Дело №2-18/2025 (2-1610/2024; 2-12366/2023)

УИД 35RS0010-01-2023-014575-89

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Вологда 

26 февраля 2025 года 

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

судьи Шевчук Ю.С.

при секретаре Мирау В.М.,

с участием помощника прокурора города Вологды Дементьева И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, ФИО5 к бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом», Министерству здравоохранения Вологодской области о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4, ФИО5 обратились в суд с исковым заявлением к БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда. В обоснование иска указано, что ФИО4 и ФИО5 состоят в зарегистрированном браке, что подтверждено свидетельством о регистрации брака серия № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ встала на учет по беременности на сроке 9 недель в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 5», постановку на учет произвела врач акушер-гинеколог ФИО1 При постановке на учет у ФИО4 диагностирован «

<

данные изъяты> беременная ФИО4 отнесена к 

<

данные изъяты> вследствие 

<

данные изъяты>). На ранних сроках беременности у ФИО4 по результатам УЗИ выявлен «

<

данные изъяты> На 20 неделе установлен диагноз «

<

данные изъяты>», 

<

данные изъяты>, что подтверждено УЗИ исследованием во 2-3 триместре беременности от ДД.ММ.ГГГГ, врач ФИО2 ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ наблюдалась в БУЗ ВО «Вологодская городская больница №5», а с ДД.ММ.ГГГГ – в БУЗ ВО «Шекснинская центральная районная больница». 

ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 10 мин. ФИО4 была госпитализирована в БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» акушерское отделение патологии беременности. ДД.ММ.ГГГГ у ФИО4 начались срочные рода на сроке 40.3 недели, которые проходили с 07 час. 00 мин. – 10 час. 40 мин. в присутствии супруга ФИО5, врачом акушером-гинекологом назначена ФИО3. 

Во время естественных родов акушером-гинекологом ФИО3 принято решение о применении метода «Прием Кристеллера», по результатам которого плод начал переворачиваться и его положение не позволяло провести дальнейшее родоразрешение естественным путем, в связи с чем, был пересмотрен план родов на экстренную операцию 

<

данные изъяты>, по окончанию которой в 10 час. 40 мин. установлена смерть ребенка, что подтверждено протоколом установления смерти человека от 18.08.2023. 

Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ основная причина смерти доношенного плода мужского пола массой 3 980 г., длиной 55 см «

<

данные изъяты>, патолого-анатомический диагноз: «

<

данные изъяты>». 

Ссылаясь на приведенные обстоятельства, неправильное определение способа родоразрешения врачами БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом», применении запрещенного приема, отсутствие учета поставленных беременной диагнозов, непроведение плановой операции 

<

данные изъяты>, что привело к потере ребенка, моральным и нравственным страданиям, истцы просили взыскать с БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 4 000 000 рублей, в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, в пользу ФИО4 и ФИО5 расходы на погребение в размере 11 350 рублей, в пользу ФИО4 расходы на оказание юридической помощи в размере 100 000 рублей и нотариальные расходы в размере 1 500 рублей.

В процессе рассмотрения дела Департамент здравоохранения Вологодской области исключен из числа третьих лиц, привлечен к участию в деле в качестве соответчика; ответчик Департамент здравоохранения Вологодской области заменен на Министерство здравоохранения Вологодской области, в связи со сменой наименования; к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО3 и ФИО1.

Истцы ФИО4, ФИО5, представитель истцов Федорова Н.В. в судебном заседании исковые требования в части взыскания с ответчика БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» нотариальных расходов в размере 1 500 рублей не поддержали, просили по существу не рассматривать. Требования в части расходов на погребение в размере 11 350 рублей просили удовлетворить, взыскать указанную сумму в пользу ФИО5 Требования в части взыскания расходов на оказание юридической помощи в размере 100 000 рублей просили удовлетворить, взыскать указанную сумму в пользу ФИО4 В остальной части исковые требования поддержали по изложенным основаниям, а также с учетом заключения судебной экспертизы, просили удовлетворить.

Представитель ответчика БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» по доверенности ФИО6 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала. Полагала, что медицинская помощь ФИО4 оказывалась в соответствии с установленными порядками и рекомендациями. Показания к плановой операции «

<

данные изъяты>» у ФИО4 отсутствовали. Причинно-следственная связь между качеством (недостатками) оказания медицинской помощи и гибелью плода не установлена; причинение вреда здоровью ФИО4 не установлено. Заявленная к взысканию сумма компенсации морального вреда не соответствует критериям разумности, справедливости и соразмерности, в том числе с учетом заключения судебной экспертизы. Оснований для взыскания расходов на погребение не имеется, поскольку БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» предлагало истцам произвести захоронение за счет средств бюджета и не забирать тело ребенка. Истцы от бесплатного захоронения отказались. Пособие на погребение истцами не получено. С учетом приведенных обстоятельств просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. 

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Вологодской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался. 

Представитель третьего лица БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница №2» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом.

Представитель третьего лица БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №5» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом.

Представитель третьего лица БУЗ ВО «Шекснинская центральная районная больница» по доверенности ФИО7 в судебном заседании полагала, что факт причинения истцам моральных и нравственных страданий нашел свое в процессе рассмотрения дела. Решение вопроса об удовлетворении заявленных требований оставила на усмотрение суда.

Третьи лица ФИО3, ФИО1 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Заслушав участвующих в деле лиц, заслушав заключение помощника прокурора города Вологды Дементьева И.А., полагавшего, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда, размер подлежит определению с учетом требований разумности, справедливости и обстоятельств дела, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Установлено, что истцы ФИО4 и ФИО5 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО4 и ФИО5 прекращен на основании совместного заявления супругов от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 принята на учет по беременности на сроке 9 недель в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 5», постановку на учет произвела врач акушер-гинеколог ФИО1

Даты посещения ФИО4 врача акушера-гинеколога: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 состояла на учете по беременности в БУЗ ВО «Шекснинская центральная районная больница».

Даты посещения ФИО4 врача акушера-гинеколога: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находилась в акушерском отделении патологии беременности перинатального центра БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» с диагнозом: 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ в 18.10 ФИО4 госпитализирована в акушерское отделение патологии беременности. Установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. План родов пересматривать по акушерской ситуации. Отклонений в состоянии здоровья по данным осмотра не выявлено.

ДД.ММ.ГГГГ в 07.00 ФИО4 осмотрена, ее состояние определено как удовлетворительное; 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ в 08.00 проведен осмотр, 

<

данные изъяты>. 

Принято решение роды продолжить вести консервативно под контролем за внутриутробным состоянием плода, контролем за динамикой родовой деятельности, с профилактикой кровотечений в раннем послеродовом периоде. План пересмотреть по акушерской ситуации. Отклонений в состоянии здоровья по данным данного осмотра не выявлено.

Повторный осмотр ДД.ММ.ГГГГ в 10.00. 

<

данные изъяты>.

Диагноз: 

<

данные изъяты>.

Показано экстренное оперативное родоразрешение путем операции кесарево сечение по жизненным показаниям. Согласие пациентки на операцию получено.

Операция 

<

данные изъяты> выполнена ДД.ММ.ГГГГ начало в 10.32, окончание 11.20, продолжительность операции 48 минут. Вид операции по срочности – срочная, вид обезболивания – 

<

данные изъяты>.

По результатам проведенной операции извлечен мертворожденный мальчик весом 3980 г ростом 55 см, проведенные реанимационные меропрячтия – без эффекта, установлена интранатальная гибель плода.

Согласно протокола патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ заключительный клинический диагноз: 

<

данные изъяты>

Контроль со стоянием плода осуществлялся с применением метода КТГ (кардио-токография). Проведение КТГ является обязательным в время родов. Из анализа записи КТГ следует, что показания к экстренной операции кесарева сечения появились в 09.23, в связи с развившейся гипоксией плода – 

<

данные изъяты>.

В связи с этим были основания для принятия решения о необходимости проведения оперативного родоразрешения и подготовке ФИО4 в кратчайшие сроки к родоразрешению от момента появления 

<

данные изъяты> (Клинические рекомендации МЗ РФ от 2023 года «Признаки внутриутробной гипоксии плода, требующие предоставления медицинской помощи матери»).

По результатам проведенной экспертизы качества оказания медицинской помощи БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» (заключение № от 

<

данные изъяты>) установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

- профиль неонатология код дефекта 3.11: имеются дефекты оформления медицинской документации. Записи в ПМД не позволяют провести оценку качества оказанной медицинской помощи;

- профиль «акушерство и гинекология»: ДД.ММ.ГГГГ при поступлении, при анатомически узком тазе не проведена оценка Индекса ФИО8 и крестцового ромба Михаэлиса, код дефекта 3.2.1;

- ДД.ММ.ГГГГ не проведена интерпретация анализа крови, в диагноз не выставлена анемия. 

<

данные изъяты>

- при ИМВП не проведен контроль диуреза, не проведено микробиологическое исследование мочи, не проведена дифференциальная диагностика 

<

данные изъяты>, не проведено УЗИ почек, не проведен контроль за лечением через 48-72 часа от наличия лечения, отсутствует контроль анализа мочи от 16.08.2023 и 17.08.2023, код дефекта 3.2.1;

- не проведена оценка тонуса матки, код дефекта 3.2.1;

- не установлен венозный катетер с началом активной фазы родов, код дефекта 3.2.1;

- не производился контроль с/б плода в активной фазе каждые 30 минут, не проведена интерпретация КТГ ДД.ММ.ГГГГ, при наличии патологической КТГ не проведены мероприятия по прекращению родовой деятельности. Пи наличии патологической КТГ необоснованной снят непрерывный КТГ мониторинг. Диагноз РДСП не установлен, код дефекта 3.1.3;

- вопрос об экстренном родоразрешении поставлен запоздало, при наличии признаков внутриутробной гипоксии не проведены мероприятия по устранению имеющихся нарушений, код дефекта 3.2.2;

- не проведена оценка КТГ с данными за в/у страдание плода, не выставлен диагноз РДС плода, код дефекта 3.1.3;

- не прооперирована как можно быстрее, не проведен мониторинг с/б плода, не проведено купирование родовой деятельности – код дефекта 3.2.2;

- не проведена оценка в операционной положения плода, предлежания, сердцебиения плода, код дефекта 3.2.1;

- неполное описание сложностей при извлечении плода, код дефекта 3.11;

- не проведена документально фиксируемая оценка факторов риска ВТЭО, код дефекта 3.2.1;

- после операции не переведена в палату ПИТ ОРИТ, в послеоперационном периоде отсутствует мониторный контроль в течение 2-х часов, код дефекта 3.2.1.

В соответствии с заключением экспертов АНО «Санкт-Петербурский институт независимой экспертизы и оценки» № от ДД.ММ.ГГГГ, показаний к операции кесарево сечение в плановом порядке не было. План ведения родов через естественные родовые пути выбран обоснованно с учетом 1 степени анатомического узкого таза (общеравномерносуженного) и предполагаемой массы плода по УЗИ. При анатомически узком тазе роды ведутся через естественные родовые пути с функциональной оценкой размеров таза. Клинически узкий таз – отсутствие продвижения головки плода в течение 2-х часов после полного раскрытия маточного зева. Таким образом в ходе проведенного исследования не выявлено фактов неправильного выбора родоразрешения через естественные пути.

Показания для экстренного оперативного вмешательства были еще в 09 часов 23 минуты (по данным КТГ – признаки гипоксии плода – глубокие и продолжительные децелерации. С момента появления признаков внутриутробной гипоксии плода были показания к немедленному оперативному родоразрешению путем кесарева сечения (Клинические рекомендации МЗ РФ 2023 года «Признаки внутриутробной гипоксии плода, требующие предоставления медицинской помощи матери»).

Операция кесарево сечения выполнена типично. Имелись трудности при извлечении плода и-за 

<

данные изъяты> Подготовка к операции слишком долго (32 минуты).Анастезия выбрана недостаточно обоснованно с учетом оценки экстренности оперативного вмешательства по поводу появления признаков внутриутробной гипоксии плода. Показанием к кесарево сечению был определен 

<

данные изъяты>. Пи этом были признаки 

<

данные изъяты>, которые не отмечены в предоперационном эпикризе. В связи с этим следовало бы выбрать эндотрахеальную анестезию, а не спинномозговую, что позволило бы в более ранние сроки начать операцию.

Дефекты оказания медицинской помощи в женской консультации, которые в основном связаны с неполным объемом диагностических мероприятий и отмеченные в результатах оценки качества медицинской помощи, не повлияли на исход родов. В стационаре, в родах выполнялось мониторирование сердцебиения плода методом КТГ, но с 08.38 ДД.ММ.ГГГГ до конца родов КТГ записывалось без маточного датчика. В этой связи записи КТГ являются менее информативными и затруднена их акушерская оценка. Недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи усматриваются в недостаточном контроле акушерской ситуации по состоянию плода и несвоевременности выполнения операции кесарево сечения.

