Дело №

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

02 августа 2017 года 

<

адрес> 

Пролетарский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Власенко А.В. 

при секретаре Сомко А.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к МБУЗ «Городская поликлиника №» 

<

адрес> о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000 000 рублей. 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском, ссылаясь на положения 151, 1095 ГК РФ, ст. 15 ФЗ РФ «О защите прав потребителей», указывая о том, что в течение беременности сдавала анализ крови ДД.ММ.ГГГГ, о результатах врач МБУЗ «Городская поликлиника №» 

<

адрес> ФИО5 не сообщила, в течение 15 дней врач ФИО5 необоснованно скрывала от информацию о результатах анализов на антитела, тем самым нарушив право истца на получение достоверной информации о состоянии здоровья, включая сведения о результатах обследования, наличии заболевания, его диагнозе и прогнозе, методах лечения, возможных осложнениях.

При явке ДД.ММ.ГГГГ истца в поликлинику N 5 врач ФИО5 по просьбе истца, выдала направление на госпитализацию в роддом городской больницы N 20. 

ДД.ММ.ГГГГ врачи городской больницы N 20 провели истцу диагностические исследования (КТГ и допплер) и поставили диагноз : гемолитическая болезнь плода, отечная форма. 

ДД.ММ.ГГГГ врачи горбольницы N 20 провели истцу кесарево 

сечение, однако, ребенок родился мертворожденным. 

Согласно протоколу патологоанатомического исследования от ДД.ММ.ГГГГ N230\16 причиной смерти о ребенка явилась отечная форма гемолитической болезни, мацерация.

В нарушение утвержденного порядка оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи, врач ФИО5 своевременно не направила истца в другие медицинские учреждения для выполнения необходимых диагностических исследований (повторные анализы крови на антитела, УЗИ, доплер, КТГ), что в свою очередь, по мнению истца, привело к ухудшению состояния здоровья ребенка и в итоге - к его летальному исходу, утверждая о дефектах медицинской помощи, и нарушениях положений «Порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию" утв. приказом Федерального фонда ОМС от ДД.ММ.ГГГГ N 230, и ФЗ "Об охране здоровья граждан в РФ", Порядка оказания акушерско-гинекологической помощи, утвержденного Приказом МЗСР от ДД.ММ.ГГГГ №, а также указывая о том, что ответчик оставил без удовлетворения претензию о выплате компенсации морального вреда, истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 1000000 рублей.

В суде истец, представитель истца по доверенности поддержали заявленные требования, просили иск удовлетворить, оспаривая достоверность заключения экспертов ГБУ РО БСМЭ, утверждая о субъективности выводов экспертов, поскольку медицинскими документами подтверждается несвоевременность направления для сдачи анализа крови на определение титра антител, в результате чего не была проведена иммунопрофилактика, что по мнению истца, подтверждает взаимную связь между дефектом медицинской помощи и смертью плода. 

В суде представители ответчика по доверенности возражала против удовлетворения требований, указав о том, что заключением экспертов ГБУ РО БСМЭ, подтверждается отсутствие взаимной связи между оказанными медицинскими услугами и смертью плода истца.

Выслушав сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Судом установлено, что истец на основании полиса обязательного медицинского страхования ООО «МСК РГС Медицина» ФИО2, принята на диспансерный учет по беременности в женскую консультацию МБУЗ «Городская поликлиника №» 

<

адрес> на сроке 6 недель беременности, лечащий врач ФИО5 (л.д.144).

Из заключения экспертов Государственного бюджетного учреждения 

<

адрес> «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №-к от ДД.ММ.ГГГГ, судом установлено, что беременность ФИО2 была имуноконфликтной, обусловленной наличием отрицательной группой крови. ДД.ММ.ГГГГ на сроке 29 недель истцу назначена сдача анализа для решения вопроса о профилактике резус-конфликта, последний результат неинформативен ввиду гемолиза, повторная сдача анализа показала повышение титра антител, ДД.ММ.ГГГГ назначено стационарное лечение в перинатальном центре 

