РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 мая 2020 года гор. Нижний Тагил 

Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего Ершовой Т.Е.,

при секретаре судебного заседания Шушаковой В.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России ФИО2, 

представителей третьего лица ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФИО3, ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме видеоконференцсвязи гражданское дело № 2-986/2020 по иску ФИО1 к ФКУ «СИЗО № ГУФСИН России по Свердловской области», ФСИН России о признании действий (бездействий) незаконными, компенсации морального вреда, причиненного здоровью,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в суд города с иском к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, в котором просит признать действия (бездействия) ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН незаконными, взыскать в счет возмещения ущерба, причиненного здоровью 100 000 руб.

В обосновании заявленных требований указано, что за период содержания в ФКУ СИЗО-3 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не содержался в камерах для туберкулезных больных и не имел ранее заболевания туберкулез легких. При поступлении ФИО1 в ФКУ СИЗО-3 проведено флюорографическое обследование органов грудной клетки: декабрь 2017 года патологии не выявлено. За период содержания в ФКУ СИЗО-3 условия содержания, не соответствовали нормам установленным законодательством РФ, а именно повышенная влажность, настенный грибок, температурный режим ниже установленной нормы. Он неоднократно обращался к сотрудникам учреждения, но жалобы оставались без внимания. ДД.ММ.ГГГГ по результатам обследования истцу был установлен диагноз: туберкулез легких. Полагает, что в связи с незаконным переводом в камеру №, где условия содержания были ненадлежащими, что привело к диагностированному заболеванию. В результате допущенных нарушений закона его здоровью причинен вред.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказания России, в качестве третьего лица ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России. 

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал основание и предмет исковых требований, просил удовлетворить в полном объеме. Суду пояснил, что ранее обращался в суд с требованием о компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи. Однако в ходе рассмотрения дела выяснилось, что сотрудниками СИЗО-3 он незаконно переведен в камеру № спецблока, в котором содержится спецконтингент. Бытовые условия в камере № не соответствовали нормам действующего законодательства. Камера № расположена на 3 этаже рядом с прогулочным двориком. С навеса снег тает и течет по стенам камеры, в связи с чем в камере всегда высокая влажность, обледенение стен. Полагает, что заболел туберкулезом в связи с незаконным переводом в указанную камеру, в которой имели место ненадлежащие условия содержания. В связи с заболеванием испытывал физические и нравственные страдания.

Представитель ответчиков ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России ФИО2 в удовлетворении заявленных требований просила отказать в полном объеме, по основаниям, изложенным в письменном отзыве, который приобщен судом к материалам дела. Суду пояснила, что условия содержания ФИО1 в СИЗО-3 исследованы при рассмотрении гражданского дела №. Истец никогда не содержал в камере №. С ДД.ММ.ГГГГ истец был переведен в камеру №, с ДД.ММ.ГГГГ переведен в камеру №. Перевод осуществлен на основании имеющейся оперативной информации о намерении совершить противоправные действия. Полагает, что ответчиком СИЗО-3 каких-либо незаконных действий не допущено, следовательно, отсутствуют основания для возложения обязанности по компенсации вреда. 

Представители третьего лица ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФИО3, ФИО4 в судебном заседании в удовлетворении требований просили отказать, по доводам, изложенным в письменном отзыве. Дополнительно указали, что доказательств наличия причинно-следственной связи между пребыванием осужденного ФИО1 в ФКУ СИЗО-3 и его заболеванием туберкулезом не имеется. Инкубационный период развития туберкулеза длится по разному. 

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам. 

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), содержание которой следует рассматривать в контексте ч. 3 ст. 123 Конституции России и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в том числе требования к помещениям, где они содержатся, регламентированы Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Данным законом установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15); заключённым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, им предоставляется индивидуальное спальное место, норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырёх квадратных метров (статья 23); лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан; администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24).

В целях обеспечения условий содержания лиц, заключенных под стражу, в соответствии с требованиями указанного выше Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и обязательствами, принятыми Российской Федерацией при вступлении в Совет Европы, приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.05.2001 № 161-дсп утверждены Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России).

Согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст. 1 Федерального закона от 30.03.1998 №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Статья 3 названной Конвенции гласит: «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

Как неоднократно отмечал Европейский Суд, страдания и унижение при нарушении ст. 3 Конвенции в любом случае должны превосходить уровень страданий и унижений, неизбежно присутствующих в любом законном обращении или наказании. В соответствии с данным положением Договаривающееся Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении, а также должным образом заботится о здоровье и благополучии с учетом практических требований лишения свободы.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях №663 C (XXIV) от 31.07.1957 и № 2076 (LXII) от 13.05.1977, предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п. 10).

В соответствии со ст.ст. 15, 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Содержание под стражей осуществляется в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Каждому гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В статьях 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статей 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. В случаях, когда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Статьей 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности (ч. 1). Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место (ч. 2). Подозреваемым и обвиняемым выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы (ч. 3). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры (ч. 4). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (ч. 5).

В судебном заседании установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения содержался под стражей в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из справки начальника оперативного отдела ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 содержался под стражей в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. За данные периоды ФИО1 содержался в камерах №, карцер №. ФИО5 был водворен в камеры специального блока № в связи с тем, что на тот период времени и оперативном отделе ФКУ СИЗО-3 имелась оперативная информация о его намерениях совершить противоправные действия и были приняты меры по его изоляция oт других подозреваемых, обвиняемых и осужденных содержащихся и ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, с целью недопущения противоправных действий со стороны ФИО5

В соответствии со справкой филиала МЧ-8 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России, при поступлении ФИО1 в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИИ России по СО проведено флюорографическое обследование органов грудной клетки: декабрь 2017 года патологии не выявлено, июль 2018 года (профилактическое ФГ) - патологии не выявлено. ДД.ММ.ГГГГ по результатам профилактического осмотра и флюорографии органов грудной клетки № у ФИО1 был установлен диагноз: Абсцедирующая верхнедолевая пневмония справа, туберкулез инфильтративный в/доли справа с распадом. Лимфоденопатит внутригрудных лимфоузлов. Оформлено экстренное извещение.

После установления диагноза ФИО1 был изолирован из камеры № и переведен в камеру №, где содержатся больные туберкулезом. 

Проведено эпидемиологическое обследование очага. Проведена заключительная дезинфекция камеры №. Контактное лицо взято на диспансерный учет по 4 ГДУ и назначено профилактическое лечение. Для подтверждения диагноза ФИО1 по наряду был эпанирован в филиал «Областная туберкулезная больница №» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России. 

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил обследование и лечение в филиале «Областная туберкулезная больница №» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России. По прибытию в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИ11 России по СО получал амбулаторное лечение, согласно выписного эпикриза.

Решением Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении требований ФИО1 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказания России о возмещении вреда здоровью в размере 600 000 рублей отказано.

Решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В ходе рассмотрения дела № судом установлено, что медицинская помощь ФИО1 осуществлялась в соответствии с приказом Минюста от 28.12.2017 № 285 «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы», условия содержания отвечали требованиям действующего законодательства.

Разрешая заявленные требования истца о признании незаконными действий сотрудников СИЗО-3 по переводу из камеры № в камеру № суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований не имеется. 

В соответствии с ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" осужденные, отбывающие наказание в исправительных учреждениях, задержанные по подозрению в совершении другого преступления, могут содержаться под стражей в этих учреждениях, но изолированно от осужденных, отбывающих наказание.

Согласно ч. 2 ст. 10 Федеральный закон от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, могут содержаться в тюрьмах или на территориях учреждений, исполняющих наказания, в специально оборудованных для этих целей помещениях, функционирующих в режиме следственных изоляторов.

В силу статьи 15 Федерального Закона N 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Статьей 16 Федерального закона N 103-ФЗ предусматривается, что Правилами внутреннего распорядка устанавливается, в том числе, порядок:

1) приема и размещения подозреваемых и обвиняемых по камерам;

2) проведения личного обыска, дактилоскопирования, фотографирования, а также досмотра вещей подозреваемых и обвиняемых;

3) изъятия у подозреваемых и обвиняемых предметов, веществ и продуктов питания, запрещенных к хранению и использованию;

4) материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых;

5) приобретения подозреваемыми и обвиняемыми продуктов питания, а также предметов первой необходимости и других промышленных товаров;

6) приема и выдачи подозреваемым и обвиняемым посылок, передач;

7) получения и отправления подозреваемыми и обвиняемыми телеграмм, писем, денежных переводов;

8) направления подозреваемыми и обвиняемыми предложений, заявлений и жалоб;

9) отправления подозреваемыми и обвиняемыми религиозных обрядов;

10) привлечения подозреваемых и обвиняемых к труду;

11) участия подозреваемых и обвиняемых в семейно-правовых отношениях и гражданско-правовых сделках;

12) проведения подписки подозреваемых и обвиняемых на газеты и журналы;

13) медико-санитарного обеспечения подозреваемых и обвиняемых;

14) проведения ежедневных прогулок подозреваемых и обвиняемых;

15) проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с лицами, перечисленными в статье 18 настоящего Федерального закона, за исключением свиданий с защитником;

16) обеспечения участия подозреваемых, обвиняемых и подсудимых в следственных действиях и судебных заседаниях;

17) личного приема подозреваемых и обвиняемых начальником места содержания под стражей и уполномоченными им лицами;

18) выдачи тел подозреваемых и обвиняемых, умерших в местах содержания под стражей.

