дело № 2-7/19

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Омск «05» июля 2019 года

Судья Омского областного суда Исаханов В.С.,

при секретаре Поляковой Н.А., Рошу А.А.,

с участием прокурора Мурастовой А.В., 

защитников Карпычевой Т.К., Стариковой Т.В., Казаковой Т.А.,

подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3,

потерпевшей Д - ко В.Ф.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, 

<

...>, не судимой,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ,

ФИО2, 

<

...>, судимого:

26.09.2008 Октябрьским районным судом г. Омска по п. «а,б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении;

19.12.2008 Куйбышевским районным судом г. Омска по п. «а» ч. 2 ст. 158, п. «г» ч. 2 ст. 158, пп. «а,в» ч. 2 ст. 158 (3 преступления), ч. 2,5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговору от 26.09.2008 к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении. Освободившегося 13.10.2010 по постановлению Октябрьского районного суда г. Омска от 01.10.2010 условно-досрочно на 1 год 2 месяца 7 дней;

09.12.2011 Первомайским районным судом г. Омска по п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ, с частичным присоединением неотбытого наказания по приговору от 19.12.2008 к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

29.02.2012 Октябрьским районным судом г. Омска по п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору от 09.12.2011 к 3 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

19.09.2012 Кировским районным судом г. Омска по п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору от 29.02.2012 к 4 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

13.05.2015 Советским районным судом г. Омска по ч. 2 ст. 313, ст. 70 УК РФ, с частичным присоединением неотбытого наказания по приговору от 19.09.2012 к 2 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Освободившегося 30.01.2017 на основании постановления Омского областного суда от 30.01.2017 условно-досрочно на 3 месяца 12 дней,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ,

ФИО3, 

<

...> судимого:

23.01.2017 и.о. мирового судьи судебного участка № 61 в Ленинском судебном районе г. Омска по ст. 264.1 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы с лишением права управлением транспортными средствами на срок 2 года. В соответствии со ст. 73 УК РФ основное наказание назначено условно, с испытательным сроком 6 месяцев;

06.02.2017 мировым судьей судебного участка № 94 в Центральном судебном районе г. Омска по ст. 264.1 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы с лишением права управления транспортным средством на срок 2 года. В соответствии со ст. 73 УК РФ основное наказание назначено условно, с испытательным сроком 6 месяцев; 

04.12.2018 Октябрьским районным судом г. Омска по п. «а,б» ч. 2 ст. 158, ст. 70 УК РФ, с частичным присоединением неотбытого дополнительного наказания по приговорам от 23.01.2017 и 06.02.2017 - к 1 году лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима и лишением права управления транспортным средством на срок 3 месяца,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимые ФИО2 и ФИО3 в составе группы лиц по предварительному сговору совершили разбой в отношении Д - ко ФИО4 А.Г. совершила в отношении этого же потерпевшего разбой с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью, а также сопряженное с разбоем убийство. Преступления были совершены в г. Омске при следующих обстоятельствах:

08.09.2018 в вечернее время ФИО3, ФИО2 и ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, пришли к ломбарду «ИП 

<

...>.», расположенному по адресу: г. Омск, 

<

...>. Увидев, что из ломбарда вышел знакомый ФИО3 - Д - ко А.С. и, понимая, что он сдал имущество, то есть имеет денежные средства, подсудимые договорились совершить их хищение. С этой целью соучастники решили распить с потерпевшим спиртные напитки, для чего пошли с ним в кафе «

<

...>», расположенное по адресу: г. Омск, 

<

...> Находясь в указанном кафе, понимая, что совершить тайное хищение денежных средств у Д - ко А.С. не получится, ФИО3, ФИО2 и ФИО1 задумали завести потерпевшего в безлюдное место, где совершить разбой.

Закончив распивать спиртные напитки в вышеуказанном кафе, подсудимые с целью осуществления задуманного предложили Д - ко А.С. проводить его до дома, после чего в период с 21 часа 45 минут до 22 часов 16 минут они вчетвером проследовали в сторону 

<

...> г. Омска. Там ФИО3 завел Д-ко А.С. в кусты, где с целью подавления воли к сопротивлению нанес удар кулаком в голову, от которого потерпевший упал на землю. Затем ФИО3 и ФИО2, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, нанесли Д-ко А.С. множественные удары ногами в жизненно-важную часть тела в голову. ФИО1 при этом также пыталась нанести удары, однако ФИО2 ее оттолкнул. В результате умышленных действий подсудимых потерпевшему было причинено повреждение в виде рвано-ушибленной раны затылочной области слева, повлекшее легкий вред здоровью, а также не причинившие такового ссадины-царапины, участки осаднения лица.

Увидев, что воля Д-ко А.Ф. к сопротивлению подавлена, ФИО3 и ФИО2, действуя по предварительному сговору между собой и ФИО1, с целью доведения умысла на хищение до конца забрали у потерпевшего сотовый телефон «

<

...>» стоимостью 800 рублей, сумку-холодильник стоимостью 2 000 рублей, а также денежные средства в сумме 1 500 рублей. 

Наблюдавшая за указанными действиями ФИО1, желая облегчить совершение разбоя, чтобы иметь возможность с соучастниками беспрепятственно скрыться, а также понимая, что Д-ко А.Ф. будучи знакомым с ФИО3, после совершения преступления обратится в правоохранительные органы, решила совершить его убийство. С этой целью ФИО1, выйдя за пределы преступного сговора с ФИО3 и ФИО2, достала из своей сумки складной нож, и нанесла им лежащему на земле потерпевшему множественные удары в область головы и живота. В результате умышленных действий ФИО1 потерпевшему были причинены повреждения в виде проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки с повреждением левой доли печени, проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки с повреждением печени и передней стенки желудка, проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки с повреждением тощей и тонкой кишки, проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки с повреждением поперечной оболочной кишки. Данные повреждения, как каждое в отдельности, так и все в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и осложнившись геморрагическим шоком, повлекли за собой смерть Д-ко А.Ф. 

После этого с похищенным имуществом подсудимые ФИО1, ФИО2,ФИО3 с места преступления скрылись и распорядились им по своему усмотрению, причинив потерпевшему материальный ущерб на общую сумму 4 300 рублей.

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в предъявленном обвинении фактически не признала. Пояснила, что 08.09.2018 совместно с ФИО2 и ФИО3 она распивала спиртные напитки в кафе «

<

...>». Там у ФИО3 что-то случилось с телефоном. Тот стал его разбирать, для чего взял у нее нож, который она постоянно носила с собой. После кафе они пошли в ломбард, где встретили ранее незнакомого потерпевшего. Она видела, как тот забирал паспорт, в котором находились квитанция и денежные средства в сумме 7 000 рублей. Увидев их, Д-ко поздоровался с ФИО3, и предложил сходить в кафе. Они вышли на улицу, где ФИО3 предложил «раскрутить» потерпевшего на деньги. Под этим подразумевалось, что Д-ко должен будет рассчитаться за спиртное и все, что они закажут. Цели похищать денежные средства у них не было, обсуждали ли это между собой ФИО3 и ФИО2, не знает. Они вчетвером зашли в кафе «

<

...>», заказали водку. Там между ней и Д-ко возник словесный конфликт из-за ее беременности. Распив спиртное, они вчетвером вышли на улицу, где разошлись. Она и ФИО2 пошли по дороге, в районе 

<

...> их обогнали ФИО3 и Д-ко. Затем она увидела, как ФИО3 ударил потерпевшего. К ним побежал ФИО2, и что происходило далее, не знает, так как она боялась упасть и на происходящий конфликт не обращала внимания. Когда она подошла, то увидела лежащего Д-ко. Допускает, что она могла ударить его рукой, но этого не помнит; возможность нанесения ударов ножом исключает. Она спросила, что происходит, ФИО3 ее оттолкнул, в результате чего она ударилась головой, и больше к потерпевшему не подходила. Что делали дальше ФИО3 и ФИО2, не знает, происходившие события не помнит, так как находилась в сильной степени алкогольного опьянения. В себя она пришла только когда приехала с ФИО2 к его бабушке, где уснула. Проснувшись спустя некоторое время, она услышала как ФИО2 и ФИО3 о чем-то тихо разговаривают на кухне. На следующее утро ФИО3 подошел к ней и сказал, что она убила человека. Она сказала, что этого не делала, но ФИО3 и ФИО2 стали ее убеждать в обратном. В этот и последующий день ФИО2 говорил ей, что если их задержит полиция, она должна была сказать, что Д-ко к ней приставал, и она в целях самообороны порезала его ножом. Также он говорил, что ей ничего не будет, так как она беременная и имеет ребенка. Считает, что ФИО3 и ФИО2 решили ее оговорить, так как они между собой дружат, несмотря на то, что нее с ФИО2 были близкие отношения и имеется совместный ребенок. Нож, изъятый на месте происшествия, принадлежит ей. Этот тот нож, который она давал ФИО3.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании были оглашены показания ФИО1 в ходе предварительного расследования.

