Судья Ильина А.А. Дело N 7-145/2018

РЕШЕНИЕ

г. Томск 04 мая 2018 года

Судья Томского областного суда Цой А.А., рассмотрев жалобу ФИО1 на решение судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 23 марта 2018 года, вынесенное в отношении ФИО1, которым отказано в удовлетворении жалобы на постановление инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Томску от 14.09.2017 и решение командира ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Томску от 29.09.2017 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ,

установил:

14.09.2017 ФИО1 постановлением инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Томску признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

29.09.2017 решением командира ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Томску постановление оставлено без изменения, жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

23.03.2018 решением судьи Октябрьского районного суда г. Томска постановление о назначении административного наказания от 14.09.2017 и решение по жалобе на постановление от 29.09.2017 оставлены без изменения.

ФИО1, не согласившись с решением судьи Октябрьского районного суда г.Томска, подал в Томский областной суд жалобу, в которой подробно приводит свою версию событий и отмечает, что суд не учел, что схема ДТП не соответствует реальной дорожно-транспортной ситуации, данное обстоятельство им оспаривалось в судебных заседаниях. Им была представлена схема организации дорожного движения из Управления дорожной деятельности, благоустройства и транспорта администрации г. Томска применительно к месту ДТП. На схеме не отражены сведения о том, в какое время она составлена, однако это не свидетельствует о неверности сведений об организации дорожного движения на данном участке дороги, отмеченных в схеме. Данных о том, что названная схема организации дорожного движения не соответствует действительности, в материалах дела не представлено, участниками процесса это обстоятельство не опровергалось. Данная схема никем не отменена и является действующей с момента ее утверждения и по настоящее время. Согласно схеме проезжая часть состоит из двух полос движения, по одной в каждую сторону, что опровергает пояснения М. о движении по второй полосе. Двигаться по второй полосе М. не мог, так как ее нет. Имеет место подмена понятий «движение автомобилей в две полосы движения» и «движение автомобилей в два ряда по одной полосе». Данные понятия не являются равнозначными. Со ссылкой на п. 9.1 ПДД отмечает, что на проезжей части имелась разметка, и не было необходимости определять визуально количество полос движения. Оба автомобиля двигались по одной полосе в попутном направлении. Нарушения правил маневрирования при повороте налево совершено не было. М., увидев, что он (ФИО1) собирается повернуть налево, решил совершить обгон его (ФИО1) автомобиля, в результате не рассчитав габаритов своего автомобиля, совершил столкновение с его автомобилем и, выехав на встречную полосу, столкнулся с автобусом. Ссылаясь на п. 11.1, 11.2 ПДД, отмечает, что правом преимущественного проезда пользуется тот водитель, который своими действиями, в том числе по применению световых указателей, первым уведомил о намерении совершить маневр и начал совершение такого маневра. М. начал обгон в нарушение требований п. 11.2 ПДД. Суд не исследовал ни общую ширину проезжей части, ни ширину каждой из полос движения, не ставил вопрос о габаритах автомобилей и о технической возможности двигаться в 4 полосы движения. Вывод суда о движении автомобилей в два ряда не подтверждается доказательствами. На схеме происшествия не указан знак ограничения скорости 40 км/ч, требование которого М. не выполнил, двигался по его утверждению со скоростью 50-60 км/ч, что не позволило ему среагировать на его (ФИО1) маневр. Столкновение с автобусом «ПАЗ» состоялось из-за высокой скорости движения М. На схеме не указан сломанный автобус на полосе встречного движения, который все объезжали. Суд необоснованно признал схему достоверной. Схема от 26.08.2017 содержит сведения о расположении автомобилей после ДТП. Из схемы не следует, что он не включил указатель поворота или каким-либо образом маневрировал на дороге, а его автомобиль находился не слева, ближе к центру проезжей части, в момент ДТП. Данные обстоятельства можно установить только экспертным путем, сделав соответствующие расчеты. В ходе проведенной экспертизы эксперт ограничился только тем, что признал версию ДТП водителя М. более вероятной, ничем не мотивировав данный вывод, а потому заключение эксперта от 08.09.2017 № 188 не может быть положено в качестве доказательства в основу решения, так как не учитывает существенные обстоятельства совершения ДТП. Экспертом произведена подмена дорожной ситуации без обоснования версии, избранной экспертом. Выводы эксперта по формулировке и форме записи являются категоричными, не имеющими степени условности и вероятности. В исследовательской части предварительные выводы сформулированы в вероятностной форме. Выводы не подтверждены расчетом. Экспертом не приняты во внимание объяснение ФИО1, Б., С. Его (ФИО1) вина опровергается показаниям свидетелей Б., К., однако суд необоснованно их отклонил, ссылаясь на схему ДТП и заключение эксперта. Пункты 8.1, 8.4 ПДД им были выполнены. В причинно-следственной связи с ДТП находятся не его, а виновные действия второго водителя. Его (ФИО1) вины в ДТП нет. Просит решение Октябрьского районного суда г. Томска от 23 марта 2018 года отменить, его жалобу на постановление от 14.09.2017 и решение должностного лица от 29.09.2017 удовлетворить. 

Извещенный о времени и месте судебного заседания ФИО1, его защитник Лекарева Л.В., потерпевшие М., С., должностное лицо – инспектор ГИБДД К. в суд не явились, о причинах неявки не сообщили. Извещение признано надлежащим, определено рассмотреть жалобу в его отсутствие.

В судебном заседании Томского областного суда защитник Локтионова В.А. в интересах ФИО1 доводы жалобы поддержала, просила жалобу удовлетворить, представитель ФИО2 в интересах М. возражал, полагал, что решение судьи является законным и обоснованным.

Изучение материалов дела, выступление защитника Локтионова В.А., представителя ФИО2, обсуждение доводов жалобы приводят к следующему.

Согласно п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 1.2 ПДД РФ используются следующие основные понятия и термины "Опасность для движения" - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия; "Уступить дорогу (не создавать помех)" - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

В силу ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 12.13 и статьей 12.17 настоящего Кодекса, влечет предупреждение или наложение административного штрафа в размере пятисот рублей.

Протокол по делу об административном правонарушении, которым зафиксировано событие административного правонарушения, причастность к его совершению ФИО1, квалификация его действий в соответствии с ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, составлен уполномоченным должностным лицом в соответствии с порядком, предусмотренным КоАП РФ (ч. 1 ст. 28.3, ст. 23.3 КоАП РФ).

Дело рассмотрено на основании п. 6 ч. 2 ст. 23.3 КоАП РФ сотрудником государственной инспекции безопасности дорожного движения, имеющим специальное звание, в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ.

Как видно из материалов дела, 26.08.2017 в 10 час. 17 мин. в г. Томске на ул. С.Лазо, 10 водитель ФИО1, управляя транспортным средством «ВАЗ-21101», государственный регистрационный знак /__/, в нарушение требований п. 8.1 Правил дорожного движения, выполнил небезопасный маневр влево, тем самым, создав опасность для движения, а также помеху другому участнику дорожного движения, совершил столкновение с движущимся попутным автомобилем «Хонда ODYSSEY», государственный регистрационный знак /__/, который впоследствии столкнулся с транспортным средством «ПАЗ 32054», государственный регистрационный знак /__/.

Фактические обстоятельства дела подтверждаются: схемой административного правонарушения, объяснениями участников ДТП, заключением эксперта от 29.08.2017 № 188 и другими материалами дела.

Вопреки доводам жалобы ФИО1, его показания, а также показания свидетелей Б., К. оценены в совокупности с другими исследованными по делу доказательствами. Мотивы критической оценки показаний названных лиц соответствуют обстоятельствам дела и положениям ст. 26.11 КоАП РФ.

Согласно схеме административного правонарушения ширина проезжей части, где произошло столкновение, составляет 10,6 м, полоса попутного направления по ходу движения автомобилей «ВАЗ-21101», государственный регистрационный знак /__/, и «Хонда ODYSSEY», государственный регистрационный знак /__/, составляет 5,4 м, место столкновения указанных автомобилей от правого (по ходу их движения) края проезжей части составляет 2,9 м. В схеме обозначено местоположение названных транспортных после ДТП, с привязкой их осей к правому (по ходу их движения) краю проезжей части.

