Дело № 2а-359/2024

УИД 54RS0025-01-2024-000623-48

Поступило в суд: 04.03.2024 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Куйбышев НСО 24 апреля 2024 г.

Куйбышевский районный суд Новосибирской области в составе: председательствующего судьи Дьячковой О.В.,

с участием:

- административного истца ФИО1 - посредством видеоконференц-связи;

- представителя административных ответчиков Представитель административных ответчиков,

при секретаре Екиман М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Новосибирской области, ГУФСИН России по Новосибирской области и Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФСИН России, в котором просил взыскать(присудить) в его пользу с ФСИН России как главного распорядителя бюджетных средств компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Новосибирской области в размере 63000рублей 00 копеек.

В ходе рассмотрения настоящего дела к участию по нему в качестве административных соответчиков привлечены ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Новосибирской области, ГУФСИН России по Новосибирской области (л.д.2-3).

В обоснование административного иска ФИО1 указано, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался в карцере № ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по 

<

адрес> в условиях, не соответствующих требованиям, установленным законодательством РФ и (или) международными договорами РФ, что выражалось в том, что в камере карцера отсутствовала приватность туалета, поскольку он не был огорожен какой-либо перегородкой, то есть карцер таким образом являлся одним большим туалетом, в результате чего он был вынужден отказаться от приема какой-либо пищи, и нарушалась всякая гигиена и культура пищи, о чем им было написано заявление на имя начальника ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по 

<

адрес>, принятое под роспись сотрудником учреждения, но никаких мер для решения вопроса принято не было. Кроме того, оконный проем карцера по своему размеру и обустройству не соответствовал требованиям и стандартам, в результате чего в камере имелся недостаток уровня инсоляции естественного освещения, что не соответствовало требованиям СанПиН и иным нормам и требованиям, а также имелся недостаток свежего воздуха, поскольку рама(форточка) полностью не открывалась. Кроме того, в данном карцере полностью отсутствовала вызывная сигнализация и кнопка дуплексной связи, что является как по отдельности, так и одновременно нарушениями условий содержания под стражей и в исправительных учреждениях, установленных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ, Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов и исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Приказов Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, норм СанПиН и Федерального закона № 52-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и других норм и требований закона(л.д.4).

Аналогичные доводы и требования изложены ФИО1 в представленных им в суд в ходе рассмотрения дела письменных уточнениях(л.д.30).

В судебном заседании административный истец ФИО1, участвуя в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, поддержал заявленные требования по изложенным в административном иске и письменных уточнениях к нему основаниям. При этом пояснил, что считает, что действиями(бездействием) административных ответчиков были нарушены все его права, о которых изложено в административном иске. При этом ввиду того, что в указанном помещении – карцере – не имелось кнопки вызова, он не мог вызвать дежурного и медика, что в указанный период его содержания было необходимо ему для оказания медицинской помощи вследствие того, что он сам причинял себе вред(телесные повреждения, членовредительство), в итоге ему приходилось стучать в дверь, после чего дежурный сотрудник приходил, но не так быстро, как это происходило бы при наличии кнопки вызова. Вследствие того, что размер имеющегося в карцере окна не соответствовал установленным размерам, в данном помещении не хватало инсоляции и не хватало воздуха, так как окошко не открывалось даже наполовину.

Представитель административных ответчиков - Представитель административных ответчиков, присутствуя в судебном заседании, требования ФИО1 от имени доверителей не признала. Пояснила суду, что помещение карцера №, в котором содержался в заявленный в административном иске административный истец, расположено в режимном корпусе № ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по 

<

адрес>, год постройки здания данного корпуса – ДД.ММ.ГГГГ год, о чем в суд представлена копия технического паспорта

Кроме того, представителем административных ответчиков в суд представлены возражения на административный иск ФИО1, которые сводятся к отсутствию нарушений со стороны ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по 

<

адрес> условий содержания административного истца, которым не представлено и доказательств наступления негативных последствий от действий административного ответчика, отсутствии требований законодательства к оборудованию карцеров вызывной сигнализацией.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав обстоятельства и материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 46 (частями 1 и 2) Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Частью 1 статьи 218 КАС РФ предусмотрено, что гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. 