Так, 11.09.2018 при допросе в качестве подозреваемой она указывала, что вместе с ФИО2 и ФИО3 распивала водку в кафе 

<

...>». Когда спиртное закончилось, они решили заложить сотовый телефон в ломбард. Там они встретили находившегося в состоянии опьянения Д-ко, который забирал у приемщика денежные средства и паспорт. Потерпевший поздоровался с ФИО3, хотя тот с ним знаком не был, и вышел на улицу. Сдав телефон за 3 000 рублей, они вышли следом, где Д-ко заговорил с ФИО3 и предложил выпить. Они согласились и пошли в кафе. По дороге ФИО3 сказал ей и ФИО2, что у Д-ко есть денежные средства, которые можно похитить. При этом по его замыслу она должны была отвлечь внимание потерпевшего, а ФИО3 и ФИО2 совершить хищение. Придя в кафе, они стали пить водку. Поскольку там похитить деньги у них не получилось, ФИО2 и ФИО3 решили забрать их в безлюдном месте. Предполагалось, что к ФИО5 могло быть применено насилие, но кто именно будет причинять телесные повреждения, не обсуждалось. В этой связи они объяснили Д-ко, что поскольку тот пьяный, они его проводят домой, и вместе с ним вышли на улицу. Когда они проходили мимо кустов возле 

<

...>, ФИО3 нанес Д-ко удар рукой, от которого тот упал на землю. После этого ФИО3, а также ФИО2 стали наносить потерпевшему множественные удары руками и ногами. Д-ко при этом находился в сознании, но сопротивления не оказывал. Во время причинения повреждений она пыталась разнять дерущихся, опасаясь, чтобы потерпевший случайно не убили, но кто-то из парней ее толкнул, в результате чего она упала на ягодицы. Затем ФИО3 и ФИО2 стали осматривать сумку Д-ко, искать имущество и денежные средства. В этот момент она поняла, что потерпевшего нужно убить, так как он мог заявить о происшедшем в полицию на следующий день. Она хотела помочь ФИО3 и ФИО2 похитить деньги и быстрее скрыться. В этой связи она достала нож, подбежала к Д-ко, села рядом с ним на его ноги, тем самым придавив их к земле, и нанесла не менее 3-4 ударов в область живота. Допускает, что она могла еще где-то его порезать, но этого не помнит, так как находилась в состоянии опьянения. Когда она закончила наносить удары, потерпевший признаков жизни не подавал, и она поняла, что убила его. Затем ФИО3 и ФИО2 сказали, что нужно уходить, подняли ее с земли, и они все вместе ушли (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

При проверке показаний на месте от 12.09.2018 ФИО1 указала, что после того как они встретились с Д-ко и пошли в кафе, ФИО3 предложил ей и ФИО2 забрать у потерпевшего деньги, с чем они согласились. В кафе они выпили много алкоголя, после чего решили проводить Д-ко. Когда они шли, первый удар Д-ко нанес ФИО3. Подумав, что когда потерпевший очнется, то напишет заявление на ФИО2 и ФИО3, она решила, что раз «нет человека, нет проблем». В этой связи она достала нож из своей сумки и нанесла потерпевшему около 4 ударов в область живота. Также ФИО6 на манекене продемонстрировала, как именно причинялись данные повреждения (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

В ходе проведенной в этот же день очной ставки с ФИО3, ФИО1 дала в целом аналогичные показания, что и при допросе в качестве подозреваемой, в том числе в части предварительного сговора, обстоятельств хищения и мотивов убийства (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

При допросе в качестве обвиняемой об 13.09.2018 ФИО1 пояснила, что предъявленное обвинение убийстве, сопряженным с разбоем, а также разбое признает частично, полностью подтверждает показания, данные в качестве подозреваемой. От дачи иных показаний, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ, отказывается (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

В судебном заседании оглашенные показания ФИО1 не подтвердила, поскольку ФИО3 и ФИО2 убедили ее в том, что это она совершила преступление, в связи с чем и взяла вину на себя. Изложенные в протоколах пояснения были даны со слов сотрудников полиции, при этом какого-либо давления с их стороны к ней не оказывалось. Первый протокол подписала, не читая, так как плохо себя чувствовала.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в предъявленном обвинении признал частично. По обстоятельствам дела пояснил, что 08.09.2018 в вечернее время он, ФИО6 и ФИО3 распивали спиртное в кафе. Когда деньги закончились, они пошли в ломбард, чтобы заложить его сотовый телефон. Там они встретили ранее незнакомого Д-ко, который заговорил с ФИО3. В это время он и ФИО6 заложили телефон и далее по предложению потерпевшего пошли в кафе 

<

...>, где распили бутылку водки. Затем они вышли на улицу и вчетвером пошли по дороге. В районе 

<

...> он увидел, что между Д-ко и ФИО3 происходит конфликт. ФИО3 ударил потерпевшего рукояткой ножа 2 раза в голову, от чего у того слетели и разбились очки. Видя, что в руке ФИО3 находится лезвие ножа, он взял у ФИО6 телефон, сделал несколько фотографий и вместе с сожительницей стал отходить назад. Затем он включил на телефоне видеозапись и стал снимать ФИО3 и Д-ко, которые в ходе борьбы упали на землю. Как ФИО3 наносил при этом удары, он не видел. Дойдя с ФИО6 до конца забора, он встретил мужчину, с которым стал разговаривать и курить. Он объяснил последнему, что ранее отбывал наказание в местах лишения свободы и более возвращаться туда не желает. В этой связи он попросил мужчину сфотографировать их на свой телефон, так как опасался, что с их телефоном что-нибудь может случиться и доказательства его невиновности будут утрачены. Мужчина согласился, сфотографировал его и сожительницу, позвонил той на телефон и ушел. Затем ФИО6 направилась к Д-ко и ФИО3, которых с этого расстояния видно не было, а он зашел в кафе 

<

...> спросил у бармена адрес и вызвал такси. Потом он пошел обратно, так как понимал, что в ходе драки будут причиняться ножевые ранения, и хотел забрать ФИО6 с собой. Подойдя, он увидел, что потерпевший лежит на земле, слева, наклонившись над ним, на корточках стоит ФИО3, а возле ступней Д-ко на коленях сидит ФИО6. Выключив видеозапись на телефоне, которую он вел все это время, он начал поднимать Д-ко за голову, наклонился над ним и вытащил из кармана телефон и документы, которые забрал себе. В этот момент ФИО3 нанес потерпевшему не менее одного удара рукой в область живота, от чего тот захрипел. Чем был нанесен удар, пояснить не может, так как в тот момент находился к ФИО3 спиной. Затем последний отбежал назад и сказал: «Смотри, что она наделала», подразумевая, что телесные повреждения потерпевшему причинила ФИО6. Он не поверил, но ФИО3 сказал, что у Д-ко идет кровь. В этой связи он ударил сожительницу по щеке. Затем к потерпевшему вновь подошел ФИО3, вытащил что-то из его кармана и сказал: «Давай быстрее, забирай и пошли пока никто не видит». Они отошли немного и встали возле забора. Он понимал, что на самом деле все удары потерпевшему наносил ФИО3, предложил ему вызвать скорую помощь, но тот ответил, что потерпевшему уже не помочь. Затем он, ФИО6 и ФИО3 пошли дальше и через некоторое время остановились у лавочки. Там ФИО3 подбежал к какому-то человеку, находящемуся возле магазина 

