Мотивированное 

апелляционное постановление

 изготовлено 11 июня 2020 года

Председательствующий: Куций Г.В. Дело № 22-2851/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ 

10 июня 2020 года г. Екатеринбург 

Свердловский областной суд в составе председательствующего Кузнецовой М.В.,

при ведении протокола помощником судьи Яковщенко Н.Р., 

с участием: осужденной ФИО1, 

адвоката Овчинникова М.А., 

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Черноусовой Н.С., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО1 и адвоката Клементьевой О.И. на приговор Белоярского районного суда Свердловской области от 04 марта 2020 года, которым 

ФИО1, 

родившаяся ( / / ) 

в ..., ранее не судимая,

осуждена:

- по ч. 1 ст. 285 УК РФ к штрафу в размере 70000 рублей;

- по ч. 2 ст. 292 УК РФ к штрафу в размере 100000 рублей.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных судом наказаний, окончательно ФИО1 назначено наказание в виде штрафа в размере 140000 рублей.

Заслушав выступление осужденной ФИО1 и адвоката ОвчинниковаМ.А., поддержавших апелляционные жалобы, выступление прокурора Черноусовой Н.С., полагавшей приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции 

у с т а н о в и л :

приговором суда ФИО1 признана виновной в том, что являясь должностным лицом – начальником отдела – старшим судебным приставом Белоярского районного отдела судебных приставов УФСП России по Свердловской области (далее – Белоярский РОСП, отдел судебных приставов),

из корыстной и иной личной заинтересованности использовала свои служебные полномочия вопреки интересам службы – вынесла постановления об окончании исполнительного производства на основании п. 1 ч. 1 ст. 47 ФЗ № 299 «Об исполнительном производстве», что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства (ч. 1 ст. 285 УК РФ);

а также совершила служебный подлог, а именно внесла в официальные документы (постановления об окончании исполнительного производства) заведомо ложные сведения о том, что требования исполнительного документа исполнены в полном объеме, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства (ч. 2 ст. 292 УК РФ). 

Преступления совершены в период с 23 апреля 2017 года по 30 сентября 2017 года в п. Белоярский Белоярского района Свердловской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признала. 

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 просит приговор отменить, оправдать её и прекратить уголовное преследование. В обоснование доводов ссылается на непричастность к совершению преступлений, отсутствие какой-либо заинтересованности в окончании исполнительных производств. Указывает, что доступ в ее кабинет имели все работники Белоярского РОСП. Бездоказательным является вывод о том, что премирование отдела было осуществлено за окончание исполнительных производств по обязательным работам, ее ходатайство о перерасчете статистических данных проигнорировано. Свидетель Ф. пояснила, что логины и пароли в программном комплексе АИС ФССП одинаковые для всех сотрудников, обязанность изменить их на индивидуальные отсутствует. Первоначальные логин и пароль сообщались сотрудникам отдела по телефону, конфиденциальность информации не обеспечивалась. В обоснование своих доводов ссылается на показания свидетелей М., К., Л., данные в судебном заседании. 

Полагает о наличии причин для её оговора у свидетелей К. и Ц., объяснения с которых, в том числе М. и Л., взяты следователем задним числом. 

Отмечает, что ее ходатайство в ходе предварительного следствия о запросе в УФССП по Свердловской области первичных паролей к учетным записям осталось неразрешенным. 

Находит заключение эксперта № 48 от 03 февраля 2020 года недопустимым доказательством ввиду заинтересованности эксперта, его предвзятости и необъективности.

Ссылается на заинтересованность следователя Ч. и суда в исходе дела.

В апелляционной жалобе адвокат Клементьева О.И. просит приговор отменить, уголовное дело прекратить в связи с отсутствием в действиях ФИО1 составов преступлений. Полагает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, а вина ФИО1 не доказана. Считает, что в ходе предварительного следствия и рассмотрения уголовного дела в суде не установлено влияние 275 оконченных исполнительных производств на место в рейтинге Белоярского РОСП по Свердловской области, а показания свидетеля К. в данной части отражены не в полном объеме. Возможность постороннего (несанкционированного) вмешательства в учетную запись ФИО1 в 2017 году не исключена. 

В обоснование доводов о непричастности ФИО1 к совершению преступлений ссылается на показания самой осужденной, свидетелей М., Ц., Ф., Л., которым дает свою оценку.

