 309, 310, 807, 810, 811 ГК РФ, истец просил суд взыскать с ответчика сумму основного долга по договорам займов в размере 10200000 рублей, сумму пени за просрочку возврата сумм займов в размере 1326000 рублей, а также сумму госпошлины, уплаченную истцом за подачу иска в суд, в размере 60000 рублей. В уточнении исковых требований истец просил: взыскать с ответчика в пользу истца сумму основного долга по договорам займов в размере 10200000 рублей; взыскать с ответчика в пользу истца пени за просрочку возврата сумм займов за период с 01.07.2019г. по 31.08.2020г. в размере 1326000 рублей; взыскать с ответчика в пользу истца сумму госпошлины в размере 60000 рублей. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился. Был надлежащим образом уведомлен о времени и месте рассмотрения дела. В телефонограмме просил дело рассмотреть в его отсутствие, исковые требования поддерживает в полном объеме. 

Представитель истца по доверенности ФИО4, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, в письменном заявлении в суд ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия, исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель истца по доверенности ФИО3 в письменном отзыве на возражение ответчика указал, что размер неустойки соблюдает баланс интересов сторон, способствует восстановлению нарушенных прав истца, и не отразится на деятельности ответчика. Указал, что поскольку в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т. Так согласно средневзвешенным процентным ставкам по кредитным и депозитным операциям в рублях ПАО «Сбербанк» размещённом на сайте ЦБ РФ за период с июля 2019г. по июнь 2020г. не опускалась ниже 13,17% на срок до 1 года включая «до востребования», расчёт суммы процентов по кредитам физическим лицам составил 1348 860,58 рублей, что превышает заявленный в иске размер пени на 22 860,58 рубль (расчёт прилагается). Кроме того, ответчик не привел оснований, по которым можно прийти к выводу, что уменьшение размера неустойки является допустимым и не указано, в чем заключается несоразмерность размера неустойки последствиям нарушения обязательства. Считает, что применение ст. 333 ГК РФ является необоснованным и не способствует восстановлению нарушенных прав истца, с учётом суммы долга в размере 10200000 рублей и срока нарушения обязательства по возврату в 1 год. Ответчик не привёл доказательства, указывающие на исключительность случая, что является условием для применения ст. 333 ГКРФ. Полагает, что требования истца о размере неустойки основаны на законе и на фактических обстоятельствах дела, соответствуют критериям соразмерности, разумности, справедливости. Ответчик также указывает на целевой характер договоров займа, а именно что займы выдавались как софинансирование со стороны истца на развитие бизнеса по заготовке древесины, что не подтверждается материалами дела, поскольку ни в договорах займов ни в расписках о получении денежных средств ответчиком нет указания на передачу денежных средств на указанные выше цели. Кроме того, указал, что ответчиком в суд не представлены документы подтверждающие нахождение у него на иждивении 3-х несовершеннолетних детей и престарелой матери.

В отзыве на дополнительные возражения ответчика от 30.09.2020г. представитель истца по доверенности ФИО3 пояснил, что в Кологривском районном суде Костромской области находится гражданское дело № 2-122/2020 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договорам займа. От ответчика в суд поступили дополнительные возражения на исковое заявление от 16.09.2020г. Истец не согласен с доводами ответчика изложенными в возражении по следующим основаниям. Ответчик в своих возражениях указывает, что договор цессии (уступки прав требования) № от 11.12.2018г. (далее - договор уступки), по которому С. уступил истцу права требования суммы займа по договору займа №2 в полном размере является незаконным. Ответчик ссылается, что не был уведомлён о цессии, что противоречит материалам дела, так в адрес ответчика 28.10.2019г. направлялось претензионное требование о возврате суммы займа с приложением договоров займов с расписками и договора цессии № от 11.12.2018г. почтой России заказным письмом, которое согласно информации с сайта Почты России «отслеживание» было возвращено отправителю по иным обстоятельствам от ДД.ММ.ГГГГг. (претензионное требование с чеком об отправке и сведениями с сайта Почты России имеются в материалах дела, прилагались к исковому заявлению). Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 54 “О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки”должник считается уведомлённым о переходе права с момента, когда соответствующее уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон. 21. По смыслу статьи 385 ГК РФ уведомление о переходе права должно содержать сведения, позволяющие с достоверностью идентифицировать нового кредитора, определить объем перешедших к нему прав. Если указанных в уведомлении сведений недостаточно для совершения должником исполнения новому кредитору, должник, по общему правилу, вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору или приостановить исполнение и потребовать представления соответствующих сведений от первоначального кредитора. В соответствии со с п.1 ст. 385 ГК РФ уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено. В силу п. 1 ст. 165.1. ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним. Таким образом, истец выполнил свои обязательства по уведомлению ответчика о состоявшейся уступке права (цессии), направленное в адрес Ответчика претензионное требование содержит договор цессии № от 11.12.2018г., т.е. сведения, позволяющие с достоверностью идентифицировать нового кредитора. Сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения письма на почте и оно вернулось по истечении срока хранения. Риск неполучения писем в таком случае несёт получатель (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). В соответствии с п.п.1, 2, 3 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если должник не был уведомлён в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несёт риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведённым до получения уведомления о переходе права к другому лицу. Ни условиями договора цессии № от 11.12.2018г., ни нормами ГК РФ не установлено обязательных требований цеденту или цессионарию сообщать должнику о том, что права кредитора приобрело другое лицо, вместе с тем, если должник не был письменно уведомлён о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу новый кредитор несёт риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. Ссылка ответчика на тот факт, что надлежащее уведомление должника о состоявшейся уступке прав по обязательству целесообразно подтверждать не только почтовой квитанцией, но и уведомлением о вручении, а также описью вложения, считаем несостоятельной поскольку ни договором, ни законом не предусмотрено обязательных требований к отправке уведомления о цессии, кроме того, в тексте претензионного требования от 28.10.2019г. указано о состоявшейся уступке прав, Ответчику известны идентифицирующие сведения истца так как между ними заключён договор беспроцентного займа между физическими лицами №1 от 25.10.2018г. по которому ответчик также не возвратил сумму займа. Ответчик также в своих возражениях указывает, что в договоре уступки права (цессии) отсутствуют существенные условия, расчёт и сумма пени, что влечёт признание его незаключённым. Истец данную ссылку также несостоятельной по следующим основаниям. По смыслу пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием), на основании которого производится уступка). Законодатель не определяет существенных условий для договора данного вида. Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ существенным условием для всех договоров является условие о предмете договора. В пункте 1 статьи 382 ГК РФ установлено право кредитора передать другому лицу требование, принадлежащее ему на основании обязательства. Из смысла названной нормы следует, что предметом договора цессии является уступка права (требования), возникшего из конкретного обязательства. По общему правилу, согласно положению статьи 384 ГК РФ, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том же объёме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором. В данном случае, меняется управомоченное лицо (кредитор), а само обязательство остаётся неизменным (тот же должник и те же самые права и обязанности). Цедент не может передать больше прав цессионарию, чем обладает сам. В частности, к цессионарию переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, например: неуплаченные проценты, пени, штрафы и неустойка. Положения главы 24 ГК РФ не содержат каких-либо специальных указаний на существенные условия договора уступка права (требования). Поэтому, исходя из положений части 2 пункта 1 статьи 432 ГК РФ, единственным существенным условием договора уступки права (требования) следует признать условие о его предмете. К общим требованиям предмета договора цессии относятся следующие: - Предметом договора могут быть лишь обязательственные права. Данное требование связано с тем, что глава 24 ГК РФ ограничивается изменением субъектного состава обязательств. Если в договоре цессии уступаются права, возникшие не в сфере гражданско-правовых отношений, то такой договор признается судом недействительным. Такая позиция была отражена в пункте 14 информационного письма Президиума ВАС РФ от 17 июня 1996 года № 5 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением таможенного законодательства». - Уступаемое право должно быть индивидуально определено в договоре. В договоре цессии чётко должны быть конкретизированы пять его составляющих: предмет требования, управомоченное лицо (кредитор), обязанное лицо (должник), содержание требования (т.е. какие действия обязан произвести должник, в соответствии с предметом обязательства), основание возникновения требования (например, определенный договор, заключённый между цедентом и должником (его наименование, номер и дата). Если в предмете договора цессии отражены все пять вышеуказанных требований в совокупности, то договор признается заключённым. Предметом настоящего договора № от 11.12.2018г. установлены все перечисленные выше требования (подпункты 1.1., 1.2., 1.3. Договора цессии), а именно предмет требования (долг в размере 5 000 000 руб. по договору беспроцентного займа между физическими лицами №2 от 25.10.2018г.); кредитор (цедент С.); должник (ФИО2); содержание требований (право требования к должнику переходит в том объёме и на тех условиях, которые существовали на дату подписания договора уступки). Подпунктом 1.2. договора цессии предусмотрен момент возникновения права 01.07.2019г. с которого осуществляется расчёт пени за просрочку возврата сумм займов, таким образом, договор цессии содержит все существенные условия предусмотренные законом. Ответчик также указывает на наличие оснований признания договора цессии недействительным в связи с его безвозмездностью. Подпунктами 2.3, 2.4., 2.5. договора цессии указано, что Истец в счёт уступаемого права обязуется уплатить цеденту сумму в размере 5 000 000 руб., сумма уплачивается единовременно в срок до 11.12.2019г. наличными денежными средствами. Таким образом, стороны согласовали в договоре цессии условия возмездности сделки, в связи с чем ссылка ответчика на данные нормы является ошибочной или умышленной. Ответчик в своих возражениях указывает, что договоры займов на сумму 10,2 млн. руб. якобы являющиеся суммой займа выступают вкладом в совместную лесозаготовительную деятельность. Данные факты изложенные ответчиком не находят своего подтверждения, ни в договорах займов, ни в иных документах, отсутствует какое-либо указание о передаче денежных средств истцом и цедентом на какие либо цели, т.е. данные правоотношения не имеют целевой характер, а напротив подтверждаются подписанными сторонами договорами займов и расписками в передаче денежных средств. Приложенные ответчиком к возражению документы: договор аренды лесного участка от 09.02.2015г., договор купли-продажи лесных насаждений от 19.11.1918г., платёжные поручения об оплате договора займа от 21.12.2018г. и др. не должны приниматься судом к сведению, т.к. не имеют отношения к рассматриваемому иску, поскольку не содержат ссылок на договора займов и относятся к другим правоотношениям сторон. Кроме того, в приложенных к возражению платежных поручениях в назначении платежа указаны реквизиты другого договора займа от 21.12.2018г., настоящий иск подан о взыскании задолженности по договорам займов №1, №2 от 25.10.2018г., в связи с чем непонятна цель которую преследовал ответчик прикладывая эти поручения. Также ответчик в возражении указывает, что Б. является гражданской женой ответчика. Обращает внимание суда на тот факт, что приложенные свидетельства о рождении детей не доказывают факта регистрации брака Б. с Ответчиком, иных доказательств стороной ответчика суду не представлено. Таким образом, ссылка ответчика на данные обстоятельства не должна учитываться судом при вынесении решения.

Ответчик ФИО2, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, в письменном заявлении в суд ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия. В письменном возражении на исковое заявление просил суд уменьшить размер пени, так как установленный в договоре размер пени явно несоразмерен. Заем был оформлен как софинансирование со стороны истца развития бизнеса по заготовке древесины. Однако, этот вид деятельности сопряжен с большими коммерческими рисками, большими эксплуатационными расходами и продолжительным периодом окупаемости. Кроме того, просил учесть, что на его иждивении находятся 3 несовершеннолетних детей и престарелая мать.

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 в судебное заседание не явился. Был надлежащим образом уведомлен о времени и месте рассмотрения дела. В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что не согласен с исковыми требованиями по нескольким основаниям. Первое - договор уступки прав требований, заключенный между С. и истцом является недействительным, так как его доверитель не был должным образом уведомлен о заключении этого договора, второе - договор цессии должен быть возмездным, поскольку безвозмездная уступка права требования подпадает под определение договора дарения. В этом случае имеются все правовые основания для признания договора цессии недействительным, как нарушающего требование закона и третье - расписки данные истцу и С., на самом деле являются мнимой сделкой. На самом деле истец, ответчик и С. договорились о совместной заготовке древесины в арендуемом гражданской женой Б. лесном участке, что и подтверждается приобщенным к материалам дела договором аренды лесного участка и договором купли-продажи лесных насаждений, в подтверждении этому приобщил платежные поручения. Копии свидетельства о рождении детей - подтверждают, то что Б. является гражданской женой ФИО2

