№2-2309-2024

УИД18RS0011-01-2024-004029-08

Решение

Именем Российской Федерации

16 октября 2024 года г. Глазов УР

Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Кирилловой О.В., при секретаре судебного заседания Люкиной Н.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике о признания решения незаконным,

установил:

истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике (далее - ОСФР по УР) о признания решения незаконным. Исковые требования мотивированы тем, что 24.07.2024 года обратилась к ответчику за назначением досрочной страховой пенсии по старости, как лицу, осуществляющему лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста, в соответствии с п.п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона от 28.12.2013 г №400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением ОСФР по УР № от 30.07.2024 года ей было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости, так как, по мнению ОСФР по УР, на момент обращения её подтвержденный стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение составляет 27 лет 10 месяцев 16 дней. Согласно позиции ОСФР по УР, периоды работы с 08.09.1992 по 21.04.1998 год в муниципальном предприятии «Стоматолог» не включается в медицинский стаж, дающий право на досрочную пенсию. Считает вынесенное решение незаконным, нарушающим ее права на назначение досрочной страховой пенсии по старости. Спорный период подлежит включению в специальный стаж. Право на назначение досрочной страховой пенсии определяется в соответствии с Правилами исчисления периодов работы и Списками должностей и учреждений, утвержденными постановлением Правительства РФ от 29.10.2002 года №781. Согласно Списку право на пенсию за выслугу лет имеют врачи и средний медицинский персонал независимо от наименования должности лечебно-профилактических и санитарно- эпидемиологических учреждений всех форм собственности. С 03.07.1990 по 28.12.1990 истец работала в должности медицинской сестры в Глазовской стоматологической поликлинике, с 29.12.1990 по ДД.ММ.ГГГГ – в должности медицинской сестры в арендном учреждении «Стоматология», с 08.09.1992 по 21.04.1998 - в должности медицинской сестры в муниципальном предприятии «Стоматолог», с 22.04.1998 по 29.09.2002- в должности медицинской сестры в муниципальном учреждении здравоохранения «Стоматолог», с 30.09.2022 по 20.12.2011- в должности медицинской сестры в муниципальном учреждении здравоохранения «Стоматологическая поликлиника», с 21.12.2011 по 18.12.2013 - в должности медицинской сестры в муниципальном бюджетном учреждении здравоохранения «Глазовская стоматологическая поликлиника», с 19.12.2013 по настоящее время работает в должности медицинской сестры в бюджетном учреждении здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская городская стоматологическая поликлиника Министерства здравоохранения Удмуртской Республики». В период с 25.12.2000 по 28.12.2000 и с 15.04.2001 по 16.05.2001 проходила повышение квалификации по специальности «сестринское дело» с отрывом от производства. Вышеуказанная должность соответствуют номенклатуре должностей врачебного и среднего медицинского персонала, утвержденной Министерством здравоохранения от 23.11.1992 г. №. Преобразования больницы никак не отразились на характере работы истца, связанной с осуществлением лечебной деятельности по охране здоровья населения. Считает, что периоды работы с 08.09.1992 по 21.04.1998 г. в муниципальном предприятии «Стоматолог» (5 лет 7 месяцев 14 дней) подлежат включению в льготный стаж, дающий право на назначение трудовой пенсии по старости. В периоды с 25.12.2000 по 28.12.2000 (4 дня) и с 15.04.2001 по 16.05.2001 (1 мес. 2 дня) истец направлялась работодателем на курсы повышения квалификации с сохранением заработной платы. Считает, что данные периоды нахождения на курсах повышения квалификации (1мес. 06 дней) подлежат включению в льготный медицинский стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости. С учетом спорных периодов работы с 08.09.1992 по 21.04.1998 в муниципальном предприятии «Стоматолог» (5 лет 7 мес.14 дней), нахождения на курсах повышения квалификации с 25.12.2000 по 28.12.2000 (4 дня) и с 15.04.2001 по 16.05.2001 (1 мес. 2 дня), всего 5 лет 8 месяцев 16 дней. Таким образом, специальный стаж на дату обращения в ОСФР по УР 24.07.2024 составляет 33 года 7 месяцев 3 дня (27 лет 10 месяцев 16 дней+ 5лет 8 месяцев 16 дней).

В связи с чем, просит признать незаконным решение ОСФР по УР № от 30.07.2024 об отказе ФИО1 в назначении досрочной страховой пенсии по старости; обязать ОСФР по УР включить ФИО1 в стаж, дающий право на назначение пенсии, следующие периоды: с 08.09.1992 года по 21.04.1998 года (5 лет 07 месяцев 14 дней) в муниципальном предприятии «Стоматолог», периоды нахождения на курсах повышения квалификации с 25.12.2000 по 28.12.2000 (4 дня) и с 15.04.2001 по 16.05.2001 (1 мес. 2 дня), всего 5 лет 8 месяцев 16 дней; обязать ОСФР по УР назначить досрочно страховую пенсию по старости по ст.30 п.1 п.п. 20 Федерального закона от 28.12.2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» с даты обращения в ОСФР по УР, с 24.07.2024.

Определением суда от 16.10.2024 производство по делу в части требований о возложении обязанности на ОСФР по УР включить ФИО1 в стаж, дающий право на назначение пенсии, период нахождения на курсах повышения квалификации с 25.12.2000 по 28.12.2000 г и с 15.04.2001 по 16.05.2001г, прекращено в связи с отказом от иска. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, извещена надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, представила заявление о рассмотрении дела без её участия. Ранее в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала.

В судебное заседание представитель ответчика ОСФР по УР не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени судебного заседания. Ранее в судебном заседании на удовлетворении исковых требований возражала, мотивировав доводами, изложенными в решении ОСФР по УР.

Исследовав предоставленные суду доказательства и материалы, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства, закрепленными в ее статье 7 (часть 1), гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту. В целях обеспечения конституционного права каждого на получение пенсии законодатель вправе, как это вытекает из статьи 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации, определять механизм его реализации, включая закрепление в законе правовых оснований назначения пенсий, установление их размеров и порядка исчисления, особенностей приобретения права на пенсию отдельными категориями граждан.

Согласно п. 1 ст. 22 Федеральный закон «О страховых пенсиях» от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ страховая пенсия назначается со дня обращения за ее назначением, но не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами (п. 2 ст. 22 Федеральный закон «О страховых пенсиях»).

Таким образом, обязательными условиями на досрочное назначение страховой пенсии по старости являются подача заявления о назначении пенсии и наличие необходимой продолжительности соответствующей деятельности (специального трудового стажа), подтвержденной соответствующими документами.

В соответствии п. 12 Перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению в соответствии с Федеральными законами "О страховых пенсиях" и "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 04.08.2021 N 538н к заявлению гражданина, обратившегося за назначением страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30, 32 Закона от 28.12.2013 г. в необходимых случаях должны быть приложены документы, подтверждающие стаж на соответствующих видах работ.

Исследовав предоставленные суду доказательства, суд приходит к выводу, что истцом указанные условия выполнены. 

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости.

Решением ОСФР по УР № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в назначении пенсии по старости по ст. 30 п. 1 п.п. 20 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» отказано.

Из записей трудовой книжки АТ –V № истца следует, что ФИО1 работала:

- с 03.07.1990 по 28.12.1990 в должности медицинской сестры в Глазовской стоматологической поликлинике;

- с 29.12.1990 по 07.09.1992 в должности медицинской сестры в арендном учреждении «Стоматолог»;

- с 08.09.1992 по 21.04.1998 в должности медицинской сестры в муниципальном предприятии «Стоматолог»;

- с 22.04.1998 по 29.09.2002 в должности медицинской сестры в муниципальном учреждении здравоохранения «Стоматолог»;

- с 30.09.2022 по 20.12.2011в должности медицинской сестры в муниципальном учреждении здравоохранения «Стоматологическая поликлиника»;

- с 21.12.2011 по 18.12.2013 в должности медицинской сестры в муниципальном бюджетном учреждении здравоохранения «Глазовская стоматологическая поликлиника»;

с 19.12.2013 по настоящее время в должности медицинской сестры в бюджетном учреждении здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская городская стоматологическая поликлиника Министерства здравоохранения Удмуртской Республики».

Кроме того, в трудовой книжке имеются следующие записи: 29.12.1990 на основании решения общего собрания Стоматологической поликлиники и решения Исполкома Горсовета Глазовская стоматологическая поликлиника переведена в аренду с наименованием арендное учреждение «Стоматолог», которое 08.09.1992 реорганизовано в Муниципальное предприятие «Стоматолог»; 22.04.1998 Муниципальное предприятие «Стоматолог» реорганизовано в Муниципальное учреждение здравоохранения «Стоматолог»; 30.09.2002 Муниципальное учреждение здравоохранения «Стоматолог» реорганизовано в муниципальное учреждение здравоохранения «Стоматологическая поликлиника»; 21.12.2011 муниципальное учреждение здравоохранения «Стоматологическая поликлиника» реорганизовано в муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Глазовская стоматологическая поликлиника»; 19.12.2013 муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Глазовская стоматологическая поликлиника» реорганизовано в бюджетное учреждение здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская городская стоматологическая поликлиника Министерства здравоохранения Удмуртской Республики».

Решением ОСФР по УР № от 30.07.2024 ФИО1 в назначении досрочной страховой пенсии отказано, период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в Муниципальном предприятии «Стоматолог» не включен в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии, так как муниципальное предприятие «Стоматолог» по своей организационно- правовой форме являлось коммерческой организацией со статусом юридического лица, а по форме собственности представляло собой частную предпринимательскую медицинскую деятельность на основе аренды государственного имущества и не являлось учреждением здравоохранения. Наименование предприятия не предусмотрено Постановлением №464 от 06.09.1991, действовавшим в тот период.

ФИО1 по состоянию на 31.12.2023 установлен стаж, дающий право для назначения досрочной страховой пенсии по старости по пп. 20 п. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в размере 27 лет 10 месяцев 16 дней.

Таким образом, предметом спора является период работы в Муниципальном предприятии «Стоматолог» с 08.09.1992 по 21.04.1998, который не включен ответчиком в специальный стаж.

Федеральный закон «О страховых пенсиях» от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ, определяющий основания возникновения и порядок реализации права граждан на трудовые пенсии, в качестве условий назначения трудовой пенсии по старости закрепляет достижение пенсионного возраста (65 лет для мужчин и 60 лет для женщин) и наличие страхового стажа не менее пятнадцати лет (статья 8) и одновременно предусматривает право отдельных категорий граждан на досрочное назначение страховой пенсии по старости (статья 30).

Так в соответствии с п.п. 20 п. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28 декабря 2013г. № 400–ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Страховая пенсия по старости лицам, имеющим право на ее получение независимо от возраста в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 настоящей статьи, назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к настоящему Федеральному закону. Назначение страховой пенсии по старости лицам, имеющим право на ее получение по достижении соответствующего возраста в соответствии с пунктом 21 части 1 настоящей статьи, осуществляется при достижении ими возраста, указанного в приложении 6 к настоящему Федеральному закону (ч. 1.1).

В соответствии с Постановлением Правительства РФ N 1066 от 22.09.1999 года в стаж, дающий право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, засчитываются периоды работы до 01.11.1999 года в соответствии со Списком профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная или иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденным Постановлением Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 года N 464, в соответствии с которым, в стаж, дающий право на пенсию за выслугу лет, работникам здравоохранения и санитарно - эпидемиологических учреждений засчитываются все виды лечебной и иной работы по охране здоровья населения в учреждениях (организациях) и должностях, предусмотренных прилагаемым Списком, независимо от ведомственной подчиненности учреждений (организаций).

Согласно Списку, утвержденному вышеуказанным Постановлением, право на пенсию за выслугу лет имеют врачи и средний медицинский персонал независимо от наименования должности лечебно - профилактических и санитарно - эпидемиологических учреждений всех форм собственности

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается трудовая пенсия по старости в соответствии с пп. 20 п. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 года № 781, утверждены Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения..., а также Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 2005 года № 25 «О некоторых вопросах, возникших у судов при рассмотрении дел, связанных с реализацией гражданами права на трудовые пенсии» (п.11) по волеизъявлению и в интересах застрахованного лица претендующего на установление досрочной страховой пенсии по старости по нормам Федерального закона № 173-ФЗ, периоды работы до 01 января 2002 года могут быть исчислены ранее действовавших нормативных правовых актов.

В спорный период работы истца в должности медицинской сестры в Муниципальном предприятии «Стоматолог» действовало Постановление Совета Министров РСФСР от 06 сентября 1991 года № 464 "Об утверждении списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет", которым регулировались отношения до 01 ноября 1999 года. Согласно пункту 1 указанного Списка в специальный стаж подлежала включению работа врачей и среднего медицинского персонала независимо от наименования должности лечебно-профилактических и санитарно-эпидемиологических учреждений всех форм собственности. Таким образом, требований к организационно-правовой форме учреждений здравоохранения данным Списком предусмотрено не было.

Такое требование не установлено также последующим постановлением Правительства РФ от 22 сентября 1999 года № 1066 "Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения" и Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 года № 781 "О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013г. № 400 «О страховых пенсиях».

В соответствии с Приказом Минздрава РФ от 23 ноября 1992 года № 301 «Об оплате труда работников здравоохранения» в приложении № 3 утверждена Номенклатура учреждений здравоохранения, согласно которой была предусмотрена стоматологическая поликлиника.

Как следует из материалов дела, Муниципальное предприятие «Стоматолог» зарегистрировано Постановлением главы местной администрации от 08 сентября 1992 года за № 29, данное предприятие реорганизовано из Арендного учреждения здравоохранения «Стоматолог», является его правопреемником. В дальнейшем Муниципальное предприятие «Стоматолог» реорганизовано в МУЗ «Стоматолог». Работа истца в арендном учреждении здравоохранения и в МУЗ «Стоматолог» зачтены ответчиком в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии. При этом из предоставленных Уставов данных юридических лиц судом установлено, что в результате проведенных реорганизационных мероприятий основной вид деятельности этих учреждений (оказание медицинских услуг гражданам, предприятиям и организациям по профилактике, лечению стоматологических заболеваний, зубочелюстных аномалий и зубное протезирование, руководствуясь государственным заказом на медицинские услуги, сложившейся потребностью в данном виде медицинской помощи) не изменился.

При этом, функциональные обязанности медицинской сестры, утвержденные 22 апреля 1991 года, не изменялись и действовали в спорный период, вплоть до 1998 года. 

Обсуждая доводы ответчика его ссылкой на п. 3.9 Устава МП «Стоматолог» от 08.09.1992 года, что предприятие оказывало исключительно платные медицинские услуги, а доход использовался по своему усмотрению, суд находит их необоснованными, поскольку медицинские услуги оказывались прежде всего в соответствии с государственным заказом (п. 2.1 Устава МП «Стоматолог»). 

В силу положений ст. 13 Основ законодательства об охране здоровья граждан в Российской Федерации (утв. ВС РФ 22.07.1993 N 5487-1, действовавших в спорный период времени, далее Основы) к муниципальной системе здравоохранения относятся органы местного самоуправления, уполномоченные на осуществление управления в сфере здравоохранения, а также находящиеся в муниципальной собственности медицинские, фармацевтические и аптечные организации, которые являются юридическими лицами.

Органы местного самоуправления, осуществляющие управление в сфере здравоохранения, несут ответственность в пределах своей компетенции.

Учреждения и объекты здравоохранения, находящиеся в ведении органов государственной власти края и находящиеся на территории соответствующего города, относятся к муниципальной собственности согласно пункту 2 приложения N 3 к Постановлению Верховного Совета Российской Федерации "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность" от 27 декабря 1991 года N 3020-1.

Согласно ст. 17 Основ граждане Российской Федерации обладают неотъемлемым правом на охрану здоровья. Это право обеспечивается охраной окружающей среды, созданием благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией доброкачественных продуктов питания, а также предоставлением населению доступной медико-социальной помощи.

В соответствии с п. 3 ст. 30 Основ при обращении за медицинской помощью и ее получении пациент имеет право на обследование, лечение и содержание в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям.

В ст. 37.2 Основ установлено, что оказание медицинской помощи финансируется за счет средств обязательного медицинского страхования в соответствии с базовой программой обязательного медицинского страхования, а также средств бюджетов всех уровней бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с Программой государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи.

В соответствии с Конституцией РСФСР (1978 года) каждый гражданин Российской Федерации имеет право на бесплатную медицинскую помощь в государственной системе здравоохранения. Государство принимает меры, направленные на развитие государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения, а также медицинского страхования граждан; поощряет деятельность, способствующую экологическому благополучию, укреплению здоровья каждого, развитию физической культуры и спорта. (ст. 55)

Следовательно, МП «Стоматолог» не могло являться лечебно – профилактическим учреждением частной системы здравоохранения и оказывать исключительно платные медицинские услуги.

По мнению суда, ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что в период времени с 08.09.1992 по 21.04.1998 г муниципальное предприятие «Стоматолог» осуществляло иную деятельность, не связанную с лечебно-профилактической деятельностью, что характер трудовой деятельности истца, его функциональные обязанности в указанном учреждении носили иной характер. А изменение наименования учреждения не может влиять на право истца в области пенсионного обеспечения.

Федеральный закон РФ № 400-ФЗ «О страховых пениях», устанавливая основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии, предусматривает так же порядок сохранения и преобразования пенсионных прав, приобретенных гражданами, в том числе права на досрочное назначение страховой пенсии по старости для лиц, профессиональная деятельность, которых обусловлена спецификой и характером труда.

Статья 39 Конституции РФ представляет гражданам гарантии на социальное обеспечение. В том числе пенсионное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. В целях обеспечения конституционного права каждого на получение пенсии законодатель определяет механизм его реализации, включая закрепление в законе правовых оснований назначения пенсий, установление их размеров и порядка исчисления, особенностей приобретения права на пенсию отдельным категориям граждан.

Суд находит, что право граждан на досрочное назначение страховой пенсии по старости не может быть поставлено в зависимость от того, какими критериями, действующими в системе пенсионного законодательства, в настоящее время оценивается характер, условия, занятость работников в условиях, дающих право на льготное пенсионное обеспечение.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что период работы с 08.09.1992 по 21.04.1998 подлежит включению в специальный стаж, дающий право на досрочную страховую пенсию по старости истца.

Ответчиком признано, что стаж истца на день обращения за назначением досрочной страховой пенсии на 31.12.2023 составляет 27 лет 10 месяцев 16 дней. 

Учитывая изложенное, суд находит, что к данному специальному стажу (27 лет 10 месяцев 16 дней), который не оспаривался ответчиком, подлежит присоединению период работы с 08.09.1992 по 21.04.1998 (5 лет 7 месяцев 14 дней) в муниципальном предприятии «Стоматолог».

На основании изложенного суд приходит к выводу, что стаж работы ФИО1, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, на момент обращения в ОСФР по УР составлял 33 года 6 месяцев.

Из представленных суду документов следует, что требуемые пунктом 20 части 1 статьи 30 Закона о страховых пенсиях 30 лет стажа лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения истцом выработаны 01.07.2020. 

Согласно приложению 7 к Федеральному закону от 28.12.2013 N 400-ФЗ, если право на пенсию возникло в 2020 году, страховая пенсия по старости назначается не ранее чем через 24 месяца со дня возникновения права на страховую пенсию.

При этом согласно п. 3 ст. 10 Федеральный закон от 03.10.2018 N 350-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий" гражданам, которые указаны в ч. 1 ст. 8, п. 19 - 21 ч. 1 ст. 30, п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ и которые в период с 01.01.2019 по 31.12.2020 достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 01.01.2019, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков. 

Принимая во внимание вышеуказанные положения, право на досрочную страховую пенсию у истца возникло 02.01.2022 (01.07.2020 + 1 год 6 месяцев).

Таким образом, с учетом периодов, зачтенных пенсионным органом в бесспорном порядке, а также периода, засчитанного судом, при рассмотрении дела суд приходит к выводу, что у ФИО1 на момент обращения с заявлением о назначении пенсии (24.07.2024) имелся необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости стаж, в связи с чем возникло право на назначение досрочной пенсии по старости, как у лица, осуществлявшего лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения. 

При таких обстоятельствах у ответчика не было оснований для отказа в назначении истцу досрочной страховой пенсии по старости, поэтому подлежит удовлетворению требование истца о включении спорного периода в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости. 

В связи с этим суд находит незаконным решение ОСФР по УР № от 30.07.2024 об отказе ФИО1 в досрочном назначении страховой пенсии по старости по п.п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» и считает необходимым восстановить право истца, обязав ответчика назначить истцу досрочно страховую пенсию по старости с 24.07.2024, то есть со дня обращения истца с заявлением о назначении пенсии. 

Рассматривая требования ФИО1 о взыскании с ответчика судебных расходов в размере 300,00 рублей по уплате государственной пошлины суд находит их законными и обоснованными по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Судом установлено, что истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 300,00 руб., которая в соответствии со ст.98 ГПК РФ подлежит взысканию с ответчика. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике о признания решения незаконным удовлетворить.

Признать решение отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике № от 30.07.2024 об отказе в досрочном назначении страховой пенсии по старости ФИО1 незаконным.

Включить в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, период работы ФИО1 в муниципальном предприятии «Стоматолог» с 08.09.1992 по 21.04.1998.

Обязать отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике бессрочно назначить ФИО1 досрочно страховую пенсию по старости на основании подпункта 20 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как лицу, не менее 30 лет осуществляющему лечебную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, независимо от возраста с 24.07.2024.

Взыскать с отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике в пользу ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300,00 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня составления решения в окончательном форме через Глазовский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение составлено 25 октября 2024 года.

Судья О.В. Кириллова