Дело № 1-42/2020

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Южа Ивановской области 30 июля 2020 года 

Палехский районный суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи Пятых Л.В., с участием:

государственного обвинителя – прокурора Южского района Иваненко М.А., 

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката адвокатского кабинета ФИО3, представившего удостоверение №338 от 27 июля 2004 года и ордер №002194 от 26 июня 2020 года,

потерпевшего ФИО2,

при секретаре Зверевой О.Ю., помощниках судьи: Ляпиной Е.С., Часовских О.В., Борисове Д.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, русского, состоящего в браке, несовершеннолетних детей не имеющего, с основным общим образованием, инвалида 2 группы, пенсионера, не работающего, не военнообязанного, государственных наград не имеющего, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

установил:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах:

06 сентября 2019 года в период времени с 19 часов 00 минут до 23 часов 20 минут, ФИО1 распивал спиртное в своем доме по адресу: 

<

адрес>, совместно с К. В ходе распития спиртного, на почве ссоры и внезапно возникших личных неприязненных отношений, у ФИО1, находившегося в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, возник умысел на причинение смерти К.

Реализуя преступный умысел, 06 сентября 2019 года в период времени с 19 часов 00 минут до 23 часов 20 минут, ФИО1, находясь в помещении кухни своего дома по адресу: 

<

адрес>, на почве ссоры и внезапно возникших личных неприязненных отношений к К, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, взял в правую руку кухонный нож и осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя наступление последствий в виде смерти К и желая их наступления, указанным ножом нанес К, сидевшей за столом, один удар в область жизненно важного органа - шеи, применив таким образом к ней насилие, причинив телесные повреждения - травму шеи в виде колото-резанной раны передне-боковой поверхности шеи справа с повреждением внутренней яремной вены, кровоизлияние в мягких тканях шеи. Данное повреждение по признаку опасности для жизни расценивается как тяжкий вред здоровью и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Посчитав свои действия достаточными для наступления смерти К, ФИО1 помыл и спрятал нож в доме по адресу: 

<

адрес>. От полученных телесных повреждений К скончалась на месте преступления спустя непродолжительное время.

Причиной смерти К явилась травма шеи в виде колото-резанной раны передне-боковой поверхности шеи справа, с повреждением внутренней яремной вены с развитием острой массивной кровопотери.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении фактически не признал, указав, что сомневается держал ли в руках нож, поскольку прошло много времени. Он махнул рукой, свидетелей произошедшего не имеется, однако поскольку все произошло в его доме, то он виновен и со всем согласен.

Также не оспаривая, причинение им травмы шеи К, пояснил, что умысла, как на причинение травмы, так и убийство К он не имел, травму причинил случайно, не осознавая этого, просил квалифицировать его действия по ст. 109 УК РФ.

Защитник поддержал позицию своего подзащитного, по изложенным основаниям.

Прокурор Южского района Ивановской области Иваненко М.А., руководствуясь положениями ч.3 ст. 14 УПК РФ просил исключит из инкриминируемого события противоправного деяния указание на причинение раны левой теменной области К, как не нашедшее своего подтверждения исследованными доказательствами. В остальной части государственный обвинитель полагал квалификацию действий подсудимого верной.

Выслушав участников судебного следствия, прения сторон и последнее слово подсудимого, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

в судебном заседании ФИО1 показал, что до случившегося каких-либо конфликтов и неприязненных отношений ни с К, ни с ее супругом ФИО2 он никогда не имел. 06.09.2019 года в то время, когда он находился на придомовой территории, где его сын и другие работники разбирали дворовую постройку, К пришла к нему домой по месту жительства, поздравить с днем рождения сына и с его супругой находилась в доме. Когда он сам пришел в дом, жена налила им с К по рюмке самогона и через какое-то время, забрав с собой трехлитровую банку, в которой находилось примерно 0,5 литра самогона, ушла из дома. Он и К остались, сидели за столом, разговаривали, пели песни, еще выпили половину 200-граммовой кружки на двоих. Затем К ушла в туалет, вернулась примерно через 15 минут, с кровью на руке, содранной кожей на лбу, села за стол и они продолжили разговаривать, но больше не выпивали. О том, что с ней случилось, К не пояснила. В ходе разговора, когда он стоял у стола правым боком по отношению к левому боку К и резал продукты, К, сидевшая за столом от него на расстоянии вытянутой руки (меньше метра), сообщила о том, что его супруга находится у ее мужа, и приходит к ее мужу, как только она (К) уходит из дома, о чем ей сообщила подруга. Данной информации он не поверил, однако она его «взбудоражила». Он сказал К: «Да ладно тебе, Наташа, разберемся с этой «канителью»»-, и махнул правой рукой в сторону К, не думая, что в ней находится нож. Навредить К он не хотел, о том, что нанес ей удар, не знал и не почувствовал, не обратил внимание, не придал значение. Предполагает, что его могло мотнуть, так как стоял без клюшки. Затем он отнес и положил в мойку нож, и вышел в коридор дома, что бы «переварить», сказанное К, где сидел минут 10-15, глотнул из находившейся там банки самогона, затем вернулся в дом. К сидела за столом с опущенной головой. Он подумал, что та спит. Проходя мимо, он обратил внимание на большую лужу крови под столом, подумав, что у К что-то случилось «по женски», стал ощупывать ей живот, почувствовал на платье кровь. Решил посмотреть шею: «Если в шею, кровь на печке должна быть»-, рукой поднял ей голову, и почувствовав, что шея начала «стаметь», понял, что она умерла. Еще немного загнул шею и увидел маленькую рану. Затем он вымыл руки от крови, машинально поместил на шею К полотенце, посидел около нее на табуретке, взял тряпку чтобы мыть пол, однако потом передумал, и пошел к соседке, которую попросил позвонить в скорую помощь и полицию. 

Дополнительно пояснил, что умысла у него не было. В ходе проверки показаний на месте, он показывал все, как было, только конфликта с К не имел, с ней даже не ругались и не спорили, пели песни. 

Ножа он не почувствовал, не знал, что он в руке, он был маленький, легкий, с деревянной светло желтой ручкой с 2 или 3 «клепками», длиной клинка примерно 10 см.. Нож он унес в мойку в это же время убрал со стола сковороду.

Когда все произошло, хотел кровь смыть, но одумался, с начало намотал ей полотенце на шею, нож бросил в раковину, на ноже крови не было.

Изменений своих показаний, относительно ранее данных на предварительном следствии подсудимый объяснил, что, он не хотел, что бы дети узнали об информации изложенной К о неверности его (ФИО1) супруги.

В судебном заседании с учётом мнения сторон, на основании п. 1 ч.1 ст. 276 УПК РФ, в связи с существенными противоречиями были оглашены показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого.

Согласно протокола допроса подозреваемого от 07.09.2019 года, ФИО1 показал, что 06.09.2019 года около 15.00-15.30 к ним в дом пришла соседка К, поздравить с днем рождения сына. В доме он с К употребили спиртное по 1-2 рюмки, в присутствии его супруги. Затем, когда он предложил выпить еще, жена не согласилась, взяла банку с самогоном и ушла, как потом оказалось к мужу К. После этого он и К находясь в доме, употребили еще спиртного, половину 250-ти граммовой кружки, разговаривали. Оба находились в состоянии алкогольного опьянения. К сходила в туалет, затем вернулась с раной на голове и стала его провоцировать, говоря о том, что «тюфяк» и мешает жене, дальше больше. Он сидел за столом около стены. К сидела лицом к окну. Он говорил К, чтобы та «заткнулась» и переходила на что-то другое, но она начала еще больше.... Слова К его «здорово» задели, он встал, взял со стола небольшой хлебный нож и ткнул К, «холодно», машинально, в область шеи. Думал, что она напугается. Попал, увидел, как у нее потекла кровь, обложил полотенцем, затем сразу бросил нож в раковину. При этом К еще держала голову. После этого он пошел к соседке, которую просил звонить в скорую помощь. Когда вернулся с соседкой в дом, прощупал у К пульс, его уже не было.

В момент удара К не сопротивлялась, что-либо не говорила. После удара она повернулась и как будто улыбнулась, не почувствовала и не поняла, что с ней, поскольку была в состоянии опьянения.

До нанесения удара он сидел около стены за столом, примерно в 1,5-2 метрах от К. Точно он не помнит, что сказала К, но она его «подтрунивала» и ему показалась, что он обиделся. Помнит, К говорила о том, «какой он стал теперь мужик, был такой мужик шустрый, а теперь такой-то и не нужен». Предполагает, что это его и «взорвало». 

До удара он говорил К, что бы та «заткнулась», перестала его «тролить», переходила на что ни будь другое и «психанул». Удар нанес один.

Нож, был с узким лезвием длинной 12-13 см., с небольшой коричневой эбонитовой ручкой с 3-мя клепками. 

Куда в последствие он дел нож, не знает, не исключает, что взял его с собой, когда пошел к соседке (т.1 л.д. 183-191).

В судебном заседании исследована видеозапись допроса подозреваемого ФИО1 от 07.09.2019 года.

Данные изложенные в протоколе допроса соответствуют представленной видеозаписи. При этом из видеозаписи следует, что в ходе допроса ФИО1 показывает, как «ткнул» К движением правой руки от себя, показывая куда попал (двумя движениями своей правой руки в правую и левую передние боковые части шеи), поясняя, что видел как потекла кровь, после чего «обложил» полотенцем, К еще держала голову, после чего он пошел к соседке. На вопрос о том, куда он дел нож, ФИО1 отвечает, что нож положил в раковину и открыл горячую воду. В дальнейшем на вопрос следователя о том, брал ли нож после того, как бросил его в раковину, ФИО1 пояснят, что только открыл воду, что бы смыть и все, и куда его дел впоследствии он не помнит.

На вопрос о том, что он сделал, что бы нанести удар, ФИО1 пояснил, что с начало встал, затем видимо взял нож и ткнул машинально, пояснив, что не думал убивать, ткнул машинально, думал не достанет и может она напугается. Затем вновь показывая правой рукой на свою шею спереди справа, поясняет, что до шеи достал.

На повторный вопрос о том, куда пришелся удар К ФИО1 произносит: «где-то сзади», однако показывает на себе как К повернула голову влево и своей правой рукой на своей шее спереди справа, показывает куда пришелся удар, поясняя: «Она находилась «спереда»». 

Также поясняет, что у него «отключилась коробка, замкнуло», при этом К повернулась, он увидел из раны кровь и стал «затыкать» полотенцем. 

При предъявлении фотографий ножей, изъятых при осмотре места происшествия, ФИО1 указано на фотографию ножа, которым нанес удар. Однако после этого пояснил, что наносил удар, другим таким же ножом, отличие которых в том, что указанный им следователю нож с деревянной ручкой, а нож, который находился у него в руках с эбонитовой ручкой. (т.1 л.д. 192).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 поддержал показания, данные им в ходе судебного следствия, пояснив, что ранее он боялся сказать правду. Как потекла кровь из раны на шее К, он не видел, увидел кровь потом под столом. Рана на шее К образовалась от нанесения им удара ножом. Имелась ли на ноже кровь он не обратил внимание, отнес и бросил его в раковину, которая находится на расстоянии около 4 метров от стола. Включал ли воду в раковину, не помнит. Проходя в коридор от раковины, развернувшись по направлению к К, крови он также не видел. Помощь К сразу не оказал, поскольку не думал, что до нее достал и не думал, что причинил ей вред.

Также пояснил, что ранее он занимался забоем скотины. Забой производил в шею с использованием ножа.

Согласно протокола допроса обвиняемого от 09.09.2019 года, ФИО1 показал, что полностью поддерживает свои показания, данные в качестве подозреваемого. По поводу причинения телесных повреждений К, повлекших ее смерть, с обвинением согласен в полном объеме. Телесных повреждений на голове К не наносил, предполагает, что она упала, когда ходила в туалет. В содеянном раскаивается. Предполагает, что в момент нанесения К удара ножом, мог пошатнуться, т.к. убивать ее не хотел, а хотел лишь напугать, что бы она перестала высказывать в его адрес обидные слова. Также пояснил, что у него постоянная слабость в ногах, без клюшки перемещаться не может, только стоять и лишь незначительное время (т.1 л.д. 207-204);

После оглашения протокола допроса подсудимый ФИО1 показал, что правду он говорил в судебном заседании. Полотенцем К обмотал после. Если бы увидел у нее кровь сразу, мог подбежать и помочь. Его показания относительно, того, что он мог пошатнуться являются предположением и их он не исключает, поскольку был без клюшки.

