Дело № 2-1116/2019

2 июля 2019 года

город Котлас

УИД 29RS0008-01-2019-001246-13

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Котласский городской суд Архангельской области в составе

Председательствующего Кузнецовой О.Н.

При секретаре Соповой И.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лето» о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, компенсации за отпуск, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда и обязании произвести уплату страховых взносов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Лето» (далее - ООО «Лето», Общество) о взыскании заработной платы, компенсации за отпуск, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указано, что истец с 21 ноября 2017 года по 18 марта 2019 года работала в должности кассира ООО «Лето» по графику 2 дня через 2. В указанный период работодателем не полностью оплачены фактически отработанные часы, так за 2018 год за январь не оплачены 63,6 часа, за февраль - 32,2 часа, за март - 42 часа, за апрель - 36,8 часа, за май - 43 часа, за июнь - 37 часов, за июль - 56,6 часов, за август - 20,4 часа, за сентябрь - 36 часов, за октябрь - 26,4 часа, за ноябрь - 51,8 часа, за декабрь - 39,8 часа, за 2019 год за январь - 84,6 часа, за февраль - 40 часов, за март - 38,4 часа. Работа в указанные часы является сверхнормативной работой. Также ей не оплачена работа в праздничные дни - 21 час. Задолженность по заработной плате за данный период составила 87466 рублей. Истец фактически работала с 21 ноября 2017 года, а трудовые отношения работодателем оформлены только 9 января 2018 года, в связи с чем просит взыскать компенсацию за отпуск за период с 21 ноября 2017 года по 8 января 2018 года в размере 2713 рублей. При увольнении ей была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск, однако данная компенсация рассчитана без учета заработной платы, полагающейся истцу за работу сверх нормы часов, в связи с чем истец просит взыскать дополнительно компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 9 января 2018 года по 18 марта 2019 года в размере 8707 рублей 00 копеек. Так как истцу несвоевременно выплачена заработная плата за фактически отработанное время, просит взыскать компенсацию за задержку выплаты заработной платы, предусмотренную ст. 236 ТК РФ, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день вынесения решения суда. В связи с нарушением трудовых прав истца ей причинен моральный вред, который она оценивает в 20000 рублей. 

В ходе рассмотрения дела, истец дополнительно заявила требования о признании факта трудовых отношений с 21 ноября 2017 года по 8 января 2018 года в должности кассира, об обязании произвести запись в трудовую книжку о приеме на работу; признании факта трудовых отношений с 9 января по 31 июля 2018 года на целую ставку; об обязании ответчика произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и социальное страхование, а также увеличила размер взыскиваемой заработной платы на 84176 рублей.

Истец в судебном заседании требования поддержал по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика ООО «Лето» ФИО2, действующая по доверенности, в судебном заседании требования не признала и пояснила, что ответчик не признает требования истца о признании факта трудовых отношения, так как истец работала по трудовому договору от 9 января 2018 года. Заработная плата, начисленная истцу в соответствии с условиями трудового договора, выплачена в полном объеме. Информации о переработке истцом сверх согласованной графиком работы нормы рабочего времени у работодателя не имеется. Полагает, что истцом пропущен срок обращения в суд с требованиями о признании факта трудовых отношений, частично о взыскании заработной платы. В иске просит отказать.

Представители ГУ - Региональное отделение Фонда социального страхования РФ по Архангельской области, ГУ - Управление Пенсионного фонда России в городе Котласе Архангельской области (межрайонное) и Межрайонной ИФНС России № 1 по Архангельской области и НАО в судебное заседание не явились, уведомлены надлежащим образом.

Рассмотрев иск, выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец в период с 9 января 2018 года по 18 марта 2019 года работала по трудовому договору в ООО «Лето» в должности кассира. В период с 9 января по 31 июля 2018 года истцу была установлена неполная рабочая неделя - 18 часов, а с 1 августа 2018 года по 18 марта 2019 года - полная рабочая неделя - 36 часов. 

В соответствии с условиями трудового договора, оплата труда истцу производится пропорционально отработанному времени, исходя из оклада 7040 рублей, а также выплачивается районный коэффициент 20% и процентная надбавка за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в размере 50%.

Указанные обстоятельства следуют из трудового договора, дополнительного соглашения к нему, приказов о приеме на работу и увольнении истца.

В силу статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1 и 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. При этом законом перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, не установлен. Указанный же в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Истец обратилась в суд с требованием о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск за период с 21 ноября 2017 года по 8 января 2018 года и за период с 9 января 2018 года по 18 марта 2019 года, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, о признании факта трудовых отношений с 21 ноября 2017 года по 8 января 2018 года в должности кассира, об обязании произвести запись в трудовую книжку о приеме на работу; признании факта трудовых отношений с 9 января по 31 июля 2018 года на целую ставку; об обязании ответчика произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и социальное страхование.

Из искового заявления, пояснений истца в судебном заседании и материалов дела следует, что истцу 9 января 2018 года стало известно, что трудовой договор с ней заключен не с 21 ноября 2017 года, как полагала истец, а с 9 января 2018 года. В связи с чем суд считает, что истец 9 января 2018 года узнала о нарушении своего права в части непризнания ответчиком факта трудовых отношений с ней в период с 21 ноября 2017 года по 8 января 2018 года. Таким образом, срок для обращения в суд за защитой нарушенного права, в данной случае, начинает течь с 10 января 2018 года. В суд истец обратилась 15 мая 2019 года, т.е. с пропуском 3-х месячного срока обращения в суд, для защиты нарушенного права.

При заключении трудового договора 9 января 2018 года истец была ознакомлена с условиями трудового договора, в том числе и о том, что принимается на неполную рабочую неделю, 18 часов в неделю. Указанные условия трудового договора истцом оспорены не были. При заключении истцом дополнительного соглашения 1 августа 2018 года истцу достоверно было известно, что 36-часовя рабочая неделя, т.е. работа на полную ставку, ей устанавливается только с 1 августа 2018 года, а не с 9 января 2018 года. В связи с изложенным, срок обращения в суд с требованием о признании факта трудовых отношений с 9 января по 31 июля 2018 года на целую ставку начинает течь с 1 августа 2018 года. В суд с указанным требованием истец обратилась 15 мая 2019 года, т.е. с пропуском 3-х месячного срока обращения в суд.

Истцом не представлены суду доказательства наличия уважительных причин пропуска срока обращения в суд.

В соответствии со ст. 152 ГПК РФ при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу. 

В связи с изложенным требования истца о признании факта трудовых отношений с 21 ноября 2017 года по 8 января 2018 года в должности кассира, признании факта трудовых отношений с 9 января по 31 июля 2018 года на целую ставку удовлетворению не подлежат в связи с пропуском срока обращения в суд, установленного законодательством. 

Также удовлетворению не подлежат требования об обязании произвести запись в трудовую книжку о приеме на работу с 21 ноября 2017 года, обязании ответчика произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и социальное, взыскании компенсации за отпуск за период с 21 ноября 2017 года по 08 января 2018 года, так как данные требования являются производными от требований о признании факта трудовых отношений.

Согласно разъяснениям, данным в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

По смыслу данных разъяснений для признания нарушения трудовых прав длящимся, что свидетельствовало бы о том, что истцом срок обращения в суд не пропущен, необходимо соблюдение определенного условия: заработная плата работнику должна быть начислена, но не выплачена.

В этом случае, работник, зная, что работодатель исполнил свою обязанность по начислению соответствующей оплаты за труд, в период действия трудового договора вправе рассчитывать на выплату причитающейся ему суммы, в связи с чем, такие правоотношения и носят длящийся характер.

Таким образом, неисполнение работодателем обязанности по своевременной выплате работнику начисленной заработной платы относится к длящимся нарушениям и срок для обращения работника в суд за взысканием недоплаченных сумм сохраняется в течение всего периода действия трудового договора, то есть течение срока начинается после прекращения его действия (увольнения работника).

В том случае, если заработная плата работнику не начислялась, срок обращения в суд исчисляется с момента, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Из искового заявления и пояснений истца следует, что ею взыскивается не начисленная заработная плата за январь-декабрь 2018 года и январь-март 2019 года.

В соответствии со ст. 136 ТК РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Из Положения об оплате труда ООО «Лето», утвержденного генеральным директором 30 июня 2017 года следует, что заработная плата за текущий месяц производится два раза в месяц: 24 числа расчетного месяца (за первую половину месяца - аванс в размере 50% зарплаты) и 9-го числа месяца, следующего за расчетным (окончательный расчет за месяц).

Из пояснений сторон установлено, что заработная плата истцу за спорный период выплачивалась не позднее установленного срока выплаты заработной платы.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что истец должен был знать о величине начисленной заработной платы за январь 2018 года - 9 февраля 2018 года, за февраль 2018 года - март 2019 года - соответственно 9 марта, 9 апреля, 9 мая, 9 июня, 9 июля, 9 августа, 9 сентября, 9 октября, 9 ноября, 9 декабря 2018 года, 9 января, 9 февраля, 9 марта и 18 марта 2019 года.

Таким образом, срок обращения в суд с требованиями о взыскании не начисленной заработной платы за январь 2018 года начинает течь с 10 февраля 2018 года, за февраль 2018 года - март 2019 года - соответственно 10 марта, 10 апреля, 10 мая, 10 июня, 10 июля, 10 августа, 10 сентября, 10 октября, 10 ноября, 10 декабря 2018 года, 10 января, 10 февраля, 10 марта и 19 марта 2019 года.

В суд с требованиями о взыскании не начисленной заработной платы истец обратилась 11 апреля 2019 года, т.е. с пропуском годичного срока обращения в суд за период с января по март 2018 года.

Доказательства наличия уважительных причин пропуска срока обращения в суд истцом не представлены.

В связи с изложенным, руководствуясь положениями ст. 152 ГПК РФ, требования истца о взыскании заработной платы за период с января по март 2018 года удовлетворению не подлежат в связи с пропуском срока обращения в суд, установленного законодательством. 

В связи с изложенным, суд по существу рассматривает требования истца о взыскании заработной платы за период с апреля 2018 года по март 2019 года, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период с 9 января 2018 года по 18 марта 2019 года, взыскании компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы и компенсации морального вреда.

Положениями статьи 22 ТК РФ на работодателя возложены обязанности, в частности, выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Данная обязанность корреспондирует установленное статьей 21 ТК РФ право работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы.

Задержка выплаты заработной платы работодателем является нарушением части 6 статьи 136 ТК РФ.

Бремя доказывания своевременности и полноты начисления и выплаты заработной платы лежит на работодателе.

В соответствии со ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Частью 4 данной статьи предусмотрена обязанность работодателя вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

Из табелей учета рабочего времени, представленных работодателем, установлено, что истец в 2018 году в апреле отработала 75,1 часа, в мае - 71 час, в июне - 71,5 часа, в июле - 79,2 часа, в августе - 132 часа, в сентябре - 96 часов, в октябре - 165, 6 часа, в ноябре - 151,2 часа, в декабре - 150,2 часа, в 2019 году в январе - 122,4 часа, в феврале - 143 часа, в марте - 56,6 часа. Данное рабочее время истцу оплачено.

Однако суд находит заслуживающий внимания довод истца о неправильном учете работодателем рабочего времени.

Допрошенная в судебном заседании кустовой директор Свидетель №5 пояснила, что в соответствии с ее должностными обязанностями она составляет графики работы в соответствии с условиями трудовых договоров работников и передает их старшим менеджерам магазинов для использования в работе. Старшие менеджеры магазинов обязаны ставить кустового директора в известность о возможных изменениях графиков работы (больничные листы, невыходы на работу и т.п.). Табеля учета рабочего времени составляются также кустовым директором на основании графиков работы и сведений, поступающих от старших менеджеров магазинов. Начисление заработной платы производится на основании табелей учета рабочего времени.

Однако суду не были представлены сведения об ознакомлении работников с графиками работы, которые составляет кустовой директор.

Из показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №6, Свидетель №4, допрошенных в судебном заседании следует, что истец работала в должности кассира в магазине ООО «Лето» на ул. Ушинского в городе Котласе по графику 2 дня через 2, смена была продолжительностью 12 часов, с 8 до 21 часа, 1 час перерыв на обед. Так как истец работала на кассе в торговом зале, то ей приходилось работать до закрытия магазина. Графики работы сотрудников магазина составлялись старшими менеджерами магазина и вывешивались на дверях кабинета старшего менеджера. Все работники магазина ООО «Лето» на ул. Ушинского в своей работе руководствовались данными графиками.

Истец представила в суд копии графиков работы за апрель, июль, октябрь, ноябрь, декабрь 2018 года, январь, февраль и март 2019 года, которые ею сделаны с графиков, висевших в магазине. Свидетели, работники магазина ООО «Лето» на ул. Ушинского, подтвердили, что аналогичные графики они видели в магазине, на дверях кабинета старшего менеджера, и руководствовались ими в работе.

Работодателем, ответчиком по делу, не представлены суду доказательства, опровергающие довод истца о работе ее по представленным ею графикам, а не по графикам работы, составленным кустовым директором. 

В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что истец в спорный период работала по графикам, составляемым старшим менеджером магазина.

Из представленных графиков следует, что истец в 2018 году в апреле фактически отработала 187 часов, июле - 215 часов, октябре - 192 часа, ноябре - 203 часа, декабре - 190 часов, в 2019 году в январе - 207 часов, феврале - 183 часа и марте - 95 часов.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в спорный период истец имела часы, отработанные сверх нормы рабочего времени, которые не оплачены работодателем.

Однако, за период с апреля 2018 года по март 2019 года истец представила доказательства фактически отработанного времени только за апрель, июль, октябрь, ноябрь, декабрь 2018 года, январь, февраль и март 2019 года, в связи с чем требования о взыскании заработной платы подлежат удовлетворению только за эти месяца.

Истец полагает, что ей не оплачено за 2018 год за апрель - 36,8 часа, за июль - 56,6 часов, за октябрь - 26, 4 часа, за ноябрь - 51,8 часа, за декабрь - 39,8 часа, за 2019 год за январь - 84,6 часа, за февраль - 40 часов, за март - 38,4 часа, отработанные сверх нормы. 

Однако из материалов дела следует, что за март 2019 года по данным истца она отработала 95 часов, а норма рабочего времени в марте составляет 144 часа, поэтому за март 2019 года 38,4 часа не являются сверхнормативными часами и подлежат оплате в обычном порядке.

В соответствии со статьей 152 ТК РФ сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

Работа, произведенная сверх нормы рабочего времени в выходные и нерабочие праздничные дни и оплаченная в повышенном размере либо компенсированная предоставлением другого дня отдыха в соответствии со статьей 153 настоящего Кодекса, не учитывается при определении продолжительности сверхурочной работы, подлежащей оплате в повышенном размере в соответствии с частью первой настоящей статьи.

Данных о предоставлении истцу дней отдыха за сверхурочную работу ответчиком не представлено.

Определяя размер задолженности по заработной плате перед истцом, суд принимает во внимание следующее.

Частью 3 ст. 133 ТК РФ установлено, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

При этом часть 1 статьи 129 ТК РФ определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) и дает понятия тарифной ставки, оклада (должностного оклада), базового оклада (базового должностного оклада), базовой ставки заработной платы.

Трудовым законодательством допускается установление окладов (тарифных ставок), как составных частей заработной платы работников, в размере меньше минимального размера оплаты труда при условии, что их заработная плата, включающая в себя все элементы, будет не меньше установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, установление системы оплаты труда и ее изменение - это право работодателя и суд не имеет полномочий на внесение изменений в установленные системы оплаты труда.

Вместе с тем, в силу главы 50 ТК РФ районный коэффициент для работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера, и процентная надбавка за стаж работы в районах Крайнего Севера должны начисляться к совокупной заработной плате работников, размер которой без этих коэффициента и надбавки не может быть менее минимального размера труда, установленного федеральным законом на всей территории Российской Федерации.

Таким образом, при установлении системы оплаты труда в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера, неблагоприятные факторы, связанные с работой в этих условиях, в соответствии со статьями 315, 316 и 317 ТК РФ должны быть компенсированы специальными коэффициентом и надбавкой к заработной плате. Это означает, что заработная плата работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, должна быть определена в размере не менее минимального размера оплаты труда, после чего к ней должны быть начислены районный коэффициент и надбавка за стаж работы в данных районах или местностях.

Из материалов дела следует, что рабочее место истца располагалось в городе Котласе Архангельской области, отнесенном к районам, приравненным к районам Крайнего Севера, на основании распоряжения Президента Российской Федерации от 24 апреля 1993 года № 293-рп.

Согласно трудовому договору истец имеет право на получение заработной платы с выплатой районного коэффициента в размере 20%, северной надбавки в размере 50%.

В соответствии с Федеральными законами № 421-ФЗ от 28.12.2017, № 41-ФЗ от 07.03.2018, № 481-ФЗ от 25.12.2018 года «О внесении изменений в статью 1 Федерального закона от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда», минимальный размер оплаты труда на территории Российской Федерации с 1 января 2018 года установлен 9489 рублей, с 1 мая 2018 года - 11163 рубля, с 1 января 2019 года -11280 рублей в месяц.

В соответствии с п. 7.2 Правил внутреннего трудового распорядка, для работников Общества, работающих по графику сменности со скользящими выходными днями, устанавливается ссумированный учет рабочего времени с учетным периодом один месяц.

Таким образом, с учетом фактически отработанного истцом времени, условий по оплате труда, определенных трудовым договором, положений статьи 152, 133, главы 50 Трудового кодекса РФ, истцу за спорный период недоначислена заработная плата составила:

2018 год 

апрель 7797,15 ((9489,0 / 150,2 х 2 х 1,5) + (9489,0 / 150,2 х 34,8 х 2)) + 70%

июль 13442,10 ((11163,0 / 158,4 х 2 х 1,5) + (11163,0 / 158,4 х 54,6 х 2)) + 70%

октябрь 5936,08 ((11163,0 / 165,6 х 2 х 1,5) + (11163,0 / 165,6 х 24,4 х 2)) + 70%

ноябрь 12877,31 ((11163,0 / 151,2 х 2 х 1,5) + (11163,00 / 151,2 х 49,8 х 2)) + 70%

декабрь 9930,75 ((11163,0 / 150,2 х 2 х 1,5) + (11163,0 / 150,2 х 37,8 х 2)) + 70%

2019 год

январь 26351,33 ((11280,0 / 122,4 х 2 х 1,5) + (11280,0 / 122,4 х 82,6 х 2)) + 70%

февраль 10593,74 ((11280,0 / 143 х 2 х 1,5) + (11280,00 / 143 х 38 х 2)) + 70%

март 5113,60 (11280,0 / 144 х 38,4) + 70%, всего 92042 рубля 06 копеек, определенная без учета требований налогового законодательства о взыскании с граждан налога на доходы физических лиц. 

Требования истца о взыскании заработной платы за работу в праздничные дни в январе 2019 года, удовлетворению не подлежат, так как не нашел подтверждения факт неоплаты работодателем 21 часа работы истца в праздничные дни в январе 2019 года.

В связи с изложенным, требования истца о взыскании заработной платы в размере 92042 рублей 06 копеек, определенном без учета требований налогового законодательства о взыскании с граждан налога на доходы физических лиц, подлежат удовлетворению. 

В удовлетворении требования о взыскании заработной платы в размере 79599 рублей 94 копеек отказать ((87466,0 + 84176,0) - 92042,06).

Требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период работ с 9 января 2018 года по 18 марта 2019 года в размере 8707 рублей подлежит удовлетворению, так как при расчете компенсации работодателем не была учтена заработная плата полагающаяся истцу за рабочее время, отработанное сверх нормы.

Солгано расчету компенсации за неиспользованный отпуск с учетом заработной платы за сверхнормативное рабочее время, разница между выплаченной компенсацией и полагающейся истцу составила 9139 рублей 63 копейки. Однако суд в соответствии с требованиями ст. 196 ГПК РФ, принимает решения в пределах заявленных истцом требований.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации, предусмотренной ст. 236 ТК РФ, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

В соответствии с положениями статьей 136 ТК РФ, заработная плата в Обществе выплачивается два раза в месяц.

Как указывалось выше, что заработная плата за текущий месяц производится два раза в месяц: 24 числа расчетного месяца (за первую половину месяца - аванс в размере 50% зарплаты) и 9-го числа месяца, следующего за расчетным (окончательный расчет за месяц).

Принимая во внимание требования статьи 236 ТК РФ, факт задержки выплаты истцу заработной платы суд, приходит к выводу о том, что истец имеет право на денежную компенсацию, предусмотренную статьей 236 Трудового кодекса РФ.

Ключевая ставка - процентная ставка по основным операциям Банка России по регулированию ликвидности банковского сектора. Ключевая ставка Банка России с 17 с 26 марта 2018 года - 7,25%, с 17 сентября 2018 года - 7,50%, с 17 декабря 2018 года - 7,75 %, с 17 июня 2019 года - 7,50%.

Расчет размера компенсации за задержку выплаты заработной платы судом произведен за период со следующего дня после установленного срока выплаты заработной платы по день вынесения решения суда, исходя из заработной платы, подлежащей начислению истцу за спорный период, сроков выплаты заработной платы, предусмотренных Положением об оплате труда, и положений статьи 236 Трудового кодекса РФ. Размер компенсации за спорный период составил 10161 рублей 82 копейки.

Требования о взыскании компенсации морального вреда судом также признаются обоснованными по следующим основаниям.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд принимает во внимание факт несвоевременной выплаты истцу заработной платы, длительность периода неисполнения обязанности по выплате заработной платы и в соответствии с положениями статей 21, 237 Трудового кодекса РФ, в силу которых суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», с учетом требований закона о разумности и справедливости, личности истца и конкретных обстоятельств дела, определяет к взысканию компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей 00 копеек.

В порядке предусмотренном статьями 98, 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенным требованиям истца в размере 3718 рублей 00 копеек, поскольку истец освобождена от ее уплаты в силу закона.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л :

иск ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лето» о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, компенсации за отпуск, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда и обязании произвести уплату страховых взносов удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Лето» в пользу ФИО1 заработную плату в размере 92042 рублей 06 копеек, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 10161 рубля 82 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 9 января 2018 года по 18 марта 2019 года в размере 8707 рублей 00 копеек, компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей 00 копеек, всего взыскать 113910 рублей 88 копеек.

В иске ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лето» о признании факта трудовых отношений с 21 ноября 2017 года по 8 января 2018 года в должности кассира, об обязании произвести запись в трудовую книжку о приеме на работу, признании факта трудовых отношений с 9 января по 31 июля 2018 года на целую ставку, об обязании произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и социальное страхование, о взыскании заработной платы в размере 79599 рублей 94 копеек, компенсации за отпуск за период с 21 ноября 2017 года по 8 января 2018 года отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Лето» в доход бюджета муниципального образования «Котлас» государственную пошлину по делу в размере 3718 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Котласский городской суд Архангельской области.

Председательствующий О.Н. Кузнецова