Дело № 2-211/2024 (2-4037/2023)

УИД 78RS0014-01-2022-007992-08

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 февраля 2024 года г. Санкт-Петербург

Пушкинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Якименко М.Н.,

при секретаре Володиной А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

выслушав представителя истца – ФИО9, представителя ответчика ФИО10, изучив материалы дела, суд.,

 

У С Т А Н О В И Л:

Первоначально истец обратилась в суд с иском к ответчикам ФИО5 как непосредственному причинителю вреда в ДТП, ФИО2 как собственнику автомобиля Мицубиси, которым в момент ДТП управляла ФИО5, о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП от 00.00.0000.

В обоснование иска указано, что 00.00.0000 произошло ДТП с участием автомобилей № 0, под управлением ФИО5, принадлежащий на праве собственности ФИО2 и № 0, под управлением ФИО4 Производство по административному материалу прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. При этом истец полагает, что виновником ДТП является ФИО5 Гражданская ответственности истца и ответчика застрахована в САО «РЕСО-Гарантия». Страховщик признал случай страховым и выплатил страховое возмещение в размере 400 000 руб. Вместе с тем, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца равен 4 043579,83 руб., в связи с чем с ответчиков подлежит взысканию разница между стоимостью ремонта и выплаченного страхового возмещения.

В судебном процессе ответчик ФИО2 в связи со смертью 00.00.0000, то есть до даты ДТП, был заменен на своего правопреемника как наследника ФИО8

Определением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 00.00.0000 материалы настоящего гражданского дела переданы по подсудности в Пушкинский районный суд Санкт-Петербурга.

Определением Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 00.00.0000 производство по делу в части требований к ФИО8 прекращено в связи с отказом истца от иска.

В последующем истец уточнил исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, в которых просил взыскать с ответчика ФИО5 ущерб в размере 1 904 558,43 руб., убытки связанные с арендой автомобиля в размере 305 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины.

Истец ФИО4, ответчик ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены о дне, месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, направили в суд представителей.

Представитель истца – ФИО9 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении.

Представитель ответчика – ФИО10 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований указывая на то. Что в действиях ФИО11 отсутствует вина в произошедшем ДТП.

Представитель третьего лица СПАО «РЕСО-Гарантия» в судебное заседание не о дате рассмотрения дела извещен надлежащим образом, хо причинах неявки суду не сообщили, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявляли.

В силу п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными. При таких обстоятельствах, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

00.00.0000 около 21 ч. 10 мин во ... произошло ДТП с участием автомобилей № 0, под управлением ФИО5, принадлежащий на праве собственности ФИО2 и № 0, под управлением ФИО4

Согласно Постановлению 47ЁО3056/22 от 00.00.0000 ФИО11 управляя автомобилем № 0 при движении потеряла контроль за движением транспортного средства, возможность управления транспортным средством, что повлекло столкновение с автомобилем № 0, под управлением ФИО4 с последующем наездом на препятствие.

Указанное определение не обжаловано, вступило в законную силу. 

Согласно объяснениям ФИО12, которые он давал сотруднику ГИБДД ответчик признавал себя виновным в совершенном ДТП.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчик свою вину не оспаривал.

В результате ДТП автомобилю истца были причинены механические повреждения.

Гражданская ответственность ФИО5 и ФИО4 на момент ДТП была застрахована по договорам ОСАГО в САО «РЕСО-Гарантия».

Истец в порядке прямого возмещения обратился в страховую компанию, которая признала случай страховым и выплатила страховое возмещение в размере 400 000 рублей.

Для определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства марки, истец обратился в ООО «АВАНГАРД». Согласно представленному заказ-наряду стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 2 304 558,43 руб.

В соответствии с п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Положениями ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 Гражданского кодекса Российской Федерации), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно абз. 2 п. 23 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Из имеющихся материалов дела усматривается, что размер страхового возмещения, выплаченного страховой компанией истца, определялся с учетом Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года № 432-П, то есть с учетом износа.

Единая методика является обязательной для применения страховщиками или их представителями, если они самостоятельно проводят осмотр, определяют восстановительные расходы и выплачивают страховое возмещение в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Таким образом, указанная методика является обязательной при определении страховой выплаты в рамках договора ОСАГО. 

Соответственно, страховая выплата по договору ОСАГО ограничивается:

- либо стоимостью ремонта, рассчитанного в соответствии с Единой методикой;

- либо, если размер ущерба превышает 400 000 рублей, суммой, установленной в ст. 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Вместе с тем, институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, регулируемый Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», не может подменить собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства.

Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В ходе рассмотрения спора ответчик ФИО5 оспаривала свою вину в причиненном ДТП.

В подтверждение своей позиции ответчиком представлено заключение специалиста ООО «АНТАРЕС» № 0А-1, из которого следует, что предотвращение ДТП от 00.00.0000, зависело от объективных действий водителя № 0 в части соблюдения безопасной дистанции до движущегося впереди автомобиля, в том числе соблюдения безопасной скорости, учитывая при этом интенсивность движения, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, а также от объективных действий водителя № 0 в части выбора скорости, которая бы обеспечила водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства. С технической точки зрения действия водителя № 0 не соответствуют требованиям п.п. 9.10, 10.1 ПДД РФ, № 0 – п. 10.1 ПДДРФ. С технической точки зрения фактически причиной ДТП явились действия водителя № 0 в части невыполнения им требований п.п. 9.10, 10.1 ПДД РФ.

В судебном заседании в качестве свидетеля был допрошен ФИО3, который показал, что является супругом ответчика, в момент ДТП 00.00.0000 находился вместе с ней в автомобиле № 0 на пассажирском сидении. Из-за погодных условий при перестроении замедлили скорость и автомобиль заскользил. Перед перестроением в левый ряд не видел в зеркале заднего вида света фар автомобиля Мерседес. Я полагаю, что наш автомобиль не потерял управления.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО5 поясняла, что перед ее автомобилем резко стал тормозить автомобиль. С целью предотвращения столкновения она снизила скорость и начала перестраиваться в левый ряд. В левом ряду автомобилей не было, света фар от движущегося автомобиля не видела. Полагала, что автомобиль истца ехал со значительным нарушением скоростного режима. 

По ходатайству ответчика судом была назначена судебная трасс логическая экспертиза с целью установления виновника ДТП 00.00.0000, проведение которой поручено ФБУ Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Минюста России.

Согласно заключению эксперта № 0,2836/09-2 от 00.00.0000 в данной дорожной ситуации водитель ФИО4 должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД РФ. Водитель ФИО5 - требованиями п. 8.1,10.1 ПДД РФ.

Непосредственно перед столкновением с автомобилем «.» двигался в режиме бокового скольжения (заноса), поэтому версия водителя ФИО5 о том, что к моменту столкновения она прекратила занос и восстановила управляемость своего автомобиля, не соответствует результатам компьютерной реконструкции механизма данного ДТП. Версия водителя ФИО4 является состоятельной, так как не противоречит объективно зафиксированным данным.

Экспертным путём определить скорость автомобиля «. не представилось возможным по причинам, указанным в исследовательской части. По результатам реконструкции непосредственно перед столкновением автомобиль «.» двигался в левой полосе практически параллельно краю проезжей части.

Для ответа на вопрос о том, имел ли водитель ФИО4 техническую возможность предотвратить столкновение при выполнении указанных требований п. 10.1 ПДД РФ, необходимо знать взаимное положение его автомобиля и автомобиля «.» в момент начала смещения влево автомобиля .» и скорость этого смещения. В материалах дела нет указанных данных. Поэтому не представляется возможным ответить на вопрос о наличии у водителя ФИО4 в данной ситуации технической возможности предотвратить происшествие при выполнении действий в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД РФ.

При реконструкции механизма происшествия с использованием компьютерной программы направление ударного импульса определяется практически вдоль продольной оси дороги (составляло угол около 177°).

Экспертным путём определить силу удара и скорость автомобилей «.» не представилось возможным.

Оценивая имеющиеся в материалах дела отчет об оценке, заключение судебной экспертизы по правилам ч. 3 ст. 67 ГПК РФ, суд отдает предпочтение заключению судебной экспертизы, поскольку заключение является мотивированным, при этом сторонами не представлено доказательств, подтверждающих недостоверность выводов проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение выводы эксперта. Заключение судебной экспертизы соответствует требованиям, установленным статьей 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенных исследований и сделанного в результате него вывода, экспертиза проведена компетентным экспертом, который предупрежден об ответственности, предусмотренной Уголовным кодексом Российской Федерации, за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда не имеется.

При таком положении, учитывая выводы, содержащиеся в постановлении о прекращении производства по административному делу, согласна которому именно ответчик ФИО5 не справилась с управлением транспортного средства, принимая во внимание, выводы судебного эксперта согласно которым версия водителя ФИО5 о том, что к моменту столкновения она прекратила занос и восстановила управляемость своего автомобиля, не соответствует результатам компьютерной реконструкции механизма данного ДТП, при этом эксперт признал версию истца состоятельной, не противоречащей объективно зафиксированным данным, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения настоящего дела установлена вина ответчика в произошедшем ДТП и причинении ущерба автомобилю истца.