В отзыве на исковое заявление представитель ответчика по доверенности ФИО5 пояснил, что в производстве Кологривского районного находится гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств по договору займа. Считает указанные в исковом заявлении требования, не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. Договор уступки прав требований (договор цессии), заключенный между гр. С. и Истцом, гр. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, является незаконным по следующим основаниям: Из текста договора и из материалов дела не следует, что должник - гр. ФИО2 был уведомлен о заключении такого договора. Норма пункта 2 ст.383 ГК РФ представляет собой явно выраженный императивный законодательный запрет, который не может быть обойден договором об уступке. Договор обязателен только для лиц, его заключивших; на положения договора нельзя ссылаться в споре с субъектами, не участвовавшими в нем, равно как, впрочем, и эти последние не могут апеллировать к нормам договора, в котором они не принимали участия. Очевидно, что когда п. 2 ст. 382 ГК позволяет обусловить возможность уступки требования согласием должника посредством соответствующего условия в договоре между первоначальным кредитором и должником, он отступает от объясненного выше общего правила о недопустимости влияния договора на правовое положение других (не участвующих в нем) лиц. Можно сказать, что в части условия необходимости согласия должника на уступку требования договор приобретает абсолютную силу. Те же нормы содержит Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - Постановление № 54). Закон не конкретизирует требования к уведомлению должника о состоявшейся уступке прав по обязательству, в частности, к содержанию этого документа. Из п. 3 ст. 382 ГК РФ лишь следует, что уведомление должно быть сделано в письменной форме. Однако из ряда норм (ст. 312. п. 3 ст. 382. п. 1 ст. 385 ГК РФ) можно сделать вывод о том, что уведомление должно содержать данные, достаточные для того, чтобы определить существо обязательства, право по которому уступается, и объем уступаемого права, а также сведения, позволяющие с достоверностью идентифицировать нового кредитора. Эти данные могут содержаться не только в уведомлении как отдельном документе, но и в прилагаемых к нему документах, подтверждающих существование права. Если сведений, содержащихся в уведомлении о переходе права, недостаточно для того, чтобы должник произвел исполнение цессионарию, он, по общему правилу, вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору или приостановить исполнение и потребовать представления соответствующих сведений от первоначального кредитора (абзац первый п. 21 Постановления N 54). Не предъявляет закон требований и к порядку уведомления должника, в частности, не устанавливает перечень документов, являющихся надлежащим подтверждением уведомления об уступке права. В судебной практике вопрос о подтверждающих документах также не находит однозначного решения в силу разнообразия фактических обстоятельств спорных ситуаций. В некоторых случаях в качестве достаточного доказательства направления должнику уведомления об уступке права требования суды принимают почтовую квитанцию (постановления ФАС Московского округа от 28.09.2011 N Ф05-9781/11. Тринадцатого ААС от 25.09.2012 N 13АП-13561/12. Четырнадцатого ААС от 27.03.2012 N 14АП-92Г1/Г1, решение Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2009 N А60-9849/2009-С6) либо почтовую квитанцию и опись вложения в ценное письмо (постановления ФАС Западно-Сибирского округа от 04.06.2009 N Ф04- 3106/2009(7373-А67-11). Восьмого ААС от 04.12.2012 N 08АП-9246/12. Третьего ААС от 12.08.2011 N 03АП-2223/Ш. В некоторых ситуациях судьи обращают внимание на фактическое получение уведомления должником, подтверждаемое уведомлением о вручении (постановление Восемнадцатого ААС от 31.05.2012 N 18АП-3032/12). Следует отметить, что в некоторых спорных ситуациях именно фактическое получение должником сообщения об уступке прав имеет для судов приоритетный характер в доказывании того, что он был надлежащим образом извещен о цессии. Независимо от причин, по которым должник такое уведомление не получил, суды не признают надлежащим доказательством одно лишь направление кредитором уведомления об уступке прав по обязательству (постановление ФАС Московского округа от 23.05.2012 N Ф05-4055/12). Кроме того, как свидетельствует правоприменительная практика, в спорной ситуации может иметь значение и доказательство того, что должник получил именно документы, подтверждающие уступку прав по обязательству перед кредитором (см. постановления Пятнадцатого ААС от 28.12.2011 N 15АП-12787/11. Одиннадцатого ААС от 05.12.2011 N 11АП-9493/1П. Из судебной практики усматривается, что факт надлежащего уведомления должника о состоявшейся уступке прав по обязательству путем отправки извещения по почте целесообразно подтвердить не только почтовой квитанцией, но и уведомлением о вручении, а также описью вложения, содержащей перечень всех направленных должнику документов. Необходимо учитывать, что согласно ст. 165.1 ГК РФ правовые последствия направления заявлений (уведомлений, извещений и т.п.) в рамках гражданских правоотношений. В соответствии с нормами этой статьи правовые последствия уведомления по общему правилу наступают для его получателя с момента доставки такого уведомления адресату или его представителю. При этом уведомление будет считаться доставленным и в том случае, если адресат не получил его или не ознакомился с ним по зависящим от него обстоятельствам. На этом основании в судебной практике сформулирована правовая позиция, в соответствии с которой должник считается уведомленным о переходе права с момента, когда соответствующее уведомление доставлено или считается доставленным по правилам ст. 