№12-620/2017

РЕШЕНИЕ

<

...> 29 августа 2017 года 

Судья Центрального районного суда г. Тюмени Ходкин Сергей Валентинович, с участием:

представителей заявителя ФИО1- ФИО2 и ФИО3,

рассмотрев апелляционную жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 3 Центрального АО г. Тюмени от 18 июля 2017 года по делу об административном правонарушении в отношении должностного лица – 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>» ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца д. 

<

адрес>, гражданина РФ,

привлеченного к административной ответственности по ст.17.7 КоАП РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Центрального АО г. Тюмени от 18 июля 2017 года 

<

данные изъяты> ФИО1 - за умышленное невыполнение требований Ишимского межрайонного прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных Федеральным законом, содержащихся в представлении от 26.12.2016 года, признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.17.7 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 2 000 рублей в доход государства. 

Заявителем ФИО1 на данное постановление мирового судьи подана жалоба, в которой он просит постановление мирового судьи отменить, поскольку полагает, что представление прокурора не содержало конкретных предложений об устранении закона, а содержащееся в представлении прокурора требование о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности, по его мнению, находилось за пределами его компетенции и не вытекало из его полномочий. Он рассмотрел данное представление прокурора в срок, однако, оснований для привлечения к дисциплинарной ответственности подчиненных ему должностных лиц он не нашел, о чем и сообщил прокурору. Поскольку требование прокурора о привлечении должностных лиц к дисциплинарной ответственности не входило в компетенцию прокурора по ФЗ «О прокуратуре», он считает, что его незаконно и не обоснованно привлекли к административной ответственности за невыполнение требования прокурора, вытекающего из его полномочий.

Заявитель и Ишимский межрайонный прокурор в судебное заседание не явились, поскольку они о месте и времени судебного заседания были уведомлены надлежащим образом и ходатайств об отложении судебного заседания от них не поступило, судом принято решение о рассмотрении данной жалобы в их отсутствие.

Представители заявителя ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании доводы жалобы поддержали в полном объеме, пояснив, что по их мнению требования прокурора о привлечении должностных лиц к дисциплинарной ответственности не основаны на ФЗ «О прокуратуре», поскольку согласно ч.1 ст.22 и 24 ФЗ «О прокуратуре», нарушение которой вменено в вину ФИО1, прокурор вправе «требовать принятия конкретных мер по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствующим», но не имеет полномочий требовать привлечения лиц к дисциплинарной ответственности. В своем представлении прокурор не требовал принять конкретных мер к устранению причин, а высказал прямое требование о привлечении должностных лиц к дисциплинарной ответственности, что, по их мнению, не вытекает из его полномочий, т.к. согласно ст. 192 ТК РФ только руководитель организации вправе, и даже не обязан, решать вопрос о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности. ФЗ «О прокуратуре» вообще не содержит право прокурора требовать привлечения виновных лиц к дисциплинарной ответственности. Данное представление было рассмотрено в присутствии представителя прокуратуры по селекторной связи, до этого была служебная проверка, однако оснований для привлечения работников УИИ к дисциплинарной ответственности не имелось, такой ответ и был дан прокурору. Однако, прокурор внес повторное представление и вновь потребовал того же – привлечения виновных лиц к дисциплинарной ответственности. ФИО1 в то время уже находился в отпуске и ответ по второму представления давал не ФИО1, а ФИО2, она ему также написала, что оснований для привлечения работников УИИ к дисциплинарной ответственности не имеется, что проведено служебное расследование, но мировой судья привлекла к дисциплинарной ответственности именно ФИО1, а не Козак, хотя окончательный ответ прокурору давал уже не ФИО1, а другое должностное лицо – Козак. К тому же судья при вынесении обжалуемого постановления указала, что УИИ не обжаловало представление прокурора вышестоящему прокурору, но они рассмотрели его по существу, но не нашли оснований для привлечения лиц к дисциплинарной ответственности, а также судья указала, что УИИ не обжаловало решения судов по тем осужденным, по которым прокурор внес представление, но УИИ фактически не имеет таких полномочий.

Исследовав представленные материалы дела, изучив апелляционную жалобу заявителя, выслушав участников судебного заседания, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.17.7 КоАП РФ, за умышленное невыполнение требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом, предусмотрена административная ответственности физических, должностных и юридических лиц.

Полномочия прокурора четко определены ФЗ «О прокуратуре». В соответствии с требованиями ст.22 ФЗ «О прокуратуре» прокурор при осуществлении возложенных на него функций вправе беспрепятственно входить на территории и в помещения органов, иметь доступ к их документам и материалам, проверять исполнение законов в связи с поступившей в органы прокуратуры информацией о фактах их нарушения, вызывать должностных лиц и граждан для объяснений по поводу нарушений законов. 

В соответствии с требованиями ч.2 ст.22 ФЗ «О прокуратуре» Прокурор или его заместитель по основаниям, предусмотренных законом, возбуждает производство об административном правонарушении, требует привлечения лиц, нарушивших ЗАКОН, к иной установленной законом ответственности, предостерегает о недопустимости нарушения закона.

В юриспруденции понятие «иной установленной законом ответственности» четко определено, к ним относятся, в том числе, и вопросы привлечения должностных лиц к дисциплинарной ответственности.

В соответствии с требованиями ст.24 ФЗ «О прокуратуре» прокуроры и их заместители вправе вносить представления должностным лицам и по данным представлениям должностными лицами должны быть приняты конкретные меры по устранению допущенных нарушений «закона», их причин и условий, им способствующих.

Понятие «Закона» также четко определено – под этим понимается Федеральный закон.

Из представленных суду материалов суд объективно установил, что Ишимский межрайонный прокурор, проведя проверку по соблюдению законов при исполнении уголовных наказаний и мер уголовно-правового характера в филиале г. Ишима ФКУ УИИ УФСИН России по Тюменской области, 26.12.2016 года внес 

<

данные изъяты> ФИО1 представление о выявленных нарушениях «законодательства» при работе в Ишимском филиале УИИ и потребовал от начальника УИИ привлечь начальника Ишимского филиала и других виновных должностных лиц к дисциплинарной ответственности, при этом, требований и предложений каким образом следует устранить допущенные нарушения ЗАКОНА, их причины и условия, в нарушение требований ст. 24 ФЗ «О прокуратуре», прокурор в своем представлении не указал.

В случае выявления прокурором нарушений требований Федерального закона, прокурор вправе требовать привлечения виновных в этом должностных лиц, в том числе, и к дисциплинарной ответственности, однако, как видно из текста представления прокурора от 26.12.2016 года, прокурор указывает в данном представлении на факты не нарушения Федерального закона, а на нарушение п.п.124, 125, 128 Приказа Минюста России от 20.05.2009г. № 142 «Об утверждении Инструкции по организации исполнения наказаний…», при этом видно, что данный Приказ, состоящий из 3 пунктов, не содержит п.п.125, 125 и 128, а данные п.п. находятся в «Инструкции по организации исполнения наказаний…», т.е. в данном представлении речь идет о нарушении требований Инструкции, а не Федерального закона, каковым и указанный в представлении Приказ Минюста также не является. При этом суть выявленных прокурором нарушений заключается в том, что осужденный ФИО4 был привлечен к административной ответственности за правонарушение, совершенное 24.06.2016 года, а в УИИ предупреждение о недопустимости этого ему вынесено 06.10.2016 года, а за правонарушение совершенное им 11.02.2016., года предупреждение ему вынесено 10.11.2016 года, при этом нарушение заключается в том, что предупреждение по Инструкции должно быть вынесено «не позднее трех рабочих дней с момента установления указанных фактов», однако в тексте представления прокурором не указано когда именно работниками УИИ данные факты были установлены, к тому же при этом не учтены доводы работников УИИ о том, что они сведения о привлечении осужденных к административной ответственности запрашивают по этой же Инструкции 1 раз в квартал и, поэтому, узнают о совершении административных правонарушений осужденными не сразу после их совершения. 

Вторым фактом нарушения «законодательства» прокурор в представлении указал, что работники УИИ не разъяснили порядок исполнения обязанности, возложенной на осужденного ФИО5 постановлением Ишимского городского суда от 14.11.2015 года, сформулированной судом следующим образом: «не покидать постоянного места жительства в период времени с 22.00 часов до 06.00 часов утра следующих суток без уведомления УИИ». И Ишимский суд и прокурор сочли, что работники УИИ не разъяснили осужденному ФИО5 как ему ставить в известность УИИ в не рабочее время УИИ о его желании покинуть место жительства в ночное время, поскольку работники УИИ разъяснили осужденному ФИО5 только куда и как ему следует звонить в УИИ в рабочее время, а у него, якобы, возникали необходимости задержаться на работе и сходить в магазин за хлебом уже в не рабочее время.

Данная ситуация возникла в виду некорректности формулировки данной обязанности, возложенной на осужденного ФИО5, которая создала подобные проблемы. По смыслу действующего законодательства данный запрет заключается в полном запрете не уходить с места постоянного пребывания (проживания) в ночное время, а в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 58 от 22.12.2015 года «О назначении судами РФ уголовного наказания», данная обязанность сформулирована как «не покидать место своего жительства в ночное время, если это не связано с выполнением трудовых обязанностей». Даная обязанность предполагает запрет покидать место жительства в ночное время, но предполагается, что если это связано с трудовой деятельностью, то это должно быть заранее согласовано с УИИ, а не в ночь, когда этот вопрос возникает у осужденного, как в ситуации, описанной в представлении Ишимского прокурора с осужденным ФИО5.

Суд видит, что осужденному ФИО5 Ишимским судом данная обязанность вменена не корректно, что позволило всем участникам данных правоотношений трактовать данную ситуацию по-разному. Из материалов видно, что работники Ишимской УИИ неоднократно разъясняли осужденному ФИО5 порядок отбывания назначенного им наказания и дали ему телефоны УИИ для экстренной связи. В УИИ порядок отбывания наказания, права и обязанности осужденным разъясняются согласно той же Инструкции типовым бланком. Фактически порядок отбывания наказания осужденному ФИО5 должностными лицами Ишимской УИИ был разъяснен, и делалось это неоднократно, но поскольку данная обязанность была сформулирована таким образом не по вине работников УИИ и повлиять на эту формулировку они по действующему законодательству фактически лишены реальной возможности, то суд не может согласиться с доводами представления прокурора о том, что осужденному ФИО5 работниками УИИ надлежащим образом не был разъяснен порядок отбывания им наказания в данной части.

Суд, рассмотрев все обстоятельства данного дела, согласен с доводами заявителя об отсутствии оснований для привлечения к дисциплинарной ответственности должностных лиц Ишимской УИИ в данной ситуации и приходит к выводу о том, что у прокурора в данной ситуации не было законных оснований требовать привлечения должностных лиц Ишимской УИИ к дисциплинарной ответственности. При этом суд исходит и из того, что в данном случае требования конкретного Федерального закона данными должностными лицами не нарушались, а требовать привлечения лиц к иной ответственности, предусмотренной законом, за нарушение не Федерального закона, а Инструкции, у прокурора не было полномочий, предусмотренных Федеральным законом.

В связи с этим, в данной конкретной ситуации, суд установил, что требование прокурора о привлечении должностных лиц к дисциплинарной ответственности за нарушение требований не Федерального закона, а Инструкции, было не обоснованным, а, следовательно, и не законным, не вытекающим из его полномочий, установленных федеральным законом. 

В связи с этим, суд не может признать обжалуемое заявителем постановление мирового судьи законным и обоснованным, поскольку не находит в данной ситуации состава административного правонарушения, предусмотренного ст.17.7 КоАП РФ в действиях заявителя ФИО1, т.к. не может согласиться с тем, что требования прокурора в данном случае были законными и обоснованными и вытекали из его полномочий, установленных законом.

Поэтому, суд находит доводы заявителя и его представителей об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения обоснованными и соответствующими действительности.

В связи с этим, суд приходит к выводу о том, что обжалуемое постановление мирового судьи подлежит отмене как не обоснованное и не законное, а производство по данному административному делу в отношении 

<

данные изъяты> ФИО1 по ст. 17.7 КоАП подлежит прекращению в виду отсутствия в его действиях состава данного административного правонарушения.

Суд также находит обоснованными и доводы представителей заявителя о том, что данное представление фактически рассматривалось дважды и оба раза разными должностными лицами, но административное дело возбуждено только в отношении одного из них, хотя точку в решение данного вопроса фактически поставило другое должностное лицо – не ФИО1.

На основании изложенного, руководствуясь ст.24.5 ч.1 п.2, 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья

Р Е Ш И Л:

Жалобу заявителя ФИО1 –удовлетворить.

Постановление мирового судьи судебного участка № 3 Центрального АО г. Тюмени от 18 июля 2017 года в отношении 

<

данные изъяты> по 

<

адрес>» ФИО1 по ст.17.7 КоАП РФ отменить как не обоснованное и не законное, производство по данному делу в отношении ФИО1 прекратить в виду отсутствия в его действиях состава данного административного правонарушения.

Судья С.В. Ходкин