Согласно протокола допроса обвиняемого от 21 февраля 2020 года, ФИО1 показал, что вину по поводу обвинения признает в полном объеме. 06.07.2019 года он с супругой ФИО4 №1 и знакомой К по месту своего жительства распивал спиртное - самогон. В какой-то момент супруга ушла из дома, а он и К продолжили распивать спиртные напитки. В ходе распития спиртного К стала его оскорблять, говорила, что он несостоятелен как мужчина, унижала его мужское достоинство, говорила, что он является обузой для жены и предлагала покончить жизнь самоубийством. В указанный момент он стоял к К полубоком и махнул рукой в ее сторону, желая напугать. В это время у него в руке находился кухонный нож. О том, что он нанес К телесные повреждения, он понял потом, когда увидел кровь на полу, потому, как она сидела, положив голову на руки и стол. С начло он подумал, что она просто уснула. Дальше стал оказывать ей помощь, после чего пошел к соседке ФИО4 №2 в 

<

адрес>, сообщив той о том, что в его доме плохо К и попросил соседку пойти с ним. Дополнительно пояснил, что нанес К только одно повреждение в районе шеи, повреждение на голове она получила где-то сама, предполагает, когда выходила на улицу. Куда он дел нож, после того, как нанес К повреждения, он не помнит. Считает, что если бы находился в трезвом состоянии, то такого не произошло. Убивать К он не хотел. В содеянном раскаивается (т.2 л.д. 5-9).

После оглашения протокола допроса подсудимый ФИО1 поддержал ранее данные показания, указал, что также поддерживает показания данные им в суде, поскольку никакого спора и скандала с К у него небыло. На вопрос о том, оскорбляла ли К его достоинство, подсудимый пояснил, что она делала намеки, однако его состояние «подняло» то, о чем он говорил в судебном заседании. Из разговора с К он понял, что его супруга может ему изменять.

Вина подсудимого ФИО1, в совершении преступления подтверждается собранными и исследованными в ходе судебного заседания доказательствами: 

показаниями потерпевшего ФИО2, согласно которым К являлась его супругой. С 2007 года они проживали в 

<

адрес>, с односельчанами находились в хороших отношениях, конфликтов не имели. С семьей Бобровых знакомы примерно с 1975 года, неприязненных отношений не имели. 06.09.2019 года, примерно в 16.00- 16.30 К ушла из дома к Б-вым, поздравить их с днем рождения сына. До своего ухода супруга спиртного не употребляла, находилась в трезвом состоянии. В седьмом часу вечера к ним (К) в дом пришла супруга подсудимого - ФИО4 №1, принесла с собой 3-х литровую банку, на дне которой был самогон, и кусок сала. Пояснила, что К находится у них в гостях, но сама она (ФИО4 №1), поругавшись с мужем, решила придти к нему. С ФИО4 №1 они выпили по 2 стопки самогона и он предложил проводить ее домой, однако та уснула на диване. Сам он стал смотреть телевизор. В десятом часу вечера пришла соседка ФИО33, которая сообщила ему о смерти супруги и о том, что ему необходимо идти в дом к Б-вым. Прибежав в дом подсудимого, он увидел, сидящего за столом в кухне ФИО1, также за столом сидела К. Ее руки лежали на столе, а голова на руках. На ее шее находилось белое вафельное полотенце. Затем он видел на шее умершей справой стороны рану. От стола к порогу простирался ручей крови. На вопрос о том, что случилось, ФИО1 пояснил, что К выходила на улицу, где-то поранилась и вернулась окровавленная, села за стол и больше ничего. Скорая приехала примерно через 20 минут и медики констатировали смерть К. Сам он видел кровь только на кухне. На пороге и за ним крови не видел. На ФИО1 крови также не видел. Тапки К белого цвета стояли у входа, крови на них также не было;

- показаниями свидетеля ФИО4 №1, согласно которым 06.09.2019 года в период с 15 до 16 часов к ним домой в гости пришла К, с которой они беседовали, вдвоем употребляли спиртное – самогон, разбавляя его чаем. Каких-либо телесных повреждений на ней не было. Одета К была в халат темного цвета, и белые тапки. Выпили примерно 125 граммов. К была уже не трезвая. Затем пришел ФИО1 и она (свидетель) забрав банку, в которой находился самогон, направилась в дом к ФИО2. Что послужило причиной ее ухода из дома, не знает, однако не исключает, что в ее адрес были сказаны «какие-то слова». Когда уходила, ФИО1 находился в почти трезвом состоянии, однако точно этого не знает. Каких-либо конфликтов между К и ФИО1 в ее присутствии не происходило. Однако не исключает, что К могла упрекать ФИО1 в связи с неисполнением им своих супружеских обязанностей, поскольку была находчива и могла в его адрес такую реплику сказать. Говорила ли К ей самой что-то по данному поводу, не помнит, но не исключает, что при разговоре могла говорить. О том, что происходило в доме ФИО2, она не помнит. Около 10-11 часов, ее разбудил сын, с которым она приехала домой. В доме увидела К, которая сидела на том же стуле, на шее у нее было вафельное полотенце белого цвета. От чего умерла К, она не знает, повреждений у нее не видела. После того как умершую переместили на пол, она видела на шее К рану. Иных повреждений не видела. 

Своего супруга ФИО1 может охарактеризовать как трудолюбивого, заботливого, уважаемого жителями деревни, любящего детей, хорошего семьянина. С 2017 года ФИО1 установлена 2-я группа инвалидности, сам он ограничен в передвижениях. Может сварить щи, если ему все порежут и припасут, с трудом может открыть банку с чаем, сделать бутерброд.

В судебном заседании, с учётом мнения сторон, в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО4 №1, данные ей в ходе предварительного следствия;

- согласно протокола допроса от 07 сентября 2019 года ФИО4 №1 показала, что с супругом ФИО1 состоит в браке 45 лет, проживают вдвоем. От указанного брака имеют 2-х взрослых сыновей. После инсульта, который случился 4 года назад, у ее супруга ФИО1 полностью парализована левая половина туловища, левая нога и рука у него не функционируют, при ходьбе он пользуется палкой, передвигается с трудом. Практически все его передвижения ограничиваются до туалета, стола и постели. В связи с указанным заболеванием ФИО1 установлена 2-я группа инвалидности пожизненно, и она осуществляет за ним уход. 06.09.2019 года в течение дня ФИО1 спиртное не употреблял, выходил на лавочку во двор, где их сын с другими мужчинами разбирали дворовую пристройку. Примерно в 17.00 начале шестого к ним домой пришла К. С начало вдвоем с К они употребляли спиртное – самогон, разговаривали, затем к ним присоединился ФИО1. Всего в тот день употребили 0,25 л. спиртного. Около 19.00 часов, из-за того, что ФИО1 сказал ей что-то обидное, что именно не помнит, но допускает, что он мог повысить не нее голос, она обиделась и ушла из дома. Из дома она направилась к мужу К – ФИО2, который находился дома один и был трезвый. С ним выпили еще немного самогона, после чего она уснула в доме ФИО2. Разбудил ее сын А и сообщил о том, что что-то случилось дома. Придя домой, она встретила сотрудников полиции и следственного комитета. За столом в кухне сидела К, не подающая признаков жизни, под ней на полу была огромная лужа крови. Считает, что ее муж не мог причинить какой-либо вред К, т.к. с ней у него были хорошие отношения. За столом, когда все вместе выпивали спиртное, К вела себя нормально, была спокойна, разговаривали про детей и про жизнь. ФИО1 также был спокоен, агрессии не проявлял. При каких обстоятельствах могла наступить смерть К, ей неизвестно. (т.1 л.д. 115-118).

В судебном заседании свидетель ФИО1 полностью поддержала показания, данные на предварительном следствии, пояснив, что их расхождения с показаниями в судебном заседании могут быть связаны с давностью описываемых событий и изменениями ее памяти в силу возраста;

- показаниями свидетеля ФИО4 №2, согласно которым 06.09.2019 года примерно в 22 часа 15 минут к ней по месту жительства пришел ФИО1, и попросил пройти в его дом и помочь. По виду ФИО1 она поняла, что он выпивал спиртное. На вопрос о том, что случилось, ФИО1 пояснял, что в его доме много крови и там находится К. Она довела ФИО1 до его дома, дверь в дом была открыта. ФИО1 прошел в дом, сама же она, не заходя, с порога увидела К, которая сидела за столом и увидела кровь. Побоявшись заходить в дом, она позвонила ФИО4 №5 и попросила ее придти. Что в это время делала ФИО1, она не видела. С ФИО4 №5 они зашли в дом, где увидели, что на кухне за столом сидела К, она была одета в халат, на ногах что-то обуто, на шее лежало чистое полотенце, ее голова лежала на руке, вторая рука свисала, тело было какое-то мраморное, от нее шел ручей крови. Крови было много, она стекала по халату и они поняли, что К уже не жива. Вернувшись на улицу, ФИО4 №5 с ее (ФИО4 №2) телефона позвонила в службу скорой помощи. Второй раз в дом они зашли уже с прибывшим на скорой мужчиной, который констатировал смерть К Кровь она видела только в кухне дома Бобровых, где сидела К. На ФИО1 крови не видела. Кровь от К стекала по руке. Супруги ФИО1 в доме не было, и на телефонный звонок она не ответила. 

Дополнительно пояснила, что К всегда была жизнерадостная, веселая, доброжелательная, принимала участие в жизни села. Каких-либо негативных высказывания в адрес семьи Бобровых она (свидетель) от той не слышала. ФИО1 также может характеризовать как соседа, который никогда не отказывал ей в помощи, с ним были хорошие отношения.

В соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ с учетом мнения сторон оглашены показания свидетеля ФИО4 №2, данные ей в ходе предварительного следствия;

согласно протокола допроса от 07 сентября 2019 года ФИО4 №2 показала, что проживает по соседству с семьей Бобровых. 06.09.2019 года в 22 часа (это она определила по своему телефону, на котором отобразилось время звонка в скорую помощь), выйдя из дома на стук в окно, она обнаружила лежащего на земле около дома ФИО1. Когда помогла ему подняться, ФИО1 попросил отвести его домой, сообщив о том, что у них полный дом кровищи и К сидит вся в крови. Бобров просил вызвать скорую помощь. Не поверив, она довела ФИО1 до его дома, сама в дом не заходила, побоявшись заходить, позвонила ФИО4 №5 и попросила ту сходить к Б-вым с ней. Придя с ФИО4 №5 в дом Бобровых, она увидела, что ФИО1 сидел за кухонным столом, там же находилась К, которая сидела спиной к центру, склонив голову на правую руку, и не шевелилась. Из-под К к центру кухни была огромная лужа крови. ФИО1 пояснил о том, что К куда-то выходила и пришла уже вся в крови. В последствии, включив свет на улице около дома, она (свидетель) обратила внимание, что ни у порога в жилую часть дома, ни на крыльце, ни на ступеньках с крыльца, ни на земле около дома – нигде следов крови не было. Вся кровь была в жилой части дома от К до центра кухни. После увиденного они с ФИО4 №5 вышил на улицу, и она с мобильного телефона вызвала скорую помощь, сообщив, что у К большая потеря крови. ФИО1, из кухни постучал им палкой в окно и сообщил о том, что К умерла. До приезда скорой помощи ФИО15 позвонила супругам ФИО37, которые также пришли в дом к Б-вым. В дом они также заходили и осматривали обстановку. При этом ФИО1 из дома больше не выходил. За все время обстановку никто не менял, следы не затирал. 

Дополнительно пояснила, что с семьей Бобровых она проживает по соседству. Ей известно, что ФИО1 вследствие инвалидности, которую имеет на протяжении последних 2-х-3-х лет, передвигается с трудом, его жена осуществляет за ним уход. Б-вы живут дружно, без конфликтов и ссор, спиртное употребляют не часто, хозяйства не имеют, имеют только огород. До полученного заболевания ФИО1 работал в колхозе пастухом, иногда подрабатывал тем, что резал скотину (т.1 л.д. 122-125);

В судебном заседании свидетель ФИО4 №2 поддержала показания, данные в ходе судебного заседания, однако пояснила, что описываемые события помнила лучше 07.09.2019 года, показания давала в указанный день добровольно, протокол допроса читала и его подписывала, замечаний к нему не имела. На столе, за которым сидела К крови не было. Дополнительно пояснила, что раньше ФИО1 резал коров, быков, поросят, когда его просили. Ей он резал поросят ножом в сонную артерию; 

- показаниями свидетеля ФИО4 №5, согласно которым 06 сентября 2019 года примерно около 22 часов 15 минут, ей домой позвонила ФИО4 №2, попросила выйти на улицу, сообщила, что у Бобровых что-то случилось и там кровь, просила сходить с ней, так как сама она идти побоялась. На улице ФИО4 №2 рассказала, что к ней приходил ФИО1, его она увела домой, сама в дом не заходила. Придя в дом Б-вых, она (свидетель) увидела, что ФИО1 сидел на кухне за столом, рядом за столом также сидела К, ее голова лежала лицом вниз, на шее было белое полотенце и текла кровь. В других помещения крови не было. Супруги ФИО1 в доме не было, как не было иных лиц. О том что случилось, ФИО1 она не спрашивала, он выглядел испуганно, просил помочь, в чем он был одет она не помнит. Она (свидетель) подошла к К и поняла, что та мертва. ФИО4 №2 по своему телефону вызвала скорую помощь. До прибытия скорой помощи пришла ФИО4 №3, затем подошел ФИО2, который также сообщил, что супруга ФИО1 находится у них. 

В соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ с учетом мнения сторон оглашены показания свидетеля ФИО4 №5, данные ей в ходе предварительного следствия;

- согласно протокола допроса от 07 сентября 2019 года ФИО4 №5 показала, что семью Бобровых знает примерно с 1984 года, поддерживает с ними нормальные соседские отношения. Может охарактеризовать их как людей нормальных, неконфликтных. Ранее ФИО1 работал кочегаром в школе, занимался убоем и разделкой скота, его супруга работала почтальоном. Вечером 06.09.2019 года в 22 часа 25 минут (время она определила по списку звонков в мобильном телефоне) ей позвонила соседка ФИО4 №2, сообщив, что к ней пришел «Бобер» (это прозвище ФИО5), и рассказал, что К вся в крови и, что ей нужно помочь. Одевшись, она вышла на улицу, где у соседнего дома встретила ФИО4 №2 и с ней прошла в дом Бобровых. В комнате дома она увидела у окна круглый стол, за которым в положении сидя, находилась К, под стулом на полу лужа крови. Кровь из К не текла. Лицом она лежала на столе, на шее было белое вафельное полотенце. Она (свидетель) поняла, что К была мертва, хотя к ней не прикасалась. ФИО1 сидел на стуле за тем же столом. Его жены - ФИО4 №1 в доме не было. Бобров просил помочь К, просил вызвать скорую помощь. На вопрос о том, что случилось, ФИО1 пояснил, что К сама себя тыкала ножом. Она (свидетель) позвонила в службу скорой помощи в 22 часа 32 минуты, представившись ФИО4 №2, и назвала ее номер телефона. Поскольку ФИО4 №1 пояснял, что К себя тыкала ножом, сотрудникам скорой помощи она (свидетель) сообщила, что в доме трупп женщины с ножевым ранением и кровь. Она и ФИО4 №2 оставались в доме до приезда скорой помощи, примерно 40 минут. Все это время ФИО1 сидел на стуле за столом и ничего более не говорил. Находясь в доме, она позвонили ФИО4 №3, так как не знали, как найти мужа К. ФИО4 №3 пришла в дом Бобровых с мужем ФИО4 №4. Через некоторое время она (свидетель) с ФИО4 №2 и ФИО4 №3 вышли на улицу, затем приехала скорая помощь (т. 1 л.д. 135-139).

В судебном заседании свидетель ФИО4 №5 полностью поддержала показания, данные ей в ходе предварительного следствия, пояснив, что их расхождения с ее показаниями в судебном заседании связаны с тем, что события она забыла. Давая показания на предварительном следствии, она помнила события произошедшего лучше. Дополнительно пояснила, что к умершей она не подходила и ее не трогала, а заметив, что К вся белая и из нее вытекла кровь, сказал ФИО4 №2, что бы та к ней тоже не подходила, поскольку она уже мертва. ФИО1 находясь в доме, сидел справа от круглого стола на стуле. К сидела на стуле, облокотившись на стол, правая рука лежала на столе, голова на руке. На ее халате и на линолеуме была кровь. К была разута, крови на ФИО1 она не видела;

- показаниями свидетеля ФИО4 №7, из которых следует, что он работает фельдшером отделения скорой медицинской помощи ОБУЗ «Южская ЦРБ». 06 или 08 августа 2019 года в вечернее время, он в бригаде скорой помощи прибыл на вызов в 

<

адрес>. Зайдя в дом, обнаружил пострадавшую, которая сидела за столом, обе ее руки находились на столе, голова лежала на руках. Вдоль комнаты на половице был ручей крови. У пострадавшей он обнаружил колото-резанную рану вдоль шеи. Иных повреждений не помнит. Констатировал смерть и дождавшись сотрудников полиции вернулся на базу. На вопрос о том, что случилось, присутствовавший подсудимый пояснил, что пострадавшая выходила на улицу, пришла села, по ней текла кровь.

В соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ с учетом мнения сторон оглашены показания свидетеля ФИО4 №7, данные им в ходе предварительного следствия;

- согласно протокола допроса от 20.09.2019 года ФИО4 №7 показал, что 06.09.2019 года в 22 часа 38 минут, на станцию скорой помощи поступил вызов, по поводу того, что в доме по адресу: 

<

адрес> ножевое ранение. В 23 часа 20 минут он прибыл на место вызова. Зайдя в дом, увидел большой ручей крови от стола в комнате слева в сторону выхода. За столом в положении сидя, руки сложены на столе, голова лбом лежала на руках, находилась женщина, одетая в халат темного цвета. Напротив нее сидел мужчина, который пояснил, что вместе распивали, пострадавшая вышла на улицу, через какое-то время она вернулась, руки были в крови. Также мужчина пояснил, что на какие-либо вопросы женщина ему не отвечала. Осмотрев пострадавшую он (свидетель) констатировал смерть до приезда скорой помощи, составил карту вызова скорой медицинской помощи №, протокол установления смерти человека и протокол осмотра трупа. При осмотре им было установлено, что на трупе имеется резаная рана в области шеи справа, ушибленная рана волосистой части головы. Сообщение о трупе с криминальным характером им было передано в отделение СМП и после прибытия сотрудников полиции, он направился на следующий вызов (т. 3 л.д. 8-11);

В судебном заседании свидетель ФИО4 №7 полностью поддержал показания, данные им на предварительном следствии, объяснив их расхождение с его показаниями в суде длительным периодом, прошедшим до допроса в судебном заседании. Дополнительно пояснил, что подсудимый, сидел в кухне спокойно, имел признаки алкогольного опьянения, был заторможен, медленно разговаривал, крови на нем он (свидетель) не видел. Кроме подсудимого в доме никого не было. На подсудимом крови он не заметил. Кровь была на халате женщины и на полу в комнате. В дальнейшем с сотрудниками полиции он выходил из дома, и с ними осматривал крыльцо и ступеньки на входе в дом, где следов крови не имелось;

- показаниями свидетеля ФИО4 №3, из которых следует, что 06.09.2019 года после 10 часов вечера ей домой позвонила ФИО4 №5, попросила придти и сообщила о том, что в с К, случилась беда, она сидит в доме Бобровых и видимо умерла. С мужем она (свидетель) побежали к дому Бобровых. На улице их ждали ФИО4 №5 и ФИО4 №2. Зайдя в дом, они увидела, что К сидела за столом, облокотившись на правую руку, под ней была лужа крови. ФИО4 №4 пощупал К за подбородок и сообщил о том, что та умерла. ФИО1 сидел за столом напротив К. и также сказал ФИО4 №4, чтобы он не трогал ее и что она «уже готова». Когда заходили в дом, появилась и со всеми вместе зашла супруга подсудимого ФИО4 №1. О том, что произошло, ФИО1 не спрашивали поскольку все были в шоке.

В соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ с учетом мнения сторон оглашены показания свидетеля ФИО4 №3, данные ей в ходе предварительного следствия;

- согласно протокола допроса от 07.09.2019 года ФИО4 №3 показала, что семью Бобровых может охарактеризовать положительно. ФИО1 является инвалидом, вследствие инсульта у него практически не работает вся левая половина туловища. Передвигается он с трудом, при ходьбе пользуется палкой. Жена ФИО4 №1 осуществляет за ним уход. До заболевания ФИО1 работал пастухом, подрабатывал тем, что резал скотину. Примерно 2 года назад, К, которая общалась с Бобровыми, говорила ей, что в пьяном виде ФИО1 «хватался за ножи», и по этому его жена Л. от него ножи прятала. 06.09.2019 года после 22 часов 35 минут (исходя из данных мобильного телефона), ей позвонила подруга ФИО4 №5, сообщив о том, что К находится в доме у Бобровых, в луже крови и, наверно, она умерла. Придя к дому Бобровых, с мужем они встретили у дома ФИО4 №5 и ФИО4 №2. Зайдя в жилую часть дома, увидели, что ФИО1 сидел за кухонным столом, где также находилась К. Она сидела спиной к центру кухни, склонив голову на правую руку и не шевелилась. ФИО4 №4 потрогал К где-то на шее и сказал о том, что она уже холодная. От того места где сидела К и практически до середины кухни было пятно крови с подтеками в сторону стола. ФИО1 сообщил им о том, что Наталья куда-то выходила и зашла вся в крови. От увиденного она (свидетель) сильно разволновалась и вышла на улицу. Спустя примерно 30-40 минут приехала машина скорой медицинской помощи, а еще спустя какое-то время сотрудники полиции. Какие предметы находились на столе и находились ли рядом с ФИО1 ножи она внимания не обратила (т. 1 л.д. 127-129);

В судебном заседании свидетель ФИО4 №3 полностью поддержала показания, данные на предварительном следствии, объяснив их расхождение с его показаниями в суде длительным периодом, прошедшим до допроса в судебном заседании. Дополнительно пояснил, что ФИО1 также говорил ФИО4 №4 о том, что К умерла, эту информацию она упустила при даче показаний 07.09.2019 года. Телесных повреждений на К она не видела, поскольку та была закрыта и на ее шее было полотенце. О каких- либо конфликтах между подсудимым Е.В. и К ей не известно; 

- показаниями свидетеля ФИО4 №6, из которых следует, что 06.09.2019 года в дневное время он занимался разборкой двора на территории домовладения родителей в 

<

адрес>. К вечеру около 17 часов в гости пришла К и зашла в дом. ФИО1 находился на улице. Примерно через 0,5 часов закончили разбор двора, он зашел в дом родителей, где видел, как его мать (ФИО4 №1) с К сидели за столом. Он переоделся и уехал домой в 

<

адрес>. По дороге домой ему позвонила ФИО4 №5 и сообщила о том, что произошло «похоже убийство». Вернувшись в 

<

адрес> в доме родителей он увидел сотрудников полиции и трупп К на полу. О причине смерти К ему не известно.

С учётом мнения сторон, в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ оглашены показания не явившегося свидетеля ФИО4 №4; 

- согласно протокола допроса от 07.09.2019 года. ФИО4 №4 показал, что знает семью Бобровых, которые живут дружно, о том, что бы они злоупотребляли спиртным, ему не известно. ФИО1 является инвалидом после инсульта, вследствие которого практически не функционирует лева половина туловища. Его жена осуществляет за ним уход. Раньше ФИО1 работал в колхозе пастухом, по просьбе жителей резал скотину, т.е. указанные навыки у него имелись. К была добродушной, отзывчивой женщиной, имела хорошие отношения со всеми жителями села, врагов и не доброжелателей у нее не было.

06.09.2019 года около 22 часов 30 минут, после звонка ФИО4 №5 он со своей супругой ФИО4 №3 пришли к дому Бобровых, где встретили ФИО4 №5 и ФИО4 №2. Зайдя в дом, он увидел ФИО1, сидевшим за кухонным столом. За столом на табуретке также сидела К, она была неподвижна. На ее шее находилось белое кухонное полотенце. На полотенце следов крови он не заметил. На шее К с левой стороны он попробовал нащупать пульс, который не прощупывался, по температуре тела он понял, что она остывает. При этом ФИО1 также ему сказал, что служил в армии, проверял пульс и К «уже все и ничем ей не поможешь». От места, где сидела К практически до середины кухни была лужа крови с подтеками в сторону стола. На вопрос о том, что случилось ФИО1 пояснил, что К выходила, потом вернулась и зашла вся в крови. Позже пришел муж К и обнаружил у нее на голове рану. 

Находясь в доме Бобровых руками предметы обстановки он не трогал, при нем никто предметов не перемещал. Были ли рядом с Б-вым какие-либо ножи, он не обратил внимания. Бобров вел себя спокойно, агрессии, сильного волнения или испуга в его поведении не было. Он только удивлялся, как же так могло произойти (т. 1 л.д. 131-134).