Причинно-следственная связь между качеством (недостатками) оказания медицинской помощи ФИО4 в БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» и гибелью плода экспертами не установлена. В случае отсутствия недостатков оказания медицинской помощи вероятность наступления неблагоприятных последствий для плода могла быть ниже. Однако исключить наступление гибели плода при надлежащем оказании медицинской помощи не представляется возможным.

Плод родился доношенный, массой 3980 г, ростом 55 см. нет оснований считать о наличии длительно текущей и выраженной плацентарной недостаточности. Течение беременности у пациентки не сопровождалось проявлениями патологии, требующей специального лечения при наблюдении в женской консультации.

В ходе патологоанатомического исследования не было выявлено травм или патологи плода, которые могли обусловить внутриутробное наступление гибели плода. Причина гибели установлена обосновано на результатах патологоанатомического исследования и верно поставлен диагноз «

<

данные изъяты> Роды осложнились острой внутриутробной гипоксией плода. Возможно вследствие тромбозов пуповины.

В истории родов нет данных и применении приема Кристеллера до операции кесарево сечения, что не позволяет экспертным путем оценить данные сведения в отношении гибели плода.

Положительный исход родов у ФИО4, при котором ребенок был бы живым, нельзя исключить при более раннем проведении операции кесарева сечения.

При бактериологическом исследовании последа выявлена 

<

данные изъяты>. Внутриутробная инфекция явилась неблагоприятным фоном для формирования у плода компенсаторных возможностей, срыв которых привел к острой внутриутробной гипоксии в родах. Поэтому на исход родов могли повлиять заболевания инфекционной природы, перенесенные ФИО4 до и после наступления беременности.

Вред здоровью ФИО4 в связи с недостатками оказания медицинской помощи не был причинен.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащими в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Исходя из положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, статьями 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешая заявленные требования, суд исходит из установления в ходе рассмотрения настоящего дела того обстоятельства, что при оказании ФИО4 ответчиком БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» медицинской помощи по родоразрешению имели место ее дефекты, и вред, причиненный истцам в результате смерти ребенка.

При этом суд учитывает все заслуживающие внимание обстоятельства, связанные с характером перенесенных супругами С-выми нравственных страданий в связи с наступлением тяжких последствий - утратой долгожданного, без признаков выраженной незрелости органов и тканей, а также пороков развития и патологий ребенка, смерть которого наступила вследствие некачественно оказанной медицинской помощи при родах, а также переживаниях, с учетом возраста истцов, по поводу возможности в дальнейшем иметь общих детей.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, в том числе заключение экспертизы, руководствуясь положениями Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных исковых требований.

Приходя к указанному выводу, суд исходит из того, что ответчиком не оказана ФИО4 в родовой период качественная и своевременная медицинская помощь, в результате чего наступила смерть ребенка, при этом, судом учтено, что прямой причинно-следственной связи между смертью ребенка и дефектом оказания медицинской помощи, допущенными работником ответчика, не имеется.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истцов, судом приняты во внимание доводы истцов о том, что сама по себе потеря ребенка является существенным психотравмирующим фактором, глубокой личной трагедией родителей, вызванной потерей ребенка по вине ответчика. Кроме того, судом учтены объяснения истцов, которые свидетельствовали о большой степени вовлеченности в семейную трагедию, а равно их страдания и переживания ввиду смерти ребенка, их осознание невозможности защитить ребенка или что-то сделать от произошедшего события, и вызванное этим чувство беспомощности. 

Определяя сумму компенсации морального вреда судом учтено, что ответчик является специализированным медицинским учреждением, которое оказывает особые и специфичные медицинские услуги; ФИО4 в период беременности выполняла врачебные рекомендации и назначения, сдавала анализы, стремясь и желая родить здорового ребенка, который являлся первым общим ребенком истцов; отсутствие официальных извинений и добровольной компенсации со стороны ответчика; нарушение работниками ответчика норм и требований действующего законодательства.

При определении размера компенсации морального вреда судом учтены, в том числе и показания эксперта, согласно которым выводы о возможности положительного исхода при правильном оказании медицинской помощи носят вероятностный характер, эксперт обосновывал это тем, что при правильном оказании медицинской помощи повышалась вероятность благоприятного исхода, однако такие выводы не подтверждены, имеют вероятностный характер.

С учетом обстоятельств дела, а также требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, в пользу ФИО5 – 400 000 рублей.

Далее, истцами заявлены требования о взыскании расходов на погребение умершего ребенка в размере 11 350 рублей.

В материалы дела представлены счет-заказ на ритуальные услуги № от ДД.ММ.ГГГГ (услуги транспорта, копка могилы и захоронение на кладбище) на сумму 7000 рублей, счет-заказ на ритуальные услуги № от ДД.ММ.ГГГГ (приобретение похоронной атрибутики) на сумму 4350 рублей. Указанные расходы оплачены истцом ФИО5

Расходы на погребение представляют собой траты, вызванные необходимостью погребения умершего лица, и другие расходы, неотъемлемо связанные с таким процессом. Законодательством с учетом правовых позиций ВС РФ сформулированы категории, которые могут быть отнесены к расходам на погребение.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12.01.1996 №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (далее - Закон о погребении и похоронном деле).

В соответствии со ст. 3 Закона о погребении и похоронном деле погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами РФ).

В п. 1 ст. 9 Закона о погребении и похоронном деле содержится гарантированный перечень услуг по погребению:

- оформление документов, необходимых для погребения;

- предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения;

- перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий);

- погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Правила и порядок возмещения таких расходов регламентируется ГК РФ и Законом о погребении и похоронном деле.

В соответствии с п. 1 ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Причиненный смертью гражданина ущерб может выражаться в расходах, связанных с погребением умершего.

Возмещению в порядке ст. 1094 ГК РФ подлежат расходы на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному достойному захоронению тела. 

С учетом изложенных обстоятельств, взысканию с ответчика в пользу истца ФИО5 подлежат расходы на погребение в размере 11 350 рублей.

В силу положений ст.94, 98, 100 ГПК РФ, с учетом категории и сложности дела, объема проведенной представителем работы, а также количества судебных заседаний, в которых участвовал представитель, с учетом требований разумности и справедливости, взысканию с ответчика в пользу истца ФИО4 подлежат юридические расходы в размере 80 000 рублей, как необходимые, обоснованные и документальной подтвержденные (соглашение об оказание юридической помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенное между ФИО4 и адвокатом Федоровой Н.В., квитанция № серия № от ДД.ММ.ГГГГ).

С учетом положений ст.98 ГПК РФ взысканию с БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» в пользу АНО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» подлежат расходы по проведению судебно-медицинской экспертизы в размере 100 000 рублей.

Согласно п. 3 ст. 123.21, п. 5 ст. 123.22 ГК РФ по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Собственником имущества БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» является Вологодская область, от имени которой по обязательствам учреждения в силу пп. 12.1 п. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации отвечает главный распорядитель бюджетных средств, которому такое учреждение подведомственно.

Министерство здравоохранения Вологодской области в отношении указанного учреждения выполняет функции учредителя и главного распорядителя бюджетных средств, ввиду чего суд полагает необходимым возложить на данный орган субсидиарную ответственность при недостаточности находящихся в распоряжении БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» денежных средств. 

Так как истцы освобождены от уплаты государственной пошлины, по положениям ст. 103 ГПК РФ, суд взыскивает ее в доход местного бюджета с ответчика БУЗ ВО «Череповецкий городской родильный дом» в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО4 (паспорт серия № 

<

данные изъяты>), ФИО5 (паспорт серия № 

<

данные изъяты>) к бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Министерству здравоохранения Вологодской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4 (паспорт серия № 

<

данные изъяты>) денежные средства в виде компенсации морального вреда в денежном выражении в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей. 

Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО5 (паспорт серия № 

<

данные изъяты>) денежные средства в виде компенсации морального вреда в денежном выражении в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО5 (паспорт серия № 

<

данные изъяты>) расходы на погребение в размере 11 350 (одиннадцать тысяч триста пятьдесят) рублей.

Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4 (паспорт серия № 

<

данные изъяты>) юридические расходы в размере 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей.

При недостаточности находящихся в распоряжении бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежных средств субсидиарную ответственность по данным обязательствам возложить на Министерство здравоохранения Вологодской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу автономной некоммерческой организации «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Реквизиты для перечисления: автономная некоммерческая организация «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, КПП 780101001, р/с 

<

***> в Петербургском филиале АО «ЮниКредитБанк», к/с 30101810800000000858, БИК 044030858.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Череповецкий городской родильный дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей. 

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Ю.С. Шевчук 

Мотивированное решение изготовлено 21.03.2025.