Пунев Е.И. дело №22-4790/20

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 24 сентября 2020 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Амвросова О.П.,

при секретаре Кийло Г.И., 

с участием: прокурора Ахмадова М.В., 

адвоката Петренко Н.А., предоставившей ордер № 139835 от 24.09.2020 и удостоверение № 3670, выданное УМЮ/УФРС РФ по СК, 

адвоката Князева Г.И., предоставившего ордер № от ДД.ММ.ГГГГ и удостоверение №, выданное УМЮ/УФРС РФ по СК, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя прокуратуры 

<

адрес> ФИО6, апелляционные жалобы адвокатов ФИО5 и ФИО7 в интересах осужденного ФИО1 на приговор Кочубеевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин РФ, несудимый, осужден по ч.1 ст. 222 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 4 месяца, с установлением перечня ограничений, изложенных в приговоре суда.

Заслушав доклад судьи ФИО9, изложившего обстоятельства дела, доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, мнения участников процесса, суд

установил:

по приговору Кочубеевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден незаконное хранение по месту своего жительства - в 

<

адрес> домовладения № по 

<

адрес> в 

<

адрес> огнестрельного оружия - обреза огнестрельного, гладкоствольного, двуствольного, охотничьего ружья модели 72 

<

данные изъяты> заводской номер «№», 12 калибра, изготовленный самодельным способом, методом внесения в конструкцию ружья модели 

<

данные изъяты> заводской номер «№», 12 калибра, изготовленном предприятием фирмы «№), в апреле 1950 года изменений, а именно укорочения стволов путем их отпиливания до остаточной длины № мм, общая длина обреза № мм, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ставит вопрос об изменении приговора в части разрешения вопроса о вещественных доказательствах. Указывает, что решение суда об уничтожении вещественного доказательства – огнестрельного оружия по вступлении приговора в законную силу незаконно, так как ДД.ММ.ГГГГ дознавателем ОД ОМВД России по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 223 УК РФ, по факту незаконного изготовления неустановленным лицом предмета по внешним признакам похожий на обрез двуствольного охотничьего ружья, который является обрезом огнестрельного, гладкоствольного, двуствольного охотничьего ружья, и который был изъят у ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ. Просит приговор изменить, указать в резолютивной части приговора о хранении вещественных доказательств в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по 

<

адрес>.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО7 находит приговор незаконным и подлежащим отмене. Считает, что приговор постановлен на предположениях, вина ФИО1 в хранении огнестрельного оружия не нашла своего подтверждения, не был также установлен факт приобретения или изготовления указанного оружия. В материалах уголовного дела нет и суду не представлено доказательств того, что именно ФИО1 незаконно хранил огнестрельное оружие. Ссылаясь на положения Инструкции о порядке проведения сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации гласного оперативно-розыскного мероприятия обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, утвержденной приказом МВД РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 199, считает, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, а именно, результаты ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и ТС», проведенного до возбуждения уголовного дела, ввиду отсутствия на то соответствующего рапорта. По мнению защитника, фактически в жилых помещениях был проведен обыск до возбуждения уголовного дел и с нарушением требований, установленных ст. 182 УПК РФ.

Кроме того, акт о проведении гласного оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, сооружений, участком местности и транспортных средств» составлен с существенными нарушениями требований Закона об ОРД и УПК РФ и является недопустимым доказательством, поскольку составлен при участии свидетелей, проходивших лечение от наркотической и алкогольной зависимости. Указанные лица проходили лечение, принимали лекарственные средства и могли не в полной мере понимать свои права и обязанности при проведении оперативно-розыскного мероприятия. Свидетельством этого являются противоречивые и не соответствующие действительности их показания. Кроме того, в Акте не отражен ход проведения обследования (обыска) помещений хозяйственных построек и помещения гаража; и его результат. Не указан и не отражен ход проведения обследования (обыска) территории двора домовладения. Не указаны и не отражены сведения о месте нахождения в помещении квартиры каждого участника ОРМ до начала и во время проведения обследования (обыска) в помещении квартиры. Не указаны и отсутствуют сведения о том, предъявлялся ли изъятый предмет участвующим лицам, присутствовали ли участвующие лица при обнаружении изымаемого предмета, и в каком именно месте помещения квартиры находились они в момент обнаружения и изъятия предмета. Не указаны индивидуальные признаки изымаемого предмета. Время в данном акте указано недостоверно и не точно. Имеются не оговоренные исправления. Ход оперативно-розыскного мероприятия зафиксирован (отражен) в указанном акте не полно. Обследование и продолжительность времени обследования (обыска) хозяйственных построек, гаража и территории двора домовладения в акте вообще не отражены. Свидетели ФИО10 в судебном заседании показали, что во время проведения обследования жилого помещения, приглашенные лица не все время находились в помещении, где проводилось обследование, их не было и в тот момент, когда был обнаружен обрез. 

Вместе с тем, используя показания свидетелей ФИО11 в качестве допустимого доказательства, и обосновывая выводы о виновности ФИО1 совокупностью доказательств, к числу которых были отнесены и показания этих свидетелей, суд допустил нарушение требований уголовно-процессуального закона, регламентирующих правила собирания, проверки и оценки доказательств. При этом суд первой инстанции незаконно использовал в качестве доказательства объяснение ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ.

Помимо изложенного, протокол изъятия документов (предметов, материалов) от ДД.ММ.ГГГГ составлен с нарушением требований ст. 182, 183 УПК РФ и является незаконным и не может быть положен в основу приговора. В соответствии с изложенным защита считает, что виновность ФИО1 в незаконном хранении огнестрельного оружия материалами уголовного дела и в ходе судебного следствия не доказана. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО5 указывает на незаконность и несправедливость приговора суда. Подробно анализируя установленные обстоятельства дела и доказательства по нему с точки зрения защиты, считает, что приговор основан на предположениях. Вина ФИО1 в хранении огнестрельного оружия не доказана и не нашла своего подтверждения. В материалах уголовного дела нет и суду не представлено доказательств того, что именно ФИО1 незаконно хранил огнестрельное оружие (обрез), а также не имеется доказательств того, что оно принадлежит именно ему. 

Кроме того, суд первой инстанции не установил время, место, способ совершения, мотив, цель, что в соответствии с п. 2 ст. 389.15 УПК РФ, п. 1 ч. 1ст. 389.18 УПК РФ, является основанием для отмены приговора. 

Описательно - мотивировочная часть обвинительного приговора не соответствует обязательным требованиям п.1. ст. 307 УПК РФ. Обвинительный акт не соответствует требованиям п.4 ч. 1 ст.225 УПК РФ. Приводит аналогичные доводам апелляционной жалобы ФИО7 доводы в части недоказанности вины ФИО1 со ссылкой на незаконность имеющихся в материалах дела доказательств, а именно, результатов ОРМ, а также показаний свидетелей. Подробно анализирует каждое из представленных доказательств. Обращает внимание на то, что, фактически, в жилом помещении, принадлежащем ФИО8 был проведен обыск до возбуждения уголовного дела с нарушением требований, установленных ст. 182 УПК РФ, что свидетельствует о недопустимости указанного доказательства, равно как и протокола изъятия от ДД.ММ.ГГГГ. Указывает на противоречивость показаний свидетелей ФИО17. Считает, что суд первой инстанции нарушил принцип состязательности сторон, поставив сторону защиты в неравное положение со стороной обвинения, что дает основания полагать, что суд первой инстанции встал на сторону обвинения и вел судебное следствие с обвинительным уклоном. Свидетели ФИО14 в судебном заседании показали, что во время проведения обследования жилого помещения, приглашенные лица не все время находились в помещении, где проводилось обследование, их не было и в тот момент, когда был обнаружен обрез. Но данное обстоятельство судом первой инстанции не было учтено, что существенно повлияло на выводы суда. В протоколы опроса ФИО15 сотрудниками полиции ФИО13 были сделаны исправления времени начала и окончания опроса, которые не оформлены удостоверительной записью и подписями должностного лица, в связи с чем исправления являются незаконными. Судом первой инстанции не установлено фактическое время опроса данных лиц, следовательно, время в протоколах опроса считается не указанным, что является нарушением требований п.1 ч. 3 ст. 166 УПК РФ, а протоколы опроса ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ не соответствуют требованиям п.1 ч.3 ст.166 УПК РФ. Считает, что сотрудники ненадлежащим образом установили личность привлеченных по делу лиц. Судом первой инстанции незаконно были воспроизведены в суде показания ФИО1, в связи с чем нарушены требования п.1 ч.2 ст. 75 УПК РФ. Акт опроса ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ был незаконно положен в основу приговора, т.к. сведения, указанные в данном акте и сам акт, ФИО1 не подтвердил, право на защиту не было предоставлено и защитника не было, а также ему не были разъяснены процессуальные права о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу. По мнению защиты, суд незаконно отклонил ходатайство о признании данного акта недопустимым доказательством. Также суд первой инстанции в качестве доказательств незаконно использовал показания свидетелей обвинения ФИО16, т.к. данные показания основаны на предположении и слухе, т.е. основаны на сведениях, которые якобы услышаны от ФИО1, а выводы суда о том, что показания свидетелей защиты ФИО2 и ФИО3 не доказывают и не опровергают факт совершения ФИО1 преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и показаниям данных свидетелей, которые отражены в протоколе судебного заседания. Экспертные заключения не доказывают и не являются доказательством вины ФИО1 в хранении обреза, т.к. являются лишь подтверждением того, что обрез пригоден для стрельбы и является огнестрельным. Вывод суда о том, что двуствольный обрез принадлежит ФИО1, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела и материалам дела. Вывод суда о том, что суд считает несостоятельным довод защиты о заболевании ФИО1, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела и материалам дела, т.к. в материалах дела имеются заключения врачебных комиссий и врачей, в которых указано, что ФИО1 является инвалидом, имеет органическое поражение головного мозга ввиду перенесенных инсультов, имеет заторможенность мышления и тугоухость. 

Считает незаконными отказы в удовлетворении ходатайства защиты о вызове свидетеля ФИО18, который располагает сведениями, что ФИО8 находилась на работе и не принимала участия в ОРМ, а также ходатайства о приобщении фотографий дивана и комнаты, в которой обнаружен обрез. По мнению защитника, указанные обстоятельства имеют существенное значение для дела. 

Таким образом, обвинительный приговор основан на недопустимых доказательствах по делу, а виновность ФИО1 в незаконном хранении огнестрельного оружия материалами уголовного дела и в ходе судебного следствия не доказана.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор в отношении ФИО1

В возражениях на апелляционное представление адвокаты подробно приводят доводы своих апелляционных жалоб, указывая на недоказанность вины ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, а также на незаконность приговора суда. Находят несостоятельным довод государственного обвинителя о том, что суд правильно установил фактические обстоятельства уголовного дела и дал юридическую оценку содеянному.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд приходит к следующим выводам.

Предварительное расследование и судебное разбирательство по уголовному делу проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, всесторонне и полно с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон.

В приговоре содержится описание преступных действий ФИО1 в отношении инкриминированного ему преступления с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, с изложением доказательств виновности по подтвержденному в суде обвинению.

Вопреки доводам апелляционных жалоб судом первой инстанции приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом, сформулированы выводы о квалификации действий осужденного, а также по другим вопросам, подлежащим разрешению при постановлении приговора.

Акт опроса ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, вопреки доводам жалоб, не был положен в основу приговора, как доказательство его виновности.

Из протокола судебного заседания усматривается, что судом тщательно проверены все доводы, представленные в защиту осужденного, и каждому из таких доводов дана подробная и правильная оценка, с приведением убедительных мотивов. 

Ходатайства сторон, в том числе о возращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, об исследовании дополнительных доказательств, о вызове свидетелей, судом первой инстанции разрешены в строгом соответствии с законом, решения по ходатайствам являются мотивированными и сомнений в законности и обоснованности у судебной коллегии не вызывают. Право стороны защиты на представление доказательств в ходе судебного разбирательства дела не нарушено.

Доводы стороны защиты об отсутствии в деле доказательств вины осужденного в преступлении, за совершение которого он осужден, в том числе о том, что огнестрельное оружие не принадлежит ФИО1, опровергаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Вопреки доводам жалоб, судом оценены показания всех свидетелей защиты и в приговоре приведены мотивы, по которым он не признал их свидетельствующими о невиновности.

Показания свидетелей защиты о незаконности проведенного обыска у ФИО8 и об обстоятельствах его проведения, получили должную оценку судом первой инстанции, с которой согласен суд апелляционной инстанции в полной мере. 

Доводы о незаконности результатов ОРМ также оценивались судом и были отвергнуты с приведением надлежащих мотивов. Оснований не согласиться с этими мотивами суд не находит.

Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном, а суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается. Оснований полагать, что в ходе предварительного следствия были нарушены права ФИО1, судом не установлено, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Выводы суда первой инстанции о виновности осужденного в совершении инкриминированного ему преступления, вопреки утверждениям авторов апелляционных жалоб об обратном, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и взаимно дополняющих друг друга показаниях свидетелей, протоколах следственных действий, заключениях экспертов и иных допустимых и достоверных доказательствах, исследованных в судебном заседании, которые подробно приведены в приговоре.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, установлены правильно.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности ФИО1, неправильном применении уголовного закона, как и об обвинительном уклоне суда.

Действия ФИО1 получили правильную юридическую квалификацию по ч. 1 ст. 222 УК РФ.

При назначении наказания судом первой инстанции учтены характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Состояние здоровья осужденного, вопреки доводам жалобы, надлежащим образом учтено судом первой инстанции.

Суд первой инстанции обосновал свое решение о назначении виновному наказания в виде ограничения свободы, что не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции, не усмотрев оснований для применения положений стст. 53.1, 64, 73 УК РФ. 

В связи с указанным, доводы апелляционных жалоб адвокатов ФИО5 и ФИО7 подлежат отклонению.

Вместе с тем, в приговор следует внести изменения по доводам апелляционного представления. 

Судом, при разрешении вопроса о вещественных доказательствах, не учтено, что ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 223 УК РФ, по факту изготовления огнестрельного оружия, изъятого ФИО1 В настоящее время дознание по данному уголовному делу не окончено.

В связи с указанным, данное вещественное доказательство должно храниться при материалах уголовного дела в целях использования в процессе доказывания в случае установления лица, изготовившего это огнестрельное оружие.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым внести изменения в приговор в указанной части.

Руководствуясь стст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд 

постановил:

приговор Кочубеевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ изменить в части разрешения судьбы вещественного доказательства, указав:

- обрез гладкоствольного двуствольного охотничьего ружья модели 

<

данные изъяты>°, заводской номер «№», 12 калибра, находящийся в полимерном пакете черного цвета, горловина которого обвязана нитью, концы которой скреплены отрезком бумаги с оттиском печати «ОД ОМВД России по 

<

адрес>» - хранить в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по 

<

адрес> до разрешения уголовного дела №, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 223 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление удовлетворить, апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: