Дело № 2-1038/2018 

Решение

 

Именем Российской Федерации 

24 октября 2018 года г. Корсаков 

Корсаковский городской суд Сахалинской области в составе

председательствующего судьи Бочаровой Л.А.

при секретаре Шишкиной Е.А.

с участием: 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении материального ущерба за поврежденное имущество, причиненного в результате залива помещения, 

установил:

09 августа 2018 г. ФИО1, ФИО2 обратились в Корсаковский городской суд с иском, который уточнили 03 сентября того же года, к ФИО3 о возмещении причиненного в результате залива материального ущерба за поврежденное имущество, в размере 295 000 руб.: в пользу ФИО2 147 500 руб. и в пользу ФИО1 147 000 руб., взыскании судебных расходов в пользу ФИО2 в размере 6 150 руб. 

В обоснование иска указано, что 01 ноября 2014 г., между ФИО1 и ФИО3 заключен договор аренды нежилого помещения, согласно которого ФИО1 предоставлено нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> (кабинет №), общей площадью 29,5 кв. м. для использования в личных целях.

10 августа 2015 г. в указанном помещении произошло затопление, источником которого являлся накопительный пластиковый бак, установленный в подсобном помещении третьего этажа, расположенного над арендуемым помещением. По факту затопления составлен акт в присутствии свидетелей. В результате залива, пострадало следующее имущество: стеновая перегородка, стоимостью - 45 000 руб. и аппарат физиотерапевтический, лимфодренажный «Starvac» стоимостью – 250 000 руб. Ответчик предложила добровольно компенсировать стоимость поврежденного оборудования либо приобрести за свой счет аналогичное оборудование по согласованию с владельцами оборудования. Ответчик изъяла поврежденное оборудование без согласия ФИО1 и ФИО2, пояснив, что испорченное оборудование собирается оставить в свое пользование, а взамен приобрести новый аппарат. Поскольку свои обязательства ответчик не исполнила, 24 сентября 2015 г. в ее адрес истцами направлена претензия с требованием компенсировать причиненный ущерб. Поскольку до настоящего времени причиненный ущерб истцам не компенсирован, они обратились в суд с настоящим иском.

В письменном отзыве на исковое заявление представитель ФИО3 – Б. возражала против удовлетворения заявленных требований. Пояснила, что после затопления помещения, стороны заключили устное соглашение о том, что ответчик добровольно за свой счет произведет ремонт аппарата, что и было сделано. 28 августа 2015 г. ФИО3 сдала аппарат на ремонт в ООО «Медтехника» в г. Южно-Сахалинске, после ремонта истцам было предложено его забрать, однако они отказались принимать отремонтированный аппарат. 03 октября 2018 г. проведена диагностическая проверка аппарата, о чем представителем ООО ЦСУ «Медтехника» инженером Д. составлен акта, в соответствии с которым аппарат «Starvac» № признан исправным. Кроме того, обращает внимание, что истцами не представлено доказательств того, что аварийное событие произошло по вине ФИО3 Акт, представленный в материалы дела, не может являться таким доказательством, поскольку фиксирует только последствия залива и составлен лицами, не имеющими специального образования и квалификации. В связи с истечением значительного временного промежутка, в настоящее время невозможно произвести экспертные действия на месте и оборудовании, являвшемся причиной розлива воды. Полагает, что аппарат не может оцениваться по исходной цене с момента его приобретения и начала эксплуатации. К договору купли-продажи товара отсутствуют приложения в виде акта приема-передачи технически сложного товара, платежных документов, что свидетельствует о недостоверности указанной в договоре суммы, кроме того не представлены доказательства того, что аппарат в момент приобретения находился на гарантии и имел все необходимые действующие сертификаты соответствия. Панель, установленная в арендуемом помещении смонтирована истцами без письменного согласования с ответчиком, истцами не представлены платежные документы, подтверждающие стоимость изготовления и установки панели. В Договоре подряда и Акте приема-сдачи отсутствует идентификация адреса, по которому должны были быть выполнены работы по установке панели, указан только адрес, по которому зарегистрирована ФИО1 После расторжения Договора аренды истцам предложено вывезти из помещения принадлежащее им имущество, на что в устной форме заявлено, что демонтировать и собрать панель в ином помещении без ущерба её конструкциям не представляется возможным, после чего последовало требование к ответчику о денежной компенсации в размере полной стоимости панели на момент установки. 19 ноября 2015 г. ФИО3 направила истцам требование о демонтаже и вывозе панели, которое вернулось с отметкой об истечении срока хранения. Обращает внимание, что между ФИО3 и истцами заключено соглашение о расторжении Договора аренды от 05 октября 2015 г., к которому приложен Акт приема-передачи помещения, подтверждающий отсутствие между сторонами претензий. В настоящее время панель и аппарат находятся в арендуемом ранее истцами помещении.

В судебном заседании истцы настаивали на удовлетворений заявленных требований. Пояснили, что на момент залива помещения, поврежденный аппарат находился на гарантийном обслуживании, в то время как после ремонта гарантий того, что он будет работать не имеется. Относительно ущерба, причиненного стеновой перегородке, указали, что она была смонтирована под индивидуальные размеры арендуемого помещения, в результате залива перегородка намокла и набухла, истцы намеревались забрать данное имущество, однако им сказали, что если перегородку разобрать, то собрать будет невозможно.

ФИО3 и ее представитель Б. возражали против удовлетворения иска по изложенным письменно основаниям. Ответчик в судебном заседании пояснила, что отремонтировала аппарат и перегородку, однако истцы отказались их забирать.

Выслушав пояснения истцов, ответчика и его представителя, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса РФ под убытками следует понимать расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 11, 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 13 указанного Постановления указано, что разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 01 ноября 2014 г., между мной ФИО3 и ФИО1 заключен договор аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 29,5 кв.м (кабинет №)., для использования в личных целях, сроком до 31 декабря 2014 г.; 01 января 2015 г. заключен договор аренды этого же помещения сроком до 30 ноября 2015 г.

10 августа 2015 г. в указанном помещении произошло затопление вследствие протечки пластикового накопительного бака для воды объемом 2 куб.м, установленного в подсобном помещении третьего этажа, расположенного над кабинетом №, что не оспаривалось стороной ответчика в судебном заседании.

В тот же день истцами составлен акт, в котором указано, что в результате затопления пострадало имущество, а именно: аппарат «Starvac» №, массажные кушетки в количестве 2 шт., стеновая перегородочная панель (сервант-купе), ионизатор – 1 шт., тумба для хранения – 1 шт., лампа – 1 шт., спецматериалы и косметические средства. 

Соглашением от 05 октября 2015 г. расторгнут указанный выше договор аренды нежилого помещения, в соответствии с актом приема-передачи нежилое помещение, общей площадью 29,5 кв. м., расположенное по адресу: 

<

адрес> (кабинет №) находится в удовлетворительном техническом состоянии; претензий между сторонами нет. 

24 сентября 2015 г. истцы направили в адрес ФИО3 претензию с предложением решить спорный вопрос в отношении аппарата «Starvac» №.

31 октября 2015 г. представителем ФИО3 – Б. в адрес ФИО1 направлена встречная претензия с требованием забрать аппарат «Starvac» SP-2 в течении 10 дней.

Рассматривая заявленные исковые требования, суд приходит к следующему.

Как следует из указанных выше норм гражданского законодательства и разъяснений Верховного Суда РФ, возможность взыскания убытков закон связывает с доказыванием причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) одного лица и наступившими отрицательными последствиями в имуществе другого лица. Для взыскания убытков, причиненных действиями ответчика, истцам необходимо доказать факт причинения таких убытков, наличие в совокупности следующих обстоятельств: наступление вреда, противоправность поведения и вину причинителя вреда, причинно-следственную связь между ними и размер, подлежащих возмещению убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не установлено федеральным законом. 

