УИН 66RS0003-01-2025-006641-45

Дело № 2-914/2026

мотивированное 

решение

 изготовлено 13.02.2026

Решение

именем Российской Федерации

30 января 2026 года г. Екатеринбург

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Богдановой А.М., при помощнике судьи Гусевой Е.Д.,

с участием помощника прокурора Лазукина С.В., Сокольникова Д.В.,

представителей ответчиков ФИО1 – ФИО2, ФИО3, ООО «Корона Тэхет» - ФИО4, ООО «Индра - М» ФИО5, действующих на основании доверенностей,

представителей третьих лиц АО «Уралбиофарм» - ФИО6, ООО «Вагран» - ФИО7, действующих на основании доверенностей,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению заместителя прокурора Свердловской области, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, ФИО8, ФИО9, обществу с ограниченной ответственностью «Корона Тэхет», обществу с ограниченной ответственностью «Индра - М», об обращении в доход государства имущества, полученного в нарушение законодательства о противодействии коррупции

установил:

заместитель прокурора Свердловской области, действующий в интересах Российской Федерации, обратился в Кировский районный суд г.Екатеринбурга с исковым заявлением к ФИО1, ФИО8, ФИО9 об обращении в доход государства имущества, полученного в нарушение законодательства о противодействии коррупции.

Руководствуясь положениями ст. 1 Конституции России, Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», разъяснениями Конституционного Суда РФ, изложенных в Постановлениях от 09.01.2019 № 1-П, 27.12.2012 № 34-П, от 29.11.2016№26-П,от31.10.2024№ 49-П, пп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации истец просил обратить в доход Российской Федерации 100 % долей в уставных капиталах ООО «Корона Тэхет» и ООО «Индра-М».

В обоснование искового заявления указал, что ФИО1 с 04.01.1996 по 18.01.2000 являлся депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации II созыва и членом ее Комитета по бюджету, налогам, банкам и финансам.В силу ч. 3 ст. 97 Конституции Российской Федерации, ст. 6 Федерального закона от 08.05.1994 № 3-ФЗ «О статусе сенатора Российской Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» работа в высшем законодательном органе государства требовала от ФИО1 отказа от осуществления предпринимательской и другой оплачиваемой деятельности.

Вопреки указанным требованиям, ФИО1, извлекая выгоду из своего положения во власти, продолжал осуществлять коммерческую деятельность для развития подконтрольного бизнеса.

В частности, он лично и через доверенных лиц незаконно участвовал в управлении хозяйствующими субъектами, пользовался финансовыми инструментами и скрыто ими владел, то есть совершил все действия, в силу которых достиг запрещенного антикоррупционным законодательством результата в виде обогащения себя и подконтрольных ему лиц.

Вступившими в законную силу решениями Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 14.08.2023 по делу № 2-5959/2023 и от 10.09.2024 по делу № 2-6049/2024 установлено, что после избрания в 1995 году депутатом Государственной Думы ФИО1, зная о существующих законодательных ограничениях и запретах, формально уволился с должности генерального директора «Средне-Уральское АО» и номинально передал управление родному брату ФИО10 Тем самым создал ложную видимость сложения с себя полномочий руководителя данной организации. Однако,фактически, продолжил заниматься бизнесом, приобретать и создавать коммерческие общества, участвовать в их финансово-экономической деятельности, принимать руководящие решения, неправомерно извлекать от этого доход.

Так, в период нахождения во власти ФИО1 лично, а также через подконтрольных и доверенных лиц осуществлял руководство ОАО «Завод «Исеть», АКБ «Вятич», ОАО «Уралбиофарм», учредил и управлял ООО «Вагран», ООО «Актай-М», ООО «Иверь», ООО «Эсс» и другими организациями. Перечисленные юридические лица одновременно выполняли техническую роль по удержанию имущества ответчика.

В связи с этим суды изъяли у ФИО1 и обратили в доход государства 55,3 % акций ОАО «Уральский завод электрических соединений «Исеть», 99,2 % – ПАО Коммерческого банка «Вятич», 99,9 % – ОАО «Уралбиофарм», 100 % долей в уставных капиталахООО«Вагран»иООО «Актай-М» как имущество, полученное коррупционным путем.

Судебными актамиустановлено, что ООО «Корона Тэхет» и ООО «Индра-М» непосредственно вовлечены в разработанные ФИО1 схемы владения нелегальными активами и извлечения от них прибыли, являлись номинальными держателями акций подконтрольных ему предприятий, участвовали в преобразовании их структуры, масштабировании бизнеса, выводе и легализации незаконно нажитого имущества.

Надзорными мероприятиями установлено, что в 2001 году налоговым органом зарегистрировано ООО «Индра-М», учредителями которого являлись юридические лица, подконтрольные ФИО1, впоследствии ставшему мажоритарным владельцем общества. Кроме того, в 2016 году на основании решения ФИО1, как единственного участника, учреждено ООО «Корона Тэхет». По мнению истца, активы указанных хозяйствующих субъектов сформированы ответчиками за счет имущества юридических лиц, ранее обращенных по искам Генеральной прокуратуры Российской Федерации в доход государства, как имущества, полученного в нарушение законодательства о противодействии коррупции.

С учетом изложенного, истец просит обратить в доход Российской Федерации 100 % долей в уставных капиталах ООО «Корона Тэхет»,ООО «Индра-М», зарегистрированных на ФИО1, ФИО8, ФИО9

22.12.2025 определением суда в соответствии с ч. 2 ст. 224 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерациив ходе подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ООО «Корона Тэхет», ООО «Индра-М».

В судебном заседании представители прокуратуры Свердловской области Лазукин С.В., Сокольников Д.В., действующие на основании доверенностей, заявленные требования поддержали в полном объеме.

Представители ответчиков ФИО1 – ФИО2, ФИО3, ООО «Корона Тэхет» – ФИО4, ООО «Индра-М» – ФИО5 возражали против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в письменных отзывах, дополнительно указав, что вступившие в законную силу судебные акты преюдициального значения для рассматриваемого спора не имеют, ввиду иного субъектного состава и предмета спора, а спорные юридические лица созданы после сложения ФИО1 полномочий депутата Государственной Думы, в связи с чем, отсутствует причинно-следственная связь между формированием истребуемых истцом активов и деятельностью последнего в качестве представителя законодательного органа власти, осуществление переводов денежных средств между подконтрольными ответчикам обществами осуществлялось во исполнение реальных договорных обязательств, задолженность по которым на стороне ответчиков отсутствует. По мнению представителей ответчиков, истцом не представлено доказательств совершения какого-либо правонарушения ООО «Корона Тэхет» и ООО «Индра-М», положения подп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут быть применены к имуществу юридических лиц.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Уралбиофарм» ФИО6, ООО «Вагран» ФИО7 с доводами иска согласились, полагали требования прокурора подлежащими удовлетворению.

Ответчики ФИО1, ФИО8, ФИО9, третьи лица – Федеральное агентство по управлению государственным имуществом, ООО «Управляющая компания «Авангард», извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в том числе посредством размещения информации в открытом доступе на интернет-сайте Кировского районного суда г. Екатеринбурга, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили, письменной позиции относительно заявленных требований не представили.

В соответствии с частью1 статьи113 ГПК РФ лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Согласно пункту1 статьи165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Согласно частям1, 3 статьи167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

С учетом изложенного судом не усмотрено процессуальных препятствий для рассмотрения дела при данной явке.

В судебном заседании представители ФИО1, ФИО3 и ФИО2 заявили ходатайство о приостановлении судебного разбирательства по настоящему делу до вступления в законную силу решения Арбитражного суда Свердловской области от25.11.2025поделу№ А60-60193/2024.

В удовлетворении ходатайства судом отказано в связи с тем, что в силу положений статьи 215 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом не установлено невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого в арбитражном производстве.

Ответчик ФИО1 в лице своих представителей ходатайствовал о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, бывшего генерального директора ООО «Вагран» и АО «Уралбиофарм» ФИО11

Заявленное ходатайство судомотклонено, посколькурассматриваемый спор не влияет на права или обязанности указанного лица по отношению к одной из сторон спора. При этом судом учтено, что вступившим в законную силу решением Ленинского районного судаг. Екатеринбурга от 14.08.2023 по делу № 2-5959/2023 акции АО «Уралбиофарм», доли участия ФИО1, ФИО9, ФИО8 в ООО «Вагран» обращены в пользу Российской Федерации, от имени которых полномочия собственника реализует Федеральное агентство по управлению государственным имуществом, привлеченное к участию в настоящемделе в качестве третьего лица. Более того, указанные юридические лица привлечены к участию в настоящем деле в качестве третьих лиц.

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, по правилам статьи67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Россия, как правовое демократическое государство обязано принимать для противодействия коррупции достаточные и эффективные правовые меры, включая направленные на предупреждение незаконного обогащения. Принятие эффективных мер по противодействию коррупции является одним из важнейших условий обеспечения конституционной законности, правового равенства, взаимного доверия государства и общества (часть 2 статьи15, часть 1 статьи19, статья75.1 КонституцииРоссийской Федерации).

Вне зависимости от наличия законодательных требований и ограничений, направленных на противодействие коррупции, а также специальных механизмов противодействия коррупции использование лицом, занимающим (занимавшим) публично значимую должность, своего должностного статуса для незаконного обогащения недопустимо уже в силу действующей прямо и непосредственно Конституции Российской Федерации, ее статей 1 (часть 1), 3 (часть 1), 15 (части 1 и 2), 18, 19 (часть 1), и представляет собой конституционно-правовой деликт, посягающий на основы конституционного строя, а недопустимость совершения этого деликта должна быть очевидна для каждого такого лица.

Конституция Российской Федерации, закрепляя право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (часть 2 статьи 35), одновременно допускает возможность его ограничения федеральным законом – наряду с другими правами и свободами человека и гражданина – в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3 статьи 55).

С целью обеспечения системного противодействия коррупции и отмыванию денежных средств, верховенства закона, демократии и прав человека, равенства и социальной справедливости введен в действие Федеральный закон от 25.12.2008 № 273 «О противодействии коррупции» (далее – Закон № 273), которым установлены основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, меры по минимизации и ликвидации последствий коррупционных правонарушений.

Требования антикоррупционного законодательства распространяются на всех физических и юридических лиц, институты гражданского общества, в том числе на государственные учреждения, являющиеся некоммерческими организациями, их руководителей, которые должны противодействовать коррупции в своей деятельности, заниматься профилактикой ее проявлений, обеспечивать добросовестность работы возглавляемых организаций, предотвращать возникновение конфликта интересов. За совершение коррупционных правонарушений предусмотрена ответственность физических и юридических лиц. Они несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством (статьи 13, 13.3, 14 Закона № 273).

К гражданско-правовым последствиям коррупционного поведения подпункт 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерацииотносит возможность принудительного изъятия судом у собственника в доход государства имущества, когда им не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения законным путем.

В силу названной нормы имущество, полученное вследствие нарушения установленных антикоррупционным законодательством ограничений подлежит обращению исключительно в доход Российской Федерации и не может являться легальным объектом гражданского оборота, быть законным средством платежа и погашения обязательств перед кредиторами, а также находиться у кого-либо на законных основаниях.

Аналогичные правовые последствия предусмотрены статьей169 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая определяет взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по сделке сторонами, если она была заключена с целью, противной основам правопорядка или нравственности.

Подобное правовое регулирование в полной мере согласуется с положениями части 2 статьи 35, и части 3 статьи 55 Основного закона.

Противодействовать коррупции в России и эффективно бороться с ней обязаны все федеральные и региональные органы государственной власти, местного самоуправления, а также институты гражданского общества, организации и физическиелица.

Согласно Закону № 273-ФЗ и правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации (постановление от 29.11.2016 № 26-П, определение от 06.06.2017 № 1163-О) по обстоятельствам коррупционных правонарушений органы прокуратуры осуществляют собственную проверку и принимают самостоятельное решение о направлении в суд заявления об обращении в доход Российской Федерации имущества, полученного вследствие коррупционного правонарушения.

Поскольку такие правонарушения, как следует из статьи 1 Закона № 273-ФЗ, посягают на интересы общества и государства, то защиту последних в сфере гражданских и иных правоотношений в соответствии со статьей 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерацииуполномочен осуществлять прокурор.

Судом установлено, подтверждается материалами дела, что ФИО1 в период с 04.01.1996 по 18.01.2000 являлся депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации II созыва и членом Комитета по бюджету, налогам, банкам и финансам.

Указом Президента Российской Федерации от 11.01.1995 № 32 должность члена комитета Государственной Думы включена в Сводный перечень государственных должностей Российской Федерации.

В соответствии с частью 3 статьи 97 Конституции Российской Федерации (в редакции от 12.12.1993, действовавшей в указанный период) депутаты Государственной Думы работают на профессиональной постоянной основе и не могут находиться на государственной службе, заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме преподавательской, научной и иной творческой деятельности.

Аналогичное положение было предусмотрено статьей 6 Федерального закона от 08.05.1994 № 3-ФЗ «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» (в редакции, действовавшей в спорный период).

Данный запрет установлен законодателем для охраны государства от злоупотреблений и криминализации публичной власти, легитимность которой во многом основывается на доверии общества, что неоднократно подчеркивал Конституционный Суд РоссийскойФедерации(10.10.2013№ 20-П, от 29.11.2016 № 26-П, от 31.10.2024 № 49-П).

Факт нарушения ФИО1 указанных антикоррупционных запретов установлен вступившими в законную силу решениями Ленинского районного суда Екатеринбурга от 14.08.2023 по делу № 2-5959/2023, от 10.09.2024 по делу № 2-6049/2024, решениемКировскогорайонногосудаг. Екатеринбурга от 03.07.2025 по делу № 2-2263/2025.

В силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

По смыслу указанной нормы во взаимосвязи с ч. 2 ст. 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации опровергать факты, установленные судом по ранее вынесенному решению, могут лишь лица, ранее не привлеченные к участию в этом деле, так как только для них факты и обстоятельства установленные в предыдущем решении, не имеют преюдициального значения. Для тех лиц, которые участвовали в ранее рассмотренном деле, такая возможность исключена.

Поскольку ФИО1, ООО «Корона Тэхет» являлись ответчиками в гражданских делах № № 2-5959/2023, 2-6049/2024, 2-2263/2025, ФИО9 – в гражданском деле № 2-5959/2023, указанные лица не вправе оспаривать установленные состоявшимися судебными актами обстоятельства.

В то же время, учитывая, что ФИО8, ООО «Индра-М» не являлись участниками судебных разбирательств, они не лишены права представлять доказательства в обоснование правовой позиции по делу, в том числе относительно заявленных требований.

Согласно основополагающим принципам гражданского процесса, в частности, принципам диспозитивности и состязательности сторон, суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, оказывает лицам, участвующимвделе, содействие в реализации их прав, в тоже время в соответствии с частью 3 статьи67Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Между тем, по мнению суда,установленныевышеуказанными судебными актами обстоятельства в рамках настоящего дела представленными доказательствами не опровергнуты.

Из вышеназванных судебных актов следует, что после избрания депутатом Государственной Думы в 1995 году ФИО1, зная о существующих законодательных ограничениях и запретах, формально уволился с должности генерального директора «Средне-Уральское АО», номинально передав управление обществом родному брату ФИО10, создав тем самым ложную видимость сложения с себя полномочий руководителя. Однако, фактически продолжил заниматься бизнесом, приобретать и создавать коммерческие общества, участвовать в их финансово-экономической деятельности, принимать руководящие решения, неправомерно извлекая от этого доход.

Фактически, «Средне-Уральское АО» выступало управляющей компанией предприятий,конечнымбенефициаромкоторых являлсяФИО1

До избрания депутатом ФИО1 владел своими активами публично, от управления и распоряжения которыми получал прибыль, то есть занимался коммерческой деятельностью на рынке ценных бумаг. Иных источников дохода, кроме как от участия в «Средне-Уральское АО» не имел.

В частности, судами установлено, что в период нахождения во власти ФИО1 лично, а также через подконтрольных и доверенных лиц осуществлял руководство ОАО «Завод«Исеть»,АКБ«Вятич»,ОАО «Уралбиофарм», учредил и управлял ООО «Вагран», ООО «Актай-М», ООО «Корона Тэхет», ООО «Индра-М» и другими организациями.

Перечисленные юридические лица одновременно выполняли техническую роль по удержанию имущества ответчика, полученного в нарушение антикоррупционного законодательства.

14.08.2023 решениями Ленинского районного суда г. Екатеринбурга по делу № 2-5959/2023 и от 10.09.2024 по делу № 2-6049/2024 в доход Российской Федерации обращены: 55,3% акций ОАО «Уральский завод электрических соединений «Исеть»; 99,2% акций ПАО Коммерческий банк «Вятич»; 99,9% акций ОАО «Уралбиофарм»; 100% долей в уставных капиталах ООО «Вагран» и ООО «Актай-М».

Указанные общества признаны приобретенными ФИО1 в нарушение антикоррупционного законодательства в период исполнения им полномочий депутата.

Судами достоверно установлено, что ФИО1 не являлся миноритарным акционером, а непосредственно и лично предпринимал целенаправленные действия по увеличению объема принадлежащих ему активов. По его воле подконтрольные ему юридические и физические лица приобретали, в том числе акции ОАО «Уралбиофарм», чтопозволилоФИО1 сформировать из подконтрольных лиц состав Совета директоров данного общества, установить над ним и его ресурсами полный контроль и руководить его деятельностью в своих интересах для извлечения прибыли.

03.07.2025 решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга дополнительно установлено, что в период осуществления полномочий депутата ФИО1 приобрел контроль на ОАО «СПОГАТ-1», саккумулировав 82,25 % акций через подконтрольные общества ОАО «Уралбиофарм», ООО «Вагран», ООО «Актай-М», ООО «Иверь», КОО «Ю. Би. М. Ойл Инвестментс Лимитед».

Используя процедуру финансового оздоровления (замещение активов) ФИО1 вывел имущественный комплекс ОАО «Спогат-1» в созданное ОАО «Тэра», которое впоследствии реорганизовано в ООО «Тэра», единственным участником которого является ООО «Корона Тэхет».

Как следует из материалов регистрационного дела юридического лица в отношении ООО «Индра-М» общество создано на основании решения учредителей ОАО «Уралбиофарм»,ОАО«Кристалл»,ОАО«ШТК»,ОАО«Свердловскдорстрой»,ОАО «Строительно-монтажнаятехника»(ОАО «Монтех»), ОАО «Спогат-1», ОАО «Первоуральский хлебокомбинат», ОАО «Новолялинский ЦБК», ОАО «Сысертскийхлебокомбинат», оформленного протоколом № 1 от 28.08.2001, о чем выдано свидетельство о регистрации коммерческой организации от 11.09.2001.

Уставный капитал общества составил 10 000 руб. и распределен между учредителямивравныхдоляхпо11,1%,за исключениемОАО «Уралбиофарм», которому присозданииобществапринадлежало11,2 % доли.

Согласно сведениям, представленным в регистрационном деле, спискам аффилированных лиц, при принятии решения об участии обществ в создании ООО «Индра-М» на заседаниях советов директоров предприятий-учредителей принимали участие как сам ФИО1, так и доверенные ему лица, в том числе ФИО9 (состоящая с ФИО1 в фактически брачных отношениях, при наличии совместных детей,втомчислеответчикаФИО8), ФИО13 (помощник ФИО1 как депутата), ФИО14 (ФИО15), занимающая должность генерального директора ООО «Индра-М» в период с 11.09.2001 до 08.10.2018 (до передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющей организации – ООО «Управляющая компания «Авангард»).

В последующем в связи с продажей долей в уставном капитале, самостоятельным выходом из общества состав участников общества менялся, в период с июня 2008 года по ноябрь 2019 года участниками общества также являлись ОАО «Красногвардейский крановый завод», ОАО «Уральский завод электрических соединителей «Исеть», ОАО «Синарское», ОАО «Уральский завод бытовой техники», ОАО «Престиж-2».

Поскольку перечисленные компании и физические лица, как ранее установлено судебнымиактамиподелам№№2-5959/2023,2-6049/2024, 2-2263/2025 и ответчиками не оспаривалось,былиподконтрольныФИО1, следовательно, суд исходит, что последний с момента создания общества фактически являлся собственником актива, созданного юридическими лицами, контроль над которыми ФИО1 установил, либо осуществлял в период занятия должности депутата, что свидетельствует о преобразовании ранее полученного ответчиками коррупционного капитала.

На основании договора купли-продажи от 15.08.2022 между управляющей организацией ООО «Индра-М» – ООО «Управляющая компания «Авангард» и ФИО1, последним приобретены 88,9 % доли уставного капитала общества. Впоследствии в ЕГРЮЛ 31.05.2023 внесена запись, согласно которой завершена процедура реорганизации общества путем присоединения к нему ООО «Оуз», генеральным директором и единственным учредителем которой являлась ФИО9, в результате чего доли распределились следующим образом: ФИО1 – 88,9 %, ФИО9 – 11,1%.

В 2014 году ФИО1 создано ООО «Янартау» с уставным капиталом в размере 100000 000 руб. (решение единственного учредителя от 01.09.2014), о чем в ЕГРЮЛ 29.09.2014 налоговым органом внесена соответствующая запись. Позднее 07.04.2016 ФИО1 принято решение реорганизовать общество в форме присоединения к нему ООО «Вишера», единственным участником которого являлось ООО «Анеп». По результатам присоединения установлено следующее соотношений долей участников: ФИО1 – 99,9 %, ООО «Анеп» – 0,1 %. Затем, согласно имеющемуся в материалах регистрационного дела договору о присоединении от 01.02.2017, между ООО «Янартау» и вновь созданным ФИО1 ООО «Корона Тэхет» достигнуто соглашение о реорганизации в форме присоединения к последнему.

ООО «Корона Тэхет» создано ФИО1 в 2016 году (решение № 1 единственного участника от 25.10.2016) с уставным капиталом в размере 10000 000 руб. Решением единственного участника от 31.01.2017 общество реорганизовано путем присоединения в нему ООО «Янартау», о чем 11.07.2017 в ЕГРЮЛ внесена запись о завершении процедуры реорганизации. Доли в уставном капитале реорганизованного общества распределились следующим образом: ФИО1 99,9 %, ООО «Анеп» – 0,1 %. Впоследствии регистрирующим органом 16.03.2018 принято решение об изменении сведений о юридическом лице – о прекращении участия ООО «Анеп» и новом участнике общества, дочери ФИО1 – ФИО8 с долей в уставном капитале в размере 0,1 %.

Из анализа регистрационных дел в отношении юридических лиц, представленных налоговым органом, состоявшихся судебных актов следует, что после приобретения коррупционным путем высоколиквидного имущества, принадлежащего, в том числе вышеперечисленным юридическим лицам, ФИО1 и доверенными ему лицами приобретались, учреждались и реорганизовывались юридические лица, являющиеся дальнейшим приращением и преобразованием коррупционного имущества.

Как обоснованно указывает истец и подтверждается материалами дела, формирование активов указанных обществ происходило за счет имущества юридических лиц, ранее обращенных по искам Генеральной прокуратуры Российской Федерации в доход государства как полученных в нарушение законодательства о противодействии коррупции.

В частности, суды при рассмотрении гражданских дел № № 2-5959/2023, 2-6049/2024, 2-2263/2025 пришли к выводу, что ООО «Корона Тэхет» совершило самостоятельное коррупционное правонарушение, поскольку не приняло мер по предупреждению коррупции, как того требует законодательство, обеспечило скрытность владения должностным лицом коррупционными активами, способствовало преобразованию их структуры, масштабированию бизнеса, выводе и легализации незаконно нажитого имущества.

Таким образом, ответчики, осознавая, что действуют недобросовестно, их поведение является запрещенной антикоррупционным законодательством деятельностью и порождает за собой акт коррупции, от участия в коррупционном правонарушении не отказались, продолжили извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

На неверном толковании действующего законодательства основан довод ответчиков об отсутствии причинно-следственной связи между занятием ФИО1 должности депутата в 1996-2000 гг., созданием ООО «Индра-М» и ООО «Корона Тэхет» после прекращения полномочий в указанной должности, а также сделками хозяйствующих субъектов в 2015-2024 гг.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в п. 3.3 постановления № 49-П, ограничение перечня объектов, подлежащих изъятию, лишь теми из них, которые приобретены во время занятия лицом публично значимой должности, при сохранении в его собственности либо же в собственности подконтрольных ему и связанных с ним лиц всего остального имущества, приобретение которого было бы невозможным без коррупционных злоупотреблений, означало бы возможность легализации незаконных доходов вопреки принципам противодействия коррупции.

Более того, само по себе получение имущества коррупционным путем не предполагает возможности его легализации в гражданском обороте по прошествии времени (пункт 5.1 постановления № 49-П).

Так, в период 1996-2000 гг. ФИО1, нарушая антикоррупционные запреты, через подконтрольных лиц приобрел контроль над рядом коммерческих организаций, в том числе АО «Уралбиофарм», ООО «Вагран» и другими.

Указанные юридические лица признаны судами приобретенными в нарушение антикоррупционного законодательства и обращены в доход государства.

До момента их изъятия, в период 2015-2024 гг. указанные общества осуществляли значительные денежные переводы в адрес ООО «Корона Тэхет» и ООО «Индра-М», формально оформленные как исполнение различных договоров, за счет которых последние сформировали значительные активы, включающие земельные участки, доли и акции в многочисленных обществах.

Таким образом, прослеживается непрерывная цепочка преобразования имущества, изначально полученного коррупционным путем, в новые формы с целью его сокрытия и легализации.

Из представленных в материалы дела банковских выписок по расчетным счетам, открытымООО«Индра-М»иООО«КоронаТэхет»вПАОкоммерческий банк «Вятич», следует,чтозапериодс2015годапо 2024 год между изъятыми в пользу государства обществами(АО «Уралбиофарм» и ООО «Вагран») и ответчиками (ООО «Корона Тэхет», ООО «Индра-М» и их правопредшественниками) осуществлялись денежные переводы:

АО «Уралбиофарм» осуществлены перечисления денежных средств в адрес ООО «Корона Тэхет» на общую сумму 160 720 389,84 руб., при этом АО «Уралбиофарм» от ООО «Оуз» и ООО «Корона Тэхет» получены денежные средства на общую сумму 43 513 865,59 руб.;

ООО «Вагран» за период с 2015 год по 2020 год осуществлены перечисления в адрес ООО «Оуз», ООО «Индра-М», ООО «Корона Тэхет», ООО «Вишера», ООО «Янартау» на общую сумму 280 774 169,43 руб., при этом ООО «Вагран» от ООО «Вишера» получены денежные средства на общую сумму 98 500 000 руб.

Доводы ответчиков, что все указанные переводы осуществлялись во исполнение реальных договоров (займа, купли-продажи акций, перевода долга и т.д.), судом отклоняются, поскольку договоры заключены между подконтрольными ФИО1 юридическими лицами в рамках единой схемы перераспределения и сокрытия имущества, полученного в нарушение антикоррупционного законодательства. Данные обстоятельства установлены вступившими в законную силу судебными актами по делам № № 2-5959/2023,2-6049/2024, 2-2263/2025.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31.10.2024 № 49-П, коррупционные действия – как получение незаконных доходов, так и их легализация – противоправны и антисоциальны. Следовательно, сделки, опосредующие такие действия, противоречат основам правопорядка и нравственности.

Последующее превращение или преобразование имущества, приобретенного в нарушение антикоррупционных требований и запретов, и доходов от него в иное имущество посредством предпринимательской деятельности или же его реализации, в том числе приумножение такого имущества – будь то права участия в хозяйственных обществах, имущественные объекты, денежные средства и другие блага, – не исключают применения к такому имуществу мер, направленных на его обращение в доход государства (п. 3.3 постановлении от 31.10.2024 № 49-П).

В силу пункта 1 статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

Сделки по перераспределению имущества между подконтрольными ФИО1 юридическими лицами, независимо от их формального оформления, совершались с целью сокрытия коррупционного характера имущества и выведения его из-под возможного обращения в доход государства, что противоречит основам правопорядка.

В частности, представленные стороной ответчика ФИО1 договор займа от 07.04.2014 № 01-3 предусматривал плату 5 % за пользование суммой займа, то есть ниже ключевой ставки ЦБ РФ, в то же время договоры перевода долга и новации использовались для переноса обязательств между подконтрольными лицами, сроки исполнения обязательств неоднократно продлевались без начисления соответствующих санкций.

Само по себе отсутствие судебного оспаривания этих договоров не свидетельствует об их фактическом исполнении, ввиду того, что над всеми участниками сделок ФИО1 установлен единый контроль, а субъекты, заинтересованные в оспаривании таких сделок, до момента обращения их в доход государства отсутствовали. Между тем, ответчиками доказательств встречного исполнения обязательств в материалы дела не представлено.

Доводы представителей ответчиков, что часть активов, в частности, земельные участки, приобретены на открытых торгах и по рыночной стоимости, не имеют правового значения, поскольку источником денежных средств для таких приобретений являлись доходы, полученные в результате преобразования коррупционного имущества.

Поведение ответчиков, выражающееся в систематическом создании юридических лиц, перераспределении между ними активов, заключении формально легальных, но экономически нецелесообразных сделок, направлено исключительно на легализацию коррупционных доходов.

Согласно статьи 10 Закона № 273 в коррупционных правонарушениях могут участвовать состоящие с должностным лицом органа власти в близком родстве или свойстве лица (родители, супруги, дети, братья, сестры, а также братья, сестры, родители и дети супругов и супруги детей), которые получили от исполнения им своих должностных обязанностей доход в виде денег, иного имущества, в том числе имущественных прав, услуг имущественного характера, результатов выполненных работ или каких-либо выгод (преимуществ) лицом. К числу выгодоприобретателей от коррупционной деятельности закон также отнес граждан и организации, которые связаны с должностным лицом, либо состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами, имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями.

Законодатель не ограничивает круг физических и юридических лиц, который может быть привлечен к ответственности за совершение коррупции каким-либо перечнем. Привлечение их к установленной законом ответственности зависит от факта совершения или участия в совершении тем или иным физическим либо юридическим лицом коррупционного правонарушения.

Не содержится ограничений на привлечение к ответственности лиц и в положениях подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, где предусмотрена возможность обращения в федеральную собственность имущества, в отношении которого в соответствии с законодательством о противодействии коррупции не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы. При этом ограничение по лицам, виду и перечню взыскиваемого имущества, названная норма права не предусматривает.

Учитывая, что спорное имущество получено ответчиками при запрещенном антикоррупционным законодательством содействии ФИО1 в период занятия последним государственной должности с целью скрытого и незаконного обогащения, обращение в доход государства долей в уставных капиталах ООО «Индра-М», ООО «Корона Тэхет» является правомерным.

Поскольку доказательства участия в управлении обществами исключительно в своих интересах и реализации собственных решений ответчиками ФИО9, ФИО8 не представлены, как и не представлено возражений относительно заявленных истцом требований, суд приходит к выводу, что указанные ответчики, наряду с другими, подлежат привлечению к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной подпунктом 8 пунктом 2 статьи 235 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

Более того, Конституционным Судом Российской Федерации также выработана правовая позиция, согласно которой как совершение коррупционного правонарушения, так и легализация полученных от этого активов не предполагают правомерного возникновения права собственности, постольку полученное таким образом имущество, а равно полученные от него доходы либо имущество, из него преобразованное или превращенное, не могут быть оставлены в пользовании ни лица, совершившего коррупционное правонарушение, ни лица, которому такое незаконно полученное имущество передано. При этом, если иные лица, знавшие о противоправном происхождении имущества, вложили в него собственные денежные средства, то это не может исключать обращение в казну государства всего имущества, образующего неделимый имущественный комплекс (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11 ноября 2025 года N 2917-О).

Такой подход соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о том, что гарантии права собственности, закрепленные в статье 35 Конституции Российской Федерации, предоставляются лишь в отношении права, возникшего на законных основаниях (постановления от 11 марта 1998 года № 8-П и от 11 ноября 2021 года № 48-П; определения от 25 марта 2004 года № 85-О, от 13 октября 2009 года № 1276-О-О, от 29 сентября 2011 года № 1071-О-О, от 20 ноября 2014 года № 2590-О, от 28 января 2016 года № 141-О и др.).

Фактически в данном случае речь идет об обращении в доход Российской Федерации соответствующего имущества не столько в качестве имущества, в отношении которого в установленном порядке не было представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законно полученные доходы, сколько в качестве имущества, в отношении которого установлено, что оно сформировано посредством совершения противоправных деяний коррупционной направленности (включая несоблюдение антикоррупционных запретов).

Рассматриваемое обращение в доход государства имущества, имеет своей целью реализацию публичного интереса, состоящего в противодействии коррупции, а не восстановление имущественного положения участников гражданского оборота, не является по своей природе способом защиты гражданских прав. Если применение гражданско-правовых оснований изъятия имущества у лица и передачи другому лицу имеет компенсаторный, по общему правилу, характер, то при рассматриваемом обращении имущества в доход государства, напротив, цели компенсации не являются определяющими: оно служит особого рода неблагоприятным последствием противоправного поведения, применяемым в случае несоблюдения лицом антикоррупционных требований и запретов.

С учетом статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку исковые требования прокурора удовлетворены, а прокурор освобожден от оплаты госпошлины при обращении в суд, в силу положений ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует взыскать с ответчиков в доход бюджета государственную пошлину в размере 8000 руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования заместителя прокурора Свердловской области, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, ФИО8, ФИО9, обществу с ограниченной ответственностью «Корона Тэхет», обществу с ограниченной ответственностью «Индра - М», об обращении в доход государства имущества, полученного в нарушение законодательства о противодействии коррупции удовлетворить.

Обратить в доход Российской Федерации 99,9% долей в уставном капитале ООО «Корона Тэхет» (ИНН ***), зарегистрированные на имя ФИО1 (ИНН ***),

обратить в доход Российской Федерации 0,1% долей в уставном капитале ООО «Корона Тэхет» (ИНН ***), зарегистрированные на имя ФИО8 (ИНН ***),

обратить в доход Российской Федерации 88,9% долей в уставном капитале ООО «Индра - М» (ИНН ***), зарегистрированные на имя ФИО1 (ИНН ***),

обратить в доход Российской Федерации 11,1% долей в уставном капитале ООО «Индра - М» (ИНН ***), зарегистрированные на имя ФИО9 (ИНН ***).

Настоящее решение об обращении долей в уставном капитале ООО «Корона Тэхет» и ООО «Индра-М» в доход Российской Федерации является основанием для государственной регистрации соответствующих изменений в Едином государственном реестре юридических лиц.

Взыскать с ФИО1 (СНИЛС ***, ИНН ***), ФИО8 (ИНН ***), ФИО9 (ИНН ***), общества с ограниченной ответственностью «Корона Тэхет» (ОГРН ***, ИНН ***), общества с ограниченной ответственностью «Индра - М»(ИНН ***), в доход бюджета государственную пошлину в размере 8 000 руб. с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г.Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья А. М. Богданова