В соответствии с ч.1, ч.5 ст.227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении судом требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В силу статьи 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. 

В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

В силу ст.17.1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством РФ и международными договорами РФ условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном КАС РФ, в суд с административным исковым заявлением к РФ о присуждении за счет казны РФ компенсации за такое нарушение.

Судом установлено, что административный истец ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являясь лицом, осужденным к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии(приговор 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ не вступил в законную силу), содержался в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по 

<

адрес>, что подтверждается справкой ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Новосибирской по личному делу административного истца(л.д.10), следует из возражений административного ответчика на иск(л.д.8-9).

Согласно согласующимся в этой части пояснениям сторон в указанный период – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ административный истец ФИО1 на основании постановления начальника СИЗО-2 от ДД.ММ.ГГГГ был водворен в карцер на 3(трое) суток, а именно, в помещение карцера №, находящееся в режимном корпусе № ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по 

<

адрес>.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее – подозреваемые и обвиняемые).

В соответствии со ст. 15 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов являются задачами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, в частях 1 и 2 статьи 10 которого предусмотрено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно п.9 ст.17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые имеют право получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и в судебных заседаниях.

В соответствии со ст.40 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" содержание подозреваемых и обвиняемых в карцере одиночное. В карцере подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются индивидуальным спальным местом и постельными принадлежностями только на время сна в установленные часы. В период содержания в карцере подозреваемым и обвиняемым запрещаются переписка, свидания, кроме свиданий с защитником и проведения бесед членами общественной наблюдательной комиссии с ними, а также приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости, получение посылок и передач, пользование настольными играми, просмотр телепередач. Посылки и передачи вручаются подозреваемым и обвиняемым после окончания срока их пребывания в карцере. Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в карцере, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью один час.

Иные ограничения, не предусмотренные настоящей статьей, в отношении подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в карцере, не допускаются.

В период пребывания ФИО1 в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по 

<

адрес>, в том числе в указанный период содержания его в карцере № режимного корпуса №, действовали Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 110(далее – Правила №).

Особенности содержания подозреваемых и обвиняемых в карцере установлены разделом XXX Правил №, согласно которым:

- в карцере предусматривается одиночное содержание подозреваемых и обвиняемых(п.385);

- в карцере подозреваемый или обвиняемый обеспечивается индивидуальным спальным местом, постельными принадлежностями (простыни, наволочка) и мягким инвентарем (матрац, подушка, одеяло) только на время сна, установленное их распорядком дня(п.386).

Согласно п.5 примечаний к Приказу ФСИН России от 27.07.2006 N 512 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" … помещения камерного типа следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статья 99 УИК РФ).

Основанием настоящего административного иска ФИО1 служит в том числе то обстоятельство, что в карцере № в период его содержания там с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отсутствовала приватность туалета, поскольку он не был огорожен какой-либо перегородкой, в результате чего он был вынужден отказаться от приема какой-либо пищи вследствие того, что карцер являлся одним большим туалетом, и таким образом нарушалась всякая гигиена и культура пищи.

Согласно ч.1, ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

В соответствии со ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Заключена в г. Риме 04.11.1950) никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как следует из абз.4-7 п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 (ред. от 05.03.2013) "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Согласно Резолюции Европейского суда по правам человека о последствиях прекращения членства Российской Федерации в Совете Европы в свете статьи 58 Европейской конвенции о правах человека от 22 марта 2022 г., с 16 сентября 2022 г. Россия перестала быть стороной ЕКПЧ, а ЕСПЧ компетентен рассматривать жалобы против РФ в связи с действиями или бездействием, которые могут представлять собой нарушение ЕКПЧ, при условии что эти действия или бездействие имели место до 16 сентября 2022 года

Впоследствии, Федеральным законом от 11 июня 2022 г. N 180-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" (частью 1 статьи 2) было закреплено, что постановления ЕСПЧ, вступившие в силу после 15 марта 2022 г., не подлежат исполнению в Российской Федерации.

Вместе с тем, согласно действующим на момент вынесения настоящего решения правовым позициям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней":

- Конвенция и Протоколы к ней являются международными договорами Российской Федерации, и при их применении судам общей юрисдикции (далее - суды) необходимо учитывать разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", а также в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации".

- Как следует из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" (далее - Федеральный закон о ратификации), правовые позиции Европейского Суда по правам человека (далее - Европейский Суд, Суд), которые содержатся в окончательных постановлениях Суда, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов. С целью эффективной защиты прав и свобод человека судами учитываются правовые позиции Европейского Суда, изложенные в ставших окончательными постановлениях, которые приняты в отношении других государств - участников Конвенции. При этом правовая позиция учитывается судом, если обстоятельства рассматриваемого им дела являются аналогичными обстоятельствам, ставшим предметом анализа и выводов Европейского Суда.

При таких обстоятельствах применение правовых позиций Европейского Суда по правам человека (далее - Европейский Суд, Суд), которые содержатся в окончательных постановлениях Суда, принятых в отношении Российской Федерации, вступивших в силу до 15 марта 2022 г., являются обязательными для судов, применение таких правовых позиций согласно приведенному акту толкования права Верховным Судом Российской Федерации в настоящее время не исключается.

Так, в Постановлении ЕСПЧ от 15.12.2015 по делу «Шафрански против Польши» (Szafranski v. Poland, жалоба N 17249/12) указано, что суд (ЕСПЧ) многократно признавал нарушение статьи 3 Конвенции неудовлетворительными условиями содержания под стражей, когда недостаточное отделение санузла от остальной части камеры представляло собой лишь одно из таких условий 

<

…>. Таким образом, из практики Суда следует, что на национальных властях лежит позитивное обязательство предоставить доступ к санузлу, который был бы отделен от остальной части камеры таким образом, чтобы обеспечить заключенным [необходимый] минимум уединения. Суд повторяет, что в соответствии с позицией Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) санузел, который лишь частично отделен, неприемлем, когда в камере содержится более одного заключенного. 

В данном случае в указанный в административном иске период в карцере ФИО1 содержался один, что исключало нарушение его приватности при пользовании санузлом, что подтверждено представленными в суд представителем административного ответчика скринами камер видеонаблюдения и фотографиям, на которых отображен панорамный угол просмотра помещения данного карцера из окна для передачи пищи и наблюдательного окна, имеющихся в двери карцера(л.д.12-13)

Следовательно, приватность административного истца при пользовании санузлом в указанном помещении карцера, который не был отделен от основного помещения, нарушаться не могла.

Довод ФИО1 о том, что отсутствием перегородок санузла в карцере от основного его помещения нарушалась всякая гигиена и культура пищи, суд признает необоснованным, в том числе исходя из приведенной правовой позиции Постановления ЕСПЧ от 15.12.2015 по делу «Шафрански против Польши» (Szafranski v. Poland, жалоба N 17249/12), не усматривающего при рассмотрении аналогичного дела таких нарушений.

Кроме того, согласно представленному в суд техническому паспорту режимного корпуса № 2 ФКУ СИЗО-2, площадь расположенных в нем помещений карцеров составляет не мене 8кв.м.(л.д.35-38). 

Как следует из представленных в суд фотографий помещения карцера, оно оборудовано умывальником, достаточным для соблюдения личной гигиены в пределах данного помещения с ограничениями, предусмотренными требованиями Правил № 110 и Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" для содержащихся в карцере лиц.

Согласно п.397 Правил № 110 уборка в камерах карцера производится ежедневно подозреваемыми и обвиняемыми, в них содержащимися. В случае отказа подозреваемого и обвиняемого от уборки в камере он привлекается к ответственности в соответствии со статьей 39 Федерального закона N 103-ФЗ. На время проведения уборки камеры подозреваемому или обвиняемому выдается уборочный инвентарь. 