Довод жалобы ФИО1 о том, что схема административного правонарушения не соответствует реальной дорожно-транспортной ситуации, объективно ничем не подтверждается. Схема административного правонарушения, составленная 26.08.2017, содержит все имеющие значение для правильного разрешения настоящего дела сведения, относящиеся к исследуемому событию, была подписана без замечаний водителями –участниками ДТП, в том числе ФИО1

Что касается представленной стороной защиты схемы проекта организации дорожного движения, то судья районного суда пришел к верному выводу о том, что названая схема сама по себе не оспаривает схему административного правонарушения, составленную 26.08.2017, положенную в основы выводов о виновности ФИО1

Из заключения эксперта от 29.08.2017 № 188 следует, что при столкновении попутных транспортных средств контактировали передняя правая часть автомобиля «Хонда ODYSSEY», государственный регистрационный знак /__/, направление повреждений от передней части автомобиля к задней и левая боковая часть автомобиля «ВАЗ-21101», государственный регистрационный знак /__/, направление повреждений от задней части автомобиля к передней.

Эксперт Л. имеет высшее техническое образование, стаж экспертной работы с 2008 года, имеет право производства экспертиз по исследованию следов на транспортных средствах и месте ДТП, осуществляет экспертную деятельность в государственном экспертном учреждении – Экспертно-криминалистическом центре УМВД России по Томской области. При поручении производства экспертизы был предупрежден об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 17.9 КоАП РФ. Содержащиеся в заключении эксперта Л. от 29.08.2017 № 188 выводы логичны, последовательны, основаны на результатах осмотра повреждений транспортных средств, материалах дела, исследованных им в соответствии с методическими рекомендациями, изложенными в специальной методической литературе, список которой приведен в заключении эксперта. В этой связи оснований не доверять названному заключению эксперта не имеется.

Мотивы, по которым заключение специалиста от 07.10.2017 № 36/2017 признано судьей районного суда недопустимым доказательством, подробно изложены в обжалуемом решении и являются правильными.

В соответствии с п. 1.2 ПДД РФ используются следующие основные понятия и термины "Проезжая часть" - элемент дороги, предназначенный для движения безрельсовых транспортных средств; "Полоса движения" - любая из продольных полос проезжей части, обозначенная или не обозначенная разметкой и имеющая ширину, достаточную для движения автомобилей в один ряд; "Перестроение" - выезд из занимаемой полосы или занимаемого ряда с сохранением первоначального направления движения; "Опережение" - движение транспортного средства со скоростью, большей скорости попутного транспортного средства.

Как установлено п. 9.1 ПДД РФ, количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

По смыслу ПДД РФ термин "Полоса движения", предусматривая ее минимальную ширину, достаточную для движения автомобилей в один ряд, не исключает возможность движения по полосе движения автомобилей более чем в один ряд. Исходя из содержания термина "перестроение", маневрирование (любое перемещение) в пределах обозначенной разметкой полосы, по которой движение возможно только в один ряд, перестроением являться не будет. Если по стечению обстоятельств полоса движения позволяет двигаться по ней более чем в один ряд, обеспечив необходимый безопасный боковой интервал, то требованиям ПДД РФ это противоречить не будет. Прямого запрещения на движение транспортных средств по одной полосе в два ряда в ПДД РФ нет. При этом с учетом определения термина "перестроение" несмотря на то, что движение осуществляется в пределах одной полосы, выезд из ряда в таком случае будет считаться перестроением.

Данные о ширине полосы движения попутного направления – 5,4 м, о расстоянии от правого по ходу движения транспортных средств «Хонда ODYSSEY» и «ВАЗ-21101» края проезжей части до места их столкновения – 2,9 м, а также данные о локализации контактирующих частей указанных транспортных средств, как это следует из заключения эксперта от 29.08.2017 № 188 и справки о ДТП, приводят к выводу о том, что ширина полосы попутного направления позволяла двигаться двум транспортным средствам («Хонда ODYSSEY» и «ВАЗ-21101») в попутном направлении в два ряда, обеспечивая с учетом стандартной ширины легковых автомобилей необходимый безопасный боковой интервал, поскольку расстояние от места столкновения до полосы (стороны проезжей части), предназначенной для встречного движения, составляет – 2,5 м (5,4 м – 2,9 м).

При наличии возможности двигаться двум транспортным средствам («Хонда ODYSSEY» и «ВАЗ-21101») в попутном направлении в два ряда в пределах одной полосы, движение транспортного средства «Хонда ODYSSEY» со скоростью большей скорости попутного транспортного средства «ВАЗ-21101» охватывается предусмотренным п. 1.2 ПДД термином опережение, не предполагающим в отличие от термина «обгон» выезд на полосу (сторону проезжей части), предназначенную для встречного движения.