<

адрес> от которого истец отказалась, в связи с чем назначено амбулаторное наблюдение в стационаре в РНИИАП от которого истец отказалась. Болезнь начала развиваться после 30 недели беременности, в 30 недель признаков гемолитической болезни у плода не обнаружено. УЗ исследование проведено в роддоме на сроке 33-34 недели ДД.ММ.ГГГГ где уже определена отечная форма гемолитической болезни плода, с предложением ФИО2 оперативное родоразрешение при наличии у плода удовлетворительных показателей жизнедеятельности, от которого истец отказалась, на следующие сутки установлена внутриутробная гибель плода. В наступлении антенатальной гибели плода, имеет место совокупность факторов, действующих одновременно и равнозначно с дефектом оказания медицинской помощи, задержкой направления на сдачу титра антител.(л.д.218, 219). Однако, причинно-следственной связи между поздним направлением истца на анализ крови и гибелью плода не установлено. К совокупности факторов обусловивших гибель плода отнесены запоздалое направление беременной на контроль титра антител в июле 2016 года с целью проведения иммунопрофилактики, отсутствие диагностики УЗ контроля, отказ истца от стационарного лечения, после установления повешенного титра антител в 31-32 недели, отказ истца от срочного оперативного родоразрешения в интересах плода при поступлении в родильное отделение на сроке 33-34 недели, злокачественный характер заболевания – атипичное молниеносное течение заболевания плода в тяжелой форме. 

Заключение эксперта, суд признает относимым и достоверным доказательством, поскольку оно отвечает требованиям, установленным статье 25 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", статье 86 ГПК РФ, содержит описание проведенного исследования, сделанные в результате него выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Также в заключении отражена оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Использованные экспертом нормативные документы, справочная и методическая литература приведены в заключении. Выводы, сделанные экспертами, являются однозначными.

Истец в суде заявила о несогласии с выводами экспертов, утверждая о том, что некачественная медицинская помощь, в виде позднего направления врачом ФИО5 на сдачу анализа крови, обусловила гибель плода. Между тем, у суда не имеется оснований сомневаться в достоверности заключения экспертов, поскольку эксперты не заинтересованы в исходе дела, были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, имеют специальные познания, являются врачами различных специальностей.

Также истец утверждала о наличии у нее копий, надлежаще заверенных медицинских документов, выданных медицинскими учреждениями, с записями отличными от тех, которые имелись в медицинских документах предоставленных для проведения экспертизы. Такие обстоятельства, по мнению истца, опровергают достоверность заключения экспертов. 

Однако, истец в период рассмотрения дела не обратилась в компетентные органы с заявлением о проверке таких обстоятельств. При таком положении, отсутствие доказательств подтверждающих недостоверность сведений указанных в медицинских документах, которые были предоставлены для проведения экспертизы, исключает возможность подвергать сомнению достоверность заключения экспертов Государственного бюджетного учреждения 

<

адрес> «Бюро судебно-медицинской экспертизы». 

Заявляя о заинтересованности врача ФИО6, которая входила в состав экспертов Государственного бюджетного учреждения 

<

адрес> «Бюро судебно-медицинской экспертизы», а ранее оказывала истцу медицинские услуги в период беременности как врач ООО «Медика», истец не предоставила суду доказательств, в подтверждение необъективности врача ФИО6, в связи с чем оснований для выводов о недостоверности заключения экспертов не имеется. 

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно части 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно статье 1095 ГК РФ вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

В соответствии со статьей 1098 ГК РФ исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с действующим законодательством деликтное обязательство, то есть обязательство вследствие причинения вреда является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда.

Анализ установленных обстоятельств, и приведенных выше положений закона, позволяет сделать вывод об отсутствии доказательств наличия причинной связи между оказанной медицинской помощью истцу при диспансерном наблюдении в МБУЗ «Городская поликлиника №» 

<

адрес> в период беременности и смертью плода, в связи с чем оснований предусмотренных законом для взыскания компенсации морального вреда не имеется. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, с истца в пользу ответчика подлежит взысканию стоимость поведения экспертизы оплаченная МБУЗ «Городская поликлиника №» 

<

адрес> в размере 22084 рубля. 

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ :

Отказать ФИО2 в удовлетворении требований о взыскании с МБУЗ «Городская поликлиника №» 

<

адрес> компенсации морального вреда в сумме 1000000 рублей. 

Взыскать с ФИО2 в пользу МБУЗ «Городская поликлиника №» 

<

адрес> стоимость проведения экспертизы в размере 22084 рубля.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Пролетарский районный суд 

<

адрес> в течение месяца после вынесения судом решения в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ. 

Судья :