Пункт 13 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Как следует из правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 10 марта 2017 года № 6-П, положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями, и сами по себе не ограничивают круг доказательств, которые потерпевшие могут предъявлять для определения размера понесенного ими фактического ущерба. Соответственно, поскольку размер расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства определяется на основании Единой методики лишь в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и только в пределах, установленных Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», а произведенные на ее основании подсчеты размера вреда в целях осуществления страховой выплаты не всегда адекватно отражают размер причиненного потерпевшему фактического ущерба и, следовательно, не могут служить единственным средством для его определения, суды обязаны в полной мере учитывать все юридически значимые обстоятельства, позволяющие установить и подтвердить фактически понесенный потерпевшим ущерб; при исчислении же размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» Причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

При таких обстоятельствах, поскольку страховое возмещение истцу было выплачено его страховой компанией в соответствии с расчетом, основанным на Единой методике, то есть в пределах, установленных ФЗ «Об ОСАГО»; при этом истцом были заявлены требования о возмещении ущерба, рассчитанного исходя из расходов, необходимых для приведения транспортного средства Мерседес, г.р.з. М255ММ78 в состояние, в котором оно находилось до ДТП, и состоящих из реальных, то есть необходимых, экономически обоснованных, отвечающих требованиям завода-изготовителя, учитывающих условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденных расходов, размер которых превышает стоимость ремонта, установленный Единой методикой, с учетом стоимости восстановительного ремонта установленного заказ-нарядом ООО «АВАНГАРД» № 0 от 00.00.0000, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию разница между страховым возмещением и фактическим размером ущерба, поскольку выплаченного страхового возмещения было недостаточно для полного возмещения причиненного вреда в размере 1 904 558,43 руб. (2 304 558,43 -400 000).

Доказательств иного размера ущерба стороной ответчика не представлено.

Доводы о том, что заказ-наряд не является документов подтверждающим размер причинённого ущерба отклоняются судом, поскольку ущерб потерпевшему должен быть возмещен в полном размере, суды в соответствии со статьей 15 ГК РФ, при этом в представленном заказ-наряде оценен объем расходов, которые истец должен был понести при осуществлении ремонта автомобиля.

Доводы ответчика о том, что истец продал свой автомобиль после дорожно-транспортного происшествия, выводы суда не опровергают, поскольку продажа истцом поврежденного автомобиля не является основанием для освобождения причинителя вреда от обязанности по возмещению ущерба и не может препятствовать реализации имеющегося у потерпевшего права на возмещение убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия. Отчуждение автомобиля является правомерным осуществлением права на распоряжение принадлежащим истцу на праве собственности имуществом, а денежная сумма, полученная потерпевшим от реализации поврежденной вещи, не влияет на размер возмещения ущерба, поскольку отчуждение поврежденного транспортного средства без осуществления восстановительного ремонта влечет уменьшение продажной стоимости транспортного средства, то есть возникновение у собственника транспортного средства убытков в связи с повреждением транспортного средства, которые подлежат возмещению в предусмотренном законом порядке.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика убытков, связанных с арендой ФИО4 автомобиля на сумму 305 000 руб. суд приходит к выводу о том, что аренда осуществлялась истцом по собственной воле и усмотрению, расходы по арендной плате не относятся к расходам, объективно необходимым для восстановления нарушенного права истца, обязанность по выплате арендной платы за иное транспортное средство у истца возникла из условий заключенного между ним и третьим лицом договора аренды, в котором ответчик стороной не является. 

Материалы дела не содержат доказательств того, что деятельность истца связана с постоянным передвижением на автомобиле, доказательств, подтверждающих необходимость аренды иного транспортного средства, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и заявленными убытками, стороной истца также не представлены.

При таком положении требования истца в данной части удовлетворению не подлежат.

По правилам ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Поскольку исковые требования удовлетворены частично (86,1%), то с ответчика в пользу истца подлежат возмещению судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 16 572,35 руб.

При этом излишне уплаченная государственная пошлина на основании пункта 10 части 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации в размере 7 930,2 руб. возвращается в порядке, предусмотренном статьей 333.40 данного Кодекса, а потому в соответствующей части не может быть отнесена к судебным расходам, подлежащим возмещению другой стороной.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 (паспорт серия № 0 № 0) в пользу ФИО4 (паспорт серия № 0) убытки в размере 1 904 558,43 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 16 572,85 руб.

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Возвратить ФИО4 излишне уплаченную государственную пошлину в размере 7 930,20 руб.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Пушкинский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья 

Мотивированное решение изготовлено 11.04.2024