Обращает внимание, что имеющиеся в материалах дела копии постановлений об окончании исполнительных производств подпись самой ФИО1 не содержат, распечатаны из базы АИС ФССП. Оспаривает принадлежность ФИО1 подписи в постановлении об окончании исполнительного производства в отношении должника Г.. Полагает, что постановление суда о назначении судебной почерковедческой экспертизы в отношении данного постановления является незаконным и необоснованным, а заключение эксперта является недопустимым доказательством. Ходатайство об исключении заключения эксперта из числа доказательств судом оставлено без рассмотрения. 

По ч. 2 ст. 292 УК РФ неверно определен предмет преступления, поскольку постановления об окончании исполнительных производств содержались лишь в электронном виде в базе АИС ФССП. 

Обращает внимание на положительные характеристики ФИО1 с места работы. 

В возражениях на апелляционные жалобы осужденной ФИО1, адвоката Клементьевой О.И. государственный обвинитель Федотов Д.А. просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Судом правильно установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом, вынесла 80 постановлений об окончании исполнительных производств на основании п. 1 ч. 1 ст. 47 ФЗ № 229 «Об исполнительном производстве», внеся в них заведомо ложные сведения об исполнении требований исполнительного документа. 

Вопреки доводам защиты, независимо от того, в какой форме составлены постановления об окончании исполнительного производства (на бумажном носителе или в электронном виде в базе данных УФССП), данные постановления являются официальными документами, поскольку удостоверяют факты, влекущие юридические последствия в виде предоставления или лишения прав, возложения или освобождения от обязанностей, изменения объема прав и обязанностей, и исходят от должностного лица, наделенного полномочиями по удостоверению указанных фактов.

Согласно информации начальника отдела Белоярского РОСП – старшего судебного пристава К., постановления об окончании исполнительных производств, вынесенные ФИО1 в 2017 году, в бумажном варианте отсутствуют. Постановления об окончании исполнительного производства, вынесенные только в учетной записи АИС ФССП, влекут правовые последствия в виде прекращения мер принудительного исполнения к должнику, а по истечении срока давности административного правонарушения теряется возможность применить к должнику меры принудительного исполнения (т. 4 л.д. 212-213).

В результате противоправных действий осужденной при составлении с судом, выдавшим исполнительный документ, акта сверки, была указана информация об окончании в отношении должников исполнительного производства фактическим исполнением (т. 1 л.д. 199 – 202), что способствовало выявлению и раскрытию преступления. Эти же действия осужденной привели к невозможности исполнения требований исполнительного документа. 

Факт внесения в постановления об окончании исполнительных производств заведомо ложных сведений об исполнении должниками обязанности по отбыванию обязательных работ установлен судом на основании письменных данных, а также показаний самих должников С., Н., П. (в отношении бывшего супруга С., который скончался), Б., Т., О., В., Д., Н., П, Ш., Ж., У., Ч., Х., Е., Щ., З., А., З., И., С., З., Х., Б., Л., З., Б., Щ., К., У., Е., Р., Е., Г., С., Г., пояснивших, что в 2017 году им было назначено наказание в виде обязательных работ, к исполнению которого они не приступали. Судебные приставы-исполнители к ним не обращались, сведений об отбытии обязательных работ в службу судебных приставов они не представляли.

Материалы исполнительных производств также не содержат документов, удостоверяющих факт исполнения требований исполнительного документа.

Доводы осужденной о её непричастности к вынесению постановлений судом первой инстанции тщательно проверены и обоснованно отклонены.

Из материалов дела следует, что все исполнительные производства находились на исполнении ФИО1, под её учетной записью в электронном виде вынесены постановления об окончании исполнительных производств, в которых содержится заведомо ложная информация об исполнении требований исполнительного документа. 

Согласно протоколам осмотра места происшествия и выемки в рабочем кабинете начальника Белоярского РОСП изъяты 290 исполнительных производств, оконченных в 2017 году ФИО1, в материалах которых отсутствуют документы, подтверждающие фактическое исполнение должниками наказания.

Все исполнительные производства были на исполнении у осужденной, иным лицам не передавались.

О том, что исполнительные производства находились в производстве ФИО1, подтверждается данными УФССП России по Свердловской области, полученными из АИС ФССП России.

В суде апелляционной инстанции осужденная пояснила, что имела доступ к базе данных отдела, могла формировать отчет о количестве находящихся в производстве каждого судебного пристава-исполнителя на исполнении материалов, количестве принятых решений об окончании исполнительных производств. Эти же сведения она могла получить и в отношении себя. При формировании отчетов за квартал, полугодие и отчета по итогам 2017 года ей было известно общее число оконченных в 2017 года фактическим исполнением исполнительных производств, которое значительно превышало показатели предыдущих периодов. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы осужденной о том, что ей не было известно о принятых от её имени в 2017 году решениях об окончании исполнительных производств. 

