Судья Хохлачева С.В. Дело № 33-194/2025

УИД-09RS0001-01-2025-001158-80

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Черкесск 29 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики в составе

председательствующего Коркмазовой Л.А.,

судей Сыч О.А., Дзыба З.И.,

при секретаре судебного заседания – Гедегулове М.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя ответчика Правительства Карачаево-Черкесской Республики на решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 25 сентября 2025 года по гражданскому делу № 2-1793/2025 по иску ФИО1 к Правительству Карачаево-Черкесской Республики о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, заработной платы и компенсации за задержку заработной платы.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики Сыч О.А., объяснения истца ФИО1, представителя ответчика Правительства Карачаево-Черкесской Республики – ФИО2, действующего на основании доверенности № 02-09/3 от 11 января 2025 года, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности № 07/314-н/07-2025-1-833 от 3 июля 2025 года, мнение прокурора Хачирова И.В., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением в котором просил восстановить его на работе в Правительстве Карачаево-Черкесской Республики в должности помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации - ФИО3 по работе по Карачаево-Черкесской Республике, взыскать с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 04 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года в размере 49 047,61 рублей, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец просил взыскать с ответчика - Правительства Карачаево-Черкесской Республики в его пользу выплату заработную плату и компенсацию за задержку заработной платы в размере 679 476,18 рублей.

В обоснование исковых требований указал, что он был назначен на должность помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации - ФИО3. 30 мая 2022 года между ним и Правительством Карачаево-Черкесской Республики заключен срочный трудовой договор. Свои обязанности помощника депутата истец исполнял в строгом соответствии с Федеральным законом «О статусе члена Совета Федерации и статусе Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» и срочного договора, заключенного между Председателем Правительства Карачаево-Черкесской Республики ФИО5 (работодателем) с одной стороны, и истцом (работник) с другой стороны. За период работы, истец дисциплинарных взысканий не имел, замечаний и нареканий со стороны депутата не получал, все поручения депутата выполнял добросовестно и в установленные сроки, имеются благодарности от жителей республики. Распоряжением Правительства Карачаево-Черкесской Республики от 31 января 2025 года № 22-р истец освобожден от должности помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 по работе по Карачаево-Черкесской Республике с 03 февраля 2025 года на основании п. «а» ч. 10 ст. 38 Федерального закона от 08 мая 1994 года № 3-ФЗ «О статусе сенатора Российской Федерации». Он отец семерых несовершеннолетних детей, семья имеет статус многодетной, на момент освобождения от должности младшему ребенку исполнился один год, он являлся единственным кормильцем в семье. С основанием, послужившим поводом для вынесения депутатом представления истец не уведомлен, с представлением о прекращении срочного трудового договора не ознакомлен, что нарушает требования ст. 79 ТК РФ. 17 февраля 2025 года, то есть после увольнения, истец ознакомился с распоряжением Правительства Карачаево-Черкесской Республики об увольнении и получил трудовую книжку. Истец считает, что, поскольку размер его среднего заработка составляет 40 000 рублей, то за время вынужденного прогула с 04 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года (35 дней) взысканию с ответчика в его пользу подлежит 49 047,61 рублей.

2 июня 2025 года протокольно судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования и просил их удовлетворить.

Представитель ответчика - Правительства Карачаево-Черкесской Республики в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на доводы письменных возражений относительно исковых требований истца.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО3, в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте его проведения. В материалах дела имеется отзыв представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО3- ФИО4 на исковое заявление, в котором он просит отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку процессуальная позиция истца, является необоснованной.

Прокурор в заключении полагал исковые требования истца законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствие не явившегося третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО6

Решением Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 25 сентября 2025 года исковые требования ФИО1 к Правительству Карачаево-Черкесской Республики о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, заработной платы и компенсации за задержку заработной платы – удовлетворены.

Суд восстановил ФИО1 на работе в Правительстве Карачаево-Черкесской Республики в должности помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 по работе по Карачаево-Черкесской Республике; взыскал с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула с 04 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года в размере 49 047,61 рублей; взыскал с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в пользу ФИО1 заработную плату и компенсацию за задержку заработной платы в размере 679 476,18 рублей.

При этом, в резолютивной части суд указал, что решение в части взыскания в пользу ФИО1 заработной платы за три месяца в сумме 52 200 рублей, подлежит немедленному исполнению.

В апелляционной жалобе представитель ответчика Правительство Карачаево-Черкесской Республики считает, решение суда принятым с существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Из срочного трудового договора от 30 мая 2022 года подписанного истцом, следует, что основанием для его заключения, являются положения п. 2 ст. 38 Федерального закона от 08 мая 1994 года № 3-ФЗ «О статусе Члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации». Между тем, суд в нарушение норм материального права не применил закон, который должен был быть применен, не правильно истолковал норму трудового законодательства, что привело к ошибочному выводу. Трудовые отношения истца и ответчика, регулируются Федеральным законом № 3-ФЗ и срочный трудовой договор с истцом расторгнут исключительно из-за волеизъявления депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3, путем направления соответствующего представления. При этом, деятельность депутата Государственной Думы Российской Федерации регламентирована Федеральным законом № 3-ФЗ, но суд первой инстанции при рассмотрении дела, перешел на общие правила, установленные Трудовым кодексом Российской Федерации, в связи с чем ошибочно пришел к выводу, что ответчик принял решение о расторжении срочного трудового договора, а не Депутат. Так, истец в силу Федерального закона № 3-ФЗ назначен и уволен по решению, представлению Депутата, в связи с чем было заявлено ходатайство о привлечении Депутата в качестве соответчика, но суд в нарушение норм процессуального права отказал в удовлетворении ходатайства, в связи с чем неверно определил процессуальное положение Депутата. Суд возложил на ответчика обязательства, не предусмотренные действующим законодательством, в том числе Федеральным законом № ФЗ- 3 и обязал восстановить истца на работе в Правительстве Карачаево-Черкесской Республики в должности помощника Депутата, при том, что истец не занимал ранее такую должность и такой должности не существует в Правительстве Карачаево-Черкесской Республики. Суд взыскал с Правительства Карачаево-Черкесской Республики заработную плату истца, которая финансируется исключительно из федерального бюджета, а деятельность Правительства финансируется исключительно из республиканского бюджета. При увольнении истца у Правительства Карачаево-Черкесской Республики не было информации и документов, ограничивающих его увольнение, поскольку в личном деле имелись лишь документы, предусмотренные ст. 65 ТК РФ, из которых невозможно установить, что истец является единственным кормильцем, воспитывающим семерых несовершеннолетних детей. Таким образом, истец скрыл информацию о том, что он являлся до 28 февраля 2025 года единственным кормильцем в семье, поскольку его супруга находилась в декретном отпуске и вышла на работу 28 февраля 2025 года, т.е. на момент обращения истца с иском, а также на момент принятия решения суда, истец не являлся единственным кормильцем в семье. Данный довод также подтверждается тем, что суд взыскал средний заработок за период с 04 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года, однако с 28 февраля 2025 года супруга истца официально была трудоустроена.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения.

Истец ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции полностью поддержал исковые требования и письменные возражения на апелляционную жалобу, просил решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ответчика Правительства Карачаево-Черкесской Республики в судебном заседании суда апелляционной инстанции полностью поддержал требования апелляционной жалобы, просил их удовлетворить, решение суда отменить, принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании суда апелляционной инстанции согласился с доводами апелляционной жалобы ответчика, полагал исковые требования истца не подлежащими удовлетворению. Просил решение суда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении требований в полном объеме.

Прокурор в судебном заседании суда апелляционной инстанции полагал решение суда, подлежащим отмене в части взыскания в пользу истца заработной платы и компенсации за задержку заработной платы в размере 679 476, 18 рублей и вынесении нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований в указанной части. В остальной части считает решение подлежащим оставлению без изменения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заключение прокурора, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 24 апреля 2022 года в Правительство Карачаево-Черкесской Республики поступило представление депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации созыва 2021 – 2026 годов ФИО3 о приеме на работу и установлении ФИО1 помощнику депутата должностного оклада в размере 20 000 рублей в месяц.

На основании указанного представления депутата, Правительством Карачаево-Черкесской Республики издано распоряжение № 121 – р от 30 мая 2022 года (том 1, л.д. 15) согласно которого истец принят на работу на должность помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики.

30 мая 2022 года между Правительством Карачаево-Черкесской Республики и ФИО1, заключен срочный трудовой договор, по условиям которого истец принят на работу помощником депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации созыва 2021 – 2026 годов ФИО3 по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики на постоянной основе, срок действия договора установлен с 1 мая 2022 года на срок полномочий депутата.

Пунктом 5 срочного трудового договора, работнику по представлению депутата устанавливается должностной оклад.

Пунктом 13 срочного трудового договора предусмотрено, что расторжение настоящего договора до истечения срока его действия осуществляется по основаниям и в порядке, установленном Федеральным законом "О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации", трудовым законодательством Российской Федерации.

Пунктом 15 трудового договора установлено, что прием на работу, увольнение работника, предоставление отпусков, а также изменение условий настоящего договора, которые допустимы в соответствии с требованиями трудового законодательства Российской Федерации, работодатель оформляет распоряжением.

20 июня 2022 года также заключен срочный трудовой договор между Правительством Карачаево-Черкесской Республики и ФИО1 (том 1, л.д. 17) по условиям которого истец принят на работу помощником депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации созыва 2021 – 2026 годов ФИО3 по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики на постоянной основе, срок действия договора установлен с 1 мая 2022 года, на срок полномочий депутата.

Пунктом 5 трудового договора, работнику по представлению депутата устанавливается должностной оклад в размере 40 000 рублей.

В пункте 6 срочного трудового договора указано, что работнику выплачивается премия по представлению депутата.

Из пункта 7 следует, что все выплаты, включая должностной оклад, премию, компенсацию за неиспользованный отпуск, единовременное пособие, производится в пределах установленного фонда оплаты труда помощников депутата.

С вышеуказанными срочными трудовыми договорами от 30 мая 2022 года и 20 июня 2022 года ФИО1 ознакомился под роспись.

31 января 2025 года Правительство Карачаево-Черкесской Республики по представлению депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, в соответствии с п. «а» части 10 статьи 38 Федерального закона от 8 мая 1994 года № 3 ФЗ «О статусе сенатора Российской Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» издало распоряжение № 22 – р об освобождении ФИО1 от должности помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации с 3 февраля 2025 года (том 1, л.д. 19).

17 февраля 2025 года (том 1, л.л. 36), то есть через 14 дней после увольнения, истец ФИО1 был ознакомлен с указанным распоряжением, что подтверждается его личной подписью.

18 марта 2025 года в адрес истца ФИО1 Правительством Карачаево-Черкесской Республики направлено уведомление об освобождении его от должности помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации на основании распоряжения Правительства Карачаево-Черкесской Республики № 22 – р от 31 января 2025 года (том 1 л.д. 62).

Истец ФИО1, не согласившись с увольнением, 24 марта 2025 года обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Разрешая заявленные исковые требования и удовлетворяя их, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что надлежащим ответчиком является работодатель истца ФИО1, то есть Правительство Карачаево-Черкесской Республики. При увольнении истца ФИО1 работодателем нарушены требования ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом, поскольку срочный трудовой договор был заключен между ФИО1 и Правительством Карачаево-Черкесской Республики, то обязанность по выплате истцу среднего заработка за время вынужденного прогула с 4 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года – 35 дней, согласно расчета представленного истцом в размере 49 047, 61 рублей, в соответствии со ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации и компенсации за задержку заработной платы в размере 679 476, 18 рублей, возложена на Правительство Карачаево-Черкесской Республики.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда в части восстановления истца в должности помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации созыва 2021 – 2026 годов ФИО3 и взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула. В части взыскания в пользу истца заработной платы и компенсации за задержку заработной платы в размере 679 476, 18 рублей, судебная коллегия полагает решение подлежащим отмене, по следующим основаниям.

На основании статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться: на неопределенный срок; на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса.

Согласно абз. 10 ч. 1 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор заключается в случаях избрания на определенный срок в состав выборного органа или на выборную должность, на оплачиваемую работу, а также поступления на работу, связанную с непосредственным обеспечением деятельности членов избираемых органов или должностных лиц в органах государственной власти и органах местного самоуправления, в политических партиях и других общественных объединениях.

Пункт 4 части 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в качестве общего основания прекращения трудового договора указывает его расторжение по инициативе работодателя.

Пунктом 14 части 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что помимо оснований, перечисленных в указанной норме, трудовой договор, может быть расторгнут работодателем в других случаях, установленных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 37 Федерального закона от 08 мая 1994 года N 3-ФЗ "О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации" депутат Государственной Думы вправе иметь помощников по работе в Государственной Думе и по работе на территории, определенной депутату Государственной Думы в соответствии с частью первой статьи 8 настоящего Федерального закона (далее - помощник депутата Государственной Думы по работе на соответствующей территории).

Согласно приведенной нормы, а также части 1 ст. 38 названного Федерального закона, для депутата Государственной Думы предусматриваются два вида помощников: для работы в палате парламента, являющиеся федеральными государственными гражданскими служащими, и помощники депутата для работы в регионах, прием на работу которых производится на основании срочного трудового договора в соответствии с трудовым законодательством.

Частью 2 ст. 38 Закона установлено, что срочный служебный контракт или срочный трудовой договор заключается на основании заявления помощника члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы и представления члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы на срок, указанный в представлении, но не превышающий срока полномочий члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы.

Согласно части 5 статьи 38 указанного Федерального закона прием на работу помощника депутата Государственной Думы по работе на соответствующей территории производится на основании срочного трудового договора и оформляется распоряжением руководителя соответствующего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации.

Частью 10 данной статьи установлено, что увольнение с работы помощника члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы до истечения срока действия срочного служебного контракта или срочного трудового договора, может производиться, в том числе, по представлению члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы (подпункт "а").

Статьей 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись.

В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 ГПК РФ).

С учетом, представленных в материалы дела доказательств, судебная коллегия исходит из того, что увольнение истца произведено уполномоченным на это лицом - работодателем истца Правительством Карачаево-Черкесской Республики, в рамках реализации принятого депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 в соответствии с п. «а» ч. 10 ст. 38 Федерального закона "О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации" решения о досрочном прекращении трудовых отношений со своим помощником по работе по Карачаево-Черкесской Республике - ФИО1, изложенного в соответствующем представлении.

Также учитывается, что законом не предусмотрено указание в представлении депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации причин, послуживших основанием для принятия решения об увольнении своего помощника, а Правительство Карачаево-Черкесской Республики не наделено полномочиями по проверке законности представления депутата.

Между тем, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что при увольнении истца, нарушена ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как следует из ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или ребенка в возрасте до шестнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более детей в возрасте до четырнадцати лет, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях, по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 – 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса).

Установлено, что ФИО1 состоит в зарегистрированном браке с ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и на день увольнения являлся единственным кормильцем в семье, семья имеет статус «многодетной семьи», поскольку его семья в составе семерых несовершеннолетних детей: ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается копиями свидетельств о рождении, копией удостоверения многодетной семьи № 09-008496 (том 1, л.д. 83).

При указанных обстоятельствах, на дату увольнения истца ФИО1 – 3 февраля 2025 года, младшей дочери - ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года исполнился 1 год 4 месяца, то есть до 3 лет, а пятеро детей были в возрасте до 14 лет.

Супруга истца - ФИО7 на дату его увольнения, не состояла в трудовых отношениях, что подтверждается сведениями о трудовой деятельности зарегистрированного лица за периоды до 31 декабря 2019 года. Начало трудовой деятельности ФИО7 с 28 февраля 2025 года.

Указанные обстоятельства не были оспорены ответчиком в ходе рассмотрения дела. Кроме этого, подтверждаются и тем, что Правительством Карачаево-Черкесской Республики, 26 декабря 2025 года издано распоряжение № 532 – р «О внесении изменения в распоряжение Правительства Карачаево-Черкесской Республики от 31 января 2025 года № 22 – р «Об ФИО1.» в части указания даты увольнения, вместо 3 февраля 2025 года, уволить ФИО1 с 3 марта 2025 года.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что судом первой инстанции исковые требования ФИО1 о восстановлении на работе в Правительстве Карачаево-Черкесской Республики помощником депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации созыва 2021 – 2026 годов ФИО3 по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики обоснованно удовлетворены.

При таких обстоятельствах, доводы ответчика о том, что на дату увольнения ФИО1, Правительству Карачаево-Черкесской Республики не было известно о том, что у истца семеро детей и супруга не трудоспособна, являются несостоятельными и на выводы суда в указанной части не влияют.

Судебная коллегия в части требований истца о взыскании в его пользу с Правительства Карачаево-Черкесской Республики среднего заработка за время вынужденного прогула с 4 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года, заработной платы и компенсации за задержку заработной платы, приходит к следующему.

Так, в соответствии с частью 1 статьи 40 Федерального закона от 8 мая 1994 года N 3-ФЗ, размеры оплаты труда помощников члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы, работающих по срочному трудовому договору, член Совета Федерации, депутат Государственной Думы устанавливают самостоятельно.

Частью 6 статьи 40 Федерального закона от 8 мая 1994 года N 3-ФЗ установлено, что расходы на оплату труда помощников сенатора Российской Федерации, депутата Государственной Думы и их содержание возмещаются за счет средств федерального бюджета в порядке, определенном статьей 35 настоящего Федерального закона.

При этом, частью 2 статьи 40 указанного Федерального закона установлено, что все выплаты помощникам сенатора Российской Федерации, депутата Государственной Думы, установленные частью первой настоящей статьи, производятся в пределах установленного фонда оплаты труда помощников сенатора Российской Федерации, депутата Государственной Думы.

Расходы на оплату труда помощников депутата Государственной Думы и их содержание возмещаются за счет средств федерального бюджета в порядке, определенном статьей 35 настоящего Федерального закона.

В соответствии с Порядком возмещения расходов, связанных с материальным обеспечением депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации и его помощников на соответствующей территории утвержденным распоряжением Председателя Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации 24 октября 2010 ода N 387р-1 при увольнении помощника депутата Государственной Думы ему выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска из фонда оплаты труда помощников депутата Государственной Думы. Все выплаты производятся в пределах установленного фонда оплаты труда помощников депутата Государственной Думы.

Правоотношения с помощниками депутата Государственной Думы, работающими по срочному трудовому договору, регулируются также нормами Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка (статьи 114, 122); при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (статья 127).

В соответствии с ч. 1 ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной стопятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Как следует из материалов дела, 27 апреля 2022 года депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 в представлении, адресованном Правительству Карачаево-Черкесской Республики о назначении истца на должность помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики, установил ему должностной оклад в размере 20 000 рублей.

На основании указанного представления, Правительством Карачаево-Черкесской Республики издано распоряжение № 121 – р от 30 мая 2022 года «Об ФИО1.», которым истец назначен на должность помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики на постоянной основе с 30 мая 2022 года на срок полномочий депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 с должностным окладом 20 000 рублей и 30 мая 2022 года между Правительством Карачаево-Черкесской Республики и ФИО1 заключен срочный трудовой договор на постоянной основе с 1 мая 2022 года на срок полномочий депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3, в пункте 5 договора указано, что работнику устанавливается должностной оклад по представлению депутата.

Таким образом, 30 мая 2022 года при заключении срочного трудового договора о приеме на работу ФИО1 - помощником депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики ему установлен должностной оклад 20 000 рублей на основании представления депутата и распоряжения Правительства Карачаево-Черкесской Республики.

В соответствии со ст. 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В силу ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее, чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Истцом, к исковому заявлению представлен срочный трудовой договор от 20 июня 2022 года (том 1, л.д. 17) заключенный между Правительством Карачаево-Черкесской Республики и ФИО1, по условиям которого он принят на работу помощником данного депутата по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики на постоянной основе, срок действия договора, установлен с 1 мая 2022 года на срок полномочий депутата. В пункте 5 указанного срочного трудового договора работнику по представлению депутата устанавливается должностной оклад в размере 40 000 рублей.

В пункте 6 срочного трудового договора указано, что работнику выплачивается премия по представлению депутата.

Из пункта 7 следует, что все выплаты, включая должностной оклад, премию, компенсацию за неиспользованный отпуск, единовременное пособие, производится в пределах установленного фонда оплаты труда помощников депутата.

При этом, представление депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 и распоряжение Правительством Карачаево-Черкесской Республики об изменении путем увеличения должностного оклада ФИО1 с 20 000 рублей до 40 000 рублей, не издавались. Соглашение между сторонами об изменении размера должностного оклада истцу, не заключалось.

Из ответа Управления Главы и Правительства Карачаево-Черкесской Республики по кадровой политике и вопросам государственной гражданской службы 3 280 – 14/25 от 25 августа 2025 года начальнику Государственно-правового управления Главы и Правительства Карачаево-Черкесской Республики (том 1, л.д. 202) следует, что в документах ФИО1 замещавшего должность помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики ФИО3, срочный трудовой договор с установленным должностным окладом в размере 40 000 рублей в месяц, а также иная информация, подтверждающая данный факт, отсутствует.

Согласно ответа № БАЖ-4/90 от 2 июня 2025 года (том 1 л.д. 138), депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики ФИО3, направлял в адрес председателя Правительства Карачаево-Черкесской Республики ФИО5 представление № БАЖ – 4/16 от 27 апреля 2022 года о назначении ФИО1 на должность помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики. Других представлений о назначении ФИО1, депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики ФИО3, отправлено не было.

В соответствии с условиями срочного трудового договора от 30 мая 2022 года, заключенного с истцом, именно Правительство Карачаево-Черкесской Республики в соответствии с положениями ст. ст. 15, 16, 22, 56 ТК РФ и условиями договора приняло на себя обязательства по выплате ФИО1 заработной платы в размере 20 000 рублей, которое по отношению к истцу является работодателем.

Таким образом, поскольку, в материалы дела представление депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики ФИО3 и распоряжение Правительства Карачаево-Черкесской Республики к срочному трудовому договору от 20 июня 2022 года об изменении заработной платы ФИО1 с 20 000 рублей на 40 000 рублей не были изданы, то оснований для заключения срочного трудового договора, не имелось.

Кроме этого, из представленных Правительством Карачаево-Черкесской Республики расчетных листков с мая 2022 года (то есть с момента приема на работу истца) следует, что оклад ФИО1 - помощника депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики, составлял 20 000 рублей.

Доказательств того, что должностной оклад с 20 июня 2022 года (либо в другой период его работы) выплачивался истцу в размере 40 000 рублей, представлено не было. Истец ФИО1 также в судебном заседании подтвердил, что сумму 40 000 рублей, он никогда не получал, к работодателю и депутату Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 о выплате задолженности, не обращался.

Таким образом, поскольку в материалы дела представлены доказательства выплаты всех сумм, положенных при увольнении истца из расчета 20 000 рублей, что также подтверждается и распоряжением № 22 – р от 31 января 2025 года «Об ФИО1.» о выплате компенсации за 75 календарных дней неиспользованного ежегодного оплачиваемого отпуска (том 1, л.д. 64), то достоверных сведений о наличии задолженности, судебной коллегии, не представлено.

С учетом указанных обстоятельств, решение суда первой инстанции в части взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула с 4 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года в размере 49 047 рублей 61 копейка подлежит изменению.

Поскольку в ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что при заключении 30 мая 2022 года срочного трудового договора о приеме при на работу ФИО1 помощником депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 по работе на территории Карачаево-Черкесской Республики, истцу установлен должностной оклад 20 000 рублей на основании представления депутата и распоряжения Правительства Карачаево-Черкесской Республики и срочного трудового договора, то средний заработок за время вынужденного прогула с 4 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года в пользу ФИО1, подлежит взысканию в размере 23 338 рублей 56 копеек.

В части требований о взыскании с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в пользу ФИО1 заработной платы и компенсации за задержку заработной платы в размере 679 476 рублей 18 копеек, судебная коллегия приходит к выводу о том, что они не подлежат удовлетворению.

Как установлено судебной коллегией и не отрицал истец ФИО1, что сумма 679 476 рублей 18 копеек, является задолженностью по заработной плате с июня 2022 года по февраль 2025 года, а не компенсацией за задержку заработной платы.

Кроме этого, истцом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств того, что его заработная плата с июня 2022 года была 40 000 рублей, не представлено.

Доводы истца о том, что он не был предупрежден о предстоящем увольнении, являются необоснованными, поскольку законом не установлена обязанность предупреждения о предстоящем увольнении по указанному основанию.

Довод апелляционной жалобы о том, что истцом пропущен срок исковой давности на обжалование размера заработной платы, не влечет за собой отмену решения суда.

В соответствии с ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Как усматривается из материалов дела, ответчик ходатайств о пропуске срока исковой давности в суде первой инстанции не заявлял.

Факт того, что расходы Правительству Карачаево-Черкесской Республики подлежат возмещению за счет федерального бюджета, а на финансово – экономическое управление Аппарата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации и Правительство Карачаево-Черкесской Республики возложена обязанность по финансовому обеспечению деятельности помощников депутатов, правового значения не имеет.

Заявленное ходатайство Правительства Карачаево-Черкесской Республики о прекращении производства по делу, в связи с тем, что в целях соблюдения трудового законодательства и исполнения, принятого депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации ФИО3 решения (представления от 27 января 2025 года № БАЖ – 4/3) Правительством Карачаево-Черкесской Республики принято распоряжение № 532 – р от 26 декабря 2025 года «О внесении изменений в распоряжение Правительства Карачаево-Черкесской Республики от 31 января 2025 года № 22 –р, согласно которому дата увольнения ФИО1 изменена с 3 февраля 2025 года на 3 марта 2025 года, а также финансово – хозяйственным управлением Главы и Правительства Карачаево-Черкесской Республики осуществлен платеж 52 200 рублей, который в соответствии с решением Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 25 сентября 2025 года подлежал немедленному исполнению, является необоснованным, поскольку оснований для прекращения производства по делу, предусмотренных ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

При указанных обстоятельствах, указанное ходатайство Правительства Карачаево-Черкесской Республики, не подлежит удовлетворению.

Судебная коллегия, установив все обстоятельства по настоящему делу, приходит к выводу о том, что решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 25 сентября 2025 года в части взыскания с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в пользу ФИО1 заработной платы и компенсации за задержку заработной платы в размере 679 476 рублей 18 копеек подлежит отмене, по делу принятие нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований в указанной части. В части исковых требований истца о взыскании с Правительства Карачаево-Черкесской Республики среднего заработка за время вынужденного прогула с 4 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года в размере 49 047 рублей 61 копейка, решение суда подлежит изменению в части суммы. Взысканию подлежит средний заработок за время вынужденного прогула с 4 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года в размере 23 338 рублей 56 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 25 сентября 2025 года в части взыскания с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в пользу ФИО1 заработной платы и компенсации за задержку заработной платы в размере 679 476 рублей 18 копеек – отменить.

Принять в отмененной части новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с Правительства Карачаево-Черкесской Республики заработной платы и компенсации за задержку заработной платы в размере 679 476 рублей 18 копеек – отказать.

Решение суда в части исковых требований о взыскании с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в пользу ФИО1 среднего заработка за время вынужденного прогула с 4 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года в размере 49 047 рублей 61 копейка и обращении решения суда к немедленному исполнению изменить, изложив абзацы, третий и пятый резолютивной части решения суда в следующей редакции.

Взыскать с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула с 4 февраля 2025 года по 10 марта 2025 года в размере 23 338 рублей 56 копеек.

Решение суда в части взыскания с Правительства Карачаево-Черкесской Республики в пользу ФИО1 23 338 рублей 56 копеек подлежит немедленному исполнению.

В остальной части решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 25 сентября 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 6 февраля 2026 года.

Председательствующий /подпись/

Судьи: /подпись/ /подпись/

Копия верна:

Судья Верховного Суда

Карачаево-Черкесской Республики О.А.Сыч