№ 2-692/2024

86RS0010-01-2024-000634-10

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июня 2024 года город Мегион

Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе судьи Каримовой Ю.С., при секретаре судебного заседания Сулаймоновой М.З., с участием представителя истца – адвоката А.А., представителя третьего лица, действующего по поручению и по доверенности помощника прокурора г. Мегиона В.О., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Р.М. к Министерству финансов Российской Федерации, третьи лица – ОМВД России по городу Мегиону, прокуратура ХМАО-Югры, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовными преследованием,

УСТАНОВИЛ:

Р.М. обратился в суд с настоящим иском в обоснование указывая, что ДД.ММ.ГГГГ СО ОМВД России по 

<

адрес> в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст.242 Уголовного кодекса Российской Федерации; ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя СО ОМВД России по 

<

адрес> Г.А. уголовное дело прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. С момента необоснованного возбуждения уголовного дела и до вынесения постановления о прекращении уголовного дела прошло 14 месяцев и 29 дней. Находясь в непривычных для себя условиях, истец испытал глубокий переживания, следствием которых стало обращение в БУ «Психоневрологическая больница им.Св. ФИО1» для оказания медицинской помощи, поскольку его физическое и психологическое состояние значительно ухудшилось. Просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности и незаконное уголовное преследование в размере 500 000 руб. 

Протокольным определением от 13.05.2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены прокуратура ХМАО-Югры и ОМВД России по г. Мегиону 

В письменных возражениях ответчик указывает на несогласие с заявленными исковыми требованиями, в связи с тем, что истцом не представлено заключение МСЭК, подтверждающее, что уголовное преследование отрицательно сказалось на его состоянии здоровья и причинило ему глубокие нравственные страдания и переживания, не установлена причинно-следственная связь между уголовным преследованием в этот период и наступлением вредных последствий для здоровья; полагает, что моральные страдания истца преувеличены, а требования по компенсации морального вреда чрезмерно завышены; истцу мера пресечения не избиралась, каких-либо доказательств тому, что истец действительно испытывал нравственные или физические страдания, не представлено 

В судебном заседании истец, ответчик и третье лицо в лице ОМВД России по 

<

адрес> не участвовали, извещены надлежащим образом; по правилам ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в их отсутствии.

Представитель истца – адвокат А.А., действующий по ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в сковом заявлении, дополнительно указал, что из-за незаконного уголовного преследования, истец испытал нравственные и психологические страдания, в связи с чем был вынужден обратиться для лечения в медицинское учреждение, брак истца находился под угрозой, истец вынужден был уволиться с работы. Мера пресечения истцу избиралась в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Представитель третьего лица – помощник прокурора г. Мегиона В.О. в судебном заседании, не оспаривая факт незаконного преследования в отношении истца, тем не менее заявленную к компенсации морального вреда, сумму, полагал завышенной, указал, согласно представленным материалам уголовного дела, какая-либо мера пресечения истцу не избиралась, имеющаяся в материалах дела Выписка не содержит диагноза, установленного истцу, пройденное лечение не является следствием незаконного преследования истца, сведений о том, что брак истца расторгнут суду не представлено, как не представлено доказательств и тому, что каким-то образом возбуждение уголовного дела в отношении истца повлияло на его семейную жизнь, доказательств тому, что истец лишился работы ввиду возбужденного уголовного дела, суду также не представлено, в связи с чем, полагает целесообразным определить размер компенсации морального вреда в размере 70 000 рублей.

Заслушав представителя истца – адвоката А.А., представителя третьего лица – помощника прокурора г. Мегиона В.О., исследовав материалы гражданского дела и представленные по судебному запросу материалы уголовного дела в отношении Р.М., суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную , честь и доброе имя, переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ СО ОМВД России по г. Мегиону в отношении Р.М. было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст.242 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Срок предварительного следствия по уголовному делу неоднократно продлевался в установленном законом порядке.

Постановлением старшего следователя СО ОМВД России по г. Мегиону Г.А. от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении Р.М. прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях истца состава преступления.

Таким образом, следствие длилось более года.

В силу разъяснений вышеуказанного Постановления Пленума ВС РФ судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.). Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Понятия разумности и справедливости относительно размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения, с учетом оценки доводов и доказательств истца и ответчика.

Какая-либо мера пресечения Р.М. на время следствия не избиралась, в порядке ст. 91, 92 УПК РФ не задерживался.

Доводы представителя истца о том, что истец был вынужден обратиться для лечения в медицинское учреждение, его брак находился под угрозой, и истец вынужден был уволиться с работы, в отсутствии представленных доказательств, судом не принимаются. 

Как установлено в судебном заседании, брак у истца не расторгнут, с работы уволился по собственному желанию; представленный с БУ ХМАО-Югры «Психоневрологическая больница им.Святой преподобномученницы Елизаветы» выписной эпикриз из медицинской карты Р.М. о том, что он находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в отсутствии диагноза, не свидетельствует об ухудшении физического и психологического состояния здоровья истца.

Между тем, суд принимает во внимание, что предварительное следствие по обвинению Р.М. длилось более года, соответственно, истец длительное время являлся подозреваемым по уголовному делу; преступление, предусмотренное п. «б» ч. 3 ст.242 Уголовного кодекса российской Федерации относится к категории тяжких; в жилом помещении, в котором истец проживает с семьей, проводился обыск, в присутствии понятых (соседей), истец дважды допрашивался в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля допрашивалась его супруга; к уголовной ответственности истец не привлекался. Всё изложенное в совокупности несомненно свидетельствует о причиненных истцу нравственных страданиях, в материалах уголовного дела имеется характеристика с места работы истца, соответственно, информация о возбуждении уголовного дела стала известна посторонним людям, в том числе, соседям истца, присутствовавшим при обыске в его квартире, и коллегам по работе истца, истец является добропорядочным членом общества, социально адаптирован, незаконным уголовным преследованием был подорван его авторитет, ущемлено достоинство, во взаимосвязи с преступлением, которое ему инкриминировалось, он был дискредитирован в глазах окружающих.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из абзаца 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации.

Принимая во внимание изложенное, суд, с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, с учетом принципа разумности и справедливости, полагает заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Р.М. к Министерству финансов Российской Федерации, третьи лица – ОМВД России по городу Мегиону, прокуратура ХМАО-Югры, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовными преследованием – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, в пользу Р.М. компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы через Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Судья Ю.С. Каримова