РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 июля 2021 года г. Тверь

Заволжский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Янчук А.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Маргарян Н.А.,

с участием представителя истца ФИО1 и ее представителя – адвоката Човушян В.О.,

представителя ответчика – адвоката Соколова О.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором просит признать недействительным договор дарения доли жилого помещения, применить последствий недействительности сделки, восстановить право собственности истца на жилое помещение, прекратить право пользования жилым помещением его приобретателем по договору, взыскать судебные расходы на оплату труда адвоката в размере 30000 рублей, на оформление доверенности в размере 1200 рублей.

Требования мотивированы тем, что в 2006 году между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Истец считает указанный договор недействительным, поскольку сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения. Заключая оспариваемый договор дарения, истец заблуждалась относительно сущности договора и содержания взаимных обязательств сторон. Заключая договор, истец была введена ответчиком в заблуждение относительно его природы, так как ответчик взамен на подаренную долю в квартире обязалась ухаживать за истцом, приносить продукты, помогать при ведении домашнего быта (готовить, стирать и убирать) пожизненно, до конца дней истца. Однако год назад ответчик прекратила какой-либо уход за истцом, а также перестала посещать истца и оказывать какие-либо знаки внимания и проявления заботы. Если бы истец предполагала данный исход событий, то никогда бы не имела намерения дарить ответчику принадлежащее ей жилое помещение. Жилое помещение является для истца единственным жильем. 

После заключения договора дарения, его один экземпляр истцу не дали, просто привезли в регистрационную службы, где как истец потом поняла по полученной выписке из ЕГРН, было зарегистрировано право собственности за ответчиком. У сторон была договоренность о том, что между ними заключен договор пожизненного содержания, однако после того, как уход за истцом перестал быть должным, истец запросила выписку из ЕГРН о собственниках. 

Определением суда от 28 мая 2021 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области. 

В судебном заседании истец ФИО1 поддержали заявленные требования. Дополнительно пояснила, что, подписывая договор дарения доли квартиры, полагала, что составлено завещания. Договор не читала, его копию ей не дали. Присутствовала в Управлении Росреестра по Тверской области на ул. Горького при государственной регистрации договора. О том, что заключен договор дарения, узнала примерно через два-три месяца после его подписания от ответчика. Взамен на долю квартиры ответчик обещала оказывать помощь, ухаживать за ней. Однако в последний год ответчик прекратила общение с истцом, не берет трубку, помощи не оказывает. В 2007 году и в 2011 году лично обращалась в Управление Росреестра по Тверской области для государственной регистрации права собственности на доли квартиры. 

Представитель истца – адвокат Човушян В.О. поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить. Пояснил, что срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку о том, что заключен именно договор дарения, истец узнала после получения выписки из ЕГРН. При заключении договора, истец была введена ответчиком в заблуждение относительно его природы, так как ответчик взамен обязалась ухаживать за истцом пожизненно.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. 

Представитель ответчика – адвокат Соколов О.Д. возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в письменных возражениях, в которых указал, что для удовлетворения требований истца отсутствует условие, указанное в пункте 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, невозможно разумно и объективно оценить оспариваемую сделку, иначе как безвозмездное отчуждение имущества. Отсутствует доказательства заблуждения истца в предмете и природе сделки. При разумной и объективной оценке, оспариваемой сделки, невозможно ошибиться в существенных условиях сделки, а именно: безвозмездная сделка по отчуждению имущества. Встречное обязательство ответчика по оспариваемой сделке заключалось в том, чтобы принять дар. Ответчик приняла в дар имущество, что подтверждается договором и государственной регистрацией перехода права. Иных обязательств на ответчика не возлагалось. Воля истца, предмет и природа сделки сформулированы в оспариваемом договоре четко, не однозначно, что исключает существенного заблуждения стороны. Оспариваемый договор подписан сторонами и прошел государственную регистрацию перехода права. Стороны состоят в родственных отношениях, чем и было обусловлено заключение договора дарения имущества. В результате оспариваемой сделки истец не лишилась права на жильё, как утверждает в исковом заявлении. За истцом сохраняется право собственности на 1/2 долю квартиры. 

Далее указал, что самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований является истечение срока исковой давности, который просил применить. Моментом, с которого истец должна была узнать о недействительности сделки, является дата подписания оспариваемого договора дарения. Утверждения истца о том, что она не знала о существовании оспариваемого договора дарения, опровергается следующими обстоятельствами: оспариваемым договором дарения, совершением истцом регистрационных действий с квартирой в 2007 году и в 2011 году, участием истца в судебном разбирательстве в 2010 году в Заволжском районном суде г. Твери по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО3 Кроме того, требования истца не подлежат удовлетворению и в связи с тем обстоятельством, что истцом не указан предмет иска.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, реестра и картографии по Тверской области при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, ходатайств не поступило. 

Судом определено о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Допрошенная в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО4 показала, что со слов истца ей известно о том, что она подарила часть своей квартире племяннице. Ответчика никогда не видела. ФИО1 проживает одно, часто обращается к ней за помощью, поскольку племянница ей не помогает. 

Допрошенные в ходе рассмотрения дела свидетели ФИО5 и ФИО6 дали показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО4 

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела и представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Статья 572 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Положениями статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

На основании пункта 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В судебном заседании установлено, что спорной является 1/2 доля жилого помещения – квартиры, площадью 47,6 кв.м., расположенной по адресу: Тверская 

<

адрес>.

13 декабря 2005 года между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Указанная доля в квартире принадлежала дарителю на праве собственности на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 25 января 2003 года.

Договор дарения от 13 декабря 2005 года составлен и подписан сторонами в трех экземплярах, один из которых передан дарителю (п. 6.2 договора).

Согласно отметке в договоре дарения, государственная регистрация сделки произведена 10 января 2006 года, переход права собственности зарегистрирован Управлением Росреестра по Тверской области в надлежащем порядке.

Таким образом, ответчик ФИО2 стала собственником 1/2 доли квартиры 

<

адрес>, д. 88/2.

Из помещенных в реестровое дело документов, следует, что за истцом ФИО1 зарегистрировано право собственности на 1/2 долю спорной квартиры на основании свидетельства о праве на наследство от 09 октября 2007 года и решения Заволжского районного суда г. Твери от 17 декабря 2010 года по делу № 2-4110/2010. 

В ходе рассмотрения дела сторонами не оспорено, что после совершения сделки дарения и до настоящего времени истец продолжает проживать в спорной квартире, что подтверждается также ответом ООО УК «Застава».

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В обоснование требований о признании сделки недействительной истец и ее представитель ссылались на то обстоятельство, что ФИО1 заблуждалась относительно природы сделки, поскольку в силу преклонного возраста имела намерения заключить договор с целью получения физической поддержки, была введена в заблуждение ФИО2, обещавшей ей оказывать такую помощь и ухаживать за ней, но изменившей отношений к ней после заключения договора дарения.

Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.

Заблуждение может влиять на юридическую силу сделки только в тех случаях, когда оно настолько существенно, что обнаруживает полное несоответствие между тем, что желало лицо, и тем, на что действительно была обращена его воля. Таким образом, существенным заблуждение будет в том случае, когда есть основание полагать, что совершивший сделку не заключил бы ее, если бы знал обстоятельства дела.

Вместе с тем, ФИО1 в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемый договор совершен под влиянием существенного заблуждения в отношении природы сделки.

Так, в приведенном выше договоре дарения доли квартиры от 13 декабря 2005 года согласованы все существенные условия, четко выражены его предмет и воля сторон. Данный договор дарения, составленный в письменной форме, собственноручно подписан сторонами, в том числе и ФИО1 Названный договор дарения по своей форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством.

В судебном заседании истец подтвердила, что присутствовала в помещении Управления Росреестра по Тверской области на ул. 

<

адрес> при сдаче на государственную регистрацию договора дарения.

Доводы ФИО1 о том, что ею не был прочитан договор дарения, не свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка совершена под влиянием заблуждения, поскольку при вступлении в гражданские правоотношения субъекты должны проявлять разумную осмотрительность. Перед подписанием договора дарения истец имела возможность ознакомиться с изложенными в договоре условиями. Кроме того, до подписания договора дарения ФИО1 не была лишена возможности получить юридическую консультацию у специалиста.

Из материалов дела не следует, что сторонами сделки обсуждались условия возмездности приобретения ответчиком доли жилого помещения. 

Как заключенный договор дарения доли квартиры от 13 декабря 2005 года, так и доказательства, исследованные в ходе рассмотрения дела, показания свидетелей, не содержат указания на предоставление встречного обязательства ответчиком по осуществлению ухода за истцом, в связи с чем ФИО1 не могла рассчитывать на оказание данных услуг ФИО2 после заключения договора дарения, который в силу закона является односторонней, безвозмездной сделкой.

С учетом изложенного суд считает несостоятельными доводы стороны истца, суть которых сводится к утверждению о том, что сторонами договора оговаривалось оказание ФИО2 истцу пожизненной помощи и поддержки.

Ссылки представителя истца на возраст, состояние здоровья истца, нуждаемость в постоянной помощи, сами по себе не свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка дарения совершена ФИО1 под влиянием заблуждения.

Обстоятельства, связанные с несением истцом расходов по содержанию жилого помещения, судом, как не имеющие правового значения, во внимание не принимаются, поскольку они не являются основаниями для признания договора дарения от 13 декабря 2005 года недействительным по мотиву заблуждения относительно природы сделки, имея отношение к правовым последствиям договора и мотивам его совершения.

На основании изложенного, руководствуясь вышеуказанными нормами, оценивая представленные доказательства и учитывая, что договор подписан истцом, исходя из его содержания, последняя намеревалась заключить сделку, связанную с дарением спорной доли квартиры, то есть безвозмездно передать ее в собственность ответчика, доказательств того, что выраженная в сделке воля сформировалась у истца вследствие заблуждения, не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора дарения доли квартиры от 13 декабря 2005 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, недействительным, применении последствий недействительности сделки.

Кроме того, в обоснование доводов возражений представителем ответчика заявлено о применении срока исковой давности.

В рассматриваемом случае истцом заявлено требование о признании сделки дарения, как совершенной под влиянием заблуждения, недействительной, то есть, заявлено о признании оспоримой сделки недействительной.

Согласно статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как разъяснено в пунктах 1, 12, 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. 

В соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Истец в обоснование своих доводов указала, что о нарушении права ей стало известно примерно через два-три месяца после подписания договора. Вместе с тем, юридически значимым является факт осведомленности о сделке самой ФИО1 как стороны сделки. О заключении договора дарения от 13 декабря 2005 года истцу было известно, поскольку она лично его подписала, присутствовала при государственной регистрации договора 10 января 2006 года. Таким образом, истец именно с этого момента должна была узнать о нарушении своего права, в то время как обращение истца с настоящим иском последовало лишь 26 марта 2021 года, то есть спустя более 15 лет с момента исполнения сделки.

Доказательств уважительности пропуска срока исковой давности для обращения в суд истец не представил. Судом оснований, предусмотренных статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, для восстановления пропущенного истцом срока исковой давности, не установлено. 

При таких обстоятельствах, не установив наличие заблуждения ФИО1 при заключении договора дарения доли квартиры 13 декабря 2005 года, суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен без уважительных причин установленный законом срок для обращения в суд, что в силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при отказе в удовлетворении исковых требований судебные расходы истцу не возмещаются.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 28 июля 2021 года. 

Председательствующий А.В.Янчук

1версия для печати