<

...> и стал с ним разговаривать. Он слышал, как этот человек сказал: «пусть отец сразу позвонит». Затем ФИО3 вернулся, сообщил, что этот человек из полиции и у него с Б-м нормальные отношения. Как в последующем он узнал, Б-в - это начальник отделения уголовного розыска. Затем он и ФИО3 взяли за руки ФИО6, которая была сильно пьяна, и пошли дальше. Он хотел выкинуть документы потерпевшего, но ФИО3 их забрал себе. Спустя некоторое время ФИО3 позвонил отец, и он куда-то ушел. Так как он устал нести ФИО6, то зашел во двор дома и попросил находившихся там девушек вызвать такси, на котором они уехали к бабушке. Спустя два часа к нему приехал ФИО3. На следующее утро они втроем продолжили распивать спиртное. ФИО3 при этом убеждал ФИО6, что та нанесла Д-ко четыре удара ножом, демонстрировал, как она это сделала, но сожительница отвечала, что она этого совершить не могла. В тот же день он позвонил своей матери и сказал, что ФИО6 зарезала мужчину. Почему он так сказал, пояснить не может.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ были оглашены показания, данные ФИО2 в ходе предварительного расследования.

Так, при допросе в качестве подозреваемого от 11.09.2018 он указывал, что когда они пришли в ломбард, там находился Д-ко, который сдавал телевизор. ФИО3 предложил его «развести на бабки, а если что, выхлопнуть». При этом они решили, что ФИО6 попытается уговорить потерпевшего заплатить за них. После этого они вчетвером пошли в кафе, где стали пить водку, при этом каких-либо конфликтов между ними не происходило. Затем они вчетвером пошли в сторону ж/д вокзала. По дороге он услышал как между ФИО3 и потерпевшим происходит перепалка, ФИО3 ударил того в область уха кулаком. От этого Д-ко стал падать, также сбив с ног и его. Поднявшись, он ударил потерпевшего ногой по плечу, после чего стал искать в его кармане сотовый телефон и паспорт. Поскольку мимо проходили какие-то люди, он стал говорить Д-ко, чтобы тот вставал. В это время он увидел, что живот потерпевшего испачкан в крови, а рядом сидит ФИО6. Он понял, что та ударила Д-ко ножом, который носила с собой для самообороны. Убивать потерпевшего он не хотел, сговора на это между ними не было. Они хотели только побить Д-ко и забрать деньги. В какой-то момент ФИО3 вытащил у потерпевшего деньги в сумме 1 500 рублей, и забрал сумку. Подняв ФИО6, они пошли дальше, при этом он выбросил в урну похищенные паспорт и сотовый телефон. Всю дорогу они ругали ФИО6 за то, что та зарезала мужчину. Та отвечала, что ей все равно, якобы она это сделала потому, что Д-ко ей что-то сказал, хотя между ними никаких конфликтов не было и, более того, сожительница шла самой последней. Затем ФИО3 куда-то ушел, а они уехали к бабушке. Из дома он позвонил своей маме и рассказал, что ФИО6 зарезала человека (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

В ходе дополнительного допроса в качестве подозреваемого от 12.09.2018 ФИО2 пояснил, что ранее данные показания поддерживает в полном объеме. Когда он и ФИО3 подходили к месту преступления, они решили насильно отобрать у потерпевшего имущество. Для этого он и ФИО3 стали наносить Д-ко удары ногами, чтобы тот ослабил сопротивление; также нанести удары пыталась ФИО6. О том, что ФИО3 похитил денежные средства в сумме 1 500 рублей и сумку он узнал от последнего уже после совершения преступления (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

При проверке показаний на месте 12.09.2018, ход которой фиксировался на видеокамеру, ФИО2 указывал, что когда он, ФИО3 и ФИО6 в ломбарде встретили потерпевшего, то решили похитить его денежные средства. После кафе, где они вчетвером распивали спиртные напитки, они вышли на улицу и пошли по дороге. Там между ФИО3 и Д-ко возник конфликт. ФИО3 нанес потерпевшему удар в голову, от которого тот упал, а затем несколько раз пнул по телу. Он также нанес Д-ко удар по плечу и похитил у него паспорт и сотовый телефон. В это время он увидел прохожих, в связи с чем попытался поднять потерпевшего. Затем он услышал, как ФИО3 кричит ФИО6: «Ты что наделала?!», и увидел у потерпевшего кровь. Как ФИО6 наносила удары ножом, он не видел (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

В судебном заседании был просмотрен диск с видеозаписью проверки показаний на месте (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>), из которого следует, что его содержание в целом соответствует оглашенному протоколу.

Оглашенные показания ФИО2 не подтвердил, поскольку сотрудники полиции убедили его сказать, что убийство совершила ФИО6, а также то, что он один раз ударил ногой потерпевшего. Какого-либо насилия по отношению к нему не применялось, в ходе допросов участвовал адвокат. Показаний, изложенных в протоколе от 12.09.2018, он не давал, этого допроса вообще не было. При каких обстоятельствах он его подписал, пояснить не может. От ответа на вопрос, почему он подписал протоколы, не соответствующие действительности, ФИО2 уклонился. Кроме того, считает, что видеозапись протокола проверки показаний на месте является смонтированной, из нее вырезан ряд его пояснений, имеющих значение для дела. 

В судебном заседании стороной защиты были заявлены ходатайства о признании недопустимыми доказательствами показаний, данных ФИО6 и ФИО2 в ходе предварительного расследования, поскольку подсудимые эти показания не подтвердили, давали их в результате давления либо воздействия третьих лиц. Между тем, суд с изложенными доводами согласиться не может. Вопреки утверждению защитников в судебном заседании как ФИО6, так и ФИО2 заявили о добровольном характере дачи ими показаний и отсутствии какого-либо принуждения со стороны сотрудников полиции. Как видно из представленных материалов, обоим подсудимым разъяснялись процессуальные права, в том числе право на защиту и не свидетельствовать против самих себя. Они сразу были обеспечены адвокатами, что подтверждается имеющимися в деле ордерами и допрашивались в их присутствии, то есть обстановке, исключающей возможность оказания какого-либо давления либо внесения в протоколы сведений, не соответствующих действительности. В конце каждого протокола имеется подпись ФИО6 и ФИО2, а также их защитников, подтверждающие факт прочтения, достоверность содержащихся в них сведений и отсутствие замечаний. Необходимо отдельно отметить, что в ходе проверок показаний на месте с участием подсудимых было обеспечено участие понятых, и велась видеосъемка. Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи видно, что какого-либо принуждения к ФИО2 не оказывалось и, вопреки его доводам, признаков монтажа не имелось. Также с участием ФИО6 проводилась очная ставка с ФИО3, в ходе которой та в присутствии двух защитников и другого подсудимого подтвердила ранее данные показания. 

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО3 вину в предъявленном обвинении признал частично, поскольку в сговор с ФИО2 и ФИО6 не вступал, умысла на хищение не имел. По обстоятельствам дела пояснил, что 08.09.2018 вечером он встретился со своим знакомым ФИО2 и его сожительницей ФИО6. В кафе 

<

...> они на троих распили бутылку водки. Когда спиртное закончилось, они пошли в ломбард, так как ФИО2 и ФИО6 хотели там что-то заложить. Возле ломбарда они встретили его знакомого Д-ко, который что-то сдал - он видел у того квитанцию и деньги. Потерпевший предложил отметить встречу, пообещав расплатиться. Вчетвером они пришли в кафе, стали распивать купленное Д-ко и ФИО6 спиртное. Через некоторое время, когда он вернулся из туалета, то обратил внимание, что ФИО6 ведет себя агрессивно по отношению к Д-ко, между ними шел разговор на повышенных тонах. После этого они вышли на улицу и направились к 

<

...>. Потерпевший также пошел с ними, так как ему было по пути. Пока они шли, Д-ко стал высказываться негативно в адрес ФИО6. Он (ФИО3) сказал, что эта тема ему не интересна, однако потерпевший стал его оскорблять. В этой связи у них произошел конфликт, он ударил Д-ко кулаком в лицо, от чего тот упал. К ним подбежал ФИО2, и они вдвое стали наносить потерпевшему удары в область плеч и головы. В это время ФИО6, выражаясь нецензурной бранью, также попыталась пнуть Д-ко, однако ФИО2 ее оттолкнул. Он сказал ФИО2, что пошел домой и стал отходить. В этот момент ФИО6 опять попыталась ударить потерпевшего, однако он также ее оттолкнул, в результате чего та упала. Затем боковым зрением он увидел как ФИО6 села на колени возле ног Д-ко и начала наносить удары, в результате чего у того на одежде выступили какие-то пятна. Как наносились удары и чем, он не знает. Отойдя от места конфликта на 40 метров, он остановился. К нему подошел ФИО2, который придерживал выражавшуюся нецензурной бранью и находившуюся в истерике ФИО6. Он и ФИО2, взяв ее с двух сторон за руки, пошли по дороге. Когда они вышли на освещенную часть, он заметил на правой ладони ФИО6 кровь. Он спросил, откуда та появилась, на что подсудимая ответила, что убила потерпевшего. В этот момент ФИО2 передал ему сумку. Предположив, что она принадлежит Д-ко, он ее выкинул. Внутрь сумки он не заглядывал, что там находилось, ему неизвестно. После этого он поругался с ФИО2 и ушел. Поскольку он видел Д-ко в крови и от этого у него наступил шок, он полтора часа просидел на лавочке. Затем, желая выяснить что произошло, он приехал к ФИО2, который с ФИО6 находился у бабушки. ФИО2 рассказал, что сожительница убила потерпевшего. ФИО6 на тот момент спала, но когда проснулась на следующее утро, то подтвердила его слова. Тогда же ФИО2 рассказал, что похитил у потерпевшего паспорт и сотовый телефон. 

В судебном заседании по ходатайству стороны обвинения были оглашены показания ФИО3 в качестве подозреваемого от 11.09.2018. В них он дал в целом аналогичные показания, что и в судебном заседании. При этом также указывал, что после того как возле ломбарда они встретили Д-ко, ФИО2 предложил его «развести» на деньги. Под этим он подразумевает то, что ФИО6 должна была сделать так, чтобы потерпевший заплатил за них в кафе. После того как они распили спиртное и шли по улице, Д-ко стал оскорблять его. Они отошли в кусты, там он нанес потерпевшему удар в голову, от которого тот упал на спину. Затем он пнул ФИО5 в плечо, ФИО2 также стал причинять ему телесные повреждения. Далее он отступил на пару шагов, а к потерпевшему подошла ФИО6, села на колени и стала наносить удары по животу. Вначале он не понял, что у нее в руках нож, но затем на футболке он увидел кровь. После этого он развернулся и ушел. По дороге ФИО2 отдал ему сумку и деньги в сумме 1 500 рублей. Он решил, что они принадлежат потерпевшему, в связи с чем их выкинул. Также ФИО2 сказал, что забрал у потерпевшего телефон и паспорт (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

Оглашенные показания ФИО3 подтвердил частично, пояснив, что ФИО2 действительно передавал ему сумку и деньги в сумме 1 500 рублей, а также говорил, что забрал у потерпевшего паспорт и телефон. Не подтверждает показания в той части, что перед причинением телесных повреждений отходил с потерпевшим в кусты, а также то, что видел на футболке Д-ко кровь.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая Д-ко В.Ф. пояснила, что погибший приходился ей сыном. 08.09.2018 около 20 часов она разговаривала с ним по телефону и по голосу поняла, что сын находился в состоянии опьянения. Они договорились, что утром сын приедет к ней на дачу, привезет сумку-холодильник и мясорубку. На следующий день сын не приехал, в связи с чем она позвонила в бюро несчастных случаев, где и узнала о его смерти. В последующем в почтовом ящике она обнаружила паспорт сына, медицинскую страховку и СНИЛС. Также там была записка о том, что эти документы были найдены на ул. 

<

...>. Все эти документы и записку она в последующем выдала следователю. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель К-н К.Б. пояснил, что 09.09.2018 около 21-45 он зашел в магазин, расположенный на ул. 

<

...>. Купив продукты, он вышел с продавцом на крыльцо покурить. Спустя некоторое время он услышал крики, ругань и увидел идущую компанию из трех мужчин и девушки. Судя по речи и походке, все они находились в состоянии алкогольного опьянения. Когда указанные лица подошли к углу 

<

...>, и находились на расстоянии 30-40 метров от них, один из молодых людей нанес другому удар, от которого тот упал на землю. После этого двое мужчин стали пинать потерпевшего ногами, всего нанеся около 10 ударов. Девушка в это время что-то нецензурно кричала и также пыталась ударить, но получилось ли у нее это, уже не помнит. Когда мужчины прекратили избиение, девушка села сбоку от потерпевшего на колени либо корточки и нанесла ему 4-5 ударов сверху вниз в грудь и живот. Был ли у нее при этом в руках нож, он не видел из-за удаленности и плохого освещения. Когда девушка наносила удары, мужчины стояли рядом и в происходящее не вмешивались. Затем кто-то из мужчин сказал, что надо уходить. Когда указанные лица втроем проходили мимо них, он заметил, что девушка беременна. Сумки либо пакета ни у кого из указанных лиц он не видел, но достоверно утверждать этого не может. Спустя несколько минут продавец попросила проверить потерпевшего, поскольку тот лежал на земле и не вставал. Подойдя, он увидел, что у мужчины в области живота имеются следы крови. Рядом с ним лежал складной нож и пакет. После этого они вызвали скорую помощь.

По ходатайству государственного обвинителя в порядке ст. 281 УПК РФ судом были оглашены показания К-н К.Б., данные в ходе предварительного расследования, которые он подтвердил полностью. Так, при допросах от 11.09.2018 (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>) и 30.01.2019 (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>) он в целом давал аналогичные показания тем, что были даны в судебном заседании. При этом в ходе первого допроса свидетель также указывал, что когда двое мужчин избивали потерпевшего, то наносили удары, в том числе, в область головы. Судя по звукам и хлопкам, он понял, что удары были очень сильные. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель К-ва К.Б.. в целом подтвердила свои показания в ходе предварительного расследования (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>), согласно которым она указывала, что работает в магазине, расположенном в 

<

...>. 08.09.2018 она находилась на суточной смене. Примерно в 21-30 в магазин зашел К-н, который приобрел продукты, после чего они вышли на крыльцо покурить. В это время она увидела, что из-за угла 

<

...> вышла компания из трех мужчин и беременной женщины. Все они находились в состоянии алкогольного опьянения. Мужчина, которого впоследствии убили, шел впереди, сразу за ним следовали двое других мужчин, а последней шла девушка. Когда указанные лица проходили мимо забора, один из идущих за потерпевшим мужчин выразился нецензурной бранью и ударил его рукой в лицо. От этого потерпевший упал на землю. К ним подбежал третий мужчина, и они вдвоем начали избивать пострадавшего ногами, каждый нанеся не менее 5-6 ударов. В это время девушка громко материлась, кричала на потерпевшего, также пыталась его ударить, однако ее постоянно отталкивал один из молодых людей. После этого молодые люди наклонились над потерпевшим и начали его обыскивать. Затем рядом с потерпевшим на колени села указанная девушка и стала рукой наносить удары в область живота. Всего она нанесла не менее 5-6 ударов, каждый из которых был нанесен с замахом, сверху вниз. На тот момент указанные двое мужчин, которые ранее избивали потерпевшего, стояли рядом и каким-либо образом девушке не препятствовали. После того как девушка закончила наносить удары, она встала. Один из мужчин что-то ей сказал, после чего указанные лица втроем пошли в их сторону, пройдя на расстоянии 5 метров от них, и дальше направились в сторону 

