Дело № №/П-18 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ

Коломенский федеральный городской суд Московской области в составе председательствующего судьи БЕССУДНОВОЙ Л.Н.,

при секретаре судебного заседания ХАРИТОНОВОЙ Р.Н.,

с участием старшего помощника Коломенского городского прокурора ВОЛЬХИНОЙ Т.А.,

рассмотрев в закрытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Коломенская центральная районная больница», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Московская областная станция скорой медицинской помощи» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд к ответчикам Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Коломенская центральная районная больница» (далее ГБУЗ МО «КЦРБ») и Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Московская областная станция скорой медицинской помощи» (далее ГБУЗ МО «Московская областная СМП») о компенсации морального вреда, причиненного смертью ФИО3, родной дочерью которой истец является.

Уточнив в ходе производства по делу в очередной раз размер первоначально заявленного иска (том 2, л.д.77-82), просит суд взыскать с ГБУЗ МО «КЦРБ» 800000 рублей, с ГБУЗ МО «Московская областная СМП» - 200000 рублей. Одновременно заявлено о взыскании судебных расходов по оплате судебной медицинской экспертизы в общем размере 131687 рублей 32 копеек, оплате юридических услуг в размере 83500 рублей и оформлению нотариальной доверенности на представителя в размере 1400 рублей.

Иск мотивирован тем, что ДД.ММ.ГГГГ года в связи с резким ухудшением состояния здоровья, выразившееся в 

<

данные изъяты> ФИО2 вызвала на дом врача-терапевта. По результатам осмотра дежурным врачом, ФИО2 было назначено медикаментозное лечение. Однако, ДД.ММ.ГГГГ года состояние здоровья ФИО2 ухудшилось. Истец обнаружила мать дома, лежащей на полу; была вызвана бригада скорой медицинской помощи. Бригадой скорой медпомощи был диагностирован у ФИО2 

<

данные изъяты>; госпитализация ФИО2 данной бригадой была признана неактуальной и предложено соблюдать медикаментозное лечение. ДД.ММ.ГГГГ года состояние ФИО2 вновь ухудшилось; внуком больной была вызвана бригада скорой медицинской помощи. Сотрудником прибывшей бригады ФИО2 было установлено 

<

данные изъяты>; в госпитализации ФИО21 было отказано. ДД.ММ.ГГГГ года дежурный терапевт прибыл к ФИО2 в 

<

данные изъяты>, назначил один укол антибиотиков в день, и заявил о том, что в больнице будут делать тоже самое, в связи с чем, в госпитализации не видит смысла. ДД.ММ.ГГГГ года ФИО2 стало хуже; в связи с 

<

данные изъяты> у матери и возбужденного состояния больной, истец вызывала бригаду скорой медицинской помощи. Работник прибывшей бригады скорой медпомощи дал ФИО2 таблетку от 

<

данные изъяты>, поставил обезболивающий укол и пояснил, что состояние больной является терпимым. ДД.ММ.ГГГГ года приходил дежурный терапевт, пояснил, что 

<

данные изъяты> у ФИО2 нет, рекомендовал принимать прописанные ДД.ММ.ГГГГ года таблетки. Однако, ДД.ММ.ГГГГ года состояние ФИО2 опять ухудшилось, была вызвана бригада скорой медицинской помощи по поводу 

<

данные изъяты> На момент приезда бригады скорой медпомощи 

<

данные изъяты> Бригада медпомощи ничего делать не стала и рекомендовали обеспечить больной доступ свежего воздуха. ДД.ММ.ГГГГ года приходил дежурный терапевт, который пояснил, что у ФИО2 

<

данные изъяты> и без реанимации не обойтись. Была вызвана реанимация, которой ФИО21 была доставлена в Коломенскую ЦРБ; ФИО21 было диагностировано отсутствие 

<

данные изъяты> и наличие 

<

данные изъяты>. Пациентка при наличии 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> около часа находилась в коридоре больницы, никакая помощь ей не оказывалась. При входе в реанимацию терапевтического отделения ФИО2 умерла.

Истец полагает, что по результатам неоднократных осмотров ФИО2 сотрудниками ответчиков не была дана оценка серьезности последствий болезненного состояния ФИО2, оказана некачественная и неквалифицированная медицинская помощь. В результате халатных действий врачей мать истца умерла.

