САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-38/2025 (22-10188/2024)

Дело 1-62/2024 Судья Копусов С.М.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 11 февраля 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего - судьи Сафоновой Ю.Ю., 

судей: Васюкова В.В., Максименко Ю.Ю.,

с участием:

старшего прокурора апелляционного отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Денищица Е.А.,

осужденного ФИО1, участвующего посредством видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Храмшиной С.Н.,

представителя потерпевшей П1 – адвоката Черткова А.В.,

при секретаре Романчуке Н.С., 

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы и дополнения к ним осужденного ФИО1, адвоката Храмшиной С.Н., представителя потерпевшей П1 – адвоката Черткова А.В., апелляционное представление и дополнения к нему государственного обвинителя – помощника прокурора Приморского района Санкт-Петербурга ФИО2, на приговор Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 22 августа 2024 года, которым

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

...>, 

<

...>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы:

по ч. 2 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении П2) на срок 2 (два) года,

по ч. 3 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении П3) на срок 3 (три) года,

по ч. 4 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении П1) на срок 4 (четыре) года.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания по преступлению в отношении потерпевшего П2 в связи с истечением сроков давности. 

В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем частичного сложения наказаний, ФИО1 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 5 (пять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу. 

На основании положений ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в период с 05 сентября 2019 года по 07 сентября 2019 года, а также с 22 августа 2024 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск П1 к ФИО1 удовлетворен частично. 

С ФИО1 постановлено взыскать в пользу П1 материальный ущерб в размере 4 125 000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Из средств федерального бюджета постановлено выплатить в пользу П1 процессуальные издержки, связанные с явкой к месту производства процессуальных действий, всего в размере 21 602 рубля 60 копеек, возложив оплату непосредственно на Управление Судебного департамента в Санкт-Петербурге, перечислив по предоставленным П1 реквизитам.

С ФИО1 постановлено взыскать в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 21 602 рублей 60 копеек.

Гражданский иск П3 к ФИО1 удовлетворен частично. 

С ФИО1 постановлено взыскать в пользу П3 материальный ущерб в размере 742 000 рублей, исковые требования П3 о взыскании морального вреда - оставлены без рассмотрения, с разъяснением потерпевшей права на обращение с гражданским иском в указанной части в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором разрешены вопрос о мере пресечения и судьба вещественных доказательств.

Доложив материалы дела, заслушав выступления осужденного ФИО1, его защитника-адвоката Храмшиной С.Н., представителя потерпевшей-адвоката Черткова А.В., прокурора Денищица Е.А., судебная коллегия 

УСТАНОВИЛА:

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159 УК РФ, ч.3 ст.159 УК РФ, ч.4 ст.159 УК РФ (преступления в отношении потерпевших П2, П3, П1 соответственно).

Приговором Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 22 августа 2024 года ФИО1 признан виновным и осужден:

- по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по преступлению в отношении П2) за совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину; 

- по ч. 4 ст. 159 УК РФ (по преступлению в отношении П1) за совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере;

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (по преступлению в отношении П3) за совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, в крупном размере.

В обоснование изменения квалификации по преступлению в отношении П2 судом первой инстанции указано, что ФИО1 в полном объеме исполнил взятые на себя обязательства по договору от 18 января 2018 года, заключенному между ним и П2, поскольку по делу №... в Тосненском городском суде Ленинградской области подсудимый принимал участие, что подтверждается протоколом заседания суда от 14 февраля 2018 года, показаниями самого П2, который не оспаривает факт представления ФИО1 его интересов в суде, а также показаниями самого подсудимого. Судом первой инстанции по делу №... принято решение, удовлетворяющее интересам П2, при этом представление интересов клиента при обжаловании решения Тосненского городского суда Ленинградской области от 04 октября 2018 года в суде апелляционной инстанции не входит в предмет договора об оказании юридических услуг от 18 января 2018 года.

С учетом изложенного, по мнению суда первой инстанции, представленными по делу доказательствами опровергается предъявленное ФИО1 обвинение в части хищения денежных средств П2 в сумме 45 000 рублей, совершенное путем обмана, в связи с чем, судом исключено из объема обвинения ФИО1 по преступлению, в отношении потерпевшего П2, как излишне вмененное указание на хищение подсудимым денежных средств потерпевшего «в сумме 45 000 рублей для заключения второго договора с ним (ФИО1) как с физическим лицом», что привело к уменьшению общего размера причиненного потерпевшему П2 ущерба до 220 000 рублей, и квалификацию действий подсудимого с учетом изменения данного квалифицирующего признака, как хищение чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, то есть по ч.2 ст. 159 УК РФ. 

Значительность ущерба, причиненного потерпевшему П2, суд первой инстанции нашел доказанной, исходя из общей суммы похищенного имущества, материального положения потерпевшего П2, являющегося в период совершенного преступления пенсионером.

В апелляционном представлении и дополнениях к нему государственный обвинитель-помощник прокурора Приморского района Санкт-Петербурга ФИО2 полагает приговор суда законным и обоснованным в части принятого судом решения о признании ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159, ч.4 ст.159 УК РФ (преступления в отношении потерпевших П1, и П3), вместе с тем, находит необоснованным решение суда в части квалификации действий ФИО1 по ч.2 ст.159 УК РФ и освобождении осужденного от назначенного наказания по преступлению в отношении П2 в связи с истечением сроков давности на основании п. 3 ч.1 ст.24 УПК РФ, п. «б» ч.1 ст.78 УК РФ.

Отмечает, что согласно материалам дела, потерпевший П2 31 октября 2017 года заключил гражданско-правовой договор с ООО В. стоимостью 60000 руб, по которому компанией предоставлен юрист, в данном случае ФИО1, для правовой помощи клиенту. 

ФИО1, являлся юристом ООО В. на основании гражданско-правового договора №32 от 04 февраля 2017 года, заключенного между ним и ООО В., и в его обязанности в рамках договора входило, в том числе, разработка необходимых документов в установленные сроки, в том числе, договоры, контракты, заявления, приказы, положения, письма; представление интересов клиентов компании в суде, осуществление полного юридического сопровождения проектов по клиентам, которые вверены ему, по которым он назначен куратором, подразумевающее полную организацию процесса предоставления услуг.

Далее, 18 января 2018 года потерпевший П2 заключил дополнительный договор об оказании юридических услуг непосредственно с ФИО1, как с физическим лицом, согласно которому последний обязуется представлять интересы П2 в рамках гражданского дела в Тосненском городском суде Ленинградской области в качестве представителя ответчика, стоимостью 45000 руб., которые потерпевший передал ФИО1

Считает, что ФИО1, имея умысел на хищение денежных средств П2, действуя из корыстных побуждений, фактически заключил договор с аналогичными обстоятельствами, которые указаны в договоре между П2 и ООО В..

При таких обстоятельствах находит необоснованным вывод суда об исполнении ФИО1 в полном объеме взятых на себя обязательств по договору от 18 января 2018 года, поскольку заключение ФИО1 данного договора является способом совершения мошенничества и входит в объективную сторону инкриминируемого преступления, охватывается единым умыслом. Действия ФИО1 в рамках якобы заключенного договора от 18 января 2018 года входили в рамки ранее оплаченного П2 договора с ООО В., о чем ФИО1 было известно.

Также, анализируя разъяснения, содержащиеся в п.32 постановления Пленума ВС РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», автор представления считает, что суд необоснованно снизил сумму ущерба, причиненного преступлением в отношении П2, незаконно переквалифицировал действия осужденного с ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч.2 ст.159 УК РФ и освободил его от назначенного наказания по преступлению в отношении П2 в связи с истечением сроков давности на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, п. «б» ч.1 ст.78 УК РФ.

Кроме того, отмечает, что при описании преступного деяния в отношении потерпевшего П2 суд установил вину ФИО1 в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, совершенного в крупном размере, а при описании объективной стороны указанного преступления, суд указал о совершении ФИО1 мошенничества, с причинением ущерба на сумму 220 000 руб., который для потерпевшего является значительным, что недопустимо. 

Одновременно обращает внимание, что принимая решение об освобождении ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности, суд не сослался на норму закона.

При таких обстоятельствах просит приговор суда отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 указывает на незаконность и необоснованность приговора суда, в связи с нарушением норм материального и процессуального права.

Так, суд не учел мнение потерпевшей, которая просила назначить наказание, не связанное с реальным лишением свободы; суд необоснованно не применил положения ст.73 УК РФ; не учел или недостаточно учел смягчающие наказание обстоятельства, в частности, признание вины, частичное возмещение материального ущерба, принесение извинений, наличие 

<

...> обязательств, совершение преступления впервые, положительные характеристики, официальное трудоустройство, оплату налогов; суд не применил ч.6 ст.15 УК РФ и не снизил категорию преступления; не учел в качестве доказательства протокол судебного заседания Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 07 мая 2018 года, который подтверждает факт нахождения его (ФИО1) 07 мая 2018 года в качестве представителя по гражданскому делу в суде и исключает возможность нахождения в Красносельском районном суде Санкт-Петербурга и получения денежных средств.

Обращает внимание на то, что суд огласил показания потерпевшей П3 без ее допроса в судебном заседании, при отсутствии у него (ФИО1) возможности проведения очной ставки; не принял во внимание, что показания П3 являются противоречивыми, в УМВД РФ по Калининскому району она давала иные показания, однако суд отказал в истребовании данного доказательства; письменные доказательства суд не исследовал в полном объеме, в частности, протокол очной ставки между ним и П3; не истребовал доказательства по удовлетворенному ходатайству, в частности, подтверждающее нахождение его в инкриминируемый период в 2018 году за пределами РФ, и не отразил это в приговоре; его (ФИО1) допрос в судебном заседании был проведен с нарушением 5-ти дневного срока извещения о судебном заседании; также суд безосновательно отказал во всех ходатайствах стороны защиты, в частности, в ходатайстве о возвращении дела прокурору на основании ст.237 УПК РФ; разрешил гражданский иск, в том числе, о взыскании средств за причинение морального вреда, в нарушение правовой позиции Пленума ВС РФ, и без участия в судебном заседании потерпевшей П3 и без ходатайства о рассмотрении дела в ее отсутствие. Указывает, что суд включил в сумму материального ущерба денежные средства за оказание услуг по банкротству, при том, что он фактически выполнил часть услуг, что подтверждается составлением заявления о признании П3 несостоятельной, в приобщении которого судом было отказано. Суд не оценил то обстоятельство, что П3 своими действиями сделала невозможным исполнение договора с ним.

Утверждает, что суд не исследовал вопрос о территориальной подсудности дела, не исследовал источник происхождения денежных средств у П1 и П3, финансовую возможность передачи ему денежных средств в указанном потерпевшими размере, незаконно огласил показания С21 без ее явки в суд, при наличии возражений со стороны защиты, не оценил факт родства С21 с потерпевшей П1, не отнесся к ним критически; указал в абзаце 1 ст.8 приговора несуществующий адрес передачи денежных средств П1 ему, ФИО3, не оценил то обстоятельство, что С21 не представила доказательств наличия у нее денежных средств. Судом не исследован и не установлен факт истечения срока действия доверенности, выданной на имя П1, в мае 2018 года, о чем П1 не могла не знать.

Находит необоснованным отказ суда в приобщении доказательств осуществления банковских транзакций от него в адрес П1 в период с октября 2018 года по декабрь 2018 года.

Указывает на то, что суд счел относимыми и допустимыми доказательствами показания С19, который был 7 раз судим.

Ссылаясь на стр.2-3 приговора, утверждает, что суд неверно установил фактические обстоятельства дела. Отмечает, что суд принял в качестве доказательств по делу показания свидетелей С8, С3, которые не видели факта передачи денежных средств.

По мнению осужденного, суд проигнорировал то обстоятельство, что все процессуальные действия в ходе предварительного расследования были незаконны с момента принятия дела к производству следователем С11, поскольку отсутствует постановление об объединении дел, незаконной является и мера пресечения.

Одновременно, ссылаясь на практику судов кассационной инстанции, указывает на неверную квалификацию его действий как совокупность преступлений. Считает, что его действия могут быть квалифицированы как единое продолжаемое преступление, независимо от количества потерпевших и фактов передачи денежных средств.

Также суд не зачел в срок лишения свободы время его содержания под стражей в период с 06 июля 2019 года по 08 июля 2019 года на основании ст.72 УК РФ.

Находит несправедливым назначенное наказание, принимая во внимание мнение потерпевшего, который просил не лишать его свободы, отмечает, что не сможет возместить ущерб в полном объеме, находясь в колонии, при этом возмещение П1 денежных средств в размере 1,5 млн руб. свидетельствует об исправлении и намерении возместить ущерб.

Указывает на наличие у него престарелой матери, которую он обеспечивает, а также бабушки и дедушки, наличие у него обязательств перед третьими лицами.

Просит приговор суда изменить, назначив ему наказание с применением ст.73 УК РФ, условно, или отменить приговор суда с передачей уголовного дела прокурору, освободив его из-под стражи.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник-адвокат Храмшина С.Н., действующая в защиту осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором суда и указывает на наличие оснований для его изменения.

Находит незаконным рассмотрение судом по существу гражданского иска потерпевшей П3, полагает, что в связи неоднократным уклонением ее от явки в суд, гражданский иск подлежал оставлению без рассмотрения. 

Также находит чрезмерно суровым назначенное ФИО1 наказание. Указывает, что суд при назначении наказания должен был учесть разъяснения, содержащиеся в п.30 постановления Пленума ВС РФ от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания» и применить п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ. Соответственно, при наличии данного смягчающего наказание обстоятельства (явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления), и отсутствии отягчающих наказание обстоятельства, подлежит применению ч.1 ст.62 УК РФ. При наличии совокупности указанных смягчающих наказание обстоятельств суд должен был применить ст.64 УК РФ, однако суд указал, что назначение более мягкого наказания не обеспечит его целей. 

По мнению автора жалобы, в данном случае степень общественной опасности судом явно преувеличена. Кроме того, обращает внимание на отсутствие у ФИО1 судимости, признание вины, раскаяние в содеянном, частичное возмещение ущерба, что суд должен был учесть и применить положения ст.73 УК РФ.

Полагает, что суд также недостаточно учел все данные о личности осужденного, наличие на его иждивении 

<

...> матери, положительные характеристики с места работы; не принял во внимание позицию представителя потерпевшей П1 о возможности назначения условного наказания с учетом погашения ущерба. Одновременно ссылается на позицию адвоката Черткова А.В., изложенную в его дополнениях к апелляционной жалобе, об изменении приговора в части назначенного ему основного наказания, и замене реального лишения свободы условным.

Обращает внимание на продолжение ФИО1 осуществления юридической деятельности до момента заключения его под стражу, считает, что осужденный встал на путь исправления, за период трудовой деятельности более каких-либо преступлений не совершал.

Находит необоснованными доводы представителя потерпевшей-адвоката Черткова А.В. в части назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью – оказывать юридические услуги гражданам и организациям сроком на 5 лет. Ссылаясь на осуществление осужденным действий по возмещению ущерба потерпевшей П1, считает, что в случае установления такого запрета последующее возмещение ущерба осужденным будет более затруднительным, что увеличит срок возмещения.

Обращает внимание на то, что суд не зачел в срок отбывания наказания время содержания осужденного под стражей с момента его фактического задержания – с 06 июля 2019 года по 07 июля 2019 года, из расчета 1 день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Полагает, что по преступлению в отношении П3, судом необоснованно вменено в размер ущерба 130 000 руб. при отсутствии в материалах дела доказательств передачи денежных средств, при этом на стадии предварительного расследования и судебного разбирательства подсудимый и защитник были лишены возможности задать вопросы потерпевшей П3, предоставить доказательства. Судом также исчерпывающих мер в отношении П3 при обеспечении явки в суд не предпринято, несмотря на возражения стороны защиты.

Кроме того, по мнению защитника, заявленные потерпевшими иски в части взыскания компенсации морального вреда не обоснованы по праву. Каких-либо действий ФИО1, непосредственно направленных на нарушение личных неимущественных прав П1 и П3, либо посягающих на принадлежащие им нематериальные блага, судом не установлено, сведения об указанном в материалах дела отсутствуют, в связи с чем у суда отсутствовали основания для удовлетворения исковых требований в данной части.

Ссылаясь на протокол судебного заседания от 13 апреля 2023 года, отмечает, что суд удовлетворил письменное ходатайство ФИО1 об истребовании телефонных соединений, направил запрос в ПАО «Мегафон», на который поступил ответ об отношении запрошенного абонентского номера к оператору «Билайн», вместе с тем, дополнительных сведений судом запрошено не было, и самого письменного ходатайства материалы дела не содержат. Из этого адвокат заключает, что суд удовлетворив ходатайство стороны защиты в собирании доказательств, не исполнил его.

Утверждает, что в судебном заседании 27 октября 2023 года приобщены к материалам дела копии заграничного паспорта осужденного, подтверждающие факт его отсутствия в РФ 29 июня 2018 года, что опровергает показания потерпевшей П1 в части передачи ему денег в этот день. Указывает на показания потерпевшей при допросе в суде о передачи денег наличными. Стороной защиты было заявлено ходатайство об истребовании сведений о пересечении границы подсудимым в интересующий период, судом направлены запросы, из УФСБ России по СПб и ЛО ответ не поступил, повторно сведения судом не запрошены, что свидетельствует, по мнению защитника, об изучении судом обстоятельств дела не в полном объеме. Ссылаясь на показания потерпевшей П1, согласно которым денежные средства она передавала осужденному в отсутствие свидетелей, считает, что доказательств передачи ею указанной в обвинении суммы ущерба, не представлено. Тем не менее, судом вменена в вину вся сумма ущерба, заявленная потерпевшей.

Ссылаясь на сумму возмещенного осужденным ущерба потерпевшей П1 в размере 1 687 300 руб., считает, что остаток суммы ущерба составляет 3 977 700 руб., между тем, суд не проверил сумму ущерба, а просто переписал гражданский иск, что недопустимо. По мнению защитника, все дело по эпизоду в отношении П1 построено только лишь на словах потерпевшей и не имеет ни одного допустимого и относимого доказательства. 

При таких обстоятельствах просит приговор суда изменить в части вида и размера наказания, применив к ФИО1 положения ст.64, ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей П1 –адвокат Чертков А.В. выражает несогласие с приговором суда и указывает на наличие оснований для его изменения.

Считает, что отказ суда в назначении осужденному дополнительного наказания, о чем ходатайствовала сторона обвинения, не позволяет в полной мере достичь целей наказания, закрепленных в ч.2 ст.43 УК РФ.

Отмечает, что в ходе рассмотрения дела установлено, что осужденный неоднократно совершал мошенническое завладение денежными средствами потерпевших под предлогом оказания им юридической помощи, при этом он систематически использовал свои профессиональные познания в сфере юриспруденции с заведомо противоправными целями, действуя из корыстных побуждений и стремясь причинить потерпевшим максимально возможный ущерб.

Находит ошибочным определение судом суммы издержек, подлежащих возмещению потерпевшей, полагая, что судебные издержки подлежат возмещению потерпевшей в полном объеме в сумме 34 702,60 руб.

Также, по мнению автора жалобы, решение об удовлетворении гражданского иска потерпевшей П3 принято судом в нарушение норм процессуального права. Анализируя ст.222 ГПК РФ, отмечает, что П3, будучи неоднократно уведомленной о датах судебного заседания по уголовному делу, в суд не являлась, при этом гражданский ответчик ФИО1 не требовал рассмотрения дела по существу, его защитник Храмшина С.Н. просила оставить гражданский иск без рассмотрения, с этой позицией согласился и он, адвокат Чертков А.В. При таких обстоятельствах решение суда по гражданскому иску П3 находит несоответствующим требованиям процессуального закона.