Действующее законодательство не содержит правил перевода обвиняемых в пределах одного исправительного учреждения. 

Их материалов дела следует, что ФИО1 переведен ДД.ММ.ГГГГ из камеры № в камеру № в связи с наличием оперативной информации о его намерениях совершить противоправные действия, сотрудниками приняты меры по его изоляция oт других подозреваемых (обвиняемых) с целью недопущения противоправных действий.

Из справки начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ следует, что согласно плану покамерного размещения в режимном корпусе для лиц из числа спецконтингента, имеющих заболевание туберкулез отведено 9 камер, с порядковой нумерацией с № по №.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности во взаимосвязи с приведенными нормами действующего законодательства, учитывая установленные судом обстоятельства, суд приходит к выводу о законности оспариваемых действий и отсутствии нарушений прав и свобод истца.

Доводы истца о том, что в ноябре 2018 он был помещен в камеру №, где по его мнению условия содержания не соответствуют нормам действующего законодательства, не нашли своего, что подтверждается решением Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что доводы истца о том, что перевод в камеру повлек его заражение болезнью именно в этот период не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, опровергнуты представленными в материалы дела доказательствами. Отсутствует причинно-следственная связь между переводом ФИО1 из одной камеры в другую и наличием заболевания в виде туберкулеза легких. 

Само по себе выявление заболевания туберкулезом у ФИО1 в период его нахождения в ФКУ СИЗО-3 не свидетельствует о том, что осужденный заразился именно в этом учреждении либо ином исправительном учреждении по вине ответчика.

В своих решениях Европейский Суд по правам человека неоднократно указывал на то, что микробактерия туберкулеза может некоторое время находиться в организме в скрытом состоянии без проявления каких-либо клинических симптомов заболевания, а сам по себе факт заражения заявителя туберкулезом во время нахождения в местах лишения свободы не составляет нарушения ст. 3 Конвенции при условии, что больному было предоставлено надлежащее лечение (постановление Европейского Суда от 21.12.2010 по делу "Гладкий против Российской Федерации" и др.).

Таким образом, истец не может утверждать о том, что именно отбывая наказание в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России, в результате действий должностных лиц учреждения он заразился туберкулезом.

Учитывая, что исковые требования основаны на компенсации морального вреда в связи с заболеванием туберкулез легких в то время как причинно-следственная связь между переводом истца в камеры в пределах одного учреждения и заболеванием ФИО1 установлена не была. 

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, истец не привел относимых, допустимых, достаточных и достоверных доказательств противоправности действий должностных лиц ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России и причинно-следственной связи между такими действиями и возникновением заболевания туберкулезом у истца.

Учитывая изложенное, оснований считать, что действия работников исправительной колонии причинили истцу вред здоровью, либо нарушили его личные неимущественные права или посягали на принадлежащие ему другие нематериальные блага, у суда не имеется.

Следует отметить, что действующее законодательство связывает основание возникновения у лица права на компенсацию морального вреда с совершением органом государственной власти или его должностным лицом виновных противоправных действий или бездействий, повлекших нарушение прав и законных интересов этого лица.

Поскольку судом не выявлено таких виновных действий в отношении истца, то основания для возмещения морального вреда отсутствуют.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 не были представлены доказательства совершения противоправных виновных действий ответчиками, повлекших за собой наступление неблагоприятных последствий в виде возникновения у него заболеваний.

Доказательств физических и нравственных страданий, вызванных неправомерными действиями ответчика и причинно-следственной связи между ними ФИО1 не доказано и судом не установлено.

Таким образом, исследовав доказательства по делу и установив юридически значимые обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда. 

Руководствуясь ст.ст.12, 194-199, 320, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ «СИЗО № ГУФСИН России по Свердловской области», ФСИН России о признании действий (бездействий) незаконными, компенсации морального вреда, причиненного здоровью отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы в Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

В окончательной форме решение изготовлено 15 мая 2020 года. 

<

...>

<

...>

Судья - Ершова Т.Е.