Вина подсудимого ФИО1 подтверждается и материалами уголовного дела, которые были оглашены и исследованы в судебном заседании в порядке ст.ст. 284, 285 УПК РФ:

- рапортами следователя Южского МСУ СК Росси по Ивановской области ФИО18, от 07.09.2019 года согласно которым 06.09.2018 года в 23 часа 34 минуты в Южский МСО от оперативного дежурного МО МВД России «Южский» поступило сообщение об обнаружении труппа К, в доме по адресу: 

<

адрес> признаками насильственной смерти; и 07.09.2019 года поступил материала проверки МО МВД России «Южский» по факту обнаружения труппа К (т. 1 л.д. 19, 60); 

- рапортом о/у ОУР МО МВД России «Южский» ФИО6 от 07.09.2019 года и регистрационной картой оперативного дежурного МО МВД России «Южский» о регистрации 06.09.2019 года в 22 часа 50 минут сообщения фельдшера отделения скорой медицинской помощи ОБУЗ «Южская ЦРБ» об обнаружении трупа К по адресу: 

<

адрес> телесными повреждении в виде резаной раны шеи (т.1 л.д. 62, 64);

- картой вызова скорой медицинской помощи ОБУЗ «Южская ЦРБ» №, согласно которой 06.09.2019 года в 22 часа 38 минут в ОСМП поступило сообщение ФИО4 №2 о ножевом ранении К, ДД.ММ.ГГГГ года рождения по адресу: 

<

адрес>. В карте зафиксировано время прибытия на место вызова в 23 часа 20 минут. В анамнезе указано, что со слов соседа вечером выпивали вместе на кухне, потом она вышла на улицу, через некоторое время вернулась на кухню, руки были в крови, на вопросы не отвечала. Села за стол, голову склонила на руки. Сосед увидел под ней большую лужу крови, вышел на улицу, позвал соседей на помощь, которыми была вызвана скорая помощь. По приезду скорой помощи, пациентка сидит за столом, руки сложены на столе, голова лежит на руках. Одета в платье. На шее белое полотенце. 

По результатам данного вызова констатирована смерть пациента до приезда скорой медицинской помощи (т.3 л.д. 2-5);

- протоколом установления смерти человека от 06.09.2019 года, согласно которого смерть К зафиксирована 06.09.2019 года в 23.40 часов (т. 3 л.д. 6);

- протоколами осмотра труппа К, от 06.09.2019 года и осмотра и констатации смерти от 06.09.2019 года. В ходе осмотра зафиксировано положение трупа: сидя за столом, руки лежат на столе, голова лежит на руках. Временем обнаружения трупа значится 23 час 20 минут. Наступление смерти констатировано до приезда скорой медицинской помощи. При осмотре обнаружены ушибленная рана волосистой части головы, резанная рана в области шеи справа (т.3 л.д. 7) 

- протоколом осмотра места происшествия от 07.09.2019 года, с фототаблицей, в котором отражены результаты осмотра 

<

адрес> и находившегося в нем труппа К. При осмотре зафиксированы обстановка в указанном доме, и на территории домовладения. При осмотре территории домовладения около калитки и прохода к ступеням крыльца к входу и на самой площадке у входной двери дома, каких-либо следов и биологических материалов не обнаружено. В помещении условного коридора на полу под полками для обуви обнаружены белые резиновые тапочки, со слов ФИО1, (принимавшего участие в осмотре), принадлежавшие К. При их осмотре следов крови не обнаружено. В большой комнате за столом в положении сидя, на табурете, обнаружен трупп К. На полу между и вокруг ног труппа лужа темно-красного вещества, похожего на кровь. При осмотре труппа К зафиксировано, что трупп женщины сидит на табуретке, руки скрещены, лежат на поверхности стола, ноги согнуты в коленях, голова наклонена вперед и лежит на руках. Передняя часть халата от шеи до низа обильно пропитана веществом темно-красного цвета, похожим на кровь. На правой и левой ступнях, на внутренней поверхности правой голени зафиксированы капли и брызги темно-красного вещества, похожего на кровь. Поверхность скатерти стола в месте нахождения трупа под руками трупа и вокруг них, а также часть скатерти напротив трупа обильно испачканы темно-красным веществом. При использовании тест полосок в данном веществе обнаружена кровь. На правой боковой поверхности шеи в верхней трети обнаружена и зафиксирована рана размером 1,5х 0,5 см. веретеновидной формы, ориентированная на 6-12 часов условного циферблата, нижний край острый, верхний П-образный. В теменной области слева обнаружена и зафиксирована рана длинной 2,5 см. с ровными стенками, ровными краями и острыми концами. Вещество темно-красного цвета в виде лужи со сгустками, располагается под трупом, глубина лужи до 0,5 см., на участке 60х35 см. Вокруг лужи по периметру имеются мелкие и крупные брызги и капли различной формы. От лужи под трупом обнаружена лужа подтек вещества красно-бурого цвета размером 3,1 метра в длину от лужи под трупом и до 0,4 метра в ширину, расположенная по центру комнаты от труппа в направлении холодного коридора. При использовании тест-полосок в веществе обнаружена кровь. В верхнем ящике тумбы со столешницей белого цвета, расположенной вдоль стены слева от входной двери в жилую часть дома обнаружен нож с рукоятью из дерева желтого цвета, длинной клинка 80 м.м, шириной 18 м.м. с надписью с левой стороны «REGENT». При осмотра с места происшествия изъяты: указанный нож, а также 19-ть иных ножей; халат К, посуда и бутылка кетчупа со стола; марлевые салфетки с соскобами вещества красно-бурого цвета; вырез линолеума с веществом красно-бурого цвета; образец вещества красно-бурого цвета из лужи крови рядом с К (т. 1 л.д. 21-54). Согласно письменного заявления от 07.09.2019 года, ФИО4 №1 осмотру места происшествии не возражала (т.1 л.д. 20);

- протоколом осмотра труппа от 09.09.2019 года с фототаблицей, согласно которого в ходе осмотра трупа К судебно-медицинским экспертом обнаружены телесные повреждения: на передней боковой поверхности шеи справа в средней трети впереди грудино-ключично-сосцевидной мышцы располагается кровоподтек слабо синюшного цвета неправильной овальной формы, размером 6х3 см., в центре кровоподтека располагается рана веретеновидной формы, ориентированная цифрами 6-12 условного циферблата, с ровными хорошо сопоставимыми краями, нижний конец острый, верхний П-образной формы, длиной 2 см. В левой теменной области рана линейной формы с острыми концами, ровными краями, дном являются мягкие ткани, длиной 3 см., ориентированная согласно цифрам 6-12 условного циферблата. Других механических повреждений при наружном осмотре трупа не обнаружено (т. 1 л.д. 56-59);

- копией паспорта К, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, гражданки РФ (т.1 л.д. 101);

- протоколом осмотра места происшествия от 07.09.2019 года с фототаблицей, согласно которого произведен осмотр дома (по месту жительства К), расположенного по адресу: 

<

адрес>. При осмотре установлено, что обстановка в помещениях внутри дома не нарушена. В ходе осмотра следов биологического вещества не обнаружено. Из дома изъят нож (нож опечатан с подписью «К») (т. 1 л.д. 74-77);

- требованиями о судимостях в отношении К, содержащими сведения об отсутствии судимостей (т. 2 л.д.102-103); 

- жилищно-бытовой характеристикой в отношении К, выданной администрацией Хотимльского сельского поселения 07.09.2019 года за №, согласно которой К зарегистрирована в 

<

адрес>. С 1998 года проживала по адресу: 

<

адрес>, в собственном доме с мужем ФИО2. Жалоб на ее поведение в быту и общественных местах в администрацию не поступало. На комиссиях ее поведение не обсуждалось (т.1 л.д. 104);

- рапортом-характеристикой ст. УУП МО МВД России «Южский» от 08.09.2019 года, из которой следует, что К проживала с мужем ФИО2. С членами семьи и родственниками поддерживала положительные отношения. Сама являлась пенсионеркой, занималась хозяйством. По характеру была спокойной, уравновешенной, веселой. На учетах в МО МВД России «Южский» не состояла, к административной ответственности не привлекалась. Поддерживала хорошие отношения с соседями, спиртным не злоупотребляла. Жалоб на ее поведение не поступало. Характеризуется положительно (т. 1 л.д. 105);

- протоколом выемки от 07.09.2019 года с фототаблицей, о получении одежды у ФИО1, в которой он находился в день инкриминируемого деяния. Как следует из данного протокола, ФИО1 выдал штаны, клетчатую рубашку, свитер в серо-черную полоску (т.2 л.д. 77-83);

- протоколом получения образцов для сравнительного анализа от 07.09.2019 года с фототаблицей, о получении образцов смывов и срезов ногтевых пластин с левой и правой рук ФИО1, для сравнительного анализа (т.2 л.д. 85-90). Согласно протокола осмотра от 10 сентября 2019 года полученные образцы смывов с рук и срезов ногтевых пластин ФИО1, а также изъятые в ходе осмотра места происшествия в доме подсудимого: халат К, марлевые салфетки с веществом красно-бурого цвета, вырез с линолеума, ножи (в том числе нож с диной клинка 80 м.м., шириной 18 м.м. с надписью с левой стороны «REGENT»), посуда; изъятая в ходе выемки одежда ФИО1; изъятый в ходе осмотра места жительства К нож – осмотрены и постановлением от 10.09.2019 года указанные предметы признаны вещественными доказательствами (т. 1 л.д. 108-138, 139-140); 

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 15.10.2019 года с фототаблицей о получении образцов крови ФИО1 (т.2 л.д. 92-98). Постановлением от 15.10.2019 года полученные образцы крови ФИО1 признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела (т.2 л.д. 99);

- протоколом выемки от 12.09.2019 года с фототаблицей, о получении кожного лоскута с ранения шеи К, образцов ее крови, срезов с ногтевых пластин с левой и правой рук (т. 2 л.д. 102-107). Согласно протокола от 12.09.2019 года с фототаблицей, указанные образцы осмотрены и постановлением от 12.09.2019 года признаны вещественными доказательствами (т.2 л.д. 141-146, 147);

- заключением судебно-медицинской экспертизы трупа К № от 20.02.2020 года эксперта ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы», согласно исследовательской части которого, рана на трупе К на передне-боковой поверхности шеи справа веретеновидной формы, ориентирована согласно цифрам 6-12 условного циферблата с ровными, хорошо сопоставимыми краями, нижний конец острый, верхний конец П-образной формы, длиной 2 см. В левой теменной области рана линейной формы с острыми концами, ровными сопоставимыми краями, дном являются мягкие ткани, длиной 3 см., ориентированная цифрами 6-12 условного циферблата. Иных механических повреждений на трупе не обнаружено.

Рана на передней боковой поверхности шеи продолжается раневым каналом. Раневой канал раны, идущий спереди назад, слева на право, сверху вниз, проходит через подкожную жировую клетчатку, мышцы шеи, и, повреждая внутреннюю яремную вену по передней и задней стенке. По ходу раневого канала располагается темно-красное блестящее кровоизлияние. Суммарная толщина тканей по ходу раневого канала составляет 7 см. Установлено повреждение внутренней яремной вены слева, условно раны располагаются вдоль сосуда и на передней поверхности длиной 0,8 см., на задней поверхности 0,4 см.. 

Согласно выводам указанной экспертизы:

Причиной смерти К явилась травма шеи справа в виде колото-резанной раны предне-боковой поверхности шеи справа, с повреждением внутренней яремной вены и развитием острой массивной кровопотери.

2.1. Повреждение в виде травмы шеи в виде колото-резанной раны передне-боковой поверхности шеи справа, с повреждением внутренней яремной вены, кровоизлияние в мягких тканях шеи, образовалось в результате однократного воздействия какого-либо плоского колюще-режущего орудия, имеющего обушок и лезвие, что подтверждается веретеновидной формой раны, острым и П-образным ее концами, ровными стенками и краями. Данное повреждение по признаку опасности для жизни расценивается как тяжкий вред здоровью и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти пострадавшей. 

От момента причинения пострадавшей повреждения до момента наступления ее смерти, прошел период времени, исчисляемый интервалом от нескольких минут и не превышающий нескольких десятков минут (вероятно, более 2 минут и не более 1-го часа).

2.2. Резаная рана теменной области. Кровоизлияние в мягких тканях головы. Это повреждение (вред здоровью, как нарушение анатомической целостности и физиологической функции тканей) образовалось от воздействия твердого предмета, имеющего режущий край, относится согласно п.п. 2,3 и 4 «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», к категории повреждений, причиняющих легкий вред здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья. 

От момента причинения пострадавшей повреждения до момента наступления ее смерти прошел период времени, не превышающий нескольких десятков минут (вероятно не более 1-го часа).

2. указанные повреждения причинены разновременно, в короткий промежуток времени, с учетом морфологической характеристики повреждений.

3. Способность потерпевшей после причинения ей повреждения как в виде травмы шеи, так и резанной раны левой теменной области, совершать какие-либо самостоятельные действия – передвигаться, кричать и т.п., до момента развития острой кровопотери могла сохраняться.

4. При судебно-химическом исследовании крови из трупа К обнаружен этанол в крови в количестве 1,9 промили. Данная концентрация этилового спирта могла соответствовать средней степени опьянения.

5. Принимая трупные явления, зафиксированные при осмотре трупа К 07.09.2019 года на 03.26 на месте происшествия, можно полагать, что смерть К наступила на менее чем за 3 часа и не более 8 часов на момент начала осмотра трупа (т.2 л.д. 156-158);

- заключением судебной медико-криминалистической экспертизы эксперта ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 07.11.2019 года, с фототаблицей и приложениями, согласно которого по результатам исследования кожного лоскута с раны на шее Ки представленных на экспертизу ножей, сделан вывод о том, что:

1. рана на кожном лоскуте от трупа К является колото-резаной и образовалась в результате одного воздействия (удара) какого-либо плоского колюще-режущего орудия, каким мог быть клинок ножа, имеющий обушок с хорошо выраженными ребрами и лезвие. При этом необходимо отметить, что при извлечении клинка из тела потерпевшей он менял свое направление относительно кожи, в результате чего образовались дополнительные разрезы.

2. Возможность причинения раны на кожном лоскуте от трупа К, указанной в п. 1 выводов, от воздействия клинка кухонного ножа (условно №), представленного на экспертизу не исключается.

3. Возможность причинения раны на кожном лоскуте от трупа К, указанной в п. 1 выводов от воздействия клинка любого из четыре остальных ножей (условно №№), представленных на экспертизу, исключается.

Согласно исследовательской части экспертного заключения и фототаблицы, условным № экспертом обозначен кухонный нож с деревянной ручкой склепного типа, общей длиной 181 м.м. Клинок ножа из белого металла, длиной 81,5 мм., шириной 10 мм. от острия -8 мм, через 40 мм – 16,5 мм., и у основания 19 мм. Обушок клинка П-образный с хорошо выраженными ребрами, толщиной 1,5 мм., в передней части имеет дугообразный скос. Острие в виде линейной площадки размерами 0,5х0,5 м.м., притуплено. Угол 40 градусов. Лезвие с двухсторонней заточкой, относительно острое. В задней части переходит в П-образную пятку, толщиной 1,5 мм.

Данный нож был представлен на исследование с пояснительными записками следователя на упаковке: «Нож с рукояткой из дерева желтого цвета, диной клинка 80 мм, шириной 18 мм, с надписью с левой стороны «REGENT», изъятый из ящика со столовыми приборами в помещении кухни в ходе ОМП 07.09.2019 по адресу: 

<

адрес>»; «Осмотрено в ходе осмотра предметов 10.09.2019 по уголовному делу...» (т. 2 л.д. 180-198);

При этом на видеозаписи протокола допроса от 07.09.2019 года именно на данный нож указал подозреваемый ФИО1, однако впоследствии сообщил, что нож, которым он нанес удар, точно такой же за исключением материала рукоятки, которая была эбонитовая.

- заключением судебной медико-криминалистической судебной экспертизы эксперта ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 12.11.2019 года, с фототаблицей, согласно которого по результатам исследования сделан вывод, о том, что на свитере ФИО1 имеются следы крови в виде мазков, которые образовались в результате контакта скольжения окровавленного предмета или поверхности с материалом свитера. На других предметах одежды ФИО1 (рубашка и штаны) следов крови не обнаружено.

Как следует из исследовательской части экспертного заключения, следы крови в виде мазков неправильной формы с частично нечеткими границами размерами от 19х10 мм и до 35х17 мм. расположены на передней поверхности правого рукава в нижней трети свитера ФИО1 (т.2 л.д. 208-212);

- заключением медико-криминалистической судебной экспертизы № от 12.11.2019 года с фототаблицей, по результатам которого экспертом сделан вывод о том, что на халате К. имеются следы крови в виде пропитывания и мазков, которые образовались в результате пропитывания материала халата жидкой кровью, а также в результате скольжения окровавленного предмета или поверхности с материалом халата.

Как следует из исследовательской части экспертного заключения, множественные следы крови на халате К зафиксированы: в виде пропитывания в области левого плечевого шва и верней части спинки слева и задней части левого рукава, в области левой полы вдоль застежки, в области правой полы вдоль застежки, а также островчатого характера на соседних участках неправильной формы, с четкими и нечеткими контурами различных размеров. Кроме указанных участков, преимущественно с изнаночной стороны имеются многочисленные разрозненные участки следов крови в виде мазков неправильной формы с четкими и нечеткими контурами, различных размеров (т.2 л.д. 222-226)

- заключением медико-криминалистической судебной экспертизы № от 12.11.2019 года с фототаблицей, по результатам которого экспертом сделан вывод о том, что на фрагменте линолеума имеется след в виде капли, который образовался в результате падения на поверхность линолеума капли жидкой крови под углом к поверхности. Также имеется слабо-заметные фрагменты иного следа, оценить который не представляется возможным (т.2 л.д. 236-238);

- заключением медицинской судебной экспертизы вещественных доказательств – биологической № от 22.10.2019 года эксперта ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Ивановской области», по результатам которой экспертом сделан вывод о том, что:

Кровь К по системе АВО относится к Оав группе (в образце ее крови выявлен свойственный этой группе антиген Н).

Кровь ФИО1 по систем АВО относится к Ва группе с сопутствующим антигеном Н (в образце его крови выявлен свойственный этой группе антиген В и сопутствующий антиген Н).

На вырезе линолеума (объект №), на салфетке (объект №), салфетке (объект №); салфетке (объект №), на ногтевых срезах с рук К (объекты № и №) и на ее халате (объекты №) обнаружена кровь человека, при установлении групповой принадлежности которой по система АВО выявлен антиген Н. Полученные результаты не исключают происхождение крови в этих объектах от К, относящейся к Оав группе, и исключают происхождение крови в исследованном материале указанных объектов от ФИО1 в виду его иной групповой принадлежности.

На свитере, изъятом у ФИО1 (объекты 16-18); обнаружена кровь человека, смешанная с потом, при установлении групповой принадлежности которых по системе АВО выявлены антигены В и Н. Каждый из выявленных антигенов мог произойти и за счет крови и за счет, присутствующего в этих пятнах пота. Полученные результаты позволяют говорить, что если кровь и пот в пятнах указанных объектов произошла от одного человека, то в этом случае не исключается присутствие в них крови и пота ФИО1, относящейся к Ва группе с сопутствующим антигеном Н. Если же в пятнах указанных объектов содержится кровь и пот не одного, а большего количества лиц, то в этом случае, нельзя исключить присутствие в них пота и (или) крови ФИО1, относящегося к Ва группе с сопутствующим антигеном Н, смешанного (смешанных, или смешанной) с кровью и (или) потом К, относящейся к Оав группе.

На пяти представленных ножах, в смывах с рук и ногтевых срезах с рук ФИО1, на изъятых у него рубашке и штанах, кровь не обнаружена.

Согласно исследовательской части экспертного заключения, среди представленных на экспертизу ножей экспертом исследовался, в том числе нож с рукоятью из дерева желтого цвета, длиной клинка 80 м.м., шириной 18 м.м., с надписью с левой стороны «REGENT», изъятый из ящика со столовыми приборами в помещении кухни в ходе ОМП 07.09.2019 года по адресу: 

<

адрес> (т.2 л.д. 267-272);

- протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО1 на месте от 08.09.2019 года, с видеофиксацией указанного следственного действия на видеозаписи, при производстве которого ФИО1 указал, что К в день случившегося находилась с его (ФИО1) женой в его доме. Зайдя в дом, он присоединился к ним и с ними употреблял спиртные напитки. В ответ на очередное предложение К выпить еще, его жена пояснила, что хватит, забрала банку с остатками самогона и ушла на улицу. К предложила ему посидеть вдвоем, он сходил, налил из другой банки в стеклянный бокал 200 граммов и стали постепенно выпивать. К пошла в туалет и вернулась с кровью на руках, голова у нее была разбита. (Бобров пояснил, что у них изломано крыльцо). Когда пришла, у них получился небольшой скандал, К стала его обзывать, «подковыривать как мужика», говорила, что он теперь «пустое место». Он видимо «психанул», был выпивший, и «машинально, убивать не хотел, хотел напугать, а рука видимо достала, в горло ножом сделал» (показывает тычковый удар рукой). После того, как у К пошла кровь, он стал обматывать ей полотенцем шею и пошел к соседке, которой пояснил, что случалась беда и что бы она звонила в милицию и скорую. В то время пока соседка звонила, он пошел назад, она его догнала на крыльце. Вернувшись в дом, он подошел к К, пощупал пульс, голова ее лежала на руках, пульса не было. Также на вопросы следователя ФИО1 пояснил, что выпил примерно 4 рюмки граммов по 30-ть, запьянел не сильно. К говорила ему: «Какой ты мужик, если с бабой не можешь». При этом слова «не мужик теперь» его «задели». Удар он наносил правой рукой. Когда уходил, обмотав шею К полотенцем, она была жива, поднимала голову. Когда вернулся ее голова лежала.

Находясь в доме на месте происшествия, ФИО1 подробно описал и указал с использованием манекена, положение К в момент нанесения ей удара ножом, указал, что она сидела на табурете, рядом со столом, руки ее находились на столе. Разговаривая с ним, она поворачивала в его сторону голову. Указал свое место положение, с начало сидя за столом, описал предметы, находившиеся на столе. Указал о том, что после того, как К выходила из комнаты и пришла со следами крови на правой руке и ссадиной на голове, она вновь села за стол. Вместе они выпили еще. К сделалась еще пьянее и начала ему выказывать о том, что он не мужик, у него крыльцо не крыльцо, дальше больше. Он встал, у него что-то «замкнуло», взял, воткнул плашмя, думал рука не достанет. Также указал, что перепугался, бросил нож, снял белое полотенце, стал заматывать К шею и пошел к соседке. Пояснил, что не помнит мыл ли нож или бросил его куда. Нож не прятал, с собой нож не брал, поскольку с ним не дошел бы до соседки. С начало бросил нож в раковину, а потом взял полотенце, поместил на шею К, когда голова у нее еще держалась. Когда пришел в дом с соседкой, ножа уже не было, К находилась в таком же положении.

- на видеозаписи указанного следственного действия, просмотренной в судебном заседании, зафиксированы объяснения ФИО1, данные в ходе проверки его показаний на месте, где подсудимым указывается на манекене местоположение К сидя за кухонным столом. Его местоположение за кухонным столом, место нахождение ножа на столе. На вопрос о том, как он нанес удар, ФИО1 показывает, как он встал с табурета, находясь возле своего табурета, лицом к манекену (который находится по отношению к подсудимому полубоком), взял со стола макет ножа. Находясь лицом к манекену, ФИО1 показывает тычковое движение правой рукой с макетом ножа, от себя в область шеи манекена, в передней левой нижней части шеи. Движение руки горизонтальное. Местом удара Бобров указывает левую нижнюю часть шеи. Макет ножа при соприкосновении с манекеном лезвием расположен горизонтально. Затем указывает и показывает, как прошел к мойке на кухне, куда положил нож (т. 1 л.д. 194-201).

После оглашения протокола проверки показания на месте и просмотра видеозаписи данного следственного действия ФИО1 не отрицал, что давал такие показания. Дополнительно пояснив, что крови у К он не видел. Полотенце поместил на ее шею, когда вернулся из коридора. Крови ни на себе, ни на ноже он не заметил. Кровь увидел, когда вернулся из коридора. Нож по привычке положил в раковину. Изменение показаний объяснил, тем, что в настоящее время события помнит лучше. 

- протоколом осмотра местности (жилища, иного помещения) от 08.09.2019 года, согласно которого в ходе осмотра жилого дома по месту жительства ФИО1 по адресу: 

<

адрес> прилегающей к дому территории, с участием подозреваемого, и его защитника, ФИО1 пояснил, что он вспомнил, что удар в шею К он нанес ножом, имеющим деревянную рукоять, желтоватого цвета, с 2-мя заклепками, который ему предъявляли вчера при допросе среди других ножей. Данный нож после удара в шею К он вымыл и положил на кухонную тумбу, стоящую около окон в кухне (т.2 л.д. 61-73).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 поддержал, пояснения, данные им в ходе осмотра и оглашенные в судебном заседании, пояснив, что в настоящее время в голове у него «все смешалось» и он не думал, что в руке у него находился нож.

- показаниями эксперта ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Ивановской области» ФИО7, из которых следует, что им составлено экспертное заключение № от 09.09.2019 года. Также экспертом указано, что каждая из ран на голове и шее К причинены в коротки промежуток времени от долей секунды. Определить последовательность причинения ран невозможно, однако обе они прижизненные. Рана на голове К угрозу ее жизни не несла, кроме боли и дискомфорта иных последствий причинить не могла. Характер раны позволяет судить о том, что ее образование сопровождалось кровотечением. Однако данное кровотечение в обычных условиях останавливается самостоятельно без оказания посторонней помощи примерно в течение 15 минут. Характер раны свидетельствует о том, что она могла быть причинена любым предметом с острым краем. 

Характер раны на шее свидетельствует, что она причинена предметом, имеющим лезвие и острый край. Момент нанесения раны, при нарушении анатомической целостности тканей сопровождался выделением крови. Данное выделение крови могло сопровождаться как ее истечением, так и брызгами. Непосредственно после нанесения раны она сопровождалась обильным кровотечением пульсирующего характера вплоть до момента, когда организм не способен поддерживать объем циркулирующей крови. При этом экспертом указано, что временной промежуток, обозначенный им в экспертном заключении, от причинения раны на шее до смерти К, зависит от характера действий, которые принимались для остановки кровотечения. В случае оказания квалифицированной помощи (в том числе наложения жгута на шею), возможность сохранения жизни К имелась.

Проведенные по делу экспертные исследования в рамках судебно-медицинских и медико-криминалистических судебных экспертиз, по мнению суда, полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку выполнены специалистами, имеющими специальное образование, большой стаж экспертной работы, квалификация которых сомнений не вызывает. Заключения оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, их выводы представляются суду ясными и понятными, оснований сомневаться в их достоверности и обоснованности не имеется, в связи с чем, суд принимает их как надлежащие доказательства. 

Другие документы также составлены в строгом соответствии с требованиями закона, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях с участием понятых, которые удостоверили своими подписями в соответствующих протоколах факт проведения того или иного следственного действия и правильность его отражения в протоколе, и объективно фиксируют фактические данные, поэтому суд также принимает их как допустимые доказательства, оснований для признания вышеуказанных доказательств недопустимыми у суда не имеется. Каких-либо существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении и составлении следственным органом допущено не было.

Оценивая показания допрошенного в судебном заседании эксперта ФИО7, суд учитывает, что его показания, не противоречат имеющимся в деле доказательствам, экспертом, поддержаны выводы составленного экспертного заключения по результатам судебно-медицинской экспертизы трупа К. В судебном заседании указанное лицо, предупреждено об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Оснований сомневаться в его компетенции и объективности у суда не имеется. 

Показания потерпевшего, равно как и свидетелей логичны, последовательны, в целом согласуются между собой, дополняют друг друга и объективно подтверждаются другими, исследованными в судебном заседании и приведенными выше доказательствами, и в совокупности с другими доказательствами по уголовному делу, устанавливают одни и те же факты, имеющие существенное значение для оценки деяния. Достоверность показаний потерпевшего и свидетелей, положенных в основу приговора, у суда сомнений не вызывает, поскольку какой-либо заинтересованности со стороны указанных лиц при даче показаний в отношении ФИО1, равно как и оснований для его оговора, судом не установлено. При этом суд отмечает, что, каких-либо существенных противоречий относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему уголовному делу, в показаниях потерпевшего и свидетелей не имеется. Кроме того, они предварительно были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний.

Неточности, в показаниях свидетеля ФИО4 №1 о том, что она не помнит, причину своего ухода из дома 06.09.2019 года, относительно ее показаний, данных на предварительном следствии, где свидетелем указано, что причиной ее ухода стало то, что ФИО1 сказал ее что-то обидное, суд не считает существенными, что бы на этом основании признать их недостоверными. При допросе в судебном заседании свидетель поддержала ранее данные показания, указав, что их изменения связаны со значительным временем, прошедшим до ее допроса и особенностями ее памяти в силу возраста.

Неточности в показаниях свидетеля ФИО4 №2 относительно времени прихода к ее дому ФИО1 06.09.2019 года в 22 часа 15 минут, а также о том, что К, будучи умершей, находилась сидя за столом в тапочках, относительно ее показаний на предварительном следствии о времени прихода ФИО1 в 22 часа, суд не считает существенными, что бы на этом основании признать их недостоверными. При допросе в судебном заседании свидетель пояснила, что давая показания на предварительном следствии, события помнила лучше. При этом при ее допросе 07.09.2019 года указывала, что время определила по данным звонка с мобильного телефона скорую помощь. Согласно протокола осмотра места происшествия от 07.09.2019 года, труп К находился в положении сидя за столом, без обуви. При изложенных обстоятельствах более достоверными, суд считает показания свидетеля, данные на предварительном следствии с учетом дополнений данных в судебном заседании, а показания о нахождении трупа К в обуви, расцениваются как добросовестное заблуждение относительно изложенных обстоятельств.

Неточности в показаниях свидетеля ФИО4 №5 о времени, когда ей позвонила ФИО4 №2 06.09.2019 года примерно в 22 часа 15 минут, и о том, что ФИО1 не пояснял ей о том, что случилось с К, относительно ее показания на предварительном следствии, где свидетель указала время 22 часа 25 минут, которое она определила по мобильному телефону, и о том, что ФИО1 пояснял, что К сама себя тыкала ножом, суд не считает существенными, что бы на этом основании признать их недостоверными, как не существенными являются расхождения в показаниях свидетелей ФИО4 №2 и ФИО4 №5 о том, кто из них осуществлял звонок в скорую помощь. В судебном заседании ФИО4 №5 полностью поддержала показания данные ей на предварительном следствии, указав, о том, что часть событий она забыла. При этом суд, также учитывает, что во время прихода в дом подсудимого свидетелей ФИО4 №2 и ФИО4 №5, труп К находился в положении сидя за столом, с головой, лежащей на руках, что исключало обзор области шеи и тем более возможность самостоятельного вывода свидетелями о нанесении ножевого ранения. Вместе с тем, согласно карте вызова скорой медицинской помощи от 06.09.2019 года, вызов зарегистрирован с мобильного телефона ФИО4 №2, причиной вызова указано ножевое ранение. С учетом изложенного суд считает более достоверными показания свидетеля ФИО4 №5, данные на предварительном следствии, где ей указано, что именно подсудимый указал ей о ножевом ранении К. Кроме того, в судебном заседании свидетель ФИО4 №2 пояснила, о том, что звонок с ее мобильного телефона в скорую помощь осуществляла ФИО4 №5. 

Неточности в показаниях свидетеля ФИО4 №7 о том, что на трупе К он видел одну рану в области шеи, относительно его показаний на предварительном следствии о том, что им было обнаружено 2 раны на голове и на шее, объясняются длительностью времени до допроса свидетеля в судебном заседании, с учетом характера трудовой деятельности в отделении скорой медицинской помощи, о чем свидетель пояснил и полностью поддержал ранее данные им показания. При изложенных обстоятельствах, суд не считает существенными, указанные противоречия, чтобы на этом основании признать недопустимым доказательством показания свидетеля в судебном заседании и считает, что более достоверные и точные показания были даны данным свидетелем в ходе предварительного следствия, в связи с чем, принимает их за основу, поскольку они подтверждаются иными представленными доказательствами в том числе протоколом осмотра места происшествия от 07.09.2019 года, протоколом установления смерти человека от 06.09.2019 года, заключением судебно-медицинской экспертизы Трупа К

Неточности в показаниях свидетеля ФИО4 №3 в судебном заседании о том, что ФИО1 не спрашивали о случившемся, относительно ее показаний на предварительном следствии о том что ФИО1 пояснял, что К куда-то выходила и зашла вся в крови, суд не считает существенными, что бы на этом основании признать их недостоверными. В судебном заседании свидетель полностью поддержала ранее данные показания, указав, что их расхождения связаны с длительным периодом, прошедшим до ее допроса. При этом судом учитывается, что и на предварительном следствии свидетель указывала, о том, что от увиденного она сильно разволновалась. Показания, данные свидетелем на предварительном следствии, согласуются с оглашенными показаниями свидетелей ФИО4 №7 от 20.09.2019 года и ФИО4 №4 от 07.09.2019 года. В связи с чем, суд считает более достоверными и полными показания свидетеля ФИО4 №3, изложенные в протоколе допроса от 07.09.2019 года.

Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов ОГБУЗ «Костромская областная психиатрическая больница» № от 28.11.2019 года по результатам амбулаторной экспертизы, ФИО1 обнаруживает признаки органического расстройства личности сосудистого генеза (F 07.01 по МКБ-10), как обнаруживал их в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния. При обследовании у него выявлены проявления психоорганического синдрома с невысокой продуктивностью психической деятельности, эмоциональной лябильностью, жалобами церебрастенического характера, нарушением мышления по органическому типу. Однако имеющиеся у ФИО1 органические личностные нарушения в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния и в настоящее время, не являлись и не являются выраженными. В каком-либо хроническом психическом расстройстве, временном психическом расстройстве, слабоумии, ином болезненном состоянии психики в момент содеянного ФИО1 не находился, а был в состоянии простого алкогольного опьянения и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, может давать о них правильные показания, может участвовать в судебно-следственных и процессуальных действиях. Признаков алкогольной, наркотической зависимости, токсикомании ФИО1 не обнаруживает, в лечении от данных заболеваний не нуждается. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается (т. 2 л.д. 253-252). 

Экспертное заключение соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку выполнено специалистами, имеющим специальное образование, большой стаж экспертной работы, квалификация которых сомнений не вызывает. Данные выводы экспертов являются обоснованными, поскольку соответствуют полученным по делу доказательствам, из которых следует, что действия подсудимого в период вменяемых противоправных деяний носили осмысленный, целенаправленный и мотивированный характер. В судебном заседании ФИО1 также ведет себя адекватно, дает логически связные показания в соответствии с избранной позицией, признаков расстройства психической деятельности не обнаруживает, и у суда не возникло сомнений в его вменяемости.

Основываясь на заключении комиссии экспертов, поведении подсудимого ФИО1 в момент и после совершения преступления, а также исходя из его поведения в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, суд признает подсудимого вменяемым.

Также в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с учетом мнения сторон оглашены:

- протокол осмотра места происшествия от 07.09.2019 года, согласно которого произведен осмотр участка местности от здания ОПС с. Хотимль до территории 

<

адрес> (т. 1 л.д. 81-88); 

- заключение эксперта № от 05.02.2020 года по результатам дактилоскопической экспертизы, согласно выводам которого, на трех стопках и пивной кружке, обнаружены следы рук, которые для идентификации личности не пригодны. На иных, представленных на экспертизу предметах (граненом стакане, фарфоровом стакане, десертной тарелке, следов рук не обнаружено (т.2 л.д. 167-168).

Указанные документы не несут в себе доказательственного значения, поскольку не опровергают и не подтверждают обстоятельства совершения преступления и вину подсудимого. 

Суд соглашается с позицией государственного обвинителя об исключении из вменяемого события преступления нанесение подсудимым раны К в левой теменной области головы, как не нашедшее своего подтверждения совокупностью представленных доказательств.

Соглашаясь с позицией государственного обвинителя, суд также учитывает разъяснения Верховного Суда РФ, данные в п.29 постановления Пленума от 05.03.2004 г. № «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», согласно которому изменение государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения в соответствии с ч.8 ст. 246 УПК РФ предопределяет принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются обвинителем.

Изложенные изменения обвинения не ухудшают положение подсудимого и не нарушают его право на защиту.

Проанализировав и оценив в совокупности собранные и исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления.

На основании имеющихся материалов, суд считает доказанным, что в период, предшествующий причинению раны на шее К во второй половине дня 06.09.2019 года К находилась в доме подсудимого по адресу: 

<

адрес> где совместно с супругой подсудимого, употребляла спиртные напитки, затем к ним присоединился подсудимый ФИО1. После того, как супруга подсудимого покинула дом, ФИО1 продолжал употреблять спиртное совместно с К, что подтверждается, как самим подсудимым, так и:

- показаниями свидетеля ФИО4 №1 об употреблении Б-вым совместно с ней и К спиртных напитков, вплоть до оставления свидетелем места жительства около 19.00 часов, после того, как ФИО1 сказал ей что-то обидное;

- заключением судебно-медицинской экспертизы трупа К, о наличии в крови трупа К этанола в количестве 1,9 промиле, что соответствует средней степени опьянения;

- заключением комиссии экспертов ОГБУЗ «Костромская областная психиатрическая больница» от 28.11.2019 года №, согласно которого во время совершения инкриминируемого деяния ФИО1 находился в состоянии простого алкогольного опьянения.

При этом суд критически относится к показаниям, данным в судебном заседании подсудимым ФИО1 о том, что спиртные напитки с К 06.09.2019 года после ее возвращения из туалета и в течение примерно одного часа до нанесения ей удара в шею он не употреблял. 

Указанные показания противоречат показаниям ФИО1 данным в ходе предварительного следствия, а также показаниям подсудимого данным также в судебном заседании, где он указывал об употреблении спиртного с К после ее возвращения из туалета, которые суд признает достоверными.

Каких-либо объективных причин изменения показаний ФИО1 в данной части в судебном заседании не приведено, также ФИО1 указывалось, что показания, данные в ходе предварительного следствия он поддерживает частично.

Изменение показаний подсудимым ФИО1 в данной части суд связывает со стремлением подсудимого показать его личностные качества в более выгодном свете и преуменьшить роль последствий употребления спиртных напитков в виде алкогольного опьянения на свое дальнейшее поведение.

Устанавливая дальнейшие события, имевшие место 06.09.2019 года, суд принимает версию ФИО1, в той части, которая не противоречит и не опровергается представленными доказательствами.

Так из показаний подсудимого следует, что до вменяемого противоправного деяния каких-либо конфликтов с К он не имел, она его не обзывала и не оскорбляла, а сообщила информацию о его супруге, которую он воспринял как информацию о неверности и ей не поверил. Вплоть до нанесения травмы потерпевшей они беседовали, пели песни. 

Указанные доводы опровергаются показаниями самого ФИО1, данными в качестве подозреваемого на следующий день после смерти К, из которых следует, что непосредственно перед нанесением удара ножом, после возвращения из туалета, в ходе дальнейшего совместного употребления спиртного она задела его мужское достоинство, высказываясь о том, что он «не мужик». При этом в ходе предварительного следствия подсудимый указывал, что пытался остановить К, говоря ей хватит и «заткнись», однако она продолжала.

Данные обстоятельства излагались подсудимым ФИО1 и в ходе проверки его показаний на месте 08.09.2019 года, зафиксированной на видеозаписи, где им указано, что с К у них получился небольшой скандал, она стала его обзывать, «подковыривать как мужика», говорила, что он теперь «пустое место» и он видимо «психанул» (т. 1 л.д. 194-201).

О том, что К могла упрекать, ФИО1, показала супруга подсудимого ФИО4 №1. Кроме того из показаний ФИО4 №1 также следует, что из дома она ушла после обидных высказываний в ее адрес самого подсудимого.

Об имевшей место ссоре между подсудимым и К свидетельствуют и последующие действия ФИО1 по нанесению ножевого ранения. 

Судом не принимается версия ФИО1, об отсутствии между ним и К какого-либо конфликта непосредственно до причинения ей ножевого ранения, обоснованная тем, что в ходе предварительного следствия говоря неправду, указывая на наличие конфликта с К и внезапно-возникших у него неприязненных отношений, он пытался оградить от информации о неверности супруги своих детей.

Указанные доводы направлены подсудимым на подкрепление и придание весомости своей версии о непредумышленном причинении смерти К, в отсутствии какого-либо мотива, и расцениваются судом как избранная линия защиты. 

Оценивая показания подсудимого относительно обстоятельств нанесения им ножевого ранения в шею К и его последующих действий, суд принимает версию ФИО1, в той части, в которой подсудимый указал, что непосредственно после нанесения удара ножом, он прошел к мойке на кухне и положил в нее нож и что сделал с ним в дельнейшем не помнит, затем вышел в коридор дома, где находился 10-15 минут и вернувшись обнаружил К мертвой, после чего поместил ей на шею белое полотенце. Изложенное подтверждается:

- показаниями потерпевшего ФИО2, свидетелей ФИО4 №1, ФИО4 №2, ФИО4 №5, ФИО4 №4, обнаружившими труп К в течение незначительного времени после причинения ей ножевого ранения, с белым полотенцем на шее, а также указавшими на больше количество крови на месте совершения преступления;

- заключением судебно медицинской экспертизы трупа К № от 20.02.2020 года, согласно которому причиной смерти К являлась травма шеи справа в виде колото-резанной раны передне-боковой поверхности шеи справа с повреждением внутренней яремной вены и развитием острой массивной кровопотери (т. 2 л.д. 156-158);

- показаниями допрошенного в судебном заседании эксперта ФИО7, о том, что кровь из раны на шее К должна была исходить волнообразными движениями от 80 мл. крови за каждое сокращение сердца, и смерть наступает, когда организм не способен поддерживать ее объем;

- протоколом осмотра места происшествия от 07.09.2019 года с фототаблицей, где зафиксировано белое полотенце на задней части шеи К, и после его перемещения на стол, несмотря на местоположение раны на шее К, наличия обильных следов крови на ее руках, лице и одежде, на самом полотенце имеются только мазки вещества красного цвета похожего на кровь.

Несмотря на изменение подсудимым показания, в данной части, относительно его показаний, на предварительном следствии они подтверждаются представленными доказательствами.

При этом показания подсудимого на предварительном следствии о помещении полотенца на шею К непосредственно после нанесения удара ножом, судом расцениваются как линия защиты, направленная на стремление подсудимого показать о принятых им мерах для спасения К, что полностью укладывалось в ранее выдвинутую им версию о том, что он хотел напугать К, однако не рассчитал своих действий или в силу состояния здоровья его могло мотнуть, вследствие чего К была причинена рана на шее.

Не принимаются судом доводы подсудимого ФИО1 в судебном заседании о том, что непосредственно перед нанесением удара ножом в шею К он стоял у стола правым боком по отношению к левому боку сидевшей рядом К, и реагируя на ее сообщение о неверности супруги, не поверив ей, махнул правой рукой в правую сторону с отведением руки назад, и не заметил, как ножом, находящимся у него в руке нанес ранение в шею К. После чего, не осознавая причинение ранения в шею, отнес нож, а также сковороду, стоявшую на столе в мойку. Также не принимаются судом частично изложенные Б-вым данные сведения, в протоколе его показаний в качестве обвиняемого от 21.02.2020 года. 

Указанные доводы полностью опровергаются:

- показаниями ФИО1 в качестве подозреваемого от 07.09.2019 года, зафиксированными на видеозаписи проведения допроса, где ФИО1 указал, что нож лежал на столе, он встал, взял нож и «ткнул» ножом в шею К, показывая движение правой рукой от себя. Также указал на своей шее справа место, куда пришелся удар ножом на шее К, поясняя, что достал (т.1 л.д. 183-192);

- протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО1 на месте с фиксацией указанного следственного действия на видеозаписи, где он указал, как местоположение К, (полу боком от него справа), свое местоположение, сидя за столом, указал местоположение ножа на столе, пояснил и указал, как он встал, взял со стола нож и, находясь лицом, к манекену, показал тычковое движение рукой с макетом ножа от себя в область расположения шеи на манекене. 

- протоколом осмотра места происшествия от 07.09.2019 года, заключением судебно-медицинской экспертизы трупа К № от 20.02.2020 года, из которых следует, что раневой канал от плоского колюще-режущего орудия на шее К расположен в направлении цифр 6-12 условного циферблата в передней правой части шеи, он веретеновидной формы, располагается спереди назад, слева на право, сверху вниз. Раневой канал проходит через подкожную жировую клетчатку, мышцы шеи и повреждает внутреннюю яремную вену по передней и задней стенке. Толщина тканей по ходу раневого канала составляет 7 см.. (т. 1 л.д. 21-54; т. 2 л.д. 156-158). Из протокола осмотра места происшествия с фотофиксацией, следует, что сковорода находится на столе, что также опровергает доводы подсудимого, о том, что нож он отнес в мойку вместе со сковородой; 

- показаниями эксперта ФИО7, данными в судебном заседании, согласно которым кровь из раны начинает, выделяться непосредственно в момент травмирования тканей, и непосредственно после удара начинается обильная кровопотеря, пульсирующего характера;

- показаниями ФИО1 в качестве подозреваемого от 07.09.2019 года, где он указал характеристики ножа и указал на один из предъявленных ему ножей. Несмотря на последующие пояснения о том, что опознанный нож, не является орудием преступления подсудимый не отрицал, что нож, которым он нанес удар в шею К, имеет аналогичные характеристики;

- протоколом осмотра местности от 08.09.2019года, в ходе которого подсудимый указал о том, что вспомнил, что удар в шею К он нанес ножом, имеющим деревянную рукоять, желтоватого цвета, который ему предъявляли 07.09.2019 года (т.2 л.д. 61-73);

- экспертным заключением по результатам судебно медико-криминалистической экспертизы № от 07.11.2019 года, которым представленный на экспертизу нож, указанный ранее ФИО1 как орудие преступления, отнесен к орудию которым могла быть причинена травма на шее К (т.т. 2 л.д. 180-198).

При этом обращают на себя внимание и характеристики ножа, лезвие которого составляет в длину чуть более 8 см. до рукояти, тогда как раневой канал на трупе К составляет 7 см..

Показания подсудимого ФИО1, данные им в судебном заседании, относительно обстоятельств нанесения К травмы шеи, суд относит к линии защиты, направленной на подкрепление доводов ФИО22 о причинении смерти К по неосторожности, что опровергается представленными доказательствами.

При вынесении решения суд принимает как более достоверные, показания подсудимого об обстоятельствах нанесения удара ножом К, данные им на предварительном следствии в качестве подозреваемого и подтвержденные при их проверке на месте. 

Вместе с тем, локализация удара который подсудимый при проверке показаний на месте указывает в левую часть шеи потерпевшей, опровергается представленными доказательствами, а именно:

- протоколом осмотра трупа К от 09.09.2019 года и протоколом осмотра места происшествия от 07.09.2019года, заключением судебно-медицинской экспертизы трупа К, от 20.02.2010 года, из которых следует, что рана на шее К расположена в правой части шеи.

Показания в данной части, расцениваются судом как способ защиты избранный подсудимым на предварительном следствии, выдвинувшим версию о непреднамеренном причинении раны, вследствие его желания напугать К, с целю прекращения оскорблений в его адрес.

Обстоятельствами, препятствующими его правдивым показаниям в ходе предварительного следствия, подсудимым ФИО1 указаны полученные им сведения о неверности супруги. Данными обстоятельствами ФИО1 обосновывает и изменением им показаний относительно последовательности его действий в момент нанесения удара ножом в область шеи К и своих последующих действий, что не поддается логическому объяснению, и расценивается судом как избранный способ защиты.

При этом судом не принимаются доводы подсудимого о том, что в настоящее время он лучше вспомнил обстоятельства произошедшего, поскольку впервые показания ФИО1 в качестве подозреваемого давал на следующий день после совершения преступления и уже не находясь в состоянии опьянения, а проверка его показаний на месте произведена через 1 день после смерти К. При проведении допроса подсудимому были разъяснены и его права, в том числе положения ст. 51 Конституции, ст. 46 УПК РФ, он был предупрежден о том, что его показании могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу и в случае последующего отказа от них.

Судом не принимается доводы стороны защиты о необходимости квалифицировать действия подсудимого как причинение смерти по неосторожности, что полностью опровергается представленными доказательствами.

Так, при нанесении удара К, подсудимый ФИО1 находился к ней лицом, произвел тычковым движением от себя удар ножом с длиной лезвия около 8 см, в правую часть шеи, в область расположения жизненно важных органов, на глубину тканей потерпевшей 7 см, спереди назад, сверху вниз, слева направо. 

Согласно показаниям эксперта ФИО7, кровь из раны должна выделяться непосредственно в момент удара.

При этом судом учитывается и то обстоятельство, что подсудимый имеет навыки забоя домашних животных, с использованием ножа в область шеи, т.е. не может не осознавать место расположения жизненно важных органов и возможные последствия ножевого ранения шеи.

Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов, в момент совершения преступления ФИО1 мог осознавать характер и общественную опасность своих действий. 

Непосредственно после нанесения удара подсудимый направился к мойке, где вымыл нож. 

Судом учитывается и характер его последующих действий, когда осознавая факт нанесения ранения в область расположения жизненно важных органов, предметом имеющим в данной ситуации значительную поражающею способность, подсудимый не оказав К какой-либо помощи, моет нож и выходит в коридор, где остается 10-15 минут.

Изложенное свидетельствует об умышленном характере действия подсудимого.

При таких обстоятельствах надуманными и не соответствующими установленным обстоятельствам дела, суд расценивает и доводы защиты о том, что в силу состояния здоровья, ФИО1 могло «мотнуть» в момент нанесения удара ножом, что стороной защиты приводится как один из доводов об отсутствии умысла на причинение смерти К, и что полностью опровергается характером последующих действий подсудимого.