Просит приговор суда изменить, назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью - оказывать юридические услуги гражданам и организациям сроком на 5 лет, возместить за счет федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с участием потерпевшей П1 в судебных заседаниях, в сумме 34 702,60 руб., заявленный потерпевшей П3 гражданский иск оставить без рассмотрения, в остальной части приговор оставить без изменения.

В дополнениях к апелляционной жалобе представитель потерпевшей П1 – адвокат Чертков А.В. указывает на погашение суммы причиненного ущерба по поручению осужденного его представителем 19 ноября 2024 года в сумме 2 535 000 руб. путем перечисления денежных средств П1 С учетом ранее произведенных платежей, размер возмещенного ущерба составляет 70 процентов общей суммы ущерба, причиненного преступлением.

Полагает, что осужденным предприняты шаги, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей П1, что по мнению автора жалобы, свидетельствует о снижении степени общественной опасности совершенного преступления и должно быть учтено судом при рассмотрении апелляционных жалоб и представления и определении формы и размера наказания.

Просит приговор суда изменить в части назначенного ему основного наказания, заменив реальное лишение свободы условным осуждением, возложив на осужденного дополнительные обязанности по возмещению причиненного преступлением вреда в полном объеме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель потерпевшей П1 - адвокат Чертков А.В. доводы апелляционной жалобы и дополнений поддержал частично, просил назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью - оказывать юридические услуги гражданам и организациям сроком на 5 лет; реальное лишение свободы заменить условным осуждением, возложив на осужденного дополнительные обязанности по возмещению причиненного преступлением вреда в полном объеме, поддержал гражданский иск потерпевшей П1 в части возмещения материального ущерба в размере 1 590 000 рублей; гражданский иск потерпевшей П3 просил оставить без рассмотрения. В остальном просил приговор суда оставить без изменения.

Заявленные требования в части увеличения суммы процессуальных издержек, подлежащих возмещению потерпевшей П1, – не поддержал. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и дополнений к ним, выслушав участников процесса, судебная коллегия полагает, что приговор суда подлежит отмене с постановлением по делу нового обвинительного приговора на основании ст. 389.20 УПК РФ.

В соответствии с положением ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Данное требование закона судом первой инстанции при постановлении обжалуемого приговора выполнено не в полном объеме.

В соответствии со ст.ст. 389.15, 389.16, 389.18 УПК РФ, основанием к отмене или изменению судебного решения в апелляционном порядке являются неправильное применение уголовного закона, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. 

Как обоснованно указано в апелляционном представлении государственного обвинителя, судом неправильно был применен уголовный закон при квалификации действий ФИО1 по преступлению в отношении потерпевшего П2, по части 2 ст. 159 УК РФ с последующим освобождением осужденного от назначенного наказания в связи с истечением срока давности на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ.

Так, из материалов уголовного дела установлено, что 18 января 2018 года потерпевший П2 заключил с ФИО1 договор на оказание юридических услуг, предметом которого является представление ФИО1 и защита прав, законных интересов П2 в рамках гражданского дела №... в Тосненском городском суде Ленинградской области в качестве представителя ответчика. В соответствии с п.п. 3.1, 3.3 Договора, стоимость услуг по настоящему Договору оказания юридических услуг определяется сторонами в размере 45 000 руб., является фиксированной. Указанная сумма была передана потерпевшим П2 ФИО1 в период с 18 часов 00 минут 01.02.2018 по 19 часов 00 минут 04.02.2018 на 2 этаже помещения ТРК М., расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

В рамках данного Договора, как усматривается из показаний потерпевшего П2 и не оспаривается осужденным ФИО1, последний должен был составить исковое заявление (встречное) по участку №... в 

<

адрес>, подлежащее рассмотрению в рамках гражданского дела №... в Тосненском городском суде Ленинградской области, и провести судебно-психиатрическую (медицинскую) экспертизу для опровержения доводов истца о недееспособности С7, за проведение которой осужденный попросил 100 000 рублей. Указанные денежные средства ФИО1 получил от потерпевшего П2 21.01.2018 года около 15 часов 00 минут, находясь на 2 этаже помещения ТРК М. по вышеуказанном адресу. 

Согласно ответа председателя Тосненского городского суда Ленинградской области от 16 апреля 2019 года №..., в вышеуказанный суд исковых заявлений от ФИО1 не поступало, в материалы гражданского дела №... от ФИО4 психоневрологической экспертизы представлено не было (т. 2 л.д.178).

Как установлено из решения Тосненского городского суда Ленинградской области от 04 октября 2018 года по делу №..., встречное исковое заявление в интересах ответчика П2 в рамках данного гражданского дела судом не рассматривалось, а судебно-психиатрическая экспертиза от 30.07.2018 № 1595 для определения психического состояния С7 была проведена на основании определения Тосненского городского суда Ленинградской области от 04.05.2018 (т.2 л.д. 186- 189, 192-199).

В рамках указанного Договора ФИО1 действительно принял участие 14 февраля 2018 года в предварительном слушании по гражданскому делу №..., где заявил ходатайство об отложении предварительного слушания для ознакомления с материалами дела, что не может свидетельствовать о выполнении осужденным обязательств по договору от 18 января 2018 года.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о выполнении ФИО1 в полном объеме обязательств по договору об оказании юридических услуг от 18 января 2018 года, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, а потому является необоснованным исключение из объема обвинения ФИО1 по преступлению, совершенному в отношении П2, указание на хищение денежных средств потерпевшего в сумме 45 000 рублей, полученных для выполнения Договора от 18 января 2018 года, и уменьшение общего размера причиненного потерпевшему П2 ущерба на указанную сумму, то есть до 220 000 рублей, и как следствие, изменение квалификации действий осужденного с ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч.2 ст. 159 УК РФ - как хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Кроме того, при описании в приговоре события преступления, совершенного в отношении потерпевшего П2 суд указал, что ФИО1, имея умысел на хищение денежных средств П2 и действуя из корытных побуждений, убедил последнего о том, что он, Гусельников, является высококвалифицированным юристом по работе с наследственными делами и оформлением недвижимости, имеющим обширные связи в государственных органах, может оказать полное сопровождение гражданского дела в суде и … не имея намерения выполнять условия договора, то есть действуя путем обмана, во исполнения своего преступного умысла, 18.01.2018 заключил с П2 договор б/н об оказании юридических услуг от 18.01.2018, предметом которого являлось: представление и защита прав, законных интересов клиента в рамках гражданского дела №... в Тосненском городском суде Ленинградской области в качестве представителя ответчика, действуя в продолжении своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств П2, он (ФИО1), находясь на 2-ом этаже помещения ТРК М. по адресу: 

<

адрес>, 21.01.2018 около 15 часов 00 минут получил от П2 денежные средства в сумме 100 000 рублей, принадлежащие П2, убедив последнего в намерении начать подготовку к выполнению действий по составлению искового заявления, полному сопровождении гражданского дела в Тосненском городском суде Ленинградской области в качестве ответчика и оформлении вышеуказанного земельного участка 

<

...> в собственность, однако, взятые на себя обязательства не выполнил. 

Таким образом, суд установил вину ФИО1 в том числе, в невыполнении действий по составлению искового заявления, полному сопровождении гражданского дела в Тосненском городском суде Ленинградской области в качестве ответчика и оформлении вышеуказанного земельного участка 

<

...> в собственность, то есть обязательств по Договору от 18.01.2018 года, а при оценке собранных по делу доказательств, пришел к выводу о полном исполнении ФИО1 взятых на себя обязательств по Договору от 18 января 2018 года, тем самым допустил существенные противоречия.

Помимо этого, как обоснованно указано в апелляционном представлении, при описании преступного деяния в отношении потерпевшего П2, суд установил вину ФИО1 в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, в крупном размере, а при описании объективной стороны преступления, суд указал о совершении осужденным мошенничества на сумму 220 000 рублей, что для потерпевшего является значительным ущербом.

Изложенное свидетельствует о том, что судом первой инстанции при постановлении приговора допущены существенные противоречия в выводах, повлиявшие на правильность применения уголовного закона при решении вопроса о квалификации действий осужденного, и которые влекут признание приговора не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

Согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Поскольку допущенные судом нарушения могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, судебная коллегия находит нужным отменить состоявшийся по делу приговор и в соответствии со ст. 389.23 УПК РФ полагает необходимым постановить в отношении ФИО1 новый обвинительный приговор.

Судебная коллегия установила вину ФИО1 в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, в крупном размере, а именно:

ФИО1, являясь юристом ООО В. (далее - Общество) на основании гражданско-правового договора № 32 от 04.02.2017, заключенного между ФИО1 и Обществом, в обязанности которого в рамках указанного договора заключенного им с Обществом входило: проведение устных и письменных юридических консультаций для клиентов заказчика, независимо от областей права; разработка необходимых документов в установленные сроки, в том числе: договоры, контракты, заявления, приказы, положения, письма; представление интересов клиентов компании в суде, в переговорных процессах, медиационных процедурах; осуществлять полное юридическое сопровождение проектов по клиентам, которые вверены ему, по которым он назначен куратором, подразумевающее полную организацию процесса предоставления услуг, в том числе: организация получения всех сопроводительных документов, доказательств, доверенностей, информации, сведений, взаимодействие с третьими лицами, участвующими в достижении цели клиентов заказчика; отвечает за установленные сроки выполнения работ, за составление документов, за благовременную подготовку к судебным заседаниям, за соблюдение устных и письменных обращений, отслеживание даты судебных заседаний во вверенным исполнителю клиентам, расчет даты прибытия в судебное заседание; несет ответственность за все выполняемые задачи, в том числе за правильность осуществления действий и просчет возможных рисков для клиента.

Действуя на основании доверенности от 

<

дата> №..., в рамках заключенного индивидуального договора возмездного оказания юридических услуг № 10-17-96 от 31.10.2017, заключенного 31.10.2017 между ООО В. (далее - Общество) и П2, предметом которого являлось: Исполнитель обязуется своими силами и (или) с привлечением третьих лиц (за счет третьих лиц) оказать юридические услуги (юридическое сопровождение) для достижения цели (-ей), указанных в заявке к договору. Третьи лица привлекаются Исполнителем самостоятельно, без дополнительных согласований с Заказчиком; под юридическими услугами понимаются конкретные действия, поименованные в заявке; под юридическим сопровождением понимаются все действия (законные), которые необходимы для достижения цели договора. В случае, если в заявке не указаны конкретные действия, то считается, что Исполнитель проводит именно юридическое сопровождение по правилам Приложения № 1; договоренности в устной и (или) письменной форме, достигнутые до подписания настоящего договора, не имеют юридического значения и не влияют на условия настоящего договора. Договор объемлет весь объем существующих договоренностей и условий между сторонами. Заявка содержит исчерпывающую информацию о цели (-ях), поставленной перед Исполнителем, которую желает достичь заказчик юридическими путями. Интерпретация цели (-ей), определенной в заявке, осуществляется Исполнителем буквально в соответствии с интересами заказчика и объективно возможными вариантами юридических действий для достижения целей юридическими путями. Цель формируется заказчиком и, подписывая договор, последний подтверждает соответствие своего волеизъявления своей воле по договору. Споры о предмете договора, объемах обязательств, порядке выполнения работы, после подписания договора считаются злоупотреблением правом и не допускаются. Исполнителем по договору является конкретное юридическое лицо, а не конкретный специалист, генеральный директор, куратор, юрист, менеджер, иные лица. 

В продолжение своего преступного умысла, он (ФИО1), имея умысел на хищение денежных средств П2 и действуя из корытных побуждений, достоверно зная о том, что П2 является пенсионером, социально незащищенным гражданином, и не обладает знаниями гражданского права, находясь в помещении ТРК М. по адресу: 

<

адрес>, действуя от имени ООО В. на основании гражданско-правового договора № 32 от 04.02.2017, достоверно зная о наличии у П2 земельного участка №..., площадью 600 кв.м. кадастровый номер 

<

...> и жилого дома, площадью 47,0 кв.м. кадастровый номер: 

<

...>, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, которые последний имеет намерения оформить в собственность по делу Тосненского городского суда Ленинградской области №... в рамках искового заявления С6 об оспаривании договора купли-продажи, убедил последнего о том, что он, Гусельников, является высококвалифицированным юристом по работе с наследственными делами и оформлением недвижимости, имеющим обширные связи в государственных органах, может оказать полное сопровождение гражданского дела в суде и оформлении вышеуказанного земельного участка с домом в собственность, для чего ему (ФИО1) необходимы дополнительные, не входящие в стоимость ранее заключенного договора (индивидуального договора возмездного оказания юридических услуг № 10-17-96 от 31.10.2017) – денежные средства в сумме 45000 рублей для заключения второго договора с ним (ФИО1) как с физическим лицом, а также необходимо ему, ФИО1 оплатить 100000 рублей для проведения якобы судебно-психиатрической экспертизы, не имея намерения выполнять условия договора, то есть действуя путем обмана, во исполнения своего преступного умысла, 18.01.2018 заключил с П2 договор б/н об оказании юридических услуг от 18.01.2018, предметом которого являлось: представление и защита прав, законных интересов клиента в рамках гражданского дела №... в Тосненском городском суде Ленинградской области в качестве представителя ответчика, действуя в продолжении своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств П2, он (ФИО1), получил в период с 18 часов 00 минут 01 февраля 2018 года по 19 часов 00 минут 04 февраля 2018 года денежные средства от П2, находясь на 2-ом этаже помещения ТРК М., расположенного по адресу: 

<

адрес>, в сумме 45000 рублей, принадлежащие П2, а также он (ФИО1) получил 21 января 2018 года около 15 часов 00 минут денежные средства в сумме 100000 рублей, принадлежащие П2, находясь на 2-ом этаже помещения ТРК М., расположенного по адресу: 

<

адрес>, убедив П2 в намерении начать подготовку к выполнению действий по составлению искового заявления, полному сопровождении гражданского дела в Тосненском городском суде Ленинградской области в качестве ответчика и оформлении вышеуказанного земельного участка с садовым домом в собственность, однако, взятые на себя обязательства не выполнил, полученные денежные средства в общей сумме 145000 рублей потерпевшему не вернул, обратив в личную собственность, тем самым похитил, причинив последнему ущерб на сумму 145000 рублей.

В продолжении своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств П2, он (ФИО1), действуя путем обмана, имея информацию от потерпевшего П2 о наличии у него в собственности квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, убедил последнего в том, что несовершеннолетний С5, являющейся сыном пасынка П2, имеет право на одну вторую доли от указанной квартиры, а он (ФИО1), являясь высококвалифицированным юристом, имеющим обширные связи, может оказать услугу по полному сопровождению гражданского дела в суде, для чего ему (ФИО1) необходимы денежные средства в сумме 90000 рублей для якобы проведения судебно-почерковедческой экспертизы, при этом, не намереваясь фактически оказывать таковые услуги, он (ФИО5) получил от П2 лично в руки около 18 часов 00 минут 11.02.2018, находясь у дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 90000 рублей, однако, взятые на себя обязательства не выполнил, полученные денежные средства в сумме 90000 рублей потерпевшему не вернул, обратив в личную собственность, тем самым похитив, причинив последнему ущерб на сумму 90000 рублей. 

В продолжении своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств П2, он (ФИО1), действуя путем обмана П2, из корыстных побуждений, убедил последнего в том, что у умершей жены П2 якобы имеется квартира по адресу: 

<

адрес>, которую он (ФИО1) поможет дорого продать, для чего ему (ФИО1) необходимы денежные средства в сумме 130000 рублей, при этом, не намереваясь фактически оказывать таковые услуги, он (ФИО1) получил от П2 лично в руки в период с 18 часов 00 минут 01.03.2018 по 19 часов 00 минут 25.03.2018, находясь у дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 30000 рублей, однако, взятые на себя обязательства не выполнил, полученные денежные средства в сумме 30000 рублей потерпевшему не вернул, обратив в личную собственность, тем самым похитил, причинив последнему ущерб на сумму 30000 рублей. 

Таким образом, в период с 15 часов 00 минут 21 января 2018 года по 19 часов 00 минут 25 марта 2018 года, он (ФИО1) действуя умышленно, из корыстных побуждений, под предлогом оказания юридической помощи, не намереваясь выполнить взятые на себя обязательства, то есть действуя путем обмана, похитил денежные средства П2 на общую сумму 265000 рублей, что является крупным размером, которые обратил в свою пользу и распорядился похищенным по своему корыстному усмотрению.

Он же, ФИО1, совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере, а именно:

ФИО1, являясь юристом ООО В. (далее - Общество) на основании гражданско-правового договора № 32 от 04.02.2017, заключенного между ФИО1 и ООО В. (далее - Общество), в обязанности которого в рамках указанного договора заключенного им с Обществом входило: проведение устных и письменных юридических консультаций для клиентов заказчика, независимо от областей права; разработка необходимых документов в установленные сроки, в том числе: договоры, контракты, заявления, приказы, положения, письма и т.п.; представление интересов клиентов компании в суде, в переговорных процессах, медиационных процедурах; осуществлять полное юридическое сопровождение проектов по клиентам, которые вверены ему, по которым он назначен куратором, подразумевающее полную организацию процесса предоставления услуг, в том числе: организация получения всех сопроводительных документов, доказательств, доверенностей, информации, сведений, взаимодействие с третьими лицами, участвующими в достижении цели клиентов заказчика; отвечает за установленные сроки выполнения работ, за составление документов, за благовременную подготовку к судебным заседаниям, за соблюдение устных и письменных обращений, отслеживание даты судебных заседаний во вверенным исполнителю клиентам, расчет даты прибытия в судебное заседание; несет ответственность за все выполняемые задачи, в том числе за правильность осуществления действий и просчет возможных рисков для клиента.

Действуя на основании доверенности от 

<

дата> №..., в рамках заключенного индивидуального договора возмездного оказания юридических услуг № 04-17-41 от 17.04.2017, заключенного 17.04.2017 между ООО В. (далее - Общество) и П1, предметом которого являлось: Исполнитель обязуется своими силами и (или) с привлечением третьих лиц (за счет третьих лиц) оказать юридические услуги (юридическое сопровождение) для достижения цели (-ей), указанных в заявке к договору. Третьи лица привлекаются Исполнителем самостоятельно, без дополнительных согласований с Заказчиком; под юридическими услугами понимаются конкретные действия, поименованные в заявке; под юридическим сопровождением понимаются все действия (законные), которые необходимы для достижения цели договора. В случае, если в заявке не указаны конкретные действия, то считается, что Исполнитель проводит именно юридическое сопровождение по правилам Приложения № 1; договоренности в устной и (или) письменной форме, достигнутые до подписания настоящего договора, не имеют юридического значения и не влияют на условия настоящего договора. Договор объемлет весь объем существующих договоренностей и условий между сторонами. Заявка содержит исчерпывающую информацию о цели (-ях), поставленной перед Исполнителем, которую желает достичь заказчик юридическими путями. Интерпретация цели (-ей), определенной в заявке, осуществляется Исполнителем буквально в соответствии с интересами заказчика и объективно возможными вариантами юридических действий для достижения целей юридическими путями. Цель формируется заказчиком и, подписывая договор, последний подтверждает соответствие своего волеизъявления своей воле по договору. Споры о предмете договора, объемах обязательств, порядке выполнения работы, после подписания договора считаются злоупотреблением правом и не допускаются. Исполнителем по договору является конкретное юридическое лицо, а не конкретный специалист, генеральный директор, куратор, юрист, менеджер, иные лица. 

Он (ФИО1), оказав юридические услуги П1, по ранее заключенному договору № 04-17-41 от 17.04.2017, предметом которого являлось признание права собственности на 1/2 квартиры по адресу: 

<

адрес>, в качестве совместно нажитого имущества и исключения квартиры из наследственной массы ее умершего супруга С1, имея умысел на хищение денежных средств П1 и действуя из корыстных побуждений, воспользовавшись сложившимися доверительными отношениями с потерпевшей П1, юридической неграмотностью и доверчивостью последней, действуя путем обмана, сообщил П1 о том, что может оказать ей юридическую помощь в переходе права собственности 1/2 квартиры по адресу: 

<

адрес>, заведомо осознавая о невозможности данного права, достоверно зная о том, что решение Красносельского суда Санкт-Петербурга по гражданскому делу №... отменено Апелляционным Определением Санкт-Петербургского городского суда №... от 

<

дата>, убедил последнюю о необходимости передачи ему (ФИО1) денежных средств для оказания юридической помощи в данном вопросе.

Далее, получив от потерпевшей П1 согласие, действуя как физическое лицо, без заключения договора оказания юридических услуг, в период с 16 часов 00 минут 30.04.2018 по 22 часа 00 минут 12.12.2018, находясь в различных местах Санкт-Петербурга, под надуманными предлогами получил от потерпевшей П1 денежные средства в сумме 5 665 000 рублей, а именно:

под предлогом оплаты услуг по оформлению мирового соглашения с У., П1 лично в руки передала ФИО1 около 16 часов 00 минут 30.04.2018, находясь в сквере 

<

адрес> напротив дома 

<

адрес> денежные средства в сумме 5000 рублей наличными;

под предлогом заключения мирового соглашения и за якобы оказанные услуги П1 лично в руки передала ФИО1 в период с 09 часов 00 минут до 09 часов 30 минут 07.05.2018, находясь перед пешеходным переходом напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 1 000 000 рублей наличными и денежные средства в сумме 35 000 рублей наличными соответственно;

под предлогом уплаты комиссии за возврат якобы присужденной суммы в 500 000 рублей П1, последняя лично в руки передала ФИО1 в период с 09 часов 00 минут 01.06.2018 по 18 часов 00 минут 15.06.2018, находясь в сквере 

<

адрес> напротив 

<

адрес>, денежные средства в сумме 50 000 рублей наличными;

под предлогом оплаты якобы оказанных услуг ФИО1, П1 перевела со своего банковского счета №... банка «Сбербанк России» денежные средства в сумме 20 000 рублей в период с 09 часов 00 минут 14.06.2018 по 21 час 00 минут 15.06.2018, находясь по месту своего жительства по адресу: 

<

адрес>; 

под предлогом оплаты якобы оказанных услуг ФИО1, П1 лично в руки передала ФИО1 в период с 09 часов 00 минут по 20 часов 00 минут 29.06.2018, находясь около выхода №... из станции метро «Проспект Ветеранов» у дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 20 000 рублей наличными;

под предлогом предстоящего возврата П1 присужденной суммы в 500 000 рублей, последняя лично в руки передала ФИО1 в период с 10 часов 00 минут по 19 часов 00 минут 13.07.2018, находясь в сквере 

<

адрес> напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 50 000 рублей наличными;

под предлогом оплаты 13% налога за возврат П1 якобы присужденной ей суммы в 1 000 000 рублей, последняя лично в руки передала ФИО1 в период с 09 часов 00 минут 13.07.2018 по 21 час 00 минут 20.07.2018, находясь в сквере 

<

адрес> напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 100 000 рублей наличными; 

под предлогом подачи иска в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в отношении У., П1 передала лично в руки ФИО1 в период с 09 часов 00 минут по 19 часов 00 минут 27.08.2018, находясь в сквере им. А.С. Попова напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 30 000 рублей наличными;

под предлогом проведения почерковедческой экспертизы по якобы поданному от имени П1 иску к У., последняя лично в руки передала ФИО1 в период с 09 часов 00 минут по 21 час 00 минут 15.09.2018, находясь в сквере 

<

адрес> напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 250 000 рублей наличными;

под предлогом проведения второй почерковедческой экспертизы по иску к У., П1 лично в руки передала ФИО1 в период с 10 часов 00 минут по 20 часов 00 минут 22.09.2018, находясь в сквере 

<

адрес> напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 300 000 рублей наличными;

под предлогом ускорения производства экспертизы, П1 находясь в магазине 

<

...> в ТЦ Г. по адресу: 

<

адрес>, по указанию ФИО1 приобрела монитор стоимостью 45 000 рублей и после чего П1, находясь по вышеуказанному адресу, в период с 10 часов 00 минут по 20 часов 00 минут 22.09.2018 передала монитор ФИО1;

под предлогом за проведение третьей почерковедческой «нано-экспертизы» по иску к У., П1 лично в руки передала ФИО1 в период с 09 часов 00 минут по 21 час 00 минут 24.09.2018, находясь в сквере им. А.С. Попова напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 400 000 рублей наличными;

под предлогом за проведение четвертой почерковедческой «нано-экспертизы» по иску к У., П1 лично в руки передала ФИО1 в период с 09 часов 00 минут по 22 часа 00 минут 29.09.2018 года, находясь в сквере 

<

адрес> напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 450 000 рублей наличными;

под предлогом уплаты 13% налога за получение суммы якобы присуждённой П1 в счет компенсации морального вреда, П1 лично в руки передала ФИО1 в период с 09 часов 00 минут 28.09.2018 по 23 часа 00 минут 09.10.2018, находясь в сквере 

<

адрес> напротив дома 

<

адрес> денежные средства в сумме 1 100 000 рублей наличными;

под предлогом уплаты 13% налога за получение суммы якобы присуждённой П1 в счет компенсации морального вреда в сумме 5 0000 000 рублей, П1 лично в руки передала ФИО1 в период с 01.10.2018 по 31.10.2018, находясь в сквере 

<

адрес> напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 1 500 000 рублей наличными;

под предлогом выплаты комиссии судебным приставам за получение наличных денежных средств П1 лично в руки передала ФИО1 в период с 01.11.2018 по 30.11.2018, находясь в сквере им. А.С. Попова напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 150 000 рублей наличными;

под предлогом разблокировки денежных средств на кредитной карте, принадлежащей П1, последняя лично в руки передала ФИО1 в период с 08 часов 00 минут 20.11.2018 по 22 часа 00 минут 12.12.2018, находясь у входа станции метро «Беговая», напротив дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 160 000 рублей наличными.

Таким образом, он (ФИО1) в период с 16 часов 00 минут 30.04.2018 по 22 часа 00 минут 12.12.2018, находясь в различных местах Санкт-Петербурга, действуя умышленно, из корыстных побуждений, не намереваясь выполнить взятые на себя обязательства, под вымышленными предлогами взятых на себя обязательств, то есть действуя путем обмана, похитил денежные средства в сумме 5 665 000 рублей, которые потерпевшей П1 не вернул, а распорядился ими по своему корыстному усмотрению, тем самым похитил, причинив своими действиями ущерб П1 на общую сумму 5 665 000 рублей, что является особо крупным размером.

Он же, ФИО1, совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, в крупном размере, а именно:

ФИО1 в период с 13 часов 06 минут 26.10.2019 по 10 часов 30 минут 08.11.2019 находясь в пределах Санкт-Петербурга, из корыстных побуждений, имея умысел на хищение чужого имущества, под предлогом оказания юридической помощи, убедил П3, что является квалифицированным юристом, пообещав последней оформить процедуру банкротства физического лица в суде и 26.10.2019 заключил договор возмездного оказания юридических услуг без номера с П3, предметом которого являлось: признание заказчика несостоятельным (банкротом) в Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области, таким образом взял на себе обязательства, в рамках исполнения которых, под надуманными предлогами получил от потерпевшей П3 денежные средства в общей сумме 742 000 рублей, а именно: 

под предлогом предоплаты за оказание услуг и почтовые отправления, П3 передала лично в руки ФИО1 в 13 часов 10 минут 26.10.2019, находясь в помещении отделения банка «Сбербанк» по адресу: 

<

адрес>, денежные средства в сумме 31 500 рублей наличными;

под предлогом предоплаты за оказание услуг и почтовые отправления, П3 передала лично в руки ФИО1 в 13 часов 40 минут 26.10.2019, находясь при входе в вестибюль станции метро «Пионерская» по адресу: 

<

адрес>, денежные средства в сумме 50 500 рублей наличными;

под предлогом оплаты работы финансового управляющего, П3 передала лично в руки ФИО1 в 18 часов 45 минут 27.10.2019, находясь в ТЦ П. по адресу: 

<

адрес>, денежные средства в сумме 80 000 рублей наличными;

под предлогом возврата страховых сумм по кредитам, П3 передала лично в руки ФИО1 около 15 часов 30 минут 29.10.2019, находясь у дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 130 000 рублей наличными;

под предлогом оплаты судебных процессов, П3 передала лично в руки ФИО1 в 14 часов 30 минут 30.10.2019, находясь у вестибюля станции метро «Лиговский проспект» по адресу: 

<

адрес>, денежные средства в сумме 200 000 рублей наличными;

под предлогом оплаты судебных процессов, П3 передала лично в руки ФИО1 в 15 часов 00 минут 30.10.2019 года, находясь у входа в банк «Открытие» по адресу: 

<

адрес>, денежные средства в сумме 50 000 рублей наличными;

под предлогом бронирования квартиры для дальнейшего приобретения П3 по выгодной цене, последняя передала лично в руки ФИО1 в 10 часов 30 минут 08.11.2019, находясь у дома 

<

адрес>, денежные средства в сумме 200 000 рублей наличными. 

Таким образом, в период с 13 часов 06 минут 26.10.2019 по 10 часов 30 минут 08.11.2019, он (ФИО1), действуя умышленно, из корыстных побуждений, не намереваясь выполнить взятые на себя обязательства, под вымышленными предлогами взятых на себя обязательств, и не имея намерений выполнить их, то есть, действуя путем обмана, похитил денежные средства, принадлежащие П3, на общую сумму 742 000 рублей, что является крупным размером, которые обратил в свою пользу и распорядился похищенным по своему корыстному усмотрению.

В судебном заседании суда первой инстанции подсудимый ФИО1 свою вину признал в полном объеме, в содеянном раскаялся, от дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ, вместе с тем, дополнительно сообщив суду о частичном возмещении причиненного П1 и полном возмещении причиненного П2 материального ущерба.

Из показаний ФИО1, данных на стадии предварительного расследования в статусе подозреваемого и обвиняемого, оглашенных в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, установлено следующее:

31.10.2017 в ООО В. обратился гражданин П2 за юридической помощью по вопросам наследства, с желанием оспорить наследственную массу, а именно квартиры по 

<

адрес>, для чего компания с ним заключила договор № 10-17-96, по которому он заплатил 60 000 рублей в кассу ООО В. и ему в качестве юриста был назначен он (ФИО1). Примерно в декабре-январе он (ФИО1) разговаривал с П2 об оспаривании долей квартиры №... по адресу: 

<

адрес>, П2 предоставил документы на право собственности 1/3 доли указанной квартиры, ознакомившись с ними, он (ФИО1) разъяснил, что претендовать на остальные 2/3 доли П2 не имеет права, так как наследником первой очереди на 2/3 доли квартиры был сын пасынка П2, после чего они обменялись телефонами для того, чтобы последний звонил ему (ФИО1) напрямую. Спустя несколько дней, в конце января, он (ФИО1) созвонился с П2 договорились встретиться в ТРК М. по адресу: 

<

адрес>, где П2 сказал, что получил конверт из суда г. Тосно, о том, что его невестка на него подала в суд о признании сделки недействительной по долям в квартире на ул. Беговой и земельному участку в Тосненском районе Ленинградской области, далее они обговорили данную сделку, о том, что он (ФИО1) поедет на заседание в суд г. Тосно и ознакомится с материалами дела, они договорились, что он (ФИО1) будет сопровождать дело №... в Тосненском городском суде Ленинградской области, для чего нужно заключить договор стоимостью 45 000 рублей. Договор составили, но деньги П2 не передавал, пояснив, что договор он оплатит по возможности. Он (ФИО1) вступил в дело №... в Тосненском городском суде Ленинградской области, ознакомился с материалами, подготовил правовую позицию, принял участие в предварительном судебном заседании, составил необходимые процессуальные документы. Позднее он (ФИО1) снова встретился с П2 в ТРК М. и разъяснил дальнейшие действия по иску: что суд будет назначать судебную экспертизу, после которой можно начинать оспаривать данный иск. Он (ФИО1) показал ему не существующую копию искового заявления С6 в Тосненский городской суд, которую составил самостоятельно с целью заработать с него денег, и сказал, что для проведения психолого-психиатрической экспертизы, для опровержения недееспособности С7, он (ФИО1) попросил заплатить 90 000 рублей наличными, которые примерно 10.02.2018 передал ему (ФИО1) наличными в руки. Спустя еще несколько дней при встрече с П2, он (ФИО1) показал два несуществующих исковых заявления, которые также составил самостоятельно с целью заработать дополнительных денег с П2, сказал, что С6 подала на него (П2) в суд и по данному поводу надо проводить почерковедческую экспертизу, на проведение которой необходимо 70 000 рублей, которые передал ему (ФИО1) наличными на 

<

адрес> в Санкт-Петербурге. Примерно в середине марта 2018 года он (ФИО1) передал П2 в руки копию, схожую со свидетельством о государственной регистрации права от 26.02.2018, согласно которой квартира №... по адресу: 

<

адрес> принадлежит ему на 3/4 долей, так как С6 отказалась от долей сына, имеется заявление об отказе на наследство в пользу другого наследника, которое он (ФИО1) передал позже. Данная копия свидетельства также была составлена им (ФИО1) с целью заработать денег с клиента. При очередной встрече с П2, он (ФИО1) сказал, что у его жены имеется квартира №... д. 

<

адрес>, что он (ФИО1) возьмется за это дело и поможет продать квартиру, чтобы заработать денег, для чего нужно заплатить 30 000 рублей, которые П2 передал ему где-то на 

<

адрес>. Данную ситуацию он (ФИО1) также разыграл с целью заработать с клиента дополнительных денег. Никаких подтверждающих документов о получении денежных средств он (ФИО5) П2 не предоставлял (т. 3 л.д. 112-115, 117-120, 136-139, 140-142);

17.04.2017 в ООО В. обратилась П1 с которой был заключен договор на оказания услуг № 04-17-41 на сопровождение дела, от имени организации ей был назначен в качестве юриста он (ФИО1), в день заключения договора по указанию секретаря фирмы она у нотариуса С18 оформила доверенность на его (ФИО1) Он (ФИО1) позвонил П1 и сообщил, что в связи с судебным разбирательством он подготовил и направил нотариусу заявление о прекращении деления собственности. Он (ФИО1) связался с П1 и сообщил, что подготовил иск в Красносельский районный суд. Лично он с П1 впервые увиделся, когда последняя приехала в фирму для консультации по обстоятельствам предстоящего судебного заседания, он проконсультировал ее касательно заседания. Примерно в ноябре 2017 года он (ФИО1) сообщил П1, что судебное заседание они выиграли, суд принял решение в ее пользу, а именно: признать право собственности в размере 4/6 в ее пользу. Далее она (П1) поехала в фирму, где оплатила оставшуюся сумму денег по договору, а всего она заплатила по договору 200 000 рублей.

В декабре 2017 года он (ФИО1) позвонил П1 и сообщил, что вторая сторона по ее делу (У.) подали апелляционную жалобу в городской суд Санкт-Петербурга. 22.12.2017 П1 приехала в офис фирмы, где заключила договор № 12-17-58 от 22.12.2017 на оказание юридических услуг, а именно: ведение дела в суде апелляционной инстанции, по которому она оплатила денежные средства в сумме 190 000 рублей. Через некоторое время он (ФИО1) позвонил П1 и сообщил, что заседание суда апелляционной инстанции назначено на апрель 2018 года, заверил П1 в том, что сам будет участвовать в судебном заседании, ее присутствие необязательно. Примерно в мае 2018 года он (ФИО1) вновь позвонил П1 и сообщил, что выиграл слушание в городском суде и назначил встречу в сквере в районе ст.м. Петроградская, в ходе которой, сообщил ей о том, что во избежание подачи второй стороной кассационной жалобы в вышестоящую инстанцию он (ФИО1) договорился с адвокатом У. о том, что они подпишут мировое соглашение, в соответствии с которым П1 должна выплатить 1000000 рублей У., по 500 000 рублей каждому, после чего они в свою очередь откажутся от своих долей квартиры и она станет единственным собственником квартиры. Кроме того, он сообщил, что мировым соглашением будет предусмотрено условие, что У. не будут выплачивать ей компенсацию за судебные расходы, а автомобиль и пенсионные накопления мужа (являющиеся предметом спора) останутся также ей. В ходе беседы он (ФИО1) также сообщил, что подписание мирового соглашения займет примерно 1 рабочий день, который ему оплачен фирмой не будет и сообщил ей, что оказанные им услуги она должна будет возместить, после чего П1 там же в сквере передала ему 5000 рублей в качестве оплаты его услуг по подписанию мирового соглашения. Также он (ФИО1) говорил, что в дальнейшем все ее расходы и издержки будут возмещены по решению суда, тогда П1 дала свое согласие на подписание мирового соглашения. 

07.05.2018 у роддома №... по адресу: 

<

адрес>, он встретился с П1, которая пришла с какой-то женщиной, они сели в его автомобиль и направились в Красносельский районный суд, по пути следования в суд на перегоне трассы между Горелово и г. Красное Село П1 передала ему (ФИО1) денежные средства в сумме 1 000 000 рублей в качестве выплаты У. по мировому соглашению, а также она передала ему 35 000 рублей и бутылку вина в качестве оплаты оказанных ей услуг, последнее она передала ему добровольно в качестве вознаграждения его работы. В этот же день он (ФИО1) позвонил П1 и сообщил, что мировое соглашение подписано, денежные средства в сумме 1 000 000 рублей он передал в суд на хранение до тех пор, пока она не получит на руки документы о праве собственности на квартиру, после чего суд передаст деньги У., хотя на самом деле данные денежные средства он (ФИО1) намеревался потратить на собственные нужды.

Примерно в начале июня 2018 года они встретились у ст.м. пр. Ветеранов, где он (ФИО1) передал ей решение Красносельского районного суда от 20.11.2017 и сообщил, что по делу о признании С1 недостойным наследником судом принято положительное решение, кроме того он предложил ей подать иск на С2 о лишении ее доли наследства, на что она ответила отказом. Также он (ФИО1) сообщил, что в связи с лишением С1 доли наследства, часть средств, ранее переданных ему по мировому соглашению – 500 000 рублей, предназначенные С1, будут ей возвращены по решению суда, однако когда они будут возвращены неизвестно.

Через несколько дней он позвонил и сообщил, что ей (П1) необходимо оплатить 50 000 рублей в качестве оплаты комиссии, для того, чтобы ей вернули 500 000 рублей, указанную сумму на следующий день П1 передала ему наличными в сквере у ст. м. Петроградская.

14.06.2018 он (ФИО1) снова позвонил П1 и сообщил, что его мать болеет, и ему необходимы средства, для приобретения лекарств. Сославшись на то, что он оказывает ей услуги, которые она, якобы давно не оплачивала, он попросил у нее деньги в сумме 100 000 рублей, указанной суммы у нее не было, но в тот день она (П1) получила зарплату, 20 000 рублей, которые в тот же день перевела ему на банковскую карту.

Через несколько дней он позвонил П1 и сообщил, что он (ФИО1) общался с судьей 

<

...>, С17, который ведет их дело, последний сообщил о том, что якобы С2 отказалась от части доли наследства в пользу С1, а учитывая то, что С1 признан недостойным наследником, указанная часть доли наследства автоматически переходит к ней. Однако на самом деле он (ФИО1) соврал П1 - с судьей С17 он близко не знаком, дружеских отношений у них нет, какую-либо помощь он ему не оказывал. Также он сообщил о том, что для того, чтобы ей получить обратно часть средств, ранее переданных по мировому соглашению, 500 000 рублей, предназначенные С2, ей необходимо опять оплатить комиссию в размере 50 000 рублей, он сказал, что после оплаты указанной комиссии, денежные средства в сумме 500 000 рублей по мировому соглашению с С2, а также 500 000 рублей по соглашению с С1 ей будут возвращены судебными приставами. Через несколько дней они встретились с П1 в сквере у ст.м. Петроградская, где последняя передала ему денежные средства в размере 50 000 рублей, в качестве оплаты комиссии.

Через некоторое время они снова встретилась с П1 там же, где она поинтересовалась, когда приставы вернут ей деньги размере 1 000 000 рублей, на что он (ФИО1) сообщил, что для получения денежных средств необходимо оплатить налог в размере 13%, то есть 130 000 рублей, на что она сообщила, что оплатит налог после получения денег. Он же (ФИО1) при помощи юридических терминов убедил ее в том, что указанные проценты необходимо оплатить до того, как ей вернут деньги, кроме того заверил ее в том, что денежные средства в сумме 50 000 рублей, то есть комиссии), ранее переданные ему и 50 000 рублей, которые она также передала ему в качестве оплаты комиссии, будут ей возвращены позже, а налог возвращен не будет. Он (ФИО1) также сообщил, что часть суммы оплаты налога - 30 000 рублей, он оплатит сам, а 100 000 рублей, она должна будет оплатить сама. Через несколько дней они вновь встретилась с П1, там же в сквере у ст.м. Петроградская, где она передала ему денежные средства в размере 100 000 рублей.

27.08.2018 они встретились с П1 у ст.м. Лесная, где в ходе беседы он крайне настойчиво интересовался, общается ли она с С1 и С2, на что она сообщила, что с У. не общается, после этого, он сообщил, что У. подделали ее подписи в доверенности от ее имени, в расписке от ее лица о якобы заемных средствах у С2 в размере 500 000 рублей, в договоре продаже квартиры, в документах, отражающих факт передачи им денежных средств в размере 1 000 000 рублей, в качестве возмещения морального вреда (тот 1 000 000 рублей, который якобы приставы должны ей вернуть) и иных документах. На вопрос что делать, он (ФИО1) сообщил, что необходимо подавать иск в суд, для этого необходимо передать денежные средства в размере 30 000 рублей, при себе у П1 указанной суммы не было, они решили встретиться позже, а именно в этот же день вечером 27.08.2018 они встретились в сквере у ст.м. Петроградская, где она (П1) передала ему денежные средства в размере 30 000 рублей в качестве оплаты пошлины по исковому заявлению, пояснил, что 28.08.2018 он поедет в Красносельский районный суд для подачи иска, и, сославшись на знакомых в суде, заверил в том, что договорится о том, что судья по исковому заявлению будет назначен С17 На следующий день, 28.08.2018, он (ФИО1) позвонил П1 и сообщил, что исковое заявление подал, слушание назначено на пятницу текущей недели, также сообщил, что судья выписал запрет на регистрационные действия по регистрации собственности. После якобы проведенного слушания, в начале сентября 2018 года он (ФИО1) позвонил П1 и назначил встречу, в ходе которой в сквере у ст.м. Петроградская сообщил о том, что на слушании судья назначил проведение экспертизы документов для определения подлинности ей подписей, стоимость проводимой экспертизы озвучил как по 50 000 рублей за 1 подпись, а всего их было 5, общая стоимость экспертиз составит 250 000 рублей, которые необходимо доплатить за скорость проведения таких экспертиз. В разговоре он заверил П1 в том, что по окончании судебного разбирательства все денежные средства, затраченные на экспертизы и иные мероприятия, ей будут возмещены по решению суда, П1 сообщила, что будет искать указанную сумму денег. На следующий день он позвонил ей и сообщил, что заедет за ней на работу и отвезет к экспертам для отбора образцов ее подписи, когда приехал к ее работе, она спустилась в его машину, где он (ФИО1) сообщил, что с целью сокращения времени, он сам отберет у нее образцы подписи, для этого он дал ей 2 листа формата А4, на которых она написала по 5 раз на каждом листе, свои ФИО и подпись. На самом деле ни каких экспертиз он (ФИО1) назначать не собирался, хотел выманить у П1 еще денег на собственные нужды. Примерно через несколько дней они встретились в сквере у ст.м. Петроградская, где она передала ему денежные средства в сумме 250 000 рублей в качестве оплаты экспертизы, а также какие-то денежные средства за быстроту производства экспертизы.

Примерно через неделю он (ФИО1) позвонил ей и сообщил, что экспертиза готова и прошло еще одно слушание, на котором судья назначил еще одну экспертизу, стоимость которой составит примерно 300 000 рублей, после чего они встретились в сквере у ст.м. Петроградская, где она (П1) передала ему денежные средства в указанной сумме, а в качестве оплаты быстроты проведения экспертизы, он сообщил, что необходимо приобрести эксперту монитор для компьютера стоимость около 50 000 рублей. Указанный монитор, она приобрела в магазине М.Видео в ТК Г. у ст.м. Пл.Восстания совместно с ним (ФИО1), он сам показал ей, какой необходимо купить монитор, после чего положил монитор в свою машину и уехал. Денежные средства он потратил на собственные нужды, монитор забрал себе.

Через несколько дней, в сентябре, он (ФИО1) вновь позвонил ей и сообщил, что экспертиза готова, прошло второе слушание, на котором судья назначил третью экспертизу, которую необходимо провести в г. 

<

адрес>, стоимость которой составит около 400 000 рублей, заверил ее в том, что указанная нано-экспертиза делается исключительно в г. 

<

адрес>, во избежание оказания давления на эксперта, со стороны У., судья С17 отправил помощника в г. 

<

адрес>, который будет контролировать ход проведения экспертизы. По окончанию экспертизы, сам С17 также отправится в 

<

адрес>, для проведения выездного заседания. Он также сообщил, что проживание и проездные траты помощника судьи и самого судьи С17 в г. 

<

адрес>, Гусельников оплатит сам лично, ей (П1) необходимо будет оплатить лишь стоимость самой экспертизы. В конце сентября они встретились в сквере у ст.м. Петроградская, где она передала ему деньги в сумме около 400 000 рублей, за оплату третей экспертизы. Точно таким же способом, спустя некоторое время, под предлогом проведения еще одной нано-экспертизы, он (ФИО1) завладел денежными средствами в сумме около 450 000 рублей, которые П1 передала ему там же. Данные денежные средства были потрачены им на собственные нужды.

В конце сентября он (ФИО1) сообщил ей о том, что в результате проведенных 4 экспертиз судья С17 вынес решении о признании вышеуказанных документов недействительными, а также определил возместить ей моральный ущерб и судебные издержки, в сумме около 20 000 000 - 25 000 000 рублей, однако пояснил, что указанные средства направлены судебным приставам, для получения которых необходимо оплатить комиссию и налог 13 % с указанной суммы. Кроме того, он пояснил что тот 1 000 000 рублей, за который она два раза по 50 000 рублей оплатила комиссию 130 000 рублей налог, суд включил в стоимость оплаты налога по сумме морального ущерба (20-25 миллионов), и ей осталось лишь оплатить оставшуюся сумму налога, в размере около 1 100 000 рублей. После этого, в конце сентября 2018 года, в период 2-3 встреч с П1 в сквере у ст.м. Петроградская, последняя передала ему (ФИО1) денежные средства, в сумме около 1 100 000 рублей в качестве оплаты налога. В начале октября по прошествии якобы 3 слушаний в городском суде он (ФИО1) сообщил ей, что они выиграли апелляцию, суд назначил им возмещении морального ущерба 50 000 000 рублей и скоро им выдадут деньги.

Все это время он (ФИО1) вводил П1 в заблуждение, сообщал, что якобы у С1 арестовали счета на 150000000 рублей и другое. После чего вновь ввел ее в заблуждение, что необходимо оплатить комиссию и налог в получении морального вреда в размере около 50 000 000 рублей, заверял ее в том, что договорился в налоговой инспекции о снижении ставки налога, прикрывался фамилиями высокопоставленных людей. В результате чего, в течении октября П1 передала ему (ФИО1) всего около 1 500 000 рублей, которые передавались в разные встречи в сквере у ст.м. Петроградская.

В конце октября они встретилась с П1 у ст.м. Беговая, где он (ФИО1) сообщил о том, что в мае-июне 2018 года она ему перечисляла денежные средства на карту в сумме 80 000 рублей, которые он якобы готов ей вернуть. Данные денежные средства они несколько раз прокрутили через карту П1, путем зачисления и снятия 2 раза, после чего указанные деньги последняя ему также отдала. Указанные действия, он просил ее совершить с целью сокрытия следов хищения ее средств, под предлогом возврата долга.

В ноябре месяце в телефонном разговоре с П1 он сообщил, что совместно с судьей С17 приехал к судебным приставам для получения денег в качестве морального ущерба, однако по прибытию к приставам, ему сообщили, что денежные средства были перечислены в казначейство по безналу. Накануне этого под предлогом получения денег наличными у приставов, для оплаты комиссии указанной операции, П1 передала ему 150 000 рублей в сквере у ст.м. Петроградская. В ходе беседы он пояснил, что банк требует проплатить комиссию за снятие наличных. В течении нескольких дней, он говорил ей, что с сотрудниками банка, пытается провести операцию по зачисление денег на ее счет в ручном режиме, потом ссылался на то, что по ее карте задолженность в размере 197000 рублей, и пока ее не погасить, деньги не могут быть зачислены, для погашения задолженности, она вновь передала ему деньги в сумме 160 000 рублей у станции метро Беговая. Остальные деньги он (ФИО1) обещал оплатить сам. Таким образом, путем обмана им (ФИО1) всего было похищено свыше 5 000 000 рублей, принадлежащих П1, которые были потрачены им на собственные нужды. Никаких подтверждающих документов о получении денежных средств он П1 не предоставлял. Свою вину в хищении денежных средств П1 О.В. признает полностью, в содеянном раскаивается (т. 2 л.д. 88-94, т. 4 л.д. 10-12);

У него (ФИО1) есть знакомый – С19, с которым знаком с 2018 года. В октябре 2019 года ему позвонил А. и рассказал, что есть знакомая, П3, которая в июле 2019 года оформила кредитный договор в банке «Открытие» на сумму около 900 000 рублей, финансовая нагрузка по оплате платежей по кредиту для нее стала обременяющей, П3 искала юриста, который мог бы грамотно оформить и провести процедуру банкротства физического лица. 24.10.2019 он (ФИО1) созвонился с П3 и сказал, что сможет помочь ей, договорились встретиться 26.10.2019 у нотариуса С16 по адресу: 

<

адрес>, он (ФИО1) сообщил П3, что его услуги будут стоить около 90 000 руб., также сказал, что для оплаты процедуры банкротства понадобятся деньги, в тот же день П3 оформила на его имя доверенность с правом предоставления ее интересов в суде, также он (ФИО1) заключил с ней договор оказания услуг, который принес с собой, она же передала ему документы по кредиту, после чего он сообщил, что она должна передать предоплату за оказания услуг в сумме 45 000 рублей и еще 37 000 рублей на почтовые отправления и оформление документов. Далее они прошли в офис Сбербанка в том же доме, она при нем сняла с банкомата Сбербанк сумму в размере 31 500 руб., и передала эту сумму ему, далее в вестибюле ст.м. Пионерская около 13 часов 40 минут в его присутствии П3 сняла с банкомата сумму в размере 35 000 рублей, а 15 500 рублей она достала из своего кошелька. 27.10.2019 он (ФИО1) позвонил П3 и сообщил, что ему необходимо получить от нее 80 000 рублей за работу финансового управляющего, указанную сумму она передала ему (ФИО1) лично в тот же день около 18 часов 45 минут в ТЦ П. по адресу: 

<

адрес>, в его присутствии с банкомата Тинькофф сняла деньги в сумме 80 000 рублей и передала ему. 30.10.2019 он (ФИО1) позвонил ей и сообщил, что ему необходимо получить от нее 200 000 рублей на оплату судебных процессов, которые в тот же день около 14 часов 30 минут она (П3) в присутствии С19 у входа в ст.м. Лиговский проспект она передала лично ему (ФИО1). После этого он сказал, что необходимо еще 50 000 рублей, так как требуемой суммы у нее не было, она сняла 50 000 рублей в банкомате банка Открытие и переда лично ему в руки, С19 также присутствовал при передаче денег. В начале ноября 2019 года он (ФИО1) позвонил П3 и сообщил, что может забронировать на ее имя квартиру в агентстве 

<

...> в БЦ 

<

...> по адресу: 

<

адрес>, для дальнейшего приобретения по выгодной цене, для чего ему необходима сумма в размере 200 000 рублей, на что П3 согласилась, и на следующий день на ст.м. Комендантский проспект, П3 в присутствии С19 передала ему (ФИО1) 200 000 рублей, якобы для первоначального взноса за квартиру. Однако никакой квартиры не было, он ввел ее в заблуждение. Также помимо вышеуказанных встреч, они с П3 встречались еще несколько раз, где последняя также передавала ему небольшие суммы. Все деньги, которые ему (ФИО1) передавала П3, он потратил на собственные нужды, при этом неоднократно говорил, что назначено судебное заседание по данному вопросу, но на самом деле никаких заседаний не было. Свою вину признает в полном объеме, в содеянном раскаивается (т. 3 л.д. 238-241, 242-247, т. 4 л.д. 10-12).

Помимо признательных показаний ФИО1, его вина в совершении преступлений в отношении потерпевших П2, П1, П3 подтверждается совокупностью доказательств, исследованных судом.

По преступлению в отношении П2: 

- показаниями потерпевшего П2, согласно которым он один проживает в двухкомнатной квартире №... по адресу: 

<

адрес>, в которой ему принадлежит 1/4 доли, а 3/4 доли в настоящее время на основании свидетельства о праве на наследство по закону принадлежат С5, который является его внуком и покойной жены С10 от первого брака, от ее сына С7 У него (П2) совместно с С10 находилась в собственности квартира 

<

адрес>, оформленная на него (П2). В 1993 году он (П2) приобрел земельный участок №... (кадастровый №...) в 

<

адрес>, который в последующем был перерегистрирован на С7 После смерти С7 09.09.2017 встал вопрос о наследии указанных земельного участка и квартиры, о праве собственности на которые заявила С6 - бывшая жена С7, в пользу, на тот момент несовершеннолетнего, сына С5

31.10.2017 он (П2) обратился в юридическую компанию Ю. за юридической помощью по вопросам наследства, с которой был заключен договор № 10-17-96, по которому он (П2) заплатил 60 000 рублей в кассу организации, где ему был назначен юрист ФИО1 для составления искового заявления в суд об оспаривании наследования квартиры, по адресу: 

<

адрес>, из состава совместно нажитого имущества. Он (П2) с ФИО1 в тот день разговаривал об оспаривании долей вышеуказанной квартиры, ФИО1 сказал, что, скорее всего, можно будет решить досудебно через нотариуса, и ему (П2) можно будет увеличить его долю собственности в данной квартире. В этот день они обменялись телефонами для связи, спустя несколько дней они встретились в ТЦ М. по адресу: 

<

адрес>, где периодически встречались с ФИО1

В декабре 2017 года по почте он (П2) получил письмо из Тосненского городского суда Ленинградской области, куда необходимо было явиться на первое заседание в качестве ответчика. О данном письме он рассказал ФИО1 по телефону, они встретились с ним в ТРК М., он (П2) рассказал об участке №... в 

<

адрес>, тогда ФИО1 сказал, что составит исковое заявление в Тосненский городской суд Ленинградской области и участок перейдёт к нему (П2), что это в его силах, но для осуществления всех действий необходимо заключить с ним договор стоимостью 45 000 рублей, который в результате они заключали и он (П2) в вечернее время в промежутке 01.02.2018 по 04.02.2018 в ТРК М. передал ему в руки 45 000 рублей наличными без расписок и квитанций.

На первое заседание ФИО1 ездил без него, после которого они встретились в помещении ТРК М. где ФИО1 показал ему (П2) копию искового заявления С6 в Тосненский городской суд и сказал, что для проведения судебно-медицинской экспертизы для опровержения недееспособности С7 необходимо заплатить 100 000 рублей, он (П2) согласился, и 21.01.2018 он (П2) в ТРК М. по адресу: 

<

адрес>, передал ему 100 000 рублей наличными в руки без расписки и квитанции. При очередной встрече с ФИО1 он рассказал, что у него имеется в собственности однокомнатная квартира по адресу: 

<

адрес>, ФИО1 спросил, получал ли он (П2) за данную квартиру налоговый вычет, при отрицательном ответе ФИО1 предложил помочь в получении налогового вычета, что у него (ФИО1) везде знакомые, что он может это сделать быстро и грамотно, и объявил сумму вознаграждения для него в 1 200 000 рублей.

Спустя несколько дней при встрече с ФИО1 он сказал, что после смерти С7 его сын имеет право на 1/2 доли от 

<

адрес>, и что ФИО1 также поможет решить эти проблемы, но надо будет заплатить 90 000 рублей за почерковедческую экспертизу, так как якобы есть сомнения в подлинности подписи С7 При очередной встрече в ТРК М., ФИО1 показал ему (П2) еще два исковых заявления и сказал, что С6 подала на него (П2) в суд, по данному поводу надо будет проводить почерковедческую экспертизу, на проведение которой необходимо 90 000 рублей, он (П2) согласился и 11.02.2018 при встрече с ФИО1 около 

<

адрес> в Санкт-Петербурге, он (П2) передал ФИО1 в руки 90 000 рублей наличными без квитанции и расписки. ФИО1 в середине марта 2018 года передал ему (П2) копию свидетельства о государственной регистрации права от 26.02.2018 и сказал, что это его (П2) основной документ на собственность, согласно которому 3/4 долей квартира №... по адресу: 

<

адрес>, принадлежит ему (П2), так как С6 отказалась от долей сына и имеется заявление об отказе на наследство в пользу другого наследника, которое ФИО1 ему (П2) передал позже. После ФИО1 пояснял ему (П2), что была сделана экспертиза, результат которой он (ФИО1) не предоставил, сказал, что у его (П2) жены имеется квартира 

<

адрес>, и что он (ФИО1) поможет ему продать указанную квартиру, за что надо будет заплатить ему 130 000 рублей для оформления сделки. О данной квартире он (П2) никогда не знал, однако он доверял ФИО1 и стал собирать деньги, но такой суммы у него не было и он занял у своей соседки С4 25 000 рублей, которой рассказал, для чего нужны деньги. Затем он (П2), доложив свои 5 000 рублей, в вечернее время в период 01.03.2018 по 25.03.2018 у 

<

адрес> в Санкт-Петербурге передал ФИО1 30 000 рублей, ФИО1 сказал, что остальные денежные средства он останется должен.

Просмотрев документы, которые были у П2, С4 заметила, что в «свидетельстве о государственной регистрации права» на квартиру на 

<

адрес> стоит печать Росреестра 

<

адрес>, сказала, что надо заказать справку в МФЦ, и 29.03.2019, получив указанную справку он (П2) обнаружил, что собственником является ФИО1, чем был шокирован, по этому поводу обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга. После он (П2) при разговоре с С6 установил, что с иском к нему она не обращалась в суд, заявлений об отказе от долей в собственности не писала, никаких исков кроме как в отношении земельного участка в 

<

адрес> она не подавала. Таким образом, ФИО1 ввел его в заблуждение и обманным путём, получил с него 265 000 рублей, чем причинил ему значительный материальный ущерб, так как он пенсионер и живет на пенсию.