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий (Определение Конституционного Суда Российской Федерации №-О-О от 16 декабря 2010 г.).

Заявляя требования о взыскании с ответчика материального ущерба за поврежденное имущество в размере 295 000 руб., истцы ссылаются на стоимость, за которую это имущество приобреталось, представив договор купли-продажи товара от 10 октября 2013 г., заключенный с В., о приобретении аппарата «Starvac» SP №; договор подряда № от 07 октября 2013 г. по изготовлению и установке корпусной мебели, в соответствии с которым за выполненную работу ФИО1 обязалась выплатить ООО «Ударник» денежное вознаграждение в размере 45 000 руб. 

Разрешая заявленные требования, суд, дав оценку собранным по делу доказательствам в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом требований закона, приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО1 и ФИО2, поскольку в ходе судебного разбирательства истцами не доказан факт причинения материального ущерба.

Так, согласно приемного акта № от 28 августа 2015 г. аппарат «Starvac» № сдан в ООО «Медтехника» на ремонт, выдан после ремонта 03 октября 2018 г. На запрос суда ООО «Медтехника» в лице директора Г. сообщило, что аппарат «Starvac» № после поступления в организацию передан для проведения ремонта инженеру Д., отремонтирован аппарат – 10 сентября 2015 г., о чем составлен акт о выполнении работ, в котором указано, что в аппарате «Starvac» № заменена центральная плата управления, которая приобретена заказчиком ремонтных работ – ФИО3 В соответствии с актом о выполнении диагностики от 03 октября 2018 г. аппарат исправен, замечаний нет.

В судебном заседании специалист Д., осуществлявший ремонт аппарата, пояснил, что замена платы, которую он произвел в аппарате истцов, не влияет на производительность аппарата.

Таким образом, на момент рассмотрения искового заявления, аппарат находится в рабочем состоянии, доказательств обратного суду не представлено. Довод истцов, относительно отсутствия гарантий того, что аппарат будет работать не может служить основанием для удовлетворения иска. Не представлено истцами и доказательств в обоснование своих пояснений в судебном заседании о том, что на момент залива помещения аппарат находился на гарантийном обслуживании. Кроме того последние пояснили, что приобретали бывший в употреблении аппарат.

Отсутствуют у суда основания и для взыскания с ответчика стоимости стеновой перегородки. В судебном заседании ответчик пояснила, что осуществляла ремонт перегородки, которая в настоящее время находится в демонтированном состоянии по адресу арендуемого ранее истцами помещения. ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании подтвердили, что ответчик произвела частичный ремонт перегородки, вместе с тем, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, несмотря на неоднократно отложенные судебные заседания, не представили доказательств, что в указанной части требований им причинен ущерб, выраженный в утрате либо повреждении данной перегородки.

Кроме того, суд принимает во внимание, что при подписании сторонами акта приема-передачи от 05 октября 2015 г. при расторжении договора аренды помещения, между ними отсутствовали претензии, в том числе относительно спорной стеновой перегородки, изготовленной истцами под индивидуальные размеры нежилого арендуемого помещения, о чем свидетельствует содержание акта.

Не может являться доказательством причинения такого ущерба и акт, составленный ФИО2 и ФИО1 Кроме того, из представленной в материалы дела истцами претензии не усматривается, что между сторонами настоящего спора до обращения в суд существовали разногласия относительно имущества в виде стеновой перегородки.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

решил:

исковое заявление ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении материального ущерба за поврежденное имущество, причиненного в результате залива помещения – оставить без удовлетворения. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Сахалинский областной суд через Корсаковский городской суд в течение месяца после принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья Л.А. Бочарова

Мотивированное решение составлено 29 октября 2018 г.