Дело №2-1015/17 

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 октября 2017 г. г. Туапсе

Туапсинский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего Рябцевой А.И.,

при секретаре Гайдиной И.А., Романовой Э.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 ФИО2 к ФИО3, третьим лицам ФИО4, ФИО5, о признании договора дарения и соглашения о разделе имущества недействительным недействительными, прекращении права собственности на жилой дом и земельный участок, 

УСТАНОВИЛ :

ФИО1, ФИО2 обратились в суд к ФИО3 о признании договора дарения от 14 ноября 2013 года и соглашения о разделе жилого дома и земельного участка от 14 мая 2014 года, заключенных между ФИО1 и ФИО3 недействительными, прекращении права ФИО3 на часть жилого дома и земельного участка и возвращении указанного имущества истцу, ссылаясь на то, что ответчица ввела в заблуждение истцов относительно природы сделки.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующй на основании доверенности ФИО6 поддержал заявенные требования, в обосновании которых пояснил, что при заключении договора дарения ФИО3 ввела в заблуждение своих родителей ФИО1 и ФИО2, целый год ухаживала за истцами, оплачивала коммунальные услуги, покупала им одежду и когда она вошла в доверие, то отец заключил с ней договор дарения ? доли жилого дома и ? доли земельного участка, а впоследствии произвел раздел имущества находящегося в долевой собственности, в результате которого у ФИО3 оказалось 2/3 доли жилого дома и 2/3 доли земельного участка. В действительности же, истец при заключении договора дарения полагал, что дочь, ФИО3 будет их досматривать до конца их жизни, то есть фактически хотел заключить договор ренты. Имущество которым фактически распорядился истец принадлежит истцам на праве совместной собственности, поскольку приобретено в браке, поэтому отсутствие согласия супруги на реальный раздел недвижимого имущества является нарушением прав ФИО2 и влечет за собой признание соглашения о разделе жилого дома и земельного участка, недействительным. В 1998 году истцы приобрели по договору купли-продажи земельный участок под строительство дома площадью 1220 кв.м, по адресу: 

<

адрес>, оформив землю на ФИО1 В строительстве дома, им помогали материально дочь ФИО4 и ФИО5, ФИО3 в строительстве дома участия не принимала. Право собственности на дом было зарегистрировано 15.04.2008 г. также на имя ФИО1 Сделка совершена под влиянием заблуждения согласно ст.178,179 ГК РФ. С 2012 года ФИО3 ухаживала за родителями оказывала помощь, а в конце 2014 года ФИО1 понял, что дочь ввела его в заблуждении, так как перестала оказывать помощь, однако в суд в 2014 году, он не обращался. В доме в настоящее время проживают истцы пользуются всем домом, другого жилья у них не имеется. В 2017 году, оставшуюся часть жилого дома и земельного участка истцы по договору дарения передали двум старшим дочерям в равных долях. ФИО3 в настоящее время не приезжает, домом не пользуется, необоснованно заявляет о выселении из дома. Заключение договора дарения ответчице 1/2 доли дома и земельного участка не соответствовало действительной воле истцов, а именно они не имели намерения лишать себя права собственности на единственное жилье. 14.05.2014 г. истцом и ответчицей подписано Соглашение о прекращении права общей долевой собственности, которого он не читал, так как ничего не видел, по которому, ей перешло в собственность земельный участок площадью 778 кв.м, и дом общей площадью 299,6 кв.м, что намного больше, чем одна вторая доля (1220 кв.м. - участок весь, 470,9 кв.м, общая площадь дома, в том числе жилая 161,2 кв.м., т.е. она фактически получила 2/3 земельного участка и дома). ФИО2 данного соглашения не подписывала, хотя имела 1/2 долю дома и земельного участка, как супруга, т.е. это соглашение является недействительным.

Полагает, что срок исковой давности истцами пропущен по уважительной причине, поскольку они имеют преклонный возраст, являются ветеранами труда, им по 80 лет, ФИО1 является инвали

<

адрес>-ой группы, а ФИО2 2-ой группы, не могут себя обслуживать, привыкли жить в своем доме и желают, чтобы он принадлежал тем, кто их досмотрит.

ФИО2 в судебном заседании поддержала исковые требования, в обосновании которых пояснила, что их дочь ФИО3 уговорила отца подарить ей часть дома, при этом обещала их досматривать, что она и делала первоначально. Она была против дарения ответчице ? доли дома и земельного участка, вместе с тем, она дала свое согласие на совершение сделки нотариально его удостоверив, так как не могла возражать супругу. При заключении соглашения о реальном разделе дома она не присутствовала, о том, что произведен реальный раздел знает от супруга, который поставил ее об этом в известность, и сказал, что он так решил. Фактически, реальный раздел существует только на бумаге, они пользуются той частью дома, которая специально оборудована для их проживания. По соглашению о реальном разделе им отошли комнаты, которыми они пользоваться не смогут в силу своего физического состояния. Договор дарения был заключен только под условием, что дочь будет их досматривать, о том, что можно было заключить договор ренты они не знали. Нотариус при заключении договора дарения не предупредил, что они могут остаться без жилья. Старшие дочери помогали материально при строительстве дома, младшая дочь ФИО3 материальной помощи в строительстве этого дома не оказывала. Ими был ей передан земельный участок по адресу: 

<

адрес>, где она построила жилой дом, кроме того они подарили ей в 

<

адрес> земельный участок площадью 1500 кв.м, по адресу: 

<

адрес>. Просила удовлетворить требования. 

Представитель ответчицы, действующая на основании доверенности ФИО7 исковые требования не признала, пояснив при этом, что истцы в обоснование иска ссылаются на то обстоятельство, что оспариваемая сделка была ими совершена под влиянием существенного заблуждения и обмана со стороны ответчицы. Однако, данные обстоятельства отсутствуют в рассматриваемом случае.

В соответствии с п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Однако, в силу прямого указания закона, в таком случае заблуждение дарителя должно было иметь место именно на момент совершения сделки и быть существенным - перечень оснований, по которым заблуждение предполагается достаточно существенным, приведен в п. 2 ст. 178 ГК РФ и является исчерпывающим. Так, согласно положениям п. 2 ст. 178 ГК РФ (в ред. ФЗ от 07.05.2013 № 100-ФЗ) заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении природы сделки. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 ГК РФ]. При этом неверное представление дарителя о его правах и обязанностях по заключаемой сделке существенным заблуждением не признается.

По смыслу приведенной нормы права, сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

О намерении истцов произвести безвозмездное отчуждение принадлежащего им имущества свидетельствуют факт нотариального удостоверения сделки, что в силу п. 5 ст. 61 ГПК РФ освобождает ответчицу от доказывания данного обстоятельства.

Согласно ч. 5 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 ГПК РФ, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.

В силу п. 1 ст. 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделки означает проверку ее законности, в том числе, наличие у каждой из сторон права на ее совершение.

Согласно норм действующего законодательства, суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Учитывая то обстоятельство, что Истцы по собственной воле выразили свои намерения на заключение сделки, ответчица не могла распознать «имеется ли заблуждение у Дарителя относительно природы заключаемой сделки».

Одним из доводов иска является так же утверждение Истцов о том, что при заключении сделки ФИО3 их обманула, так как обещала ухаживать, оказывать материальную помощь.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Согласно п.99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ]. Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обращаясь в суд с иском, истцы ссылаются на то, что договор дарения является недействительным по основаниям статьи 179 ГК РФ, как сделка, совершенная ими под влиянием обмана со стороны ответчицы.

Однако доказательств, подтверждающих эти обстоятельства, Истцами в нарушение ст. 56 ГПК РФ представлено не было, в материалах дела таких сведений не содержится.

ФИО3 не сообщала истцам информацию, не соответствующую действительности, не умалчивала об обстоятельствах, о которых должна была сообщить, все условия сделки были прописаны в оспариваемом договоре, который подписан Истцами собственноручно.

Статьей 154 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, его действительной воле, что в соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации презюмируется. Полагает, что при заключении договора стороны пришли к соглашению по всем его существенным условиям, совершили необходимые действия по передаче имущества, как следует из текста договора, волеизъявление сторон при подписании договора было достаточным образом выражено.

Соглашение о разделе жилого дома является также волеизьявлением сторон, и истцами не доказано, что данная сделка была совершена без согласия супруги. Согласно норм Семейного Кодекса РФ, считается, пока не доказано обратное, что сделка совершенная одним из супругов произведена с согласия второго супруга. Сторона ссылается на отсутствие согласия второго супруга при реальном разделе, однако почему стороны пришли к такому соглашению знают только они, раздел имущества по идеальным долям бывает очень редко, а при реальном разделе учитывается много обстоятельств. Доводы истцов о том, что ФИО3 выселяет истцов, являются надуманными. Таких требований ФИО3 никогда не предьявляла и не предьявляет. Родители проживают в доме. Пользуются всем домом, а ФИО3 с членами своей семьи в связи со сложившимися неприязненными взаимоотношениями в дом не приезжает. 

Кроме того, просит применить правила пропуска истцами сроков исковой давности к обоим сделкам. 

Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности для защиты права по иску лица, право которого нарушено, устанавливается в три года. В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Сделки, являющиеся недействительными по основаниям, установленным ст. 177, 178, 179 ГК РФ, являются оспоримыми, а ни ничтожными, следовательно в рассматриваемом случае срок исковой давности истек 15 ноября 2014 года. Даже если исходить из пояснений истцов о том, что они узнали об обмане в конце 2014 года, срок давности истек в конце 2015 года. Доказательств уважительности пропуска срока истцами не представлено. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ. В связи с чем просит в удовлетворении иска отказать. 

ФИО4 в судебном заседании поддержала заявленные требования, просила их удовлетворить пояснив при этом, что если бы у родителей имелось другое жилье, то они могли бы уйти из спорного дома, однако другого жилья у них не имеется, и ответчица оставляет их без жилья. О том, что родители подарили ? долю дома и земельного участка младшей сестре ФИО3 она узнала от сестры ФИО5. Она интересовалась у родителей причиной их поступка, они пояснили, что ФИО3 будет их досматривать у нее есть такая возможность. Считает, что она обманула родителей. На момент дарения, она купила отцу машину, которую он очень хотел, тем самым подкупила его, обещала их досматривать, однако как только оформили договор дарения она сняла с себя все обязательства по содержанию родителей.

ФИО5 в судебном заседании поддержала исковые требования, пояснив при этом, что ФИО3 обманула родителей, при заключении договора дарения, тем что она обещала их досматривать, но обещание свое не выполняет. Отец является инвалидом 1 группы, а после конфликта лежит и не встает. Она также обещала написать им расписку о своем обещании, но и расписки тоже никакой не написала. По какой причине отец подарил половину дома и земельного участка только одной дочери она пояснить не может, но ФИО3 по телефону постоянно звонит и заявляет о том, что она родителей выселит из дома. Соглашение о реальном разделе, нарушает права родителей, поскольку им осталась часть в которой они проживать не смогут в силу своего здоровья. Все жилые комнаты ФИО3 оставила себе, а родителям оставила не жилые помещения, которые не приспособлены для проживания. ФИО3 о выселении стала заявлять в начале 2017 года. Просит удовлетворить исковые требования. 

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, приходит к выводу, что исковые требования удовлетворению не подлежат, по следующим основаниям: 

Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ, граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно ч. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Указанные принципы закрепляют добросовестность и разумность действий сторон, их соответствие действительному смыслу заключаемого соглашения, справедливость условий заключенной ими сделки; то, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах. Участники гражданского оборота, являясь субъектами отношений по сделке, несут риск наступления неблагоприятных последствий, если не имеется законных оснований к недействительности сделки.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. В соответствии с п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации. В соответствии с п. 3 ст.433 ГК РФ, договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом. Согласно ст. 164 ГК РФ, в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Так, из материалов дела следует, что 14 ноября 2013 года ФИО1 подарил дочери ФИО3 ? долю от принадлежащего ему по праву собственности земельного участка общей площадью 1220 квм с кадастровым номером 23:33: 0702004: 0092 и ? долю жилого дома литер А.А1,А2, А3, находящегося на указанном земельном участке в границах кадастрового плана земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Согласно п.2.4 договора ФИО3 приняла в дар от отца ФИО1 долю земельного участка и долю жилого дома. По указанному адресу. Земельный участок принадлежал ФИО1 на основании свидетельства на право собственности на землю № от 14.04.1998 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 15 апреля 2008 года. Право на жилой дом, ФИО1 возникло на основании государственной регистрации права собственности на вновь возведенный объект, в упрощенном порядке, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 15 апреля 2008 года. Договор дарения удостоверен нотариусом ФИО8, и зарегистрирован в установленном законом порядке, что подтверждается выпиской из ЕГРП о регистрации права собственности на долю земельного участка и дома за ФИО3 Настоящий договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме до заключения настоящего договора. Оснований полагать, что содержание представленного договора предполагает наличие иной договоренности между сторонами, не имеется. 

14 мая 2014 года ФИО3 и ФИО1 заключили соглашение о прекращении права общей долевой собственности на жилой дом, в соответствии с которым ФИО3 в результате раздела в жилом доме переходят в собственность помещения общей площадью 299,6 квм, а ФИО1 – площадью 171.3 квм. Реальный раздел земельного участка, по данному соглашению не производился. Соглашение удостоверено нотариусом ФИО8, зарегистрировано в ЕГРН в установленном законом порядке, что подтверждается копиями о государственной регистрации права за ФИО3 и ФИО1 от 21.08.2014 года. 

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства на которые она ссылается. Суд считает, что стороной истцов не представлено доказательств, подтверждающих недействительность обоих сделок, по основаниям, предусмотренных ст.ст.178-179 ГК РФ. 

Так, в соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Однако, в силу прямого указания закона, в таком случае заблуждение дарителя должно было иметь место именно на момент совершения сделки и быть существенным - перечень оснований, по которым заблуждение предполагается достаточно существенным, приведен в п. 2 ст. 178 ГК РФ и является исчерпывающим. 

Согласно положениям п. 2 ст. 178 ГК РФ (в ред. ФЗ от 07.05.2013 № 100-ФЗ) заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении природы сделки. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной, что предусмотрено п. 3 ст. 178 ГК РФ.

При этом неверное представление дарителя о его правах и обязанностях по заключаемой сделке существенным заблуждением не признается.

По смыслу приведенной нормы права, сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

О намерении истцов произвести безвозмездное отчуждение принадлежащего им имущества свидетельствуют факт нотариального удостоверения обоих сделок, дача согласия ФИО2 на совершение сделку своему супругу, в установленном законом порядке, что в силу п. 5 ст. 61 ГПК РФ освобождает ответчицу от доказывания данного обстоятельства.

Согласно ч. 5 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 ГПК РФ, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.

В силу п. 1 ст. 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделки означает проверку ее законности, в том числе, наличие у каждой из сторон права на ее совершение. Истцами действия нотариуса не оспаривались. 

Согласно норм действующего законодательства, суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Учитывая то обстоятельство, что Истцы по собственной воле выразили свои намерения на заключение сделки, ответчица не могла распознать «имеется ли заблуждение у Дарителя относительно природы заключаемой сделки».

Довод иска о том, что при заключении сделки ФИО3 обманула родителей, так как обещала ухаживать, оказывать материальную помощь, суд также считает необоснованным.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Согласно п.99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего, в соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ. Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. 

Обращаясь в суд с иском, Истцы ссылаются на то, что договор дарения является недействительным по основаниям статьи 179 ГК РФ, как сделка, совершенная ими под влиянием обмана со стороны ответчицы.

Однако доказательств, подтверждающих эти обстоятельства, Истцами в нарушение ст. 56 ГПК РФ представлено не было, а судом не установлено.

ФИО3 не сообщала истцам информацию, не соответствующую действительности, не умалчивала об обстоятельствах, о которых должна была сообщить, все условия сделки были прописаны в оспариваемом договоре, который подписан Истцами собственноручно.

Статьей 154 ГК РФ предусмотрено, что необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, его действительной воле, что в соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации презюмируется. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что при заключении договора дарения и соглашения о реальном разделе жилого дома, стороны пришли к соглашению по всем его существенным условиям, совершили необходимые действия по передаче имущества, как следует из текста договора, волеизъявление сторон при подписании договора было достаточным образом выражено.

Соглашение о разделе жилого дома является также волеизьявлением сторон, и истцами не доказано, что данная сделка была совершена без согласия ФИО2 

Согласно ст.35 СК РФ, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Таких обстоятельств в судебном заседании не установлено, самостоятельных требований ФИО2 не заявлялось. 

Доводы истцов о том, что ФИО3 выселяет истцов, являются надуманными и не подтверждены доказательствами. Допрошенные в судебном заседании свидетели А и Б подтвердили только факт того, что ФИО3 в настоящее время не приезжает к родителям и не пользуется своим домом, в связи с возникшими неприязненными отношениями, а в части выселения свидетели знают только со слов ФИО2 

Таким образом, суд считает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. 

Кроме того, суд считает, что имеются и иные основания для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований. 

Так, согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности для защиты права по иску лица, право которого нарушено, устанавливается в три года.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Сделки, являющиеся недействительными по основаниям, установленным ст. 177, 178, 179 ГК РФ, являются оспоримыми, а ни ничтожными, следовательно в рассматриваемом случае срок исковой давности по договору дарения истек 15 ноября 2014 года, по соглашению о прекращении права долевой собственности 14 мая 2015 года. 

Доказательств уважительности пропуска срока истцами не представлено. Каких-либо данных о препятствиях для оспаривания обоих сделок, стороной истцов не представлено. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ. 

Таким образом, суд считает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-197 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ :

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 ФИО2 отказать как необоснованному и в связи с пропуском срока обращения в суд. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд в течение 1 месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Председательствующий

Судья : Рябцева А.И.