Дополнительно сообщил, что 04.02.2018 при посещении с ФИО1 нотариуса, он подписал договор, какой именно не помнит, так как ФИО1 сказал, чтоб он лишних вопросов не задавал, он (П2) доверился ему, не читая подписал документ. Также в феврале 2018 года в ТРК М. он (П2) собственноручно написал ФИО1 расписку о получении денежных средств в сумме 4 500 000 рублей за продажу 

<

адрес> в Санкт-Петербурге, но наличных денег на указанную сумму он (П2) не получал, переводов на его банковский счет не поступало. ФИО6 заверял его, что указанная расписка необходима для получения налогового вычета, и он (П2) ему доверился и сделал так как он сказал (т. 3 л.д. 40-44, 47-49, 117-120, 149-153, т. 7 л.д. 62-64).

В ходе судебного разбирательства, отвечая на вопросы стороны обвинения и защиты относительно обстоятельств, предшествующих и последующих инкриминируемым подсудимому деяниям, потерпевший П2 пояснил, что перед передачей ФИО6 денежных средств, каждую из указанных сумм он предварительно снимал с принадлежащего ему счета, на котором хранились его сбережения, о чем представил суду выписку по счету №.... Также потерпевший дополнительно сообщил, что выданная ФИО1 на представление его интересов доверенность была отозвана им 02.04.2018, ущерб, причиненный преступлением, в размере 265 000 рублей ему (П2), был возмещен в полном объеме в 2019 году. При этом потерпевший не оспаривает того факта, что в рамках гражданского дела №... в Тосненском городском суде Ленинградской области ФИО1 принимал участие;

- показаниями свидетеля С4, согласно которым является соседкой П2 В ноябре 2017 года она узнала от П2, что он подает иск на увеличение доли в наследстве от покойной жены С10, а в марте 2018 года П2 обратился к ней за помощью, пояснив, что у него будет происходить сделка по адресу: 

<

адрес>, где П2 получит долю от продажи квартиры на 

<

адрес>, пояснив, что все сделки по исковым заявлениям и ведению юридических документов ведет юрист юридической фирмы В., в которую он (П2) обратился - ФИО1, но сделка не состоялась, так как ФИО1 постоянно ее откладывал. 11.03.2018 к ней (С4) обратился П2 с просьбой взять у нее в долг деньги в сумме 130 000 рублей на оформление сделки купли-продажи квартиры на 

<

адрес>, также пояснил, что данную сумму денег нужно отдать юристу за сделку. Поскольку такой суммы у нее не было, она передала П2 25 000 рублей, насколько ей известно П2 добавил свои 5000 рублей. Передав деньги П2, при ней (С4) состоялся звонок от ФИО1 П2, который пояснил, что он (ФИО1) подъехал, П2 нужно спуститься на улицу, при этом она (С4), будучи в квартире П2, подошла к окну на кухне и лично видела, как на улице П2 передал ФИО1 денежные средства, после чего, когда П2 вернулся, он принес копию договора, согласно которому П2 имеет право на 3/4 квартиры на 

<

адрес>. Она (С4) заметила, что договор ксерокопирован, не имеет синей печати, в связи с чем предложила П2 получил выписку из ЕГРН, для подтверждения права собственности.

Также со слов П2 ей (С4) известно, что ФИО1 предложил ему оформить сделку купли-продажи квартиры на 

<

адрес>, которой по словам ФИО1 владела умершая жена П2, а в последующем и бывшая невестка П2 – С6, при этом П2 не знал о данной квартире. Из пояснений ФИО1 следовало, что, поскольку П2 подал на увеличение наследства, а ФИО1 уличил С6 в незаконном завладении квартирой, этот вопрос решается в пользу П2, так как она откажется от доли в наследстве – квартиры на 

<

адрес>.

Кроме этого, П2 просил ее (С4) присутствовать на сделке, на которой, по словам ФИО1, С6 должна была отказаться от квартиры на 

<

адрес>, одновременно должны были присутствовать покупатели указанной квартиры, однако в назначенное время встреча не состоялась, П2 сообщил, что, по словам ФИО1, покупателей нет, сделка откладывается на неделю. Через неделю П2 снова позвонил ей и попросил еще денег в размере 120 000 рублей. Тогда возникли сомнения в действительности происходящего, она предложила П2 выяснить у ФИО1 адрес квартиры на 

<

адрес>, однако Гусельников не стал говорить. После П2 позвонил третий раз и сказал, что состоится сделка, ФИО1 назвал адрес якобы принадлежащей С6 квартиры на 

<

адрес>, из открытых источников сети Интернет ее (С4) муж установил, что это 10-комнатная квартира общежитие, на каждую комнату в которой есть собственник.

При этом П2 показал переданные ему ФИО1 исковое заявление, якобы поданное в Приморский районный суд Санкт-Петербурга на увеличения доли в наследстве, которое не имело никаких признаков искового заявления, показал бумагу, из содержания которой следовало, что С6 отказывается от своей доли в наследстве, где стояла печать 

<

адрес>, тогда П2 признался, что подписал на ФИО1 квартиру. Как следовало из рассказа П2, ФИО1 спрашивал, получил ли он (П2) налоговый вычет на квартиру на 

<

адрес>, при отрицательном ответе ФИО1 предложил его получить, однако для увеличить сумму вычета, нужно перевести квартиру на него (ФИО1). Когда П2 получил справку с Росреестра, оказалось, что данная квартира принадлежала не ему.

Также ей (С4) известно от самого П2 о факте передачи последним ФИО1 45 000 рублей (т. 3 л.д. 78-79);

- показаниями свидетеля С3, данными в ходе предварительного расследования и оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым является другом семьи П2, ранее общалась с его покойной женой. В ноябре 2017 года она узнала от П2 о том, что на него в суд подала невестка С6 о признании недействительным договора купли-продажи дачного участка в 

<

адрес>. В конце января 2018 года она (С3) впервые увидела ФИО1, который был назначен в качестве юриста П2 для помощи в суде, при этой встрече в ТЦ М. по адресу: 

<

адрес>, ФИО1 сказал ей (С3) и П2, что сможет помочь в дальнейших делах в суде, для чего нужно заключить отдельный договор и внести деньги. На следующий день она ознакомилась с договором об оказании юридической помощи, составленным между ФИО1 и П2, при этом последний сообщил, что заплатил ФИО1 по данному договору деньги в сумме 45 000 рублей. Позже от П2 ей стало известно о том, что на одной из встреч ФИО7 сказал ему (П2), что необходимо сделать множество образцов его подписи для того, чтобы опровергнуть иск С6, для чего необходимо проведение экспертизы. Она (С3) присутствовала с П2 при передаче ФИО7 листа с образцами подписей. Потом она узнала от П2, что денежные средства за данную экспертизу он (П2) передал ФИО1 (т. 3 л.д. 91-92);

- заявлением о преступлении от П2 от 05.12.2018, согласно которому ФИО1 под предлогом оказания юридических услуг совершил в отношении него (П2) мошенничество, незаконно присвоил деньги в сумме 265 000 рублей, данная сумма для него является значительной (т. 2 л.д. 149-150);

- протоколом осмотра места происшествия от 19.04.2019 с фототаблицей, согласно которому в ходе осмотра стола в кабинете №... 

<

...> отдела полиции Санкт-Петербурга изъят, в последующем осмотрен и признан вещественным доказательством: DVD-R диск с аудиозаписью телефонных переговоров между С9 и ФИО1 (т. 2 л.д. 228-229, 230-231, 232-237, 238);

- протоколом выемки от 22.07.2019 и осмотра документов от 25.07.2019, согласно которым соответственно у потерпевшего П2 изъяты, в последующем в установленном законом порядке осмотрены и признаны вещественными доказательствами:

надлежащим образом заверенная копия договора об оказании юридических услуг от 18.01.2018 между П2 и ФИО1, согласно которому последний берет на себя обязательства по представлению интересов клиента (П2) в рамках гражданского дела №... в Тосненском городском суде Ленинградской области в качестве представителя ответчика, договор также содержит указание на: права и обязанности сторон; оплата услуг, где указана стоимость услуг 45 000 рублей, которая в соответствии с п. 3.3 Договора является фиксированной и рассчитана исходя из сложности и объема досудебной работы, анализа гражданского дела №... в Тосненском городском суда 

<

адрес>, подготовки документов встречного искового заявления, объема необходимых действий и работы по представлению интересов Клиента в суде; заключение мирового соглашения; ответственность сторон; прочие условия; реквизиты и подписи сторон, договор содержит подписи П2 и ФИО1,

надлежащим образом заверенная копия доверенности 

<

адрес>4 от 01.11.2017, согласно которой П2 доверяет в том числе ФИО1 представлять его (П2) интересы во всех судебных, административных, государственных, муниципальных и иных учреждениях и организациях, а также вести дела по наследству, оставшееся после умершей 06.05.2014 супруги С10 в чем бы оно не заключалось и где бы оно не находилось, для чего предоставляет право подавать от его (П2) имени заявления о принятии им (П2) наследства; доверенность выдана сроком на три года, имеется ФИО доверителя: П2, подпись, имеется оттиск печати нотариуса (т. 3 л.д. 51-57, 58-66, 67-75, 76),

- надлежащим образом заверенной копией договора возмездного оказания услуг № 10-17-96 от 31.10.2017 между П2 и ООО Ю., сумма договора: 60 000 рублей, цель юридического сопровождения: оспаривание наследования квартиры по адресу: 

<

адрес>, из состава совместно нажитого имущества, копии квитанции об оплате по договору №... от 31.10.2017 на суммы 7 000 рублей и 53 000 рублей от 31.10.2017 и 01.11.2017 соответственно (т. 2 л.д. 153-161, 162),

- надлежащим образом заверенной копией искового заявления С6 к П2 в Тосненский городской суд Ленинградской области о признании недействительным заключенного между ними договора купли-продажи земельного участка по адресу: 

<

адрес>; аннулировании регистрации права собственности П2; включения указанного земельного участка в наследственную массу после смерти С7 (т. 2 л.д. 174-175),

- ответом Тосненского городского суда 

<

адрес> исх. №... от 28.03.2019 и №... от 16.04.2019 с приложением, согласно которым иск С6 к П2 от 15.12.2017 с предметом рассмотрения, описанным судом выше, был рассмотрен 04.10.2018, делу присвоен номер №..., в рамках данного дела от ФИО4 психонервологической экспертизы представлено не было, от ФИО4 исковых заявлений в Тосненский городской суд Ленинградской области не поступало (т. 2 л.д. 177-178),

- копией протокола предварительного судебного заседания Тосненского городского суда 

<

адрес> от 

<

дата> по делу №..., в котором принимал участие ФИО1 в качестве представителя ответчика П2 (т. 2 л.д. 180-184),

- надлежащим образом заверенной копией решения Тосненского городского суда Ленинградской области от 04.10.2018 и определения от 18.12.2018 об исправлении описки, согласно которым в качестве доказательства по делу судом положено заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов от 30.07.2018 № 1595, проведенное на основании определения Тосненского городского суда Ленинградской области от 04.05.2018; копией заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1595 от 30.07.2018 психоневрологического диспансера ГКУЗ ЛО, согласно которому в ходе судебного заседания 13.06.2018 по делу в отношении С7 назначена посмертная СПЭ (т. 2 л.д.192-199),

- выписками по вкладу ПАО Сбербанк №..., оформленному на П2, согласно которым совершены следующие операции по снятии денежных средств: 21.01.2018 на сумму 100 000 рублей, 11.02.2018 на сумму 90 000 рублей (т. 8 л.д. 47, 48),

- ответом Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 19.12.2018 на исх. 76/18416 и 21.01.2019 на исх. №..., согласно которым в производстве суда исков С6 в ее интересах или в интересах несовершеннолетнего С5 к П2 не имеется (т. 2 л.д. 207, 208),

- копиями исковых заявлений С6 в интересах несовершеннолетнего С5 к П2 о расторжении договора купли-продажи земельного участка, о взыскании денежных средств по договору займа, о признании права собственности, в которых отсутствует дата составления документа, фамилия лиц, их подписавших (т. 2 л.д. 209-219),

- копией свидетельства о государственной регистрации права от 26.02.2018, согласно которому удостоверяется право собственности П2 на 3/4 доли общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, в документе содержится указание на орган: Федеральная служба государственной регистрации кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, внизу документа копия оттиска печати «Управление Росреестра 

<

...>» (т. 2 л.д. 220),

- копией заявления С6, действующей в интересах несовершеннолетнего С5, об отказе от причитающегося последнему наследства в пользу П2, документ не содержит даты составления (т. 2 л.д. 221),

- копией договора № 32 возмездного оказания услуг от 04.02.2017 между ООО В. и ФИО1, согласно которому последний обязуется по заданию заказчика оказать комплекс юридических услуг (т. 3 л.д. 8-11).

По преступлению в отношении П1: 

- показаниями потерпевшей П1, согласно которым, до 2019 года она постоянно проживала по адресу: 

<

адрес>, квартира по указанному адресу находилась в собственности ее покойного мужа. Помимо нее заявление о принятии наследства подала мать мужа – С2 и сын мужа от первого брака, С1 Полагая, что ей (П1) полагается большая часть квартиры, она обратилась за юридической консультацией в ООО В., где по результатам изучения документов ей сообщили, что действительно она сможет претендовать на большую часть жилой площади, руководитель фирмы С15 заверил ее, что дело выигрышное и фирма готова оказать ей юридическую помощь, он (С15) ее полностью убедил и 17.04.2017 она заключила с ООО В. договор на оказание юридических услуг № 04-17-41, согласно которому фирма приняла на себя поручение по ведению дела о признании за ней права собственности на 1/2 доли в наследственном имуществе, стоимость услуг по договору установлена в размере 140 000 рублей: 70 000 рублей она оплатила в кассу фирмы 18.04.2017. В день заключения договора у нотариуса она (П1) оформила доверенность в том числе на ФИО1, работника ООО В., на представление ее интересов при ведении наследственного дела. Работники юридической фирмы сообщили, что имеется возможность увеличения причитающейся ей наследственной доли путем признания С1 в судебном порядке недостойным наследником и отстранения его от наследства, заверив, что для этого есть основания. В связи с этим 28.04.2017 ею был заключен с ООО В. договор на оказание юридических услуг № 04-17-75 на ведение дела в суде первой инстанции о признании недостойным наследником С1, по которому ею внесена предварительная оплата. Для исполнения договоров от ООО В. ей был выделен юрист ФИО1, который через несколько дней после заключения договора позвонил и сообщил, что подготовил заявление на имя нотариуса о прекращении раздела наследственного имущества в связи с судебным разбирательством, копию которого прислал ей на электронную почту, Гусельников с использованием юридических терминов пояснил необходимость оформления этого документа. Далее в течение некоторого периода времени она (П1) неоднократно связывалась с ФИО3, который сообщил, что им подготовлено исковое заявление в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга, после в офисе ООО ФИО7 рассказал ей о предстоящем заседании, в котором личного участия не принимала. 

Исковое заявление о выделе супружеской доли из наследственного имущества и увеличении доли подано в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в мае 2017 года - дело №.... Со слов секретаря фирмы в конце ноября 2017 года ей (П1) стало известно, что заседание состоялось и суд вынес решение в ее пользу – за ней признано право собственности на 4/6 долей на квартиру, текст решения она не видела, после она (П1) произвела оплату оставшейся части по договору. В середине декабря 2017 года ей от работников фирмы ей стало известно, что ответчики подали апелляционную жалобу в Санкт-Петербургский городской суд. 22.12.2017 она (П1) заключила договор на оказание юридических услуг №..., стоимостью 190 000 рублей. Она была уверена, что юридическая фирма решит ее проблемы, при этом информацию об исполнении договора № 04-17-75 ей не предоставили.

После ей (П1) позвонил ФИО1 и сообщил, что судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на апрель 2018 года, при этом заверил, что будет участвовать в судебном заседании, ее участие необязательно, спустя время ФИО1 позвонил и сообщил, что суд апелляционной инстанции вынес решение в ее пользу, одновременно Е. и ее мать сообщили ей (П1) о проигрыше последней в суде. После в ходе разговора с ФИО3 последний рассердился, сказал, что информация о ее (П1) проигрыше ложная, что ей следует ему доверять, что только у него есть достоверная информация, после чего она полностью поверила ФИО3.

После ФИО1 сообщил ей, что У. собираются подать кассационную жалобу на решение по делу, но он ведет переговоры о мировом соглашении, через несколько дней при встрече с ФИО3 около ст.м. Петроградская последний сообщил, что во избежание подачи ответчиками кассационной жалобы он договорился с адвокатом У. о том, что они заключат мировое соглашение, по которому она выплатит 1 000 000 рублей У., после чего они откажутся от своих долей квартиры и она (П1) станет единственным собственником. Также со слов ФИО1 по мировому соглашению У. не будут выплачивать компенсацию судебных расходов, автомобиль и пенсионные накопления мужа останутся ей, сообщив, оформление мирового соглашения займет день, который она должна будет заплатить ему лично, сумму в размере 5000 рублей тогда же она (П1) передала ФИО3. 

Денежных средств в размере 1 000 000 рублей у нее (П1) не было, Гусельников предложил ей взять кредит, для чего совместно с ней посещал банки, в итоге деньги в сумме 1 000 000 рублей 03.05.2018 ее сестра С21 прислала ей на карту Сбербанка на счет №..., которые сняла и 07.05.2018 по адресу: 

<

адрес>, передала ФИО3. При передаче денег присутствовала ее знакомая С13 Встретившись с ФИО1 в его машине, направились в Красносельский районный суд, по пути между пос. Горелово и Красным Селом в присутствии С13 она (П1) передала ФИО3 денежные средства в сумме 1 000 000 рублей в счет выплаты У. по мировому соглашению, а также 35 000 рублей и бутылку вина – в качестве оплаты оказанных им услуг. После чего в районе пос. Горелово она (П1) с С13 покинули машину, а Гусельников, как им пояснил, поехал в Красносельский районный суд на подписание мирового соглашения с У., в тот же день Гусельников позвонил и сообщил, что мировое соглашение подписано, денежные средства передал в суд на хранение до тех пор, пока она не получит на руки документы о собственности на квартиру. В начале июня 2018 года при встрече с ФИО3 у ст.м. Проспект Ветеранов последний передал ей на руки решение Красносельского районного суда от 20.11.2017 по делу №... об удовлетворении иска, а по делу о признании ФИО8 недостойным наследником сообщил, что судом принято положительное решение, сообщил, что в связи с признанием П1 А.А. недостойным наследником и лишением его доли наследства, часть денежных средств, которые она ранее уже передала ФИО3 по мировому соглашению - 500 000 рублей, причитавшихся П1, будут ей возвращены по решению суда. Через несколько дней ФИО1 позвонил и сообщил, что ей необходимо срочно оплатить 50 000 рублей в качестве комиссии для возврата ей 500 000 рублей, при этом убедил ее в том, что это нормальная практика, она (П1) ему поверила, указанной суммы у нее не было, она заняла эти деньги у коллеги по работе. На следующий день при встрече с ФИО1 у ст.м. Петроградская в сквере, передала ему 50 000 рублей. 

14.06.2018 ФИО1 позвонил ей (П1) и сообщил о болезни его матери, попросил у нее денежные средства на лекарства, а также сославшись на то, что он оказывает ей услуги, которые та давно не оплачивала, он (ФИО1) попросил у нее 100 000 рублей, указанной суммы у нее не было, и она перевела ФИО3 на банковскую карту №... через мобильное приложение «Сбербанк Онлайн» по номеру телефона ФИО1 

<

...> сумму 20 000 рублей, а через две недели они встретились с ФИО1 около ст.м. Девяткино, где передала ему еще 20 000 рублей. 

В июне 2018 года Гусельников позвонил ей и сообщил, что он общался с судьей Красносельского районного суда С17, который ведет их дело, который, по словам ФИО3, сообщил ему, что С2 отказалась от части доли наследства в пользу С1, а учитывая, что тот признан недостойным наследником, указанная часть доли наследства автоматически переходит к ней, соответственно, деньги в сумме 500 000 рублей, переданные по мировому соглашению для С2, также подлежат возврату, а для возврата этой суммы она (П1) должна оплатить комиссию в размере 50 000 рублей. По словам ФИО3, после уплаты указанной комиссии денежные средства, ранее выплаченные по мировому соглашению, будут возвращены ей судебными приставами. Так, через несколько дней она встретилась с ФИО1 в сквере у ст.м. Петроградская, где передала ему 50 000 рублей для оплаты «комиссии». 

Через несколько дней она (П1) встретилась с ФИО1, на вопрос, когда приставы вернут ей 1 000 000 рублей, Гусельников на этот вопрос ей ответил, что для получения денежных средств ей надо оплатить налог - 13% от возвращаемой суммы, то есть 130 000 рублей, ФИО1, используя юридические термины, убедил ее (П1) в том, что налог обязательно нужно оплатить до возврата денег, заверил в том, что денежные средства, уплаченные в качестве уплаты «комиссии» (100 000 рублей), будут позднее возвращены, а налог возвращен не будет. Также ФИО1 сказал, что часть суммы налога, 30 000 рублей, готов заплатить сам, она должна оплатить 100 000 рублей. Через несколько дней она (П1) встретилась с ФИО1 в сквере у ст.м. Петроградская, где передала ему 100 000 рублей. Она (П1) неоднократно интересовалась, когда она получит на руки документы о регистрации права собственности на квартиру по решению суда, однако Гусельников уклонялся от ответа на этот вопрос. 

27.08.2018 в ходе беседы с ФИО3 у ст.м. Лесная последний настойчиво интересовался, общается ли она (П1) с У., при отрицательном ответе, сообщил ей, что У. подделали ее (П1) подписи в доверенности от ее имени, в расписке от ее лица о том, что она якобы получила у С2 заем в сумме 500 000 рублей, также они составили поддельный договор купли-продажи, согласно которому она якобы продала им квартиру на 

<

адрес> и якобы получила от них денежные средства за продажу квартиры, а также иные документы. При указанной ситуации Гусельников сообщил, что ей надо срочно подавать иск в суд, для чего необходимо оплатить денежные средства в сумме 30 000 рублей. Указанную сумму она заняла у знакомых, после чего 27.08.2018 около ст.м. Петроградская передала ФИО1, как он пояснил, в качестве оплаты пошлины за подачу искового заявления, по его (ФИО1) словам, на следующий день он поедет в Красносельский районный суд и подаст иск. Сославшись на свои связи в суде, он заверил ее в том, что договорится о назначении по делу судьи С17 Так, 28.08.2018 ФИО1 позвонил и сообщил, что подал исковое заявление, слушание дела назначено на 31.08.2018, сообщил, что судья наложил запрет на регистрационные действия на квартиру, являющуюся предметом спора на С1 в соответствии с якобы подделанными за ее подписью документами.

На протяжении всех бесед ФИО1 не показывал никакие документы, расписки о получении денежных средств ей (П1) не передавал, постоянно интересовался, поддерживает ли она общение с У., сообщает ли о ходе событий родственникам, говорил, что в случае, если выхода У. с ней на связь, необходимо незамедлительно сообщить об этом ФИО3. 

В начале сентября 2018 года в ходе встречи в сквере у ст.м. Петроградская, ФИО1 сообщил, что по ее иску судья назначил проведение экспертизы подписи документов для определения подлинности, стоимость экспертизы, по его словам, составляет 50 000 рублей за одну подпись, при наличии 5 подписей, общей стоимостью экспертизы 250 000 рублей, которые необходимо оплатить для срочного проведения экспертизы. ФИО1 заверил ее, что по окончании судебного разбирательства все суммы ей будут возмещены решением суда. На следующий день ФИО1 позвонил и сообщил, что заедет за ней на работу и отвезет к экспертам для отбора образцов ее подписей, в результате, по словам ФИО1, для ускорения процесса сообщил, что сам отберет у нее (П1) подписи, после этого ФИО1, по его словам, поехал к экспертам, заверив ее в том, что с экспертом он договорился о самостоятельном отборе подписей. Через несколько дней, она получила деньги от С21, и в сквере у ст.м. Петроградская, она передала ФИО1 250 000 рублей для экспертизы. 

Через неделю ФИО1 сообщил о готовности заключения экспертизы, якобы подтверждающей подделку подписей, однако по делу состоялось судебное заседание, но У. представили собственное заключение, которое противоречит их, поэтому судья назначил еще одну экспертизу, стоимостью 300 000 рублей. Указанную сумму ей вновь прислала С21, и в сквере у ст.м. Петроградская она (П1) передала ФИО1 300 000 рублей за оплату второй экспертизы, при этом, по словам ФИО1, необходимо приобрести для эксперта монитор стоимостью 50 000 рублей, который она в присутствии ФИО1 в тот же день приобрела в магазине 

<

...> в ТЦ Г. у ст.м. пл. Восстания, покупку оплатила кредитной картой Сбербанка, ФИО1 сам показал, какой именно монитор надо купить, в последующем приобретенный монитор ФИО1 положил в свою машину и уехал.

В сентябре 2018 года ФИО1 вновь позвонил и сообщил, что заключение экспертизы готово, она также в их пользу, но якобы вторая сторона по делу представила фотографии, на которых он (ФИО1), сфотографирован с экспертами, поэтому заключение экспертизы отклонено, и судья назначил третью экспертизу стоимостью 400 000 рублей, при этом ФИО1 заверил ее в том, что данная «нано-экспертизой» проводится исключительно в 

<

адрес>, а во избежание давления на эксперта со стороны У. судья С17 якобы отправил помощника в 

<

адрес>, для контроля за ходом экспертизы, а по окончании экспертизы судья сам отправится в 

<

адрес> для проведения выездного заседания в 

<

адрес>. ФИО1 также сообщил, что проживание и затраты на проезд судьи С17 и его помощника он, ФИО1, оплатит сам, ей необходимо оплатить стоимость данной экспертизы, утверждал, что сам лично поедет в 

<

адрес> на заседание. Для ее (П1) заверения в сложности дела, ФИО1 сообщал, что по делу принимают участие приглашенные им другие юристы. Получив деньги у С21, в конце сентября 2018 года в сквере у ст.м. Петроградская, она (П1) передала ФИО1 400 000 рублей за оплату третьей экспертизы («нано-экспертиза»). 

Через некоторое время, она еще раз передала ФИО1 денежные средства в размере 450 000 рублей для проведения четвертой экспертизы, которые передала в сквере у ст.м. Петроградская. 

В конце сентября 2018 года ФИО1 сообщил ей, что в результате проведения экспертиз судья С17 вынес решение о признании всех подложных документов недействительными, а также постановил возместить ей моральный вред в сумме 20-25 миллионов рублей, по словам ФИО3, указанные средства направлены судебным приставам и для их получения ей якобы необходимо оплатить комиссию и налог в размере 13 % от указанной суммы, а также со слов ФИО3, что 100 000 рублей, за получение которого она ранее дважды уплатила комиссию по 50 000 рублей и 130 000 рублей налога, суд включил в сумму оплаты налога за получение компенсации морального вреда, то есть около 1,1 миллионов рублей. Гусельников также сообщил, что У. подали апелляционную жалобу в Санкт-Петербургский городской суд на решение судьи С17, назначено судебное заседание а также сообщил, что с ним связывался С1 и назначил ему встречу. Так, она (П1) вновь попросила денег у С21, которые получила на свою карту и в конце сентября-начале октября в течение двух-трех встреч с ФИО1 передала последнему всего сумму 1 100 000 рублей в сквере у ст.м. Петроградская.

В октябре 2018 года ФИО1 сообщил ей, что суд апелляционной инстанции вынес решение о присуждении ей (П1) возмещения морального вреда в сумме 50 миллионов рублей, что скоро ей выдадут деньги, что у П1 А.А. якобы арестовали счета на сумму 150 миллионов рублей. После Гусельников сказал, что ей необходимо вновь оплатить комиссию и налог за получение компенсации морального вреда, заверил в том, что он якобы договорился в МИФНС о снижении для нее ставки налога, при этом прикрывался фамилиями высокопоставленных людей, в результате чего в октябре 2018 года в сквере у ст.м. Петроградскаяпо частям передавала ФИО1 денежные средства всего 1 500 000 рублей.

В ноябре 2018 года ФИО1 сообщил, что вместе с судьей С17 приехал к судебным приставам для получения денег, однако те сообщили, что денежные средства перечислены по безналичному расчету в федеральное казначейство, при этом накануне под предлогом необходимости уплаты очередной комиссии судебным приставам за получение наличных по требованию ФИО3 она (П1) в сквере у ст.м. Петроградская вновь передала ему денежные средства в сумме 150 000 рублей. Через несколько дней, поскольку денежные средства за моральный вред ей не поступили, она позвонила ФИО1, в ходе беседы последний пояснил, что банк требует оплатить комиссию за снятие наличных, убеждал ее в том, что совместно с сотрудниками банка пытается провести операцию по зачислению денег на ее счет, «в ручном режиме». После он (ФИО1) ссылался на то, что по ее карте есть задолженность в сумме 195 000 рублей, пока она не будет погашена, деньги не могут быть зачислены. Поясняет, что ею действительно была оформлена кредитная карта ПАО Сбербанк по которой был установлен лимит 195 000 рублей. Для погашения задолженности по карте в конце ноября 2018 года у ст.м. Беговая она передала ФИО1 160 000 рублей. При передаче денег Гусельников сообщил, что в его машине сидит судья С17, с которым они вместе якобы поедут в банк для решения ее вопроса. В последующем начали поступать звонки от сотрудников ПАО Сбербанк с требованием о погашении задолженности по кредитной карте, она много раз звонила ФИО1 с требованием представить ей квитанции об уплате кредита, он обещал предоставить документы, но в итоге ничего не предоставил.

В декабре 2018 года она начала сомневаться в действиях ФИО1, 17.12.2018 в Красносельском районном суде Санкт-Петербурга получила судебные документы по своему делу №..., узнала об отмене 05.04.2018 Санкт-Петербургским городским судом решения Красносельского районного суда от 20.11.2017, в результате в удовлетворении ее иска о выделе супружеской доли и увеличении доли наследственного имущества в полном объеме отказано, кроме того определением суда с нее (П1) в пользу С2 взысканы судебные расходы в сумме 50 000 рублей, о чем ей не было известно, а заявление по иску о признании С1 недостойным наследником, поданное от ее имени в суд ФИО1 04.05.2017 (дело №...), 10.05.2017 оставлено без движения в связи с нарушением требований к оформлению, а в дальнейшем 27.06.2017 возвращено. Всего ею передано ФИО1 не менее 5 600 000 рублей (т. 1 л.д. 175-190, т. 7 л.д. 69-73);

- показаниями свидетеля С21, согласно которым ее сестра, П1 в 2017 году занялась оформлением наследства покойного мужа. Со слов последней ей (С21) известно о том, что юристы фирму В. разъяснили, что ей (П1) причитается доля в наследственном имуществе, которая может быть увеличена, в результате П1 заключила с этой фирмой договоры на оказание юридических услуг, позже со слов П1 ей известно о том, что сестра выиграли суд по делу, ответчиками по иску были С2 и С1, по ее словам, делом занимается «хороший юрист», который «решает все ее проблемы», было понятно, что она этому человеку полностью доверяла. 

Так, ею и их матерью, С21, в период с 30.04.2018 по 08.12.2018 неоднократно по просьбам П1, перечислялись на ее счет в ПАО «Сбербанк» и на ее банковскую карту следующие денежные средства:

30.04.2018 С21 перечислена сумма 1 000 000 рублей на карту ПАО «Сбербанк» при следующих обстоятельствах: в конце апреля 2018 года П1 сообщила, что по мировому соглашению, которое подготовил ее юрист, она должна выплатить У. 1 000 000 рублей в обмен на то, что ей в итоге достанется вся квартира,

04.06.2018 она (С21) перевела 50 000 рублей со свой карты на карту П1 ПАО Сбербанк при следующих обстоятельствах: в начале июня 2018 года П1 сообщила, что ФИО1 нужно передать 50 000 рублей для уплаты «комиссии» за получение для нее денег от У., которые присудил суд, 

01.09.2018 она (С21) перевела 164 000 рублей со свой карты на карту П1 ПАО Сбербанк при следующих обстоятельствах: в конце августа или начале сентября 2018 года, П1 сообщила, что в предъявленном к ней У. иске об оспаривании сделок фигурируют подделанные У. документы, по делу назначена почерковедческая экспертиза, стоимостью 250 000 рублей,

она (С21) 08.09.2018 перевела 180 000 рублей и 15.09.2018 перевела 353 000 рублей на карту П1 ПАО Сбербанк при следующих обстоятельствах: со слов П1 возникла необходимость оплаты второй экспертизы стоимостью 300 000 рублей, цена обосновывалась срочностью и «задействованием важных людей», которых ФИО3 надо «отблагодарить», также необходимо было экспертам купить монитор, 

она (С21) перевела со своей карты на карту П1 следующие средства: 11.09.2018 - 158 000 рублей, 19.09.2018 - 204 000 рублей, 25.09.2018 - 20 000 рублей, 26.09.2018 - 50 000 рублей, со слов П1 для проведение третьей экспертизы, 

в сентябре 2018 года она (С21) перевела со своей карты на карту П1 700 000 рублей, из которых 450 000 рублей со слов П1 для проведение четвертой заключительной экспертизы, 

в течение октября-ноября 2018 года она (С21) перевела со своей карты на карту П1 денежные средства общей сложностью 1 450 000 рублей, со слов последней для уплаты комиссий за «получение морального вреда» и «налога»,

в декабре 2018 года она (С21) перевела со своей карты на карту П1 163 200 рублей со слов последней для разблокировки ее кредитной карты.

Каждый раз необходимость перечисления денег П1 поясняла требованиями ФИО1, для которых она (С21) и С21 постоянно занимали денежные средства, продали автомобиль, земельный участок, часть личных вещей.

В декабре 2018 года в Санкт-Петербурге П1 ей лично сообщила, что обнаружился обман, что в Интернете имеется решение суда не в ее пользу. Тогда же она (С21) лично была свидетелем телефонных разговоров П1 и ФИО3, в ходе которых последний говорил, что деньги, которые он для нее выиграл в суде, 20-25 миллионов рублей, должны вот-вот поступить на счет сестры, что он для ускорения процесса якобы поехал в 

<

адрес> в 

<

...> офис Сбербанка России.

17.12.2018 она (С21) была свидетелем личной встречи ФИО3 и П1 в ТЦ 

<

...> около ст.м. Старая Деревня Санкт-Петербурга, в ходе которого Гусельников предложил П1 решить финансовые проблемы последней, для чего ему нужна расписка о получении взаймы 5 000 000 рублей для важных людей, П1 расписку не подписала. После она с П1 ознакомилась в 

<

...> суде и Красносельском районном суде с решениями по делу П1, из которых стало понятно, что в течение длительного времени Гусельников вводил П1 в заблуждение, 19.12.2018 последняя обратилась в полицию с заявлением о преступлении (т. 1 л.д. 196-203);

- показаниями свидетеля С13, согласно которым со слов ее знакомой П1 она не была согласна с разделом наследственной массы после смерти ее супруга, для чего П1 обратилась в юридическую фирму ООО В., где ей был назначен юрист ФИО1 В конце апреля 2018 года по словам П1, Гусельников сообщил последней, что Красносельским районным судом было принято решение в пользу П1, согласно которого ей принадлежит 75% наследственной массы, и родственники У. якобы предложили заключить мировое соглашение о разделе квартиры по адресу: 

<

адрес>, по которому П1 необходимо выплатить 1 000 000 рублей. 05.05.2018 она (С13) совместно с П1 в отделении ПАО «Сбербанк России» сняли 1 000 000 рублей со счета последней, которые ей (П1) перевела ее сестра, и 07.05.2018 около 09 часов 30 минут, у 

<

адрес> встретились с ФИО1, последний сообщил, что необходимо проехать в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга, где с родственниками У. необходимо заключить мировое соглашение, и передать им 1 000 000 рублей. В момент движения в автомобиле Гусельников пояснял, что процедура сложная, что судья будет задавать каверзные вопросы, что он самостоятельно сможет заключить мировое соглашение, то есть убедил П1 не ехать в суд, после чего последняя в ее (С13) присутствии передала 1 000 000 рублей ФИО3, также П1 за оказанные услуги, передала ФИО3 35 000 рублей и бутылку вина (т. 1 л.д. 204-206),

- показаниями свидетеля С14, согласно которым на основании доверенности она представляла интересы С2 и С1 у нотариуса и в суде. Так как П1 была не согласна с разделом наследственной массы на равные доли, то решение по наследственному делу было приостановлено в связи с обращением последней в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с иском о признании за ней права на 1/2 доли спорной квартиры, по которому судом было принято решение в пользу П1 Санкт-Петербургский городской суд отменил решение районного суда, наследственную массу разделить на равные доли по 1/3. В ходе рассмотрения исковых заявлений от П1 и ее представителя предложений о заключении мирового соглашения не поступали, денежные средства в сумме 1 000 000 рублей не передавались. Других судебных тяжб с П1 представляемые ею (С14) лица не имеют, их счета не блокировали, исполнительные производства в пользу П1 отсутствуют;

- показаниями свидетеля С20, данными в ходе предварительного расследования и оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым ее подруга П1 с осени 2018 года проживала у нее дома, поскольку у той не было к тому моменту своего жилья. П1 рассказывала про своего юриста, ФИО1, который ведет наследственное и гражданские дела. В октябре 2018 года П1 обратилась к ней (С20) с просьбой дать взаймы 700 000 рублей для оплаты услуг ФИО1 по его требованию. Гусельников объяснял П1, что у него есть «знакомая контора», где можно решить вопрос и получить заем. Она (С20) хотела помочь и предложила в качестве залога свою комнату, о чем было сообщено ФИО1, П1 сфотографировала на телефон документы о праве собственности и направила их ФИО1 19.10.2018 примерно в 10-11 часов утра у ст.м. «Горьковская» П1 в ее (С20) присутствии встретилась с ФИО1, прошли в БЦ 

<

...> на 

<

адрес>, где по словам ФИО1 расположена фирма, которая осуществляет выдачу займов под залог недвижимости, в результате посещения которой займ выдан не был (т.5 л.д. 14-16);

- протоколом принятия устного заявления о преступлении, согласно которому П1 просит привлечь к ответственности ФИО1, который путем обмана и злоупотребление доверием незаконно завладел принадлежащими ей денежными средствами в размере 5 302 002 рубля (т. 1 л.д. 86-87);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрены и в последующем в установленном законом порядке признаны вещественными доказательствами:

копия сберегательной книжки ПАО Сбербанк России П1 (счет №...);

копия чека и приходного кассового ордера от 30.04.2018 отделения ПАО Сбербанк России №..., 

<

адрес> на взнос наличными С21 на сумму 1 000 000 рублей;

электронные выписка ПАО Сбербанк по операциям по карте С21 MIR №... о перечислении денежных средств на карту П1 №..., согласно которой на счет последней переведены следующие денежные средства: 04.06.2018 – 50 000 рублей, 01.09.2018 – 164 000 рублей, 08.09.2018 – 180 000 рублей, 15.09.2018 – 353 000 рублей, 11.09.2018 – 158 000 рублей, 19.09.2018 – 204 000 рублей, 25.09.2018 – 20 000 рублей, 26.09.2018 – 50 000 рублей, 28.09.2018 – 700 000 рублей, 08.12.2018 – 150 000 рублей и 13 000 рублей;

электронная распечатка ПАО Сбербанк о получении С21 кредитов на суммы 400 000 рублей и 497 000 рублей;

справка ПАО Сбербанк о принадлежности счета №... С21 и выписка по счету, которая содержит соответствующую выше представленной электронной выписке о списании денежных средств (т. 1 л.д. 225, 226-230, 231, 232-240, 243-244, 245-247);

- протоколом выемки от 04.02.2020 и осмотра предметов от 25.09.2019, согласно которым соответственно у потерпевшей П1 изъят, в последующем в установленном законом порядке осмотрен и признан вещественным доказательством - мобильный телефон Huawei Honor в корпусе черного цвета с сим картой оператора «Мегафон» 

<

...>, принадлежащий П1, в ходе осмотра потерпевшая пояснила, что в ярлыке «Файлы» имеется папка в том числе именуемая как «аудио», которая имеется 35 аудиофайлов, которые являются записями разговоров между ней и ФИО1 в приложении Вотсап «WhatsApp», совершенные в период с 15.12.2018 по 22.12.2018, указанные аудиозаписи скопированы следователем на компакт-диск «CD-R Verbatim 700 MB 52x80 min белого цвета», на который посредством маркера нанесена надпись: «Запись разговоров с ФИО1» (т. 2 л.д. 1, 2-3, 4-6, 7-9, 13);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрен и в последующем в установленном законом порядке признан вещественным доказательством: компакт-диск «CD-R Verbatim 700 MB 52x 80 min белого цвета» с надписью «Запись разговоров с ФИО1», на котором имеется 35 аудиофайлов, которые являются записями разговоров между П1 и ФИО1 в приложении «WhatsApp», в период с 15.12.2018 по 22.12.2018. При воспроизведении указанных аудиозаписей установлено, что П1 при общении с абонентом неоднократно использует выражения «я вам доверяю» (т. 2 л.д. 14-46, 47-48);

- надлежащим образом заверенные копии договора возмездного оказания услуг № 04-17-41 от 17.04.2017 между П1 и ООО Ю., цель юридического сопровождения: признание права собственности на 1/2 квартиры по адресу: 

<

адрес>, в качестве совместно нажитого имущества и исключения ее из наследственной массы; договора возмездного оказания услуг № 12-17-58 от 22.12.2017 между П1 и ООО Ю., цель юридического сопровождения: ведение дела в суде апелляционной инстанции по вопросу принятия наследства после смерти супруга С1

- надлежащим образом заверенная копия доверенности №... от 

<

дата>, согласно которой П1 доверяет в том числе ФИО1 представлять его (П1) интересы во всех судебных, административных, государственных, муниципальных и иных учреждениях и организациях, а также быть представителем по вопросу государственной регистрации перехода (возникновения) права собственности на 1/2 долю квартиры по адресу: 

<

адрес>; доверенность выдана сроком на один год, имеется ФИО доверителя: П1, подпись, имеется оттиск печати нотариуса 

- надлежащим образом заверенные копии судебных актов: решения Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 20.11.2017, согласно которому определено выделить супружескую долю П1 в праве собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, признать за П1 право собственности на 4/6 доли данной квартиры (дело №...); апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 05.04.2018, согласно которому решение Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 20.11.2017 отменено, вынесено новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований П1 к С2, С1 о выделе супружеской доли из состава наследственного имущества, увеличении супружеской доли,

- копией справки и выписки из лицевого счета ПАО Сбербанк №... П1, согласно которому 03.05.2018 на счет зачислены денежные средства в размере 1 000 000 рублей, а 05.08.2018 двумя операциями снята со счета указанная сумма,

- копией справки и выписки из лицевого счета ПАО Сбербанк №... П1, согласно которому имеются сведения о зачислении на счет следующих денежных средств: 07.06.2018 в размере 50 000 рублей, 10.09.2018 в размере 180 000 рублей, 14.09.2018 в размере 158 000 рублей, 18.09.2018 в размере 353 000 рублей, 21.09.2018 в размере 204 000 рублей, 27.09.2018 в размере 20 000 рублей, 28.09.2018 в размере 50 000 рублей, 29.09.2018 в размере 700 000 рублей,

- копией договора № 32 возмездного оказания услуг от 04.02.2017 между ООО В. и ФИО1, согласно которому последний обязуется по заданию заказчика оказать комплекс юридических услуг (т. 1 л.д. 108-117, 119-135, 138-139, 140-145, 148-156, 162-170, т. 3 л.д. 8-11).

По преступлению в отношении П3: 

- показаниями потерпевшей П3, согласно которым 15.07.2019 она оформила кредитный договор в банке «Открытие» на сумму около 885 599 рублей, в дальнейшем финансовая нагрузка по оплате платежей по кредиту для нее стала обременяющей. 21.10.2019 она сообщила своему знакомому С19, о сложившейся ситуации, спросила, есть ли у него знакомый юрист для грамотного оформления процедуры банкротства физического лица, на что С19 сообщил ей контакт хорошего юриста и друга семьи, ФИО1, с которым она созвонилась 24.10.2019, рассказала ему о своей проблеме, на что он (ФИО1) сказал, что сможет помочь, они договорились о встрече 26.10.2019 у нотариуса она (П3) пояснила, что не имеет просрочек по платежам по кредиту, на что ФИО1 ответил, что это не проблема, сообщил, что его услуги будут стоить около 90 000 рублей и для оплаты процедуры банкротства понадобятся деньги. Так, 26.10.2019 по совету ФИО1 она (П3) оформила кредитную карту МТС-банка, и встретилась с ФИО1 у нотариуса С16, где оформила на его имя доверенность с правом предоставления интересов в суде от ее имени, там же заключила с ним договор оказания услуг по банкротству, который он принес с собой, она передала ему документы по кредиту. ФИО1 сообщил ей, что она должна передать ему предоплату за оказания услуг в сумме 45 000 рублей, а также еще 37 000 рублей на почтовые отправления и на оформление документов, на что она согласилась и они вместе прошли в офис Сбербанка, где в его присутствии с карты «Рокетбанка» сняла 31 500 руб., которые передала ему лично в руки. Далее, так как денег на карте не осталось, они пошли в здание ст.м. Пионерская, в вестибюле которого она (П3) сняла с карты «МТС банка» 35 000 рублей и еще 15 500 рублей достала из своего кошелька и передала ему (ФИО1) лично в руки. Также ФИО1 сказал, что для оплаты процедуры банкротства понадобятся еще деньги, которые рекомендует взять в кредит, что она может оформить процедуру банкротства и по новым кредитам. В тот же день по его совету она оформила кредитную карту банка «Тинькофф».

27.10.2019 ФИО1 позвонил и сообщил о необходимости передачи 80000 рублей за работу финансового управляющего, для чего договорились встретиться в ТЦ П. по адресу: 

<

адрес>, где в его присутствии с банкомата «Тинькофф» сняла 80 000 рублей и передала лично ему в руки.

29.10.2019 ФИО1 позвонил и сообщил о необходимости 130000 рублей за возврат страховых сумм по кредитам, которые посоветовал ей открыть, для чего договорились встретиться возле 

<

...> по адресу: 

<

адрес>, где передала ему (ФИО1) лично 130 000 рублей в руки. 

30.10.2019 ФИО1 позвонил и сообщил о необходимости 200000 рублей на оплату судебных процессов, для чего договорились встретиться у входа в ст.м. «Лиговский проспект», где в присутствии С19, приглашенного ею (П3), передала ФИО1 лично в руки 200 000 рублей, после чего ФИО1 сказал, что необходимо еще 50 000 рублей, которые сняла в банкомате банка «Открытие» и также в присутствии С19 передала ему (ФИО1) лично в руки.

07.11.2019 ФИО1 позвонил и сообщил, что может забронировать на ее имя квартиру в агентстве 

<

...> для дальнейшего приобретения по выгодной цене, что там у него работает знакомая, для этого ему необходимо 200 000 рублей, для чего они договорились встретиться и 08.11.2019 по адресу: 

<

адрес>, в присутствии С19, приглашенного ею (П3), передала ФИО1 лично в руки 200 000 рублей, далее ФИО1 вместе с С19 поехали в офис 

<

...>, спустя некоторое время С19 сообщил ей, что Гусельников сходил офис 

<

...> и предоставит ей позднее вечером чеки о внесении предоплаты. В тот же день в 20 часов 00 минут она позвонила ФИО1 и спросила про чеки, он ответил, что они еще не готовы, будут позднее, а судебное заседание будет 14.11.2019.

13.11.2019 ей позвонил С19 и сообщил, что согласно сайта арбитражного суда дел от ее имени в этот день нет, после чего в ходе телефонного разговора ФИО1 заверил, что судебное заседание состоится, а 14.11.2019 в ходе телефонного разговора последний сказал, что дело рассмотрено, письменное решение суда будет вечером, которое предоставит позднее, однако в период с 14.11.2019 по 18.11.2019 ни данное решение суда, ни чеки о внесении предоплаты ФИО1 ей не предоставил ссылаясь на различные причины.

18.11.2019 она лично в арбитражном суде Санкт-Петербурга и в офисе компании 

<

...> установила, что по ее фамилии дел в суде не рассматривалось и от ее имени денежные средства для бронирования квартиры соответственно не поступали. В результате общения с ФИО1 последний просил о встрече, которая так и не состоялась, в дальнейшем перестал отвечать на звонки, после чего она (П3) написала заявление в полицию. Общая сумма причиненного ей ущерба составляет 742 000 рублей (т. 7 л.д. 18-22);

- показаниями свидетеля С19, согласно которым на момент 2019 года состоял в дружеских отношениях с ФИО1, которого считал адвокатом. Осенью 2019 году его знакомая П3 жаловалась на то, что ей сложно оплачивать кредит, тогда он посоветовал своего знакомого ФИО1, который параллельно ведет и его (С19) процесс по банкротству, дал ей (П3) номер ФИО3. Со слов П3 ему известно о том, что в итоге последняя обратилась к ФИО1 и они договорились о том, что последний проведет процедуру банкротства за 90 000 рублей, был составлен договор об оказании юридических услуг. В последующем по просьбе П3 он (С19) присутствовал при ее встрече с ФИО1 у ст.м. Лиговский пр., в ходе которой П3 передала ФИО1 наличными 200 000 рублей, затем сняла 50 000 рублей и также передала их последнему, указанные суммы предназначались для ускорения процедуры банкротства.

Также ему известно о том, что ФИО1 предлагал П3 приобрести квартиру по заниженной цене, для чего нужно было передать ФИО1 200 000 рублей, которые осенью 2019 года в его (С19) присутствии по адресу: 

<

адрес>, были переданы П3 лично в руки ФИО1 наличными. После передачи указанных денег он (С19) с ФИО1 оправились в организацию 

<

...>, в здание он (С19) лично не заходил, потому что, как сказал ФИО1, он не предупредил знакомых о другом человеке, однако вернулся последний с незаполненным типовым договором организации, относительно чеков сообщил, что отправит их П3 на почту.

Также ему (С19) известно о фактах передачи П3 ФИО1 45 000 рублей и 37 000 рублей, результатов от деятельности последнего не было, однако ему известно со слов П3, что ею по предложению ФИО1 были взяты кредиты;

- заявлением П3, согласно которому просит привлечь к ответственности ФИО1, который получил от П3 580 000 рублей и 200 000 рублей для проведения процедуры банкротства физического лица и бронирования квартиры, свои обязательства не выполнил (т. 3 л.д.177-179);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрены и в последующем в установленном законом порядке признаны вещественными доказательствами следующие представленные потерпевшей П3 в ходе допроса документы:

копия договора возмездного оказания юридических услуг от 26.10.2019 между ФИО1 и П3, предмет договора: оказание юридических услуг по признанию П3 несостоятельным (банкротом) в Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области, договор имеет подписи сторон,

копия распоряжения об отмене доверенности №... от 

<

дата>, об отмене П3 доверенности на бланке №..., выданной ФИО1, 

копия выписки ПАО «Банк Открытие» по счету №... П3 за период с 15.07.2019 по 19.02.2020, подтверждающей факт оформления ею 06.11.2019 кредита на сумму 793 000 рублей, по счету №... П3 за период с 01.06.2019 по 19.02.2020,

выписка по кредиту ПАО «Почта Банк» П3 по счету №... оформленному 30.10.2019 с графиком погашения,

выписка из лицевого счета №... за период с 20.02.2020 по 20.02.2020 на П3 договор №123337825,

выписка ПАО «МТС-Банк» по счету №... на П3 за период с 01.01.2017 по 21.02.2020 (т.7 л.д. 23-24, 25-41, 42-61);

- протоколом выемки и осмотра предметов, согласно которым у С19 соответственно изъята, в последующем в установленном законом порядке осмотрена и признана вещественным доказательством: флэш карта в корпусе красно-черного цвета с надписью: «smartbuy 4GB», содержащая папку «АУДИО» с 13 аудиофайлами (т. 3 л.д. 190-191, 193-203, 206).

Проанализировав исследованные доказательства, судебная коллегия полагает, что они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, являются относимыми, допустимыми, достоверными и в своей совокупности подтверждают вину ФИО1

- в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, в отношении потерпевшего П2, а именно в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана, в крупном размере; 

- в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ в отношении потерпевшей П1, а именно в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере;

- в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ в отношении потерпевшей П3, а именно в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана, в крупном размере.

Исследованные судом первой инстанции показания потерпевших, свидетелей, полностью согласуются между собой, а также с иными доказательствами по делу, в том числе с признательными показаниями самого ФИО1

Оснований для оговора ФИО1 со стороны потерпевших и свидетелей обвинения, судом не установлено, не представлено доказательств, подтверждающих наличие таких оснований, и стороной защиты. Между ними не было ни взаимных долговых обязательств, ни личных неприязненных отношений, о наличии таковых суду заявлений не поступало, объективных сведений о заинтересованности свидетелей и потерпевших в исходе данного уголовного дела, суду представлено не было. Также судебная коллегия не усматривает оснований для самооговора подсудимым ФИО1

Противоречия в показаниях потерпевших П2 и П1, а также в показаниях свидетелей обвинения были устранены в ходе судебного следствия, в том числе путем оглашения протоколов следственных действий.

Нарушений при оглашении показаний потерпевшей П3 в порядке п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, а также свидетеля С21 в порядке п. 2 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, судом не допущено.

Из протокола судебного заседания следует, что показания потерпевшей П3 и свидетеля С21, несмотря на возражения стороны защиты, были оглашены по ходатайству государственного обвинителя, поскольку в результате принятых мер установить место нахождение потерпевшей П3 для её вызова в судебное заседание, не представилось возможным, а также установлена невозможность явки свидетеля С21 вследствие тяжелой болезни, препятствующей явке в суд. Таким образом, оглашение показаний потерпевшей П3 и свидетеля С21, данных в ходе предварительного расследования, являлось исключительным случаем, предусмотренным уголовно-процессуальным законом.

При этом, вопреки утверждению осужденного, требования ч 2.1 ст. 281 УПК РФ судом первой инстанции не нарушены. Так, о наличии показаний указанных потерпевшей и свидетеля сторона защиты была осведомлена в ходе предварительного следствия и имела реальную возможность оспорить достоверность сведений, содержащихся в протоколах их допросов, в частности, между ФИО1 и потерпевшей П3 была проведена очная ставка (т.3 л.д.242-247), данный протокол исследовался судом. В то же время, сторона защиты, будучи осведомленной о содержании показаний свидетеля С21, несмотря на имеющуюся возможность их оспорить, своего мнения по содержанию ее показаний не высказала, на причины, по которым она могла бы оговорить осужденного, не указала, о наличии вопросов к свидетелю по существу данных ею показаний, не заявила. Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что протокол допроса свидетеля составлен в полном соответствии с положениями ст.ст. 166, 189 УПК РФ. Осужденному и его защитнику была известна позиция свидетеля С21, каких-либо мер, позволяющих в рамках действующего законодательства в ходе предварительного расследования оспорить соответствующие показания, они не предпринимали. Как следует из материалов уголовного дела, на стадии предварительного расследования ФИО1 признавал вину по предъявленному ему обвинению в совершении преступления в отношении потерпевшей П1 При таких обстоятельствах, не проведение на стадии предварительного расследования очной ставки между ФИО1 и свидетелем С21 не может расцениваться, как не предоставление осужденному возможности оспорить показания указанного свидетеля предусмотренными законом способами. 

Как видно из протокола судебного заседания, после оглашения показаний потерпевшей П3 и свидетеля С21 осужденный не выразил своего мнения по содержанию их показаний, не привел причин, по которым потерпевшая и свидетель могли бы его оговорить. 

Доводы осужденного о том, что свидетель С19 ранее был судим, не ставят под сомнение правдивость его показаний по данному уголовному делу, поскольку его показания согласуются с иными исследованными судом доказательствами. 

Свидетелям С4 и С3 обстоятельства преступления стали известны со слов потерпевшего П2, кроме того С4 лично видела, как П2 передавал денежные средства ФИО1 и поскольку показания указанных свидетелей подтверждаются исследованными доказательствами по делу, оснований ставить под сомнение правдивость их показаний, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки утверждению стороны защиты, факты передачи потерпевшими П2, П1, П3 всех указанных в предъявленном обвинении ФИО1 денежных средств, нашли свое подтверждение в исследованных судом и положенных в основу приговора доказательствах - показаниях потерпевших, свидетелей обвинения, а также в показаниях осужденного ФИО1 

При этом, представленная защитой копия заграничного паспорта ФИО1, не подтверждает его отсутствие на территории РФ в период с 20.06.2018 по 02.07.2018 и как следствие невозможность получения в указанный период от потерпевшей П1 лично денежных средств, поскольку на основании указанного документа невозможно достоверно установить дату вылета подсудимого с территории РФ в силу наложения штампов на странице паспорта, а через Пограничное управление ФСБ не представилось возможным уточнить сведения о пересечении ФИО1 государственной границы. С учетом данных обстоятельств, судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что указанный документ не свидетельствует о невиновности осужденного и не исключает совершение им элемента объективной стороны состава преступления в отношении потерпевшей П1

Также подлежат отклонению доводы защиты о том, что ФИО1 не мог получить часть указанных в предъявленном обвинении денежных средств от П1, в виду его выезда из Санкт-Петербурга 21.10.2018, поскольку, как установлено судом, денежные средства в размере 1 500 000 рублей потерпевшая П1 передала ФИО1 в период с 01.10.2018 по 31.10.2018. 

Получение ФИО1 денежных средств от потерпевшей П1 07.05.2018 года в период с 09 часов до 09 часов 30 минут напротив 

<

адрес>, не исключает возможность осужденного впоследствии принять участие в судебном заседании в Куйбышевском районном суде Санкт-Петербурга. 

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при допросе ФИО1 в ходе судебного разбирательства, судом не допущено. Как следует из протокола судебного заседания от 18 июня 2024 года, судебное заседание было отложено на 21 июня 2024 года по ходатайству защитника-адвоката Храмшиной С.Н., в том числе, для подготовки подсудимого к даче показаний. Таким образом, подсудимому ФИО1 было предоставлено время для подготовки к даче показаний, и о том, что этого времени осужденному оказалось недостаточно, ни ФИО1, ни его защитник в судебном заседании 21 июня 2024 года не заявляли. Допрос проведен с участием защитника-адвоката Храмшиной С.Н., перед допросом ФИО1 были разъяснены права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, а также положения ст. 51 Конституции РФ. При этом судебная коллегия отмечает, что нормами уголовно-процессуального закона РФ не предусмотрено производство допроса подсудимого с соблюдением 5-дневного срока извещения подсудимого о судебном заседании. 

Квалификация действий ФИО1 по каждому из совершенных преступлений, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана нашла свое полное подтверждение. Так, ФИО1, обладая юридическим образованием, подтвержденным документом об образовании, и, как следствие, достаточной квалификацией для оказания юридической помощи в сопровождении гражданских дел, действуя на основании предоставленных ему (ФИО1) каждым из потерпевших доверенностей, вводил последних в заблуждение относительно совершаемых в их интересах действий, в действительности не имея намерения исполнять взятые на себя обязательства и не исполняя их, получал от потерпевших денежные средства, присваивая их и обращая в свою пользу.

Направленность умысла ФИО1 на хищение имущества потерпевших путем обмана, не вызывает сомнений у судебной коллегии, поскольку осужденный принимая от потерпевших денежные средства и не имея намерений исполнять возложенные на себя обязательства в рамках заключенных с потерпевшими договоров об оказании юридических услуг, тратил их на личные нужды, расписки о получении конкретных сумм, а также отчеты по проведенным им действиям потерпевшим не предоставлял. В целях создания видимости исполнения условий договоров и обмана потерпевших, ФИО1 предоставлял им недействительные или недостоверные документы, убеждая потерпевших в совершении им действий, направленных на надлежащее оказание услуг по договорам, которые в действительности не совершал.

Так, ФИО1, заключив с потерпевшим П2 договор об оказании юридических услуг от 18.01.2018 года, убедил последнего в намерении составить встречное исковое заявление в рамках гражданского дела в Тосненском городском суде Ленинградской области, провести судебно-психиатрическую экспертизу, однако взятые на себя обязательства не выполнил. В целях создания видимости исполнения обязательств, предоставил П2 копию заявления С6 об отказе от причитающегося последней наследства в пользу П2, копию свидетельства о государственной регистрации права от 26.02.2018, согласно которому удостоверяется право собственности П2 на 3/4 доли общей долевой собственности на спорную квартиру по 

<

адрес>, копии исковых заявлений С6 к П2 о расторжении договора купли-продажи земельного участка, о взыскании денежных средств по договору займа, о признании права собственности за С5 на 1/2 долю в квартире по 

<

адрес>, которые в действительности не составлялись, и как следует из ответов судов Санкт-Петербурга и Ленинградской области, на рассмотрение в указанные суды не поступали. 

Помимо этого, ФИО1, действуя в целях хищения принадлежащих каждому потерпевшему денежных средств, также сознательно сообщал заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения, которые в силу вверенных ФИО1 полномочий, потерпевшими воспринимались как действительные, правдивость которых потерпевшие не могли проверить, в силу отсутствия юридической грамотности.

Продолжительности совершенных ФИО1 преступлений в отношении П2 и П1 способствовали, помимо изложенного, отсутствие у последних по месту их постоянного проживания лиц, способных критически и логически оценить складывающуюся ситуацию, проверить посредством открытых источников информации, предоставляемую ФИО1 потерпевшим в качестве истинной информацию и иными способами оказать помощь.

Совершению ФИО1 преступления в отношении П1 также способствовали сложившиеся между ними доверительные отношения, основанные на полной уверенности потерпевшей не только в компетентности действий подсудимого, но и в совершении последним ряда действий, явно выходящих за рамки общепринятых и допустимых действий юриста, однако по заверению ФИО1, направленные исключительно на получение большей для П1 выгоды – апеллирование в речи фамилией судьи районного суда, в чьем производстве находится гражданское дело потерпевшей, оказывающего ей (П1), по словам подсудимого, содействие в виде личного посещения судебных приставов, банка для получения в ее пользу денежных средств, личного посещения и контролирования хода проведения судебной экспертизы, о чем сообщает как сама потерпевшая, свидетели обвинения по данному эпизоду преступного деяния, так и сам подсудимый. Помимо прочего, ФИО1 сообщал П1 заведомо ложную информацию о его личном участии и материальном вложении в дела последней, а именно якобы оплату им (ФИО1) за свой счет средств на оплату проезда и проживания помощника судьи и самого судьи при проведении экспертизы в другом городе, оплаты им части суммы налога и суммы в счет погашения задолженности по кредитной карте, что также способствовало формированию у потерпевшей восприятия сложившихся между ней и подсудимым отношений как доверительные. В вышеуказанных целях ФИО1 также сообщал потерпевшей П1 сведения об отсутствии необходимости ее личного участия при совершении юридических действий – участия в судебных заседаниях, при заключении мирового соглашения, при сборе подписей для проведения экспертизы, создав тем самым, по словам потерпевшей, у нее чувство полного доверия ФИО1

Совершению ФИО1 преступления в отношении потерпевшей П3 также способствовало доверительное отношение потерпевшей к осужденному, поскольку знакомый потерпевшей – свидетель С19 рекомендовал ей ФИО1 как грамотного юриста в вопросах процедуры банкротства физических лиц и друга семьи. 

Крупный и особо крупный размер хищения установлен судебной коллегией в соответствии с требованиями Приложения 4 к статье 158 УК РФ.

С учетом изложенного, судебная коллегия квалифицирует действия ФИО1 по ч.3 ст.159 УК РФ - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, в крупном размере, по преступлениям в отношении потерпевших П2 и П3; по ч.4 ст.159 УК РФ - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере, в отношении потерпевшей П1

При этом судебная коллегия не соглашается с доводами ФИО1 о том, что совершенные им мошеннические действия в отношении потерпевших следует рассматривать как единое продолжаемое преступление, полагая, что его действия образуют совокупность преступлений в соответствии со ст. 17 УК РФ.

Иные доводы осужденного, изложенные в апелляционной жалобе и дополнениях к ней, в том числе о том, что судом не проверен источник происхождения денежных средств потерпевших, наличие у них финансовой возможности для передачи осужденному денежных средств в установленном размере, не проверил факт родства между потерпевшей П1 и свидетелем С21, не влияют на выводы суда о виновности осужденного в совершении указанных преступлений и не могут рассматриваться как основания для оправдания осужденного. 

Вопреки утверждению осужденного, нарушений его прав на защиту, а также нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного следствия, не допущено.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы осужденного об отсутствии постановления о соединении уголовных дел судебная коллегия находит несостоятельными. В материалах уголовного дела, в частности, в томе 1 на л.д.49-51 имеется постановление о соединение уголовных дел от 23 июля 2020 года, вынесенное начальником СУ УМВД России по Приморскому району Санкт-Петербурга С12, согласно которому уголовное дело №... соединено в одно производство с уголовным делом №... и уголовным делом №..., с присвоением соединенному уголовному делу №...; производство предварительного следствия поручено следователю С11

При этом, поскольку уголовные дела №..., №..., №... до их соединения находились в производстве следователя С11, о чем свидетельствуют постановления следователя о принятии уголовных дел к своему производству, а соединенное уголовное дело оставалось в его производстве, необходимость вынесения следователем С11 постановления о принятии соединенного уголовного дела к своему производству, в данном случае отсутствовала. Не требуют вынесения такого постановления и правила соединения уголовных дел, предусмотренные ст. 153 УПК РФ.

Уголовное дело было рассмотрено судом беспристрастно, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Председательствующий по делу создал стороне защиты и стороне обвинения равные условия и возможности для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Как следует из протокола судебного заседания, все ходатайства подсудимого и защитника были рассмотрены и по ним приняты процессуальные решения, предусмотренные законом. В том числе были рассмотрены и удовлетворены ходатайства стороны защиты о направлении запросов в ПАО «Мегафон» об истребовании сведений о телефонных соединениях, в УФСБ России по СПб и ЛО об истребовании сведений о пересечении осужденным границы РФ, ответы на запросы поступили в суд и были приобщены к материалам уголовного дела. Несогласие защиты с отдельными решениями суда, принятыми по результатам рассмотрения заявленных ходатайств, не свидетельствует об их незаконности, и о нарушении права осужденного на защиту.

Требования уголовно-процессуального закона о территориальной подсудности уголовного дела, судом не нарушены.

Так, мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению. При этом, в случае совершения продолжаемого преступления, его началом является совершение первого из числа нескольких тождественных деяний, охватываемых единым умыслом, а моментом его фактического окончания - совершение последнего из данных тождественных деяний.

Поскольку все преступления (мошенничества) были окончены на территории Приморского района Санкт-Петербурга, уголовное дело подлежало рассмотрению Приморским районным судом Санкт-Петербурга.

При назначении наказания ФИО1 судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, в том числе обстоятельства, влияющие на наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного, и условия жизни его семьи.

Судебная коллегия учитывает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 следующие обстоятельства: в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ возмещение ущерба потерпевшему П2 в полном объеме; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - полное признание ФИО1 своей вины по каждому из преступлений, раскаяние в содеянном, частичное возмещение материального ущерба потерпевшей П1, положительные характеристики по месту работы в ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, оказание на безвозмездной основе юридической консультации в ООО 

<

...>, ИП Н., наличие на иждивении 

<

...> матери, которой осужденный оказывает материальную помощь, а также наличие у осужденного бабушки и дедушки, обязательств перед третьими лицами.

Также судебная коллегия принимает во внимание данные о личности ФИО1, который впервые привлекается к уголовной ответственности, в ПНД, НД на учете не состоит.

Доводы защиты о наличии в действиях осужденного ФИО1 смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ (явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления) не нашли своего подтверждения в материалах уголовного дела. 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено. 

Принимая во внимание мнение потерпевшего П2, который просил не лишать осужденного свободы, а также мнение представителя потерпевшей П1 – адвоката Черткова А.В. о назначении ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы условно, судебная коллегия, вместе с тем, отмечает, что в соответствии с требованиями уголовного закона (ст. 60, 61 УК РФ), мнение потерпевших и их представителей по вопросу о назначении наказания, не является для суда обязательным при определении вида и размера наказания осужденному.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, связанных с целями и мотивами преступления, его поведением во время и после совершения преступления, с учетом конкретных обстоятельств дела и данных о личности осужденного, для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ, судебная коллегия не усматривает. 

Принимая во внимание, что ФИО1 совершил три преступления, каждое из которых отнесено к категории тяжких преступлений, с учетом всех обстоятельств данного дела и личности осужденного, судебная коллегия полагает необходим назначить ему основное наказание в виде лишения свободы за каждое из совершенных преступлений, поскольку только данный вид наказания отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, и является справедливым и соразмерным содеянному. Назначение иного, более мягкого вида основного наказания ФИО1, по мнению судебной коллегии, не сможет обеспечить достижение целей наказания. Оснований для назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы, по каждому из совершенных преступлений, судебная коллегия не усматривает. 

Определяя размер наказания ФИО1 по эпизоду в отношении потерпевшего П2, судебная коллегия применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Учитывая, что ФИО1 совершил указанные преступления будучи юристом, и использовал данный статус и свои профессиональные познания в сфере юриспруденции непосредственно в целях совершения преступлений, в результате которых потерпевшей стороне причинен ущерб в крупном и особо крупном размерах, судебная коллегия полагает необходимым на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначить осужденному дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, связанной с оказанием юридических услуг физическим и юридическим лицам по каждому из совершенных им преступлений, поскольку с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений и личности ФИО1, судебная коллегия признает невозможным сохранение за ним права заниматься деятельностью по оказанию юридических услуг, соглашаясь в данной части с доводами апелляционной жалобы представителя потерпевшей П1 – адвоката Черткова А.В.

Оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, судебная коллегия, не находит.

На основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 судебная коллегия определяет исправительную колонию общего режима. 

Время содержания под стражей осужденного по данному уголовному делу подлежит зачету в срок лишения свободы в соответствии с положениями ст. 72 УК РФ.

В ходе предварительного следствия и в судебном заседании суда первой инстанции потерпевшими П1, П3 заявлены гражданские иски.

Так, потерпевшая П3 заявила требования о взыскании с ФИО1 материального ущерба в размере 824 000 рублей и морального вреда, причиненного преступлением в размере 3 000 000 рублей.

Представитель потерпевшей П1, адвокат Чертков А.В., заявил гражданский иск о взыскании с ФИО1 в пользу П1 материального ущерба с учетом частичного возмещения в размере 4125000 рублей и морального вреда в размере 1 000 000 рублей, а также о возмещении за счет средств федерального бюджета процессуальных издержек, связанных с явкой потерпевшей к месту производства процессуальных действий, всего в размере 21 602 рубля 60 копеек.

ФИО1 и его защитник исковые требования каждого потерпевшего признали как по праву, так и по размеру, с учетом разъяснения стороне защиты положений ст. 131, 132 УПК РФ о порядке взыскания процессуальных издержек, считал установленными представленными доказательствами сумму понесенных П1 процессуальных издержек, при этом, с учетом его (ФИО1) материального положения, просил полностью его освободить от возмещения процессуальных издержек П1

Вопреки утверждению осужденного, его защитника и представителя потерпевшей П1, изложенных в апелляционных жалобах, гражданский иск потерпевшей П3 был рассмотрен судом по существу в отсутствие потерпевшей в соответствии с требованиями п. 2 ч. 2 ст. 250 УПК РФ, поскольку в прениях сторон гражданский иск был поддержан прокурором. При этом частично удовлетворяя исковые требования потерпевшей П3 в части возмещения материального ущерба, суд обоснованно исходил из размера причиненного ущерба, установленного приговором суда, и удовлетворил требования на сумму 742 000 рублей. Судебная коллегия с данными выводами полностью согласна. 

В суде апелляционной инстанции представитель потерпевшей П1 – адвокат Чертков А.В. поддержал исковые требования в части возмещения материального ущерба в размере 1 590 000 рублей, с учетом возмещения родственниками осужденного материального ущерба в размере 2 535 000 рублей (перевод от 19 ноября 2024 года), в части возмещения морального вреда поддержал требования в полном объеме - в размере 1000000 рублей, в части возмещения процессуальных издержек согласился с суммой 21 602 рубля 60 копеек, документально подтвержденной материалами дела. 

Учитывая, что преступными действиями ФИО1 потерпевшей П1 причинен материальный ущерб, размер которого уменьшен с учетом частичного возмещения ущерба и поддержан представителем потерпевшей в суде апелляционной инстанции в сумме 1 590 000 рублей, исковые требования в данной части подлежат удовлетворению. Доводы защитника о том, что размер материального ущерба потерпевшей П1, с учетом частичного возмещения ущерба, составляет 1 443 000 рублей, подтверждения не нашли. 

Разрешая требований истцов о взыскании компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

По смыслу положений п. 1 ст. 151 ГК РФ гражданский иск о компенсации морального вреда может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и другое).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 2 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", исходя из положений ч. 1 ст. 44 УПК РФ и ст. ст. 151, 1099 ГК РФ в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия).

Между тем, совершенные осужденным ФИО1 преступления в отношении потерпевших П1 и П3 не относятся к категории причиняющих вред личным неимущественным правам или принадлежащим потерпевшим нематериальным благам. И при рассмотрении уголовного дела судебной коллегией не установлено обстоятельств, свидетельствующих о причинении осужденным вреда личным неимущественным правам потерпевших либо принадлежащим потерпевшим нематериальным благам. 

Доводы потерпевшей П1 о том, что она испытала нравственные страдания, выразившиеся, в том числе, в переживаниях за состояние физического и эмоционального здоровья ее близких – сестры С21 и матери С21, которые были вынуждены постоянно искать денежные средства для оплаты услуг якобы оказываемых ФИО1, не могут свидетельствовать о причинении осужденным морального вреда потерпевшей, поскольку обращение П1 к родственникам за помощью в поисках денежных средств, не охватывалось умыслом ФИО1 при совершении преступления. 

Также не свидетельствуют о причинении морального вреда П1 доводы о том, что потерпевшая лишилась жилья в 

<

адрес> и вынуждена уехать в другой регион, поскольку данные обстоятельства не вменялись в вину осужденного, согласно предъявленному обвинению.

При таких обстоятельствах гражданские иски потерпевших П1 и П3 в части возмещения морального вреда удовлетворению не подлежат.

Требования потерпевшей П1 о возмещении расходов, связанных с явкой к месту производства процессуальных действий, в размере 21 602 рубля 60 копеек, как подтвержденные материалами уголовного дела, подлежат возмещению из средств федерального бюджета, и признаются процессуальными издержками, которые подлежат взысканию с осужденного в доход федерального бюджета. При этом, оснований для освобождения ФИО1 от возмещения процессуальных издержек, судебная коллегия не усматривает. 

При решении вопроса о вещественных доказательствах, судебная коллегия руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия 

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 22 августа 2024 года в отношении ФИО1 - отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы:

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении П2) на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с оказанием юридических услуг физическим и юридическим лицам на срок 2 (два) года;

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении П3) на срок 3 (три) года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с оказанием юридических услуг физическим и юридическим лицам на срок 2 (два) года;

- по ч. 4 ст. 159 УК РФ (преступление в отношении П1) на срок 4 (четыре) года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с оказанием юридических услуг физическим и юридическим лицам на срок 2 (два) года.

В соответствии с требованиями ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с оказанием юридических услуг физическим и юридическим лицам на срок 3 (три) года.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с оказанием юридических услуг физическим и юридическим лицам распространяется на все время отбывания основного наказания в виде лишения свободы, но его срок исчисляется с момента отбытия основного наказания. 

На основании положений ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в период с 06 июля 2019 года по 07 июля 2019 года, с 05 сентября 2019 года по 07 сентября 2019 года, а также с 22 августа 2024 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск П1 к ФИО1 в части возмещения материального ущерба удовлетворить. 

Взыскать с ФИО1 в пользу П1 материальный ущерб в размере 1 590 000 рублей.

Выплатить из средств федерального бюджета в пользу П1 процессуальные издержки, связанные с явкой к месту производства процессуальных действий, всего в размере 21 602 рубля 60 копеек, возложив оплату непосредственно на Управление Судебного департамента в Санкт-Петербурге, перечислив по предоставленным П1 реквизитам.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 21 602 рублей 60 копеек.

Гражданский иск П3 к ФИО1 в части возмещения материального ущерба удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО1 в пользу П3 материальный ущерб в размере 742 000 рублей. 

Исковые требования потерпевших П1, П3 о взыскании с ФИО1 морального вреда - оставить без удовлетворения. 

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу:

- DVD-R диск с аудиозаписью телефонных переговоров между С9 и ФИО1; компакт-диск CD-R Verbatim с записями разговоров с ФИО1; флэш карта с записями разговоров между П3 и ФИО1; копии договора на оказание юридических услуг от 18.01.2018 и копия доверенности №... от 

<

дата>; копии сберегательной книжки ПАО Сбербанк России; копии чека и приходного кассового ордера от 30.04.2018; электронной выписки по операциям по карте; копии выписки ПАО Сбербанк о состоянии вклада; копии электронной распечатки ПАО Сбербанк; договор возмездного оказания юридических услуг от 26.10.2019; распоряжение об отмене доверенности №...; выписку по карточному счету за период с 15.07.2019 по 19.02.2020; выписку из лицевого счета №... за период с 15.07.2019 по 19.02.2020; выписку по кредиту на 21.02.2020 ПАО «Почта Банк», выписку из лицевого счета №..., выписку по карточному счету за период с 01.06.2019 по 19.02.2020; выписку за период с 01.01.2017 по 21.02.2020 ПАО «МТС-Банк» – хранить в материалах дела;

- мобильный телефон марки Хуавей Хонор «Huawei Honor» с сим-картой оператора «Мегафон», переданный на ответственное хранение потерпевшей П1, оставить у последней с правом распоряжения.

Апелляционное представление, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Храмшиной С.Н., представителя потерпевшей П1 - адвоката Черткова А.В. - удовлетворить частично.

Кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев. 

В случае пропуска указанного выше срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции. 

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. Такое ходатайство лицом, содержащимся под стражей, или осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы, может быть заявлено в кассационной жалобе либо в течение 3 суток со дня получения ими извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица. 

Председательствующий Ю.Ю. Сафонова

Судьи В.В. Васюков 

Ю.Ю. Максименко