Место столкновения названных автомобилей от правого края проезжей части на удалении – 2,9 м объективно указывает на то, что при столкновении с автомобилем «ВАЗ-21101» на момент первоначального контакта автомобиль «Хонда ODYSSEY» находился в пределах полосы попутного направления.

То, что транспортное средство «ВАЗ-21101» не занимало крайнее левое положение на полосе попутного направления, а двигалось в пределах полосы попутного направления, перестраиваясь с правого ряда в левый ряд, где в пределах полосы попутного движения двигался автомобиль «Хонда ODYSSEY», подтверждается как схемой административного правонарушения, подписанной водителями без замечаний, на которой с учетом обозначенных расстояний от правого края проезжей части до следов торможения автомобиля «ВАЗ-21101» прослеживается траектория этих следов торможения, обращенная в сторону левого ряда полосы попутного направления; так и исследовательской частью заключения эксперта от 29.08.2017 № 188, содержащей промежуточный вывод о том, что в момент столкновения угол между продольными осями транспортных средств составлял около 7 градусов, согласно приведенной экспертом иллюстрации № 10 при первоначальном контакте автомобиль «Хонда ODYSSEY» расположен позади, слева от транспортного средства «ВАЗ-21101», при этом продольная ось автомобиля «ВАЗ-21101» отклонена около 7 градусов к оси автомобиля «Хонда ODYSSEY», описанием локализации повреждений автомобиля, а также объяснением водителя ФИО1 от 28.08.2017 о его намерении в момент, предшествующий столкновению автомобилей, повернуть налево.

Вопреки утверждению ФИО1 в жалобе, подача сигнала указателями поворота преимущества водителю не дает и от принятия мер предосторожности его не освобождает (п. 8.2 ПДД РФ).

Таким образом, анализ приведенных выше и других исследованных по делу доказательств указывает на несостоятельность доводов ФИО1 об отсутствии у него обязанности уступить дорогу автомобилю «Хонда ODYSSEY», осуществлявшему опережение по левому ряду (в пределах одной полосы движения). Поскольку указанная обязанность водителем ФИО1 не была выполнена, вывод о его виновности является правильным.

Содеянное ФИО1 верно квалифицировано по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

Сроки давности привлечения к административной ответственности соблюдены. Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, не имелось.

Административное наказание назначено виновному в соответствии с санкцией ч. 3 ст.12.14 КоАП РФ.

Судья районного суда проверил дело об административном правонарушении в полном объеме, нарушений требований КоАП РФ при привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ не усмотрел. Оценив изложенные во внесенной в районный суд жалобе доводы защитника Лекаревой Л.В. в интересах ФИО1, а также доводы, представленные им и его защитником в судебном заседании, судья районного суда мотивированно их отклонил, основываясь на материалах дела и положениях КоАП РФ, подробный анализ которых приведен в обжалуемом решении судьи.

Несогласие ФИО1 и его защитника Локтионовой В.А. с оценкой доказательств, положенных в основу выводов о его виновности в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, не свидетельствует о том, что должностным лицом, вышестоящим должностным лицом и судьей районного суда при рассмотрении соответственно дела об административном правонарушении и жалоб допущены нарушения предусмотренных КоАП РФ процессуальных требований, не позволивших всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Оснований, влекущих отмену или изменение обжалуемых постановления должностного лица, решения вышестоящего должностного лица, решения судьи районного суда, в жалобе ФИО1 и в выступлениях его защитника не приведено и в ходе судебного разбирательства не установлено.

Вопросы о виновности водителя М. в нарушении Правил дорожного движения предметом настоящего судебного разбирательства являться не могут, а потому доводы жалобы ФИО1 в указанной части рассмотрению не подлежат.

Что касается доводов, связанных с установлением лица, виновного в дорожно-транспортном происшествии, то вопросы причинно-следственной связи между нарушением Правил дорожного движения РФ участниками дорожного движения и наступившим последствием в виде столкновения транспортных средств подлежат выяснению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, судья Томского областного суда

решил:

решение судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 23 марта 2018 года, вынесенное в отношении ФИО1, которым отказано в удовлетворении жалобы на постановление инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Томску от 14.09.2017 и решение командира ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Томску от 29.09.2017 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья Томского областного суда А.А. Цой