<

...>. После этого она попросила К-н проверить лежащего на земле мужчину. Сходив, он попросил вызвать скорую помощь, пояснив, что мужчину порезали. Подбежав к потерпевшему, она увидела, что у него на животе имеются обильные следы крови. Рядом с ним, на том месте, где сидела девушка, она увидела нож. Также неподалеку лежал полиэтиленовый пакет. Когда приехала скорая помощь, она положила нож в указанный пакет и передала его врачам. В ходе допроса ей была предъявлена видеозапись с камер наблюдения, и на ней она опознала женщину, которая причиняла телесные повреждения, а также одного из нападавших мужчин и потерпевшего. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель П-ва Т.Л. пояснила, что подсудимый ФИО2 приходится ей сыном. С ним у нее складываются доверительные отношения, тот всегда говорит ей правду. 08.09.2018 поздно вечером она позвонила сыну на телефон, однако тот не ответил. На следующее утро ФИО2 позвонил ей на домашний телефон и взволнованным голосом сообщил, что его девушка ФИО6 убила мужчину, сам же он ничего противоправного не делал. После этого разговора она неоднократно пыталась дозвониться до сына, однако тот не отвечал. 11.09.2018 около 14 часов сын позвонил ей и сказал, что к нему в дверь сильно стучат и, скорее всего, это полиция. Также он сказал, что убийство на самом деле совершил ФИО3, но по просьбе последнего он оговорил ФИО6, поскольку та беременная и ей все равно ничего не будет. Кроме того, со слов ФИО2 ей известно, что ФИО3 был знаком с потерпевшим и у них был давний конфликт, из-за которого все и произошло. Он сам (ФИО2) участия в убийстве не принимал и только взял телефон. 

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании были оглашены показания П-ва Т.Л. в ходе предварительного расследования. Так при допросе 07.10.2018 она указывала, что 09.09.2018 ей на стационарный телефон позвонил сын и сообщил, что ФИО6 убила, «зарезала» человека. После этого более ФИО2 ей не звонитл и о происшедшем она узнала от сотрудников полиции 11.09.2018 (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

Оглашенные показания П-ва Т.Л. не подтвердила, заявив, что говорила следователю о состоявшемся 11.09.2018 разговоре с сыном, однако тот не стал ее слушать. В этой связи она жаловалась его начальнику, намеревалась идти в прокуратуру. В последующем свидетель уточнила, что об указанном разговоре с сыном она сообщила следователю не во время допроса, а в какой-то другой день, когда встретила того в суде.

Допрошенная в судебном заседании свидетель М-ва Г.Г. пояснила, что ФИО6 приходится ей сестрой. Ей известно, что последняя постоянно в сумке носила нож. 09.09.2018 около 08 часов 40 минут ФИО6 прислала ей смс-сообщение, в котором указала, что убила человека. Не поверив, она перезвонила сестре, спросила, зачем та это придумывает и отключила телефон. Когда она вечером приехала домой, там уже находилась ФИО6. Последняя о случившемся долго ничего не рассказывала, однако после того как сестру отпустили из-под стражи, та сообщила, что взять вину на себя ее попросили ФИО3 и ФИО2. Якобы указанные лица убедили сестру, что ей ничего не будет, поскольку у нее двое несовершеннолетних детей. На самом деле удары ножом наносил ФИО3, что сестра видела лично. 

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании были оглашены показаний М-ва Г.Г. в ходе предварительного расследования. Так, при допросе 21.11.2018 она поясняла, что 09.09.2018 в 11 часов ей на телефон пришло сообщение от ФИО6: «Гуля, я убила человека», а также еще одно сообщение, содержание которого уже не помнит. Около 21 часа ФИО6 приехала домой. Поужинав, сестра стала разговаривать по телефону с ФИО2. В ходе беседы та спрашивала, почему они все в крови, а у нее крови нет. Также ФИО6 ругалась с ФИО2 и повторяла, что это все произошло из-за него. Об обстоятельствах совершенного преступления сестра ей ничего не говорила даже после того как той была изменена мера пресечения на домашний арест (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

В судебном заседании оглашенные показания М-ва подтвердила полностью, однако заявила, что уже после указанного допроса у нее с сестрой состоялся разговор, в котором та сообщила о совершении убийства ФИО3.

Согласно исследованным материалам дела 08.09.2018 в 22 часа 15 минут в дежурную часть ОП № 4 УМВД России по г. Омску поступило сообщение от К-в О.С.. о том, что возле магазина 

<

...> по 

<

...> неизвестные порезали мужчину. Пострадавший находится в крови, без сознания, рядом лежит нож (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). В этот же вечер поступило сообщение от бригады скорой помощи № № 

<

...>, о том, что в 22 часа 16 пострадавший был госпитализирован в МСЧ № 4 (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>), а в 23 часа 45 минут из лечебного учреждения о его смерти (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

В ходе проведенных осмотров участка местности возле 

<

...> была зафиксирована обстановка места преступления. При этом на земле были обнаружены разбитые очки, следы обуви, которые сфотографированы, а также следы крови, образцы которой изъяты. К протоколу осмотра приложена фототаблица, составлена схема (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>, № 

<

...>). Изъятые образцы крови и очки в дальнейшем были осмотрены (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

Актом изъятия 08.09.2018 в помещении БУЗОО МСЧ № 4 оперуполномоченным П-в Д.И.. изъяты предметы одежды Д-ко, в которой он находился на момент поступления (брюки, ветровка, футболка со следами крови и пр.), а также находившиеся при нем женский корсет, женские плавки, складной нож (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). В дальнейшем указанные предметы были изъяты у П-в Д.И. в ходе выемки (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>) и осмотрены (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

11.09.2018 в ходе выемки у ФИО1 был изъят мобильный телефон 

<

...> (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). Его осмотром установлено наличие исходящего 09.09.2018 в 05 часов 19 минут смс сообщения абоненту «сестра» с номером № 

<

...>: «привет, все, меня посадят». В интернет-мессенджерах какие-либо сообщения отсутствуют, журнал исходящих и входящих телефонных звонков за период, предшествующий 09.09.2018, очищен. При осмотре галереи фото и видеоматериалов, созданных 08.09.2018, и имеющих отношение к рассматриваемому делу, не имеется (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

В ходе выемки у М-ва Г.Г. изъята детализация телефонных соединений принадлежащего ей номера № 

<

...> (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>), из компании 

<

...> сведения о зарегистрированных на имя подсудимых номерах и детализации их телефонных соединений (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>), которые в дальнейшем осмотрены (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

В ходе обысков и выемки изъяты (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>) и осмотрены (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>) предметы одежды подсудимых. По заключению судебно-медицинских экспертизы вещественных доказательств № 761 следов крови на них не обнаружено. (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

В ходе выемки у свидетеля К-ва Т.В. изъят диск с видеозаписями камер наблюдения, установленных в кафе 

<

...> в период времени с 08 по 09 сентября 2018 года (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). Протоколом осмотра видеозаписи установлено, что 08.09.2018 в 20 часов 43 минуты в помещение зашла беременная девушка и три молодых человека. Купив спиртное, они стали его распивать. В 21 час 45 минут указанные лица ушли (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). Данная видеозапись также была осмотрена в судебном заседании.

