Мировой судья Жуков В.В. 

Дело № 10-22/2018 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Томская область, ЗАТО Северск

г. Северск 09 октября 2018 года 

Судья Северского городского суда Томской области Юрастова Е.В., 

при секретаре Животягине С.С.,

с участием прокурора – 

помощника прокурора ЗАТО г. Северск Трусовой А.С.,

осужденной ФИО1,

её защитника - адвоката Ильюшонок М.Г.,

потерпевшей С.,

представителя потерпевшей – адвоката З.,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденной ФИО1 – адвоката Ильюшонок М.Г., на приговор мирового судьи судебного участка № 1 Северского судебного района Томской области, исполнявшего обязанности мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области, от 13 июля 2018 года, которым

ФИО1, 

осуждена по ч. 3 ст. 327, ч. 1 ст. 330, ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) с назначением наказания в виде обязательных работ на срок 300 (триста) часов и от назначенного наказания освобождена по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Заслушав выступление осужденной, её защитника – адвоката Ильюшонок М.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, потерпевшей С., её представителя – адвоката З., полагавших необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

Приговором мирового судьи судебного участка № 1 Северского судебного района Томской области, исполнявшего обязанности мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области, от 13 июля 2018 года, ФИО1 признана виновной в неквалифицированном самоуправстве и использовании заведомо подложного документа.

Преступления совершены в г. Северске Томской области в период с 13 часов 00 минут 18 января 2013 года до 18 часов 00 минут 07 февраля 2013 года и в период с 13 часов 00 минут 18 января 2013 года до 05 мая 2015 года при обстоятельствах, подробно изложенных в указанном приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе защитник осужденной - адвокат Ильюшонок М.Г., считает приговор мирового судьи незаконным и необоснованным, вынесенным без учета всех обстоятельств по делу, указывая на существенное нарушение уголовно-процессуального закона. 

Так, защитник Ильюшонок М.Г. полагает, что судом не определено, когда и какую сумму ФИО1 требовала от В., то есть не установлен мотив преступления.

Указывает, что приговор не содержит сведений, какой порядок разрешения имущественных претензий нарушила ФИО1 и каким законом установлен данный порядок, а также какие именно ложные, не соответствующие действительности сведения умышленно сообщила ФИО1 в своем заявлении. 

Ссылается на то, что постановка автомобиля на учет в ОГИБДД не является способом его завладения, а следовательно, и способом самоуправства, поскольку факт регистрации автомобиля не влечет за собой признания приобретения права собственности или владения. 

Кроме того, в приговоре указано, что ФИО1 осуществила продажу автомобиля в районе Центрального КПП по ул. Славского, 52, в г. Северске, тогда как в судебном заседании установлено, что купля-продажа осуществлялась в г. Томске по месту жительства покупателя, при этом ФИО1 в данной сделке не участвовала. В связи с чем полагает, что не были установлены время, место и способ совершения преступления. 

Также не соответствует действительности вывод суда о том, что ФИО1 самовольно завладела автомобилем, не получив требуемых сумм, поскольку никаких требований она не высказывала, что следует из показаний свидетеля В., показавшего, что осужденная, находясь на отдыхе, не требовала вернуть деньги, затраченные ею на путевки.

Считает, что факт завладения ФИО1 автомобилем не нашел своего подтверждения, а заявление, поданное в РЭО ОГИБДД, ФИО1 собственноручно не заполняла, о чем она также никогда не заявляла, при этом почерковедческая экспертиза для установления того, кем оно было выполнено, не проводилась.

Помимо этого, в обжалуемом приговоре отсутствует оценка показаний свидетеля К. 

Полагает также, что судом неправильно применен уголовный закон, поскольку использование заведомо подложного документа самим подделывателем, как установлено судом, охватывается ч. 1 ст. 327 УК РФ, и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ не требует, а договор купли-продажи автомобиля не является официальным документом, а потому не может быть предметом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 327 УК РФ.

В связи с чем просит приговор отменить, вынести новый приговор, которым оправдать ФИО1

В судебном заседании суда апелляционной инстанции защитник-адвокат Ильюшонок М.Г. поддержала доводы апелляционной жалобы в полном объеме, просила её удовлетворить. 

Осужденная ФИО1 также поддержала доводы апелляционной жалобы защитника.

Помощник прокурора Трусова А.С., потерпевшая С. и её представитель – адвокат З., не согласились с доводами жалобы, считают приговор законным и обоснованным.

В соответствии со ст. 3899 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Заслушав выступления сторон, проверив материалы уголовного дела в полном объемке, суд апелляционной инстанции считает, что вывод мирового судьи о виновности ФИО1 в преступлениях, за которые она осуждена, основан на доказательствах, всесторонне исследованных, получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и полно отраженных в приговоре.

При рассмотрении уголовного дела мировым судьей осужденная ФИО1 в судебном заседании показала, что 21 декабря 2012 года в банке она получила в кредит 150.000 рублей, отдав денежные средства родителям, чтобы последние, добавив свои 150.000 рублей, купили для неё автомобиль, поиском которого занимались её отец У. и брат И. На тот момент она встречалась с В. (будущим супругом), который предложил ей помощь в выборе автомобиля. 17 января 2013 года В. сообщил ей, что нужны денежные средства на приобретение автомобиля, поскольку договорился на 10 часов 18 января 2013 года о встрече с продавцом из Тегульдетского района автомобиля марки «Toyota **», 2001 года выпуска, стоимостью 300.000 рублей, фотографию которого ранее показывал ей на мобильном телефоне. 18 января 2013 года она заступила на суточное дежурство, после 09 часов к ней на работу за денежными средствами приехал В., которому её мать в присутствии П., в сейфе у которой та хранила денежные средства, передала 300.000 рублей купюрами по 5.000 рублей, а она (ФИО1) дала ему свой паспорт для составления договора купли-продажи автомобиля между ней и продавцом. В этот же день после 12 часов В. приехал к ней на работу на купленном автомобиле, она знакомой Б. пояснила, что приобрела автомобиль, который ей пригнал В. После 20 часов он привез ей её паспорт, паспорт транспортного средства, ключи от автомобиля, договор купли-продажи от 18 января 2013 года, написанный Я. на её фамилию (в то время – Н.), в котором она расписалась. 19 января 2013 года в вечернее время она вместе с В. приехала к своим родителям в [адрес], где оставила автомобиль, так как 22 января 2013 года она и В. собирались в Таиланд, куда примерно за месяц каждый на свои денежные средства купили путевки. 20 января 2013 года к ней домой приходили Х. и Д., которым В. рассказал подробности приобретения автомобиля. Также в это время к ней приходила её знакомая А., которой она также сообщила о покупке автомобиля. С Таиланда они вернулись 04 или 05 февраля 2013 года, а 07 февраля 2013 года, забрав у её родителей автомобиль и документы на него, поехали ставить его на учет. По просьбе В. она также вписала в страховой полис ОСАГО его напарника по работе Г., чтобы тот смог воспользоваться автомобилем, для этого в страховой компании «МСК» В. и Г. представили свои водительские удостоверения. В ГИБДД УМВД России по ЗАТО Северск Томской области при подаче документов для регистрации автомобиля инспектор разъяснила ей, что в договоре купли-продажи в данных продавца автомобиля не хватает записи «[адрес]», при этом договор должен быть написан одним лицом и одной ручкой, поэтому его придется переписать. По предложению В. они прошли в находившийся рядом со зданием ГИБДД автомобиль марки «Газель» к его знакомому К., где она полностью переписала на бланке договор купли-продажи от 18 января 2013 года, поставила подпись за себя - Н., а В. поставил подпись за продавца Я., чтобы подписи различались. Этот договор купли-продажи по договоренности с В. был датирован 04 февраля 2013 года, так как автомобиль должен быть поставлен на учет в течение двух недель после приобретения. Примерно через 10-15 минут она подала инспектору документы, включая переписанный договор. В тот же день вместе с В. она забрала оформленные документы на автомобиль, после чего стала управлять автомобилем. Договор купли-продажи от 18 января 2013 года она выбросила. В конце февраля 2013 года она и В. начали проживать совместно, 20 сентября 2013 года зарегистрировали брак, 30 января 2014 года В. ее избил, с того дня они перестали проживать вместе. Обращение потерпевшей с заявлением в полицию летом 2014 года было инициировано В. в связи с конфликтом между ними, в результате которого они перестали проживать совместно. Поскольку машина была не нужна, в апреле 2015 года автомобиль марки «Toyota **» был ею продан за 220.000 рублей Ж. по договору купли-продажи, при этом расписки при передаче денежных средств они не составляли. Продажей занимались её отец и брат, так как она была в декретном отпуске. Она подписала договор купли-продажи и дала им свой паспорт, чтобы покупатель заполнил договор одной рукой. Заявление от ее имени (Н.) о регистрации транспортного средства от 07 февраля 2013 года, находящееся во 2 томе на л.д. 85, было составлено К. по её просьбе и ею подписано (том 10, л.д. 9-22).

Из показаний потерпевшей С. в судебном заседании суда первой инстанции следует, что 18 января 2013 года она и её брат В. на принадлежащем ей автомобиле марки «Honda **» приехали на Сосновское КПП в г. Северске Томской области, где встретились с владельцем автомобиля «Toyota **» стоимостью 330.000 рублей Я. и договорились об обмене автомобилями с доплатой в её пользу в сумме 60.000 рублей. Она и Я. подписали в двух экземплярах договор мены, составленный у неё дома, каждый из них написал расписку с указанием суммы доплаты. Поскольку Я. пояснил, что при постановке автомобиля на учет в ГИБДД при наличии договора мены могут возникнуть проблемы, то в одном экземпляре составил для себя договор купли-продажи автомобиля «Honda **» от 18 января 2013 года, где они расписались. После этого Я. передал ей 60.000 рублей. Она составила для В. доверенность на право управления приобретенным автомобилем. Все документы на автомобиль были у В., а расписка и договор мены от 18 января 2013 года находились у неё. Никому другому пользоваться и распоряжаться автомобилем «Toyota **» она не разрешала. В феврале 2014 года, после того как В. и ФИО1 перестали проживать совместно, от своего брата она узнала, что этот автомобиль зарегистрирован на ФИО1, поэтому она с ней встретилась, но та отказалась возвратить автомобиль (том 10, л.д. 43-47).