Отсутствие электронной подписи в постановлениях, сформированных в электронном виде под учетной записью осужденной, не влияет на вывод суда о виновности ФИО1 в совершении уголовно-наказуемого деяния, поскольку осуществление виновным лицом ненадлежащего документооборота и совершение иных действий, направленных на сокрытие преступления, не может являться основанием для освобождения такого лица от уголовной ответственности.

Постановление от 23 апреля 2017 года об окончании исполнительного производства №38409/16/66019-ИП в отношении Ш. в связи с фактическим исполнением, содержащее недостоверные сведения об исполнении, имеет оттиск печати Белоярского РОСП и подпись, которая, согласно заключению почерковедческой экспертизы № 48 от 03 февраля 2020 года, вероятно, выполнена ФИО1. 

Оснований для признания заключения эксперта недопустимым доказательством у суда не имелось. Доводы защиты о заинтересованности старшего эксперта отдела ЭКО МО МВД России «Заречный» Р., проводившего исследование, в исходе дела не основаны на объективных данных. Оценка выводам эксперта судом дана в совокупности с иными доказательствами, без приоритета перед ними. Экспертиза назначена судом по ходатайству государственного обвинителя, сторона защиты принимала участие в обсуждение данного вопроса, не была ограничена в праве ставить перед экспертом свои вопросы, предлагать экспертное учреждение для проведения исследования. При таких обстоятельствах повод говорить о заинтересованности суда в исходе дела и об обвинительном уклоне судебного разбирательства отсутствует.

Оснований полагать, что постановления об окончании исполнительных производств были изготовлены под учетной записью ФИО1 иным сотрудником отдела службы судебных приставов, у суда не имелось.

При проверке этих обстоятельств суд правильно положил в основу приговора показания заместителя начальника отдела информатизации и обеспечения информационной безопасности УФССП России по Свердловской области Ф. из которых следует, что при трудоустройстве в службу судебных приставов нового сотрудника ему создается учетная запись, выдается логин и пароль, которые необходимо поменять при первом входе в систему. Изменение пароля является обязательным, данная обязанность закреплена в ведомственном приказе. Заявлений от ФИО1 о несанкционированном использовании её учетной записи не поступало.

Вопреки доводам осужденной показания свидетеля в приговоре отражены полно, соответствуют данным, содержащимся в протоколе судебного заседания, согласуются с иными доказательствами, положенными в основу приговора. 

Согласно п. 3.4 приказа № 116 от 02 апреля 2014 года ФССП России «Об утверждении Положения об организации работы по управлению учетными записями пользователей в подсистемах автоматизированной информационной системы ФССП», после регистрации пользователя и проведения верификации администратор по УУЗП производит действия по формированию учетной записи пользователя и первичного пароля. Первичный пароль сменяется пользователем при первой аутентификации.

Из показаний сотрудников Белоярского РОСП – свидетелей К., Л., М., Ц. следует, что в 2018 года по учетной записи ФИО1 были выявлены оконченные фактическим исполнением исполнительные производства при отсутствии в материалах подтверждающих исполнение документов. Свидетели сообщили, что при трудоустройстве каждому сотруднику отдела службы судебных приставов предоставляется персональный логин и пароль для доступа в АИС ФССП России, войти в базу под логином другого сотрудника нельзя. Логин и пароль ФИО1 другим сотрудникам отдела известны не были, фактов использования учетных записей судебных приставов иными лицами не выявлено. 

Доводы защиты об отсутствии у ФИО1 личной заинтересованности в окончании исполнительных производств противоречат фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, из которых следует, что решение о премировании руководителя и сотрудников отдела ФССП связано с оценкой эффективности работы отдела, в частности, с данными об окончании исполнительных производств. 

Согласно выписке протокола внепланового оперативного совещания при руководителе УФССП России по Свердловской области – главном судебном приставе Свердловской области от 18 декабря 2017 № 81 и выписке из приказа № 3268-К принято решение выплатить начальнику отдела – старшему судебному приставу Белоярского РОСП ФИО1 премию в размере 76000 рублей за достигнутые показатели по фактическому исполнению исполнительных производств по итогам 2017 года.

Данные о показателях работы за 2017 год для принятия решения о премировании представлены осужденной.

Всем доказательствам по делу суд дал всестороннюю оценку, правильно не установив предусмотренных ст. 75 УПК РФ оснований для признания их недопустимыми.

Показания допрошенных свидетелей согласуются между собой, с письменными материалами дела, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, оснований сомневаться в их достоверности и объективности не имеется.

Доводы защиты о заинтересованности свидетелей, в том числе М., Ц., Ф., Л. в исходе дела несостоятельны, а оценка их показаний – субъективна. Признаков оговора свидетелями осужденной по делу не установлено. 

Объяснения допрошенных по делу лиц не являются доказательствами по делу, не положены в основу приговора, в связи с чем доводы защиты о времени и обстоятельствах их отобрания оценке не подлежат.

Утверждения ФИО1 об оказании на неё давления в ходе предварительного следствия не основаны на материалах дела, из которых следует, что ФИО1 всегда придерживалась единой линии защиты, активно реализовывала свои права на подачу жалоб и ходатайств, в реализации которых ограничена не была. Доводы осужденной, изложенные в суде апелляционной инстанции, о конфликтной ситуации, возникшей с руководством УФССП по Свердловской области, не влияют на оценку фактических обстоятельств дела и выводы о виновности ФИО1 в совершении преступления. 

Предварительное расследование и судебное разбирательство проведены в условиях состязательности и равноправия сторон. Версия о заинтересованности следователя Ч. и суда в исходе дела является линией защиты, объективного подтверждения не нашла. Все заявленные стороной защиты ходатайства, как в ходе предварительного следствия, так и судебного разбирательства, были разрешены в установленном порядке. Поскольку данные о первичных паролях к учетном записям сотрудников Белоярского РОСП по Свердловской области не влияют на выводы о виновности или невинности лица, не входят в предмет доказывания по делу, следователь, руководствуясь положениями ст. 38 УПК РФ, правильно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства ФИО1 об истребовании данной информации в УФССП по Свердловской области, не усматривает оснований для получения этих данных и суд апелляционной инстанции. 

Проанализировав все представленные доказательства в их совокупности, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 и правильно квалифицировал ее действия ч. 2 ст. 292 УК РФ как служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенное из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов организаций, охраняемых законом интересов общества и государства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», в случаях, когда должностное лицо в связи с исполнением своих служебных обязанностей внесло в официальные документы заведомо ложные сведения, содеянное должно быть квалифицировано по ст. 292 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 285 УК РФ не требует. 

Судом правильно установлено, что ФИО1, используя свои служебные полномочия, внесла в официальный документ – постановление об окончании исполнительного производства заведомо ложные сведения о фактическом исполнении должниками обязательств, что охватывается ст. 292 УК РФ. Иных действий, образующих реальную совокупность преступлений, предусмотренных ст.292 УК РФ и ст. 285 УК РФ, совершено не было. Последствия в виде существенного нарушения охраняемых законом интересов общества и государства от каждого из инкриминируемых ФИО1 составов преступлений органами следствия вменялись одинаковые, что также свидетельствует об отсутствии реальной совокупности преступлений.

Таким образом, из приговора подлежит исключению осуждение ФИО1 по ч. 1 ст. 285 УК РФ, как излишне вмененное, а также применение положений ч. 2 ст. 69 УК РФ при назначении наказания.

Наказание ФИО1 в виде штрафа по ч. 2 ст. 292 УК РФ назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновной, положительных характеристик, трудоустройства, привлечения к уголовной ответственности впервые, а также состояние здоровья осужденной и ее близких родственников.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не установлено.

Размер наказания определен в пределах санкции ч. 2 ст. 292 УК РФ, с учетом требований ст. 46 УК РФ, является справедливым.

Оснований для изменения категории преступления по правилам ч. 6 ст. 15 УК РФ и применения ст. 64 УК РФ судом не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. 

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона в ходе рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции, влекущих отмену приговора не допущено. Также отсутствуют нарушения и при проведении предварительного расследования по делу.

Таким образом, апелляционные жалобы осужденной и адвоката не содержат доводов, способных послужить основаниями для отмены приговора суда, и должны быть оставлены без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л 

приговор Белоярского районного суда Свердловской области от 04 марта 2020 года в отношении ФИО1 изменить, 

исключить из приговора указание на осуждение ФИО1 по ч. 1 ст.285 УК РФ, а также указание о назначении наказания с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Считать ФИО1 осужденной по ч. 2 ст. 292 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 100000 рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной и адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья