Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 февраля 2018 года г. Усть-Илимск

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Бухашеева Д.А., при секретаре судебного заседания Кондратьевой И.С., 

с участием истца ФИО1, 

ответчиков ФИО2, ФИО3, представителя ответчика ФГКУ УВО ВНГ России по Иркутской области» ФИО4, действующей на основании доверенности, представителя ответчиков Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области, Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации – ФИО5, действующего на основании доверенностей,

в отсутствие: представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Иркутской области, представителя 3го лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – МО МВД Росси «Усть-Илимский»

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-50/2018 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО6, Федеральному государственному казенному учреждению «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области», Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Иркутской области о признании неправомерными действий должностных лиц, взыскании компенсации морального вреда.

УСТАНОВИЛ:

В обоснование заявленных требований истец ФИО1 указал, что **.**.**** в вечернее время, на остановке «имени Тельмана» был обвинён в подозрении в совершении им уголовного преступления и под этим предлогом, против его воли самоуправно доставлен в отдел полиции сотрудниками ОВО, старшиной полиции ФИО2 и сержантом полиции ФИО3, без составления процессуальных документов, подтверждающих законность и обоснованность задержания (доставления). ФИО1, ожидавший автобуса, был возмущен не соответствующим поведением сотрудников ОВО, у которых помимо прочего отсутствовали обязательные для ношения нагрудные знаки. На вопрос о законности действий внятно объяснить не смогли, протокол задержания составлять отказались. ФИО2 в нарушение регламента, без предупреждения использовал физическую силу, понуждая сесть в автомобиль. Изложенное происходило публично, при скоплении на противоположной стороне людей. ФИО1 обратился с жалобой на незаконное задержание через Усть-Илимскую прокуратуру и действия сотрудников **.**.**** были признаны незаконным с привлечением сотрудников к дисциплинарной ответственности. ФИО2 и ФИО3 не только совершили противоправные действия, но и препятствовали расследованию. **.**.**** не соблюдая требований п.1 ч.1 и ч.3 ст.27.1 КоАП РФ, ч.1 ст.10 и п.7 ч.1 ст.9 ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации», превысили должностные полномочия, чем нарушили конституционные и гражданские права А.В. Бережного. Считает, что ФИО2 и ФИО3, совершившие публично противоправные действия, препятствовавшие объективному расследованию, в нарушение п.3 ст.9 ФЗ «О полиции», отказавшиеся принести ему свои извинения, должны возместить ему нанесенный моральный вред, за нравственные страдания, умышленно причиненные ФИО1. Полагает также, что по указанным обстоятельствам, для получения удовлетворения за публичное нарушение его прав в момент незаконного задержания и последующего чинения препятствий расследованию, будет достаточно взыскать с ФИО2 9 000 рублей (за участие в незаконном задержании **.**.**** незаконное применение силы без предупреждения, препятствование объективному расследованию произошедшего), с ФИО3 6 000 рублей (за участие в незаконном задержании, препятствование объективному расследованию 3 000 рублей. Итого 15 000 рублей за комплекс целенаправленных, заведомо умышленных противозаконных силовых действий сотрудниками национальной гвардии Российской Федерации, совершенных ими при исполнении должностных обязанностей и последующем препятствии объективному расследованию. Просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда: со старшины полиции ФИО2 9 000 рублей, сержанта полиции ФИО3 6 000 рублей, признать неправомерными действия данных должностных лиц.

С учетом дополнения искового заявления от **.**.**** просит взыскать с ФИО2 за незаконное задержание его **.**.**** нарушение ст.14 ФЗ «О полиции» 10 000 рублей, по тем же основаниям с ФИО3 10 000 рублей. Указывает, что действия ответчиков причинили ему моральный вред, нравственные страдания и физическое воздействие, не проходившее в течение недели с момента применения силы ФИО7 (л.д.153).

Определением Усть-Илимского городского суда от **.**.**** к участию в деле привлечены: в качестве соответчиков Федеральное государственное казенное учреждение «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области», Министерство финансов РФ в лице УФК по Иркутской области.

Определением Усть-Илимского городского суда от **.**.**** к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика МО МВД России «Усть-Илимский».

Определением суда от **.**.**** к участию в деле привлечены: в качестве соответчиков Управление Федеральной службы войск национальной гвардии российской Федерации по Иркутской области, Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации.

В судебном заседании истец ФИО8 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, указав, что моральный вред причинен в связи с нарушением его конституционных прав на неприкосновенность личности, свободу передвижения. После того, как в отделе полиции установили его личность, сотрудники охраны привезли его домой, останавливаясь по пути и не извенившись. Пояснял также, что не желает и не желал привлечения сотрудников к уголовной ответственности, а потому не обращался в медицинские учреждения. 

Представитель ответчика ФГКУ УВО ВНГ России по Иркутской области» ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в представленном письменном возражении на исковое заявление. Просила в удовлетворении иска отказать полностью. 

Представитель ответчиков Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области, Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации – ФИО5, с заявленными требованиями согласен не был, поддержал письменные возражения, просил в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме. 

Ответчик ФИО2 с заявленными требованиями согласен не был, просил отказать в удовлетворении искового заявления.

Ответчик ФИО3 с заявленными требованиями согласен не был, просил отказать в удовлетворении искового заявления.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Иркутской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Согласно письменного ходатайства представитель просил судебное заседание провести в их отсутствие, поддержал доводы, изложенные в представленном ранее письменном возражении на исковое заявление.

Представитель третьего лица МО МВД России «Усть-Илимский» в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в её отсутствие. 

Исследовав в совокупности пояснения явившихся сторон, представленные письменные доказательства по делу, и, оценив их с учетом требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд приходит к выводу о том, что требования истца не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Положениями Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов (ст. 22 Конституции РФ). Каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства (ч.1 ст.27 Конституции РФ).

Кроме того, согласно положений, закрепленных в Конституции Российской Федерации, достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. 

Также установлено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53 Конституции Российской Федерации). 

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда. 

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Условиями ответственности за причинение вреда, как правило, являются: противоправность поведения причинителя вреда, наступление вреда, причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда.

Исходя из положений статей 150, 151 ГК РФ, разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.д.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Компенсация морального вреда, являясь мерой гражданско-правовой ответственности, также предполагает наличие состава гражданского правонарушения: совершение действий (бездействия), посягающих на нематериальные блага или личные неимущественные права; нравственные или физические страдания; причинная связь между действиями (бездействием) и страданиями; вина причинителя вреда (за исключением случаев, установленных статьей 1100 ГК РФ, когда вина не является условием ответственности).

В соответствии же с пунктом 11 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Исходя из смысла приведенных норм, гражданско-правовая ответственность государства за действия должностных лиц, установленная статьями 1069, 151 ГК РФ, наступает только при совокупности таких условий, как противоправность действий (бездействия) должностного лица, наличие вреда и доказанность его размера, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

При всем указанном, положениями части 3 статьи 55 Конституции РФ установлено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Из материалов дела следует и судом установлено, что **.**.**** ФИО1 в ночное время, около 22 часов 30 минут находился на остановке общественного транспорта в г.Усть-Илимске Иркутской области. В указанное время, сотрудники взвода полиции роты полиции Усть-Илимского отдела вневедомственной охраны - филиала ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области», старший полицейский ФИО2 и полицейский (водитель) ФИО3, находившиеся при исполнении своих должностных обязанностей осуществляли проверку документов у А. И у находившегося на этой же остановке общественного транспорта ФИО1, также были потребованы документы для установления личности, в связи с его подпаданием под описание лица, совершившего преступление, указанное в ориентировке №62. В связи с отсутствием при себе документов, удостоверяющих личность, отказом назвать свои фамилию, имя и отчество, ФИО1 был доставлен в отдел полиции МО МВД России «Усть-Илимский» для установления личности, где сотрудниками полиции и была установлена его личность. После указанного, по распоряжению руководства ОВО, ФИО1 был доставлен домой, сотрудники ОВО принесли свои извинения.

Факт нахождения старшего полицейского ФИО2 и полицейского (водителя) ФИО3 при исполнении своих служебных обязанностей сторонами не оспаривается, подтверждается письменными материалами дела, выписками из приказов по личному составу, контрактами о прохождении службы, материалами проверки по письменному обращению ФИО1, книгой службы нарядов.

Из содержания указанных документов следует, что на основании приказов по личному составу от **.**.**** *** *** старшина полиции ФИО2 назначен старшим полицейским взвода полиции *** роты полиции, а старший сержант полиции ФИО3 назначен полицейским (водителем) 2 взвода роты полиции Усть-Илимского отдела вневедомственной охраны, с ними заключены служебные контракты. Согласно книге службы нарядов, **.**.**** находились в рабочее время при исполнении должностных обязанностей.

В соответствии с должностными регламентами старшего полицейского ФИО2 и полицейского (водителя) ФИО3, они несут права и обязанности определенные Федеральным законом РФ от 03.07 2016г. №226-ФЗ «О федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации». При этом, старший полицейский ФИО2 обязан знать оперативную обстановку на территории обслуживания Усть-Илимского ОВО и МО МВД России «Усть-Илимский». Проверять документы, удостоверяющие личность граждан, если имеются данные, дающие основание подозревать их в совершении преступления или полагать, что они находятся в розыске, либо если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, либо имеются основания для их задержания, в случаях, предусмотренных законом. Полицейский (водитель) ФИО3 обязан задерживать лиц, в случаях, предусмотренных Федеральным законом «О полиции». 

Как следует из положений Федерального закона от 03.07.2016 N 226-ФЗ (ред. от 05.12.2017) "О войсках национальной гвардии Российской Федерации", войска национальной гвардии наделены полномочиями, в том числе: проверять документы, удостоверяющие личность граждан, если имеются данные, дающие основания подозревать их в совершении преступления или полагать, что они находятся в розыске, либо если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, либо если имеются основания для их задержания в случаях, предусмотренных федеральным законом (п.4 ч.1 ст.9), а также доставлять граждан в служебное помещение органа внутренних дел (полиции) в целях решения вопроса о задержании гражданина; установления личности гражданина, если имеются основания полагать, что он находится в розыске как скрывшийся от органов дознания, следствия или суда либо как уклоняющийся от исполнения уголовного наказания; защиты гражданина от непосредственной угрозы его жизни или здоровью в случае, если он не способен позаботиться о себе либо если опасности невозможно избежать иным способом (п.7 ч.1 ст.9).

В обоснование своей позиции о правомерности своих действий, ответчиками указано о подпадании внешности истца ФИО1 под описание ориентировки ***. 

В связи с изложенным, судом была проверена данная информация и установлено, что согласно Журнала *** учета исходящих телефонограмм, телеграмм МО МВД России «Усть-Илимский» имеется телефонограмма ***, переданная в том числе в ОВО о том, что неизвестное лицо похитило сотовый телефон. Мужчина, 30-35 лет, рост 180-185 см, худощавого телосложения. Волос короткий (л.д. 131), что также подтверждается Журналом учета ориентировок и сообщений о совершенных преступлениях (л.д.156).

Как указано ранее, права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Учитывая изложенные положения Конституции РФ, положения Федерального закона о войсках национальной гвардии, предоставляющие полномочия по проверке документов и доставлению граждан в служебные помещения, учитывая наличие **.**.**** во время дежурства сотрудников войск национальной гвардии ФИО2 и ФИО3 ориентировки по розыску ***, у сотрудников войск национальной гвардии имелись основания для проверки документов, удостоверяющих личность, а также доставления в служебное помещение органа внутренних дел (полиции) ФИО1 

Доводы истца ФИО1 о нарушении его прав на неприкосновенность личности, права на свободу передвижения в данном случае несостоятельны, указанные права могли быть ограничены, в той мере, в которой это необходимо для обеспечения полномочий государства по раскрытию преступлений, розыску подозреваемых. В данном случае каких-либо нарушений при исполнении сотрудниками войск национальной гвардии положений законодательства не установлено. баланс интересов личности и государства не был нарушен. После установления личности ФИО1, он был доставлен домой сотрудниками охраны. Физическая сила, как таковая, регламентируемая ст.19 указанного ФЗ «О войсках национальной гвардии» к ФИО1 не применялась, доказательств изложенному не представлено. Истец в судебном заседании указывал о том, что после разъяснения необходимости проезда добровольно сел в машину. После случившегося какого-либо медицинского освидетельствования не проходил. 

Ссылки истца на то, что у сотрудников отсутствовали нагрудные жетоны. Автомобиль был без проблесковых маячков, в котором сотрудники не были пристегнуты не могут повлиять на выводы суда о законности действий сотрудников, поскольку как показал сам истец, сотрудники находились в специализированном автомобиле со специальной символикой, в форменном обмундировании, представились, продемонстрировали служебные удостоверения, а потому ФИО1 обязан был подчиниться требованиям данных сотрудников. Ссылки истца на несвязность требований также не могут повлиять на выводы суда, поскольку требование о предоставлении документов, удостоверяющих личность, было истцом понято, при этом, в связи с необходимым режимом доставления лица, подозреваемого в совершении преступления не озвучили цель проверки, впоследствии ее указав, а потому ФИО1 обязан был подчиняться их требованиям. 

Согласно информационной справки начальника ДЧ МО МВД России «Усть-Илимский», **.**.**** в здание межмуниципального отдела был доставлен гражданин ФИО1 по ориентировке ***, однако при входе в помещение личность данного гражданина была установлена дежурной сменой. Данная информация доведена до сведения сотрудников ОВО ВНГ, внешне гражданин не подходил под описание подозреваемого (л.д. 128). 

Ссылки представителя 3го лица на непохожесть личности истца под описание в ориентировке, не влекут признания действий сотрудников вневедомственной охраны ФИО2 и ФИО3 незаконными, поскольку субъективные факторы восприятия окружающей обстановки сотрудниками МО МВД России «Усть-Илимский» в помещении дежурной части, которые непосредственно установили личность истца при его доставлении, могут отличаться от степени восприятия окружающей обстановки сотрудников войск национальной гвардии при проверке документов. В итоге разбирательства личность истца установлена, он доставлен домой, нарушений суд не усматривает. 

Кроме того, в обоснование своих доводов ФИО1 также ссылается на привлечение сотрудников охраны к дисциплинарной ответственности, указывая на ответы Усть-Илимской межрайонной прокуратуры (л.д. 99) и Усть-Илимского отдела вневедомственной охраны (л.д.100) о нарушении положений п.1 ч.1 и ч.3 ст.27.1 КоАП РФ. Привлечение к дисциплинарной ответственности подтвердили в судебном заседании ответчики ФИО2 и ФИО3, указав о не составлении соответствующего рапорта. 

Между тем, такие ссылки истца, как на основание взыскания компенсации морального вреда, судом быть приняты не могут, т.к. в данном случае истец доставлялся в орган внутренних дел не в связи с совершением административного правонарушения, а для установления личности, согласно требованиям ФЗ «О войсках национальной гвардии». Отсутствие конкретного механизма взаимодействия правоохранительных органов в данном случае, не составление заинтересованными лицами процессуальных документов не влечет оснований для взыскания компенсации морального вреда при отсутствии к этому оснований. Предъявление обвинения в совершении преступления, либо объявление о подозрении в совершении преступления, незаконность признания которых влечет реабилитацию, в данном случае не производились. 

Истцом не представлено доказательств нарушения ответчиками личных неимущественных прав либо принадлежащих истцу иных нематериальных благ и причинения морального вреда, какой-либо вред, истцу не причинен. Наличие у гражданина установленного законом права на возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями органов государственной власти и управления, дознания, следствия, прокуратуры и суда, не освобождает его от обязанности приводить в исковом заявлении либо при рассмотрении дела по существу обоснование тому, в чем конкретно выразилось нарушение его личных неимущественных прав либо принадлежащих истцу иных нематериальных благ, а также представлять доказательства.

Истцом были активно реализованы процессуальные права, предусмотренные действовавшим на период предъявления и рассмотрения искового заявления о компенсации морального вреда. Между тем, доказательств причинения соответчиками по делу истцу морального вреда, не представлено. Сам по себе факт привлечения к дисциплинарной ответственности ФИО2 и ФИО3 безусловным основанием для компенсации морального вреда не является, незаконными их действия не признаны, оснований для этого у суда нет. 

На основании изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца в полном объеме, в связи с чем в удовлетворении иска ФИО1 о признании действий неправомерными, взыскании компенсации морального вреда следует отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО6, Федеральному государственному казенному учреждению «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области», Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Иркутской области о признании неправомерными действий должностных лиц, взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Иркутский областной суд через Усть-Илимский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Д.А. Бухашеев