Свидетель В. в судебном заседании показал, что его сестра С. попросила его помочь обменять принадлежащий ей автомобиль «Honda **» стоимостью 390.000 рублей на недорогой автомобиль с доплатой. В январе 2013 года ему по объявлению в сети Интернет позвонил ранее незнакомый Я. и предложил совершить обмен на автомобиль марки «Toyota **» стоимостью 330.000 рублей с доплатой. В середине января 2013 года он встретился со Я. на Сосновском КПП, где они осмотрели автомобили и договорились встретиться 18 января 2013 года для оформления документов и обмена автомобилями. При этом также присутствовал его знакомый Л., занимающийся ремонтом автомобилей. 18 января 2013 года в 07 часов 40 минут ФИО1 ушла на работу, он поехал мыть автомобиль «Honda **» в гараже у Щ. в районе Сосновского КПП, затем вместе с сестрой приехал на встречу со Я. к Сосновскому КПП, где сестра согласилась на обмен автомобилями с доплатой 60.000 рублей, после чего в тот же день С. и Я. в его присутствии собственноручно написали расписки об обмене автомобилями. По просьбе Я., чтобы не возникло проблем при постановке обмененного автомобиля на учет по месту жительства, С. и Я. подписали составленный последним договор купли-продажи. После этого сестра передала ему документы на вновь приобретенный автомобиль и рукописную доверенность на право управления данным автомобилем, и он приехал на работу к ФИО1, которая на тот момент была Н., рассказав ей о совершенном обмене. Не успев поставить автомобиль на учет, он оставил его на хранение в [адрес] у родителей ФИО1 В декабре 2012 года в его присутствии ФИО1 для приобретения путевки в Таиланд взяла кредит в банке в размере 150.000 рублей, при этом они договорились о совместном погашении кредита. Из Таиланда они вернулись 05 февраля 2013 года, после чего он забрал автомобиль сестры из [адрес], ездил к Л. для проведения технического обслуживания автомобиля. На следующий день он и Г. во дворе дома ФИО1 на автомобиле, который был приобретен сестрой, увидели государственный регистрационный знак. ФИО1 пояснила, что поставила автомобиль на учет на свое имя, составив договор купли продажи, и не вернет его до тех пор, пока он не поможет ей погасить кредит. О данном обстоятельстве он сестре ничего не сказал, чтобы не портить отношения с ней, и был уверен, что при погашения кредита переоформит автомобиль на сестру. Однако после прекращения отношений с ФИО1 последняя на его неоднократные просьбы вернуть автомобиль отвечала, что никогда не собиралась и не собирается отдавать автомобиль, что также сказала и его сестре, которой он сообщил об этом после 01 февраля 2014 года (том 10, л.д. 25-41). 

Из показаний свидетеля Я. следует, что 18 января 2013 года у Сосновского КПП он с ранее незнакомой С. совершил обмен принадлежащего ему автомобиля «Toyota ** на автомобиль «Honda **» » с доплатой 60.000 рублей, при этом в присутствии друг друга они написали расписки, обменялись паспортами транспортного средства и подписали напечатанный договор мены от 18 января 2013 года, взяв каждый себе по одному экземпляру. Также он для себя лично составил договор купли-продажи в одном экземпляре, поскольку привык ставить автомобиль по указанному договору, при этом указал в нем стоимость 100.000 рублей, чтобы не платить налог с продажи автомобиля. С подсудимой ФИО1 он никогда не встречался (том 10, л.д. 79-83).

Также свидетель Я. после оглашения его показаний, данных им в ходе очной ставки с потерпевшей С. 01 июня 2015 года (том 1, л.д. 158), где он не указывал о заключении с потерпевшей договора мены от 18 января 2013 года, показал, что давал показания в соответствии с тем, что помнил (том 10, л.д. 83).

Свидетель Л. в судебном заседании показал, что в январе 2013 года ездил с В. на осмотр автомобиля «Toyota **», на который впоследствии сестра В. обменяла с доплатой свой автомобиль «Honda **». А когда Сажиенко в.А. и ФИО1 уехали в Таиланд, он менял пружину в автомобиле «Toyota **» в [адрес] у отца последней (том 10, л.д.65-68).

Из показаний свидетеля Г., данных в суде, следует, что 19 января 2013 года В. в присутствии ФИО1 рассказал, что его сестра С. обменяла автомобиль «Honda **» на автомобиль «Toyota **», по поводу которого ФИО1 возражений относительно собственника автомобиля не высказывала. В феврале 2013 года около 09 часов он заехал за В., где во дворе стоял указанный автомобиль с транзитными номерами, а когда они вернулись около 17 часов, то на нем уже был государственный регистрационный знак. На следующий день В. рассказал, что ФИО1 поставила автомобиль на учет на свое имя. Ранее он был вписан в страховой полис ОСАГО на автомобиль потерпевшей «Honda **», так как несколько раз им управлял. В страховую компанию «МСК» он с В. и ФИО1 не ездил (том 10, л.д. 48-50).

Согласно показаниям в судебном заседании свидетеля Ю. (том 10, л.д. 91-95), а также данным им в ходе предварительного расследования (том 1, л.д. 144-146), когда В. и ФИО1 собирались ехать в отпуск в 2013 году, он увидел у них автомобиль «Toyota **», по поводу которого В. пояснил, что данный автомобиль с доплатой приобрела его сестра путем обмена, ФИО1 возражений по этому поводу не высказывала.

Из показаний свидетелей О. (том 10, л.д. 74-77) и Щ. (том 5, л.д. 66-68, том 10, л.д. 84-86) следует, что в январе 2013 года их знакомый В. заезжал в гараж, чтобы помыть автомобиль «Honda **», пояснив, что едет со своей сестрой в район Сосновского КПП обменять данный автомобиль на другой.

Свидетель Ж. в судебном заседании показал, что 30 апреля 2015 года с целью приобретения автомобиля он позвонил по размещенному в сети Интернет объявлению о продаже автомобиля марки «Toyota **» бело цвета, 2001 года выпуска, где ему ответил, как позднее стало известно, брат ФИО1 Для осмотра автомобиля он встретился с двумя мужчинами на Центральном КПП ЗАТО Северск. через некоторое время он договорился о снижении стоимости данного автомобиля с 240.000 рублей до 225.000 рублей. Когда они вновь встретились, у тех же мужчин было два договора купли-продажи, подписанных Н., ему пояснили, что автомобиль принадлежит ФИО1 Затем они проехали в ГИБДД на ул. Иркутский тракт в г. Томске, он заполнил бланки договора купли-продажи, передал денежные средства в суме 225.000 рублей, которые взял молодой человек по имени Э., и уехал на автомобиле «Toyota **», расписки он и ФИО1 не писали. Поставить данный автомобиль на учет он не смог, поскольку в ГИБДД ему стало известно о связанном с ним разбирательстве, после чего звонил И., которая представилась матерью ФИО1 По разным причинам его просили подождать с постановкой автомобиля на учет. В дальнейшем автомобиль «Toyota **» был у него изъят, денежные средства за него не возвращены. Также летом 2015 года он встречался с ФИО1 у нотариуса для оформления доверенности на владение автомобилем, но нотариус её не оформил. Также спустя два месяца после приобретения автомобиля он встречался с И. и Ш., под диктовку которых написал расписку, указав в ней дату 30 апреля 2015 года, при этом И. его заверила в том, что если он напишет расписку, то дело передадут в суд и через две недели он сможет забрать автомобиль и поставить его на учет (том 10, л.д. 51-62). 

По ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания сотрудников РЭО ОГИБДД УМВД России по ЗАТО Северск Томской области М. и Е., допрошенных в качестве свидетелей.

Так, из показаний свидетеля М. следует, что для совершения регистрационных действий в отношении приобретенного транспортного средства самостоятельно обращается его собственник (покупатель), которому разъясняются имеющиеся в договоре купли-продажи транспортного средства недостатки и что необходимо выполнить для их устранения, а именно встретиться с лицом, у которого было приобретено транспортное средство, для составления нового договора с учетом тех замечаний, на которые указал сотрудник РЭО ГИБДД. При нарушении десятидневного срока для постановки на учет с момента приобретения транспортного средства составляется протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 19.22 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при этом договор купли-продажи заявителю для его пересоставления не возвращается (том 1, л.д. 167-171).

Согласно показаниям свидетеля Е., обязательным требованием к содержанию документов для физических лиц, удостоверяющих право собственности на транспортные средства, являются паспортные данные (серия, номер, кем, когда выдан). При выявлении недостатков в представленных документах они возвращаются для их устранения. В связи с этим инспектор РЭО не принял бы договор купли-продажи, если бы запись о районе выдачи паспорта Российской Федерации была внесена в него дополнительно после установленных обстоятельств иным лицом, не тем почерком и другой пастой (том 3, л.д.114-115).

Кроме того, мировым судьей были исследованы и другие доказательства:

- заявление С. от 02 апреля 2014 года, где она сообщила в полицию о незаконных действиях со стороны ФИО1 с принадлежащим ей автомобилем марки «Toyota **» (том 1, л.д. 62);

- договор мены от 18 января 2013 года о том, что между С. и Я. осуществлен обмен автомобилями марки «Honda **» стоимостью 390.000 рублей и марки «Toyota **» стоимостью 330.000 рублей, место заключения договора - Сосновское КПП г. Северска (том 1, л.д. 114);

- расписка от имени Я. от 18 января 2013 года о том, что он с С. произвел обмен автомобиля марки «Toyota **» белого цвета, 2001 года выпуска, на автомобиль марки «Honda **» (том 1, оборот л.д.114,);

- расписка от имени С. от 18 января 2013 года, из которой следует, что она получила от Я. по договору мены автомобиль марки «Toyota **» 2001 года выпуска, стоимостью 330.000 рублей, доплату в сумме 60.000 рублей, паспорт транспортного средства (том 1, оборот л.д. 114);

- протокол выемки от 10 июня 2015 года, согласно которому у С. изъяты договор мены от 18 января 2013 года и две расписки от 18 января 2013 года от имени Я. и от имени С., а также протокол осмотра указанных документов (том 1, л.д. 108-110, 111-113);

- копия договора от 18 января 2013 года купли-продажи транспортного средства, согласно которому С. продала Я. автомобиль марки «Honda **» (том 1, л.д. 87);

- сведения из ГИБДД УМВД России по Томской области, согласно которым в собственности у Я. находился автомобиль марки «Toyota **», 2001 года выпуска, который был снят с учета 17 января 2013 года в связи с прекращением права собственности, отчуждением, а с 05 февраля 2013 года на указанное лицо был зарегистрирован автомобиль марки «Honda **», 2002 года выпуска, а также справки о совершенных Я. административных правонарушениях именно на данных автомобилях (том 3, л.д. 133-134, 135, 136-138);

- сообщение из ОГИБДД УМВД России по ЗАТО Северск Томской области от 28 апреля 2016 года, справки о регистрации и снятии с учета транспортных средств, из которых следует, что на имя С. был зарегистрирован автомобиль марки «Honda **», 2002 года выпуска, который снят с учета 17 января 2013 года (том 3, л.д. 140, 141);

- заявление Н. от 07 февраля 2013 года в ОГИБДД УМВД России по ЗАТО Северск Томской области о регистрации транспортного средства - автомобиля марки «Toyota **», белого цвета, 2001 года выпуска, согласно которому ею представлены: паспорт транспортного средства серии ** № **, транзитные знаки **, квитанция об уплате государственной пошлины, страховой полис серии ** № ** ОАО «СГ «МСК» от 07 февраля 2013 года; при этом ей выданы: свидетельство о регистрации серии ** № **, регистрационные знаки **, паспорт транспортного средства серии ** (том 2 л.д. 85, копия - в томе 1, л.д. 80);

- копия чека-ордера от 06 февраля 2013 года об оплате в 18 часов 39 минут Н. государственной пошлины за государственный регистрационный знак (том 3, л.д. 153);

- паспорт транспортного средства № ** на автомобиль марки «Toyota **» белого цвета, 2001 года выпуска, номер кузова **, где после Я. собственником указана Н. (том 1, л.д. 189, том 2, л.д. 84);

- карточка учета транспортных средств от 07 февраля 2013 года, согласно которой автомобиль марки «Toyota **» белого цвета, 2001 года выпуска, номер кузова **, находится в собственности Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающей по [адрес] (том 2, л.д. 108);

- протокол выемки от 18 декабря 2014 года, в ходе которой в гаражном кооперативе (ГСПО) в [адрес] с участием ФИО3 был изъят автомобиль марки «Toyota **» с государственным регистрационным знаком **, белого цвета, 2001 года выпуска, и протокол его осмотра (том 2 л.д. 15-17, 18-22);

- сохранная расписка ФИО3 от 18 декабря 2014 года на автомобиль марки «Toyota **» с государственным регистрационным знаком **, из которой следует, что она обязуется до окончания предварительного расследования по настоящему уголовному делу сохранить данный автомобиль, а именно не продавать и не передавать другим лицам (том 2, л.д. 25);

- протокол выемки от 16 февраля 2016 года, в ходе которой у свидетеля Ж. изъяты: автомобиль марки «Toyota **» с государственным регистрационным знаком **, белого цвета, 2001 года выпуска, с номером кузова **; паспорт транспортного средства серии ** № ** на указанный автомобиль, где в качестве собственника автомобиля указан Я., а затем Н.; свидетельство о регистрации транспортного средства серии ** на автомобиль марки «Toyota **» белого цвета, 2001 года выпуска, выданное 07 февраля 2013 года ОГИБДД УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, с указанием собственника - Н.; договор купли-продажи от 05 мая 2015 года, согласно которому Н. продала Ж. за 225.000 рублей автомобиль марки «Toyota **» белого цвета, 2001 года выпуска, с номером кузова **, при этом в пункте 5 указано, что «до заключения договора автомобиль никому не продан, не заложен, в споре и под запрещением (арестом) не состоит», имеются подписи сторон договора; договор купли-продажи от 15 мая 2015 года, из которого также следует, что Н. продала Ж. за 225.000 рублей автомобиль марки «Toyota **» белого цвета, 2001 года выпуска, с номером кузова **; а также протокол осмотра предметов (документов) от 16 февраля 2016 года (том 1 л.д. 180-182, 183- 188, 189);

- договор от 04 февраля 2013 года купли-продажи автомобиля марки «Toyota **» белого цвета, 2001 года выпуска, номер кузова **, где в качестве продавца указан Я., в качестве покупателя - Н., место заключения договора - г. Томск, а также протокол осмотра предметов (документов) (том 2 л.д. 86, копия - том 1 л.д. 81; том 2, л.д. 102-104);

- сведения из АО «Страховая группа МСК» от 23 мая 2016 года, согласно которым между АО «СГ МСК» и ФИО4 филиалом АО «СГ МСК» заключен договор ОСАГО серии ** № ** на автомобиль марки «Toyota **» сроком действия с 07 февраля 2013 года по 06 февраля 2014 года, к управлению транспортным средством допущены Н., В., Г., У., а также приложенной светокопией страхового полиса серии ** № ** обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (том 3, л.д. 161);

- заключение эксперта № ** от 01 июня 2015 года (почерковедческая судебная экспертиза), согласно которому рукописный текст в договоре купли-продажи автомобиля марки «Toyota **» от 04 февраля 2013 года, заключенном от имени Я. и Н., выполнен не Я., а Н. (том 2, л. д. 97-99);

- договор купли-продажи автомобиля от 05 мая 2015 года и от 15 мая 2015 года, заключенный между покупателем Ж. и продавцом Н. (том 1, л.д. 189);

- сведения из листа бронирования № ** от 15 января 2013 года к путевке по маршруту Новосибирск-Бангкок (Таиланд) на В. и Н. с датой отправления - 22 января 2013 года, и датой возвращения - 04 февраля 2013 года в 23 часа 00 минут (том 1, л.д.125).

Также в судебном заседании мировым судьей были исследованы записи актов о заключении брака № ** от 23 мая 2003 года, № ** от 20 сентября 2013 года, № ** от 18 декабря 2014 года, из которых следует, что после заключения первого брака осужденная была под фамилией Т., после чего сменила на Н., затем на С., и в настоящее время является Родиной (том 2, л.д. 124, 125, 126).

Кроме того, в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции были допрошены представленные стороной защиты свидетели.

Так, допрошенные в качестве свидетелей родители осужденной У. (том 10, л.д. 118-124) и И. (том 10, л.д. 99-106) показали, что в декабре 2012 года решили приобрести для своей дочери ФИО1 автомобиль в пределах суммы 300.000 рублей. В. предложил им свою помощь в поиске автомобиля и в середине января 2013 года договорился о встрече с продавцом автомобиля марки «Toyota **» на 18 января 2013 года, показав им на своем сотовом телефоне фотографию данного автомобиля. 17 января 2013 года ФИО1 попросила И. принести на работу в больницу денежные средства в сумме 300.000 рублей, из которых 150.000 рублей принадлежали им, а остальная часть - ФИО1 Эти денежные средства были переданы В. для оформления договора купли-продажи транспортного средства. В вечернее время ФИО1 сообщила о покупке автомобиля марки «Toyota **». 19 января 2013 года ФИО1 и В. приехали к ним домой в [адрес] на приобретенном автомобиле, оставив его на хранение вместе с ключами и документами, так как через 2 дня отправлялись на отдых в Таиланд. Договор купли-продажи автомобиля представлял собой заполненный бланк, написанный Я. на Н. с указанием стоимости автомобиля в сумме 100.000 рублей и места составления - за Сосновским КПП, был подписан Я. и Н. Данный договор и автомобиль видели Р. и Я., у которых они ранее планировали занять денежные средства для покупки автомобиля для ФИО1 О покупке автомобиля они также рассказали Ч. Утром 07 февраля 2013 года ФИО1 и В., забрав автомобиль, поехали ставить его на учет в ГИБДД. В тот же день ФИО1 рассказала, что вписала в страховой полис ОСАГО В. и его напарника по работе Г., а также об обстоятельствах постановки автомобиля на регистрационный учет в ГИБДД, в ходе чего ФИО1 собственноручно пришлось переписать договор купли-продажи автомобиля в связи с отсутствием в нем записи «[адрес]», в новом договоре за продавца автомобиля Я. расписался В. Претензий по поводу автомобиля им никто не предъявлял, пока ФИО1 не обратилась в суд в отношении В. за нанесение побоев. В 2015 году, посоветовавшись с адвокатом, который разъяснил, что поскольку в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 было отказано, то обременения на автомобиль не имеется, они решили продать автомобиль марки «Toyota **», так как хотели отдать ФИО1 другой автомобиль. По объявлению позвонил покупатель Ж., и дальнейшими вопросами по продаже автомобиля занимались У. и И. (брат осужденной). 30 апреля 2015 года автомобиль марки «Toyota **» был продан Ж., У. получил от него денежные средства и расписку от 30 апреля 2015 года, при этом ФИО1, которая не смогла лично приехать на встречу с покупателем по состоянию здоровья и по причине ухода за ребенком, в тот день подписала сразу два бланка договора купли-продажи автомобиля марки «Toyota **» на случай, если один из них при заполнении будет испорчен. В 2015 году после майских праздников Ж. позвонил и попросил еще один бланк договора купли-продажи автомобиля марки «Toyota **» для постановки на учет в ГИБДД, поскольку он пропустил срок, который отводится для постановки автомобиля на учет. Они (И. и У.) привезли Ж. за Сосновское КПП еще один бланк договора купли-продажи автомобиля марки «Toyota **», подписанный ФИО1 

Свидетель И. в судебном заседании дал аналогичные показания свидетелям И. и У. относительно приобретения для ФИО1 автомобиля марки «Toyota **», при этом также показал о том, что договор купли-продажи данного автомобиля был написан Я. на его сестру Н. По поводу продажи автомобиля Ж. указал, что в конце 2014 года решили продать автомобиль сестры за ненадобностью, поскольку она забеременела. Он занимался продажей этого автомобиля, вместе с отцом ездил на встречу с покупателем в район КПП, забрав у сестры ПТС и подписанные ею два бланка договора купли-продажи. Автомобиль продали 30 апреля 2015 года за 220.000-225.000 рублей, при этом Вейт написал расписку об отсутствии у него претензий (т.10, л.д. 136-142).

Из показаний свидетелей Я. (том 10, л.д. 107-109) и Р. (том 10, л.д. 110-111) следует, что в конце декабря 2012 года их знакомые У. просили одолжить им денежные средства, если у них не хватит для покупки автомобиля своей дочери ФИО1 В конце января 2013 года, когда они приезжали в гости У., во дворе дома видели автомобиль с капотом черного цвета, по поводу которого И. пояснила, что данный автомобиль с помощью В. был куплен для ФИО1 за 300.000 рублей, из которых 150.000 рублей последняя взяла в кредит в банке, а 150.000 рублей принадлежат им. Также И. показывала договор купли-продажи автомобиля, согласно которому Я. продал Н. автомобиль марки «Toyota **» за 300.000 рублей. 

Согласно показаниям свидетеля Ч., в январе 2013 года, когда В. и ФИО1 отдыхали в Таиланде, она видела во дворе дома У. автомобиль марки «Toyota **» белого цвета с черным капотом. И. пояснила, что этот автомобиль был приобретен при помощи В. для ФИО1 на денежные средства, из которых 150.000 рублей вложили она и У. за проданный ранее автомобиль ФИО1, и 150.000 рублей, которые ФИО1 взяла в кредит. Впоследствии она видела, как ФИО1 управляла данным автомобилем в течение длительного времени (том 10, л.д. 112-114). 

Свидетели Д. (том 10, л.д. 127-131) и Х. (том 10, л.д.132-135) показали, что 20 января 2013 года находились в гостях у ФИО1, где праздновали покупку ФИО1 автомобиля марки «Toyota **», на приобретение которого в декабре 2012 года ФИО1 брала в кредит 150.000 рублей, а 150.000 рублей ей дали родители. В день празднования покупки В. говорил, что автомобиль принадлежит ФИО1, рассказывая также об оказанной им помощи в поисках автомобиля и о помощи со стороны родителей ФИО1 Впоследствии В. угрожал им, чтобы они не свидетельствовали в пользу ФИО1 

Из показаний свидетеля П. следует, что во второй половине января 2013 года в утреннее время она видела, как ФИО1 передала В. свой паспорт, а И. - 300.000 рублей, которые со слов последний полагались для приобретения автомобиля «Toyota **» для ФИО1 Также затем со слов И. ей стало известно, что В. приезжал к ним на работу и показывал автомобиль ФИО1 (том 10, л.д. 114-117).

Согласно показаниям свидетеля Б., в 2013 году после новогодних праздников во время обеденного перерыва она, находясь на улице возле центрального входа в больницу, видела, как ФИО1 вместе с В. осматривали автомобиль марки «Toyota **» белого цвета с черным капотом, при этом ФИО1 рассказала ей, что купила автомобиль за 300.000 рублей, а его пригнал В. Впоследствии от матери ФИО1, ей стало известно, что ФИО1 взяла в кредит 150.000 рублей, а она (И.) и У. добавили до полной стоимости автомобиля 150.000 рублей (т. 10, л.д. 127-131).

Проверив все доказательства, представленные сторонами, дав им оценку, мировой судья обоснованно отверг показания свидетелей стороны защиты, а также осужденной ФИО1 в части приобретения автомобиля для последней через В., приняв во внимание показания свидетелей, представленных стороной обвинения, как согласующиеся с другими доказательствами, подтверждающих подложность договора купли-продажи от 04 февраля 2018 года между осужденной и Я., который отрицал факт оформления с осужденной каких-либо документов. 

К выводу о виновности ФИО1 во вмененных ей преступлениях суд первой инстанции пришел на основании представленных доказательств, оценка которым приведена с достаточной полнотой, с чем суд апелляционной инстанции полностью соглашается.

Несмотря на то, что договор купли-продажи автомобиля не является официальным документом, однако данный договор предоставляет право собственности на транспортное средство, в связи с чем использование заведомо подложного указанного договора самим подделывателем образует состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 327 УК РФ.

Вопреки утверждению стороны защиты, основания, по которым суд пришел к выводу о доказанности наличия мотива у ФИО1 на совершение самоуправства, приведены в приговоре, а указанные в жалобе обстоятельства не влияют на квалификацию действий осужденной по данному преступлению. 

Доводы жалобы об отсутствии в приговоре сведений: о конкретизации нарушенного ФИО1 порядка разрешения имущественных претензий; указания на закон, устанавливающего данный порядок; о том, какие именно ложные, не соответствующие действительности сведения умышленно сообщила осужденная в своем заявлении, суд апелляционной инстанции считает, что они направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств, и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ.

Действительно, факт регистрации автомобиля не влечет за собой признания приобретения прав собственности или владения, однако, поставив автомобиль на учет путем предоставления подложного договора купли-продажи автомобиля, ФИО1 тем самым создала препятствие для потерпевшей в части распоряжения транспортным средством, чем в дальнейшем сама и воспользовалась, продав автомобиль свидетелю Ж.

Кроме того, фактическое отсутствие ФИО1 при совершении сделки купли-продажи автомобиля свидетелю Ж. не свидетельствует о том, что автомобиль был продан последнему без её ведома.

Время, место и способ самоуправства судом установлены исходя из анализа показаний потерпевшей, свидетелей В. и Ж., а также показаний самой ФИО1 и допрошенных в качестве свидетелей её родителей и брата. 

То обстоятельство, что заявление, поданное в РЭО ОГИБДД, собственноручно ФИО1 не заполняла, а почерковедческая экспертиза для установления факта, кем оно было выполнено, не проводилась, не свидетельствует о непричастности осужденной к совершенным преступлениям.

Довод стороны защиты о том, что ФИО1, находясь на отдыхе, никаких требований В. о возврате денежных средств, затраченных ею на путевки, не высказывала, является ошибочным и не может быть принят во внимание.

Выводы мирового судьи подробно мотивированы и не вызывают у суда апелляционной инстанции сомнений в их правильности.

Отсутствие в приговоре оценки показаний К. не свидетельствует о недостоверности иных доказательств. 

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерацию. Суд первой инстанции с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон оценил представленные доказательства, предоставил сторонам равные возможности для реализации своих прав.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на законность, обоснованность и справедливость приговора, влекущих его отмену, мировым судьей не допущено.

Правовая оценка действий ФИО1 соответствует предъявленному обвинению и уголовному закону. Квалификация действий осужденной является правильной. 

Оснований для оправдания ФИО1 судом апелляционной инстанции не установлено.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, характеризующих данных о личности виновной, обстоятельства, смягчающего наказания, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни её семьи.

Так, мировым судьей принято во внимание то, что совершенные ФИО1 преступления относится к категории небольшой тяжести, она положительно характеризуется, не судима, находится в молодом возрасте, имеет постоянное место жительства, трудоустроена.

Обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ мировым судом признано наличие малолетних детей.

Отягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ мировым судьей обоснованно не установлено.

Мировой судья правильно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ. Выводы суда мотивированы и не вызывают у суда апелляционной инстанции сомнений в их правильности.

Назначенное наказание отвечает требованиям справедливости как по составам преступлений, так по их совокупности, и смягчению или отмене не подлежит.

Освобождение ФИО1 на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ от назначенного наказания за истечением срока давности уголовного преследования обоснованно, вывод суда в этой части мотивирован.

Вместе с тем, в описательно-мотивировочной части приговора при освобождении ФИО1 от назначенного наказания неверно указан год, когда истекли сроки уголовного преследования, а именно: 07 февраля 2013 года вместо 07 февраля 2015 года по ч. 3 ст. 327 УК РФ, и 05 мая 2015 года вместо 05 мая 2017 года по ч. 1 ст. 330 УК РФ.

Учитывая, что данные технические ошибки не влекут за собой признание самого судебного решения незаконным и необоснованным, а также не ухудшают положение осужденной ФИО1, суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести в описательно-мотивировочную часть приговора соответствующие уточнения.

В остальной части приговор мирового судьи судебного участка № 1 Северского судебного района Томской области, исполнявшего обязанности мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области, от 13 июля 2018 года, в отношении ФИО1, подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор мирового судьи судебного участка № 1 Северского судебного района, исполнявшего обязанности мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района, от 13 июля 2018 года, в отношении ФИО1, изменить. 

Уточнить в описательно-мотивировочной части приговора о том, что сроки уголовного преследования за совершенные ФИО1 преступления истекли 07 февраля 2015 года (по ч. 3 ст. 327 УК РФ) и 05 мая 2017 года (по ч. 1 ст. 330 УК РФ).

В остальной части приговор оставить без изменения, а жалобу адвоката Ильюшонок М.Г. в защиту осужденной – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Томский областной суд.

Судья Е.В. Юрастова