Дело № 2-866/2025

Номер строки статотчета 2.225

УИД 02RS0003-01-2025-001484-44

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 сентября 2025 года село Майма

Майминский районный суд Республики Алтай в составе судьи Бируля С.В., при секретаре Т, рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ИС к ДВ о признании фактическим воспитателем, 

установил:

ИС обратился в суд с иском к ДВ в лице законного представителя ЮЛ о признании того, что ВВ, погибший 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> при выполнении задач входе специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, в период с 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> и до своего совершеннолетия находился на воспитании и содержании ИС, в связи с чем имеет право на получение единовременное выплаты в связи со смертью военнослужащего. В обоснование указал, что ДВ В.В. является родным братом истца, погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территории ДНР. Когда ВВ исполнилось 12лет, истец был назначен его опекуном в связи со смертью матери и отсутствием отца, с указанного времени погибший проживал с истцом по совершеннолетия погибшего, истец занимался его воспитание, содержанием, следил за здоровьем, развитием опекаемого. Его заявление, поданное в порядке особого производства, оставлено без рассмотрения.

Протокольным определением суда к участию в деле третьими лицами привлечены Министерство обороны РФ, Министерство труда, социального развития, занятости населения Республики Алтай, КУ РА «Управление социальной поддержки населения 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>», КУ РА «Управление социальной поддержки населения 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>».

В судебном заседании представитель истца на иске настаивал, представитель ответчик иск не признал, представитель третьего лица КУРА «Управление социальной поддержки населения 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>» полагал иск не подлежащим удовлетворению. Истец, ответчик, представители третьих лиц не явились в судебное заседание, надлежащим образом извещены о его времени и месте, о причинах неявки не сообщили, поэтому дело рассмотрено в их отсутствие, согласно ст. 167 ГПК РФ.

Представитель третьего лица ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай» в возражениях полагал иск не подлежащим удовлетворению.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

Определением Майминского районного суда от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> заявление ИС о признании фактическим воспитателем оставлено без рассмотрения с указанием на наличии спора о праве.

Как следует из материалов дела, ДВ В.В. родился 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>, его родители ДВ В.А. и МП

На основании постановления администрации 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН> от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> ИС назначен опекуном над несовершеннолетним ВВ в связи с тем, что мать его умерла 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>, а местонахождение отца ВВ неизвестно. 

Из письма директора КУ РА «УСПН 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>» от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> следует, что снятие опеки с ИС над несовершеннолетним ВВ не производилось. 

Согласно справке ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай» от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> ДВ В.В., проходивший военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации, 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики. 

Обращаясь в суд с требованием о признании фактическим воспитателем, истец указывает на то, что с 1996 года фактически осуществлял воспитание и содержание несовершеннолетнего ВВ., являлась его опекуном, заботился о его здоровье и развитии.

Суд находит, что с апреля 1996 года и до совершеннолетия ВВ, то есть в течение не менее пяти лет, истец фактически занимался его воспитанием, содержанием что является основанием для признания его фактическим воспитателем в целях получения мер социальной поддержки в связи со смертью военнослужащего.

К указанному выводу суд пришел исходя из следующего.

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", вступившим в силу с 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>, к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья (абзац второй пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 22-П).

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу, как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты "в", "м"), обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 17-П, от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 18-П, от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 8-П, от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 15-П, от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 22-П, от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, ФИО1 как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвертый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 22-П).

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации") и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь. Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 22-П, от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 16-П).

Свидетель ИВ в судебном заседании пояснила, что являлась учителем ВВ до 1997 года, а всего 3 года, была его классным руководителем. С 1996 года он проживал с братом ИС, последний посещал родительские собрания, проверял успеваемость.

Свидетель ИС показала, что в апреле 1996 года умерла их мать, до её смерти ДВ В.В. проживал с матерью. После похорон матери ИС фактически воспитывал ВВ, стал его опекуном, до достижения последним 18 лет., проживали он первые два года в 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, затем в 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>. ИА работал неофициально, учился в техникуме, опекунских пособий не получал. При проживании в 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН> ИС давал денежные средства ИС, та покупала продукты, готовила для них. С 1996 года до достижения ИВ совершеннолетия воспитанием ВВ занимался ИС, водил в секции, следил за учебой, посещал лечебные учреждения. 

По сведениям КУРА «Управление социальной поддержки населения 

<

АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>» от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>, Соузгинской сельской администрации от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> сведения о выплатах ИС пособий на опекаемого ВВ отсутствуют.

Из записей актов гражданского состояния следует, что мать ВВ И (ранее С) М.П. скончалась 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>, отец ВА -

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА>.

То, что воспитанием, содержанием несовершеннолетнего ВВ с 12-летнего возраста до достижения совершеннолетия, занималось иное лицо, нежели ИА, не установлено в судебном заседании.

Само по себе назначение ИС, приходящегося родным братом ИВ, опекуном, не является основанием к отказу в иске, в виду следующего.

Законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, предусмотрел в качестве лиц, имеющих право на получение страховой суммы, фактических воспитателей военнослужащих.

Цель такой выплаты - компенсировать лицам, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, оставшегося без родителей, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Судом установлено, истец воспитывал и содержал ВВ не менее пяти лет до совершеннолетия последнего, при этом в течение всего времени он проживал по месту жительства опекуна, который заботился о нем, что подтверждается имеющимися в деле доказательствами.

Ссылки представителя ответчика на то, что ИС получал соответствующие выплаты как опекун и потому лишен права требовать возмещения материальных потерь, отвергаются, поскольку указанное выше правовое регулирование, гарантирующее членам семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 22-П, от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 16-П).

Круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых фактические воспитатели такого военнослужащего, даже учитывая определение понятия фактического воспитателя в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 56, не исключает различий в их фактическом положении и учета при установлении факта фактического воспитания и определении наличия у фактического воспитателя погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Поведение ВВ после совершеннолетия, его отношение к обязанностям как гражданина государства, явились результатом и следствием его воспитания истцом. Кроме того, факт получения опекунских пособий ИС на опекаемого ВВ не подтвержден. 

Дифференциация же прав фактических воспитателей военнослужащих в зависимости от получения ими денежных средств в виде пособия является формальным толкованием пункта 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> N 306-ФЗ о фактических воспитателях как выгодоприобретателях без учета цели, которую преследовал законодатель. 

Таким образом, суд находит, что факт воспитания и содержания истцом погибшего военнослужащего ВВ в течение не менее 5 лет с апреля 1996 года и до его совершеннолетия нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, поэтому иск подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Установить, что ВВ, погибший 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, в период с 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> и до своего совершеннолетия, то есть более пяти лет, находился на воспитании и содержании ИС, 

<

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА> года рождения, в связи с чем имеет право на получение единовременного пособия в связи со смертью военнослужащего.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Бируля С.В. 

Решение изготовлено 26.09.2025