В судебном заседании истец ФИО1 иск в объеме уточненного поддержала; дополнительно пояснила, что полагает при оказании ее матери медицинской помощи со стороны работников ответчиков имело место дискриминация по возрасту. Это проявлялось как во время общения врача с пациентом, во время осмотров, при принятии решения о назначаемом лечении. Все медицинские работники подчеркивали, что при помещении матери истца в больницу на стационарное лечение ухода за ней не будет, лечение не изменится. ФИО2 назначалось недостаточное лечение, без учета состояния больной. Ряд дефектов и недостатков оказания медицинской помощи медицинским персоналом Коломенской ЦРБ и Воскресенской ССМП (в настоящее время Московской областной станции скорой медицинской помощи) самым неблагоприятным образом повлияли на течение и прогрессирование заболевания 

<

данные изъяты>, что нашло подтверждение в ходе судебной медицинской экспертизы. Дефекты оказания медицинской помощи экспертизой установлены в действиях терапевта поликлиники Коломенской ЦРБ ФИО5 выходившего к ФИО2 по вызову ДД.ММ.ГГГГ года, терапевта ФИО6, выходившего по вызову на дом к ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года, фельдшеров станции скорой медицинской помощи ФИО7 и ФИО8, выезжавших к ФИО2 по вызову ДД.ММ.ГГГГ года; дефекты оказания медицинской помощи при 

<

данные изъяты> имели место при доставлении ФИО2 в Коломенскую ЦРБ. Судебной экспертизой установлено, что сохранение жизни и даже полное выздоровление в случае своевременной госпитализации и правильного лечение ФИО2 было возможно. Пояснила, что столкнувшись с полным равнодушием, ряда сотрудников ответчиков, незащищенностью и пренебрежением к общепризнанным нормам, пережив смерть матери, наступившей в результате неполной в соответствии со стандартами оказанной медицинской помощью, пережила нравственные переживания, продолжает их переживать в ходе разбирательства по делу, у нее появилась нервозность, раздражительность и нарушение сна. Полагает, что вправе требовать в судебном порядке компенсации морального вреда вследствие смерти матери при изложенных обстоятельствах. На основании положений ст. 151 и 1101 Гражданского кодекса РФ просит суд иск в размере уточненного удовлетворить.

Представитель истца по нотариально удостоверенной доверенности ФИО9 (том 2, л.д.16) в судебном заседании доводы и позицию доверителя поддержал; дополнительно пояснил, что произошедшие в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года события, повлекшие смерть матери истца, естественным образом повлекли для истца нравственные переживания. Эти события являются полным игнорированием Всеобщей декларации прав человека, которая в статье 3 провозглашает право каждого на жизнь. Обязанность установления такого жизненного уровня, который необходим для поддержания здоровья его самого и его семьи, и обеспечения в случае болезни, инвалидности или иного случая утраты средств к существованию по независящим от него обстоятельствам предусмотрена в статье 25 Всеобщей декларации прав человека и статье 11 международного Пакта об экономических, социальных и культурных правах. Положения этих международных актов отражены в конституции Российской Федерации. Истец убеждена, что основной причиной смерти ее матери является проявление работниками здравоохранения возрастной дискриминации по отношению к ее матери. Просит суд иск доверителя удовлетворить. В части заявления истца о взыскании расходов по оказанию юридической помощи пояснил, что все расходы истца по оплате данной услуги подтверждаются договорами и платежными документами на заявленную сумму. Размер данных расходов соответствует объему предоставленной правовой помощи.

Представитель ответчика ГБУЗ «Коломенская ЦРБ» по доверенности ФИО10 (том 2,л.д.15) в судебном заседании заявила, что с учетом результатов служебной проверки по факту смерти ФИО2, не оспаривает права истца на компенсацию морального вреда.

Объем и содержание выявленных нарушений при оказании медицинской помощи описаны в протоколе врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ года; с врачей взяты объяснительные; приказом о дисциплинарном взыскании № от ДД.ММ.ГГГГ года врачам ФИО18, ФИО5 и ФИО6 объявлены замечания. При оценке действий бригад скорой медицинской помощи установлено, что бригадой СМП в составе фельдшеров ФИО7 и ФИО8, выезжавшей к ФИО21 ДД.ММ.ГГГГ года, неоправданно не была предложена госпитализация, учитывая тяжесть состояния больной и отсутствие эффекта проводимой терапии. Фельдшерам ФИО7 и ФИО8 сделаны замечания по тактике ведения пациента, врачу ФИО11 указано на необходимость полного соблюдения стандартов оказания скорой медицинской помощи. Подробное описание вызовов СМП к пациентке ФИО2 отражено в докладной на имя главного врача ГБУЗ МО «КЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ года.

При оценке действий медицинского персонала на госпитальном этапе выявлено то, что пациентка ФИО2 была доставлена бригадой СМП ДД.ММ.ГГГГ года в приемное отделение ГБУЗ МО «КЦРБ», осмотрена врачом-реаниматологом ФИО12. Выявлены дефекты оказания медицинской помощи врачом-реаниматологом ФИО12, была выбрана неверная тактика, пациентка не госпитализирована немедленно в АРО для протезирования жизненно важных функций, а по неясным причинам врачом принято решение госпитализировать в АРО отдельно стоящего корпуса, что привело к ожиданию транспортировки, после чего врачом-реаниматологом ФИО13 констатирована биологическая смерть пациентки. Выявлены нарушения в действиях врача-реаниматолога ФИО13. Приказом о дисциплинарном взыскании № от ДД.ММ.ГГГГ года врачам анестезиологам-реаниматологам ФИО12 и ФИО13 объявлен выговор.

Однако, учитывая данные патологоанатомического вскрытия ФИО2, указанных в протоколе вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ года, смерть ФИО2 последовала от 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> что зафиксировано в осмотре врача-реаниматолога, являлись отягощающими факторами, и дефекты госпитального этапа на исход не повлияли.

Просит суд принять во внимание тяжелое финансовое положение ГБУЗ МО «КЦРБ»; учреждение имеет кредиторскую задолженность в размере 66192051 рублей 48 копеек; заявила, что полагает размер компенсации, заявленный истцом ко взысканию, завышенным и просит суд в случае удовлетворения иска, его снизить. Заявленные расходы по оплате услуг представителей считает чрезмерно завышенными.

Представитель ответчика ГБУЗ МО «Московская областная СМП» по доверенности ФИО14 в судебном заседании иск не признал, мотивируя тем, что выезжавшая по вызову к ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года бригада в карте вызова указала на 

<

данные изъяты> у больной. С диагнозом 

<

данные изъяты> больные подлежат госпитализации. Бригадой госпитализация была предложена. После отказа от госпитализации больной был вызван лечащий врач. Подпись об отказе от госпитализации в карте вызова не принадлежит ФИО2, подпись ставил присутствовавший в квартире с больной близкий человек. В графе «отказ от госпитализации» подпись медработника бригады должна быть в данном случае обязательно. Действия данной бригады никаким образом не повлияли на летальный исход болезни ФИО2. Всего в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года по адресу ФИО2 бригады скорой медицинской помощи выезжали шесть раз, из которых в двух случаях была предложена госпитализация, от которой пациент и ее родственники отказались. В случаях выезда бригад ДД.ММ.ГГГГ года в составе фельдшеров ФИО15 и ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года в составе фельдшеров ФИО7 и ФИО8, к которым у истца имеются претензии, в целом соблюдались стандарты оказания медицинской помощи. Был произведен разбор действий бригад на врачебной комиссии и в коллективе Коломенской подстанции; фельдшерам ФИО7 и ФИО8 были сделаны замечания. Просит суд в иске истцу отказать.

Врач –терапевт Коломенской ЦРБ ФИО6 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном заседании заявил, что полагает заявленный истцом иск необоснованным; пояснил, что выходил по вызову к пациентке ДД.ММ.ГГГГ года в качестве дежурного терапевта поликлиники Коломенской ЦРБ; констатировал сохранение у пациентки жалоб 

<

данные изъяты>. Произвел коррекцию клинического диагноза за счет расширения раздела сопутствующих заболеваний и увеличение дозы цефтриаксона до 2 г в сутки.

Врач-терапевт Коломенской ЦРБ ФИО5 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном заседании заявил, что считает заявленный истцом иск необоснованным. Пояснил, что выходил к ФИО2 по вызову ДД.ММ.ГГГГ года; установил диагноз «

<

данные изъяты> назначил ФИО2препарат - антибиотик широкого спектра действия из группы цефалоспоринов - цефтриаксон в виде внутримышечных инъекций в дозировке 1,0 г один раз в сутки.

Врач-терапевт ФИО18 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в настоящем судебном заседании не присутствовала, письменным заявлением просит суд о рассмотрении дела в свое отсутствие (том 2,л.д.57). Ранее, участвуя в судебном заседании заявляла о необоснованности заявленного истцом иска.

Врач-реаниматолог ФИО12, врач-реаниматолог ФИО13 Коломенской ЦРБ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора в суд не явились; ФИО12 письменным заявлением ходатайствует о рассмотрении дела в отсутствие (том 2,л.д.14); в заявлении указывает о том, что иск полагает необоснованным. ФИО13 каких либо ходатайств не заявлено.

С учетом установленных обстоятельств и мнения участников процесса суд рассматривает дело в отсутствие указанных лиц в порядке, соответственно, ч. 5 и ч.3 ст. 167 ГПК РФ.

Фельдшер СМП ФИО15 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном заседании заявила, что иск считает необоснованным; дополнительно пояснила, что выезжала в составе бригады по вызову к ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года. В квартире у ФИО2 кроме больной была женщина, но это не истец по настоящему делу. Больная лежала на диване; при осмотре у неё была обнаружена 

<

данные изъяты> ФИО21 была в сознании, ей была предложена госпитализация, от которой она самостоятельно сама отказалась. Поставить подпись об отказе в карте вызова ФИО21 не смогла из-за сниженного зрения и попросила поставить подпись присутствовавшей в квартире с ней женщине. 

ФИО16 - фельдшер СМП, выезжавший по вызову к ФИО2 в составе бригады совместно с фельдшером ФИО15, в качестве третьего лица заявил, что иск считает заявленным необоснованно и полностью поддержал объяснения ФИО15.

Фельдшера СМП ФИО8 и ФИО7 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном заседании пояснили, что выезжали к ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года; больной был установлен диагноз «

<

данные изъяты>»; 

<

данные изъяты> Больной были выполнены показанные исследования. Госпитализация ФИО2 не была предложена, рекомендована паллиативной помощи со стороны родственников. Полагают заявленный иск необоснованным.

По результатам исследования представленных суду доказательств в заключении по делу старший помощник Коломенского городского прокурора ФИО17 заявила, что требование истца полагает обоснованным. Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью матери в стационаре Коломенской ЦРБ вследствие неправильных действий конкретных врачей и выездных бригад СМП, которые способствовали ухудшению состояния здоровья матери истца, после чего наступила смерть ФИО2. Заключением судебной медицинской экспертизы установлено, что между заболеванием ФИО2 – внебольничной 

<

данные изъяты> и наступлением смерти ФИО2 имеется прямая причинно-следственная связь. Установленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО2 не являются причиной внебольничной 

<

данные изъяты>, а явились лишь условиями её прогрессирования и поэтому не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти больной. Однако, полагает, следует учитывать выводы экспертизы о том, что по мере прогрессирования заболевания шансы ФИО2 на благоприятный исход постоянно снижались. ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, когда 

<

данные изъяты> перешла в тяжелую форму, шансов на сохранение жизни ФИО2 уже не было. Полагает, что нравственные страдания истца в рассматриваемой ситуации являются естественным процессом; до наступления тяжелой формы 

<

данные изъяты> шансы на выздоровление у матери истца имелись. С учетом фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о том, что дефекты оказания медицинской помощи сотрудниками ответчиков являлись только условиями прогрессирования основного заболевания ФИО2, размер компенсации, заявленный истцом ко взысканию, полагает завышенным. Принимая во внимание характер перенесенных истцом страданий и обстоятельства, повлекшие данные страдания, считает возможным взыскать в пользу истца компенсацию в общем размере не более 200000 рублей с учетом действий и бездействия конкретных сотрудников ответчиков.

Выслушав истца, представителя истца, представителей ответчиков, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, исследовав письменные доказательства в материалах гражданского дела, в том числе, заключение судебной медицинской экспертизы, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и подтверждается как объяснениями сторон, письменными доказательствами, в частности, картами вызовов СМП, записями в картах амбулаторного и стационарного больного на имя ФИО2, являвшимися предметом исследования комиссией экспертов в ходе судебной медицинской экспертизы, что первое обращение ФИО2 за медицинской помощью в связи с ухудшением состояния здоровья, повышением 

<

данные изъяты> имело место ДД.ММ.ГГГГ года. На вызов по неотложной помощи к ФИО2 выходила врач-терапевт поликлинического отделения ГБУЗ «Коломенская ЦРБ» ФИО18. Ею установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Рекомендовано консервативное лечение, отсутствует план обследования и обоснования диагноза и лечения. Указываются лекарственные средства по торговым наименованиям в нарушение приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ года №н «Об утверждении порядка назначения и выписывания лекарственных препаратов, а также форм рецептурных бланков на лекарственные препараты, порядка оформления указанных бланков, их учета и хранения».

К бригаде СМП, выезжавшей к ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года, истец претензий не имеет.

ДД.ММ.ГГГГ вызвана бригада СМП, повод к вызову «

<

данные изъяты>» установлен диагноз: 

<

данные изъяты> предложена госпитализация, от которой пациентка отказалась, оформлен письменный отказ. При осмотре 

<

данные изъяты> Оказана помощь: магния сульфат 25 % 10,0 мл, папаверин 2,0 мл внутримышечно.

ДД.ММ.ГГГГ года по вызову выезжала бригада СМП в составе фельдшеров ФИО15 и ФИО16; установлен диагноз: 

<

данные изъяты> была предложена госпитализация; пациентка отказалась, оформлен письменный отказ. Поводом к вызову бригады СМП была жалоба на «

<

данные изъяты>», больной устанавливается диагноз: 

<

данные изъяты>. При осмотре сатурация кислорода 

<

данные изъяты> госпитализация, от которой пациентка отказалась, оформлен письменный отказ.

ДД.ММ.ГГГГ вызван участковый врач ФИО5, установил диагноз: 

<

данные изъяты>. Рекомендуется цефтриаксон 1 г в сутки, без указания способа введения, без указания дозировки и концентрации лидокаина (2,0), отсутствует план обследования в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 декабря 2012 г. № 1213н "Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при пневмонии" (в 100 % случаев показано рентгенологическое исследование, OAK, ОАМ), не предлагается госпитализация. Рекомендуются лекарственные средства Лазолван, Дюфолак по торговым наименованиям в нарушение приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении порядка назначения и выписывания лекарственных препаратов, а также форм рецептурных бланков на лекарственные препараты, порядка оформления указанных бланков, их учета и хранения» приложение №, п. №; кроме того, врачом ФИО5 был выписан препарат «Дюфолак» на бланке, содержащем рекламу лекарственного средства «Ноопет»в нарушение ФЗ № от ДД.ММ.ГГГГ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» статья 74, п. 1.6.

ДД.ММ.ГГГГ пациентка осмотрена врачом ФИО6, 

<

данные изъяты> не разрабатывается план обследования и лечения, не предлагалась госпитализация. Рекомендуются лекарственные средства Лазолван, ФИО19 по торговым наименованиям в нарушение приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении порядка назначения и выписывания лекарственных препаратов, а также форм рецептурных бланков на лекарственные препараты, порядка оформления указанных бланков, их учета и хранения» приложение №, п. №;

ДД.ММ.ГГГГ была вызвана СМП, повод к вызову «

<

данные изъяты>», устанавливается диагноз: 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. При осмотре 

<

данные изъяты>. Не предложена госпитализация. Лечение участкового терапевта согласовано.

ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ была вызвана СМП, прибытие на место фельдшерской бригады ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз: 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты>.

При осмотре сатурация 

<

данные изъяты> Вызвана врачебная бригада, оказана помощь: натрия хлорид 0,9% 200,0 мл + дексаметозон 8 мг внутривенно.

Врачебная бригада прибыла к пациентке в ДД.ММ.ГГГГ. При осмотре 

<

данные изъяты>. Оказана помощь: натрия хлорид 0,9% 500,0 мл+ дексаметозон 24 мг внутривенно, гепарин 4 тысяч единиц внутривенно. Установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. С кислородной поддержкой пациентка транспортируется в КЦРБ после улучшения состояния (сатурация 92%, АД 40/0 мм рт. ст., ЧДД 28 в минуту).

Обе бригады не использовали в лечении вазопрессоры, несмотря на гипотонию.

Пациентка ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, была доставлена бригадой СМП ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ мин в приёмное отделение, с диагнозом 

<

данные изъяты>

Осмотрена реаниматологом ФИО12, направлена на 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

В 

<

данные изъяты> оформлена 

<

данные изъяты> зафиксирована биологическая смерть пациентки врачом реаниматологом ФИО13

Заключительный диагноз: 

<

данные изъяты>

Патологоанатомический диагноз:

Основной: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

По результатам анализа медицинских документов комиссией экспертов выявлены грубые дефекты оказания медицинской помощи в приёмном отделении врачом реаниматологом ФИО12, которым была выбрана неверная тактика (пациентка не госпитализирована немедленно в АРО для протезирования жизненно-важных функций), по неясным причинам врачом принято решение госпитализировать в АРО отдельно стоящего корпуса, что привело к ожиданию транспортировки, после чего, в 

<

данные изъяты> минут врачом реаниматологом ФИО13 констатирована биологическая смерть пациентки.

Остался неизвестным момент клинической смерти пациентки и причина отсутствия реанимационных мероприятий врачом реаниматологом ФИО13 в соответствии с законодательством. В МКСБ отсутствует полноценное описание биологической смерти пациентки врачом реаниматологом ФИО13.

Экспертной комиссией в Заключении дана оценка действиям всех врачей и бригад скорой медицинской помощи, оказывавшим медицинскую помощь ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года на предмет соответствия стандартам медицинской помощи, в том числе, больным 

<

данные изъяты>. Так, оснований для экстренной госпитализации ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года экспертной комиссий не усматривается (том 1,л.д.270).

Каких либо дефектов оказания медицинской помощи бригадой СМП ДД.ММ.ГГГГ года, кроме как нарушение в оформлении отказа от госпитализации, экспертная комиссия не установила (том 1,л.д.271).

В действиях дежурного терапевта поликлиники Коломенской ЦРБ ФИО5, выходившего по вызову к ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года, имеет место установление фактического клинического диагноза «

<

данные изъяты>» только по жалобам и данным неполного физического обследования, без учета анамнеза жизни и других записей в амбулаторной карте. Невыполнение показанных ФИО2 диагностических обследований не позволило получить лабораторные и рентгенологические данные для подтверждения 

<

данные изъяты>, в полной мере оценить ее состояние, а также в последующем более объективно следить за динамикой течения заболевания.

Истец ФИО1 является родной дочерью умершей ДД.ММ.ГГГГ года в Коломенской ЦРБ ФИО2. Истец сопровождала мать при госпитализации, присутствовала в помещении больницы, когда наступила смерть матери при входе в анестезиолого -реанимационное отделение (АРО).

Из выводов судебной медицинской экспертизы (том 1,л.д.278-279) следует, что между заболеванием - внебольничной 

<

данные изъяты> и наступлением смерти ФИО2 имеется прямая причинно-следственная связь.

Вышеперечисленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО2 (каждый в отдельности и все в совокупности) не являются причиной внебольничной 

<

данные изъяты>, а явились лишь условиями её прогрессирования и поэтому не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти пострадавшей. Но, по мере прогрессирования заболевания шансы ФИО2 на благоприятный исход постоянно снижались. В своевременной госпитализации и правильного лечения в конце ДД.ММ.ГГГГ у нее имелись сравнительно высокие шансы на сохранение жизни и даже полное выздоровление, хотя даже при своевременно начатом и правильно проводившемся лечении ввиду преклонного возраста и наличия серьезной сопутствующей патологии экспертная комиссия гарантий к однозначному выздоровлению не установила. 

<

данные изъяты>ДД.ММ.ГГГГ., когда 

<

данные изъяты> перешла в тяжелую форму, шансов на сохранение жизни ФИО2 уже не было (том 2,л.д.278-279).

Поскольку, экспертной комиссией факт наличия дефектов оказания медицинской помощи и нарушения стандарта оказания медицинской помощи при заболевании 

<

данные изъяты> установлены, суд считает необходимым указать персонально на действия конкретных сотрудников ответчиков, допустивших данные нарушения, о чем подробно указано в Заключении экспертной комиссии. По мнению экспертной комиссии самым неблагоприятным образом отразились на течении и прогрессировании заболевания действия, бездействие следующих лиц.

Так, Терапевт 

<

данные изъяты>Е. назначил ФИО4 единственный противомикробный препарат - антибиотик широкого спектра действия из группы цефалоспоринов - цефтриаксон в виде внутримышечных инъекций в дозировке 1,0 г один раз в сутки. Применение одного антибиотика широкого спектра действия допускается для лечения больных нетяжелыми формами 

<

данные изъяты> и при отсутствии сопутствующей патологии, однако в связи с неполнотой диагностики, необходимых диагностических критериев для объективной оценки формы 

<

данные изъяты> (тяжелая или нетяжелая) у ФИО5 не имелось. Дозировка цефтриаксона не соответствует современным клиническим рекомендациям: больной было показано 1,0 г антибиотика два раза в сутки. Терапевт поликлиники Коломенской ЦРБ ФИО5 не собрал анамнез жизни и не диагностировал сопутствующие заболевания у ФИО2, имевшие негативное значение для прогноза течения заболевания; не полностью описал объективный статус пациентки (

<

данные изъяты> у пациентки с заболеванием 

<

данные изъяты> не измерено); не назначил больной показанных в соответствии с клиническими рекомендациями и предусмотренных стандартом оказания медицинской помощи диагностических исследований (клинический 

<

данные изъяты>); не предложил госпитализацию ФИО2 для обследования и лечения и не разъяснил ей возможное развитие угрожающих жизни последствий в случае её отказа; назначил антибиотик цефтриаксон в виде внутримышечных инъекций в заведомо заниженной дозировке и без учета возможностей по контролю за выполнением врачебных назначений со стороны пациентки (маломобильная больная с когнитивными нарушениями, проживающая одна).

Таким образом, диагностика 

<

данные изъяты> терапевтом ФИО5 была неполной, а назначенное лечение - неадекватным её состоянию. Дефекты оказания медицинской помощи, допущенные терапевтом ФИО5, способствовали прогрессированию заболевания (

<

данные изъяты>) у ФИО2.

ДД.ММ.ГГГГ терапевт поликлиники Коломенской ЦРБ ФИО6 при наличии признаков утяжеления состояния ФИО2 описал её состояние, использовав непринятую в клинике градацию оценки «неудовлетворительное состояние»; недооценил наличие дополнительных неблагоприятных факторов (

<

данные изъяты>);

ДД.ММ.ГГГГ фельдшеры Воскресенской ССМП ФИО7 и ФИО8, отметив признаки значительного ухудшения состояния ФИО2 (

<

данные изъяты>.), вопреки современным клиническим рекомендациям, не предложили ей показанную госпитализацию, ограничились рекомендацией обеспечения паллиативной помощи пациентке, абсолютно не соответствующей тяжелому состоянию больной.

ДД.ММ.ГГГГ реаниматолог Коломенской ЦРБ ФИО12 при поступлении ФИО2 в крайне тяжелом состоянии вместо показанной неотложной госпитализации в реанимационное отделение поступил тактически неверно, направив её на 

<

данные изъяты>, реаниматолог ФИО12 не проследил за незамедлительным переводом больной из приемного отделения в сопровождении врача.

- ДД.ММ.ГГГГ реаниматолог Коломенской ЦРБ ФИО13 не убедился в наступлении биологической смерти ФИО2, необоснованно отказался от проведения реанимационных мероприятий.

Поскольку шансы на благоприятный для пациента исход заболевания напрямую увязываются со своевременностью лечения, наиболее негативные последствия для течения 

<

данные изъяты> имели дефекты оказания медицинской помощи, допущенные терапевтами поликлиники Коломенской ЦРБ ФИО5 и ФИО6 на раннем этапе развития заболевания, когда состояние ФИО2 было сравнительно нетяжелым. Дефекты оказания медицинской помощи, допущенные фельдшерами Воскресенской ССМП ФИО7 и ФИО8, а также реаниматологами Коломенской ЦРБ ФИО12 и ФИО13 в исходе заболевания, когда состояние больной было уже достаточно запущенным, сыграли относительно менее существенную роль в прогрессировании заболевания и наступлении смерти больной.

На основании изложенного судом не установлено оснований к отказу истцу в заявленном иске. 

В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд считает, что требования истца о взыскании с ответчиков в общем размере 1000 000 рублей не соответствуют объему его нарушенного права.

При оценке характера физических и нравственных страданий суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред истцу, и индивидуальные особенности истца. Фактические обстоятельства дела подтверждаются объяснениями истца. Суд принимает во внимание доводы истца, которыми мотивировано данное требование, а именно то, что истец испытала нравственные страдания вследствие смерти матери в стационаре медицинского учреждения. Одновременно суд не может не принять во внимание то обстоятельство, что на основании данных патологоанатомического вскрытия, экспертная комиссия пришла еще к выводу о том, что дефекты догоспитального этапа носят организационный характер, 

<

данные изъяты>.

На основании изложенного, принимая во внимание, что требование истца о компенсации морального вреда не вытекает из причинения вреда здоровью, и из правоотношения по получению надлежащей медицинской услуги, поскольку истец не являлась получателем данной услуги, суд снижает размер компенсации, подлежащей взысканию с ответчиков и взыскивает в пользу истца с ГБУЗ «Коломенская ЦРБ» 150000 рублей и Московской областной станции скорой медицинской помощи – 50000 рублей.

На основании положения ст. 98 ГПК РФ суд взыскивает с ответчиков в пользу истца расходы по оплате судебной экспертизы, проведенной Бюро СМЭ ГБУ Здравоохранения Московской области, в размере 72830 рублей, расходы по оплате вознаграждения внештатных экспертов в общем размере 56672 рублей 42 копеек. Общий размер данных расходов истца составил 129502 рублей 42 копеек, что подтверждается платежными документами (том 2,л.д.27, 90-98). С учетом уплаченных истцом комиссий за перевод денежных средств, расходы составили 131687 рублей 32 копеек.

Данные расходы истца непосредственно связаны с настоящим делом и подлежат возмещению в полном объеме. Компенсация морального вреда взыскана в пользу истца в общем размере 200000 рублей. Из расчета взыскиваемых с ГБУЗ «Коломенская ЦРБ» 150000 рублей, данная сумма от общего размера взысканной компенсации составляет 75%, соответственно взыскиваемые с другого ответчика 50000 рублей составляют 25% от общей суммы компенсации. Расходы по оплате экспертизы судом распределяются в следующем порядке: с ГБУЗ «КЦРБ» в размере 98765 рублей 49 копеек, из расчета 131687 рублей 32 копеек х 75%; с Московской областной станции скорой медицинской помощи - 32921 рублей 83 копеек, из расчета 131687 рублей 32 копеек х 25%.

При обращении с настоящим иском в суд истец ФИО1 была законом освобождена от уплаты государственной пошлины. В соответствии со ст. 103 ГПК РФ суд взыскивает госпошлину с каждого из ответчиков, к которым истцом заявлено по самостоятельному требованию о компенсации морального вреда и данные ответчики не являются солидарными должниками. В доход государства госпошлина подлежит взысканию в размере, определяемом в порядке ст. 333.19 НК РФ – по 300 рублей, от уплаты которых истец была освобождена. 

На основании положения ст. 100 ГПК РФ суд взыскивает с ответчиков в пользу истца расходы по оплате юридических услуг и услуг представителей. Данные расходы истцом заявлены в общем размере 83500 рублей, из которых 20000 рублей – расходы по оплате услуг представителя ФИО9 (том 2,л.д.67,68), 63500 рублей – расходы по оплате услуг представителя ФИО20 (том 2,л.д.69-76). 

При разрешении вопроса о взыскании данных расходов суд принимает во внимание положение ст. 100 ГПК РФ. 

Так, ФИО20 в качестве представителя истца (том 1,л.д.26,27) принимала участие только в двух судебных заседаниях, в которых дело слушалось судом по существу заявленного иска: ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года; процессуальные действия данного представителя зафиксированы в протоколах судебных заседаний (том 1, л.д.114, л.д.165-174), не представляют собой значительного объема и укладываются в рамки обычного представительства. Размер расходов по оплате услуг данного представителя в общем размере 63500 рублей не соответствует принципу разумности и справедливости, в связи с чем, суд снижает размер данных расходов и взыскивает 10 000 рублей.

ФИО9 в качестве представителя истца принимал участие в двух судебных заседаниях: ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года, первое из которых было отложено по основанию, изложенному в протоколе; по существу с постановлением по делу решения дело слушалось с участием данного представителя только ДД.ММ.ГГГГ. ФИО9 были подготовлены уточненные исковые заявления. Расходы истца по оплате услуг данного представителя составили 20000 рублей (том 2,л.д.67,68). С учетом фактических обстоятельств дела, объема предоставленной правовой помощи истцу, суд снижает размер данных расходов истца до 10000 рублей.

Способность стороны нести подобные расходы в любом размере не является в дальнейшем безусловным основанием ко взысканию данных расходов в полном размере с другой стороны.

Суд взыскивает с ответчиков в пользу истца указанные расходы по 10000 рублей с каждого, поскольку, принцип пропорциональности в данном случае применению не подлежит.

В заявлении истца о взыскании расходов по оформлению нотариально удостоверенной доверенности на представителя ФИО9 в общем размере 1400 рублей, суд отказывает. Указанная доверенность не является доверенностью для участия в суде по конкретному делу.

В соответствии с п.2 Пленума Верховного суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства» о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле. Расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судом судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу. В представленной в суд копии доверенности (л.д. том 2,л.д.16), сведения об участии представителя в конкретном деле отсутствуют. Данной доверенностью представителю предоставлен более широкий объем полномочий и на длительный период. 

Иных требований истцом суду не заявлялось. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Коломенская центральная районная больница», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Московская областная станция скорой медицинской помощи» о компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Коломенская центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150000 (ста пятидесяти тысяч) рублей, расходы по оплате 

услуг представителей в общем размере 10000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 98765 рублей 49 копеек; всего взыскать 258765 рублей 49 копеек (двести пятьдесят восемь тысяч семьсот шестьдесят пять рублей 49 копеек).

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Московская областная станция скорой медицинской помощи» компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятидесяти тысяч) рублей, расходы по оплате услуг представителей в размере 10000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 32921 рублей 83 копеек; всего взыскать 92921 рублей 83 копеек (девяноста две тысячи девятьсот двадцать один рублей 83 копеек).

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Коломенская центральная районная больница» в доход государства госпошлину в размере 300 (трехсот) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Московская областная станция скорой медицинской помощи» в доход государства госпошлину в размере 300 (трехсот) рублей.

В удовлетворении заявления ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Коломенская центральная районная больница», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Московская областная станция скорой медицинской помощи» о взыскании расходов по оформлению нотариально удостоверенной доверенности на представителя в размере 1400 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме в Московский областной суд через Коломенский городской суд.

Судья Л.Н. Бессуднова