В ходе выемки в ломбарде 

<

...> изъят торгово-закупочный акт № 

<

...> от 08.09.2018 (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). Его осмотром установлено, что потерпевший в указанный день сдал телевизор 

<

...> и пульт дистанционного управления за 2 000 рублей. В качестве документа, удостоверяющего личность, им был предъявлен паспорт (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

В ходе выемки у потерпевшей Д-ко В.Ф. изъят пакет с документами на имя Д-ко А.С. (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). Их осмотром установлено, что в пакете находятся паспорт, СНИЛС, ИНН и полис ОМС на указанное лицо. Также имеется записка, из текста которой следует, что указанные документы были обнаружены 16.10.2018 в придомовом газоне (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

В ходе проведенного 11.09.2018 опознания К-ва О.С. уверенно указала на ФИО3 как мужчину, который 08.09.2018 причинял телесные повреждения пострадавшему. Также с ним была беременная девушка и еще один мужчина. (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

По заключению судебно-медицинской экспертизы № 2470 смерть Д-ко А.С. наступила 08.09.2018 в 23 часа 40 минут в 

<

...> от проникающих колото-резаных ранений передней брюшной стенки с повреждением внутренних органов, осложнившихся геморрагическим шоком.

При исследовании трупа были обнаружены повреждения:

- проникающие колото-резаные ранения передней брюшной стенки с повреждением левой доли печени, которые могли образоваться от двукратного воздействия одним или двумя колюще-режущими предметами, чем мог быть клинок ножа с длиной погрузившейся части 7 и 8 см.;

- проникающее колото-резаное ранение передней брюшной стенки с повреждением печени и передней стенки желудка, которое могло образоваться от однократного воздействия колюще-режущим предметом, чем мог быть клинок ножа с длиной погрузившейся части 6 см.;

- проникающее колото-резаное ранение передней брюшной стенки с повреждением тощей и тонкой кишки, которое могло образоваться от однократного воздействия колюще-режущим предметом, чем мог быть клинок ножа с длиной погрузившейся части не менее 11 см.;

- проникающее колото-резаное ранение передней брюшной стенки с повреждением поперечной оболочной кишки, которое могло образоваться от однократного воздействия колюще-режущим предметом, чем мог быть клинок ножа с длиной погрузившейся части не менее 8 см.;

Все вышеуказанные повреждения, как каждое в отдельности, так и все в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и являются непосредственной причиной смерти Д-ко А.С.

Также были причинены повреждения в виде резаных ран лобной области справа и правой теменной области, образовавшиеся от трехкратного воздействия предметом с острой режущей кромкой, чем может быть лезвие ножа, бритва, стекло и т.п.;

- рвано-ушибленная рана затылочной области слева, образовавшаяся от однократного воздействия тупым твердым предметом, конструкционные особенности которого в повреждении не отобразились, или же соударения с ним, в т.ч. при падении из положения стоя;

Данные повреждения как каждое в отдельности, так и все в совокупности повлекли легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства на срок не более 21 дня.

- ссадины-царапины лица, образовавшиеся от однократного скользящего воздействия остроконечным предметом или же скольжении – соударении с таковым, в т.ч. при падении пострадавшего из положения стоя;

- участки осаднения в области лица, образовавшиеся от двукратного скользящего воздействия тупыми твердыми предметами или же соударении с таковыми, в т.ч. при падении пострадавшего из положения стоя;

Данные повреждения как каждое в отдельности, так и все в совокупности вреда здоровья не причинили. 

Выявленная при судебно-химическом исследовании в крови концентрация этанола соответствует у живых лиц тяжелой степени алкогольного опьянения (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

По заключению медико-криминалистической экспертизы № 

<

...> представленные на исследование образцы ран Д-ко А.С. являются колото-резаными, причинены, вероятнее всего, одним и тем же колюще-режущим предметом типа клинка ножа, имеющим острое лезвие и П-образый обух поперечного сечения с хорошо выраженными ребрами, шириной клинка не более 2,5 см. на уровне наиболее широкой погрузившейся части с учетом сократимости кожи, длиной клинка не менее 7 см. Сходные свойства имеются у клинка складного ножа, представленного на экспертизу. Причинение колото-резаных ран указанным ножом не исключается (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

Устанавливая фактические обстоятельства происшедшего, доказанность вины ФИО6, ФИО3 и ФИО2, мотивы и цели совершенных ими деяний, суд принимает во внимание совокупность всех представленных сторонами доказательств, в том числе показания подсудимых, свидетелей и исследованные материалы дела. Основываясь на этих сведениях, находит установленным факт того, что соучастники, вступив в предварительный сговор на хищение, напали на Д-ко и, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, похитили принадлежащее ему имущество и денежные средства. В ходе совершения разбоя ФИО6, выйдя за рамки предварительной договоренности, решила убить потерпевшего, чтобы облегчить совершение преступления, обеспечить соучастникам возможность беспрепятственно скрыться и избежать задержания. С этой целью она нанесла множественные удары ножом по телу Д-ко, в результате которых тот скончался.

В судебном заседании подсудимые были допрошены по предъявленному обвинению, при этом все трое свою вину признали частично, отрицая предварительный сговор на хищение. Помимо этого ФИО3 заявил, что имущество потерпевшего не брал и его не обыскивал, а применение насилие связывал с противоправными действиями самого Д-ко, который оскорблял его и ФИО6. ФИО2, признавая вину в краже телефона и паспорта, утверждал, что потерпевшего не бил, убийство было совершено ФИО3. Придерживаясь этой же линии защиты, ФИО6 заявила, что ударов ножом потерпевшему не наносила, а обстоятельства происшедшего помнит плохо, так как была сильно пьяна.

Между тем, совокупность исследованных доказательств позволяет эти версии опровергнуть. За основу приговора суд принимает показания, данные ФИО6 в ходе предварительного расследования. Будучи неоднократно допрошенной в качестве подозреваемой, обвиняемой, в ходе проверки показаний на месте и очной ставки она вину в предъявленном обвинении признавала фактически полностью и давала исчерпывающие показания о наличии между ней, ФИО2 и ФИО3 сговора на хищение. По ее показаниям именно с этой целью соучастники вдвоем стали избивать Д-ко, нанося множественные удары руками и ногами, а в дальнейшем осматривали сумку потерпевшего, искали имущество и денежные средства. Желая помочь ФИО3 и ФИО2 похитить деньги и быстрее скрыться, а также полагая, что потерпевший может заявить о происшедшем в полицию, она (ФИО6) решила убить его, для чего нанесла Д-ко около 4 ударов ножом в область живота. В целом идентичные и согласующиеся показания давал при допросах в качестве подозреваемого, проверке показаний на месте ФИО2, в т.ч. в части имевшегося сговора, обстоятельств хищения, а также связывая причинение ножевых ранений исключительно с действиями ФИО6.

Пытаясь поставить под сомнение приведенные выше показания, в судебном заседании ФИО2 и ФИО6 заявили о самооговоре, изложив свои версии происходивших событий. При этом, в частности, согласно показаниям ФИО2, о том, что ФИО6 совершила убийство его убедили сказать сотрудники полиции, которые были знакомы с ФИО3 либо его родственниками, и хотели помочь тому избежать уголовной ответственности. В свою очередь ФИО6 заявила, что взяла вину на себя, так как ФИО3 и ФИО2 убедили ее в том, что это она совершила преступление. Суд отмечает, что данные версии впервые были озвучены подсудимыми в лишь судебном заседании, при этом они явно недостоверны, противоречат друг другу как относительно изложения самих обстоятельств происшедшего, так и причин оговора. Безусловно, у ФИО2 не было мотива давать заведомо недостоверные показания против ФИО6, с которой его связывают близкие отношения, тем более оговаривая ее в совершении особо тяжкого преступления, которого она якобы не совершала. В силу названных причин не выдерживает критики и приведенная выше версия ФИО6, которая не могла не понимать тяжесть инкриминируемого преступления и значимость даваемых показаний для ее дальнейшей судьбы. Суд обращает внимание на тот факт, что признательные показания в ходе предварительного расследования касаемо сговора на хищение, применяемого насилия и обстоятельств убийства были даны ФИО2 и ФИО6 неоднократно, подтверждены на проверках показаний на месте с использованием видеозаписи, а последней также в ходе очной ставки с ФИО3. Как было указано выше, оба подсудимых признавали, что насилие к ним со стороны сотрудников полиции не применялось, и следственные действия с их участием происходили в присутствии адвокатов. Это свидетельствует о том, что показания ФИО6 и ФИО2 в ходе предварительного расследования являются допустимыми доказательствами и могут быть использованы в процессе доказывания.

Изложенные в оглашенных протоколах ФИО6 и ФИО2 сведения о фактических обстоятельствах происшедшего полностью согласуются с показаниями очевидцев преступления – свидетелей К-ва и К-на. В частности, они поясняли, что видели, как двое мужчин одновременно избивали потерпевшего, нанося ему множественные удары ногами. Согласно показаниям К-ва, данным в ходе предварительного расследования и подтвержденным в суде, после причинения повреждений эти мужчины наклонились над потерпевшим и стали его обыскивать. Как К-ва, так и К-на утверждали, что видели, как женщина затем встала на колени возле потерпевшего и нанесла тому 4-6 ударов рукой в область тела, после чего все трое нападавших вместе ушли. В дальнейшем рядом с пострадавшим был обнаружен нож, а К-ва пояснила, что он находился на том месте, где ранее сидела девушка. 

Давая оценку достоверности показаний К-ой и К-на, суд отмечает, что они ни с кем из участников конфликта знакомы не были и являются лицами, не заинтересованными в исходе дела. Доводы ФИО2 о том, что свидетели оговаривают его и ФИО6, поскольку являются знакомыми ФИО3, носят голословный характер и какими-либо материалами дела не подтверждены. В этой связи необходимо отметить, что в своих показаниях указанные свидетели изобличали всех трех подсудимых и облегчить участь ФИО3 не пытались. В пользу этого свидетельствует и тот факт, что К-ва сразу же обратилась полицию и по телефону сообщила о совершенном преступлении, доказательства чему имеются в материалах дела (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>). 

То обстоятельство, что в своих показаниях К-ва и К-на не смогли сообщить, был ли у ФИО6 в руках нож, ее виновность не опровергает. Из содержания показаний названных свидетелей видно, что они не могут сказать, чем именно наносились удары лишь по причине позднего времени суток и удаленности места преступления. Между тем, с учетом сообщенных ими сведений о характере наносимых подсудимой ударов, их локализации и множественности, совпадающих с диагностированными у Д-ко повреждениями, можно сделать вывод о нанесении подсудимой ударов ножом и обоснованности выдвинутых против нее обвинений в убийстве. В этой связи необходимо отметить, что обнаруженный свидетелями нож принадлежал ФИО6, чего сама она в судебном заседании не оспаривала. Представленная подсудимой версия о том, что этот нож в тот вечер у нее брал ФИО3, чтобы разобрать телефон, представляется надуманной и расценивается судом как стремление переложить на того ответственность за убийство, дав иное объяснение уличающим ее доказательствам.

Помимо этого виновность ФИО6 подтверждается показаниями в ходе предварительного расследования свидетеля ФИО2 о том, что 09.08.2018 ей позвонил сын и рассказал, что сожительница «зарезала» человека, а также свидетеля М-ва, которой в то же утро ФИО6 прислала на телефон сообщение с признанием в убийстве. Суд отмечает, что эти сведения были сообщены подсудимыми независимо друг от друга, фактически сразу после совершенного преступления и в свободной обстановке, т.е. вне рамок уголовного преследования. В этой связи можно сделать вывод, что их содержание отражает реальное отношение ФИО2 и ФИО6 к происшедшему и подтверждает правдивость показаний, данных подсудимыми после возбуждения уголовного дела. Изложенную в судебном заседании версию ФИО2 и М-ва о том, что в последующем подсудимые рассказывали им, что на самом деле убийство совершил ФИО3, суд находит недостоверной и связывает с желанием облегчить участь ФИО6, с которой указанных лиц связывают родственные отношения. 

Суд не принимает во внимание пояснения ФИО2 о наличии многочисленных очевидцев преступления, которые не были установлены в ходе расследования, записей камер наружного наблюдения, которые не были изъяты, а также о том, что он снимал весь процесс происходящего на камеру мобильного телефона, фото и видеозаписи из которого в последующем были удалены сотрудниками полиции. Эти доводы суд связывает с попыткой поставить под сомнение объективность и полноту проведенного по делу предварительного расследования и сделать акцент на наличии иных доказательств, которые могли бы подтвердить версию, изложенную ФИО2 в судебном заседании. Помимо того, что данная версия какими-либо доказательствами, в т.ч. показаниями самого ФИО2 в ходе предварительного расследования не подтверждена, суд также отмечает, что сотовый телефон ФИО6 осматривался следователем и фото-видеозаписей, имеющих отношение к делу, на нем найдено не было. С целью установления записей камер наружного наблюдения следователь 29.01.2019 проводил дополнительный осмотр места происшествия, в результате чего было установлено, что таковые вблизи места, где было совершено преступление, отсутствуют (т. № 

<

...> л.д. № 

<

...>).

Таким образом, исследованные доказательства позволяют считать установленным факт сговора ФИО6, ФИО2 и ФИО3 на совершение разбоя в составе группы лиц по предварительному сговору. О наличии указанной договоренности помимо признательных показаний ФИО2 и ФИО6 в ходе предварительного расследования, показаний свидетелей свидетельствует совместный и согласованный характер действий ФИО3 и ФИО2, которые фактически одновременно напали на потерпевшего и стали его избивать, а затем сразу же стали его обыскивать. Доводы ФИО3 о высказанных потерпевшим оскорблениях как поводе для причинения повреждений и отсутствии умысла на хищение, приведенные выше версии ФИО2 и ФИО6 суд оценивает критически в качестве избранного способа защиты и во внимание не принимает. 

Расценивая содеянное как разбой, суд исходит из того, что по показаниям свидетелей К-ва и К-на подсудимые ФИО2 и ФИО3 одновременно нанесли Д-ко множественные (около 10-12) удары ногами; также нанести удары пыталась и ФИО6. Как пояснял К-н в ходе предварительного расследования и подтвердил эти показания в суде, удары наносились в том числе, в область головы. При этом, судя по звукам и хлопкам, он понял, что они были очень сильные. Таким образом, учитывая характер применяемого насилия – нанесение ударов ногами со значительной силой, множественность травматических воздействий, их локализацию в т.ч. в область головы, являющейся жизненно важной частью тела, суд приходит к выводу, что в момент применения насилия создавалась реальная угроза жизни и здоровью потерпевшего. Эти обстоятельства для подсудимых было явны и очевидны. По заключению судебно-медицинской экспертизы у Д-ко были диагностированы телесные повреждения в области головы, в том числе повлекшие легкий вред здоровью. Не вызывает сомнений, что наступление указанных последствий охватывалось умыслом всех трех подсудимых и эти последствия находятся в прямой причинно-следственной связи с их действиями.

В судебном заседании достоверно установлена виновность ФИО6 в убийстве Д-ко в ходе совершения разбоя. Во время предварительного расследования подсудимая эти обстоятельства признавала полностью и неоднократно подтверждала их при допросе в качестве подозреваемой, очной ставке с ФИО3, проверке показаний на месте. Так, в частности, при допросе в качестве подозреваемой она указывала: «..я в этот момент поняла, что Д-ко нужно убить..», «когда я закончила наносить удары, Д-ко признаков жизни не подавал, я поняла, что убила его». Помимо сделанного подсудимой признания о наличии умысла на убийство свидетельствует и объективная сторона ее действий, в частности, избранное орудие преступления – нож, обладающий очевидными поражающими свойствами, множественность ударов, их локализации в области живота, то есть месторасположение внутренних органов. По заключению судебно-медицинской экспертизы данные повреждения причинили тяжкий вред здоровью и повлекли за собой смерть. С учетом приведенных обстоятельств тот факт, что потерпевший скончался спустя некоторый период времени в лечебном учреждении, на юридическую оценку содеянного не влияет.

Разбой был совершен с применением ножа, что образует в действиях ФИО6 признак применения предмета, используемого в качестве оружия. В результате этого преступления потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший за собой смерть, в связи с чем действия подсудимой следует квалифицировать по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ. Целью нанесения ножевых ранений являлось стремление ФИО6 облегчить совершение преступления, иметь возможность беспрепятственно скрыться и избежать задержания, в связи с чем ее действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Из обвинения ФИО2 и ФИО3 по разбою в соответствии с позицией государственного обвинителя подлежит исключению признак причинения тяжкого вреда здоровью. Соглашаясь с этим решением, суд учитывает, что по показаниям свидетеля К-й ножевые ранения были нанесены ФИО6 уже после того как ФИО3 и ФИО2 похитили имущество. Каких-либо доказательств тому, что причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему охватывалось изначальным умыслом всех трех соучастников, представлено не было и это органами следствия им не вменяется. Кроме того, поскольку разбой был совершен ФИО6 в рамках эксцесса исполнителя в части причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и наступление данных последствий не охватывалось умыслом остальных соучастников, из квалификации ее действий по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ подлежит исключению признак «группой лиц по предварительному сговору». Также из объема похищенного суд в соответствии с позицией прокурора исключает хищение мясорубки, сим-карты, поскольку они ценности не представляют, а также деньги в сумме 500 рублей, которые были потрачены потерпевшим в кафе. В остальной части наименование и стоимость похищенного имущества, денежных средств являются верными.

Таким образом, изложенные обстоятельства подтверждает виновность подсудимых в инкриминируемых деяниях, что дает суду основания квалифицировать действия ФИО3 и ФИО2 по ч. 2 ст. 162 УК РФ – как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, а ФИО1 по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ – разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем.

У суда не возникло сомнений по поводу вменяемости подсудимых. Из представленных материалов усматривается, что их преступные действия носили осмысленный и целенаправленный характер, были корыстно-мотивированы. В ходе предварительного расследования в отношении ФИО1, ФИО3 и ФИО2 проводились судебно-психиатрические экспертизы, согласно выводам которых они хроническими психическими расстройствами, слабоумием и иными болезненными состояниями психики не страдали и не страдают в настоящее время, признаков временного психического расстройства не обнаруживают. У ФИО2 обнаружены признаки эмоционально-неустойчивого расстройства личности импульсивного типа, которые выражены незначительно. Все трое подсудимых могли в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера они не нуждаются.

При назначении подсудимым наказания суд учитывает фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений. ФИО2 и ФИО3 совершили тяжкое преступление, ранее судимы. ФИО1 совершила два особо тяжких преступления, судимости не имеет. По месту жительства все трое подсудимых характеризуются как отрицательно, так и положительно.

Согласно ст. 67 ч. 1 УК РФ суд учитывает характер и степень фактического участия подсудимых в преступлении, совершенном в соучастии, значение этого участия для достижения их целей, его влияние на характер и размер причиненного вреда. В соответствии с положениями ст. 60 ч. 3 УК РФ принимается во внимание влияние назначаемого наказания на исправление подсудимых и условия жизни их семей. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимых суд признает: у ФИО1 наличие двоих малолетних детей, признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления в ходе предварительного расследования. У ФИО3 и ФИО2 – наличие малолетнего ребенка, у последнего также признание вины в ходе предварительного расследования.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного ФИО6 убийства и разбоя, ФИО2 и ФИО3 разбоя, личность подсудимых, суд в соответствии с ч. 1.1. ст. 63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим их наказание, совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Факт опьянения подтверждается показаниями допрошенных по делу лиц, исследованными материалами дела и самим подсудимыми не оспаривается. Очевидно, что в сложившейся ситуации это состояние способствовало снижению контроля над поведением ФИО6, ФИО2 и ФИО3 и проявлению ими агрессивности, что также нашло отражение в выводах проведенных в отношении них судебно-психиатрических экспертиз.

Помимо этого обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, суд признает рецидив преступлений. В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ данный рецидив является опасным. 

Всем трем подсудимым суд считает необходимым назначить наказание в виде реального лишения свободы в пределах санкции соответствующих статей, а также применить ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы по убийству. При назначении наказания ФИО2 применяются положения ч. 2 ст. 68 УК РФ, регламентирующие назначение наказания при рецидиве преступлений. Оснований для применения ст. 64, 73 УК РФ, изменения категории преступлений на менее тяжкие в отношении всех подсудимых не имеется.

Согласно правилам ст. 58 УК РФ отбывание наказания назначается ФИО1 и ФИО3 в исправительной колонии общего, а ФИО2 – строгого режима.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей до вступления приговора в законную силу зачитывается в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы. В отношении ФИО3 и ФИО1 основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок наказания засчитывается время содержания под стражей из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в колонии. Кроме того, в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под домашним арестом засчитывается в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы. 

Рассматривая заявленный Д-ко В.Ф. иск о возмещении морального вреда в сумме 1 000 000 рублей с каждого из подсудимых (ФИО1, ФИО3, ФИО2), суд приходит к следующему. Не вызывает сомнений, что убийством сына потерпевшей были причинены значительные моральные страдания. Поэтому с учетом характера причиненных потерпевшей нравственных страданий в результате убийства сына, степени вины причинителей вреда, требований разумности и справедливости требования Д-ко В.Ф. о компенсации такого вреда к ФИО1 являются обоснованными и подлежат взысканию в полном объеме, т.е. 1 000 000 рублей. Учитывая, что ФИО2 и ФИО3 не ставится в вину действий по лишению пострадавшего жизни и таких обстоятельств в судебном заседании также не установлено, суд отказывает в удовлетворении заявленных к ним требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, пп. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить наказание: 

- по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ - 8 лет лишения свободы;

-по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - 12 лет лишения свободы с ограничением свободы 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения окончательно ФИО1 назначить наказание в виде 14 лет лишения свободы с ограничением свободы 1 год и отбыванием основного наказания в исправительной колонии общего режима. 

После отбытия основного наказания установить осужденной ФИО1 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденная будут проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. Возложить на осужденную обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы два раза в месяц для регистрации.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 6 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 5 лет лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору Октябрьского районного суда г. Омска от 04.12.2018 окончательно ФИО3 назначить 5 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием основного наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права управлять транспортным средством на срок 3 месяца. 

Срок наказания ФИО1, ФИО2, ФИО3 исчислять с 05.07.2019. Зачесть в срок отбывания в виде лишения свободы время содержания под стражей: ФИО2 – с 11.09.2018 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы, ФИО3 - с 11.09.2018 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы. ФИО1 - с 11.09.2018 по 09.11.2018 и с 05.07.2019 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержание под стражей за полтора дня лишения свободы. Время содержания ФИО1 под домашним арестом с 09.11.2018 по 05.07.2019 зачесть в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении ФИО2, ФИО3 оставить без изменения - заключение под стражу. Меру пресечения ФИО1 – домашний арест изменить на заключение под стражу, взять осужденную под стражу в зале суда. До вступления приговора в законную силу содержать ФИО1, ФИО2, ФИО3 в СИЗО г. Омска.

Взыскать в пользу Д-ко В.Ф. с ФИО1 1 000 000 рублей в счет возмещения морального вреда. В удовлетворении иска Д-ко В.Ф. к ФИО2, ФИО3 о взыскании с каждого морального вреда в сумме 1 000 000 рублей – отказать.

Вещественные доказательства: нож, биологические образцы, пачку сигарет уничтожить. Предметы одежды вернуть по принадлежности, а при невостребованности уничтожить. Детализации телефонных соединений, диск, торгово-закупочный акт хранить при деле. Сотовый телефон вернуть по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения через Омский областной суд, а осужденными в тот же срок со дня получения копии приговора. 

Судья: