*** 

*** 2-1495/2025

***

ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

5 ноября 2025 г. город Кола

Кольский районный суд Мурманской области в составе председательствующего судьи Лимоновой Н.В.,

при секретаре Андроповой О.А.,

с участием истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «ОТП Финанс» о признании договора займа недействительным, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеобозначенным иском к ООО МФК «ОТП Финанс», указав в обоснование, что *** между ответчиком и неустановленным лицом, действующим от имени истца, заключен договор № о предоставлении с уплатой процентов займа в размере *** в срок до *** Кроме того, в рамках указанного договора от имени ФИО2 было подано заявление в АО СК «Ренессанс Жизнь» о добровольном страховании жизни и здоровья от несчастных случаев и болезней стоимостью 30 300 руб. и согласие на услугу информирования по договору дистанционного комплексного банковского обслуживания банковского счета, открытого в АО «ОТП Банк» для заключения и исполнения договора займа, стоимостью 99 руб. в месяц.

Заявка на заключение договора, а также сам договор и все приложения к нему подписывались от его имени дистанционно с применением электронной подписи, свое волеизъявление на заключение договора он не давал, на смс-сообщение о подтверждении заявки не отвечал, тем не менее, договор займа был заключен, и в тот же день через систему быстрых платежей неизвестными лицами произведено перечисление денежных средств на 7472 руб., 17 295 руб., 15 723 руб., 17 401 руб., после чего АО «ОТП Банк» ограничило операции по счету.

Истец обратился к ответчику о проведении внутренней проверки на предмет мошеннических действий по оформлению договора займа, однако в ходе проверки не установлено признаков мошеннических действий и иных нарушений по оформлении договора.

*** в ОМВД России по Кольскому району Мурманской области ФИО2 направлено заявление о возбуждении уголовного дела по факту мошенничества, в настоящее время по данному заявлению проводится проверка.

В этой связи просил суд признать договор займа № от *** недействительным, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., а также возместить расходы по уплате государственной пошлине.

Определением суда от ***, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены АО «ОТП Банк», АО СК «Ренессанс Жизнь».

Истец ФИО2 в судебном заседании участия поддержал заявленные требования, уточнив, что просит признать обязательства по договору займа отсутствующими.

Ответчик ООО МФК «ОТП Финанс» в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил, возражений относительно заявленных требований в адрес суда не направил.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «ОТП Банк», АО СК «Ренессанс Жизнь» в суд своих представителей не направили, о времени и месте судебного разбирательства дела уведомлены надлежаще.

На основании ч. 3 ст. 167, ст. 233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке в порядке заочного производства, и, заслушав истца, исследовав материалы дела, пришел к следующему. 

Материалами дела подтверждено, что *** от имени ФИО2 

простой электронной подписью подписано заявление о предоставлении займа ООО МФК «ОТП Финанс», а также сам договор №, заключаемый с ООО МФК «ОТП Финанс» о предоставлении займа в размере *** на срок до *** под 45% годовых с даты заключения договора по ***, 22,62% годовых с *** по ***, 1% годовых с *** до конца срока возврата займа; 1% годовых после окончания срока возврата займа.

Одновременно от имени ФИО2 простой электронной подписью подписаны: подтверждение подписания документов электронной подписью с смс-кода, направленного на номер телефона №; соглашение о порядке взаимодействия при возврате просроченной задолженности; два согласия на обработку персональных данных; заявление о предоставлении дополнительных услуг; заявление-оферта на заключение договора банковского счета в АО «ОТП Банк»; заявление-оферта на заключение договора дистанционного комплексного банковского обслуживания в АО «ОТП Банк».

В тот же день АО СК «Ренессанс Жизнь» застраховало жизнь и здоровье ФИО2 как заемщика кредита по полису №

В личном кабинете истца приложения АО «ОТП Банк» зарегистрированы уведомления от *** об одобрении заявки и в *** с кодом подписания договора.

В *** код также направлен АО «ОТП Банк» смс-сообщением на номер мобильного телефона ФИО2 №

Данных о введении и направлении ФИО2 кода материалы дела не содержат, в том числе детализация услуг, оказанных истцу ПАО «Мегафон».

Заемные денежные средства в размере *** зачислены ответчиком *** в *** на расчетный счет №, открытый в АО «ОТП Банк», при этом от последнего в личный кабинет истца тотчас поступило уведомление об оформлении займа.

Также в *** с расчетного счета № произведено списание денежных средств в размере 30 300 руб. в счет оплаты страховой премии по полису №

В *** с указанного расчетного счета через систему быстрых платежей осуществлены переводы денежных средств в банк получателя МТС-Банк на суммы: 7472 руб., 17 295 руб., 15 723 руб., 17 401 руб. 

В *** операции в «ОТП Банк» были ограничены, о чем содержится информация в личном кабинете.

Мобильным телефоном ФИО2 в *** зафиксирован звонок продолжительностью 2 секунды с номера №

Иных звонков с данного номера в этот день истцу не поступало.

Из материалов ОМВД России по Кольскому району Мурманской области видно, что *** ФИО2 обратился в отдел полиции, где сообщил о том, что через мобильное приложение «ОТП Банк», установленное в связи с ранее оформленным кредитным договором, *** он обнаружил заключение *** от его имени кредитного договора и списание полученных денежных средств. 

Аналогичные пояснения истец дал в ходе судебного разбирательства, дополнив их сведениями о том, что *** имела место еще одна попытка неустановленного лица получить заем от его имени, что получило свое подтверждение в приобщенных к материалам дела скриншотах страниц мобильного приложения «ОТП Банк» об отправленных банком уведомлениях с кодами, которые перестали приходить ему только после оформления самозапрета на заключение договоров потребительского займа (кредита).

По предоставленной телефонограммой информации старшего оперуполномоченным уголовного розыска ОМВД России по Кольскому району Мурманской области ФИО1 *** по обращению ФИО2 вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пп. 2 и 3 ст. 434 данного кодекса.

Пункт 1 ст. 807 ГК РФ гласит о том, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Частью 1 ст. 808 ГК РФ определено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановления Пленума Верховного Суда № 25) разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ).

Статьей 168 ГК РФ предусмотрено, что, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Данная позиция отражена в п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г.

Положения ст. ст. 153, 420 ГК РФ о сделках указывают на волевой характер действий ее участников.

В п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда № 25 содержится разъяснение о том, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела она может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или п. 2 ст. 168 названного Кодекса. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пп. 7 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда № 25).

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Так, ст. 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) наделяет потребителя правом на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

На основании п. 2 данной статьи, названная информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, регламентирована также ст. 10 Закона о защите прав потребителей.

В п. 44 Постановления от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» Пленумом Верховного Суда Российской Федерации отмечено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (ст. 12 названного Закона). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством РФ (п. 1 ст. 10 этого Закона). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее – Закон о потребительском займе), исходя из которого договор потребительского займа состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (ч.ч. 1, 3, 4 ст. 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и другие (ч. ч. 1 и 9 ст. 5).

Из положений ст.ст. 5, 7 Закона о потребительском займе следует, что заключение договора потребительского займа предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Таким образом, ответчик должен доказать выполнение указанной обязанности, а также представить сведения о том, каким образом в соответствии с Законом о потребительском кредите сторонами согласовывались индивидуальные условия договора, кем было сформулировано условие о переводе денежных средств в другой банк, а также кем проставлялись в кредитном договоре отметки, подтверждающие ознакомление потребителя с условиями договора и согласие с ними.

Данная позиция отражена в Обзоре судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденном Президиумом Верховного Суда Пленума Верховного Суда Российской Федерации 18 октября 2023 г.

Частью 2 ст. 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» (далее – Закон об электронной подписи) дано определение простой электронной подписи – это электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Частью 2 ст. 6 Закона об электронной подписи информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям ст. 9 данного Федерального закона.

Статьей 9 Закона об электронной подписи электронный документ считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий:

1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;

2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

Частью 2 этой же статьи закреплено, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

В определении от 13 октября 2022 г. № 2669-О Конституционный Суд Российской Федерации высказался о том, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Тем самым при заключении договора потребительского займа, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского займа должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Такое суждение содержится в Определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2023 г. № 19-КГ23-32-К5, от 10.12.2024 N 57-КГ24-8-К1.

Положениями ст. 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» при приеме к исполнению распоряжения клиента на оператора по переводу денежных средств возложена обязанность удостовериться в праве клиента распоряжаться денежными средствами, проверить реквизиты перевода, достаточность денежных средств для исполнения распоряжения клиента, а также выполнить иные процедуры приема к исполнению распоряжений клиентов, предусмотренные законодательством Российской Федерации.

Если право клиента распоряжаться денежными средствами не удостоверено, а также если реквизиты перевода не соответствуют установленным требованиям, оператор по переводу денежных средств не должен принимать распоряжение клиента к исполнению и направляет клиенту уведомление об этом не позднее дня, следующего за днем получения распоряжения клиента.

Оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

По смыслу положений Федерального закона от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Положения Банка России от 2 марта 2012 г. № 375-П «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» с учетом ст. 9 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» и письма Банка России от 27 апреля 2007 г. № 60-Т, если при реализации правил внутреннего контроля банка операция, проводимая по банковскому счету клиента квалифицируется в качестве подозрительной операции, кредитная организация вправе ограничить предоставление клиенту обслуживание с использованием дистанционного доступа к банковскому счету до прекращения действия обстоятельств, вызвавших подозрения в совершении мошеннических действий с картой, либо обстоятельств, свидетельствующих о риске нарушения законодательства Российской Федерации и вовлечения кредитной организации в противоправную деятельность, а также отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции.

На основании п. 5.2. Положения Банка России от 17 апреля 2019 г. № 683-П «Об установлении обязательных для кредитных организаций требований к обеспечению защиты информации при осуществлении банковской деятельности в целях противодействия осуществлению переводов денежных средств без согласия клиента» кредитные организации должны обеспечивать регламентацию, реализацию, контроль (мониторинг) технологии обработки защищаемой информации, указанной в абзацах втором - четвертом п. 1 настоящего Положения, при совершении следующих действий: идентификация, аутентификация и авторизация клиентов при совершении действий в целях осуществления банковских операций; формирование (подготовка), передача и прием электронных сообщений; удостоверение права клиентов распоряжаться денежными средствами; осуществление банковской операции, учет результатов ее осуществления; хранение электронных сообщений и информации об осуществленных банковских операциях.

Пункт 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, установленными приказом Банка России от 27 июня 2024 г. № ОД-1027, к таким признакам относит несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Как предписывается Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 5 сентября 2023 г. № 18-КГ23-99-К4, по делам указанной категории должна быть дана оценка тому, должен ли был Банк, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, принять во внимание несоответствие устройства, с использованием которого совершались операции, устройству, обычно используемому клиентом, характер операции - получение кредитных средств с одновременным их перечислением в другой банк на счет карты, принадлежащий другому лицу, и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.

Также Судебная коллегия отметила, что такой упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному положениями Закона о потребительском кредите, и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим Федеральным законом, так и Законом о защите прав потребителей.

В частности, составление договора в письменной форме с приведением индивидуальных условий в виде таблицы по установленной Банком России форме, с указанием полной стоимости кредита, с напечатанными отметками (V) напротив строк об ознакомлении и о согласии с различными условиями договора и т.п. лишено всякого смысла, если фактически все действия по предоставлению потребительского кредита сводятся к направлению банком потенциальному заемщику SMS-сообщения только с краткой информацией о возможности получить определенную сумму кредита путем однократного введения цифрового кода.

В рассматриваемом случае при заключении договора займа ответчиком сформировано несколько условий, требующих волеизъявление клиента: подтверждение подписания документов электронной подписью с смс-кода, направленного на номер телефона 

<

***>; соглашение о порядке взаимодействия при возврате просроченной задолженности; два согласия на обработку персональных данных; заявление о предоставлении дополнительных услуг; заявление-оферта на заключение договора банковского счета в АО «ОТП Банк»; заявление-оферта на заключение договора дистанционного комплексного банковского обслуживания в АО «ОТП Банк».

Между тем для подписания всех этих документов было затребовано однократное введение кода, при этом данных о том, что истцом был исполнен данный запрос, не имеется.

В то же самое время для кредитной организации, как профессионального участника рынка услуг, является очевидным уязвимость технических средств граждан, с использованием которых осуществляется взаимодействие с кредитной организацией, возможность доступа иных лиц к сведениям, направляемым посредством смс-сообщений, как путем обмана, так и с использованием сторонних программ.

Данное обстоятельство предполагает принятие кредитной организацией исчерпывающих мер предосторожности для подтверждения того, что операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.

Вместе с тем ответчиком не представлено доказательств принятия мер по установлению фактического лица, который формирует заявку на предоставление займа и распоряжение средствами от имени ФИО2, проверке представленных сведений, а также его информированию в установленной форме об условиях договора и распоряжении суммы займа.

Представленные сведения и доказательства свидетельствуют о том, что ответчиком не только не предпринимались какие-либо дополнительные меры предосторожности, но и не совершались необходимые действия по проверке действительности представленных сведений и платежеспособности клиента.

Однако в ходе рассмотрения дела ответчиком не представлено доказательств не только заключения договора займа в надлежащей форме, но и реального исполнения договора, поскольку фактически денежные средства не поступали в распоряжение ответчика, а счет ответчика был формально использован для передачи средств неустановленным лицам.

При данных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что договор займа является ничтожной сделкой, заключенной в результате мошеннических действий при отсутствии волеизъявления истца при несоблюдении формы договора.

В этой связи суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истца в части признания договора займа недействительным, обязательств по договору займа отсутствующими. 

Рассматривая требования истца о компенсации морального вреда, суд учитывает, что Закон о защите прав потребителей регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Его преамбулой к потребителю отнесен гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

По настоящему делу требования ФИО2, напротив, основаны на том, что в отношения с юридическим лицом по поводу получения займа он не вступал, договор от его имени заключен неустановленным лицом.

Следовательно, ФИО2 потребителем услуг ООО МФК «ОТП Финанс» не являлся, договор потребительского займа между сторонами не заключался, в результате чего таковой подлежит признанию недействительным. Тем самым оснований для применения к спорным правоотношениям Закона о защите прав потребителей и взыскания в его пользу компенсации морального вреда не имеется.

Иных оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда истцом не приведено, доказательств причинения действиями ответчика нравственных и физических страданий не представлено, что также исключает возможность удовлетворения заявленных требований в соответствующей части.

По правилам ст. 98 ГПК РФ государственная пошлина, уплаченная истцом, подлежит возмещению ответчиком.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 *** к обществу с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «ОТП Финанс» *** о признании договора займа недействительным, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать договор потребительского займа №, заключенный ФИО2 с обществом с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «ОТП Финанс» ***, недействительным, обязательства ФИО2 по договору потребительского займа № – отсутствующими. 

В удовлетворении требований ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «ОТП Финанс» о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «ОТП Финанс» в пользу ФИО2 в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины 3000 руб.

Ответчик вправе подать в Кольский районный суд Мурманской области заявление об отмене решения в течение семи дней со дня вручения им копии решения. 

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда от отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий *** Н.В. Лимонова

***