Судья ФИО12 Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 27 апреля 2021 года

<

адрес>вой суд в составе:

председательствующего судьи ФИО11,

прокурора ФИО3, 

адвоката ФИО4, представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

осужденного ФИО1,

при секретаре ФИО5,, 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора, апелляционным жалобам адвоката ФИО6, адвоката ФИО8 на приговор Чугуевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец ч.

<

адрес>, гражданин РФ, со средним образованием, разведенный, имеющий малолетнего ребенка, участковый лесничий КГКУ «Примлес» проживающий 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден:

- по ст. 292 ч.1 УК РФ к 250 часам обязательных работ, на основании ст. 302 п. 8 УПК РФ, освобожден от наказания в связи с истечением срока давности; 

- ст. 285 ч.1 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. 

Заслушав доклад судьи ФИО11, мнение прокурора ФИО3 полагавшего приговор подлежащим изменению, выступление осужденного ФИО1, адвоката ФИО6, поддержавших доводы жалоб, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 указанным приговором признан виновным и осужден за совершение служебного подлога, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из иной личной заинтересованности. В связи с истечением сроков давности от наказания по данной статье освобожден.

Он же признан виновным и осужден за злоупотребление должностными полномочиями, т.е. использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если эти деяния совершены из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Указанные преступления совершены в 

<

адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. 

Осужденный ФИО1 в суде первой инстанции вину не признал.

В апелляционном представлении ставится вопрос об изменении приговора т.к. наказание не соответствует требованиям ст. 60 УК РФ. Не был решен вопрос и не дана оценка предложенному прокурором дополнительного наказания в виде запрета заниматься деятельностью, связанной с государственным лесным контролем и надзором, на срок 3 года.

В апелляционных жалобах адвокат ФИО7 полагает приговор незаконным, просит его отменить и вынести оправдательный приговор. Считает, что для наличия состава преступления по ст. 285 УК РФ необходимо было установить, были ли нарушения лесного законодательства, какие нормы нарушены, наступает ли ответственность по ст. 260 УК РФ. Из пояснений осужденного и экспертизы следует, что процент поврежденных от рубки деревьев не превышает 5 от оставшихся деревьев, что соответствует законодательству и не является нарушением. Специалист пояснил в процессе, что технологически невозможно провести рубку без повреждений. Суд не принял во внимание пояснения эксперта, что часть отмеченных деревьев породы кедр корейский в действительности повреждены от пожара, а не рубок и точное количество поврежденных деревьев определить невозможно. Экспертом установлено, что часть поврежденных пожаром деревьев незаконно отмечена как поврежденные в ходе рубок. Расчет ущерба произведен на основании данных полученных через 7 месяцев после осмотра лесосек ФИО1. При осмотре места происшествия, в нарушение приказа Россельхоза № не применялись специальные технические средства: мерная вилка, а применялась рулетка. Объем вырубки и ущерба определен не правильно. В акт осмотра вносятся только выявленные нарушения. 

Выводы суда о том, что ФИО1 внес ложные сведения в протоколы об административных правонарушениях противоречат показаниям свидетелей, которые показали, что им в осенне-весенний период 2014-2015 г.г. привозили древесину. Следовательно, древесина вывозилась до даты составления акта осмотра лесосек. Протокол об административном правонарушении не является официальным документом, не влечет юридических последствий. Материалами дела не доказывается какая-либо личная заинтересованность. Сторона обвинения через несколько дней после составления актов ФИО1 провела обследование лесосек и установила предполагаемое нарушение лесного законодательства, т.е. действия подсудимого не могли повлечь последствия в виде нарушения порядка возмещения ущерба.

В апелляционных жалобах адвокат ФИО8 указал, что приговор является слишком суровым. Приводя в жалобе показания свидетелей, указал, что у осужденного не имелось заинтересованности или фактов получения денег. Не обоснованно отказано в проведении дендрологической и ботанической экспертиз, экспертизы компакт-дисков. Постановление об отказе в возвращении дела прокурору незаконно.

В дополнительной апелляционной жалобе от ДД.ММ.ГГГГ адвокат ФИО8 сообщает, что постановлением Чугуевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отказано в удовлетворении ходатайства защитника ФИО8 о возвращении уголовного дела прокурору. Защитник с указанным постановлением не согласен, считает его незаконным и подлежащим отмене, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенно нарушен уголовно-процессуальный закон. Считает, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, так как обвинительное заключение составлено с грубейшим нарушением требований УПК РФ, поскольку из текста обвинения невозможно установить, в чем заключалось нарушение тех или иных норм федерального законодательства, в том числе Конституции РФ, полномочий, предусмотренных должностной инструкцией. Ссылаясь на ст.ст. 73, 220 УПК РФ указывает, что при описании преступного деяния в обвинении не приведено, какие сведения не были отражены в акте осмотра мест рубок, указанные в п. 67 Приказа Рослесхоза от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил заготовки древесины», в связи с этим защите не понятно, в чем заключается нарушение п. 67 Приказа. Вместе с тем, сообщает, что согласно предъявленному обвинению осужденным при приемке лесосеки были нарушены права, предусмотренные п.п. 1-14.2 ч. 3 ст. 96 Лесного кодекса РФ, однако в обвинении не приведено и защите не понятно, в чем, в каких действиях заключалось нарушение осужденным данных пунктов. Помимо этого, защите не понятно, в чем заключалось нарушение осужденным пунктов 2.3, 2.6, 3.10, 3.13-3.16 типовой должностной инструкции – помощника участкового лесничего Чугуевского филиала КГКУ «Примлес», поскольку данные обстоятельства в обвинении не приведены. Кроме этого, согласно предъявленному обвинению, последствия от незаконной деятельности ФИО1 заключались в существенном нарушении охраняемых законом интересов общества и государства, выразившиеся в грубом нарушении положений ч. 2 ст. 8, ч. 1 ст. 9, ч. 1 ст. 19, ч. 2 ст. 36 Конституции РФ, однако в обвинении не раскрыта норма, предусмотренная ч. 2 ст. 36 Конституции РФ, не приведено, в чем заключается вменяемое нарушение данной нормы. Также при описании последствий незаконной деятельности ФИО1 приведены только положения остальных статей Конституции РФ без указания, в чем конкретно выразились вменяемые последствия. Ссылаясь на ст.ст. 73, 171, 220 УПК РФ указывает, что в обвинении не приведено, была ли в действительности вывезена древесина на момент составления протоколов об административных правонарушениях, что составляет объективную сторону административного правонарушения, являются ли сведения о вывозке древесины ложными. Считает, что нарушаются права на защиту, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, поскольку из текста обвинения невозможно установить в чем заключалось нарушение тех или иных норм федерального законодательства, в том числе Конституции РФ, полномочий, предусмотренных типовой должностной инструкцией. Считает, что нарушение процессуальных прав обвиняемого в стадии предварительного расследования может лишить его в дальнейшем эффективной судебной защиты. По мнению защитника, суд не вправе выходить за пределы содержания обвинения, выдвинутого органами следствия, не может сам определять круг лиц, подлежащих привлечению к уголовной ответственности. Полагает, что отказывая в удовлетворении ходатайства о возвращении дела прокурору суд в нарушение ст. 7 УПК РФ не обосновал свое решение, не привел, в чем конкретно выразилось нарушение тех или иных норм осужденным, в чем заключались наступившие последствия, а по составу преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ не привел, производилась ли в действительности вывозка древесины с лесосеки до составления протоколов об административных правонарушениях. Просит приговор Чугуевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, а также постановление Чугуевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменить и возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В дополнительном апелляционном представлении от ДД.ММ.ГГГГ прокурор указывает, что фактическая сторона преступления признана доказанной и нашла свое подтверждение, за исключением размера причиненного ущерба. Судом указано, что факт наличия незаконной рубки неустановленными лицами подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 3 ст. 260 УК РФ. Вместе с тем, судом не дана оценка тому обстоятельству, что в постановлении о возбуждении уголовного дела указано о незаконной рубке деревьев породы «Липа», «Дуб», с причинением ущерба в размере 2572487 руб. При этом, факт незаконной рубки не вменялся. Кроме того, в приговоре не дана надлежащая оценка доводам о допустимости повреждения лесных насаждений до 5 процентов. Просит приговор отменить, направить уголовное дело в Чугуевский районный суд 

<

адрес> на новое рассмотрение. 

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Исходя из положений ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора и иного решения суда первой инстанции.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или иного судебного решения на основе данного обвинительного заключения. 

Как следует из ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователем должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; согласно ч. 1 ст. 73 УПК РФ, событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы подлежат доказыванию в ходе производства по уголовному делу. 

По мнению суда апелляционной инстанции, указанные требования закона были нарушены в ходе предварительного следствия и судом первой инстанции. 

Так, из существа предъявленного ФИО1 обвинения следует, что помощник участкового лесничего Чугуевского участкового лесничества Чугуевского филиала КГКУ «Примлес» ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установил факт повреждения до степени прекращения роста лесных насаждений неустановленными лицами при осуществлении рубки лесных насаждений по договорам купли-продажи лесных насаждений для нужд граждан на семи лесных участках - корейский кедр (15), клён (18), берёза жёлтая (1), липа (6), ель (1), чем был причинен ущерб в общем размере 198965 рублей. При этом, как полагает орган предварительного следствия, неустановленными лицами совершено преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 260 УК РФ. 

Однако ФИО1 не принял мер к фиксации обстоятельств указанного преступления, не составил протоколы (акты) о допущенных нарушениях лесного законодательства, не направил их в правоохранительные органы, тем самым не принял мер к установлению виновных лиц с целью привлечения их к ответственности, а также мер по установлению объёмов и возмещению причинённого ущерба, а в последующем в ходе общения с оперуполномоченным отделения экономической безопасности и противодействия коррупции ОВД по 

<

адрес> ФИО9 сообщил тому информацию о выявленных им повреждениях лесных насаждений. После чего ФИО1 согласился на предложение ФИО9 и с целью сокрытия совершённого неустановленными лицами преступления, выразившегося в повреждении лесных насаждений, без проведения осмотра и оценки состояния лесных участков составил фиктивные акты осмотра пяти лесных участков (мест рубок древесины), в которых не отразил сведения о повреждении лесных насаждений, на основании этих актов составил протоколы об административном правонарушении в отношении пяти граждан, заключивших указанные выше договоры купли-продажи, в которые внёс сведения о совершении этими гражданами порядка и нормативов заготовки древесины для собственных нужд, за которые предусмотрена административная ответственность, придав видимость надлежащего исполнения возложенных на него обязанностей по осуществлению государственного контроля и надзора, охране леса на подведомственных ему участках.

Указанные обстоятельства совершения преступления ФИО1 суд первой инстанции посчитал доказанными, при этом с учетом доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, причиненный повреждением лесных насаждений ущерб был установлен в размере 150851 рубль. 

Как следует из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, при определении мотива совершенных преступлений было указано на выявление факта наличия незаконной рубки неустановленными лицами, подтвержденного постановлением о возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, от ДД.ММ.ГГГГ, однако, из текста этого постановления следует, что был выявлен факт незаконной рубки липы и дуба с причинением общего ущерба лесному фонду в размере 2572487 рублей, при том, что неустановление факта незаконной рубки этих деревьев и непринятие мер к фиксации указанных лесонарушений ФИО1 не вменялось, ссылки на иные данные, свидетельствующие о том, что повреждение лесных насаждений в установленных размерах имело место, приговор не содержит.

Вместе с тем, разрешение вопроса о наличии преступления, которое скрывал ФИО1, не может не влиять на выводы о существенности нарушений охраняемых законом интересов общества и государства при квалификации действий по ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Кроме того, в соответствии с п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных статьей 285 УК РФ, судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами, а также иными документами установлены права и обязанности обвиняемого должностного лица, с приведением их в приговоре, и указывать, злоупотребление какими из этих прав и обязанностей или превышение каких из них вменяется ему в вину, со ссылкой на конкретные нормы (статью, часть, пункт).

Из предъявленного ФИО1 обвинения следует, в частности, что им были нарушены положения федерального закона со ссылкой на установленные пунктами 1-14.2 части 3 ст. 96 «Лесного кодекса Российской Федерации» (Федеральный закон № 200-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) полномочия должностных лиц государственного лесного надзора, что также было признано доказанным судом, однако из обвинительного заключения не следует, в чем именно заключались допущенные ФИО1 нарушения каждого из пунктов ч. 3 ст. 96 Лесного кодекса РФ. 

Указанная неопределенность предъявленного ФИО1 обвинения, связанная как со ссылкой на выделение уголовного дела в отношении неустановленных лиц, якобы повредивших лесные насаждения до степени прекращения роста, и в действиях которых были усмотрены признаки состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, так и с некорректным указанием существа обвинения, являлась препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения на основе данного обвинительного заключения, поскольку устранение допущенных нарушений связано с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия и может повлечь недопустимое нарушение установленных пределов судебного разбирательства, поэтому в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Несмотря на указанные выше обстоятельства, постановлением Чугуевского районного суда 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ необоснованно отказано в ходатайстве стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору, хотя для этого имелись достаточные основания, в силу чего это постановление также нельзя признать отвечающим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Чугуевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и постановление Чугуевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу в отношении ФИО1 отменить, возвратить уголовное дело прокурору 

<

адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционные жалобы адвокатов ФИО10, ФИО8, дополнительное апелляционное представление – удовлетворить частично.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, правомочный пересматривать обжалуемое судебное решение, в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу. 

Осужденный, содержащийся под стражей, подает жалобу в тот же срок, со дня вручения копии решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: ФИО11