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к выводу о совершении ФИО1 убийства, т.е. умышленного причинения смерти человеку, и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

При этом суд считает необходимым исключить из обвинения указание на причинение К физической боли, как выходящее за рамки предъявленного обвинения, а также о том, что непосредственно после того, как подсудимый вымыл и спрятал нож, он проследовал в соседний дом по адресу: 

<

адрес> попросил соседку ФИО4 №2 вызвать скорую помощь, поскольку исследованными доказательствами подтверждается, что данные обстоятельства имели место после того, как подсудимый выходил в коридор дома, затем вернулся в дом, обнаружил К мертвой, помыл руки, поместил на ее шею полотенце и только затем пошел к ФИО4 №2

Поскольку совершение преступления с использованием оружия, в соответствии с п. "к" ч. 1 ст. 63 УК РФ, отнесено к обстоятельствам, отягчающим наказание, данное обстоятельство подлежит доказыванию при рассмотрении уголовного дела. 

Использование предметов в качестве оружия не отнесено ни к обязательной объективной стороне преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, ни к квалифицирующим его признакам, ни к обстоятельствам отягчающим наказание, изложенным в п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ.

Доказательств того, что используемый в качестве орудия преступления подсудимым нож отнесен к категории оружия, стороной обвинения не представлено, и с учетом изложенного, суд считает подлежащим исключению указание на использование подсудимым кухонного ножа именно в качестве оружия.

Изложенные изменения не ухудшают положение подсудимого и не нарушают его право на защиту.

Согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Переходя к вопросу о назначении подсудимому вида и размера наказания в соответствии в соответствии со ст.6, 7, 43, 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Подсудимый совершил преступление, отнесенное в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории особо тяжких. 

ФИО1 имеет постоянное место жительства, где супругой ФИО4 №1 допрошенной в качестве свидетеля, характеризуется как хороший, заботливый семьянин, уважаемый жителями деревни. С 2014 года является пенсионером (т. 2 л.д. 47, 48), должником по исполнительным производствам не значится (т. 2 л.д. 53). Согласно характеристике ст. УУП МО МВД России «Южский», характеризуется положительно, как поддерживающий положительные отношения с членами семьи и родственниками. По характеру спокойный, уравновешенный. На учетах в МО МВД России «Южский» не состоит, к административной ответственности не привлекался, спиртным не злоупотребляет. Жалоб на его поведение в быту и общественных местах не поступало (т. 2, л.д. 35). Согласно характеристике администрации Хотимльского сельского поселения, ФИО1 проживает с женой, жалоб на его поведение в быту и общественных местах, в администрацию не поступало. На комиссиях его поведение не обсуждалось (т. 2 л.д. 36); С 01.06.1972 года по 15.06.1974 года проходил военную службу по призыву, 24.12.2004 года снят с воинского учета по достижении предельного возраста (т. 2 л.д. 31, 32-34). На учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит (т.2 л.д. 20-21), состоит на диспансерном учете по поводу имеющихся заболеваний (т 2. л.д. 23, 25

<

данные изъяты> (т.2 л.д. 26).

Состояние здоровья подсудимого, являющегося 

<

данные изъяты>, имеющего ряд заболеваний, отклонения в его психическом здоровье, его возраст, а также возраст его супруги (64 года) - в соответствии ч. 2 ст. 61 УК РФ; принятие мер родственниками подсудимого к частичному возмещению затрат на похороны и принесение ФИО1 извинений в адрес потерпевшего в судебном заседании - в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ; а также активное способствование расследованию преступления путем дачи показаний, в качестве подозреваемого и участия в проверке показаний на месте, где подсудимый, в том числе подробно указал обстоятельства нанесения им травмы шеи К, и которые приняты судом в качестве доказательств по делу, сообщение характеристик орудия преступления (ножа), что в том числе позволило органам следствия сократить сроки расследования (с учетом изъятия с места преступления 20 ножей и направления на экспертизу только 5 из них), в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, судом признаются обстоятельствами, смягчающими наказание.

К обстоятельствам, отягчающим наказание, суд относит:

- в силу ч. 1.1 ст. 63 УК РФ - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку, по мнению суда, с учетом обстоятельств его совершения после употребления спиртных напитков, именно состояние алкогольного опьянения снизило контроль над эмоциями и облегчило проявление агрессии.

При этом суд считает необходимым отметить, что ФИО1 положительно характеризуется, в его характеристиках отмечено, что он спиртным не злоупотребляет, на учёте у нарколога не состоит, с потерпевшей К, которая также характеризовалась положительно, подсудимый был знаком в течение многих лет, во время совершения преступления К находилась в жилище ФИО1, и каких-либо действий с ее стороны, свидетельствующих о том, что они носили характер дающий основание подсудимому для физического противодействия, не имелось.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, в период совершения преступления ФИО1 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действия и находился в состоянии простого алкогольного опьянения. При этом сам подсудимый в ходе предварительного расследования и в суде не отрицал того факта, что находился в состоянии алкогольного опьянения, и в ходе предварительного расследования не отрицал, что употребление спиртных напитков, повлияло на его поведение.

Учитывая изложенное, суд пришёл к убеждению о том, что именно состояние алкогольного опьянения снизило контроль ФИО1 за своим поведением и способствовало совершению преступления. 

Учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления, а также наличие отягчающего обстоятельства в виде совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд не усматривает оснований для изменения его категории на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

В целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого, с учетом его личности, тяжести содеянного и конкретных обстоятельств дела, наказание ФИО1 должно быть назначено в виде лишения свободы.

Оснований для применения условного осуждения в соответствии со ст.73 УК РФ при назначении наказания, а также наличия исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, обстоятельств, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Оснований для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ при назначении наказания не имеется, поскольку в действиях ФИО1 установлено наличие отягчающего обстоятельства.

Поскольку совершенное ФИО1 преступление отнесено к категории особо тяжких, наказание за которое предусмотрено исключительно в виде лишения свободы, оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ, регламентирующей содержание и применение наказания в виде принудительных работ, не имеется.

На основании п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1 должно быть назначено в исправительной колонии строгого режима.

Обсуждая вопрос о дополнительной мере наказания в виде ограничения свободы, предусмотренной санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, принимая во внимание, положительные данные, характеризующие подсудимого и его возраст, суд считает возможным не применять дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Для обеспечения исполнения приговора, учитывая сведения о личности подсудимого, характер и степень общественной опасности содеянного, суд полагает необходимым сохранить меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области.

На основании ст. 72 УК РФ имеются основания для зачета в срок отбытия наказания времени задержания и содержания ФИО1 под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области с 07 сентября 2019 года до момента вступления настоящего приговора в законную силу.

Решая вопрос о вещественных доказательствах по делу, суд руководствуется положениями ст.81 УПК РФ.

Вещественные доказательства:

- халат К, марлевая салфетка с соскобом вещества красно-бурого цвета с капли №; марлевая салфетка с соскобом вещества красно-бурого цвета с капли №; вырез линолеума с веществом красно-бурого цвета (капля №); образец вещества красно-бурого цвета из лужи крови рядом с трупом К; нож с рукоятью из дерева желтого цвета, длиной клинка 80 мм, шириной 18 мм, с надписью с левой стороны «REGENT»; образцы смывов с правой и левой рук ФИО1; образцы срезов с ногтевых пластин ФИО1; образец крови ФИО1 – хранящиеся при уголовном деле – подлежат уничтожению;

- одежда ФИО1; тарелка с осколками; три стопки из прозрачного стекла; граненый стакан; кружка белого цвета; пивная кружка; бутылка с кетчупом; нож с деревянной рукоятью коричневого цвета, длиной клинка 120 мм, шириной 18 мм, с тремя заклепками на рукояти; нож с деревянной рукоятью коричневого цвета, длиной 155 мм, шириной 27 мм, с двумя заклепками на рукояти; нож с рукоятью из полимерного материала с зазубринами на лезвии, длиной клинка 150 мм, шириной 20 мм; нож сапожный из проволочного переплета, длиной клинка 35 мм, шириной 15 мм – хранящиеся при уголовном деле, подлежат выдаче супруге подсудимого ФИО4 №1;

- образцы срезов ногтевых пластин К; кожный лоскут с трупа К; образец крови К, хранящиеся при уголовном деле – подлежат уничтожению.

Потерпевшим ФИО2 заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 110.726 рублей 18 копеек, которые он затратил на погребение, проведение поминального обеда, установку памятника, установку ограды, а также о компенсации морального вреда в сумме 1.000.000 рублей.

В судебном заседании потерпевший ФИО2 поддержал исковые требования в полном объеме.

Подсудимый ФИО1 и его защитник считают необходимым снижение компенсации морального вреда, требования о возмещении материального ущерба подлежащими оставлению без рассмотрения и направлению на рассмотрение в рамках гражданского судопроизводства. 

Разрешая вопрос о гражданском иске потерпевшего ФИО2 о компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями ст. 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ, при этом принимает во внимание характер и степень вины подсудимого, его материальное положение, а также принципы справедливости и разумности. Кроме того, суд учитывает степень причиненных потерпевшему нравственных страданий, связанных с утратой супруги, с которой прожил в браке более 40 лет, которая занималась хозяйством и принимала участие в обеспечении быта семьи; а также индивидуальные особенности потерпевшего и его возраст (72 года). Безусловно, самим фактом гибели К ее супругу ФИО2 причинены глубокие нравственные и моральные страдания, поскольку он безвременно потерял супругу, с которой создал семью и прожил в браке длительное время, на помощь и поддержку которой мог рассчитывать, до настоящего времени тяжело переживает произошедшее. 

На основании всех обстоятельств дела, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о компенсации морального вреда и определяет данную компенсацию, с учетом совокупности изложенных обстоятельств в размере 800.000 рублей, которая подлежит взысканию с подсудимого. 

Рассмотрев исковые требования потерпевшего ФИО23, в части возмещения материального вреда, суд приходит к следующему:

в соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме.

Оценив представленные доказательства, судом учитывается, что доказательствами по делу сами факты несения потерпевшим затрат в связи с организацией похорон, приобретением памятника и ограды, подтверждаются. Однако представленные в материалах дела доказательства в обоснование размера понесенных расходов, в части представленных чеков без наименования товаров, установки ограды в размерах больших, чем предусмотрено на одно захоронение, квитанции на изготовление памятника, с оплатой в рассрочку, с учетом пояснений потерпевшего, данных в судебном заседании о приобретении ограды размер которой соответствует двум захоронениям, с сопутствующими товарами, условиях оплаты памятника в рассрочку, суд считает необходимым признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1, признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде содержания под стражей с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области ФИО1 сохранить до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Зачесть в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время содержания под стражей ФИО1 со дня задержания т.е. с 07 сентября 2019 года по день вступления приговора в законную силу включительно в соответствии с правилами, установленными п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшего ФИО2, в счет компенсации морального вреда 800.000 (восемьсот тысяч) рублей.

Признать за потерпевшим ФИО2 право на удовлетворение гражданского иска к ФИО1 о возмещении материального ущерба и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: 

- халат К; марлевую салфетку с соскобом вещества красно-бурого цвета с капли №; марлевую салфетку с соскобом вещества красно-бурого цвета с капли №; вырез линолеума с веществом красно-бурого цвета (капля №); образец вещества красно-бурого цвета из лужи крови рядом с трупом К; нож с рукоятью из дерева желтого цвета, длиной клинка 80 мм, шириной 18 мм, с надписью с левой стороны «REGENT»; образцы смывов с правой и левой рук ФИО1, образцы срезов с ногтевых пластин ФИО1; образец крови ФИО1 –уничтожить;

- одежду ФИО1, тарелку с осколками, три стопки из прозрачного стекла, граненый стакан, кружку белого цвета, пивную кружку, бутылку с кетчупом; нож с деревянной рукоятью коричневого цвета, длиной клинка 120 мм, шириной 18 мм, с тремя заклепками на рукояти; нож с деревянной рукоятью коричневого цвета, длиной 155 мм, шириной 27 мм, с двумя заклепками на рукояти; нож с рукоятью из полимерного материала с зазубринами на лезвии, длиной клинка 150 мм, шириной 20 мм; нож сапожный из проволочного переплета, длиной клинка 35 мм, шириной 15 мм – выдать супруге подсудимого ФИО4 №1,

- образцы срезов ногтевых пластин К, кожный лоскут с трупа К, образец крови К, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Палехский районный суд Ивановской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными – в тот же срок со дня его вручения. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Такое ходатайство может быть заявлено осужденными в течение 10 суток со дня вручения им копии приговора - в апелляционной жалобе, либо в тот же срок со дня вручения копии апелляционной жалобы или представления прокурора, затрагивающих их интересы, - в отдельном ходатайстве либо возражениях на жалобу или представление.

Председательствующий Пятых Л.В.