Дело № 2-52(1)/2019 

64RS0030-01-2018-001087-82 

Решение

Именем Российской Федерации

07 мая 2019 года г. Ртищево Саратовской обл.

Ртищевский районный суд Саратовской области в составе председательствующего судьи Шароновой Е.С.,

при секретаре Спициной Т.В.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2 и его представителя адвоката Полуяновой О.Н., действующей на основании удостоверения №, выданного Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Саратовской области ДД.ММ.ГГГГ, ордера от ДД.ММ.ГГГГ №,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании имуществом,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковыми требованиями к ФИО2 о возложении обязанности устранить препятствия в пользовании её домом и земельным участком, расположенными по адресу: 

<

адрес>, путем разблокировки окон её дома, предоставлении ей возможности завершить реконструкцию её дома (производство его отделки с наружной стороны), восстановления бетонной опалубки фундамента, уборки мусора с принадлежащего ей земельного участка, взыскании убытков в размере 24500 рублей.

В обоснование заявленных требований указала, что она является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Ответчик своими действиями создает ей препятствия в реализации права пользования данным имуществом: заколачивает окна её дома, в результате чего солнечный свет не поступает в помещение, отказывает ей в возможности провести окончательную отделку дома с наружной стороны, разбивает ломом бетонную оснастку фундамента её дома, делая в ней канавки и выбоины, тем самым влияя на стойкость фундамента жилого дома, произвел демонтаж её забора и установил на его месте лист шифера, а также произвел складирование мусора на территории принадлежащего ей земельного участка (фрагменты деревьев, старые покрышки от автомобиля). 

В ходе судебного разбирательства истцом неоднократно уточнялись и дополнялись исковые требования.

Определением суда от 26 марта 2019 года прекращено производство по делу в части возложения на ФИО2 обязанности по предоставлению ФИО1 возможности завершить реконструкцию её дома (производство его отделки с наружной стороны), а также по предоставлению ей права прохода по части земельного участка, принадлежащего ФИО2, на период проведения строительных работ по оштукатуриванию и утеплению наружной стены её дома в связи с отказом истца от данных требований.

Определением суда от 07 мая 2019 года прекращено производство по делу в части дополнительно заявленных требований о возложении на ФИО2 обязанности убрать волнисто-асбестоцементный лист шифера (забор из шифера) с координатами точек н.1.x=577100.47; V1349848.11; н.2.x=577099.75; V1349847.63.

С учетом уточнения и частичного отказа от заявленных требований истец просит обязать ответчика устранить препятствия в пользовании принадлежащим ей домом и земельным участком, расположенными по адресу: 

<

адрес>, путем восстановления забора из металлического профиля с точками координат н.1х=577100.47; V-1349848,11; н.2.x=577101.80; V-1349845,63; убрать остаток конструкции в виде трубы; восстановить цементную кладку, залитую у стены помещения котельной; убрать мусор с территории её участка, включая всевозможные металлические предметы, сгнившие бревна и другие виды мусора, оплатить расходы по оказанию юридической помощи в сумме 24500 рублей, которые являются судебными издержками.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные исковые требования с учетом их уточнения и просила их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также заявлении об уточнении исковых требований.

Ответчик ФИО2 и его представитель адвокат Полуянова О.Н. заявленные исковые требования не признали, заявив о пропуске истцом срока исковой давности по исковым требованиям о восстановлении забора из металлического профиля и цементной кладки у стены котельной истца, ссылаясь на то, что демонтаж забора и разрушение цементной кладки имели место в 2013-2014 годах, что свидетельствует об истечении установленного законом срока исковой давности для защиты нарушенного права. 

По утверждению ответчика и его представителя, установленная ФИО2 конструкция в виде трубы не нарушает прав истца, при этом в ходе судебного разбирательства она была добровольно перемещена ответчиком на 30 см в сторону его земельного участка и в настоящее время находится на его территории. 

На территории принадлежащего истцу земельного участка отсутствует принадлежащий ответчику мусор. 

Также указали, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что ею понесены судебные расходы в размере 24000 рублей именно по данному делу.

На основании изложенного, просили отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Третье лицо ФИО3 в суд не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена, заявила ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третье лицо ФИО5 в суд не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена, о причинах неявки суд в известность не поставила, об отложении слушания дела не ходатайствовала.

Суд в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также ГПК РФ) счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса. 

Суд, выслушав явившихся участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, приходит к следующим выводам. 

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, вступившим в законную силу решением Ртищевского районного суда Саратовской области от 16 ноября 2012 года рассмотрено гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО1, третьи лица - Администрация Ртищевского муниципального района Саратовской области, ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком и сносе незаконно возводимой постройки (т.1 л.д. 79-83).

Вышеуказанным судебным решением установлено, чтоФИО6 на основании договора дарения жилого дома от 24 июня 1986 года, удостоверенного государственным нотариусом ФИО7, зарегистрированного в реестре за №, принадлежал жилой дом с тремя деревянными сараями, находящийся в городе Ртищево, по 

<

адрес> под №, расположенным на участке земли размером 391 кв.м..

По данным инвентарного дела на домовладение № по 

<

адрес>, предоставленного Ртищевским отделением Саратовского филиала ФГУП «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ», на основании договора о предоставлении в бессрочное пользование земельного участка под строительство индивидуального жилого дома на праве личной собственности ФИО8 18 января 1952 года был предоставлен земельный участок под №а по 

<

адрес> (ныне 

<

адрес>) общей площадью 400 кв.м. Согласно плану домовладения земельный участок имел размеры 10 х 40 м без учета палисадника. Затем построенный ФИО8 жилой дом на основании сделок переходил в собственность других лиц, с 1986 года объект недвижимого имущества принадлежал ФИО6, что подтверждается карточкой на домовладение. 

ФИО1 на основании договора дарения принадлежит 22/37 в праве общей долевой собственности на земельный участок с разрешенным использованием для индивидуального жилищного строительства и 22/37 в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный на земельном участке общей площадью 665 кв.м по адресу: 

<

адрес>. ФИО1 возведен забор, разделяющий земельные участки № и № по 

<

адрес>.

Собственником 15/37 долей в праве общей долевой собственности на указанный дом и земельный участок является ФИО3. Принадлежащие ФИО1 и ФИО3 доли дома представляют собой отдельные, изолированные помещения с отдельными входами (т. 1 л.д. 79-83).

В соответствии с частью 2 статьи 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 61 данного Кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу части 2 статьи 209 этого же Кодекса после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения. 

Аналогичные разъяснения даны в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении».

Приведенные положения процессуального закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно статье 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. 

В силу пункта 4 статьи 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации. 

Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство (п. 1 ст. 1153 ГК РФ). 

Таким образом, если наследодателю (правопредшественнику) принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к наследнику с момента открытия наследства. 

Как установлено в ходе судебного разбирательства, ФИО6 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти III-РУ №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС по г. Ртищево и Ртищевскому району управления по делам ЗАГС правительства Саратовской области (т.1 л.д. 235).

Наследниками, принявшими наследство после умершей ФИО6, в том числе земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, являются её дочь ФИО5 и муж ФИО2, что подтверждается поданными нотариусу нотариального округа город Ртищево и Ртищевский район Саратовской области ФИО9 заявлениями о принятии наследства (т.1 л.д. 236-237, 247-248).

Таким образом, ответчик ФИО2 и ФИО5, привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, являются правопреемниками умершей ФИО6. 

Согласно пункту 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота.

В соответствии со статьей 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Как установлено пунктом 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации (далее также ЗК РФ), земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи. 

На основании статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Как установлено статьей 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Из содержания статьи 304 ГК РФ и разъяснений, приведенных в пункте 45 Постановления Пленума ВС РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (п. 4 ч. 2 ст. 60 ЗК РФ).

Часть 1 статьи 56 ГПК РФ определяет, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Разрешая заявленное истцом уточненное требование обустранении препятствий в пользовании принадлежащим ей домом и земельным участком путем обязания ответчика убрать остаток конструкции в виде трубы, суд приходит к следующим выводам.

Изначально истцом было заявлено требование об устранении препятствий в пользовании жилым домом и земельным участком путем разблокировки окон её дома. В ходе судебного разбирательства истец уточнила данное требование и просила демонтировать конструкцию в виде металлического шеста и листа железа, закрывающую окно её дома.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании не оспаривал факта установления рядом с домом истца конструкции в виде металлического шеста с прикрученным к нему металлическим листом, закрывающим окно её дома. 

В период рассмотрения настоящего дела ответчиком была демонтирована часть конструкции в виде металлического листа, однако в судебном заседании он пояснил, что намерен в будущем устанавливать металлический лист во время проведения сварочных работ в целях безопасности.

Для проверки доводов истца в обоснование заявленных требований о том, что спорная металлическая конструкция нарушает ее права, судом по ходатайству стороны истца была назначена судебная комплексная землеустроительная и строительно-техническая экспертиза.

Заключением судебной комплексной землеустроительной и строительно-технической экспертизы от 15 марта 2019 года № 057/2019 подтверждено, что конструкция в виде металлической трубы находится на земельном участке истца, её размещение, с учетом того, что ответчик на время проведения работ прикручивает к ней лист металла размером 80 см на 80 см, не соответствует установленным нормам. Расположение конструкции в виде металлической трубы на земельном участке с кадастровым номером 64:47:040717:22 не позволяет собственнику полноценно использовать данный земельный участок по прямому назначению (т.2 л.д. 87-122).

Стороной ответчика заявлено ходатайство о признании вышеуказанного экспертного заключения недопустимым доказательством. В обоснование заявленного ходатайства указано на низкую квалификацию экспертов, на то, что геодезическое измерение проводилось неустановленным лицом в дождливую погоду, при высокой влажности, что не соответствует свидетельству о поверке измерительной аппаратуры, ответчик при осмотре территории не присутствовал, акт осмотра и схема геодезического измерения объектов не составлялись, ответчику и его представителю для ознакомления не предоставлялись, к заключению экспертизы приобщены не все фотоматериалы, исследовательская часть судебной экспертизы изложена с нарушением действующего законодательства.

Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ).

Исследуя экспертное заключение от 15 марта 2019 года № 057/2019, суд приходит к выводам, что заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 ГПК РФ, является четким, ясным, полным, понятным, внутренних противоречий не содержит и иным материалам дела не противоречит; эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересованы в исходе дела, экспертами приняты во внимание все материалы, представленные на экспертизу, проведенный экспертный анализ основан на специальной литературе, заключение экспертизы содержит все необходимые сведения, подтверждающие проведение экспертизы в соответствии с нормами действующего законодательства, вследствие чего суд принимает результаты данного заключения экспертов в качестве надлежащего доказательства. 

Выводы экспертного заключения подтверждаются показаниями эксперта ФИО10, допрошенного в судебном заседании. 

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Стороной ответчика доказательств, свидетельствующих о необъективности выводов экспертного заключения или некомпетентности экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не представлено. Также не представлено доказательств того, что геодезические измерения выполнялись с нарушением требований ГОСТ Р 53606-2009 «Глобальная навигационная спутниковая система. Методы и технологии выполнения геодезических и землеустроительных работ. Метрологическое обеспечение. Основные положения»

При этом суд также учитывает, что, выражая несогласие с заключением экспертизы, ответчик и его представитель возражали против назначения повторной или дополнительной судебной экспертизы.

Таким образом, судом было установлено, что спорная конструкция в виде металлической трубы возведена ответчиком и полностью расположена в юридических границах земельного участка истца.

Расположение указанной конструкции в границах земельного участка истца свидетельствует о нарушении ответчиком прав истца беспрепятственно пользоваться своим участком. Данное нарушение является существенным и подлежит устранению.

При этом доводы ответчика о переносе спорной конструкции на 30 см. всторону его земельного участка не принимаются судом во внимание, поскольку доказательств, с достоверностью подтверждающих её перенос за пределы участка истца, суду не представлено.

Представленная ответчиком фотография металлической трубы (т. 3 л.д. 60) не принимается судом в качестве доказательства, поскольку не позволяет установить точное местоположение спорной конструкции. 

Иных доказательств, свидетельствующих о переносе спорной конструкции за территорию принадлежащего истцу земельного участка, суду не представлено.

Разрешая заявленные истцом требования о возложении на ответчика обязанности по уборке мусора с территории принадлежащего ей земельного участка, суд приходит к следующим выводам.

На основании положений статей 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих доводов или возражений, если иное не установлено федеральным законом. 

В нарушение вышеуказанных требований закона истцом не представлены доказательства, подтверждающие, что права истца нарушены действиями ответчика, а именно, что ответчик разложил мусор на территории принадлежащего истцу земельного участка.

В соответствии со статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Исходя из требований абзаца 7 стать 42 ЗК РФ, собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы.

Таким образом, в силу указанных норм бремя содержания и использования земельного участка по его целевому назначению, лежит на истце как собственнике, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности по освобождению участка от мусора, при отсутствии доказательств незаконных действий ответчика на участке истца, противоречит закону.

Представленными стороной истца фотоснимками не подтверждается расположение мусора именно в границах земельного участка истца и его принадлежность ответчику (т.1 л.д. 40-63, т. 2 л.д.214, 222).

Таким образом, доказательств того, что ответчик складировал мусор на территории земельного участка истца, суду не представлено, в связи с чем, заявленные истцом требования о возложении на ответчика обязанности по уборке мусора с территории принадлежащего ей земельного участка удовлетворению не подлежат.

Делая такой вывод, суд также учитывает, что экспертами при проведении судебной комплексной землеустроительной и строительно-технической экспертизы проводился экспертный осмотр земельных участков истца и ответчика, в ходе которого какого-либо строительного мусораобнаружено не было, что отражено в заключении экспертов от 15 марта 2019 года № 057/2019 (т.2 л.д. 87-122).

Против назначения дополнительной судебной экспертизы в целях установления наличия мусора на территории принадлежащего ей земельного участка истец возражала.

В ходе судебного разбирательства ответчиком и его представителем было заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд в отношенииисковых требований о восстановлении забора из металлического профиля и цементной кладки у стены котельной со ссылкой на то, что демонтаж забора и разрушение цементной кладки имели место в 2013-2014 годах, что свидетельствует об истечении установленного законом срока исковой давности для защиты нарушенного права, что в силу положений статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Согласно объяснениям истца, данным в судебном заседании, действия ответчика по разрушению цементной кладки у стены её котельной имели место в 2012-2014, 2016 годах, демонтаж забора произведен ответчиком в 2013 году.

В качестве доказательств в обоснование заявленных требований истцом в материалы дела представлена фототаблица, на которой зафиксированы действия ответчика по демонтажу спорного забора с письменными пояснениями истца и указаны даты фотосъемки - 20.09.2012 (т.2 л.д. 219-220) и фотография от 13.11.2014, на которой зафиксированы повреждения цементной кладки с письменными пояснениями истца (т.2 л.д. 211).

Также в качестве доказательства того, что ответчиком был произведен демонтаж её забора и разрушение цементной кладки у стены котельной, истец сослалась на материалы проверок, проведенных МО МВД России «Ртищевский» Саратовской области по её заявлениям.

По ходатайству истца судом был исследован материал проверки по заявлению ФИО1 от 12.11.2014 о том, что ФИО2 разбивал фундамент её котельной (КУСП № 7465 от 12.11.2014).

В рамках проверки был произведен осмотр фундамента 

<

адрес>, в ходе которого обнаружены механические повреждения в виде выдолбленной ложбины шириной 0,5 см глубиной 3 см длиной около 2 м 80 см, что подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 12.11.2014 (т.2 л.д. 176-177).

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 04.05.2016 усматривается, что по заявлению ФИО1 о разрушении фундамента её котельной отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 и 330 УК РФ. При этом установлено, что повреждения фундамента, на которые указывает истец, возникли 12.11.2014 в результате действий ФИО2 (т. 2 л.д. 193).

Судом исследовался и материал проверки по повторному заявлению ФИО1 от 02.11.2018 по факту демонтажа её забора и разрушения цементной кладки у стены котельной ответчиком (КУСП № 5374 от 02.11.2018). 

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.11.2018 усматривается, что по заявлению ФИО1 повторно отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 и 330 УК РФ (т. 2 л.д. 209).

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года (ст. 196 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

На основании совокупности исследованных судом доказательств суд приходит к выводу о том, что о разрушении цементной кладки и демонтаже забора истцу было достоверно известно уже в 2014 году. 

Доказательств, подтверждающих совершение ответчиком действий по разрушению цементной кладки и демонтажу забора после 2014 года, истцом не представлено.

ФИО1 с настоящим иском обратилась в суд 10 декабря 2018 года.

Изложенное свидетельствует о том, что исковые требования о восстановлении забора из металлического профиля и цементной кладки предъявлены за пределами срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ. 

Ходатайства о восстановлении пропущенного срока истцом не заявлено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Следовательно, именно истец должен доказать факт обращения в суд с иском в пределах срока исковой давности.

Вместе с тем, таких доказательств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, суду также не представлено. 

Из разъяснений, приведенных в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Часть 1 ст. 88 ГПК РФ предусматривает, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно абзацу 2 статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В силу ч. 3 ст. 95 ГПК РФ эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

Согласно абзацу второму части второй статьи 85 ГПК РФ в случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 данного Кодекса. 

Экспертным учреждением - обществом с ограниченной ответственностью«Федерация экспертов Саратовской области»в соответствии с определением суда в период с 25.02.2019 по 15.03.2019 была проведена судебная комплексная землеустроительная и строительно-техническая экспертиза.

Экспертное заключение от 15.03.2019 № 057/2019 поступило в суд 18.03.2019 с указанием в сопроводительном письме о том, что стоимость экспертизы составила 40000 рублей, истцом было оплачено 20000 рублей, т.е. оплата за судебную экспертизу произведена не в полном объеме, в связи с чем, содержится просьба об оплате за проведенную судебную экспертизу.

Приказом Минюста РФ от 22 июня 2006 года N 241 утверждены нормы затрат времени на производство экспертиз для определения норм экспертной нагрузки государственных судебных экспертов государственных судебно-экспертных учреждений Министерства юстиции Российской Федерации и методических рекомендаций по их применению. В числе экспертиз, указанных в приложении N 1 к приказу, землеустроительная экспертиза не поименована. Приказом также утверждены методические рекомендации по применению норм затрат времени на производство экспертиз для определения норм экспертной нагрузки государственных судебных экспертов государственных судебно-экспертных учреждений Министерства юстиции Российской Федерации (приложение N 2). 

На основании методических рекомендаций при определении сложности судебной экспертизы рекомендуется учитывать следующие признаки: 

- многообъектность (более трех объектов или более 200 листов материалов дела, представленных на исследование);

- множественность поставленных вопросов (свыше трех вопросов, требующих проведения исследований); 

- потребность в применении трудоемких методов и сложных инструментальных средств, технологический регламент которых превышает 5 дней, в проведении модельных экспериментов для решения конкретных экспертных задач; 

- необходимость разработки новых расчетных моделей и частных методик исследования для решения поставленных вопросов; 

- отнесение экспертизы к комплексной либо повторной, либо межведомственной; 

- необходимость выезда на место происшествия либо осмотра объектов, находящихся вне территории СЭУ, либо проведения исследования на базе других учреждений. 

По степени сложности судебные экспертизы подразделяются на 3 категории: 1 - экспертизы, имеющие до трех признаков сложности; 2 - имеющие три признака сложности; 3 - имеющие четыре признака сложности. 

Согласно представленному экспертным учреждением обоснованию стоимости проведения экспертизы проведенная в рамках рассмотренного дела судебная экспертиза относится к 3 категории сложности и имеет 5 признаков сложности. На производство экспертизы было затрачено 34,5 экспертных часа, что при стоимости одного экспертного часа для производства судебных экспертиз 1167,70 руб, составляет 40000 рублей (т.2 л.д. 124-125).

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного Кодекса.

Учитывая, что предъявленные истцом ФИО1 требования неимущественного характера об устранении препятствий в пользовании домом и земельным участком удовлетворены, суд приходит к выводу о том, что неоплаченные судебные расходы, связанные с проведением экспертизы в размере 20000 рублей, подлежат взысканию с ответчика ФИО2 в пользу экспертного учреждения.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 и ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, а расходы на оплату услуг представителя - в разумных пределах.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов по оказанию юридической помощи в сумме 24500 рублей, которые являются судебными издержками.

В обоснование понесенных расходов истцом представлен договор об оказании юридических услуг от 23.10.2018 № 34-10/18, заключенный между ФИО1 (заказчик) и ООО «Юридическая коллегия» (исполнитель), квитанция к приходному кассовому ордеру № 155 от 23.10.2018, кассовый чек от 23.10.2018 на 24500 рублей (т.1 л.д. 104-107).

Как установлено судом, предметом заключенного между истцом и ООО «Юридическая коллегия» договора является оказание следующих юридических услуг: правовой анализ, подготовка юридических документов, представительство в суде первой инстанции (п. 1.1)

Стоимость услуг по договору составляет 24500 рублей (п. 3.1), истцом была оплачена в полном объеме.

Кроме того, в обоснование требования о возмещении вышеуказанных расходов истцом в материалы дела представлена копия доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ФИО1 обществу с ограниченной ответственностью «Юридическая коллегия» сроком на один год, удостоверенной ФИО11, временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа: город Саратов Саратовской области ФИО4, зарегистрированной в реестре за № (т.3 л.д. 15).

Из содержания указанной доверенности усматривается, что она выдана истцом обществу с ограниченной ответственностью «Юридическая коллегия» на представление её интересов во всех судебных, административных и правоохранительных органах, органах дознания, прокуратуре и иных правоохранительных органах, то есть не на ведение конкретного дела.

Пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", предусмотрено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В рамках рассматриваемого дела истцом представлены доказательства, подтверждающие, что она понесла расходы на оплату услуг ООО «Юридическая коллегия», включающих правовой анализ, подготовку юридических документов, представительство в суде первой инстанции.

Вместе с тем, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что указанные расходы связаны с рассмотрением настоящего гражданского дела.

Ни в договоре оказания услуг, ни в доверенности не указано о том, что вышеуказанные услуги связаны с рассмотренным делом.

В судебных заседаниях по настоящему делу интересы истца представлял ФИО12 по заявлению истца в соответствии с п.6 ст.53 ГПК РФ.

Доказательств того, что ФИО12 представлял интересы истца в рамках оказания юридических услуг по договору, заключенному между ФИО1 и ООО «Юридическая коллегия», подтверждающих наличие трудовых либо иных гражданско-правовых отношений между ФИО12 и ООО «Юридическая коллегия», суду не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о возмещении понесенных истцом расходов в сумме 24500 рублей в связи с недоказанностью их связи с рассматриваемым делом. 

Руководствуясь статьями 194-198, 321 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Обязать ФИО2 устранить препятствия в пользовании домом и земельным участком, расположенными по адресу: 

<

адрес>, убрав конструкцию в виде трубы с территории земельного участка, принадлежащего ФИО1.

В оставшейся части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Федерация экспертов Саратовской области» 20000 (двадцать тысяч) рублей за проведение судебной комплексной землеустроительной и строительно-технической экспертизы.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ртищевский районный суд Саратовской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья