Решение

именем Российской Федерации

16 января 2020 года город Черемхово

Черемховский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Новиковой О.А., при секретаре Поповой А.А., с участием прокурора Невидимовой Ю.В., истца ФИО1, представителя ответчика - ОАО «Российские железные дороги» ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-12/2020, по исковому заявлению ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги», акционерному обществу «СОГАЗ», о возмещении морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился с исковым заявлением к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, указав что ДД.ММ.ГГГГ на 5081 км. ВСЖД грузовым поез

<

адрес> были смертельно травмированы Ленинце И.Н. и ФИО3, что подтверждается постановлением Иркутского следственного отдела на транспорте Восточно-Сибирского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 приходится ему матерью, ранее и в настоящее время в связи со смертью последней он испытывает нравственные страдания в виде глубочайших переживаний, чувства горя и невосполнимости потери близкого человека, что явилось для него тяжелым потрясением, до настоящего времени он не может поверить в реальность произошедшего. Размер компенсации морального, морального вреда, причиненного смертью матери, оценивает в 500000 рублей, который просит взыскать с ответчика. 

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении заявленных исковых требований настаивал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, суду дополнил, что в месте, где смертельно была травмирована его мать никаких предупреждающих знаков не имеется, надлежащий переход через железнодорожные пути не оборудован. Он был очень привязан к матери, после ее смерти не обращался в медицинские учреждения, но потеря близкого и родного человека - матери, всегда причиняет детям моральные страдания, которые он испытывает до настоящего времени. В свою очередь со стороны железной дороги никто никакой помощи не предложил. 

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» - ФИО2, действующий на основании доверенности, против удовлетворения исковых требований возражал, по основаниям, изложенным в возражениях, приобщенных к материалам дела, просил в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

Представитель соответчика акционерного общества «СОГАЗ» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не заявлял, о причинах неявки не уведомил. 

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Невидимовой Ю.В., полагавшей, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению с учетом разумности и справедливости, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентирована ст. 1079 ГК РФ, согласно которой юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо, которое владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. 

Судом установлено, что ФИО3 приходится матерью ФИО1, что подтверждается представленным свидетельством о рождении. 

ФИО3, рожденная ДД.ММ.ГГГГ, умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти. 

Постановлением старшего следователя Иркутского следственного отдела Восточно – Сибирского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 110 УК РФ, по основаниям, предусмотренным п.1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - в связи с отсутствием события преступления. 

Тем же постановлением в возбуждении уголовного дела в отношении машиниста ФИО4 и помощника машиниста ФИО5 отказано в связи с отсутствием в их действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ. 

Из постановления от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела следует, что погибшая ФИО3 находилась на опасном участке железнодорожного пути, не предназначенном для нахождения граждан и их перехода через железнодорожное полотно, стоя спиной к приближающемуся подвижному составу грузового поезда. Смерть ФИО3 наступила в результате собственной неосторожности и нарушения ею правил безопасности. 

Принадлежность грузового поезда № ОАО «Российские железные дороги» подтверждается материалами расследования несчастного случая, и не оспаривалось представителем ответчика ОАО «Российские железные дороги» в ходе судебного разбирательства.

Согласно акту судебно – медицинского исследования трупа ФИО3 № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть наступила более 1,5 суток на момент исследования трупа, от тупой сочетанной травмы головы, груди, живота и забрюшинного пространства, левой нижней конечности, а также имеются повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и причинены незадолго до смерти тупыми твердыми травмирующими предметами, контактная часть которых имеет как ограниченную, так и преобладающие травмированные поверхности, чем могли быть части движущегося рельсового транспорта, детали железнодорожного полотна.

Доказательств того, что смерть ФИО3 наступила в результате умысла последней в судебном заседании не представлено. Равно, как и не представлено в опровержение сведений, изложенных в п. 7 акта № служебного расследования транспортного происшествия, достоверных доказательств отсутствия на месте происшествия предупреждающих знаков и переходных настилов через железнодорожные пути. 

В свою очередь отсутствие вины причинителя вреда не освобождает ОАО «Российские железные дороги», как владельца источника повышенной опасности, от обязанности возместить причинный вред, поскольку в данном случае ответственность наступает независимо от вины (п.17 Постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Доводы представителя ответчика о том, что ответственность по возмещению вреда, причиненного в результате гибели ФИО3 должна нести страховая компания АО «СОГАЗ», являющаяся правопреемником ОАО «Страховое общество ЖАСО», с которым ответчиком был заключен договор страхования гражданской ответственности в том числе по обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда жизни и/или здоровью, не могут быть приняты во внимание.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в ст. 12 ГК РФ. 

Выбор способа защиты права, право определения круга ответчиков и предъявления к ним исковых требований принадлежит истцу. 

Истцом в данном случае выбран способ защиты права, который приведет к его восстановлению, путем предъявления требований к организации, осуществляющей эксплуатацию поезда в силу принадлежащего ей права собственности - ОАО «Российские железные дороги». 

В соответствии с представленным договором на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «Российские железные дороги» №.10/ДКС 1.1 от ДД.ММ.ГГГГ, страховщик - ОАО «страховое общество ЖАСО» - обязалось за плату (страховую премию) при наступлении страхового случая возместить выгодоприобретателю ущерб, возникший вследствие причинения вреда их жизни, здоровью, имуществу.

Вместе с тем, согласно п. 8.1.1.3 договора, если Страхователь на основании исполнения судебного решения произвел выгодоприобретателю компенсацию причиненного морального вреда до страховой выплаты по настоящему договору, то страховая выплата осуществляется страхователю в пределах, установленных настоящим договором, после предоставления страховщику доказательства произведенных расходов.

Кроме того, в соответствии с п. 8.9 договора, в случае вынесенного судебного решения и вступления его в законную силу о возмещении страхователем выгодоприобретателю причиненного им вреда, страховщику должны быть предоставлены документы (вступившее в законную силу постановление суда, копия исполнительного листа и т.п.), подтверждающие факт причинения вреда и размер причиненного вреда, которые послужат основанием для составления соответствующего страхового акта.

Таким образом, договором страхования, заключенным между ОАО «Российские железные дороги» и ОАО «страховое общество ЖАСО», предусмотрены не только прямые выплаты страхового возмещения выгодоприобретателям, но и возмещение ОАО «Российские железные дороги» расходов на исполнение решений суда о возмещении вреда третьим лицам. 

Изложенное свидетельствует о том, что в случае исполнения судебного решения ОАО «Российские железные дороги» не лишено возможности получить страховое возмещение от страховой компании АО «СОГАЗ» в соответствии с условиями заключенного договора в пределах страховой суммы.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Из пояснений ФИО1, данных в судебном заседании следует, что он и его сестры и братья всегда проживали со своей матерью, как обычная семья. Мать работала учителем начальных классов, она выпивала, но не злоупотребляла спиртным. Он был очень привязан к своей маме, когда она умерла, ему было 14 лет, он приходил на место происшествия и все видел своими глазами, ее утрата причинила ему сильные душевные страдания, как любому ребенку. 

Поскольку материалами доследственной проверки установлено, что источником повышенной опасности, принадлежащим ОАО «Российские железные дороги» причинена смерть ФИО6, что, безусловно, причинило ее сыну ФИО1 нравственные страдания, а как следствие моральный вред, с учетом положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ и ст.ст. 150, 151 ГК РФ имеются основания для удовлетворения требований истца, о возмещении причиненного морального вреда. 

Переходя к определению размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание положения ст. 1101 ГК РФ, устанавливающей, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Так истцом заявлено требование о компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Представитель ответчика, выразил несогласие с размером морального вреда его компенсации ссылаясь на чрезмерность. 

Как следует из объяснений машиниста ФИО4 и помощника машиниста ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ они управляли локомотивом ВЛ80Т № в составе грузового поезда № при прохождении по второму железнодорожному пути участка на 

<

адрес> 

<

данные изъяты> км, при выезде из кривой, за 50 метров он увидел двух стоящих на краю шпал спиной к локомотиву женщину и мужчину, подав громкий звуковой сигнал и применив экстренное торможение, предотвратить наезд на стоящих людей не смог. О данном факте было доложено дежурному на 

<

адрес>. Стоянка поезда составила 8 минут, помощник машиниста был отправлен с осмотром. По истечении 8 минут они отправились согласно установленному маршруту.

Виновность сотрудников ОАО «Российские железные дороги», машиниста ФИО4 и помощника машиниста ФИО5, в произошедшем не установлена.

Согласно медицинским справкам ОГБУЗ «Черемховская городская больница №» ФИО3 на учете у врача-нарколога и врача - психиатра не состояла. Вместе с тем, из ответа, представленного ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» установлено, что при исследовании трупа ФИО3 в крови последней обнаружен алкоголь - 

<

данные изъяты> %о. 

Таким образом, в ходе расследования обстоятельств гибели ФИО3 установлено, что травмирование последней явилось следствием пренебрежения мерами личной осторожности и осмотрительности, поскольку она находилась в непосредственной близости от железнодорожного пути, не следила за сигналами, подаваемыми локомотивом, при приближении подвижного состава не отошли на безопасное расстояние, продолжая находиться в зоне повышенной опасности в состоянии алкогольного опьянения. В связи с чем, суд находит обоснованными довод ответчика о том, что погибшей была допущена грубая неосторожность. 

В соответствии с ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

При таких обстоятельствах, учитывая наряду с вышеизложенным фактические обстоятельства при которых была смертельно травмирована ФИО3, в частности наличие грубой неосторожности последней и отсутствие вины ответчика, а равно характер и степень нравственных страданий, перенесенных истцом, в частности то обстоятельство, что сам по себе факт смерти человека не может, по мнению суда, не причинить его родным и близким людям соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства несвоевременной и скоропостижной потери и горя, в особенности ребенка, находившегося на месте происшествия и пережившего преждевременную смерть матери, а также, то, что вред в данном случае возмещается независимо от вины причинителя вреда, его возмещение прямо предусмотрено действующим законодательством, суд находит основания для снижения определенного истцом размера компенсации морального вреда, считая его завышенным и определяет размер его компенсации в пользу истца в сумме 110000 рублей, полагая, что указанная сумма отвечает критериям разумности и справедливости, с учетом фактических обстоятельств, установленных при рассмотрении дела.

Довод представителя ОАО «Российский железные дороги» о наличии иной судебной практики не может повлиять на выводы суда, поскольку при разрешении спора суд руководствуется и применяет нормативные правовые акты, содержащиеся в ст. 11 ГПК РФ, в свою очередь перечисленные в возражениях на исковое заявление судебные акты не являются источником права, приняты в отношении иных лиц, а равно по иным фактическим обстоятельствам. 

Разрешая требования о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему. 

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии с пунктом 3 и пунктом 15 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истец был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Вместе с тем, пропорциональное распределение издержек к искам неимущественного характера не применяется.

Таким образом, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенным требованиям подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги», акционерному обществу «СОГАЗ», о возмещении морального вреда - удовлетворить.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1, компенсацию морального вреда в размере 110000 рублей.

В удовлетворении исковых требований к акционерному обществу «СОГАЗ» - отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Черемховский районный суд Иркутской области в течение одного месяца со дня составления судом мотивированного решения, которое будет составлено 24.01.2020. 

Судья: О.А. Новикова