Дело №2-4250/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 октября 2017 года

город Северодвинск

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи БарановаП.М.

при секретаре Снегирёвой И.Ю.,

с участием прокурора Кокоянина А.Е., ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Северодвинского городского суда гражданское дело по иску ФИО2 ФИО12 к акционерному обществу «Производственное объединение «Северное машиностроительное предприятие» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Производственное объединение «Северное машиностроительное предприятие» (далее – АО«ПО«Севмаш») о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование указал, что работал у ответчика в цехе №17 токарем, был уволен по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п. 6 ч.1 ст.81 ТКРФ, за появление на работе в состоянии опьянения. Медицинское освидетельствование на состояние опьянения не проводилось. Считает увольнение незаконным. Просил признать увольнение незаконным, восстановить его на работе, взыскать компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

Истец ФИО2, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. 

Представитель ответчика АО«ПО«Севмаш» по доверенности ФИО3 в судебном заседании с иском не согласилась.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел дело при данной явке.

Судом в соответствии со ст. 114 ГПК РФ предлагалось лицам, участвующим в деле, представить в суд все имеющиеся у них доказательства по делу, указывалось на последствия непредставления доказательств, а также разъяснялись положения ст.56 ГПКРФ о том, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Выслушав представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, допросив свидетелей, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Истец ФИО2 с 26.12.2013 работал токарем в цехе №17 АО«ПО«Севмаш»; 09.08.2017 уволен по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п.6 ч.1 ст.81 ТКРФ (л.д. 15 – 20).

Как следует из приказа заместителя генерального директора АО«ПО«Севмаш» по управлению персоналом от 08.08.2017 №3247/к, которым к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по указанному основанию, 27.07.2017 в 16 часов 15 минут и 04.08.2017 в 13 часов 15 минут ФИО2 был обнаружен на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения.

В соответствии с подпунктом «б» п.6 ч. 1 ст.81 ТКРФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации – работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Из материалов дела следует, что 27.07.2017 инженером по труду и кадрам цеха №17 ФИО14 был составлен акт №8 о появлении работника в состоянии алкогольного опьянения, из которого следует, что 27.07.2017 в 16 часов 15 минут токарь Т.Н.ИБ. был обнаружен на рабочем месте с признаками алкогольного опьянения (запах алкоголя в выдыхаемом воздухе, нарушение речи, неустойчивость позы, агрессивное поведение), акт был также подписан мастером ФИО15 и заместителем начальника цеха ФИО16 С актом ознакомлен Т.Н.ИБ.

На следующий день 28.07.2017 у Т.Н.ИВ. были получены письменные объяснения, в которых указал, что в 16 часов 15 минут был отстранен от работы инженером по труду в связи с тем, что показалось, что он был с запахом изо рта; после этого он поехал на ФИО4 (в ГБУЗАрхангельской области «Северодвинский психоневрологический диспансер») на машине, попал в «пробку» и был там в 19 часов; доктор ему ничего не дал, потому что прошло 2 часа, и он поехал обратно домой.

После этого, 04.08.2017 инженером по труду и кадрам цеха №17 ФИО17 был составлен акт №9 о появлении работника в состоянии алкогольного опьянения, из которого следует, что 04.08.2017 в 13 часов 15 минут токарь Т.Н.ИБ. был обнаружен на рабочем месте с признаками алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, поведение, не соответствующее обстановке), акт был также подписали мастер ФИО18 и старший мастер ФИО19 (л.д.23).

Приказом исполняющего обязанности начальника цеха №17 от 04.08.2017 №445, изданным на основании указанного акта и докладной мастера ФИО20., токарь Т.Н.ИБ. был отстранен от работы 04.08.2017 с 13 часов 15 минут до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы. Истец был ознакомлен с приказом 07.08.2017 (л.д.21).

Согласно полученным от истца 07.08.2017 письменным объяснениям, 04.08.2017 после обеда у него стал сильно болеть живот; он сходил на другой участок, хотел найти таблетки от живота, но ничего не нашел; перед этим всю ночь не спал; мастер ФИО21. подумал, что он пьяный и в 13 часов 15 минут отправил домой (л.д. 22).

Приказом заместителя генерального директора АО«ПО«Севмаш» по управлению персоналом от 08.08.2017 №3247/к истец был уволен по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п.6 ч.1 ст.81 ТКРФ, за нарушение требований п.3.4.1 правил внутреннего трудового распорядка, выразившееся в появлении на рабочем месте 27.07.2017 и 04.08.2017 в состоянии алкогольного опьянения. От ознакомления под роспись с данным приказом истец отказался, о чем 09.08.2017 был составлен акт №7 об отказе от ознакомления под роспись с приказом заместителя генерального директора от 08.08.2017 №3247/к «О применении дисциплинарного взыскания к Т.Н.ИГ.». Данный акт подписан Т.Н.ИД. без замечаний.

В соответствии со ст. 192 ТКРФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 настоящего Кодекса, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст.193 ТКРФ. Согласно данной норме трудового законодательства до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки – позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Из материалов дела следует, что истец был уволен за появление на работе 27.07.2017 и 04.08.2017 в состоянии алкогольного опьянения. Таким образом, увольнение истца являлось дисциплинарным взысканием. До издания приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем у истца были затребованы и получены письменные объяснения. С приказом от 08.08.2017 о применении дисциплинарного взыскания (увольнении) истец был ознакомлен 09.08.2017, от ознакомления с приказом под роспись истец отказался, о чем представителями работодателя был составлен соответствующий акт.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела, истцом не оспорены и не опровергнуты.

Таким образом, установленный законом порядок применения дисциплинарного взыскания (ст.193 ТКРФ) при увольнении истца ответчиком был соблюден.

Оспаривая увольнение, ФИО2 в исковом заявлении утверждает, что в состоянии опьянения на рабочем месте не находился, ссылается на то, что медицинское освидетельствование на состояние опьянения и соответствующие лабораторные исследования не проводились.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту «б» пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием.

Необходимо также учитывать, что увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию.

Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается истцом, что 27.07.2017 и 04.08.2017 являлись для истца рабочими днями. Приказом исполняющего обязанности начальника цеха №17 от 15.06.2015 №392 в цехе был установлен следующий режим работы и перерывов для отдыха и приема пищи: понедельник – начало работы в 08.15 час., окончание работы в 17.15 час., вторник – пятница – начало работы в 08.15 час., окончание работы в 17.15 час. (по графикам №5, 7 в 16.15 час.); перерыв для отдыха и приема пищи с 11.45 час. до 12.45 час.; перерывы для отдыха – с 10.00 час. до 10.15 час., с 15.00 час. до 15.15 час.

В соответствии с подпунктом 1 п.3.4 правил внутреннего трудового распорядка, с которыми истец был ознакомлен, работнику запрещается употреблять спиртные напитки, наркотические и токсические вещества на территории предприятия, а также работать или находиться на территории предприятия в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения.

Представленными ответчиком доказательствами последовательно подтверждается факт появления истца на рабочем месте в рабочее время 27.07.2017 и 04.08.2017 в состоянии алкогольного опьянения.

Так, в дело представлены акты №8 и №9, составленные инженером по труду и кадрам цеха №17 ФИО22., о том, что токарь ФИО2 27.07.2017 в 16 часов 15 минут и 04.08.2017 в 13 часов 15 минут был обнаружен на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Акты фиксируют наличие у истца в момент обнаружения конкретных признаков опьянения (запах алкоголя, нарушение речи, неустойчивость позы, неадекватность поведения). Содержание данных актов засвидетельствовано мастером ФИО23., заместителем начальника цеха ФИО24., старшим мастером ФИО25.

Указанные лица, а также работник цеха №17 плотник ФИО26. были допрошены судом в качестве свидетелей. В своих показаниях свидетели ФИО27., ФИО28., ФИО29. подтвердили факт выявления Т.Н.ИВ. на рабочем месте 27.07.2017 в 16 часов 15 минут в состоянии алкогольного опьянения. Свидетели отмечают, что от истца исходил запах алкоголя, речь была невнятной, заторможенной, походка шатающаяся. Согласно показаниям ФИО30., когда ФИО2 отстранили от работы и повели в раздевалку, он высказывал какие-то претензии, позднее у него случилась истерика, он бил кулаком по шкафу в цехе, орал, ходил по проходу 5 – 10 минут.

Свидетели ФИО31., ФИО32., ФИО33., ФИО34. подтвердили факт нахождения истца на работе в состоянии алкогольного опьянения 04.08.2017. Согласно показаниям данных свидетелей у ФИО2 имелись признаки опьянения – запах алкоголя, несвязная, замедленная речь, шатающаяся походка, неадекватное поведение. Согласно показаниям ФИО37., ФИО38. и ФИО39., истец пытался убежать от них в цехе; был обнаружен ФИО35. и ФИО36. на сварочном участке и когда они пытались отвести его в раздевалку, истец зашел в туалет, закрылся в кабинке и не выходил. Чтобы вывести его оттуда, был вызван плотник ФИО40., который вскрыл дверь кабинки. В раздевалке истец отказывался переодеваться, в дальнейшем снова закрылся в кабинке в туалете. Из цеха был выведен силами охраны.

Свидетели ФИО41., ФИО42., ФИО43. и ФИО44 участвовали в составлении актов о появлении работника в состоянии опьянения, подтвердили содержащиеся в актах сведения. Данные свидетели, а также свидетель ФИО5 указывают на конкретные признаки опьянения, имевшиеся у ФИО2, в том числе сильный запах алкоголя, шаткость походки, нарушение речи, неадекватное поведение. Таким образом, представителями работодателя у истца 27.07.2017 и 04.08.2017 в рабочее время и на рабочем месте были выявлены конкретные признаки алкогольного опьянения, которые в достаточной степени сопоставимы с признаками опьянения, названными в приказе Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18.12.2015 №933н.

Показания всех допрошенных свидетелей согласуются между собой и с имеющимися в деле письменными доказательствами. Доказательств, опровергающих показания свидетелей, истцом в суд не представлено. Свидетели предупреждены судом об уголовной ответственности по ст.307 УКРФ за дачу заведомо ложных показаний. Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется.

В дело представлена копия служебной записки сотрудника ФГУП«Охрана» ФИО45., исполнявшего обязанности старшины группы, из которой следует, что около 13 часов 30 минут от дежурного по караулам поступило распоряжение прибыть в цех №17 для сопровождения с территории предприятия работника Т.Н.ИВ. предположительно находившегося в состоянии опьянения. ФИО2 находился в кабинке туалета, после 5 минут диалога вышел и согласился покинуть территорию предприятия, был сопровожден через вахту, пропуск изъят. Факт задержания Т.Н.ИВ. в состоянии опьянения 04.08.2017 зафиксирован в книге учета лиц, задержанных в нетрезвом состоянии.

По смыслу разъяснений, изложенных в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», состояние алкогольного опьянения у работника может быть подтверждено любыми средствами доказывания.

При этом для фиксации признаков алкогольного опьянения работника не требуется специальных познаний и медицинского образования у представителя работодателя, поскольку такие требования не предусмотрены законодательством.

Судом установлено, что представители работодателя, составившие акты о появлении истца на работе в состоянии опьянения 21.07.2017 и 04.08.2017, непосредственно наблюдали истца в эти дни, общались с ним и фиксировали у него конкретные признаки алкогольного опьянения. Согласно показаниям данных свидетелей Т.Н.ИГ. разъяснялось его право пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, для чего ему следовало обратиться в соответствующую медицинскую организацию.

Факт отстранения его от работы 27.07.2017 и 04.08.2017 в связи с тем, что работодатель пришел к выводу о наличии у него состояния алкогольного опьянения, Т.Н.ИБ. в своих письменных объяснениях не отрицал.

Трудовое законодательство не содержит положений, предусматривающих обязательное направление работодателем работника на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, как условие законности увольнения по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п.6 ч.1 ст.81 ТКРФ. Вместе с тем, истец не был лишен возможности самостоятельно обратиться в соответствующую медицинскую организацию для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке, предусмотренном подпунктом 7 п.5 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18.12.2015 №933н, чтобы доказать отсутствие у него алкогольного опьянения.

Данным правом, о котором истец был проинформирован работодателем, Т.Н.ИБ. не воспользовался, медицинских документов об отсутствии у него состояния опьянения в указанные работодателем дни работодателю и в суд истец не представил.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что работодателем представлены достаточные доказательства грубого нарушения истцом трудовых обязанностей, а именно появления его на работе в рабочее время в состоянии алкогольного опьянения, что является самостоятельным и достаточным основанием для применения к совершившему его работнику дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Из материалов дела усматривается, что работодателем учитывалось отношение истца к исполнению своих трудовых обязанностей, наличие у него дисциплинарного взыскания, отрицательную характеристику в отношении соблюдения трудовой дисциплины (л.д. 17 – 19, 25).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что при применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду, как того требуют ст.192 ТКРФ и п.53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2.

Суд приходит к выводу, что у работодателя имелись основания для применения к Т.Н.ИГ. дисциплинарного взыскания в виде увольнения по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п.6 ч.1 ст.81 ТКРФ. Порядок применения дисциплинарного взыскания и процедура увольнения работодателем не нарушены.

Поскольку судом не установлено оснований для признания незаконным увольнения Т.Н.ИВ., суд приходит к выводу, что требования истца о восстановлении на работе не подлежат удовлетворению, следовательно, не имеется оснований для взыскания в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула. Соответственно, не подлежит удовлетворению и производное требование о взыскании компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 194–199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО2 ФИО13 к акционерному обществу «Производственное объединение «Северное машиностроительное предприятие» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Северодвинский городской суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий

ФИО6