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон (п. 19 Постановления N 54). Не считается уведомлением должника о переходе права сообщение о заключении договора цессии, на основании которого цедент уступит требование цессионарию после наступления определенного срока или условия. Вместе с тем, если из содержания такого сообщения должник с очевидностью может определить момент перехода требования к новому кредитору, он в дальнейшем не вправе ссылаться на то, что его не уведомили о таком переходе (абзац второй п. 21 Постановления Постановления № 54). Следует учитывать, что соглашением должника и кредитора могут быть установлены иные последствия отсутствия предусмотренного договором согласия на уступку, например, право должника в одностороннем порядке отказаться от договора, права (требования) по которому были предметом уступки (п. 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 54, далее - Постановление N 54). Если речь идет о денежном обязательстве, ограничение или запрет уступки требования по такому обязательству, содержащийся в соглашении между кредитором и должником, не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование. В этом случае должник вправе применить к кредитору (цедент) меры ответственности за совершение сделки цессии в нарушение договорного запрета или ограничения на такую сделку (п. 3 сг. 388 ГК РФ)*(2). Тем не менее, такая уступка может быть признана недействительной на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ, если будет доказано, что, совершая уступку вопреки договорному запрету, цедент и цессионарий действовали с намерением причинить вред должнику (см. п. 17 Постановления N 54). В договоре цессии между ФИО1 и С. отсутствуют существенные условия Договора цессии, а именно: В отношении требования о взыскании пени следует указать, что в договоре цессии отсутствует расчет и сумма пени, тогда как отсутствие в соглашении об уступке права (требования) по длящемуся обязательству указания на основания возникновения передаваемого права (требования), а также условий, позволяющих его индивидуализировать (конкретный период, за который передается право (требование) на уплату суммы задолженности), свидетельствует о несогласованности предмета договора, что влечет признание его незаключенным в соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации. В этом случае условия договора цессии должны позволять определить сумму пени, подлежащей взысканию с должника новым кредитором. Размер этой суммы может быть подтвержден, в частности, путем расчета на основании договора, из которого возникла задолженность, и первичных документов, которые подтверждают объем уступаемого права и основания его возникновения. Если объем прав требования об уплате пени из договора цессии установить невозможно, условие договора о предмете считается несогласованным, а договор - незаключенным. Согласно положениям ст.423 ГК РФ о возмездном и безвозмездном характере договоров: Договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным. Безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления. Договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Согласно н. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключён! если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто coгласие. В соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому л сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Как предусмотрено п. 3 ст. 423 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Таким образом, действующим законодательством закреплена презумпция возмездности договора уступки права требования, в связи с чем цена договора является его существенным условием. Исполнение любого гражданско-правового договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон (п. 1 ст. 424 ГК РФ). При этом договор, поскольку его условия определяют усмотрению сторон, может и не предусматривать цену, кроме случаев, когда наличие в договор условия о цене обязательно в силу требования закона или иных правовых актов (п. 4 ст. 421 ГК Однако договор во всяком случае предполагается возмездным, если из закона, иных правовых а содержания или существа договора не вытекает иное (п. 3 ст. 423 ГК РФ). Если в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена исходя из условий договора, исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги (п. 3 ст. 424 ГК РФ). Сказанное имеет отношение и к договору цессии. Следовательно, если в договоре цессии цен уступаемого права (требования) не указана, и договор не содержит условий, позволяющих ее определить, цена должна быть определена по правилам п. 3 ст. 424 ГК РФ. При этом что законодательство не связывает цену уступаемого права по договору цессии с размером обязательства, право (требование) по которому уступается (например, с суммой долга по денежному обязательству). В частности, цена передаваемого права может быть как меньше, так и больше уступаемого обязательства. Необходимо также иметь в виду, что уступка требования может быть только возмездной, поскольку безвозмездная уступка права требования подпадает под определение договора дарения, данное в ст. 572 ГК РФ. В этом случае имеются правовые основания для признания договора цессии недействительным как нарушающего требования закона (ст. 168 ГК РФ). Расписки, данные ответчиком истцу - ФИО1 и третьему лицу - С. (цессионарию), подписанные одним днем ДД.ММ.ГГГГ, якобы в подтверждение договоров займа, являются мнимой сделкой. На самом деле стороны втроем заранее договорились о совместной заготовке древесины в арендуемом гражданской женой Б. лесного участка (договор аренды от ДД.ММ.ГГГГ на срок до ДД.ММ.ГГГГ), что подтверждается приложенным к настоящему возражению договором аренды и зал древесины по договору купли-продажи лесных насаждений от ДД.ММ.ГГГГ, заключенном с Б. (копия договора прилагается). Подтверждением этого являются платежные документы, удостоверяющие наличие хозяйственных отношений между ФИО1 и Б. (копии платежных поручений №№ и № прилагаются) Другими словами, указанные в исковом заявлении 10,2 миллиона рублей, якобы являющейся суммой займа, в реальности выступают вкладом в совместную лесозаготовительную деятельность.

Выслушав представителя ответчика, изучив доводы представителей истца, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

В соответствии со ст.ст. 309-310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Из ст. 808 ГК РФ следует, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы (п.1)

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п.2)

В соответствии со статьей 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 1 и 2). 

Согласно копии свидетельств о рождении ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ рождения и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ рождения, их отцом является ФИО2, матерью Б. (л.д. 124-125).

Согласно платежного поручения № от 18.05.2019г. ИП Б. в счет частичного погашения по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ перечислила 400000 рублей ФИО1 (л.д. 126).

Согласно платежного поручения № от 04.06.2019г. ИП Б. в счет частичного погашения по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ перечислила 500000 рублей ФИО1 (л.д. 127).

ДД.ММ.ГГГГ ИП Б. заключен с департаментом лесного комплекса Вологодской области договор аренды лесного участка площадью 1332,6 га. Срок действия договора устанавливается с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 128-133).

ДД.ММ.ГГГГ ИП Б. заключен с департаментом лесного комплекса 

<

адрес> договор купли-продажи лесных насаждений №. Срок действия договора устанавливается с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 134-139).

Из представленных истцом письменных доказательств следует, что 25 октября 2018 года между ФИО1 и ФИО2 был заключён договор №1 беспроцентного займа между физическими лицами. В соответствии с условиями указанного договора займа ответчику были переданы денежные средства в виде беспроцентного займа в размере 5200000 рублей с обязательством произвести их возврат в срок до 30 июня 2019 года. Факт передачи денежных средств подтверждается распиской от 25.10.2018г. Расписка содержит подпись и расшифровку подписи - ФИО2 (л.д.7-9).

25 октября 2018 года между С. и ФИО2 был также заключён договор №2 беспроцентного займа между физическими лицами. В соответствии с условиями указанного договора займа ответчику были переданы денежные средства в виде беспроцентного займа в размере 5000000 рублей с обязательством произвести их возврат в срок до ДД.ММ.ГГГГ. Факт передачи ответчику вышеуказанных денежных средств также подтверждается распиской от 25.10.2018г. Расписка содержит подпись и расшифровку подписи - ФИО2 (л.д.10-12).

Подлинность указанных расписок ответчик ФИО2 в своих возражениях по иску не оспаривал. 

На основании договора уступки прав (требования) (цессия) № от ДД.ММ.ГГГГ, С. уступил права требования суммы займа по договору займа №2 от 25.10.2018г. в полном размере ФИО1 (л.д.13-14).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было направлено ответчику ФИО2 претензионное требование о возврате суммы займа и начисленных за период июль-ноябрь 2019 года пени (л.д.15-17)

Судом установлено, что ответчик обязался вернуть суммы долга по обоим договорам займов одним платежом или частями по каждому не позднее 30 июня 2019 года.

Между тем, ответчиком не представлено суду доказательств погашения задолженности по договору займа.

Как следует из пояснений представителя ответчика в судебном заседании, ответчик не оспаривал факт заключения договора займа, получения денежных средств, наличие задолженности в заявленном истцом размере.

При таких обстоятельствах суд полагает исковые требования о взыскании задолженности по договорам займов подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Согласно п. 1 ст. 811 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

В соответствии с п.1-3 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно ч. 1 ст. 330 ГПК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии со ст. 333 ГПК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Правила настоящей статьи не затрагивают права должника на уменьшение размера его ответственности и права кредитора на возмещение убытков, в случаях, предусмотренных ГК РФ.

Согласно п. 7 Договоров займа, в случае нарушения заемщиком срока возврата денег, указанного в п.4 Договоров займа, Заёмщик обязан уплачивать Займодавцу пеню из расчета 1 % от вовремя не возвращённых сумм за каждый месяц просрочки.

Из расчета представленного истцом следует, что пени за просрочку возврата сумм займов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составили 1326000 рублей, согласно расчёта (10 200 000 руб. x 1% x 13 мес.).

Проверив представленный истцом расчет суд полагает, что, размер неустойки (штрафные санкции), заявленной истцом к взысканию и исчисленный за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно в сумме 1326000 рублей следует оставить без изменения. 

Оснований для снижения указанной суммы процентов у суда не имеется.

Ответчиком ФИО2 доказательств о несоразмерности указанных процентов последствиям нарушения обязательства не представлено. 

Ссылка представителя ответчика ФИО5 о том, что ответчик ФИО2 не был уведомлен о заключении договора уступки прав требований (цессии) от 11.12.2018г между С. и ФИО1 подлежит отклонению. 

Согласно материалам дела в адрес ответчика 28.10.2019г. направлялось претензионное требование о возврате суммы займа с приложением договоров займов с расписками и договора цессии № от 11.12.2018г. почтой России заказным письмом, которое согласно информации с сайта Почты России «отслеживание» было возвращено отправителю по иным обстоятельствам ДД.ММ.ГГГГг.

В соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ и разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу. Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума от 21.12.2017 N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», в соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ исполнение, совершенное должником первоначальному кредитору до момента получения уведомления об уступке, считается предоставленным надлежащему лицу. В этом случае новый кредитор вправе требовать от первоначального кредитора передачи всего полученного от должника в счет уступленного требования и возмещения убытков в соответствии с условиями заключенного между ними договора (статьи 15, 309, 389.1, 393 ГК РФ).

Таким образом, из приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что неуведомление должника о перемене лица в обязательстве влечет наступление определенных правовых последствий для нового кредитора и не предполагает отказа судом в удовлетворении заявленных требований по такому основанию.

Подлежат отклонению возражения представителя ответчика о том, что в договоре цессии отсутствует расчет и сумма пени, что свидетельствует о несогласованности предмета договора и влечет признание его незаключенным. 

Согласно п.1.3. договора уступки прав требования (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и С. право (требование) первоначального кредитора (цедента) переходит к новому кредитору (цессионарию) в том объеме и на тех условиях, которые существовали на дату подписания договора (л.д. 13-14). 

Доводы представителя ответчика ФИО5 о том, что данный договор цессии необходимо признать недействительным поскольку сторонами при заключении договора не установлена цена уступаемого права.

Согласно п.2.3. договора уступки прав требования (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и С. в счет оплаты уступаемого права (требования) новый кредитор (цессионарий) обязуется уплатить первоначальному кредитору (цеденту) сумму в размере 50000000 рублей. 

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Доводы ответчика и его представителя о том, что между сторонами фактически имело место соглашение о совместной заготовке древесины не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. 

При этом, ответчиком, представителем ответчика в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не было представлено суду доказательств того, что указанная в исковом заявлении сумма задолженности по договору займа, в реальности выступает вкладом в совместную лесозаготовительную деятельность истца и ответчика.

В связи с удовлетворением исковых требований с ответчика, по основаниям, предусмотренным ч.1 ст. 98 ГПК РФ, подлежит взысканию в пользу истца сумма государственной пошлины, уплаченная за подачу иска в суд.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, районный суд

решил:

Исковые требования ФИО1 в лице представителя по доверенности З. к ФИО2 о взыскании суммы долга по договорам займов, суммы пени за просрочку возврата долга и расходов по оплате государственной пошлины удовлетворить в полном объеме. 

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> пользу ФИО1 сумму долга по договорам займов №1 и №2 от 25 октября 2018 года в размере 10200000 (десять миллионов двести тысяч) рублей и пени за просрочку возврата сумм займов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно в размере 1326000 (один миллион триста двадцать шесть тысяч) рублей, а всего взыскать 11526000 (одиннадцать миллионов пятьсот двадцать шесть тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 60000 (шестьдесят тысяч) рублей.

С полным текстом решения стороны могут ознакомиться в пятидневный срок

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Кологривский районный суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Председательствующий - ФИО

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

.