Согласно п.395 Правил № 110 подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в карцере, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью один час. При выводе на прогулку и за пределы здания они получают одежду по сезону. В случае невыполнения на прогулке или за пределами здания подозреваемым или обвиняемым обязанностей, установленных Федеральным законом N 103-ФЗ и главой II настоящих Правил, такой вывод досрочно прекращается, прогулка считается проведенной, а подозреваемый или обвиняемый возвращается в камеру.

Подозреваемым и обвиняемым запрещается брать с собой в карцер продукты питания и личные вещи, за исключением …. средств гигиены (мыла, зубной щетки, зубной пасты (зубного порошка), туалетной бумаги), тапочек, одной книги (одного журнала или одной газеты) либо одного экземпляра религиозной литературы, предметов религиозного культа индивидуального пользования, предназначенных для нательного ношения (по 1 предмету), … (п.387 Правил № 110).

Медицинский осмотр и амбулаторное лечение подозреваемых и обвиняемых, водворенных в карцер, осуществляются в специально оборудованном помещении(п.398 Правил № 110).

Помывка подозреваемых и обвиняемых, водворенных в карцер, осуществляется покамерно в душе не менее одного раза в неделю продолжительностью не менее 15 минут с еженедельной сменой нательного белья и постельных принадлежностей (простыни, наволочка, полотенца)(п.399 Правил № 110). 

В ходе рассмотрения настоящего административного дела ФИО1 не заявлял о нарушении его прав, предусмотренными приведенными требованиями Правил №, что свидетельствует о том, что соблюдение требований гигиены в период содержания в указанном помещении карцера № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ административного истца было возможно.

Сведений о том, что сантехническое оборудование было подключено с нарушением санитарных и иных норм, имело неисправности из материалов дела не усматривается.

Кроме того, исходя из положений ч. 9 ст. 226, пп. 1 ч. 2 ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, юридически значимым обстоятельством является не только установление нарушения закона, допущенное государственным органом, но и наличие последствий, которые свидетельствовали бы о нарушении прав административного истца. Требования административного истца могут быть удовлетворены лишь при условии доказанности нарушения оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) его прав и законных интересов.

Для оценки как незаконных действий (бездействия) административного ответчика и взыскания в связи с этим в пользу административного истца компенсации за нарушение условий содержания необходимо наличие совокупности двух условий – несоблюдение требований закона при оборудовании помещений камер, в которых содержался административный истец, а также нарушение его прав, свобод и законных интересов.

Вместе с тем, в данном случае нарушений прав административного истца на гигиену и культуру жизни не установлено, которые в основном предполагают соблюдение самим лицом общепринятых правил чистоты.

В этом контексте заявление ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе от приема пищи(л.д.31) не влечет иную оценку приведенных установленных судом обстоятельств.

Оценивая доводы административного истца о том, что оконный проем в помещении карцера по своему размеру и обустройству не соответствовал требованиям и стандартам, в результате чего в камере имелся недостаток уровня инсоляции естественного освещения, и что имелся недостаток свежего воздуха, поскольку рама(форточка) полностью не открывалась, суд приходит к следующему.

Так, согласно справке инспектора ОКБ,И и ХО СИЗО-2, в карцере № имеется одно окно размером 90смХ60см, оборудованное остекленной деревянной рамой с форточкой, с помощью которой производится естественное проветривание карцера, оконный блок целый, открывание створки для проветривания осуществляется легко, без приложения физической силы(л.д.11), что подтверждено и представленными в суд фотографиями указанного окна(л.д.15), где действительно отражено данное окно с открытой на проветривание створкой и с достаточным для проветривания углом открывания.

При этом довод административного истца о том, что такой угол открывания являлся недостаточным для проветривания является его субъективным мнением, учитывая, что конкретные нормативы для такого открывания законом не установлены.

Кроме того, согласно сведениям, предоставленным административным ответчиком в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Новосибирской области работа вентиляционного оборудования организована в соответствии с нормами СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях», в учреждении имеется приточно-вытяжная вентиляция с утилизацией тепла, находящаяся в исправном состоянии … Над входом в каждый карцер имеются постоянно открытые отдушины размером 20см*30см, предназначенные для естественной вентиляции помещений(л.д.11), что по существу не оспаривалось административным истцом и позволяет прийти к мнению об отсутствии нарушений его прав в данной части.

Кроме того, согласно действующим нормативам в части требований к окну и освещению: СП 52.133330.2016. Свод правил. Естественное и искусственное освещение. Актуализированная редакция СНиП 23-05-95, утвержденного Приказом Минстроя России от 7 ноября 2016 года N 777/пр, естественное освещение означает освещение помещений светом неба (прямым или отраженным), проникающем через световые проемы в наружных ограждающих конструкциях, а также через световоды. 

Так, согласно справке ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Новосибирской области в карцере № 3 …. имеется искусственное дневное освещение, которое состоит из однолампового светодиодного светильника с мощностью лампы 15 Вт. Ночное освещение состоит из одного светодиодного светильника с мощностью лампы 10 Вт. Освещенность в дневное время соответствует требованиям СанПин 2.2.1/2.1.1.1278-03 «Гигиенические требования к естественному, искусственному освещению жилых и общественных зданий» и составляет 120 ЛК. Период работы искусственного освещения с 06час.00минут до 22 часов 00мин., период работы искусственного ночного освещения с 22часов до 06часов 00минут.. Система освещения находится в исправном состоянии. … (л.д.11), что по существу не оспаривалось административным истцом. 

Таким образом, в карцере №, где содержался ФИО1 в указанный период имелось естественное освещение посредством его проникающего действия через окно, и, наряду с этим, в данной камере имелось в дневное время искусственное освещение с 06час.00минут до 22 часов 00мин., параметры которого соответствовали требованиям СанПин 2.2.1/2.ДД.ММ.ГГГГ-03 «Гигиенические требования к естественному, искусственному освещению жилых и общественных зданий», составляли не менее 120 ЛК. 

Коэффициент естественной освещенности установлен не менее 0,5 процента в середине жилого помещения, что установлено п.21 Постановления Правительства РФ от 28.01.2006 N 47, совпадает с указанными в табл.5.52 для жилых комнат при боковом освещении нормативами естественной освещенности, установленными СанПиН 1.2.3685-21 "Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021 N 2.

Иных требований к нормам естественной освещенности в жилых помещениях законодательство не содержит.

Согласно пункту 14.30 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России СП 15-01, утвержденных Приказом Минюста России от 28.05.2001 № 161-дсп (далее - Нормы проектирования СИЗО) освещенность камер, карцеров, медицинских и боксированных палат должна соответствовать 100 лк - для люминесцентных ламп и 50 лк - для ламп накаливания.

Вместе с тем на момент постройки здания режимного корпуса №, в котором находится карцер № в 1985 году – согласно техническому паспорту (л.д.35-36) действовали нормы приказа МВД СССР от 25.01.1971 № 040 «Об утверждении Указаний по проектированию следственных изоляторов и тюрем МВД СССР».

Из материалов дела не следует, что производилась реконструкция здания корпуса № 2 ФКУ СИЗО-2.

Соответственно, приказ Минюста РФ № 161 от 28.05.2001 «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем ФСИН», в части, касающийся размеров оконных проемов, требований к естественной освещенности, а также иные принимавшиеся позднее нормативные строительные правил, в том числе правила проектирования исправительных учреждений, не распространяются на данное здание режимного корпуса №.

Такой вывод согласуется с правовыми позициями, изложенными в кассационном определении Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 07.12.2022 N 88А-23111/2022, определении Верховного Суда РФ от 19.02.2019 № 91-КГ18-9, где указано, что мероприятия по строительству и реконструкции зданий могут быть произведены только за счет средств федерального бюджета путем включения объектов в Федеральную целевую программу, которая на момент вынесения данного определения(19.02.2019) не была утверждена Постановлением Правительства Российской Федерации. Отсутствие финансирования на строительство дополнительных помещений является обстоятельством, не зависящим от исправительной колонии, которая не вправе самостоятельно решать вопрос о проектировании и строительстве зданий учреждения, такое строительство может быть осуществлено в рамках Федеральной целевой программы за счет средств бюджета, поскольку само учреждение не располагает необходимыми средствами для исполнения возложенной на нее судом обязанности.

При этом расходы на реконструкцию зданий режимных корпусов ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по 

<

адрес> не предусмотрены и федеральной целевой программой "Развитие уголовно-исполнительной системы (2018 - 2030 годы)", утвержденной Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 420.

В соответствии с приказом МВД СССР от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Указаний по проектированию следственных изоляторов и тюрем МВД СССР» размер оконных проемов должен составлять 500 х 500 мм, чему в данном случае размер окна, имеющегося в карцере № соответствует.

При таких обстоятельствах представленное административным истцом сообщение уполномоченного по правам человека в Новосибирской области № у/451-4 от ДД.ММ.ГГГГ, которое содержит ссылки на «СП 247.1325800.2016. Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденные Приказом Минстроя России от ДД.ММ.ГГГГ №/пр(л.д.32-33), не свидетельствует о нарушении действиями(бездействием) административными ответчиками прав ФИО1.

Кроме того, как следует из правовой позиции, изложенной в абз.3 п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 47 при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В данном случае возможное незначительное отклонение от установленной законом нормы естественного освещения могло быть восполнено и, как следует из представленных в суд материалов, восполнялось организацией искусственного освещения, что соразмерно восполняло возможную недостаточность естественного освещения, таким образом улучшало положение административного истца, что в данном случае также подлежит принятию во вниманию при рассмотрении настоящего административного дела, по мнению суда, свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО1 в данной части.

Согласно правовой позиции, изложенной пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, … отсутствие естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения.

В данном случае согласно представленным материалам освещение в карцере, где содержался в указанный период ФИО1, было достаточно для чтения, так как соответствовало установленным нормам искусственной освещенности, что не оспаривалось административным истцом.

Следовательно, оснований для вывода о допущении нарушений со стороны административных ответчиков требований законодательства в части того, каково было естественное освещение, имеющееся в карцере № в период содержания в нем ФИО1, не имеется, а то обстоятельство, что имевшееся в указанных камерах наряду с естественным освещением искусственное освещение соответствовало установленным нормативам по существу административным ответчиком не оспаривалось, как и принятие ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Новосибирской области мер к его надлежащей организации. 

Довод ФИО1 о том, что в данном карцере полностью отсутствовала вызывная сигнализация и кнопка дуплексной связи, не является достаточным основанием для удовлетворения его требований в силу приведенных положений ч. 9 ст. 226, пп. 1 ч. 2 ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Так, согласно пояснениям самого административного истца в ходе рассмотрения дела, вследствие того, что в указанном помещении – карцере – не имелось кнопки вызова, он не мог вызвать дежурного и медика, что в указанный период его содержания было необходимо ему для оказания медицинской помощи вследствие того, что он сам причинял себе вред(телесные повреждения, членовредительство), для чего в итоге ему приходилось стучать в дверь, после чего дежурный сотрудник приходил, но не так быстро, как это происходило бы при наличии кнопки вызова, в чем судом усматривается злоупотребление правом со стороны административного истца, а кроме того, из данных пояснений ФИО1 не следуют какие-либо конкретные факты создания для него существенных препятствий на получение медицинской помощи либо для реализации иных его законных требований, а также не усматривается наступления для него каких-либо негативных последствий, что в силу приведенных положений закона и актов его толкования препятствует удовлетворению требований ФИО1.

Так, заключение под стражу связано с принудительным пребыванием подозреваемого, обвиняемого в ограниченном пространстве, прекращением выполнения служебных или иных трудовых обязанностей, невозможностью свободного передвижения и общения с неопределенным кругом лиц, т.е. с непосредственным ограничением самого права на физическую свободу и личную неприкосновенность, что следует из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 28.12.2020 N 50-П.

Учитывая изложенное, судом не усматривается оснований для удовлетворения административного иска. 

Руководствуясь ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Новосибирской области, ГУФСИН России по Новосибирской области и Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в размере 63 000рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Дьячкова О.В.

Решение составлено в мотивированной форме 27.04.2024

Судья